Текст книги "Highway to hell"
Автор книги: Proba Pera
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 21 страниц)
Лежавший перед ним Цербер вовсе не умер, а просто был в отключке, но об этом кому-либо знать необязательно. И если он вновь попытается им помешать, или кто-нибудь возникнет на их пути, Геркулес не позволит все это похерить и будет вынужден использовать божественный артефакт по назначению.
– Я вынесу отсюда огненного монстра и спрячу в одной из жарких точек планеты, где ему самое место! А мы пока исчезнем на некоторое время! Мир людей велик! – добавил Герк. – Пусть твой муженек, Персефона, сперва нас отыщет!
***
Какая-то непонятная тревога и щемящая тоска закрадывалась Адосу в душу. Сердце болезненно сжималось, а ребра будто сковывало тугим обручем, не давая нормально вздохнуть. Сама охота и довольно неплохой улов неприкаянных душ не доставляли удовольствия и не приносили владыке долгожданного насыщения, как это бывало раньше.
Что это с ним? Стареет что ли? Откуда эти странные чувства, кошкой скребущее нутро? Так себя ощущают все, кто по-настоящему влюблен? А ведь он действительно влюблен, потому слаб и уязвим. Джордан – его слабость. Или наоборот. Он силен как никогда и готов горы свернуть ради этого парнишки!
Ну вот, приплыли! Относит себя к категории особей среднего возраста и занимается самокопанием. Может, не стоило покидать Аид и оставлять Цербера практически одного в такой ответственный момент? Ключ это всего лишь прелюдия перед самым главным и необходимым шагом открыть парню свои истинные чувства. Но стоит ли? Когда и так все видно невооруженным глазом. Он со всеми своими божественными потрохами принадлежит Джордану, а тот ему, и это неоспоримый факт. И все вроде бы хорошо, только вот это странное чувство, сосущее где-то под ложечкой, заставляя учащенно биться сердце.
Ощутив дикую необходимость срочно вернуться в Аид, Блейк разыскал Харона и велел ему заканчивать без него.
– Я буду ждать с Цербером у ворот преисподней, – бросил он, собираясь трансгрессировать.
– Хорошо, босс, – ответил ему главный помощник, распознав в глазах владыки неподдельную тревогу, – мы с ребятами скоро подтянемся.
Щелкнув пальцами, Блейк перенес свое божественное тело прямо к адским вратам, заметив, что те открываются.
Мать твою! Какого хера тут творится?! Где Цербер и его подручные?! А это еще кто?! О, Боги, нет!
Двое подростков, которых он видел возле больницы Пеона, открыли ворота и готовы были пересечь черту, а еще двое, Персефона и огромный верзила, тащивший на плече чье-то безжизненное тело, (блядь, это же его малыш!) следовали за ними. Апофеозом всего этого кошмара, глупости и подлого предательства была маячившая на горизонте огромная туча бестелесных душ, собравшаяся за спиной владыки преисподней и стремившаяся покинуть ад, учуяв, что врата открыты. Лишь небольшой отряд его верных слуг, как мог, сдерживал эту бесконечную и неуправляемую орду, пытаясь пресечь массовый побег.
– Персефона, назад! Закрой эти чертовы ворота! – в бешенстве заревел Блейк, устремившись за племянницей и качком.
Геркулес испуганно вздрогнул и быстро обернулся, заглянув в черные угли глаз, приближающейся к нему смерти. Он не хотел! Правда, не хотел, чтобы все так закончилось! Но Адос вот-вот его настигнет и всему конец! Все еще удерживая на плече Цербера, парню удалось ловко извернуться и со всей силы метнуть молнию в возникшего рядом владыку преисподней, чуть не сбив того с ног.
– Идем, Перси! – хрипло выкрикнул верзила, переходя со своей ношей рубеж и присоединяясь к своим товарищам по несчастью.
Вместо того чтобы последовать за ним его сестра будто в соляной столб превратилась, переводя обезумевший взгляд со своего мужа на стоявших по ту сторону Геркулеса, Джонсона и Спенсер. Их лица походили сейчас на застывшие восковые маски людей, перенесших смертельный ужас и душераздирающий кошмар.
Блейк дернулся и чуть не упал от мощной ударной волны и жгучей боли пронзившей его грудь чуть выше и левее сердца. Гневные слова, что Адос хотел обрушить на дерзких подростков, посмевших так подло сюда проникнуть и причинить боль Церберу, а уж тем более ему, застряли в горле вместе с воздухом.
Пошатываясь, он слегка склонил голову, еле различая мерцающее серебро божественного артефакта, торчавшее из его тела и теплый поток крови, начавший сочиться из отверстия. Зрение Блейка стало терять четкость, а сам он из последних сил попытался вытянуть из себя инородный предмет или закрыть рану рукой.
Последний расфокусированный взгляд на убегавших и его мощное тело начало резко слабеть, ноги подкашиваться, а сам Адос, процедив сквозь зубы «малыш», стал проваливаться в глубокую черную бездну.
– Перси, ну же! Пойдем с нами! – надсадно выкрикнул Джонсон, первым придя в себя от шока. Юноша стоял на границе миров и тянул к девушке руку.
Блейк в ответ лишь лихорадочно замотала головой, с осуждением глянув на всех троих.
– Уходите! – выкрикнула она, подбегая к лежавшему на земле дяде.
– Я не хотел этого, правда! – пытался оправдаться Геркулес, пряча глаза и понимая, наконец, что произошло. Он только что нанес верховному богу Олимпа смертельную рану.
– Я же вам говорила, идиоты! – чуть не визжала Спенсер, хватая за руки обоих и возвращая Тесея за пределы Аида. – Сваливаем!
Троица, почти синхронно щелкнув пальцами, растворилась. Персефона, не сдерживая рыданий, склонилась над Адосом, крепко прижимая ладони к ране.
– Боги, дядя! Не умирай, прошу! – сквозь потоки слез молила она, слыша нарастающий гул в ушах и отдаленные крики.
Оторвав глаза от безжизненного тела Адоса, девушка увидела огромную тучу бестелесных душ, стремящихся к разверстым вратам преисподней.
– Мать вашу! Быстро закройте ворота! Кто-нибудь! – услышала она голоса подручных Блейка.
Перси быстро вращала головой в сторону приближавшегося роя и разверстых ворот, не зная как ей быть. Ее руки, плотно прижатые к груди Адоса, не позволяли божественной крови так быстро покидать тело владельца. До ворот было всего несколько шагов, но их надо было сделать, а это означало, что придется бросить истекающего кровью Блейка. Девушка тихо заскулила, в бессилии зажмурив глаза.
Пусть эти чертовы души летят! Я его не брошу! Я и так у Адоса в долгу! Мне не важно, что он потом со мной сделает! Главное чтобы выжил!
– Какого дьявола?! – услышала она совсем рядом знакомый голос Харона.
Быстро оценив ситуацию под грифом «ЧП вселенского масштаба», мужчина первым делом подскочил к вратам и с помощью нескольких подручных плотно их притворил, запирая на ключ. Закинув на шею цепь, он оперативно стал отдавать команды возвращавшимся с охоты подчиненным относительно ситуации в Аиде и за ее пределами, отослав большую их часть погасить мятеж среди восставших душ, и меньшую, придержать группу вновь прибывших на некоторое время под стенами преисподней, но извне.
– Что с Адосом?! – взволнованно спросил Харон, склонившись над телом босса.
– Он серьезно ранен, – выдавила Перси, захлебываясь слезами, прижимая окровавленные руки к груди Блейка.
– Это что, молния громовержца?! Здесь был Зевс?! Эй, парни, кто посвободнее ко мне, живо! – орет Харон, подзывая подручных.
– Нет. Это не он, – мямлит Персефона, лихорадочно мотая головой, – это я во всем виновата.
– Что?! – непонимающе бросает Харон, видя, что к ним подбежало несколько слуг. – Где Цербер?! – спрашивает он более жестко, сверля девушку глазами.
– Его нет, – цедит та.
– Что значит, нет?! Что тут к херам произошло?! – беснует заместитель владыки.
– Это я во всем виновата, – словно в трансе повторяет Перси, не в силах взглянуть Харону в глаза.
– Ладно, девочка, – рычит главный помощник, срывая с себя кожаный плащ затем футболку, комкая ее на подобии тампона и прижимая к ране босса, – продолжай сдерживать кровь, да, вот так, умница! Мы сейчас все вместе отнесем его в мой лимузин! Только не отпускай, поняла?! Парни, а ну-ка помогите мне! – скомандовал он, аккуратно подхватывая Адоса за плечи, а те за туловище и ноги быстро перенося обездвиженного владыку к машине.
Когда тело Блейка погрузили на заднее сидение, а Перси, скрючившись и, кое-как умостившись рядом, продолжала сдерживать проступавшую кровь, Харон быстро сел на водительское сидение, включив адское зажигание.
– Мы через минуту окажемся в лечебнице Пеона. – сквозь зубы цедил мужчина, хмуро глядя на Персефону в зеркало заднего вида. – И там, девочка, я спрошу тебя еще раз: ЧТО?! К ХЕРАМ! ПРОИЗОШЛО?!
– Это я во всем…
– Я уже это слышал! – раздраженно рявкнул Харон, делая крутой поворот руля. – Молись, чтобы твой дядя выжил!
***
Земной мир.
Сознание постепенно возвращалось вместе со слухом и осязанием. Джордан почувствовал свинцовую тяжесть своего тела, лежавшего на твердой, словно ссохшейся земле покрытой пылью и мелким камнем. Кожу нещадно жгло, а в горле было сухо, словно туда песка насыпали. Сделав надсадный глоток, переходящий в кашель, Цербер вдохнул полной грудью горячий воздух, резко открывая глаза.
Яркий блик солнца светившего в небесной синеве, резанул по сетчатке, побуждая Пэрриша прищурится, и потереть веки, затем он прошелся рукой по лицу, замечая некоторую припухлость. Челюсть и нос отдавали тупой болью, а в голове слегка шумело, отчего юноша стал трясти ею в попытке встать. Слегка кряхтя, Джордану удалось подняться на ноги, с удивлением оглядеть окружающий пейзаж и вспомнить события… нескольких мгновений? Минут? А может быть часов?
Куда это его занесло? Судя по солнцу и неимоверной жаре, это определенно был не Аид и даже не Олимп. Неужели он вернулся в мир обыкновенных смертных?
Он всё еще пытался понять, что произошло, и где он сейчас, делая неуверенные шаги. Похоже на безжизненную пустыню. Кругом развалины каких-то домов, остатки утвари и искореженная техника, в том числе военная. Он что, попал в зону вооруженного конфликта?
Потом вдруг какие-то незнакомые подростки у ворот Аида и испуганная Персефона. Здоровенный ухмыляющийся верзила, джебом* отправляющий его в короткий полет и взволнованная незнакомка, что-то льющая ему в рот. И опять качок, заносящий над ним кулак.
Реальность и недавнее прошлое накладываются одно на одно прозрачной пленкой, не давая нормально соображать. Пэрриш вновь лихорадочно потирает лицо и трясет головой, чтобы прогнать наваждение и собраться с мыслями. Рука его непроизвольно скользит по шее и груди, а тело прошибает ледяной холод.
– Боже, ключ! – восклицает Джордан, резко останавливаясь и начиная лихорадочно шарить у себя под рубахой.
Потом он быстро возвращается на то место, где оказался, вгрызаясь глазами в каменистую почву. Ни цепочки, ни ключа. Юноша спотыкается обо что-то и чуть не всхлипывает от досады так и не находя заветного подарка Адоса Блейка.
Быстро оглянувшись, Пэрриш решается подойти к более уцелевшему строению, вдруг там есть средство связи, люди или, возможно военные, которые могли бы ему помочь. Он почти бежит в том направлении, остро желая встретить ну хоть кого-нибудь, чтобы не чувствовать себя таким разбитым, одиноким и дезориентированным.
– Прости, любимый! Я так подвел тебя! – сквозь навернувшиеся слезы выдыхает юноша, наступая ногой на небольшую выпуклость, притрушенную землей.
В глазах Цербера вспыхивает мощное пламя, что подбрасывает парня высоко вверх, а его тело, разрывает на миллиарды атомов и молекул, унося в непроглядную темноту.
__________
*джеб – прямой удар в боксе.
Глава 22
За те считанные минуты, пока лимузин на всех парах мчал к лечебнице, Харон успел сделать короткий звонок верховному лекарю, доложив, что ситуация весьма серьезная. Когда адская машина плавно затормозила у входа в здание, пострадавшего уже ждал сам Пеон с несколькими медработниками, каталкой и переносной системой для оказания срочной помощи.
– Ситуация сугубо конфиденциальная! – хмуро заявил Харон, выскакивая из машины. – Об этом никто не должен знать! Вам понятно?! – спросил он у медперсонала.
За своих подручных мужчина не волновался. Парни, работавшие в преисподней, давали клятву о неразглашении. Семье Блейк не нужна очередная огласка и огромная толпа зевак на подобии той, что собралась под окнами Персефоны, через сутки после страшной трагедии с неудавшейся попыткой суицида.
Пока двое крупных парней быстро и аккуратно вытаскивали тело владыки преисподней из салона авто, верховного лекаря на секунду посетило гребаное дежавю. Всего месяц прошел. Опять Блейки. В том же составе, что и в прошлый раз. Двое мужчин, причем один с голым торсом, другой весь в крови и испуганная, вся в слезах девушка, удерживающая потемневший комок ткани на груди Адоса.
– Дальше я сам! – роняет Пеон, перехватывая у Персефоны инициативу и быстро следуя рядом с каталкой ко входу, затем в приемный покой и операционную, пытаясь нащупать у побледневшего и не подающего признаков жизни мужчины пульс. – Это что у него в груди?! – не веря своим глазам и предположениям, удивленно спрашивает врач, на миг убирая самодельный «тампон» из майки от груди Блейка. – Стрела?!
– Молния! – цедит Харон, находясь рядом. – Молния Зевса! Еще один божественный артефакт! – добавляет он, бросая косой взгляд на Перси.
– Я полагаю очередной несчастный случай?! – с неуместной долей сарказма спрашивает лекарь. – Да что же это у вас у верховных все не слава Богу?! Как можно держать опасное оружие в столь доступном месте?! – хмуро сетует Пеон, помогая переложить Блейка с носилок на операционный стол. – Слишком близко к сердцу! – с досадой роняет он, ощупывая рану, глубину проникновения, с потрясением глядя на общую плачевную картину. – Ну, и что мне теперь со всем этим делать?!
– Не знаю! Ты же у нас главный лекарь! – негодующе ответил Харон.
– Его жизнь висит на волоске! Предупреждаю, он может не выжить! – как есть говорит Пеон, неуверенно качая головой.
– Что хочешь делай! – рявкнул Харон, хватая главврача за отворот белоснежного халата. – Вытащи эту чертову молнию из его тела! Используй все свое мастерство и медицинское оборудование! Если не поможет – шамань, ворожи! Призови на помощь богов и принеси им жертву! Раскуривай фимиам с лечебными травами, да хоть с бубном над ним пляши, но чтобы он выжил! Слышишь?!
– Я сделаю все, что в моих силах! – в тон ему отвечает Пеон, вырываясь из захвата помощника владыки. – Для начала мне нужна кровь для переливания! Много крови! – хмуро цедит главврач, параллельно давая своим ассистентам определенные инструкции касаемо важного пациента и предстоящей операции.
– Она у тебя сейчас будет, – «слегка» успокоившись, выдавил Харон, доставая из кармана телефон.
– Возьмите пока мою! Я ведь его племянница! А мои родители ему родные брат и сестра! – трепетно предложила Перси, протягивая свою дрожащую тонкую руку, лихорадочно бегая покрасневшими глазами между верховным лекарем, Адосом и его верным подручным.
– Хорошо, ложись на соседнюю кушетку, – кивает Пеон, готовясь к операции.
– Только не берите у девочки много крови. Я с ней еще не закончил. А то, чего доброго, в обморок хлопнется. Не советую куда-либо исчезать, милая, – с угрозой в голосе произнес Харон, глянув на Персефону предостерегающим взглядом, прежде чем стремительно покинуть операционную.
Оказавшись в приемном покое, он чуть не столкнулся с дежурной медсестрой, которая протягивала ему больничный халат, тщетно пытаясь скрыть восхищенный взгляд от его голого торса. Буркнув слова благодарности, главный помощник нырнул в белоснежную хламиду, поспешно застегивая пару пуговиц на своей мощной груди. Затем он стал быстро набирать телефон Кроноса, делая глубокий обреченный вдох.
– Алло? – сонно ответил верховный бог. – В чем дело, Харон?
– Сэр, прошу меня простить, – быстро заговорил мужчина, – я не стал бы вас беспокоить без нужды! Вы и Рея должны срочно явиться в лечебницу Пеона! Адос серьезно ранен! Ему нужна ваша кровь для переливания! Мне пока не известны все обстоятельства происшествия, но я обязательно их выясню! Здесь Перси, она первая сдаст кровь для вашего сына!
– Боги! Мы через пару минут там будем! – взволновано ответил Кронос, отключая связь.
Переведя дух, мужчина стал отыскивать в своем телефоне номер Зевса и Деметры, решив позвонить сперва ей.
– Извини, что посреди ночи! – начал он, услышав хриплое «алло» Деметры. – Адос смертельно ранен, он в лечебнице Пеона! Все вопросы потом! Здесь Перси, она знает намного больше меня, ее и спросишь!
– Хорошо, сейчас буду! – с тревогой в голосе ответила женщина.
Набирая номер Зевса, Харон попытался прогнать от себя всякого рода нелепые мысли. Зная этого заносчивого ублюдка с самого рождения, мало вероятно, что Блейк-средний мог опуститься до столь подлого и низкого поступка. Неужели он каким-то образом проник в Аид посреди ночи, желая отстоять честь дочери и положить конец длительному соперничеству между двумя столь сильными, могущественными и привлекательными представителями семьи верховных богов Олимпа, вонзив молнию в грудь собственного брата?
– Какого дьявола, Харон?! Ты видел, который час?! – раздраженно выдавил Зевс.
– Адос ранен! И тебе лучше поспешить в клинику Пеона! Возможно, понадобится твоя кровь для переливания! – без всяких расшаркиваний зло бросил Харон. – А еще настоятельно советую проверить свое хранилище!
– О чем ты?! – непонимающе спросил Зед, садясь вертикально и пытаясь прогнать остатки сна, лихорадочно проводя по лицу ладонью. Его жена Гера тоже проснулась, пытаясь прислушаться к полуночному разговору.
– Допустим, ты не в курсе! – рявкнул мужчина. – Совсем не так давно я вернулся в Аид и обнаружил, что адские врата открыты! Души чуть было не вырвались на волю! Мой босс лежит на земле без сознания с торчащим из груди хвостом твоей блядской молнии! Это она, можешь не сомневаться! И в довершении всего рядом с ним сидит зареванная Персефона, не в состоянии, либо не желая мне объяснить что произошло! Я вызвал в лечебницу Деметру и твоих родителей! А тебе, надменный сукин сын, если, конечно, это был не ты, настоятельно советую выяснить, куда подевался божественный артефакт и кто мог, незаконно проникнув в преисподнюю, нанести им смертельную рану твоему брату!
– Да как ты… – хотел было возмутиться Зевс, но услышал в трубке телефона прерывистые гудки.
Смачно ругнувшись, громовержец выбрался из постели, накинул халат на голое тело и как был босой, устремился к выходу из спальни.
– Дорогой, что произошло?! Куда ты?! – взволнованно спросила Гера, вскакивая с постели и хватая шелковый пеньюар, чтобы прикрыть наготу.
– В хранилище! Кто-то смертельно ранил Адоса моей молнией! – взволнованно бросил тот. – Иди в комнату к Геркулесу и молись, чтобы этот балбес был в своей кровати, иначе…
По удалявшемуся тону Зевса, зло цедившему трехэтажный мат, и так было понятно, какая участь ожидала его пасынка, если он без спроса проник в хранилище, украл молнию, каким-то образом попал в Аид и смертельно ранил Адоса.
Молнии, естественно, не оказалось и, в довершении всего, его дражайшая супруга подтвердила все его худшие опасения, со слезами на глазах выдавив:
– Герка нигде нет. Его телефон не отвечает. Боюсь, что его нет и на территории Олимпа. Дорогой, умоляю… – просит Гера, протягивая к мужу руки, пытаясь хоть как-то его утешить и успокоить саму себя. – Почему ты считаешь, что это он, а не кто-нибудь из служителей преисподней?!
– Больше некому! – раздраженно бросает Зевс, уходя от прикосновений жены и начиная быстро одеваться. – Само его отсутствие это доказывает! Я часто разрешал ему входить в свой рабочий кабинет и показывал коллекцию оружия! Он мог запросто запомнить секретный код от хранилища! О нем больше никто не знал! А я ведь так ему доверял, словно собственному сыну, – обреченно кидает громовержец, вся спесь которого сошла на нет, от нависнувшей над старшим братом смертельной угрозы. – Я к Пеону в лечебницу.
– Можно мне с тобой? – тихо плача и обняв себя за плечи, дрогнувшим голосом спрашивает Гера.
Сердце женщины болезненно сжимается от безысходности, разрываясь между любовью к непутевому сыну-подростку и мужу-громовержцу, опасаясь его праведного гнева.
– Нет, останься с детьми, – хмуро добавляет Зевс, следуя к выходу. – Отчасти по моей вине, излишней мягкости и непредусмотрительности мой старший брат сейчас находится при смерти. Я сообщу тебе о его состоянии. Молись, чтобы Аден выжил. И если Геркулес, этот безмозглый сопляк, которого я считал достаточно взрослым, чтобы не совершать подобные глупости, все-таки с тобой свяжется, вели ему явиться ко мне с повинной. В противном случае я даже не представляю, что с ним сделаю!
***
Обзвонив родственников Адена, Харон вернулся к стеклянным дверям операционной, откуда был виден весь опасный и трудоемкий процесс извлечения молнии из тела Адоса. Мужчина вздохнул с облегчением, видя, сосредоточенное лицо Пеона и его ассистентов, делавших все возможное, чтобы спасти верховному богу жизнь, и что самое главное Персефона все еще находилась рядом со своим дядей-супругом, давая ему свою кровь. Но вот, к девушке подошла одна из медсестер, извлекла иглу из вены и помогла Перси встать с кушетки, провожая к выходу.
В приемном покое почти одновременно появились Кронос с Реей и Деметра. Все трое до сих пор не могли понять, как подобное могло случиться с еще одним из верховных богов. Что за жестокий рок довлеет над их семьей, заставляя еще одного Блейка бороться за свою жизнь?
– Как он?! – пытаясь сохранять спокойствие, хмуро спрашивает Кронос, у выходящей из операционной медсестры.
– Ничего утешительного пока сказать не могу, господин. Верховный лекарь делает все, что в его силах. Он уже вытащил молнию, но ваш сын потерял много крови, как по дороге сюда, так и на операционном столе. Но надежда все же есть. Вы можете войти и сменить девушку, она нам очень помогла, – ответила женщина, предлагая главе Олимпа, пройти в операционную и отдать Адосу еще порцию божественной крови.
С благодарностью взглянув на внучку, Кронос проследовал за медсестрой в светлое и просторное помещение, на ходу расстегивая манжет рубашки и подкатывая рукав выше локтя. Бросив короткий взгляд на бледное и практически безжизненное тело сына, верховный бог расположился на кушетке рядом с операционным столом.
– Как ты, детка? – пытаясь сдержать слезы, спросила Деметра, протягивая к дочери руки, чтобы пожалеть, успокоить и найти в ней самой утешение для своей одинокой, истерзанной души и кровоточившего сердца.
Женщина не станет набрасываться на Перси с вопросами, а уж тем более с обвинениями видя, что девушка, сжимавшая руку в локте и до крови кусавшая губы, была в не меньшем шоке, чем она сама, к тому же бледна как смерть и еле держалась на ногах. Раздумывая всего мгновение, Персефона тихо всхлипнула с благодарностью уткнувшись матери в ключицу.
– Я не знала, я не хотела, – тихо шептала девушка, роняя горькие слезы. – Он ведь выживет, правда?
– Кто это был, Персефона?! – с нажимом спросил Харон, пытаясь докопаться до правды.
– Скорее всего, мой пасынок Геркулес, – хмуро ответил метавший молнии Зевс, стремительно входя в приемный покой и направляясь прямехонько к своей сестре и дочери. – Персефона, ты сейчас же мне все…
– Назад! – рявкнула Деметра, выставив руку и резанув обоих мужчин своим синим свирепым взглядом. Она сейчас была похожа на разъяренную тигрицу, защищавшую своего детеныша, что практически было близко к истине. – Дайте моей дочери немного прийти в себя! Она слаба и напугана!
– Это ведь Геркулес, верно?! – грозно вопрошал Зевс, откинув попытку вырвать свою дочь из материнских объятий и вытрясти из нее всю правду. – Кто еще с ним был?! Как ему удалось проникнуть в Аид?!
Перси на миг оторвалась от Деметры и, сверкнув на отца влажными сапфирами синих глаз сквозь зубы выдавила:
– Я ничего об этом не знаю! Я не хотела ничьей смерти! Мне все равно, что ты обо мне думаешь и что со мной будет! Главное, чтобы дядя Адос выжил!
– Да как ты понять не можешь?! – вызверился Зевс, вновь кидаясь к сестре и дочери.
– Сейчас бесполезно устраивать девочке допрос с пристрастием, – хмуро заметил Харон, глядя в предупреждающие глаза Деметры и сдерживая громовержца за плечо. – Перси сейчас тяжело, как никому из нас. Она вполне возможно говорит правду, но не всю. Находясь между молотом и наковальней, ей трудно разорваться между семейными узами, беспокойством за Адоса и былой дружбой и отношениями со сводным братом. Если это твой пасынок, как он мог проникнуть в Аид? В твоем хранилище часом не завалялось гранатовых зерен? – с долей подозрения спросил мужчина.
– Откуда?! Да у меня их отродясь не было! – возмутился Зевс. – Если бы они у меня были, стал бы я стоять у внешних ворот Аида, чтобы повидаться с собственной дочерью?! Лучше скажи, где мой пасынок мог их раздобыть?! И кто ему в этом помог?! Вряд ли он стал бы соваться в преисподнюю один!
Харон стал лихорадочно соображать, у кого была возможность распоряжаться гранатовыми зернами кроме Адоса. Его босс делал это крайне редко и вряд ли бы стал раздаривать направо и налево единственную возможность попасть в преисподнюю кому-либо из плоти и крови, кроме доверенных лиц или в виду крайней необходимости.
– Я должен вас покинуть, – взволнованно обратился он к Блейкам, что-то вспомнив. – У меня нет телефона верховной жрицы, – добавил помощник, – а у нее единственной могло заваляться несколько зерен граната для посещения Аида ее преемницами.
– Точно! – воскликнул Зевс, хлопая себя по лбу и привлекая тем самым всеобщее внимание к своей персоне. – Как я раньше не догадался?! У нас в доме вчера вечером была ее племянница Мегера Спенсер! Возможно, Геката передала ей зерна или девчонка каким-то образом их у нее стащила! Я прав?! Это была она?! – пытливо спросил мужчина, глянув в хмурый безмолвный взгляд Персефоны. – Вот вам и второй соучастник преступления! Это Мег Спенсер! Одноклассница и общая подруга моего пасынка и дочери!
– Это обвинительное предположение еще нужно доказать, – сверкая серебром глаз, выдавил Харон, не желая допускать и мысли, что Геката может быть в этом замешана. – Держите меня в курсе, я скоро вернусь.
Щелкнув пальцами, Харон быстро заскочил в свой дом, чтобы переодеться во что-нибудь пристойное. Не будет же он являться к своей любимой женщине в медицинском халате. Быстро накинув на себя одну из футболок, он вновь щелкнул пальцами, оказавшись возле дома Гекаты. Увидев в одном из окон свет, мужчина уже хотел было позвонить, как дверь перед ним резко распахнулась.
– Извини, я… – начал было он, впервые глядя на Гекату лишь в прозрачной шелковой рубашке. Острые пики сосков на ее налитой и все еще упругой груди слегка оттопыривали тонкую ткань. Волосы женщины, черной гривой струились по плечам, а карие глаза мерцали, поддернутые дымкой волнения.
– Мне тревожно, Харон! – произнесла Геката, не удивляясь приходу главного помощника владыки преисподней посреди глубокой ночи. – Я уже больше часа не сплю, не понимая, что это со мной! – добавляет она, скрещивая руки на груди словно защищаясь. – Ой, проходи, пожалуйста! – добавляет верховная жрица, чуть отстранившись, окидывая себя смущенным взглядом.
Пропустив в гостиную Харона, она схватила с подлокотника кресла халат, стыдливо в него кутаясь. Проглотив очередной приступ восхищения, словно изголодавшийся путник краюшку хлеба, мужчина не стал садиться на предложенный ему диван, а с места в карьер сразу спросил:
– У тебя есть зерна граната? Можешь показать?
– Есть, несколько, – не совсем понимая, зачем они Харону, чуть сбивчиво ответила жрица, направляясь вместе с мужчиной в свой рабочий кабинет. – Возможно, два или три, – добавляет Геката, включая в помещении свет и начиная обыскивать свои запасы. – Я с некоторых пор решила последовать твоему совету и подыскать несколько преемниц себе на замену. Для них и держу.
– Вот как? – удивленно цедит Харон, пытаясь подавить волнение в груди и нечаянную радость, готовую искривить уголок его губ в подобии улыбки, от столь долгожданной новости.
– Если ты все еще меня любишь? – робко предположила женщина, продолжая свои поиски.
– Я и не переставал, – тихо выдохнул мужчина, оказываясь совсем близко к Гекате и почти невесомо касаясь ее плеча потом спины и поясницы, заставляя женщину вздрогнуть от этой мимолетной ласки.
– Странно, контейнера нигде нет, – нахмурив брови, выдавила Геката. – Я точно помню, что оставляла несколько зерен для будущих верховных жриц Олимпа.
– Ты не могла их отдать раньше времени или потерять? – предположил мужчина. – Кто-нибудь знал, где ты их держишь?
– Ты так и не сказал мне, зачем явился? – вместо ответа спросила Геката. – Что произошло, Харон?! Кто-то проник в Аид? – добавила жрица, применив легкую магию на предметы лежавшие в ее кабинете.
– Адос был смертельно ранен, – начал мужчина, – молнией Зевса, прямо там в Аиде. Громовержец утверждает, что это его пасынок Геркулес, стащив божественный артефакт из его хранилища, проник в преисподнюю, чтобы спасти Персефону, как он ошибочно думал от кабалы ее мужа-варвара. Может специально или ненамеренно, Геркулес это был, или кто-нибудь другой, но божественный артефакт каким-то образом оказался в теле моего босса. Персефона Блейк могла бы пролить свет на произошедшее, но она упорно молчит, во всем обвиняя себя саму.
– Боги! Этого не может быть! Адос жив?!
– Он в лечебнице, – поспешил успокоить ее Харон, – Пеону удалось вытащить молнию из его груди, но мой босс потерял слишком много крови. Кронос с Реей и Деметра с Зевсом сейчас там, сдают свою кровь. Причем последний считает, что именно твоя племянница Мегера могла снабдить Геркулеса зернами граната.
– Этого не может быть! Зачем?! Я ведь так ей доверяла! – ошарашено прошептала Геката, опускаясь в свое рабочее кресло и хватая мобильный телефон, чтобы связаться с племянницей или ее родителями.
– Я думаю, Зевс питал к Геркулесу подобные чувства, не ожидая от парня такого подлого удара, как кража молнии и попытка убийства его старшего брата, – тихо заметил Харон.
– Ее номер не отвечает! – с нотками подкатившей злости и разочарования выдавила Геката.
Женщина стала набирать номер своих родственников, чтобы выяснить дома ли Мег.
– Боги, сестра, что произошло?! – взволнованно спросил сонный голос, принадлежавший главе семейства Спенсер.
– Извини, Крит, я должна убедиться дома ли Мегера?! – с нажимом ответила Геката.
– Что значит дома ли моя дочь?! Сейчас ночь, она спит давно! – недовольно ответил отец девушки.
– Немедленно пойди и убедись что Мег у себя в комнате! – рявкнула жрица, вскакивая с кресла и становясь похожей на фурию. Харону даже показалось, что ее голос прозвучал как-то зловеще, почти утробно.
