Текст книги "Ретро Бит 7 (СИ)"

Автор книги: Seva Soth

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 15 страниц)

Похоже, что снова слишком амбициозные задумки родились. И так только интереснее. Выполнимые же! А псевдотрехмерный движок начну сам потихоньку пилить, методом проб и ошибок.

Глава 10

Коннор и Блейз приехали на следующий день. Тихие и спокойные ребята, им приглянулся вариант размещения у Синклера и всю троицу я направил на работы по «Долине Проклятий».

– Однажды мы с Джоном закончим систему совместной разработки, – начал я вещать, презентуя разрабам план проекта, – но пока это в планах, мы разделим вашу работу между всеми и начнем периодически объединять результаты труда вручную, матерясь на то, что за идиоты писали другие модули.

Я подошел к очередной маркерной доске и расчертил ее на четыре колонки – «Крис», «Чак», «Коннор» и «Блейз». В каждую при помощи магнитиков прикрепил по несколько отрывных бумажек с задачами, на формирование первоначального списка которых у меня едва ли не целый день ушел. Умозрительно – ничего не упустил и верно основные блоки распланировал, но это стопроцентно не так. Придется еще не раз вернуться на более ранний этап проектирования и все переделать.

– Си-Си, так никто не работает, девять женщин не родят ребенка быстрее, – попробовал поспорить рыжий Блейз. Остальные кивнули.

– Да, принято, что один человек – одна игра, всегда так было, – подхватил высокий и худой Коннор. Волосы у него в куцый хвостик сзади резинкой были убраны. – Художника разве что стороннего привлекаем, кто рисовать не умеет. И тексты отдельный человек пишет. Но код в одних руках, иначе драки не миновать. Мы всегда друг с другом не согласны.

– Ребенка нельзя поделить на независимые блоки, а программу можно, как мы и сделаем. Лучше представьте, сколько времени уйдет на постройку небоскреба у строителя-одиночки в сравнении с девелоперской фирмой.

По лицам понял, что прониклись аналогией.

– Мы договоримся о строгих интерфейсах для общения между модулями. Внутри каждого – черный ящик, но с понятными всем входами и выходами. Второй важный принцип – открытость того, кто чем занят. Все задачи – только на доске. Взялись за что-то – прикрепили стикер и не лезем в модули, занятые другими. Нужна какая-то функция – подходим и говорим о ней.

– А если я найду чужую ошибку? Или кто-то напишет тормозящую дичь? – тут же уточнил Блейз.

– Сообщить словами через рот. Мы каждую неделю будем заниматься совместными код-ревью. Садиться вместе, читать код и обсуждать. Каждый должен понимать, как устроена игра. Чтобы если завтра меня похитят инопланетяне, вы пожелали мне приятного пути до планеты Вулкан, а не впали в ступор от отсутствия понимания, как работает мой модуль.

Ребята переглянулись не без скепсиса. Это будет больно и сложно. Я и сам во многом одиночка-эгоист, считающий, что лучше меня никто код не напишет. Но нужно себя преодолеть и довериться товарищам.

– Мы привыкнем не сразу. Не обойдемся без споров и конфликтов. Но напишем игру намного быстрее, чем единолично, заработаем много денег и получим какую-нибудь награду «игра года».

Собственно, я точно так же уже с Джоном и Монти взаимодействовал, сейчас всего лишь масштабировал практику до четырех разрабов на проекте. На «Долине проклятий» моя роль выходит ближе к менеджерской, сам я хочу VVVVVV дописать, прежде всего.

От распределения задач отвлек телефонный звонок.

– Крис, привет! У меня потрясающие новости! Я сделал стабильный билд файлового менеджера под Эппл 2! Это что-то невероятное! Я должен тебе признаться, что недооценивал удобство работы в графическом интерфейсе. Давай пересечемся, поедим пиццы и вместе посмотрим код. Есть несколько крутых оптимизаций, ты обязан заценить, как элегантно я вывернулся!

– Привет, Рокки, – ну вот не поворачивается у меня язык называть этого человека Стивом. – Приедешь к нам в гости? Хочу показать тебе наш офис.

– Договорились! Уже прыгаю в машину!

Возняк словно на крыльях к нам летел, так как уже через сорок минут в двери особняка позвонили. Я выглянул через глазок – высоченная стопка коробок из-под пиццы, за которой не видно человека. Сомнительно, что это Консуэла за пиццей прячется, ей бы чичис всё держать помешали.

– Привет, Рокки, – открыл и сразу помог не уронить пиццу, прихватив половину коробок. – Спасибо, пахнет офигенно.

– Я знаю, где самая невероятная пицца в округе и не мог не поделиться знанием! Офигеть! Это самый потрясающий арт-объект по мотивам Лавкрафта, что я встречал. Крис, у тебя суперский дизайнер. Этот Ктулху такой жуткий, что я чуть коробки не выронил.

– Ого! Да ты тот мужик с фестиваля! – на звонок в дверь спустился Томми, проверить, не к ним ли пришли. – Ты сообщил про связь по спутнику с Советами. Чувак, ты крутой! Правительство пичкает нас дерьмом про злых русских, а ты раз – и показал, что там есть музыка и даже не отстойная.

– Ваша группа тоже невероятная и потрясающая, – вернул комплимент Возняк, – я бы и на второй фестиваль вас позвал, но мне сказали, что повторяться – дурной тон. Приходите, как гости! Вы приглашены! На этот раз я хочу собрать миллион зрителей! Я пришлю билеты, как только напечатаем. И телемост снова собираемся устроить. Если есть пожелания, кого хотите в выступающих – называйте!

– Ван Хален! – потребовал музыкант.

– Приглашен! – просиял миллионер. – У вас потрясающий великолепный вкус!

– Если будет кантри-секция, то Джонни Кэш, – назвал я легендарного певца. Обидно мне, что его так многие списали.

– Заметано! Скажу его пригласить!

А не подсказать ли ему Металлику позвать? Ну а что? Те для массовой культуры не меньше Кэша сделают. Но потом, не сейчас.

– Крис, дай твоему другу пару коробок пиццы, чтобы на всю группу хватило! И пошли смотреть мой порт твоего файлового менеджера!

– Пицца, чуваки! Я принес вам пиццу! – объявил Возняк, но смотрели три бывших программиста Сьерры не на картонные коробки, а на него самого.

– Вы тот самый? – нервно сглотнув, спросил Блейз.

– Тот самый Рокки Раккун Кларк, скромный инженер, придумавший несколько потрясающих штук.

– Компьютер Эппл 2, например? – спросил Майкл и протянул Возу ладонь, которую тот, не являясь расистом, незамедлительно пожал.

Все перезнакомились и мы воспользовались одним из немногочисленным Эппл 2 для демонстрации.

– Как вы знаете, в компьютерах Эппл нет того количества функциональных клавиш, что и у IBM, и потому для реализации копирования и вставки я выкрутился так, – начал рассказывать Воз, – вы нажимаете Контрол-Си и указатель на файл копируется в буфер. Далее на второй панели вы нажимаете Контрол-Ви и создается копия. Если нажать для копирования Контрол-Экс, то после вставки на новом месте в прежнем файл будет удален. Стив подглядел эти сочетания клавиш у Зирокс и они гениальные!

– Стив Джобс? – спросил Коннор, говоря с придыханием, как о небожителе.

– Ага, он умеет подмечать такие штуки лучше всех в мире! Крис на него в этом похож, такой же потрясающий. Вы видели этот текстовый интерфейс? Он ничем не хуже графического, который недавно для Эппл Лиза презентовали. Но для его работы не нужен компьютер за десять тысяч.

– Уже презентовали? – не удержался я.

– Ага, в июне стартуют продажи. Стив и его команда проделали огромную работу, создали потрясающую машину, а то, как они смогли удешевить мышку – это что-то с чем-то. Представляете, стальной обрезиненный шарик и фотодатчик внутри позволили снизить цену до пятнадцати баксов! Почти на порядок!

– Крис, может, нам подсуетиться насчет игр на новый компьютер? Раз мистер Возняк так его хвалит… – заикнулся Блейз.

– Десять тысяч долларов, – повторил я цену. Она, по мне, так прозвучала бы, как приговор, и в современности. «Нормальный комп стоит штуку-две баксов» – как повелось с начала восьмидесятых, так и продолжило оставаться актуальным до моего 2026-го.

– Ага, дороговато, – согласился Майкл, – мне тут хорошо платят, но я такой себе не позволю.

– Именно! – подтвердил я. – Его купят какие-нибудь крупные компании, а им не до игр. Вот Эппл 2 – народная платформа, несмотря на некоторые… кхм… оптимизации.

Рокки меня прямо-таки обнял за эти слова и прослезился, не позволив договорить вторую часть мысли – про то, что Коммодор 64 еще более близок простым людям.

– Чувак! Ты как мысли мои прочитал! Мы со Стивом для того и собирали первый компьютер, чтобы каждый мог себе его позволить и… стоп-стоп-стоп! Крис, прости меня! Я только сейчас сообразил, что кого-то важного не хватает? Где Линда? Я собирался взять у нее автограф для себя и Кэнди! Она ведь национальная чемпионка по аркадным играм! Куда вы ее спрятали?

– Приболела, сильная ангина, я попросил ее остаться дома, чтобы избежать осложнений, – пересказал историю поездки на концерт.

– Ох, как фигово. Мне тогда лучшее ее не навещать, чтобы малыша Джесси не заразить. Вы ведь ходили уже к доктору?

– И ходили, и пойдем еще. Рокки, а не хочешь поучаствовать в эту субботу в записи студенческого ТВ? Мы делаем программу об играх. Первые два эпизода уже отсняли, но Линда, потеряв голос, больше не годится на роль второй ведущей.

Надо ли уточнять, что моя идея оказалась невероятной, потрясающей и великолепной. Воз – особенный человек. Он так много сыплет восторженными эпитетами, что они, казалось бы, обязаны приесться и начать вызывать раздражение, но нет. Во-первых, он объективен и всякой ерунде не радуется, только стоящим вещам. Во-вторых – искренен. Вся похвала идет, как говорится, от сердца.

– Я расскажу про свои самые любимые игры на Эппл 2! – пообещал инженер. – А про те, что написал сам, совсем нескромно? Брикаут хорошо у меня получился. И ваш Тетрис! Он феноменален! Я влюбился с первой захлопнувшейся линии.

– И про игры от «Каналья Геймс» все же не стоит, – попросил я. – Мы не хотим обвинений в предвзятости.

– Тогда главная игровая жемчужина – «Пинбол конструктор» от Билла Баджа. Он раньше работал инженером в Эппл, но сейчас у него своя небольшая компания. Билл невероятный и потрясающий, его игры буквально перезапустили мой мозг после аварии. Вам обязательно стоит с ним познакомиться! Ох, и экономическая стратегия «Тайпэн!», ее портировали с TRS-80 в прошлом году! Я ее просто обожаю. Морская торговля в ней дает ощущение настоящего пиратского приключения! Всем советую познакомиться, это одна из лучших текстовых игр всех времен.

Съемки назначили на субботу и пошли день за днем. Я писал код, нарезал задачи, занимался ревью и в целом делал свою работу. Нравится мне вот это вот всё.

Линда оставалась на больничном, и к пятнице уже избавилась от температуры, хотя говорила всё еще с трудом. Именно на этот день мистер Карлсон по просьбе Эдди записал нас к доктору. Нас – в смысле девушку и меня, как ее сопровождающего.

В этот день разыгралась сильная непогода. Налетевший тайфун сбрасывал на округу тонны воды, а если бы мы рискнули взять на улицу зонтик – ураганный ветер вынудил бы повторить фокус Мэри Поппинс.

От пробежки сегодня пришлось отказаться, а Дюке забрать домой, а то его будку внутри вольера прямо-таки заливало. Он хороший мальчик – мебель не портит, обувь не грызет.

Несмотря на белый день, понадобилось включить у Тойоты фары, чтобы добраться под ливнем до Сан-Франциско. Если такие «погожие деньки» в солнечной Калифорнии зимой – частое явление, то не переехать ли мне в Неваду или Техас? Справедлива истина из мультика – «лучше, чем Воронеж, нет города нигде!».

Элитный медицинский центр в престижном районе «Пасифик Хайтс» обладал собственным подземным паркингом, потому мы еще и не промокли, как стихия ни старалась. Анкетные данные в регистратуре, триста долларов предоплаты за осмотр, заставляющие меня пожалеть, что я программист, а не врач – и наконец-то наше время в кабинете доктора медицины Розенталя. Ему бы с такой фамилией словарик какой составить.

– Линда Ким, входите, – пригласила медсестра, приоткрыв дверь в назначенное время.

Я шагнул внутрь и тут же последовал протест.

– Стойте! У меня что, двоится в глазах? Я вызывал одного пациента. Юноша, зрение с каждым годом меня подводит сильнее, но я даже без очков вижу, что вы не Линда Ким, – сказал полностью седой еврей, изучавший за столом медкарту.

– Я ее жених, помочь объясниться. Линде больно говорить.

– Молодой человек, я счастлив за то, что вам удались найти вторую половинку, это большая удача в нашем суетном мире. Но у меня только одно смотровое кресло. За пациентку скажут состояние ее горла и последующие анализы, если потребуется. Присядьте в приемной, почитайте журнал, выпейте кофе из автомата, скушайте шоколадку. Никто в моём кабинете вашу невесту не обидит.

И потекли долгие минуты ожидания, воспринимаемые как часы, месяцы и годы. Вот где бы портативный тетрис стал неоценим, хоть как-нибудь бы отвлекся. А так – пытался продумать архитектуру модулей для «Долины Проклятий», но не очень успешно. Мысли всё время убегали туда, в кабинет.

– Войдите, молодой человек, пациентка просит, чтобы вы присутствовали, – наконец-то пригласили и меня.

Линду я нашел полулежащей в процедурном кресле, похожем на стоматологическое.

– И вот все в сборе. Позвольте же старику озвучить свой диагноз, – проворчал доктор Розенталь. – У вас, красавица, хронический узелковый ларингит, обычно характерный для людей, работающих голосом, например, певцов и дикторов. Очень запущенный, налицо клиническая картина фиброза связок. И как вы только говорили все эти годы?

Звучало очень неприятно, но не как название катастрофы.

– Это лечится? – спросил я.

– В настолько запущенной форме – только хирургическим путём. Как давно вы испытываете проблемы с голосом, милочка? Не меньше пяти лет, не так ли?

– Семь лет, – тихо-тихо выдала Линда.

– А вот это вам противопоказано, моя дорогая. Шепот, чтобы вы знали, нагружает связки куда сильнее, чем обычная речь. Лучше промолчать, чем шептать. Для того мы и позвали вашего кавалера, чтобы он сказал все необходимое.

– Хирургическим путем? – напомнил я главный вопрос.

– Микроларингоскопия. Операция очень сложная, требующая ювелирной точности, но в нашей клинике мы такие делаем регулярно. Срежем все узелки, образовавшиеся на связках, и буквально вернем вам ваш настоящий голос, юная леди. Дело в том, что все эти годы вы разговаривали не голосовыми мышцами, а мускулами шеи и гортани, совсем для того не предназначенными. Человеческий организм удивителен, не так ли? Мы вернем голосовым связкам их прежнюю подвижность и не стану обещать, что вы сможете выступать в опере, но впервые услышите свой истинный голос таким, как и положено в вашем возрасте.

– Каковы риски? – самый главный вопрос. Если проблема только в привычной хрипотце, как у закоренелого курильщика, то и плевать. Мне низкий голос Линды уже милее любого сопрано, контральто или как оно там называется.

– Любое оперативное вмешательство под общим наркозом имеет элемент риска. Но у нас огромный опыт, а у меня лично – ни одной неудачной операции за сорок лет практики, за то и беру большие деньги. Если же говорить о рисках отсутствия лечения – есть некоторые шансы полностью и навсегда замолчать. Плюс риск, что узелки переродятся в новообразования и потребуют более серьезной операции.

– Деньги! – прошептала Линда. Хотя они совсем роли не играют, вот ни капли. Я не бессребреник, но отдал сорок тысяч за дом для Елены и Гектора и ни о чем не жалею, а тут ситуация более важная.

– Операция и курс реабилитации у фонопеда обойдутся вам около двадцати тысяч. Во многих других клиниках попросят дешевле, не стану таить, но у нас условия намного лучше. И если речь зашла о деньгах, учитывайте, что страховая наверняка откажет в возмещении из за запущенности болезни.

Всего-то! Как быстро я перешел от подсчета каждого четвертака к безусловной готовности расстаться с парой годовых зарплат типичного работяги.

– Не вижу проблем в этой сумме. Мы посоветуемся и примем решение, – озвучил я.

Для себя согласился бы сразу, но тут на операционный стол лечь придется не мне. Я окажу всю нужную поддержку, поделюсь всеми силами и ресурсами, но решение за самой девушкой.

– Ближайшее окно в графике операций у нас на август, – уведомил врач. – Затянете время – и оно сдвинется еще на месяцы.

Линда сжала мою руку и прошептала «согласна». Может, доктор нас и разводит, но ни о чем не жалею.

– Мы согласны, – подтвердил я вслух, – запишите нас в график.

Глава 11

На анализы для подготовки к операции нас записали на июль, а до того доктор Розенталь прописал консервативное лечение таблетками, полосканиями и приторными сиропами, после которых поцелуи становятся сладкими не только в фигуральном смысле, но и в самом прямом. Всё, чтобы снять воспаление и привести горло к той неустойчивой норме, в которой Линда существовала последние семь лет. Еще и миндалины удалить посоветовали у них же, но это уже после Японии.

Неинвазивные способы отлично сработали. Через какую-то неделю Линда уже вернулась к своей нормальной речи при помощи «не тех мускулов». К тому моменту мы успели записать третий и четвертый выпуски ЙЕП в течение одной субботы, и оба с участием Рокки Раккуна Кларка. Будущие зрители узнают о нескольких гениальных и потрясающих играх, включая конструктор пинбола и клон арканоида – Брикаут.

На работе главной новостью стало то, что Бренда таки закончила экономические расчеты для Геймдев Тайкуна, а Эми приступила к написанию текстов для него же. Программно всё легло на тот же текстовый движок, что и у Студента, с минимальными допиливаниями – добавлением портфолио виртуальной студии и экрана статистики проектов. Мне понравилось. Я сел и за вечер довел компанию до разорения. Истинный эффективный менеджер. Вторая попытка – я продержался на плаву два игровых года. Третья – три года. Расту! Чего глядишь, и настоящую компанию по миру не пущу.

Чак пару раз приходил на работу не бухим, конечно, но с запахом вчерашнего веселья, пока… Орале!

– Добро пожаловать в канальи, приятель. Кто тебя так? – спросил я, разглядывая синяк на скуле. Не особенно выдающийся, но заметный.

– Дэйв, гитарист Металлики. Он не только меня, Клиффу и Ларсу тоже досталось. Он с перепоя взбесился, решил, что хотим украсть его гитару. Этот парень вообще не умеет пить.

– Им стоило назвать группу «Алкоголика», – хохотнул остряк Блейз.

– Ну да, бухают они как не в себя, но играют, как боги! То есть наша «Бесконечность» тоже молодцы, Клифф их фанат и подбивает своих сделать кавер на «Тысячу глаз».

И что дальше, Джонни Кэш создаст кавер на «Синий Трактор»? Но это я уже ворчу.

На удивление неплохо всё складывалось, совершенно без приключений. Дата приближалась к Валентинову Дню, а это не только день влюбленных, и не только годовщина объединения нас с Крисом в одно целое. 14 февраля – день рождения Линды. Моей красавице исполняется девятнадцать, снова увеличивая разрыв в нашем с ней официальном счете прожитых лет. Забавное совпадение.

Над подарком слишком долго не раздумывал – конечно, модель Энтерпрайза! Я помню, как девушка смотрела на нее в гостях у Дейва Дейлайта. И тут только доля шутки, я на самом деле заказал игрушку в магазине. Не понравится – себе оставлю.

Всерьез задумался, не подарить ли песню. Как на Линдины именины испекли мы каравай… День рождения – праздник детства… Лучший подарок – сделанный своими руками? Настоящие муки выбора. Тортик со свечками? Так это ложь! Отбросил в сторону все самые нелепые пафосные варианты и остановился на прагматичном.

Открыв утром свои прекрасные глаза, ранним утром девушка увидела протянутую мной маленькую бархатную коробочку с кольцом. Да-да, в душе я романтик, а потому даже на одно колено встал, несмотря на то, что нога все еще в неидеальной форме.

Сердце колотилось, как бешеное. А вдруг откажет? Вдруг решит, что я поленился запоминать две даты и решил сэкономить на подарках? Традиционную ерунду вроде коробки конфет в форме сердечка и букета перуанских лилий я тоже предусмотрительно заготовил.

– С днем рождения. Примешь мой подарок?

По выражению лица я увидел, как ей хочется заорать «Да!», но прижал девушке палец к губам. Доктор Розенталь велел беречь связки, так что нечего сотрясать воздух словами там, где я всё необходимое в глазах сумел прочитать. Безусловно, она согласна, и как бы мне ни хотелось, чтобы Линда сказала «забирай меня скорей и целуй меня везде, девятнадцать мне уже», творчество группы «Руки Вверх» ей незнакомо. Подарки в этот день посыпались на мою хайну, как из рога изобилия. Это потому, что она очень приятный человек и людям нравится ее радовать.

Елена прислала по почте голубое платье в горошек. В той же посылке находилась кулинарная книга мексиканской кухни и перцовый баллончик от Гектора с запиской «На улицах всегда неспокойно, держи при себе на всякий случай». Ну, так-то он прав. Мне для себя такой же прикупить захотелось. И как раньше про него не подумал после всех чингасос?

Трейси подарила теплые шарф и варежки из серой шерсти. Монти – большой артбук с картинами эпохи Возрождения и ну очень качественной полиграфией. Селеста – собственноручно сплетенный ловец снов. Бренда – три первых тома «Искусства программирования» Кнута. Да, Линда не программист, но активно интересуется. Лиза – брендированный ярко-желтый худи «Каналья Геймс» с уточкой, а Майкл – еще один артбук, с концепт-артами из разной фантастики.

Программеры принесли консоль КолекоВижн с полным фаршем расширений, включая руль и педали. Я, к своему стыду, про само существование этой консоли узнал, только когда Сьерра портировала на нее тетрис. А так – неплохая железка, на процессоре Z80.

Изабелла и мисс 1982 Клементина прислали дорогущий набор косметики. Лео и Глория – женские часики в позолоченном корпусе. Музыканты «Бесконечности тьмы» – набор виниловых пластинок с классикой рока и проигрыватель с акустикой. Фанклуб Эль-Кей в лице Агнешки и Дебби – кассету с записью финала турнира. Рамон – набор чехлов и ковриков для Тойоты, модную оплетку на руль и оголовье рычага переключения передач с утенком внутри прозрачного пластика. Кен и Роберта – медаль от шерифа Оукхерста за спасение людей при пожаре.

Мистер Ким прислал желтую плюшевую уточку – копию птички из Флэппи Бёрд. Первую из партии мерча, заказанного Лизой нашим партнерам из швейного цеха. Прототип! Не уверен, насколько такие маскоты станут популярными, но если уточки взлетят, то зарабатывать на сопутствующих получится едва ли не больше, чем на самих играх. И опять же, на всяких выставках будет что людям дарить, как и в залах игровых автоматов.

И это не все подарки! Все любят Линду, и всякие мелочи, вроде набора приправ от миссис Хендерсон, и перечислять не стоит.

Рокки еще выделился. В районе полудня у нашего офиса остановился грузовик службы доставки и грузчики выгрузили аркадный автомат – так любимый девушкой Фроггер! Хорошо хоть, не домой привезли. Теперь все сотрудники Каналья Геймс смогут попытаться перевести лягушку через дорогу и навсегда возненавидеть всех амфибий. Его мы поставили в помещении офиса, назначенным комнатой отдыха, туда же и приставка КолекоВижн отправилась, и купленная мной ранее Атари 2600 с коммунистами-мутантами.

Шумных вечеринок-пьянок не устраивали, собрались уютной компание на работе, играли в приставки, автомат и ДнД, кушали пиццу и тортики. Кто пожелал – пиво, но не до потери человеческого облика. Музыканты еще и песенкой отхэппибёздили. Лучший день рождения, какой я только способен вообразить. Девушка, во всяком случае, аж вся светилась изнутри.

В остальном незамеченным февраль пролетел. Громкие события отсутствовали. Не считать же за таковые очередные и привычные переносы заседания по гринкарте Гектора или посещение занятий сценарного мастерства. Тихое и мирное болотце. Но с лягушками и уточками!

И большая часть марта прошла точно так же незамеченной, ко всему прочему добавилась подготовка к грядущей «Компьютерной ярмарке западного побережья», где у меня запланирована стендовая дискуссия о будущем видеоигр.

Алхимия и Симулятор Студента оконательно добрались до того состояния, когда не стыдно показать игры всему миру. Обе мы собрали под все три наши основные платформы – Эппл 2, IBM и Коммодор 64. Под последний, благодаря вышедшему компилятору Паскаля, и остальные текстовые квесты в печать пошли, но учитывая, как ужасны дисководы К64, рекордных продаж ждать не стоит. А на аудиокассетах выпустить игру с движком, основанным на точном чтении определенных секторов носителя, нереально.

Их и покажем! В этот раз уже как самостоятельная студия, а не бесплатное приложение к Сьерре, находящееся на их стенде на птичьих правах. И Тетрис, безусловно. Он хоть и шагает по планете, мир еще не захватил. Лиза созвонилась с организаторами и выбила нам стенд. Небольшой, но свой!

Отличие данной выставки от посещенных нами ранее в том, что она именно игровая, а не компьютерная широкого профиля. Там же мы первые выпуски ЙЕП всем желающим покажем.

На стенде посидеть вызвались Майкл и Лиза. Трейси – моделью поработать. Ну и мы с Линдой до кучи, но больше, как зрители. Моей невесте надо голос беречь и не напрягать. Итого пять человек, четыре компа для демонстрации и куча уже привычного геморроя. Хорошо хоть, что всё близко, в Сан-Франциско, и никаких гостиниц. Можно, как белому человеку, приезжать на выставку с утра и возвращаться домой отдыхать после ее закрытия. Охрана на месте есть, технику утащить не должны, а за дискетами строгий контроль.

От Сьерры лично Кен и Роберта приехали, заодно у нас в гостях побывали, с Древними поближе познакомились. Всё штатно, всё нормально, спокойно и без эксцессов.

– Вот так и устроились, – показал я Уильямсам наш уголок в особняке. – Выкупаем его целиком и обеспечим себя местом на несколько лет.

– Эти статуи такие жуткие… мне хочется поместить их в игру, – призналась Роберта.

– У меня есть несколько схожих идей, но авторские права мне не принадлежат, это Лавкрафт. Если сделаете игру первыми – договоримся об использовании саундтрека «Бесконечности тьмы», не чужие люди.

Мне и правда не жалко. Музыку я не для заработка плагиачу, а чтобы друзьям помочь. А батька с супругой тоже, надеюсь, мои друзья.

– Хей-хей, Чак, я не кусаюсь, – окликнул заглянувшего что-то уточнить и тут же вышедшего кодера Кен. – Я недоволен тем, как вы без предупреждения уехали, но вы имели на то право.

– Прости, Кен… и ты, Роберта… но тут всё круче. Вы бы только видели, как Си-Си собрался нашу работу организовать. Тут мы команда! Как рок-группа!

– Ты еще начнешь завидовать оставшимся в Оукхерсте и их заработкам, когда мы выпустим свои игры… под сам знаешь какую платформу.

Не стал мешать их общению и ушел сделать всем кофе.

Итого, в означенный день выставка началась и это было интересно, несмотря на знакомый формат и кучи народа.

Линду и Трейси затянула автограф-сессия. Майкл, Лиза и даже Бренда занимались демонстрацией игр. А я пошел прогуляться по выставке, в результате чего нашел стенд «Электроник Артс».

За столами перед компьютерами смущенно торговали лицами десяток гиков. Явно разработчики. А я кодеров узнаю по осанке. Сам сутулился в прошлой жизни. В новой всеми силами стараюсь спину не портить. Парни явно имели успех, к ним выстроились небольшие очереди, только растущие из-за того, что ребята не привыкли презентовать товар. За них отдувался длинноволосый, слегка смуглый живчик в пиджаке и при галстуке, чем-то мне старые фотографии Джобса напомнивший.

– Привет. Впечатляет, да? – спросил он, подойдя поближе, когда я остановился у небольшой пирамиды из картонных коробок с обложками игр, непривычно яркими, крупными и с качественной полиграфией. Как для музыкальных пластинок.

– Обложки? – не сразу понял.

– Да, именно они! Самое интересное с обратной стороны. Гляди! – жестом опытного коммивояжера он снял с витрины «Конструктор Пинбола», внезапно тот самый, что расхваливал Возняк на записи ЙЕП. С тыла упаковки на меня смотрел улыбчивый обаятельный парень лет тридцати. Подпись гласила, что это разработчик игры, Билл Бадж.

Я нашарил его взглядом на стенде. Намного уверенней остальных смотрелся, презентуя свой продукт. У нас с той же уверенностью Майкл вещает.

– Считаете, что программистам это нужно, мистер…

– Трип. Трип Хокинс, президент Электроник Артс. Да, я считаю, что игроки обязаны видеть, кто подарил им шедевр, и узнавать. Позволь, я скажу прямо – я тебя узнал. Ты Крис Коламбус, автор Тетриса и еще нескольких превосходных игр. Ты отлично поработал, как и Кен Уильямс. Я очень уважаю его за деловые качества. Но скажи, Крис, кто-нибудь попросил у тебя сегодня автограф? Получил ли ты достаточно признания своего таланта? Игроки вообще знают твоё имя? Именно это мы исправляем.

Прямо в точку бьёт, в самое чувство собственной важности. И если я правильно его понял…

– Не хочешь и свою фотографию увидеть на упаковке с игрой, Крис? Можно, я тебя буду так называть? У нас, в ЕА, отношения с разработчиками дружеские, почти семейные. Как и у мистера Уильямса в Сьерре, насколько я представляю.

Стопроцентно хочет переманить меня на темную сторону, хотя… при нем сторона еще не темная, а вполне себе светлая. И где ЕА свернули не туда? Почему выгнали с поста гендиректора этого приятного парня? Может быть, дело в том, что он хотел делать игры, а не только зарабатывать деньги. Получается, те старые шедевры, такие, как серия «Страйк» о вертолетах и «Роад Рэш», при его руководстве делались? Или уже нет?

– Вы хотите переманить меня от Кена? – спросил я прямо. В топку словесные кружева. Если Трипу что-то нужно – пусть так скажет.

– Твоя игра разрывает розницу. Как насчет того, чтобы следующую попробовать издать у нас? Я не призываю прекратить работать со Сьеррой Онлайн, но все яйца в одну корзину не складывают. Я готов повторить предложение Уильямса по роялти, плюс твоё фото и имя на обложке.

– У меня есть пара игр, но там легкая эротика.

А чего бы и не предложить стрип-шашки и покер, если возьмется?

– Извини, но сразу нет. Уверен, игры отличные, но розничные сети их в продажу не возьмут. И это подход мимо нашей философии, приравнивающей игры к искусству.

– Спасибо за честность, Трип. Предлагаю обменяться визитками. Портить отношения с издателем в моем случае стало бы верхом глупости, но иметь альтернативу на всякий пожарный не помешает.

– Не по возрасту мудрые слова, – признал собеседник.

Ох… я пендехо и бабосо. Память моя мужичья! В голове наконец-то щелкнуло и я вспомнил, кто такой Трип Хокинс. Не просто основатель ЕА, но и директор 3DO. Они продавали провальную консоль, производимую Панасоником, и издавали «Героев Меча и Магии». По крайней мере, обожаемую фанатами, в том числе и мной, третью часть. Прости, Трип, ты вроде как неплохой мужик, но Героев я тебе не отдам. Сам займусь их изданием или батьку попрошу, если у меня с данной частью бизнеса не очень дело пойдет. Ты в реальности великую серию загубил. А чего только стоит попытка продавать отдельные сюжетные кампании, как самостоятельные игры, под названием «Хроники Героев»? Не-не-не, нам такого не надо. Но контакт в любом случае полезный. Как минимум, с точки зрения переманивания разработчиков.