Текст книги "Ретро Бит 7 (СИ)"

Автор книги: Seva Soth

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 15 страниц)

Глава 8

– Крис, ты не поверишь, что мне показала Роберта! – наконец-то нашлась Линда. – Концепт игры для нового компьютера. Представляешь, это ГРАФИЧЕСКИЙ КВЕСТ! Персонаж перемещается по экрану и список возможных действий зависит от того, где он находится. Пока идея только в виде рисунков, но она ведь невероятная.

– И потрясающая, – подтвердил я, – верю, что у Роберты всё получится.

– Королевский Квест! Так она планирует назвать игру. Видел бы ты ее рисунки! Как настоящий мультфильм Диснея!

Ура! Теперь бесконечная череда смертей созданных Робертой персонажей станет яркой и красочной! Помню я Кингс Квест от Сьерры совсем краешком. Не сказал бы, что он меня так уж впечатлил. Но я играл не с самой первой части, да и вообще воспоминание очень смутно сохранилось.

– Мы сделаем не хуже, – чмокнул девушку в лоб, – пошли, нам надо сделку оформить и собираться дальше.

Встретились с корпоративными юристами Сьерры и я таки стал владельцем недвижимости! Ровно на полчаса, пока не переписал на родню. Сорок тысяч баксов, как с куста. И вот ни одна жаба придушить не попыталась, когда глядел на счастливые лица родни. Налогом подарок, к слову, облагается, но платить его не надо. У каждого американца есть свой пожизненный лимит щедрости, что-то около двухсот семидесяти тысяч, из которого стоимость дома и вычитается. Из моего лимита, а не счастливых новых домовладельцев. Смогу еще на остаток дом Катценьяммера кому-нибудь подарить.

Елена, поставив подпись под договором дарения, расплакалась на эмоциях.

– Тобалито, – хнык-хнык, – ты святой, – объявила она.

– Карналь, я… – Гектор слов не находил, – спасибо.

Я дикую неловкость испытал. Но сделал ведь, что должно? Отплатил моральный долг за то, что старший брат все эти годы Криса на себе тянул. За то, что Елена опеку над чужим подростком оформить согласилась, за то, что Линду, как родную, приняла. И за все безумно вкусные чилакилес и энчиладас, не без этого. И даже за подаренный лоурайдер, к которому я привык.

Настоящее облегчение испытал, сбежав от благодарной родни, двинувшись дальше по маршруту. По плану как раз до вечера в Рино доберемся. С этой их вечно теплой погодой я даже как-то позабыл, что у нас тут, между прочим, январь. В Оукхерсте нас ждали все те же около десяти тепла, что и поблизости от океана.

Природа напомнила, что существует снег, когда мы въехали на территорию национального парка.

– ВАУ! Снег! Так много! – прошептала Линда. – Крис, останови! Я хочу его потрогать!

Я без большой охоты притормозил и девушка тут же начала лепить снежные куличики у обочины с выражением абсолютного счастья на лице. Она что, никогда сугробов не видела?

– Невероятно! Не разу не был так глубоко в горах! – выдал свою порцию восторгов Джимми и присоединился к Линде у обочины. Ну чисто дети на каникулах. Сказать, что меня самого не тянуло попробовать слепить снеговика – соврать. Но удержал себя. Все равно морковки, ржавого ведра, метлы и старого шарфа у нас нет, а без них образ неполноценный. Просто умилялся со стороны и выкручивал печку на полную. Мы, панамцы, народ теплолюбивый. Ну или просто к хорошему, например, теплу, быстро привыкаешь.

Надолго моих спутников на игру со снегом не хватило. Все-таки одеты максимум по-осеннему, не в пуховики. Продрогли и вернулись в салон, но с такими широкими улыбками, что у меня язык не повернулся озвучить «говорил я вам».

– Потрясающе, Крис! Представь себе, что где-нибудь в Канаде или на Аляске люди по полгода среди снега живут! – делилась ярким впечатлением Линда.

– Они просто носят одежду немного теплее, чем мы, оплачивают большие счета за газовое отопление и снег игнорируют, – хмыкнул я, – это как с океаном. Мы за всё лето не выбрались на пляж.

– Да нечего там делать, если ты не сёрфер, – хмыкнул Джим, – а можешь прибавить обогрев? Я что-то замерз.

В районе столицы штата, то есть Карсон-Сити, а не Вегаса, как многие считают, юрист начал шмыгать носом и чихать. Слабый иммунитет изнеженного калифорнийца дал сбой. Линда пощупала попутчику лоб.

– Горячий, – объявила девушка и тут же еще и до моего лба притронулась. – А ты нормальный.

Говорил я… ну ладно, мысленно ворчал. Теперь вот вынужден ставить парня на ноги.

Хорошо, что дайнеры и аптеки тут как грибы после дождя понатыканы оказались, несмотря на то, что городок маленький. Меньше Де-Мойна даже, наверное. Как если бы столицей Воронежской области Бобров или Анну назначили. Ничего о них плохого сказать не могу, хорошие уютные райцентры, но маловаты.

Остановился у первой же приличной на вид закусочной и едва ли не силой влил в молодого адвоката горячий чай с лимоном и медом, и пока тот под присмотром Линды кушал куриный бульон, от которого пытался отказаться, так как «не голоден», сбегал до аптеки, подсказанной официанткой, и попросил чего-нибудь от простуды.

– Берите тайленол, у него новая антивандальная упаковка, – подсказал провизор. – Глядите, тут пробка пленкой запаяна, а под ней еще и фольга. Никакой психопат больше в лекарства яд не добавит.

Если только не использует медицинский шприц с иглой и жидкую отраву. Но это уже моя паранойя. Хотя чикагский отравитель, конечно… даже слов не нахожу. Ни латинские, ни русские ругательства не кажутся мне достаточно крепкими, чтобы описать человека, заменяющего лекарства крысиным ядом.

Со всей этой суетой приехали в Рино уже затемно. И ничего так, красивый город-казино. Помельче Вегаса, но такой же яркий и застроенный сверкающими неоном отелями. Вывеска «Крупнейший маленький город мира» на въезде меня лично позабавила. Мы заселились прямо в центре, неподалеку от концертного зала и местной горадминистрации.

К утру Джимми, получивший отдельный номер, вполне оклемался. Вот что парацетамол животворящий делает. Хотя, возможно, хуэво и молитва сработали бы лучше, но я темной магией не владею, а Линда не предложила. Хватило усилий официальной медицины.

В пятницу днем, пока юрист бегал и подавал документы, посмотрели город и достопримечательности. Чем известен Рино? Тем, что это город, в котором тебя могут застрелить, а затем стоять и смотреть, как ты умираешь. Во всяком случае, так поёт мистер Кэш в одной из самой известных своих песен.

В нас никто не стрелял – наоборот, мы побывали в музее огнестрельного оружия времен Дикого Запада и в расположенном парой этажей ниже световом тире, где стрельба велась из безопасных макетов оружия по мишеням. Хотел бы я похвастать, что показал себя лучшим стрелком, но увы, режим «меткого глаза» за пределами РДР2 мне недоступен. Позорно мазал в половине выстрелов, в то время как Линда попадала часто, не меньше трех четвертей мишеней закрывала. Должно быть, натренировалась в аркадных автоматах. Ну или я такой косой.

Про лучшую игру в жанре вестерна не зря вспомнил. Антураж Дикого Запада в Рино повсюду так и просматривался. Бездарно потраченный день, если честно. Столько кода осталось не написано, сколько артов не нарисовано. Но ни о чем не жалею. Я люблю свою работу, но отдых не менее важен. Развеялись, получили новые впечатления, друг с другом наедине побыли.

Джимми в течение дня закончил все назначенные дела и, найдя нас в холле отеля, официально объявил меня председателем совета директоров «Каналья интернешнл», а Линду – секретарем.

Вечера я ждал с некоторым волнением – это же один из величайших певцов двадцатого века и шанс увидеть его вживую. Я, к своему стыду, с творчеством мистера Кэша уже после его смерти познакомился по подсказке коллеги, а тут он жив, бодр и еще не достиг пика карьеры.

Самый обычный концертный зал в казино Сахара, с сидячими местами перед довольно-таки просторной сценой. Мы с Линдой заняли наши места в середине второго ряда, не иначе как добытые мистером Карлсоном по большому блату. Публика по большей части приличная собралась, ближе к сорока. На ее фоне латиноамериканский пацан и азиатская девчонка как бельмо на глазу, наверное, смотрелись, несмотря на то, что оделись мы максимально прилично и скромно, не вызывающе.

Зал постепенно затих. Рабочие сцены вынесли стойку с двумя микрофонами – для человека и гитары.

– Здравствуйте, я Джонни Кэш, – произнес артист, выйдя к публике. Как я читал, он всегда начинал выступление именно с этих простых слов. Меня как молнией прошило от простейшего приветствия. Чуть за пятьдесят, высокий, под метр девяносто, в черном приталенном сюртуке, с крупным носом и приметным шрамом на подбородке. Джонни Кэш, человек в черном.

На ютубе сохранилось видео его последнего выступления, и я пересматривал его несколько раз, удивляясь, как старик, которого аккуратно усаживают в инвалидную коляску, способен виртуозно играть на гитаре.

Я всегда любил концерты не больше, чем театр. Вся моя инженерная душонка протестовала против них. Ну неоптимально это – устраивать одно и то же идентичное представление раз раз разом. Монолог о безумии где-то рядом лег бы. Я ленивый пендехо! Не был, не чувствовал, не понимал, как это круто, когда легенда исполняет свои лучшие песни буквально в двух шагах от тебя. И даже пример с молодой Металликой не особенно меня убедил. Признаю, я ошибался.

Первой же песней в самое сердце поразило «Кольцо огня». Запись на кассете даже половины той энергетики не передает. Мы с Линдой как за руки взялись, так и до конца выступления кисти не расцепили, попав под впечатление.

И все другие хиты ожидаемо прозвучали. «Мальчик по имени Сью», «Блюз тюрьмы Фолсом»,«Призрачные всадники в небесах», не счесть их! На строчке «Я застрелил человека в Рино, чтобы посмотреть, как он умирает» зал взорвался овациями. По всей видимости, местным жителям даже такое упоминание их города в радость.

Когда Кэш утомился, на сцену для перерыва вышла его жена Джун Картер Кэш. Я совершенно ничего от нее не ждал, а тетенька взяла и исполнила «Will the Circle Be Unbroken», знакомую мне по саундтреку к «Биошок: Инфинит». С более молодым и нежным голосом, как в игре, на мой вкус, лучше бы прозвучало, но всё равно – очень душевно тетенька спела.

По окончанию основной части представления певец раздавал автографы и мы с Линдой тоже к нему подошли, честно отстояв очередь.

– Приятно видеть, что молодежь из бедных районов тоже интересуется моим творчеством, мой-то сын больше Блэк Саббат и AC/DC слушает. Главное, не сдавайтесь, что бы ни происходило, – пожелал нам Кэш. – Я весь концерт пел специально для вашей пары, увидев вас в зрительном зале. Вы очень выделялись среди зрителей.

– Спасибо, мистер Кэш, ваша музыка очень помогла нам, – поблагодарил я. – Подпишите, пожалуйста, «Для Криса и Линды» и, если не сложно, «Гори, огненное кольцо».

А девушка засмущалась и ничего не сказала, хотя вроде бы не первая знаменитость в ее жизни, но не нашла слов или… все же я идиот. Взяв Линду за руку, я обнаружил, что она вся прямо-таки пылает, и боюсь, что не от любви ко мне или впечатлений от концерта. Ох-ох-ох, зря я ей позволил вчера в снегу копаться. Пендехо! Каброн! В начале мероприятия жар совсем не ощущался.

– Милая, как ты себя чувствуешь?

Ответом стал тишайший шепот, совсем неразличимый в шумном фойе концертного зала при казино. Обнял девушку с таким расчетом, чтобы ее губы оказались неподалёку от моего уха и смог-таки расслышать.

– Горло болит, у меня часто так зимой, ничего страшного.

Ага-ага. Ничего страшного. А я, гранде пендехо, успокоился тем, что не жалуется на свою астму, а к необычному тембру её речи привык и не форсировал обращение к врачу. Ведь «работает – не трожь». Идиот! Сказочный идиот!

Если ангина до почти полной потери голоса дошла – это ведь серьезно? Где-то рядом и проблемы с дыханием ходят? Или нет? Не будем проверять и рисковать. В процессе знакомства с городом я видел местную больницу – крупное здание в стиле кубизма, сильно похожее на нашу районную воронежскую поликлинику, но сегодня это сходство неважно. Линда с каждой минутой становилась все более вялой и инертной, что еще сильнее огонек беспокойства во мне распаляло. Сколько раз я себя внутренне обматерил – не счесть.

В пятницу вечером в поликлинике принимала только неотложка. Туда я девушку и потащил.

– Страховка есть? – спросила уставшего вида латиноамериканская медсестра с бейджиком «Рамирес».

– Да, – ответил я и порывшись в бумажнике протянул карточку страховой компании.

Соцпакет я своим сотрудникам постарался дать внушительный и себя с Линдой не забыл. Это же возможность сэкономить на налогах и вообще здоровье важная штука.

– Заполняйте анкету и ожидайте.

Ждать приема пришлось в живой очереди в худшем ее проявлении. Со всякими вредными бабушками, которым «только спросить». Линда храбрилась, бодрилась и всеми силами старалась показать, что она в порядке, но простейшая проверка температуры лба выдавала, что это не так и я остался непреклонен и вместе с девушкой прошел в смотровой кабинет, где нас принял пожилой и грузный врач доктор Вессон. Интересно,нет ли у него помощника по фамилии Смит.

– Линда Ким, – вызвал врач. О, будь благословенен этот прием по записи! Передовые практики живой очереди до светлых берегов Валинора не добрались!

– Эй… а ты, парень, куда лезешь⁈ Ты ей кто? Точно не родственник, – одернул врач.

– Я ее жених, сэр. У Линды пропал голос и она не говорит, а я отвечу на любые вопросы.

На лице врача пробежала тень сомнения, но ненадолго.

– Какая у нее группа крови? Есть аллергия на пенициллин или другие лекарства?

Да я и про себя-то таких подробности, как группа крови, знаю только потому, что в больничку не так давно попадал. А насчет пенициллина – и подавно. Вот у меня прежнего такая аллергия имелась в багаже.

– Четвертая, нет аллергии, – прошептала мне на ухо девушка, привстав на цыпочки и я повторил ее слова.

– Ладно, проходи… жених, – смирился врач.

Осмотр последовал самый обычный – проверить горло, высунуть язык, померить температуру, послушать внутренние органы, для чего потребовалось задрать свитер на спине.

– Острый тонзиллит, я сделаю укол и пропишу антибиотики в таблетках, это поможет, – заключил врач. – Покой, теплое питье, соблюдение рекомендаций. Если проблемы с голосом не исчезнут, обязательно запишитесь к отоларингологу. А сейчас прошу за ширму на кушетку, я уколю бициллин. Это больно, вам придется потерпеть, юная леди.

Вышла Линда из-за занавески, потирая ягодицу через джинсы. Но как-то не такой вялой уже показалась. Вероятно, сама процедура укола бодрит.

Получив рецепт на антибиотики в таблетках, мы отправились за выпиской в приемный покой и там я понял почему очереди здесь короткие.

Триста пятьдесят долларов??? В цифру из предъявленного медсестрой счета не хотелось верить. За один укол, рецепт на таблетки и короткий прием? Да, восемьдесят процентов покрывает страховая, а на оставшиеся семьдесят баксов я не обеднею.

Но что бы на моем месте делал простой мужик Джон, у которого нет за плечами быстро растущей айти-корпорации и страховки? Скорее всего, кормил бы невесту дешевым парацетамолом и куриным бульоном, и ничего страшного бы даже не произошло. Помогло бы лечение. А за свою тревожность расплачиваюсь рублем… долларом. Ни о чем не жалею.

Подпортила ангина впечатление от Рино, концерта и встречи с большой буквы Легендой кантри. И все не так, и все не то, когда твоя девушка больна. Виктор Робертович мудрым человеком был. То есть он пока что есть, и я еще, быть может, постараюсь, чтобы в лозунге «Цой жив» потребность не возникла.

Глава 9

Я и мой мобильный госпиталь вернулись в Эль-Серрито к полудню субботы. Вполне себе активно бегавший вчера с бумажками Джимми снова расклеился и уснул на заднем сидении.

Линда всё еще едва-едва шептала. Но температура у нее спала и во взгляд вернулась прежняя любознательность. И раз сама девушка могла только молчать, я говорил всю дорогу за двоих – рассказывал про гоночные игры, то, какими мы их однажды сделаем. Про погодные эффекты на трассе, модель повреждений автомобиля, возможность стрелять в противников, тюнинг изнутри и снаружи.

Так и доехали. Сначала завезли Джеймса на съемную квартиру, а затем к себе. Встречали нас радостно гавкающий Дюке и присматривавшие за ним Трейси с Эдди.

– Ну как, чуваки, послушали Кэша? – спросил музыкант. – Кантри – полное дерьмо, но этот старик умеет заставить его пробирать тебя до костей. Я как-то бывал на его концерте.

– Мы взяли автограф, – похвалился я, – и нам нам надо домой, Линда немного приболела.

– О-оюшки! – Трейси притронулась ко лбу девушки. – Тебе нужны яблочный уксус с мятой и луковые компрессы. Я сделаю! А ну давай, живо в постель! А ты, Си-Си, выкрути термостат на пожарче. Больным надо тепло!

– Эль-Кей, а хочешь, я тебя к доктору, которого мне мистер Карлсон нашел, отправлю? – предложил вокалист. – Я холодного пивка перебрал и горло простудил, думал, петь не смогу, а он всё исправил. Типа, специалист по голосовым связкам. Крутой чувак, понимает, как там всё устроено.

Линда крепко сжала мою руку. Какой бы музыкой для меня ни звучал ее голос, я знаю, что она стесняется своей хрипотцы. А потому – почему бы и не заняться лечением, как я собирался, пока какие-нибудь осложнения не вылезли.

– Спасибо, Эдди, мы сходим к этому врачу.

Остаток субботы и воскресенья провели в заботах о здоровье. Трейси забежала с теми самыми народными средствами, а заодно новостями поделилась.

– Ребят, глядите, что я принесла! Плейбой, смекаете⁈ Девушку года объявили! И это не я, глядите!

С предъявленного разворота журнала на меня смотрела блондинка, чем-то похожая на Сидни Суини.

– Мисс Декабрь. Скажите, она красотка, почти как я, только у меня грудь больше!

Объективно оценила, симпатичная модель. Хотя наша подруга харизматичней.

– Клементина, – шепнула мне на ухо Линда.

Пережили и субботу, и воскресенье. И вечером у меня зазвонил телефон.

– Послушай, приятель! Это уже ни в какие рамки не лезет! – высказал мне Кен вместо приветствия. – Я простил Джона, теперь Чак уволился и собирается к тебе проситься. Завтра у себя его жди. Знаешь, как это называется? Заканчивай с этим! Какие бы там у тебя условия ни сформировались!

Актер батька не самый лучший, на мой взгляд, явно наигранное возмущение изображает, но, видать, и зритель у него неискушенный. Может быть, мистер Хелл? Хотя там наоборот – тот еще динозавр и ветеран корпоративных войн. Кто-то, кто стучит Хеллу? Вот это уже ближе к истине.

– Это называется «конкуренция за разработчиков», сэр, – подыграл я собеседнику. – У меня тут нет джакузи, но зато под боком не счесть кинотеатров, концертных площадок, залов аркадных автоматов и супермаркетов.

– Я с тобой еще за это рассчитаюсь, – злодейским тоном предрек Кен. Дурацкий спектакль, но раз уж начали его, то надо доигрывать.

Чак приехал в понедельник, весь окрыленный и на позитиве. Припарковал свой пикап Тойота, точь-в-точь, как я на авторынке выбрал, и позвонил в дверь дома Делакруа.

– Прикинь, Крис, Кен нас всех троих отпустил, но для вида поорал, чтобы остальные не дергались. Он хороший человек, а не делец, как Лорд Бритиш говорит. Блейз и Коннор на днях приедут, – поздоровавшись, зачастил полноватый блондин.

Лорд Британский, никнейм Ричарда Гэрриота. Не знаю, при чем тут Британия, да и пофиг. У меня наконец-то нормальная команда программистов появляется, а не гениальный шахматист, великолепная художница, отличный экономист, прекрасный графический дизайнер, рок-группа… то есть кто угодно, но не опытные кодеры. Джона не посчитал, но он играми заниматься не хочет.

– Молодец, что приехал. Пошли, со всеми познакомлю. Раз ты первый, у тебя есть выбор, куда заселиться. Первый вариант – дом большой, арендную плату со своих не попросим, но есть подвох… сейчас сам увидишь.

Увидев Ктулху, кодер перекрестился, как ревностный католик.

– Ага. И такие статуи во всех комнатах. Кроме того, собираемся скоро начать ремонт дома. Второй вариант – в доме напротив наш товарищ Монти сдает комнаты, цена адекватная. Третий – у меня арендована еще на месяц половинка дуплекса. Хорошее место, сам там жил. Ну или сам можешь арендовать.

– Я выбираю дуплекс, – решил после некоторых раздумий Чак. – Не подумай, что я испугался статуй, но не перевариваю любые общежития, мне нужна отдельная ванная. И вдруг девушку захочу пригласить. Ну, ты понимаешь, с ночевкой…

Не стал острить, что внешность у кодера не как у заправского ловеласа. Хотя бы потому, что знал целую кучу таких вот типичных толстых ботанов, с противоположным полом проблем не испытывающих. Да хоть бы и я сам… но себя не очень помню.

Познакомил, представил, попросил Лизу купить все, что надо для оборудования рабочих мест. Как же это удобно, когда есть специальный человек, берущий заботы об офисе на себя!

– А теперь поехали, покажу жилье и помогу машину разгрузить.

– Да у меня там только компьютер и одежда, – признался Чак.

Как вежливый человек, начал с того, что постучался к миссис Дак.

– Мэм, познакомьтесь, это Чак, я уступаю ему комнату. Он хороший парень, сотрудник моей фирмы. Чак, это миссис Дороти Дак, у нее лучший бататовый пирог на севере штата. А может быть, и вообще в стране.

– Батюшки! Еще один программист! – воскликнула негритянка. – Ну хоть не рокер. А то заселились тут в дом напротив. Музыка гремит так, что голова болеть начинает! Да разве это музыка⁈ У меня племянник в цеху металлообработки работает, вот там так же громыхает. Миссис Харрингтон из дома дальше по улице к ним копов уже вызывала, чтобы усмирили этих сатанистов. Но какой с них толк? Копы только до приличных юношей докапываться и могут. И хоть бы раз со мной поздоровались. Совсем мне, старой, житья от них нет!

– Мэм, вы не старая, – проявил дипломатичность Чак.

– Мальчики, а может, вы с ними поговорите? Ваши ровесники все же. Объясните, что нельзя шуметь? – с надеждой посмотрела «баба Даша».

Идти делать внушение неизвестному количеству неуправляемых подростков мне совсем не надо. Миссис Дак – женщина хорошая, но получать из-за ее конфликта с соседями чингасос мне не хочется.

– Конечно! Си-Си отлично ладит с музыкантами! – добродушно подтвердил Чак.

Хоть бы посоветовался. Хотя, чего таить, я бы все равно так или иначе попытался помочь хорошей женщине. Негритянка поддержала меня в свое время, черной неблагодарностью стало бы ей вот так отказать. Меня же никто не заставляет брать бейсбольную биту и идти проламывать черепа? И вообще ссориться с рокерами.

– Сейчас разгрузим вещи и сходим, – согласился я.

О каком доме идет речь, сразу стало ясно – большой нелепый коттедж, хорошо видимый из единственного окна квартиры в дуплексе. Я пару раз рассматривал его просто от нечего делать, как деталь пейзажа.

– Настоящая рок группа, Си-Си! Офигенно! Для тебя, может быть, и не в новинку, ты дружишь с самой «Бесконечностью тьмы», а мне после нудного Оукхерста в кайф с ними познакомиться, – делился в процессе разгрузки восторгами Чак.

Примерную стратегию общения с музыкантами я в голове прикинул. Максимум дружелюбия, никакой агрессии. Как с опасными сумасшедшими или проблемными клиентами, все время требующими новых фич в проекте в обход ТЗ.

Музыку мы с Чаком услышали на подходе к особняку. Пока занимались разгрузкой вещей, стояла тишина, но стоило отправиться в гости к соседям – начали, как по заказу. И о Великий Ктулху! Я знал эту мелодию! Она еще станет мегахитом, хотя звучит пока что очень сыро. «Четыре всадника» от Металлики! Что они-то тут забыли в нашем тихом маленьком городке?

– Потрясно играют! – одобрил мой сотрудник.

И есть ли у меня хоть один шанс убедить их сделать потише? Громыхала музыка из пристроенного к дому гаража. Как бы парни вообще не оглохли и слух себе не убили с такой громкостью.

– Ну, пойдем совершим невозможное, – потянул я внутрь Чака, дождавшись паузы между итерациями.

– БРАВО! Самая крутая партия, что я слышал! Металл! – объявил я, входя в гараж. Очень и очень знакомая картина, точь-в-точь первая репетиция Синего Трактора тогда еще «Гнилыми мозгами». Даже груда пивных бутылок на месте. Знакомые мальчишки за полгода несколько возмужали, но не то, чтобы сильно. Вместо Рона Макговни появился новый басист, крутящий колки своей гитары, такой же тощий и патлатый, как и остальные.

– Вы еще кто такие⁈ – повернулся к нам рыжий гитарист Дэйв. – А ну свалили нахрен отсюда!

Он уже до состояния нестояния практически надрался. После простого разворота на месте парня слегка повело и ему пришлось схватиться за стену. И в таких кондициях он на гитаре запиливал, словно истинный бог металла. Я оценил, уже начал немного разбираться.

– Мы это… от соседки… – попытался найти слова Чак. Моя ошибка, что заранее с ним тактику не проговорили.

– Опять потише просит⁈ Пусть наслаждается металлом, пока уши не начнут кровоточить! – пьяно рассмеялся музыкант.

– Эй! А я тебя знаю! – вдруг посмотрел в нашу сторону Хэтфилд. – Там, в Колледже в Эл-Эй… Рон тебе автограф дал.

– Да? – устремил на меня взгляд мутных от количества выпитого глаз бас-гитарист. – Поклонник бездаря Ронни? Ха-ха-ха! Проваливай, его тут нет!

– Не в соседке дело, парни, – попробовал я по-другому. – Ваша музыка – это что-то новое. Не боитесь, что кто-то, просто проходя мимо, запишет ее на кассетник и сплагиатит? Слышно-то на всю улицу. Выпустит альбом раньше вас и попробуйте доказать, что это ваши рифы.

От моего заявления даже Дэйв слегка протрезвел.

– Я этому уроду башку гитарой разобью, если такое случится! – пригрозил он, глядя почему-то прямо на нервно сглотнувшего Чака.

– Но и делать потише тупо, я вас понимаю, – продолжил свою манипуляцию. – У вас же тут есть агент или менеджер, он что, не разорился на шумоизоляцию? У моих знакомых целая репетиционная комната с мягкими стенами. Ни звука наружу. Вы что, хуже их?

– МЫ ЛУЧШЕ! – громыхнул своим эго Дэйв. – Где телефон этого придурка? Как там его? Я пригрожу переломать ему ноги, если не обеспечит эту… изоляцию!

Схема манипуляции, подсмотренная у тимлида. То, что сам я от этой должности всегда бегал, не значит, что не подошел бы под стандарты. Управлять программистами – все равно, что пасти котов. Мы народ вольнолюбивый и терпеть не можем начальственных указок. А потому хороший лидер делает так, чтобы команда сама пожелала сделать так, как нужно ему, а не просто нарезает задачи. Как пример – батька Кен и «дезертиры». Подозреваю, что из-за трудных времен ему вскоре пришлось бы заняться сокращением штата. А тут сами ушли и еще довольны тем, как провели начальника. Интересно, а мной он точно так же крутит в любую сторону?

– Чуваки, пиво будете? – гостеприимно предложил басист. Не помню, как его зовут. Вроде как что-то вертится, такое, что впору по лбу себя хлопнуть, когда вспомнится: «Конечно, это Вася, ну кто его не знает», с поправкой на то, что явно у нас тут никакой не Василий, а Джек, Джон или Клинт… Клифф… не вспоминается, но что-то такое.

У меня от одной мысли об алкоголе ногу как раскаленным клеймом прижгло. Психосоматика, надежно закодировала меня змеюка. Возможно, что и до конца моих дней.

– А то! Буду! – вызвался Чак. – Си-Си не пьет после укуса змеи, и он за рулем, а я не откажусь. Я только переехал! Отметим! Я проставляюсь!

Забухать вместе с Металликой! Кто бы отказался? Вот я, например, спасибо змее. И с Чаком надо будет переговорить, чтобы завязывал, следил за собой и был осторожен. Потому что пропить мозги легко, а нервные клетки не восстанавливаются. Был у нас в моей первой фирме прекрасный опытный разраб, который как начал загул на корпоративе, так после и не смог вспомнить ключевые моменты архитектуры. К дедлайну не успел, премии лишился, в семье проблемы пошли, развелся с женой и спился окончательно.

Задерживаться на чужом празднике жизни я не стал, оставил подчиненного знакомиться с родоначальниками трэш-металла, а сам пошел к миссис Дак.

– Поговорили с ними, они неплохие ребята, не сатанисты. Им скоро сделают звукоизоляцию в гараже и громкость снизится, – пообещал я. – Не приглядите за Чаком? Он хороший парень, но один, в чужом городе…

– Знаю я таких, как он. Твердая рука ему нужна. Не переживай, позабочусь.

Вот сейчас немного спокойнее стало. Даже если Чак и перепьет слегка, баба Даша ему мозги на место поставит, как-то сразу в это поверилось.

До вечера я строил планы на разработку. Разраб – это у нас средство производства и простаивать ему не стоит, а потому сел и начал писать техзадание на гоночный шутер. Ну как ТЗ – набор хотелок, которые я бы желал получить.

Во-первых, герою должны быть доступны тяжелый броневик с кучей мощного оружия и быстрый мотоцикл. Ощущаться они обязаны по-разному. Обладать своей инерцией.

На определенных этапах меняем технику или даже позволяем переключать по желанию. Никаких жизней, теряющихся при контакте с врагами – оставим их для аркадных автоматов, выжимающих из игрока четвертаки. Делаем нормальную шкалу здоровья. Или даже две. Отдельно для героя и прочность для техники.

Если машина сломалась – дать шанс выйти из нее и пойти пешком. Далеко, правда, герой так не уйдет, но, может быть, сможет выполнить ремонт и поехать дальше.

Враги – всякие летучие мыши, как в книге Желязны, и прочие радиоактивные монстры, а также банды злых байкеров. Уничтожать их не обязательно, достаточно проехать мимо. И пусть по мере истощения шкалы прочности броневик обязан ветшать и выглядеть побитым.

Ох… ох… не потянет железо всех моих задумок. В трехмерности точно! И, пожалуй, гонка – не самая лучшая концепция, там важны отзывчивость и скорость. А сколько кадров в секунду получится выжать из Коммодора? У тех поляков вроде бы около 16–20 выходило. То есть неплохо для коридорного шутера, но не гоночного экшена. Так у нас дело не пойдет!

А потому, продолжая метания, делаем «Долину проклятий» с видом сверху, взяв за основу уже частично работоспособный движок VVVVVV, только с переносом в другую плоскость.

Выйдет, как в «Джакал» на Денди. Одна из крутейших восьмибитных игр всех времен, как раз про «ехать и стрелять». Вот такое уже прямо реально-реально сделать на спрайтовой графике. А потом мы «Долину» ещё и на японскую приставку портируем, собрав лавры первооткрывателей и принеся немного денег в карман любимому писателю. Может, его еще и на роль сценариста выйдет заманить? Но это уже маловероятно, почти без шансов.

Напечатал все задуманное и еще и эскиз того, что хотел бы видеть, ручкой набросал. Художник я тот еще, но уж прямоугольный броневик нарисовать способен. А дальше уже Линда как с больничного выйдет нормальные спрайты сделает.

– Босс, такое вообще возможно? – спросил Майкл.

– Да. У нас могут возникнуть проблемы с количеством персонажей на экране из-за ограничений по видимому числу спрайтов, но часть мы сможем отрисовать переопределенными символами. Главное, чего я хочу добиться – отказ от некоторых аркадных условностей. Вроде гибели от одного попадания и возрождения за счет потери жизни и бесконечно спавнящихся врагов. Они меня бесят своей оторванностью от реального мира.