Текст книги "Ретро Бит 7 (СИ)"

Автор книги: Seva Soth

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Забавный факт – владея акциями своего издателя я претендую на часть его прибыли, то есть процент моего роялти увеличивается. Плохо, что ли? Хорошо! А корпорацию зла мои деньги, пусть это будет хоть миллион в течении пары лет, уже наверняка не спасут.

А вот насчет железа… есть ощущение, что не нужен мне устаревший мейнфрейм размером с комнату, требующий промышленный кондиционер для охлаждения, жрущий, как не в себя, электричество, и не настолько и опережающий стремительно развивающиеся ПК по производительности. У Сьерры такого вроде бы нет – и ничего, процветают. Но сервак есть сервак. Посмотрим, вдруг мне сделают предложение, от которого я не смогу отказаться. В хорошем смысле. Тридцатидвухбитный Вакс с Юниксом и парой десятков метров оперативки за вменяемую цену – прямо мечта.

– Амбициозно пацан, принято. Ничего не обещаю, но видел бы ты миссис Флорес во время переговоров. У этих ублюдков нет ни шанса против парикмахерши из трейлерного парка. Только не рассказывай ей, что я хвалил. Женщина не должна зазнаваться, а то захочет слишком многого.

Тетя Глаша и в самом деле мадам напористая, и зря Лео стесняется открыто ей комплименты делать, но это уже не моё дело.

Созвонился с батькой, пересказал уже ему.

– Я уже говорил тебе, что ты наглец, приятель?

– Много раз, Кен, и мне показалось, что тебе это нравится.

– Еще как, дружище, еще как. Но ты представляешь, что доля наших акций, находящаяся у Атари, сейчас оценивается больше, чем в миллион? У тебя пошли неплохие заработки, но такой суммы пока что нет. Еще и времена нелегкие – есть основания считать, что рынок картриджей по результатам полугодия упадет. Хотя, что скрывать, тебя в совете директоров мне стало бы приятнее видеть, чем мистера Хелла. А вот покупка мейнфрейма – это самая большая глупость, какую я только могу придумать. Ты на электричестве разоришься, обслуживая его. Домашние компьютеры прогрессируют невероятно быстро. Видел уже новинку от наших партнеров от IBM?

– Даже купил. Все равно посмотрю, чем меня порадует распродажа имущества Атари, если она начнется.

И, закончив разговор, я вернулся к Лизе и Бренде. Нам предстояло от сердца оторвать около ста тысяч на налоги. Увеличивали расходы «ИП Кристобаль Колон», как могли, но огромный заработок на бирже все мои потуги низвел к минимуму. Ни о чем… а нет, жалею, за каждый несчастный цент сердце кровью обливается.

Глава 16

Вылет из Сан-Франциско в Японию нам назначили на 27 апреля. Расчет такой – 28 числа прилетаем, 29 начинается их знаменитая Золотая Неделя, в течение которой нас возят по туристическим местам, потом неделя на согласование контрактов, посещение японской игровой выставки и технические детали. Таков путь.

План нам пересказал помощник Накадзавы-сана, связавшийся с нами в начале месяца. Возражать я не стал. Это же Япония! Страна из аниме. Я не то, чтобы громадный поклонник японской анимации, но смотрел многое, некоторые вещи, такие, как «Призрак в Доспехах», заслуженно признаю культовыми и Майклу мультики про огромных человекоподобных роботов уже пообещал. Ну и игры Монти издать хочется, Линде показать, что есть целая страна, где она считается эталоном красоты, Трейси устроить карьеру. Себе – найти контакты с производителями сегментных экранов и поговорить по поводу «Брик гейм». В идеале на Нинтендо бы выйти, но я внутренне готов к неудаче и тому, что придется делать всё самому, и тому, что получится просто турпоездка.

– Вау! Этот самолет – просто огромный, как в кино! – прокомментировала Линда, разглядывая знаменитый символ компании Боинг – двухпалубный 747, чья колоритная внешность оставила свой след во множестве фильмов. Особенно фильмов-катастроф. «Турбулентность», про стюардессу с большими чичис и маньяка на борту, например. Отличное кино, и образ бойкой блондинки прямо как под Трейси создавался.

– Йеп. Я на таком в Нью-Йорк летала на промо-тур, – поделилась стоящая рядом Трейси. – Внутри прям дворец и шампанское подают. Мэл так наклюкалась, что на каблуках держаться не могла. Хотя вообще-то она не пьет, бухло калорийное и от него толстеют. Бред собачий, как мне кажется, но она верит, дурында.

Мэл – это же… мисс Июль? Не могу представить ее пьяной. Трейси, что ты творишь! Не разрушай созданный моей больной фантазией образ гениальной шахматистки!

Проводить нас половина компании приехала, да еще и группа в полном составе.

– Си-Си, чувак, не переживай, за Дюке мы приглядим, а ты мою тыковку там береги, чтобы никакие ниндзя ее не похитили. Я в кино видел, они постоянно красоток воруют.

Нет, Эдди не настолько прост. Очевидно, что он прикалывается.

– Я бы с вами полетел. Япония классная, – вздохнул Майкл. – Ну ладно, босс, продолжим трудиться в поте лица, не переживай.

После того, как я передал Кену дискеты с Алхимией под Эппл 2 и IBM, то есть, по сути, «отправил игру на золото», как любили говорить журналисты в девяностых и двухтысячных, Пондсмиты примкнули к Монтгомери в разработке платформера. Главного героя нарисовала Линда, но в игре оставалась еще куча текстур для разных комнат, для которых нужен графический дизайнер.

– Я пригляжу за всеми, – пообещала «Теть Лиза».

– Пацан, насчет встречи и переговоров – ноль переживаний, процесс идет, мы проведем еще столько раундов, сколько потребуется. Развлекись там, как следует. Обязательно попробуй сакэ… – напутствовал Лео.

Они с Глорией уже дважды ездили в Саннивейл и диспутировали с юристами Атари по поводу того, кто кому чего должен. По словам самого Больцмана, там явно ожидали, что неопытный пацан из гетто приедет на переговоры лично – тут опытная команда корпоративных адвокатов меня в оборот и возьмет, вынудив принять, что это я им задолжал. От распродажи железа дела пока еще очень далеко. А вот скинуть мне акции корпорация зла вроде бы не против. У них явные проблемы с наличкой на застывших продажах консолей. Но это всё потом, не сейчас.

А сейчас мы наблюдали, как посадочный рукав пристыковывается к нашему «Бройлеру 747». Ну и громадина! Я помню, как в прошлой жизни летал в Турцию на самом современном на тот момент Боинге 777, но нет у самолета из будущего той же харизмы, что у двухпалубного и четырехдвигательного монстра. Натуральный Левиафан.

Еще раз обнялись со всеми провожающими нас друзьями. Трейси и Эдди долгий поцелуй устроили. То, что посторонних людей без визы в паспорте вот так вот взяли и пустили к самому гейту международного рейса – для меня очередной разрыв шаблона. Так и положено в «стране свободы и демократии», или исторический процесс еще не дошел до того, чтобы государства и тут начали угнетать своих граждан? А вот если бы мы не озаботились визами и без них в самолет сели? Если бы, допустим, Лиза вместо Трейси лететь решила? А она в консульство не ездила и цветную наклейку в паспорт не получала. Как и сам загранпаспорт.

Ну, то есть просто паспорт – ни у меня, ни у девушек его ранее не было. Но не из-за каких-то репрессий пендехостанских бюрократов – он американцам попросту не нужен в нормальной повседневной жизни. Везде хватает обычных водительских прав, даже для поездок в Мексику и Канаду. А вот в дальнее зарубежье, как Лео объяснил, без синей книжечки с белоголовым орланом никуда. Получение, впрочем, несложное, как и оформление визы. Но заняться этой всей бюрократией потребовалось сразу по появлении предварительной договоренности с Накадзавой-саном.

Лео еще и где-то что-то подмазать пришлось, дабы сроки сократить. Не коррупция, а доплата за срочность! За то, чтобы мои бумаги ходили не официальной почтой, а курьерской доставкой. И после всех процедур теперь у меня есть, что доставать из широких штанин, чтобы все смотрели и завидовали тому, что я гражданин. И, о Император на Золотом Троне, опять по почте прислали. Как будто это не официальный документ, а счет за коммуналку.

Места в самолете Старкрафт нам оформил хорошие – в бизнес-классе. Не в первом, на носу, а на втором этаже. Я, можно сказать, всю жизнь на верхней палубе самолета-гиганта побывать мечтал, с того дня, как впервые увидел его по телевизору. А тут всё еще такое новое. Модель не больше нескольких лет, как в серию пошла.

– Прошу вас, вот ваши места, – проводила нас до самых кресел симпатичная девушка. Мне в целом нравятся азиатки, без разделения на нации. Японки, китаянки, кореянки, казашки, якутки, бурятки и прочие филиппинки с тайками. Есть такой бзик, хотя писаных красавиц среди них не так и много, как хотелось бы. Но в стюардессы традиционно набирают самых симпатичных представительниц слабого пола, так что наша бортпроводница прямо очень приятно выглядит. И строгая форма ей идет.

– Пожалуйста, присаживайтесь, – добавила для пассажиров девушка по имени Танака, как написано на ее бейджике латиницей. – Японские Авиалинии желают вам приятного полета.

– Не желаете ли горячее полотенце осибори для лица и рук или напитки? – последовал вежливый вопрос к каждому из нас. Зачем греть лицо мне осталось непонятным, да и девушки им не заинтересовались, а предложение по напиткам я, пожалуй, еще приму, но потом, не сейчас.

В целом, перелет бизнес классом – верх комфорта. В первой жизни я хоть и не бедствовал, но всегда на отдых экономом летал. А тут – большие мягкие кресла с подлокотниками, очень много пространства для ног, кино сразу после взлета на проекционном экране показывать начали, раздав желающим пассажирам наушники.

Очень необычные на мой взгляд. Не традиционные для 1983 с поролоновыми амбушюрами, а что-то вроде тех, что у стетоскопов с толстыми резиновыми трубочками. Никогда такие не видел, не говоря уже о том, чтобы лично пользоваться. Подключались они к разъему на подлокотнике. Занятная концепция.

Показали нам биографию Махатмы Ганди, еще не обретшего славу разрушителя, наносящего при первой же возможности ядерные удары по соседям, когда его миролюбие вырастает до переполнения переменной. Возможно, самый знаменитый баг в истории пошаговых стратегий.

Сам фильм мне не очень понравился. Он не то, чтобы плохой – слишком стерильный, показывающий эталонного пацифиста, каким реальный человек быть не способен. Но качество съемок, актерская игра, декорации и костюмы – моё почтение.

– А вы знали, что жертвы Джека-потрошителя начали появляться вскоре после того, как Ганди поехал учиться в Лондон и прекратились незадолго до его отъезда обратно в Индию? – рассказал я девушкам шутку из интернета. На скриншотах из твиттера она еще и с датами приводилась

– Что, реально? Реально? – шепотом воскликнула Трейси. – Ганди – Джек потрошитель? Это потому, что он британцев ненавидел?

– Это просто совпадение по датам, не уверен, что там, где я его услышал, не ошиблись.

– Кармен бы сказала, что эти годы специально вырезали из фильма и не стали показывать, – хихикнула Линда мне на ушко.

Пожалуй, главная моя претензия к просмотренному кино – даже не политизированность, а то, что у ЕТ Спилберга отобрали кучу Оскаров, чтобы отдать ему. Ведь фантастика – это низкий жанр, она награды киноакадемиков недостойна! Ну что за пендехо! Не то, чтобы мне так нравился Инопланетянин – он детский и скучный, но его жанр мне намного ближе.

Кормили превосходно. Настоящий банкет, с полноценными столовыми приборами и тем самым шампанским, которое досталось только блондинке, но она и не налегала. По еде у нас при этом спросили не привычное «курицу или рыбу», а «японское или западное меню».

Я без стеснения выбрал японское и девушки, видимо, из интереса, тоже. Переодевшиеся ради раздачи еды в традиционные юкаты в цветочек стюардессы принесли нам специальные подносы, лакированные шкатулки из черного дерева с едой и палочки.

– Смотри, милый, их держат вот так… – начала объяснять Линда, ни разу не видевшая, чтобы я кушал азиатскую еду, но не угадала. В прошлой жизни я всякие роллы с доставкой постоянно себе заказывал, поэтому ловко взял приборы правильным хватом и ухватил первый ломтик тонко нарезанной говядины в соевом соусе. Держать палочки меня как и многих россиян доставка суши-роллов научила. Никакого узора там нет – неподвижно зажать нижнюю палочку в ложбинке между большим и указательным пальцами, а верхнюю взять ими же как карандаш и выровнять по длине. И ребенок справится.

Ммм… вкусно. Японская кухня мне нравится. Во всяком случае, в исполнении для западной публики. Кроме мясной нарезки, в шкатулке я нашел: куриный шашлычок, лосось, жаренный на гриле, несколько видов роллов, странные открытые тарталетки из жареного тофу, овощи и креветки в кляре, горячий супчик с водорослями, поданный в глубокой пиале, лапшу на говяжьем бульоне… раминь! И куда же в японской кухне без риса?

Финалом стали несколько маленьких кувшинчиков и миниатюрных чашечек. Сакэ! Офигеть. Я его пробовал в Питере в японском ресторане и не зашло, но вот сейчас обнаружил, что от запаха рисовой водки меня не мутит, как от американского пива и вискарика. Налил себе в микроскопическую чашку из кувшинчика и опрокинул одним глотком. Назад не попросилось! Йуху! Змеиное проклятие развеялось! Не то, чтобы меня так уж тянуло бухать, и совсем не обременяла трезвость, но все равно каким-то неполноценным себя чувствовал из-за ограничений. Пить или нет – это мой собственный выбор, а не гремучей змеи! А стюардессы вообще в курсе того, что мне семнадцать, и они тут спаивают неокрепший несовершеннолетний организм? Им никакой выговор не прилетит? Обидно выйдет, если девчат накажут из-за меня, а потому налегать не стал. Линда попробовала, что там такое в кувшинчике, следуя моему примеру, и щечки ее мило зарумянились.

Отдав должное сакэ, я попросил принести чай. Почему-то его подали без печенек и вообще сладостей. Ах, да, у них же это сакральный напиток и вкушать его полагается с соблюдением сложных церемоний, а не к десерту. Ну… жители страны восходящего солнца, если бы подслушали мои мысли, наверняка бы дико оскорбились, но чай и чай. Умеренно крепкий, терпкий и бодрящий, поданный не в чашке, а в пиале. Хорошо, что через пять минут после него все же принесли десерт. Воздушные пироженки из рисовой муки с начинкой из сладкой бобовой пасты. Ничего так, тесто пресное, начинка приторная, но в сумме достигается баланс и выходит вкусно.

– Как называются эти пирожные, мисс? – спросил у Танаки.

– Это моти. Вам понравилось? Благодарю за высокую оценку обслуживания на борту Джей-Эй-Эль.

Хорошо быть богатым и летать бизнес-классом. Даже страшно узнать, сколько билет стоит. Как бы не пару тысяч, а может быть, и дороже. Был бы интернет – я бы погуглил. А так нам прислали готовые авиабилеты туда и обещали уже на месте снабдить обратными. Может быть, рассчитывают, что покорят наши сердца и мы останемся на японщине?

Поесть, поспать, посмотреть кино, почитать книгу, поболтать об играх. Что еще нужно для того, чтобы убить время в полете? В шкуре буржуя, путешествующего бизнес-классом на верхней палубе, мне внезапно понравилось.

Десять часов блаженного безделья, даже особо турбулентностью не прерываемых, и полет приблизился к логическому завершению.

– Красавица, а можно твой автограф? – спросил незадолго до сигнала пристегнуть ремни у Трейси лысый дядя с большими усами, проспавший большую часть полета в дальней части салона.

– Йеп! – согласилась наша подруга, прямо расцвела от того, что ее узнали – для кого подписать?

– Для… Стивена. Это мой друг, он читал ваш журнал, – не удивлюсь, если он и есть Стив. Десять часов в одном салоне со Стивом! Мы находились в нешуточной опасности!

Снижение, приземление – и вот мы уже стоим в короткой очереди на паспортном контроле. Еще в самолете мы заполнили анкеты прибывающих – кто, куда, зачем, в какой отель нас заселят. Мы с Линдой по японским законам числимся несовершеннолетними и нам на священной земле потомков Аматэрасу обязательно местный опекун полагается, им еще на этапе получения визы корпорацию Старкрафт назначили. Опекунство тут больше формальное, с правом заботиться о детях и отвечать если мы что-то натворим, а не распоряжением активами. И около двух часов дня мы вступили во владения японского императора.

Как джентльмен, пропустил девушек вперед. На Трейси таможенник открыто пялился, выпучив глаза. Да что там, все встреченные аборигены при виде высокой фигуристой блондинки останавливались и начинали пожирать ее глазами, причем независимо от пола. Прямо как если бы богиня солнца Аматэрасу в ее лице снизошла до смертных. И это при том, что оделась она намного скромнее обычного. Ни обтягивающих топиков, ни голого живота, ни мини-юбок, ни поражающего своей глубиной декольте.

Линда получила несколько неразборчивых вопросов, тихо на них ответила и ее пропустили. Насколько хватило чувствительности моих ушей спрашивали кто пригласил, кто назначен опекуном и в какой отель нас пообещали заселить.

А вот когда настала моя очередь, мужик в таможенном окошке с бейджем «инспектор» на кармашке голубой рубашки завис. Посмотрел на меня, на мой паспорт, на заполненную анкету, приглашение из Старкрафт с выражением легкого недоумения на лице.

– Извините за задержку, нужно выяснить формальности, – со страшным акцентом попросил он меня. Позвонил куда-то по телефону, через пару минут подошел еще один японец и сеанс созерцания канальи из гетто, его паспорта и бумажек повторился в коллективной форме. Потребовался вызов и третьего инспектора, более возрастного, чтобы убедиться, что я – это я и имею право быть здесь. Расисты! Точно расисты! Недостаточно я для них белый, по всей видимости. Пришлось вызвать эксперта, что подтвердил «да, это хомо сапиенс, а не мартышка из зоопарка в Сан-Франциско сбежала». Иначе не понимаю, откуда заминка и что там целых десять минут изучали и обсуждали, после чего пропустили, не задав лично мне ни одного вопроса.

Глава 17

Всё у этих японцев не как у людей. Прилетая в современный аэропорт, в Анталию, Питер или Сан-Франциско, я налегке проходил паспортный контроль, получал багаж и выходил из терминала с гордо поднятой головой. Тут же чемоданы нам выдали не в общем зале, а в отдельном помещении с движущейся лентой, а затем нас и тележку с чемоданами дополнительно обследовали таможенники. Сначала рентгеном, а затем еще и с собакой – суровым «комиссаром Рексом», принявшимся нас обнюхивать.

– Свежие фрукты, алкоголь, эротические журналы…

С вопросительными нотками начал перечислять перед нашей компанией на ломанном английском представитель таможни. Шутка «нет, не надо, у нас свои есть» застряла у меня в горле. Японцы вроде бы не всегда выкупают сарказм, насколько я слышал. Да и в целом силовики часто к юмору не расположены. Нечего людям мешать делать их работу. То, что порнография тут запрещена – прямо сюрприз. Это в Японии-то! Стране, где придумали хентай и крутят порнографические ТВ-шоу прямо по телевидению. Наверное, я чего-то в загадочной азиатской душе не понимаю. Дискеты со «Стрип-покером» и «Стрип-шашками» – это ведь не порно? Нарисованные чичис не считаются? Да есть ли у них тут вообще компьютер от IBM и Эппл, чтобы проверить материалы? И не сдохнут ли наши дискеты от рентгеновского аппарата?

Ответили решительное «нет» на вопросы о любой запрещенке, включая домашних животных, огнестрельное и холодное оружие и контрафактные музыкальные кассеты или компьютерные программы. Вот тут мой внутренний параноик чуточку напрягся. У японцев, как известно, особенно трепетное отношение к копирайту. Не решат ли они, что мой личный плейлист на кассете в плеере нарушает авторские права Джонни Кэша или Майкла Джексона? Нет, не настолько тут всё плохо.

Какие же они одинаковые! Именно так сформулировалась первая же мысль после выхода в общий зал. Какой-то ниндзя применил технику массового теневого клонирования и размножился! Небольшого роста, одинакового среднего телосложения, одетые в пошитые на одной фабрике серые деловые костюмы. Ой, не на пустом месте возникла шутка, что все азиаты на одно лицо. В штатах это не так, там остается место индивидуальности, а тут – как растревоженный муравейник с идентичными особями, вылупившимся из общей кладки.

И вендинговые автоматы – они повсюду. Кофе, сигареты, бутерброды, сладости, шоколадки, быть может, даже использованные кружевные трусики. Ходили в интернетах и такие городские легенды о японской уличной торговле.

– Там мистер Масару, – потянула меня за рукав глазастая Линда и указала на свободный от броуновского движения японцев пятачок, где нас ожидал знакомый помощник Накадзавы-сана. Вот что значит нейросеть, с детства обученная распознавать азиатский типаж лиц. Мне на целую секунду больше времени потребовалось чтобы узнать Кенту, размахивающего табличкой с надписью «Коламбус», «Ким», «Смит» и еще какими-то иероглифами, о которых мне известно только то, что их придумали больше, чем способен запомнить «глупый гайдзин».

– Коламбус-сан, Смит-сан, Ким-сан, добро пожаловать в Японию. Выражаю надежду, что ваше путешествие выдалось легким, – встречающий поклонился нам всем по очереди. Я, как только смог, повторил его жест. Не знаю, насколько это правильно. Мои спутницы тоже поклонились.

– Здравствуйте, Масару-сан. Спасибо, мы добрались с большим комфортом, – обратился я к парню на японский манер. Мне стоило найти в японском квартале Сан-Франциско какого-нибудь наставника по их азиатскому этикету, но «хорошая мысля приходит опосля».

И в любом случае я для принимающей стороны западным варваром останусь, никакие старания сойти за местного не помогут. Да даже у Линды таких шансов умозрительно немного. Ведь национальные черты это не только лицо, которое у моей невесты с высоты моей колокольни кажется эталоном азиатской красоты, но и осанка, выражение лица, манеры и прочее, на что сознательно большая часть народа внимания не обращает. А уж когда хоть кто-то из нас откроет рот любой абориген сразу сообразит, что имеет дело с гайдзинами.

– Прошу вас, прошу, машина уже ждет, чтобы отвезти вас в отель и вы могли отдохнуть после дороги, – не прекращая кланяться, позвал нас Кента. На правах хозяина он перехватил нашу багажную тележку и повез в сторону выхода из здания.

Прилетели мы в середине дня и, загрузившись в просторный бежевый микроавтобус Ниссан Караван, поехали в сторону Токио. Кента помог загрузить чемоданы в багажное отделение и занял место за рулём.

– Стой-стой! Почему мы едем не по той стороне дороги и руль с неправильной стороны? – спросила у Кенты Трейси.

Она не настолько простушка, всего-то пошутить на тему разницы в ПДД и левостороннего движения решила, но нарвалась на полном серьезе на небольшую лекцию.

– Правилу левостороннего движения много лет, Смит-сан, – начал рассказывать сопровождающий, – его ввели еще в эпоху Эдо. Для вас это семнадцатый век, времена, когда в Америке только высаживались первые британские колонисты и никаких дорог еще не существовало. Самураи, как вы наверняка знаете, носили свои мечи с левой стороны. И если бы два воина шли навстречу друг другу по правым сторонам дороги, для них существовал риск зацепиться ножнами. Это считалось бесчестьем и часто приводило к поединку насмерть. Господин сёгун, дабы сберечь жизни подданных, закрепил официальным указом этикет, предписывающий держаться левой стороны улицы, чтобы мечи находились у краев дороги, а пространство посередине оставалось свободным.

Красивая легенда, рассказывающая о том, какая у них тут древняя высокоразвитая цивилизация. Но мне больше по душе версия «англичанка гадит» – тяжелое британское колониальное наследие. Ну, то есть Япония колонией никогда не числилась, но влияние империи, над которой никогда не заходило солнце, на Азиатско-Тихоокеанский регион не переоценить.

Вы не бывали в Лондоне (зачернуто), в Токио, сэр? Этот город безукоризненно сер.

По пути в отель мы увидели бетонные ограждения, промзоны, эстакады, плотную панельную жилую застройку и смог. Как дома оказался. В смысле, в Лос-Анджелесе, а не Воронеже. Серость, тоска и тяжело дышать. Воздух тут буквально наполнен сажей, не вздохнуть. Линда даже закашлялась, и это мы еще в кондиционируемом салоне, куда воздух через фильтры попадает.

Серость, серость, серость. Здания, прохожие, дороги и эстакады, угловатые машины рубленных форм, низкие облака. Как будто окружающий мир просчитывается на слабом видеочипе и ему не хватает глубины цвета. Даже знаменитые гигантские экраны с рекламой оказались черно-белыми. Краски в окружающем мире появились только ближе к центральным районам – Тосиме и Синдзюку. Тот самый Синдзюку из аниме! Японская технологическая мекка, расцвеченная многочисленными неоновыми вывесками, завлекающие посетителей разного рода киношки, аркадные залы и раменные. Совру, если скажу, что не захотелось повсюду тут побывать, посмотреть и понять, покушать лапши в уличной кафешке и сфоткаться на ставшей культовой лестнице из мультфильма «Твоё имя», где в финале встречаются главные герои. Сейчас, правда, то место точно не обладает никаким особенным статусом и вообще неясно, существует ли.

– А гору Фудзияма отсюда разве не видно? – покрутил я головой во время любимого аттракциона миллионов – продолжительного стояния в городской пробке.

– Видно несколько раз в году с токийской телебашни, а о том, чтобы увидеть с высоты обычной улицы, никто давно и не мечтает. Но у нас запланирована для вас экскурсия поближе к национальному символу, рассмотрите Фудзи во всей красе, – пообещал сопровождающий, – даже подниметесь на ее вершину, если пожелаете. Тропа полностью безопасна для начинающих и является популярным туристическим маршрутом.

Хочу ли я потратить несколько часов на восхождение в гору? Да не особо. Я так себе турист. Хотя, может быть, оно того и стоит.

Заселили нас в отель Арасака… ой, Акасака Принц – высокий небоскреб в центральном районе столицы. Вот тут уже видно технологическую мощь восточных тигров. Громадина из зеркального стекла и стали, а не какая-то бетонная коробка, похожая на хрущевку, как отель Дюран в Беркли.

Внутри нас ждали просторный холл и вежливый, постоянно кланяющийся портье, с которым общался Кента на японском. И кучу бумажек представитель Старкрафта, то есть нашего с Линдой официального опекуна и приглашающей фирмы тоже сам за нас заполнил, так как весь учет велся на японском.

Скоростной лифт, управляемый миленькой девушкой в алой ливрее и белых перчатках, вознес нас на тридцатый этаж с такой быстротой, что, клянусь, перегрузку испытал. Эту девчушку, что по несколько раз в час так катается, смело в отряд космонавтов зачислять можно за крепость вестибулярного аппарата.

Потолок в коридоре отеля показался очень низким, два с половиной метра, не более, но в прихожей номера, там, где под потолком проводились коммуникации, и два метра едва-едва набиралось. Я до такой высоты все равно не дотягиваю, но инстинктивно захотелось голову втянуть.

Обстановка в номере оказалась вполне типовая гостиничная. И, о счастье, на входе стояли специальные тапочки переобуться для всех. Сопровождающий нас сотрудник отеля провел по всем трем комнатам номера – гостиной и двум крошечным спальням, и показал диким гайдзинам такие чудеса техники, как телевизор с пультом управления, радио и выключатель верхнего света, автоматические шторы и кондиционер, поддерживающий заданную температуру в помещении, говоря о каждом великом технологическом достижении с неизменной гордостью и постоянно кланяясь.

Телевизор я бы на самом деле за чудо высокоразвитой цивилизации принял. Дюймов, наверное, тридцать или немного меньше, может быть, двадцать семь, как мой основной рабочий монитор в 2026, с почти плоским, без выпуклостей, экраном. О, а какие живые плоские цвета.

– Обратите внимание, в ваш пакет премиальных услуг включены безлимитный мини-бар и четыре платных для обычных жильцов ТВ-канала с видео, включая голливудские новинки и особенные программы. Всё управление с пульта, встроенного в подлокотник дивана в гостиной и оголовье кровати в спальнях. Приятного пребывания в нашем отеле.

Те самые пульты напомнили мне консоль управления звездолетом. Куча кнопочек с иероглифами и понятны из них только цифры. Ну ничего, разберемся, я же инженер.

– Ваша основная программа начнется завтра, я заеду за вами, а пока отдыхайте после дороги, – пожелал Кента. И, наконец-то, мы остались одни. В смысле, втроем.

– Ребятки, выбирайте спальни, кровати и там, и там большие, берите любую. Решите пошалить – меня стесняться не надо.

Я и не собирался. Хотя наличие шпингалета визуально проверил. Мало ли, в какой момент бойкой подруге приспичит «просто спросить». Я не то, чтобы стеснительный, но плодить неловкие моменты ни к чему. Нам с Трейси еще много лет дружить.

– Левая спальня? Йеп? Тогда моя правая? А кто успел понять, как горячую воду включить? Там только один кран.

– Пойдем, я покажу, – вызвался сам. Смеситель с термостатом, продемонстрированный отельным служащим, едва ли не на главное технологическое чудо тянул. Крутишь ручку, выставляешь нужную температуру и открываешь воду. Не современный картриджный, но уже хотя бы такой мне домой привезти захотелось. Это не две крутилки с арктически холодно и адски горячо, к каким я никак не привыкну.

Еще один разрыв шаблона японской ванной комнаты – душ прямо в общей зоне со сливом в полу. По сути, всё помещение – это одна большая душевая кабина. Наверное, удобно, хотя не представляю, как за всей этой красотой ухаживать, чтобы в сырых углах не завелась плесень, а кафель не покрылся белым налетом.

Спать мне пока не очень хотелось, во время перелета выспались, а потому сел на удобный мягкий диван перед ТВ. Линда прильнула ко мне теплым боком и я начал листать каналы кнопками на пульте вперед-назад, пока не наткнулся на аниме.

– Вау! Вот это анимация! – восторженно вздохнула Линда, глядя на фигуристую анимешную девицу в голубом облегающем скафандре и при футуристичном бластере, пробирающуюся по инопланетной базе.

– Да, красиво выглядит… – согласился я было.

Девушка на экране дико закричала. Непонятно откуда вылезшие осьминожьи тентакли обвили ее со всех сторон, срывая одежду и принялись вытворять то, что обычно и полагается делать хентайным монстрам с их невинными жертвами. Краска смущения заполнила чудесное лицо моей невесты, а глаза ее в удивлении расширились, стремясь приблизиться к анимешному стандарту размера.

– Аааа! Эта штука живая! – заорала Трейси из санузла. – Живая!

Выключить воображение и убрать картину встречи порнографических щупалец и Пенни Смит получилось не с первой попытки. Из-за моей заминки Линда успела в ванную комнату раньше меня. Да и вообще, как-то неправильно мужику в помывочную к женщине врываться.