Текст книги "Ретро Бит 6 (СИ)"

Автор книги: Seva Soth

сообщить о нарушении

Текущая страница: 8 (всего у книги 16 страниц)

У Стерлинга завелся новый аспирант, после чего доктор прекратил лично вести у нас занятия и, видимо, очередь из желающих к нему не стояла, так как выбрал он максимально тихого и нерешительного паренька по имени Юджин, высокого, как шпала и с длинными вьющимися светлыми волосами. Пьера Ришара мне он напомнил.

Курсы по ассемблеру для 6502 и Z80 успешно закончились, не принеся мне особенных новых полезных знаний. С первым я, регулярно сталкиваясь, главному и так научился, а второй, при всей своей легендарности, мне попадать перестал. На их версии для продвинутых, стартующие в январе, я записываться не стал. А вот на второй этап Си подал заявку, как и с Юниксом.

На «Сценарном мастерстве» устроили публичные чтения работ студентов и со второго раза «Прекрасная няня» прошла цензуру мистера Макмахона. Линде аудитория аплодировала, как и Джейн с Эми. У парня последней, арийца Дона, пришедшего встретить нашу сценаристку после уроков, я заметил заклеенные пластырем костяшки на руке. Вот и раскрылось, куда упал Рамон.

Я его предупреждал. Не прислушался. Да и сам не жалуется. Донни на заметку я взял. Сегодня он тренирует боксерские навыки на нагло подкатывающем к его подружке чикано и это логично. Но что, если завтра превратится во второго Тодда?

Когда я отнес Лео пачку заявок на патенты, все свои железные задумки, кроме софта, тот поделился газетной вырезкой о фармацевте, торговавшем рецептурными препаратами и арестованном полицией Окленда.

– Тодд получит один год, но при хорошем поведении выйдет через полгода по УДО, – добавил Лео, – это пойдет придурку на пользу. Печень – орган с феноменальной способностью к самовосстановлению, как раз за полгода придет в себя.

Глория скептически хихикнула из-за стола в приемной. Подслушивала.

– Ничего смешного, миссис Флорес. Мы с пацаном буквально спасли человеку жизнь, но не получили за то никакой награды, только расходы. Ладно, что там у тебя, Кристобаль?

Сгрузил толстую пачку распечаток с описанием патентов, объяснил, где там чего, выписал чеки для поверенных и отправился собираться в дорогу. Канун Дня Благодарения подобрался внезапно, как те самые индейцы. Кстати об индейцах, я заказал по почте компилятор Ацтек Си под Эппл 2, очередные пятьсот баксов в уменьшение налогооблагаемой базы и возможность принести цивилизацию и уточек в лице Каналья Коммандера во мрак яблочного сада.

Студию передали под присмотр Майкла и Лизы, как взрослых и ответственных. Трейси уселась на заднее сиденье нашей Тойоты вместе с Дюке, и мы накануне Дня Благодарения поехали в Оукхерст. Всё ради жареной индейки.

Глава 14

– Фёкла, иди сюда! Чем ты там занималась со своим солдатом ночью на кладбище? – сурово сдвинув брови, вопросил я, стараясь притом не отвлекаться от дороги.

– Мы… – Трейси замялась, – мы собирали грибы!

– Ты же знаешь, как это раздражает мою сестру.

– Она так сильно не любит грибы?

Я не выдержал и рассмеялся. Линда поддержала веселье. А там и Трейси начала звонко хохотать. Девушки, дабы не терять время впустую, устроили чеховские чтения. Распределили роли из пьесы двух американских драматургов и актриса начала вживаться в роль простушки. Мне выделили роль самого Антона Палыча, Линда читала реплики его сестры Маши. Дюке, я уверен, мог бы сыграть Станиславского, тоже участника сюжета, но до его фраз дело не доходило.

Пьеса на самом деле забавной оказалась, мне понравилось. Я бы посмотрел нормальное кино, снятое по их сценарию. Вот к театру я все еще слеп. Нерационально в век телевидения по многу раз играть одни и те же постановки. Но это так, сугубо моё личное мнение.

Так и доехали – весело и с пользой. Я успел в очередной раз несколько гоночных аркад в голове прокрутить и пожалеть, что у меня нет хороших кодеров под их реализацию на Коммодоре. Что Бренда, что Монти молодцы, но не пишут на ассемблере под 6502. Только сам, своими руками… и это раздражает. У Кена, может быть, одолжить? Но он и так на меня наверняка тайно дуется из-за Джона. Я бы дулся.

Все три с лишним часа незаметно пролетели в хорошей компании. Трейси заодно про съемки сериалов много рассказала. Про то, как Майкл Джей Фокс постоянно притворно спотыкался и падал в их съемочный день. Или…

– И представьте только, как мне жалко того парня, что водит говорящую тачку. Я видела, как он залазил под сиденье, чтобы снять, как машина едет без водителя. И вслепую ехал, скорчившись, как буква зет. Смекаете, как это сложно?

– То есть машина не на радиоуправлении? – честно удивился я.

– Ноуп, дурашка. Ты же разбираешься в технике, должен понимать, что такое еще не придумали.

Странно. Я лично не вижу никаких прямо-таки непреодолимых препятствий. Пара электрических сервомоторов и радиостанция, запитанные от бортовых систем. Скорее всего, ответ лежит в плоскости «заставить каскадера страдать – дешевле».

Обидно, конечно, что карьера Трейси так вильнула. Но, может быть, и хорошо. Простым искренним девчонкам в шоу-бизнесе наверняка трудно приходится.

Доехали, припарковались, пережили сеанс коллективных обнимашек. Я думал, Гектор меня раздавит, настолько крепко обнял. Он еще немного поднабрал вес, причем не на животе. Наверное, качается.

У тёть Лены животик слегка округлился, совсем чуть-чуть, может быть, я это вообще придумал. Но парадоксальным образом это сделало женщину субъективно еще прекраснее.

Приехали мы уже в вечерних сумерках и уставшие с дороги отправились спать. Трейси – на диван в гостиную. Мы с Линдой в,удущую детскую, Дюке – на коврик у порога. Ночь, сегодня она звала меня выспаться.

Во время утренней пробежки с питбулем наткнулся на Джона и Марию, обнимающихся у дома Харриса. Аж светятся изнутри. Как удачно, что все в сборе. Машеньке, кстати, таки стукнуло семнадцать

– А на выставку с нами не поедете? – спросил у ребят после всех приветствий.

– Мне в колледж, Марии в школу, а без нее я выставки терпеть не стал бы. Извини, придется справляться тебе самому, – ответил Джон, – мне Кен звонил. Очень хочет увидеть наш редактор, сегодня после футбольного матча нас с тобой ждет в офисе.

– Окей, мы с Линдой будем.

– Ну нет, Кристобаль, нечего отвлекать мою подругу вашей гиковской миердой, я ее у тебя украду и мы пообщаемся, пока вы с Джонни делами занимаетесь, – возразила Машенька.

– Гав! – Дюке не возражал. На том и решили.

Футбол – это их пендехостанское регби в доспехах. Я так правила и не понял, как и для чего они присвоили название настоящего футбола к своей игре про кучу-малу в попытках отобрать мячик. Но День Благодарения – семейный праздник, и просмотр ящика вместе с роднёй – обязательная программа. Пока Линда, Елена и даже Трейси колдовали на кухне, мы с Гектором устроили собственную безалкогольную вечеринку.

– Хочешь верь, хочешь нет, карналь, но я решил, что своё уже выпил после того, как услышал рассказ про твою змею, – латинос отсалютовал мне бутылкой колы. – Никакого бухла, даже пива.

Прямо хоть находи ту гремучку и открывай клинику доктора Коламбуса по кодированию от пьянства. Ядовитая гадина сразу и меня, и старшего брата от зеленого змия отучила.

– Как думаешь, кто победит – Джайентс или Лайонс? – спросил я больше для поддержания разговора. О командах я знаю только названия и то, что Гиганты из Нью-Йорка, а Львы – из Детройта. И цвет формы – белая с синим и грязно-голубая с серым.

– Джайентс, – веско бросил Гектор.

– А я тогда ставлю на Лайонс, неинтересно ведь за одну команду болеть.

И что я скажу про игру… Зрелищно, мощно, местами даже эпично. Но ни фига не понятно. Ну, то есть куча качков изо всех сил пыжится отобрать друг у друга мяч-яйцо и утащить на другую сторону поля, это ясно. Но по каким правилам и почему иногда они пинают тот самый мяч через высоко расположенные на месте ворота – не ясно. Даже с количеством игроков не совсем понятно. Обычно нормальное соотношение – одиннадцать с каждой стороны, но периодически выходят дополнительные люди. И ведь общеизвестные вещи. Начну Гектора расспрашивать – кучу вопросов вызову.

В перерыве показали включение с парада в Нью-Йорке. Не военного, а мирного. Над заполненными людским морем улицами парили надувные лось, дятел Вуди и Супермен. Фигурка лося частично сдулась и это стало главной новостью дня. Как же приятно жить в мире, где центральное событие – утечка гелия из резиновой фигуры во время парада, а не эпидемия или теракт. Увы, это спокойствие мнимое. Сглазил! После парада пошло включение с Гавайев, где ураган оставил многих без крыши над головой.

А еще весь октябрь в новостях твердили про маньяка из Чикаго, подсыпающего цианид в капсулы с Тайленолом. Тем, который парацетамол. И это не считая напряженной международной обстановки. Место Брежнева ожидаемо для меня занял Андропов, товарищ очень жесткий. Воздержусь от любой его оценки, так как политика – это миерда, куда мне лучше не лезть.

– Ха-ха-ха! Я победил, карналито! Гиганты отвесили твоим Львам кучу чингасос. Теперь первая ножка индейки моя. Компренде?

Обидно, что «котики» проиграли. 13:6, не уверен, насколько полный разгром, но воспринялось так. Цена поражения невысока. Я ножки и крылышки в любом случае не очень жалую. То есть, ем и не выпендриваюсь, но не настолько фанат, чтобы страдать от их отсутствия.

Наградой победителю станет этот дом. В последний визит к Лео в контору я также попросил подготовить шаблон дарственной на Гектора и Елену. Совместное владение имуществом ведь пойдет на пользу миграционному статусу. И я оказываюсь в некоторой финансовой заднице после данной покупки, так как без денег на счетах не смогу оплатить те самые конские 50% федерального налога. Нужно больше золота. А потому закроем с Кеном сделку в декабре, после поступления роялти.

По окончанию матча к нам в гости пришла Мария, а я отправился в офис Сьерры, где в переговорке нас с Джоном уже ждали оба Уильямса.

– Ну, парни, показывайте, – строго встопорщил усы Кен, – чем таким вы занимались всю осень.

– Милый, не дави на них, – сыграла роль хорошего полицейского Роберта.

– Они заслужили немного давления. Давайте, приятели, не томите. Я еще в октябре ждал демонстрацию прототипа, но кое-кто, как последний цыпленок, не приехал.

– У меня была важная контрольная, – севшим голосом пролепетал Джон.

А я, как человек независимый, нашел взглядом IBM-5150, загрузился и запустил с дискеты последний билд Каналья Эдитора, сокращенно CEDT.

– Мистер и миссис Уильямс, позвольте представить вашему вниманию революцию в программировании. Текстовый редактор, созданный специально для разработчиков. Квинтэссенция нашего с Джоном опыта работы с кодом. Пока что поддерживает Бейсик, Си, Паскаль и Ассемблер, но благодаря системе плагинов расширяется до любых других языков программирования. Запуск компиляции нажатием одной клавиши, поиск по файлу и раннее обнаружение ошибок. Позвольте показать.

Буквально за несколько секунд я набрал простейший Хеллоу Ворлд на бейсике и переключил синтаксис на подсветку и проверку данного языка. Специально забыл поставить кавычку в конце строки. Линтер отработал штатно и показал ошибку, выделив ее красным фоном текста.

– Как видите, нам не надо запускать код, чтобы понять, где ошибка, – показал я. – Или давайте по-другому, – я поставил недостающую кавычку и стер последнюю букву в операторе PRINT. Тот с совсем небольшой задержкой сменил цвет текста с желтого на белый при синем фоне. Та самая цветовая гамма, знакомая мне по великой среде разработки от фирмы Борланд. Я пользовался ей в девяностых еще в институте и испытывал неподдельное счастье.

– Видите, проблема заметна сразу, невооруженным глазом, – указал Джон, – программист сэкономит много времени и исправит опечатку без попыток компиляции.

– Это выглядит элегантно, – признала Роберта, – хотя цветные шрифты какие-то рыхлые, от них глаза не устают?

– На этот случай мы предусмотрели монохромный режим, с привычной четкостью шрифтов и выделением ключевых слов яркостью, – похвалился мой соавтор.

– А далее компьютеры станут лучше и появится видеокарта, дающая четкий цветной шрифт, – пообещал я, – уверен, что совсем скоро.

Ну как скоро, стандарт VGA родом из конца десятилетия, точный год его появления не помню, но до него еще и EGA промелькнет, который похуже, но уже решит значимую часть наших проблем.

– На Эппл 2 ведь не заработает? – угрюмо спросил батька.

– В полной мере нет, – подтвердил я, – компилятор заказал и версию соберу, но раскрашивать экран видеопамять не позволит. Все остальные фишки возможны. Я предлагаю разрабатывать на IBM и использовать кросс-ассемблирование. Он более быстрый, отзывчивый, с удобной отдельной клавиатурой.

– То есть на двадцать разработчиков ты предлагаешь потратить сто тысяч долларов, чтобы пересадить их на IBM? И ради чего? Чтобы выиграть десять секунд на запуске компиляции. Парни еще и не скажут тебе спасибо из-за того, что им нужно с привычных инструментов на новые пересесть. В чем выгода?

– В том, что программисты смогут писать код быстрее и с меньшим числом ошибок, – ответил я.

– А смогут ли? На ком вы проверяли? Друг на друге. Так вы двое и без нового инструмента отлично справлялись.

– Моя производительность выросла на четверть… субъективно, – возразил я.

– Крис, не морочь мне голову, я не вчера родился. Как ты измерял производительность? Каждая новая игра отличается от прошлой, а ты сам – от вчерашнего. Заболел, не выспался, с похмелья – и вот уже работаешь медленно. Проспался – и со свежей головой творишь подвиги.

– Вам все равно переходить на IBM, чтобы писать под тот арахисовый компьютер, о котором шел разговор летом, – напомнил я.

– Аргумент, но слабый, – почему именно, Кен объяснять не стал, – вы двое хотя бы экономику своего решения считали? За какую стоимость его собираетесь продавать? Как искать клиентов?

– Милый, я хочу попробовать с этим работать, – стала на нашу защиту Роберта.

Ох, как он взбесится, когда скажу про GPL. Редактор со свободной лицензией, увы, пролетает, так как права раскрывать исходники MINCE у нас нет.

– Мы не собираемся его продавать, пока только для своего использования, так как лицензирование стоит дорого.

– Глупо! Если есть продукт – он обязан зарабатывать деньги.

– Я хочу показать еще одну программу, – я по-наглому сбежал от неудобных вопросов и заменил дискету в дисководе.

И настал звездный час Каналья Коммандера, сокращенно СCMD.

– Роберта, ты видишь то же самое, что и я? – спросил Кен после обстоятельной демонстрации утилиты со всеми фишками.

– Удобная программа, – немного равнодушно высказалась миссис Уильямс.

– А я вижу экономию на записи дискет, вот что! Сможем поручить задачу копирования любой обезьяне, главное выучить… как ты там сказал, дружище? Быстрые клавиши?

– Горячие клавиши, – подсказал я.

– Как тебе больше нравится. Мы сможем увеличить эффективность, это главное. Жду версию под Эппл 2.

– И еще одно. Кен, открой, пожалуйста, меню «Лицензия».

Я не припомню, чтобы видел мистера Уильямса злым, но по мере чтения соглашения он постепенно багровел, как Ковальски, когда обнаруживал, что сушилка начала рвать бельё.

– Вы идиоты или коммунисты? – устало выдохнув, закончил мужчина. – Даже не знаю, какой вариант хуже. Что значит свободное распространение с открытыми исходными кодами?

– Это как свобода слова, а не бесплатное пиво, – возразил я, – согласитесь, свободная программа, лучшая в своей нише, полностью уничтожит, во-первых, конкуренцию, во-вторых, отменит пиратство. Это монополия, мечта любого капиталиста… то есть бизнесмена, да. Мы добавим в программу форму для сбора пожертвований, а из-за широкого охвата мы будем везде.

– Осторожней! Не дыши в мою сторону! – воскликнул жадный батька. – Я боюсь заразиться от тебя коммунизмом! Но твои аргументы внезапно имеют смысл. Уничтожение конкурентов, надо же.

– Милый, это ведь благотворительность! – нашла, что сказать в мою поддержку Роберта.

– Это глупость и ребячество. Они проделали хорошую работу и теперь стесняются назначить за нее цену. Хотя захват рынка имеет смысл.

– Монополия, Кен. Пройдет десять лет и появится целое поколение программистов, не мыслящих себя без наших инструментов.

– За потраченное на свою благотворительность время вы могли бы сделать игру. Даже две, так как вас двое. Или игры вы тоже собираетесь раздавать бесплатно?

– Я пока не готов вернуться к играм, – смущенно пробормотал Харрис.

– А я принес две, – достал я дискеты, – предфинальный билд Студента и новинка – Алхимия. Для нее я нанял двух новых сотрудников. Пока версия под Эппл 2, но перенесем на все важные платформы. Отмечу, что без Каналья Эдитора я бы не успел.

– Замечательный текст! – оживилась миссис Уильямс, пролистав несколько экранов симулятора студиозуса.

– Тут идея перспективная, но пока всё очень сыро, нужно много дорабатывать, – выдал вердикт Кен, познакомившись с Алхимией. – Главное, бесплатно игру не отдавать.

– Вообще, это та самая игра, которую есть смысл публиковать именно бесплатно, в рекламных целях, – поддел его я, – но потом, не сейчас. Пока что будем продавать.

– Да вы только представьте, что скажут инвесторы из Уорнер Коммьюникешенс, когда узнают, что мы с вами тут раздаем софт совершенно бесплатно, да еще с открытыми исходными кодами! – воскликнул Кен. – Разве что… это такой хитрый план, чтобы твою разработку купил кто-то из больших игроков за приличную сумму? Я угадал, Крис? Билл Гейтс лично приезжал купить ДОС, он будет на выставке, и твоя программа под IBM, упрощающая работу с файловой системой, ему не помешала бы. Ты бы продал ее тысяч за сто…

Про большие деньги от Билли «640 Килобайт хватит Всем» Гейтса я услышал и, пожалуй, стоит задуматься. Если утилита войдет в дефолтный комплект МС-ДОСа, то это нереальный охват аудитории. Я бы ее даже в ОС встроить разрешил и лицензию смягчил до обычного свободного распространения, убрав из условий обязательную публикацию исходников. Но важнее другое…

– Инвесторы откуда? – переспросил я, холодея от понимания, что не послышалось.

– Из материнской компании Атари. Буквально на днях они закрыли сделку по покупке пакета наших акций у инвестиционного фонда. Теперь являются крупнейшим акционером, не считая нас с Робертой, у них двадцать пять процентов, – пояснил Кен, – что открывает доступ к их сети распространения картриджей. Я собирался по пути в Вегас тебя порадовать. Это огромные деньги для нас обоих, Крис.

Ох-ох-ох. Батька, ну зачем? Говорил я вам… или Уильямс при всем желании не мог помешать покупке? Нафига вообще Сьерра впилась Атари? Или в реальной истории то же самое происходило?

Глава 15

– Кен, Атари ждет крах в ближайшее время! – выпалил я. – Может быть, уже завтра! Как бы они вас на дно за собой не утянули.

Я бы ему более предметные инсайды наванговал, может быть, даже заработать на них получилось бы, знай я точные даты обвала стоимости ценных бумаг, например. Но я биржевыми сводками не особенно интересовался. «Громадный кризис совсем скоро из-за дерьмовых игр на картриджах», – вот что я способен предсказать, не самый детальный прогноз.

– Значит, мы выкупим наши акции обратно по бросовой цене, – отмахнулся батька. – У нас с Робертой семьдесят пять процентов, никакие решения они в совете директоров продавить не сумеют.

– Не о чем волноваться, – согласилась с мужем миссис Уильямс.

А я буду волноваться! Я вообще тревожный! Но запру переживания внутри себя и праздник портить никому не стану. Тем более, что наверняка уже ничего не изменить.

– А когда они инициировали сделку? – спросил у обоих руководителей Сьерры.

– Где-то в первой половине сентября. Я знаю, ты не любишь Атари из-за конфликта на стенде, да я и сам этих белых воротничков с постными рожами терпеть не могу. Но это шикарная возможность для всех нас. Поверь моему чутью, дружище.

– Крис, это всего лишь очередной инвестор, – добавил Джон.

– Все решения все равно за нами с Кеном, – успокоила Роберта.

– Я буду ворчать, что «я говорил, а вы не прислушались». Ладно, я согласен познакомиться с Биллом Гейтсом и продать ему Каналья Коммандер за миллион. А лучше миллиард…

– За миллиард… Откуда у Майкрософт такие деньги? – рассмеялся батька. – Они не так уж крупнее нас. Гейтс тот еще прохиндей, но миллиардером ему не стать.

Я не выдержал и присоединился к веселью. Ну хоть рассмешил всех. Катастрофа же не случилась? Сьерра ведь выживет? Издатель, конечно, легко найдётся новый, но просто жалко хороших людей! Кому Халф-Лайф придется издавать, если они обанкротятся?

– Давайте закончим споры и разговоры о бизнесе. День Благодарения, я хочу к Ди-Джею и Крису, – прервала нас Роберта, – деньги и игры важны, но семья главнее.

– Последняя деловая информация – я связывался с Плейбой и близок к подписанию соглашения о лицензии. Им не интересен рынок видеоигр, но от бесплатных денег никто в своем уме не откажется. Пока обсуждаем семь процентов роялти для журнала, но я продавлю шесть или даже пять. На оба проекта, шашки и покер. Показал представителю их варианты изображений и он остался в восторге. Цитирую: «девочки – как живые, не знал, что компьютеры на такое способны».

И мы с Джоном поехали к Елене и Гектору. Ужин помог немного спасти праздничное настроение. Я где-то видел мнение, что жадные буржуи не умеют устраивать застолье. Ложь, полнейшая ложь и пропаганда. Во всяком случае, Елена умеет, и она ничуть не жадная, наоборот.

Теть Лена сегодня отказалась от мексиканского колорита и приготовила, как я понял, классический для Дня Благодарения стол: огромная индейка, не знаю, как поместившаяся в духовку, толченая картошечка со сливочным маслицем, всякие соусы, салаты и запеканки, а на сладкое – тыквенный пирог. В прошлой жизни я тыкву переваривал только в виде семечек, но тут и выглядит, и пахнет очень завлекательно.

– Взялись все за руки и говорим, за что благодарны Господу! – скомандовала Елена. – Я благодарна за то, что вышла замуж за моего любимого Гектора и переехала из Эл-Эй сюда, где чистый воздух и ни одного грабителя на десять миль вокруг. За Линду и Тобалито.

– Орале! Я благодарен за Елену и ребенка, что она носит под сердцем. И за то, что мой карналь стал настоящим взрослым вато – не бросил меня за решеткой, – сказал Гектор.

– Я благодарна судьбе за то, что нахожусь здесь, с вами, – внезапно смутившись, призналась Линда, – могу наконец-то заниматься всем, что я люблю, с тем, кого я люблю.

– Я за то, что попала в Голливуд, и за то, что не пришлось рвать отношения с Эдди ради Голливуда. Смекаете? – печально улыбнулась Трейси.

Приглашенные к нам Джон и Машенька тоже поблагодарили высшие сущности за то, что они есть друг у друга. И, наконец, очередь досталась мне. Вообще, говорить тосты я терпеть не могу. И пафос мне как-то чужд.

– Я благодарен высшим силам за вас всех, – искренне признался я. Хорошие ведь рядом со мной люди, не стал никого выделять, даже Линду, – И за то, что мы с вами живем во времена, полные возможностей. Давайте есть индейку, пока не остыла.

Ох уж эта индейка. Как говорится, если вы не любите кошек, то вы их просто готовить не умеете. Тоже самое и с индюшатиной: я так-то много раз ее вкушал – привычный нейтральный вкус. Но приправы, подливы и соусы сотворили чудо. А поджаристая корочка заставила меня позабыть обо всем неоднозначном, случившемся во время разговора. И животик к концу ужина оттопыривался уже не только у беременной Елены. Меня бы, если судить по пузику, посторонний наблюдатель тоже месяц на третий отправил. Может быть, стоит пойти попрыгать и съесть еще кусочек? А потом еще картофельного салата, выполняющего в Штатах функцию оливье, навернуть. И пирог попробовать. Оказаться за столом и уйти без сладкого – почти преступление. Особенно, когда всё с любовью приготовлено.

Моё состояние блаженного обжорства оказалось не уникально. Кушали все, никак себя не ограничивая. А молодым и красивым девушками разве не надо соблюдать диету и бояться потолстеть? Как минимум, Пенни Смит – особа полностью бесстрашная и большой ножки индейки не испугалась.

В милых семейных радостях и следующий день пролетел. Гектор снова свозил нас в национальный парк и показал красивые места. Просто орале и карамба, как чудесно в Йосемити. Некоторые виды даже красивее, чем мисс Сентябрь в коротких не по сезону шортиках. Как бы себе чего по женской части не застудила.

Отдохнул какой-то частью своей души на природе, хотя внутреннее напряжение от тревожных новостей не отпускало. А что, если корпорация зла найдет способ купить Сьерру целиком, отберет доли Роберты и Кена? Ну… например, предложит им неадекватно большую сумму денег. В нашем контракте, слава умнице Лео, и такое предусмотрено. Пункт о смене контроля, позволяющий в данном случае безболезненно уйти.

Особенно вещи собирать нам не требовалось и утром субботы Кен заехал за нами на белом мерседесе, успешно избежавшем пожара. Мне досталось место рядом с водителем. Линда и Трейси сели сзади.

И первый час пути, пока мы не добрались до Фресно, руководитель Сьерры ворчал по поводу коммунизма и недопустимости отдавать результат наших с Джоном трудов бесплатно.

– Хочешь заняться благотворительностью – иди раздавай еду бездомным, как все нормальные люди. Или голодающим в Африке денег отправь. За это еще налоговую базу уменьшишь. Мы с Робертой, например, жертвуем на сохранение старинных зданий и памятников в Оукхерсте. Видели салун в Корсголде? При нашей поддержке существует и люди это ценят. Реальные живые люди, а не анонимы, которые бесплатно заберут твою программу и даже «спасибо» не скажут.

– А чем это лучше бесплатной программы, сэр? – спросила Трейси.

– Тем, что покупатели привыкнут получать хороший софт бесплатно, мисс Фармер, – возразил Кен, – американская мечта не в этом. Мы много и упорно работаем и получаем награду, а не ждем подачек. Хотя аргумент с агрессивным захватом рынка мне по душе.

И прекратил нудеть мистер Уильямс, только когда вокруг нас разлился густой белый туман. Такой, кинговский, как в фильме «Мгла» или «Сайлент Хилле». Пугает, если честно. Особенно, когда прямо перед тобой выныривает фура, у которой своё расписание и потому скорость снижать никто и не подумал. Пожалуй, если сделаю гоночную аркаду, предусмотрю в ней динамическую смену погоды, влияющую на видимость и поведение машины. Пусть воздух ядовит, как ртуть, и пусть не видно, где свернуть. Но мы пройдем опасный путь через туман.

– Всё нормально? Мы как в облако въехали? – спросила Линда.

– Да, всё в норме, это радиационный туман, в этих местах он бывает, – с уверенностью ответил Кен. Я заметил, как он покрепче сжал руки на руле.

– Вот сейчас спокойней не стало, смекаете? – нервно рассмеялась Трейси. – Я до смерти боюсь радиации, от нее лысеют.

– Радиационный в том смысле, что нагревшаяся за день земля начинает отдавать тепло. Тепловое излучение, – подсказал я.

– И зачем тогда всякими страшными словами пугать? Так бы и сказали, что от жары. Йеп?

– Научный термин, – извинился я.

Зону тумана мы проезжали, наверное, с полчаса, снизив скорость до минимума и, несмотря ни на что, всё равно я чувствовал себя неуютно. Мельком даже проверил, что и Линда, и Трейси пристегнулись. Слава буржуйскому автопрому и передовым стандартам безопасности!

И немного пожалел, что на своей машине не поехали. С одной стороны – облегчение, что ответственность не на мне повисла. С другой – наоборот, понимание, что от меня ничего не зависит, нагнетало.

Легче стало, только когда мы выехали на ровную, как стрела, дорогу через пустоши Невады. Все тут же повеселели.

– Кен, а помнишь, ты рассказывал про ту лодку… – сказал я, чтобы снова не поднимать тему свободного софта. И можно сказать, что телепортацию изобрел, так как пришел в себя, лишь завидев высотки Лас-Вегаса впереди.

– … водоизмещением сто тысяч фунтов, – закончил мысль батька. Понятия не имею, сколько это. Ну, то есть в угодных Императору единицах измерения получается около 45 тонн, но много ли это для яхты, я не знаю.

Линда и Трейси похрапывали на заднем сиденьи, прижавшись друг к другу плечами. Даже батька Кен, бросив короткий взгляд в зеркало заднего вида, умилился, увидев, как они посапывают в дырочки и остановил монолог о преимуществе яхт с одной верфи над остальными.

Итак, дневной Вегас. Я видел его много раз в сериалах и у телевизионщиков, уверен, даже есть свой светофильтр для обозначения города греха. Прямо шикарный пятизвездочный турецкий отель с третьей линии, разросшийся до размеров мегаполиса.

Мы проехали мимо часовни «Полуночный Мемфис» и я раздосадованно хлопнул себя по лбу в беззвучном жесте. Наверняка же и Линде, и Трейси интересно посмотреть, где именно Елена замуж вышла. Может быть, даже с колоритным преподобным Джимми Вельветом познакомиться. Я бы не прочь продолжить банкет, да и Линда возражать не станет. Но без разрешения судьи, увы, нельзя, если верить Лео.

Привез нас Кен в шикарный Хилтон, находящийся в центре города.

– Красавицы, просыпайтесь! – похлопал он в ладоши и даже бибикнул, чтобы помочь девушкам. Те начали зевать и приходить в себя.

– Отели города переполнены, но мы заранее сняли комнаты. У меня отдельный, у вас два двухместных номера. Но в одном из них живет Чак, он уже на месте. Помните его?

Я помнил, но слегка расплывчато. Один из разрабов с вечеринки, закончившейся укусом змеи. И Коммодор он мне потом дарил, я еще открытку с благодарностью писал. Вроде бы толстый такой и добродушный. Все толстые – добрые, так же?

– Один номер девушкам, а мне с Чаком – второй, – принял я очевидное решение.

На том и порешили. Кен сходил к ресепшионистам и вернулся с ключами. Номера нам с девушками достались соседние. Чака на месте не оказалось, но я лишь сумку к себе бросил. Раз уж приехали в обитель порока, то стоит хотя бы погулять по ее улицам.

– Поехали на экскурсию, – предложил я, постучавшись в женскую комнату.

– Посмотрим на часовню Елены и Гектора? – с надеждой предложила Линда и потащила из своего рюкзака фотоаппарат – зеркалку Canon AE-1 Program, купленную за 300 баксов вместе с объективом. О том, как я разбираюсь в фотографии, хорошо говорит моя попытка сделать селфи при помощи полароида на толкучке. Щелкнуть водяные счетчики на камеру смартфона – мой максимум мастерства фотографа. Но девушка у меня не зря на специализированные курсы в Беркли записалась.

– И в казино! – алчно блеснула глазами Трейси. Тревожный симптом. Не надо нам, чтобы она все свои накопления на рулетке спустила.

– С двадцати одного, нас не пустят. А я тебя одну не пущу, – изобразил я сурового «старшего брата».

– Йеп! Как скажешь, Си-Си, – всё поняла начинающая актриса, – но мы обязательно сходим в музей Рок-н-Ролла.