Текст книги "Мастер Рун. Книга 14 (СИ)"

Автор книги: Poul ezh

Соавторы: Артем Сластин
сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 16 страниц)

Глава 9

Бывают в жизни такие моменты, когда всё происходит невовремя. И звонок ли это старого знакомого или как сейчас, привет из прошлого, это всё чертовски не к моменту.

Я не злился. Злость должна проявляться, когда происходит что-то слишком неожиданное, а я ждал чего-то подобного с того момента, как решил выйти на свет и лично наладить связи с государством, находящимся по ту сторону пустыни. Корвин Андерс. Это же было логично предположить, что война в степи может породить героев, чьи имена будут расходиться далеко за их пределы. А то, что я определенно был героем, участвовавшим в спасении Степи, скрывать смысла не было.

Слишком многие люди полагались во время похода на меня и мои рунные бомбы, которые помогли не единожды, а также, скорее всего, решили войну с демонами в пользу людей. К этому-то я точно приложил руку, потому что именно мои бомбы Очищения должны были использоваться для уничтожения армий демонов. Во всяком случае, я на это надеялся, так как информации о последних нескольких лет о тех событиях и той войне, которая происходила в Великой Степи, у меня не было никакой.

И вот, казалось бы, невообразимо огромный мир Сферы. Мне даже было сложно представить, какова его площадь. Это же сотни миллионов, а то и тысячи миллиардов квадратных километров. Навскидку конечно сложно представить, тем более я не знаю размера красного карлика, висящего в центре Сферы, но по логике, твердь, окружающая светило, должна находиться на огромном расстоянии от центра, чтобы её не развалило силой притяжения. Ориентировочно, как Земля, вокруг Солнца. И если попробовать посчитать размер, то выйдет, что на поверхности Сферы поместится территория в сотни миллионов моих родных планет. А ведь есть ещё подземный мир с Демонами и пещерами, моря, океаны и прочее, прочее. Невообразимое пространство для гигантского количества людей и нелюдей.

И все равно нашёлся человек, оказавшийся в нескольких тысячах километров от тех событий, в которых я участвовал, и который знает мое имя. И не просто знает мое имя, но еще и решается подойти ко мне и громко при всех спросить, тот ли я человек или не тот.

Это было обидно. Всё-таки я сочинял историю целых полчаса, чтобы создать правильный образ и изложить определённые мысли для пришедшего извне человека, чтобы показать наши возможности и силу, и при этом не выдать ничего существенного. Там ведь можно было столько всего нафантазировать, целый роман, откуда пришла секта Белого Духа, какие у неё силы, что они тут делают, бла-бла-бла. И всё рушится из-за одной фразы.

Хотя корить себя поздно, я ведь недавно размышлял о том, что нужно было сменить имя, прежде чем выходить на поверхность и создавать новую легенду. А так получается, что мир Сферы, несмотря на свои огромные размеры, невероятно тесен, и слухи здесь бегут гораздо быстрее, чем кто-либо мог рассчитывать, а имена прилипают к людям, как смола к пальцам. Так что вопрос был даже не в том, что кто-нибудь узнает моё имя, а в том лишь, когда это произойдёт и смогу ли я это контролировать.

Ну что же, ответ на второй вопрос я получил практически только что, и выглядел он очевидно. Нет, не смогу, и мне остается только контролировать последствия.

– Рен, Наира, – сказал я негромко, не поворачивая головы и рассматривая виновника, также склонившегося передо мной. – Запускаем второй вариант.

Охранник все еще стоял передо мной, согнувшись в поклоне, и ждал ответа. Ему было около тридцати лет, средняя стадия закалки костей, что для наемника при караване вполне себе прилично. А вот для любого из моих бойцов, прошедших горнило, он был бы легкой разминкой перед завтраком, не более того.

– Поднимись, – спокойно сказал я ему. – Как тебя зовут?

– Фарух, господин. Я Фарух из Тарима.

Название места, откуда пришел охранник, мне ни о чем не говорило.

– Откуда ты знаешь это имя, Фарух?

– Я был в гарнизоне Тринадцатой башни, господин. Когда лейтенант Стейни и его отряд дошли до нас и направились в свой поход в сторону Серебряного утеса, я видел что стало с городом, а потом мы разделились и лейтенант Дивер повел нас к городу у Горы…

– Вы дошли? – спросил я.

– Город у Горы пал так же, как Серебряный Утес, господин, – ответил мне Фарух горько. – Его вырезали демоны через три недели после того, как мы разошлись, туда ушла большая часть их армии. Мы не успели. Две недели отсиживались в башне, а потом двинулись к Степному Цветку.

Пока бывший однополчанин и соратник рассказывал мне все это, на территории каравана оказались сорок моих бойцов, которые аккуратно и весьма дружелюбно обезоружили охранников и захватили весь караван без единого крика и попытки сопротивления. Уж кого, а дураков среди охранников здесь не было, так как каждый мой боец был как минимум практиком закалки мышц, что делало любую попытку подраться с ними бесполезной.

– Что ж, об этом и что было дальше мы поговорим немного позже. Пока будь так добр, оставайся здесь и постарайся не причинить себе вреда, – сказал я Фаруху и пошел в сторону караванщика, который вышел из своего шатра и сейчас смотрел на меня.

Надо отдать Реджебу должное, в его глазах не было ни паники, ни обреченности. При этом в руке он сжимал странный небольшой диск и с неким нарастающим раздражением давил на его грани. Очевидно, что передать сообщение у него не получалось, артефакт не отвечал. Я невольно усмехнулся. Мои рунные камни глушения, разложенные на этой территории еще неделю назад, работали безупречно. Хотя изначально это была не моя идея, а идея Гвоздо, который предложил максимально обезопасить все возможные моменты с караваном, если возникнут неприятные ситуации.

Именно он рассказал, что во многих караванах есть специальные артефакты, позволяющие отправить сигнал тревоги о том, что на караван напали либо произошла другая плохая ситуация, и принимающая сторона всегда могла выслать помощь каравану. Даже если пройдет слишком много времени, все равно был шанс, что разбойников и убийц смогут быстрее найти именно с помощью этого артефакта. Так что положиться здесь на идею моего строителя стоило, все-таки он несколько лет отходил в караванах в качестве охранника. Любой современный артефакт строился на отправке сигнала с помощью этера на дальние расстояния, поэтому сделать так, чтобы на определенной территории такие артефакты не работали, было несложно.

– Почтенный Реджеб, – сказал я, подходя к караванщику и приглашая его пройти в его же шатер. – Мне искренне жаль, что наш разговор принял такой оборот. Поверьте, я предпочел бы обойтись без всего этого и расстаться на предыдущей ноте.

– Господин Андерс, вы могли спокойно убить моего охранника и сделать вид, что ничего не произошло, – ответил Реджеб, спокойно заходя вслед за мной. – Почему не убили? Это самое простое решение вопроса.

Это был очень хороший вопрос. Торговец явно привык оценивать ситуацию по действиям, а не словам.

– Ну, я потому что уверен, что убийство ничего бы не решило. Вы слышали, что он сказал, и вы умный человек, Реджеб. Запомнить имя, связать факты, а потом сделать выводы, всё достаточно просто. На самом деле это моя проблема. Нужно было изначально сделать все по-другому, но я совершенно не рассчитывал на то, что окажусь в Проклятых Пределах и буду вынужден создавать здесь свое государство.

– Как я понимаю, именно сейчас вы говорите мне правду. Хотите чая? – спросил караванщик.

– Я вам не враг, почтенный, – продолжил я. – И не враг вашему государству. Всё, что я говорил за этим столом о мире и торговле, было правдой. Каждое слово. Но проблема в том, что я не могу позволить информации обо мне уйти за пустыню без контроля. Пока не могу. Может быть, через несколько лет, когда секта окрепнет, у меня будет достаточно сил, чтобы разговаривать с вашим эмиром на равных. Тогда я расскажу всё, что он захочет знать. А сейчас мне нужно время, и вы мне его дадите.

– Обстоятельства бессердечны, – мудро сказал Реджеб. – Ведь, казалось бы, из-за одного дурака, который не умеет держать язык за зубами, рушится целый мир и легенда. Что вы собираетесь делать со мной дальше?

Про охранников он не спрашивал, да и зачем? Они были расходным материалом, который получал свои деньги, защищая караван. И сейчас все они оказались в весьма нехорошем положении. Даже если охранники выживут и вернутся домой, я абсолютно точно уверен, что их больше никогда не возьмут в охрану по простой причине, что сейчас они сдались и не сделали ни малейшей попытки сопротивляться захвату каравана. Тяжела жизнь наемника, особенно если он труслив.

– Ничего с вами делать не буду. – улыбнулся я в ответ максимально тепло. – Вы уйдете отсюда живым, здоровым, с полным грузом товара. Вернетесь домой к своему господину и передадите ему мое письмо, а также продолжите с нами торговать. За причиненное беспокойство я даже сделаю вам небольшой подарок. Все будет точно так же, согласно нашему договору, лишь с одной небольшой поправкой.

– Ну, я готов ограничиться подарками, такая поправка меня это вполне устроит.

– Все любят подарки, но поправка касается не товара, а нашего доверия друг к другу. Вы слышали что-нибудь о клейме секты?

– Конечно, слышал, – кивнул торговец. – Это знак верности. Ваши люди носят его с гордостью. Как я могу это понимать? Красивый обычай. Многие секты используют нечто подобное, те же татуировки, печати. Так что я бы удивился, если бы у вас не было чего-то такого.

– Верно, – сказал я, доставая из сумки небольшую и заранее подготовленную печать. – Я нанесу на ваше предплечье печать верности секте. Отныне вы будете нашим человеком за пределами проклятых пределов.

– Мне кажется, стоит обойтись и без этого, – ответил Реджеб. – Ваше желание поставить клеймо вполне разумно, потому что вы не хотите, чтобы это имя ушло за пустыню. Я готов поклясться всеми богами, что не расскажу об этом никому. И пусть мои охранники не самые умные люди на свете, но они и не самые глупые, поэтому я заставлю замолчать эти рты сразу же, как только вернусь домой. Можно убить их здесь, а вы дадите мне свою охрану и слово, что я безопасно дойду до дома. Там я отпущу ваших людей. И мне кажется, на этом инцидент будет вполне исчерпан.

– К сожалению, клятва молчания, вещь очень ненадёжная. Люди забывают клятвы гораздо быстрее, чем забывают обиды. Поэтому, клеймо, я всё-таки вынужден вам поставить и заодно объяснить, что это такое.

– То есть это не просто знак принадлежности к секте, я правильно понимаю? – сказал мой собеседник тихо. – Если что, знайте, в секту вступать я не готов, у меня есть определенные обязательства перед мои повелителем, да продлятся его дни бесконечно.

– Клеймо создает связь между мной и его носителем. Я буду чувствовать вас, вашу преданность и ваше состояние. Это рунная конструкция, которая работает на огромном расстоянии, и она совершенно не причиняет боли, не мешает вам жить и тем более не ограничивает вашу волю в повседневных делах. Но она дает мне гарантию, которую не может дать ни одна клятва, о том, что вы будете молчать о моём имени.

– Поводок, – сказал караванщик, констатируя факт.

– Страховка, – поправил я. – Для нас обоих. Вы продолжаете торговать и зарабатывать, ваш род будет процветать и обогащаться с каждым новым караваном, который придет на мои земли. Я же буду заниматься своими делами, и никто в округе не разрушит то, что мы оба создаем. Мне кажется, это прекрасное и единственно верное решение. Ну, кроме того, чтобы просто зарезать вас на этих прекрасных коврах и на этом закончить разговор.

– А вот сейчас вы говорите как горный разбойник, – улыбнулся Реджеб. – Знаете, за последние тридцать лет меня дважды грабили и один раз даже продали в рабство. Правда, я выпутался из него через полгода. Каждый раз я выживал, потому что умею договариваться. Но сейчас вы предлагаете мне такое, от чего отказаться нельзя, и при этом делаете вид, что у меня есть выбор. Это, конечно, изящно и откровенно пугающе, потому что я понимаю, что выбора у меня нет, а жить-то я всё-таки хочу.

– Именно так.

– Знаете, что делает хорошего торговца по-настоящему великим? – спросил меня Реджеб.

– Расскажите мне, будет интересно узнать.

– Чутьё, которое позволяет понять, проигрываешь ли ты от сделки или выигрываешь от неё хоть чуточку больше, чем просто собственную жизнь. Если я правильно понимаю, то вы никак не ограничиваете меня и мой караван, а также мое имя и род, забирая при этом лишь возможность предать вас, называя ваше имя и выясняя, кем вы являетесь на самом деле.

– Я могу сказать, что перед собой я вижу по-настоящему великого торговца.

– Вы сейчас откровенно заговариваете мне зубы, но я всё прекрасно понимаю. Что ж, раз клеймо решит проблему с моей преданностью, оно все же не решит проблему с моей памятью, ведь я буду знать, как и мои охранники. И хотят они того или нет, рано или поздно кто-то может случайно проговориться, особенно под пытками и проникновением в сознание. И такое порой случается.

– Вы согласны?

– Согласен, а куда деваться? Но если мне не нужно говорить ваше имя, которое я знаю сейчас, тогда мне нужно новое имя, которое будет предоставлено всем тем, кто находится за пустыней. У вас уже есть готовые варианты?

Об этом я уже думал именно с того момента, как только Фарух открыл рот и произнес мое имя. Мне нужно было новое, которое должно быть достаточно обычным, чтобы не привлекать внимания, и чужим, чтобы не вести ни к Шеньлуну, ни тем более к Великой Степи. Что-то может быть местное из этих краев? Хотя, если учесть, что секта Белого Духа пришла из невероятно далеких мест, то ими может быть и не соответствовать тому, что есть у местных.

А если наоборот? Задал себе логичный вопрос.Если использовать имя как ключ для тех, кто понимает, что оно значит и к чему может привести, ведь можно одним только этим действием убить сразу нескольких зайцев.

– Киану Ривз, – сказал я. – Можете звать меня Киану Ривз.

– Необычное имя, – ответил караванщик. – Хорошо, ставьте ваше клеймо, господин Ривз, и делайте то, что считаете нужным. Но запомните мои слова, пока я еще помню ваше настоящее имя. Однажды вы можете оказаться по другую сторону этого разговора, не со мной, а с тем, кто гораздо сильнее вас. И тогда я бы хотел, чтобы вы подумали о том, каково это, сидеть на подушках, и понимать, что от тебя ничего не зависит.

– Я думаю об этом каждый день, – сказал я. – Именно поэтому стараюсь быть на правой стороне.

На этом наш разговор был закончен, и можно было сказать, что сделка была заключена. Хотел того Реджеб Аль-Кара или не хотел, но все пошло так, как было задумано мной. Правда, такой вариант развития событий был всего лишь четвертым в нашем общем списке, который мы составляли вместе с моими людьми.

Штамп лег на плечо караванщика быстро. Серебристые руны впитались под силой этера и моей воли, не оставляя следа на теле. Эту рунную связку я доработал специально для такого момента. Надеюсь, впрочем, что она мне никогда не пригодится. И не угадал. Торговец был единственным человеком, с которым я договаривался ставить клеймо лично, и хотел получить его согласие на это, что я и сделал. Охранников никто не спрашивал. Они уже получили своё клеймо и сейчас гадали, что оно значит. Я видел это по тому, как появляются яркие точки в моём сознании неподалёку от меня.

Дальше оставалось самое тяжелое и немного подлое, как по мне. Я не стал убирать руку, закрыл глаза и потянулся глубже туда, где клеймо открывало мне дорогу к самому человеку. Не в сами мысли, а в память. Преобразователь мягко перестроил частоты моего этера, подстраиваясь под ритм чужого сознания и позволяя просочиться в воспоминания человека, сидящего напротив меня.

Перед мной не стояла задача стереть воспоминания. Наоборот, стирание, это создание дыры, а это чувствуется. Поэтому вместо этого, внимательно изучая перед собой всю внутреннюю структуру памяти, я просто делал маленькие изменения, заменяя своё имя на другое, перестраивая звуки, буквы и образы. Но при этом всё остальное, интонация, даже контекст и тем более эмоции, всё оставалось нетронутым. Реджеб будет помнить, как бургграф представил ему главу секты моим новым именем, которое назвал я. И больше никакого Корвина Андерса.

Ситуацию с Фарухом я немного обыграл и совсем чуть-чуть добавил интриги и того, что парень изъявил желание служить мне и подчиниться власти секты, чем торговец, естественно, был бы очень недоволен, всё остальное, в том числе и захват каравана, осталось в памяти неизменным. Смысла менять что-то не было, клеймо стоит, и ничего против этого сделать он уже не сможет.

– Голова немного кружится, – сказал Реджеб, когда я убрал руку с его плеча, и он словно вынырнул из короткого сна. – Это нормально?

– Пройдет через пять минут. Выпейте чаю, почтенный.

– С удовольствием.

– Как и обещал, в качестве компенсации примите мой небольшой подарок. – Я достал из пространственной сумки еще несколько предметов и разложил их на ковер перед караванщиком. – Это мой небольшой дар за причиненные неудобства.

В итоге попрощались мы достаточно скомкано, и караван, который должен был еще два дня стоять под городом, собрался и ушел обратно. Путь в одну сторону занимал около двух недель, и поэтому следующего визита уважаемого мною торговца можно было ожидать не раньше, чем через месяц. Достаточно времени, чтобы подготовиться к новому визиту получше.

– Что будем делать с этим охранником, которого ты забрал себе? – спросила у меня стоящая рядом Наира, наблюдающая за тем, как верблюды, торопливо подгоняемые охранниками, уходят прочь от города.

– Я с ним поговорю, а потом куда-нибудь пристроим, – сказал я. – Боец он, в принципе, неплохой, достаточно серьезную школу прошел, так что нам такие не помешают. На крайний случай займётся обучением новичков.

– Не жалеешь о том, что сделал? Если там найдутся серьезные рунные мастера, которые смогут найти твое клеймо, может получиться не совсем удобно.

– Такие мастера там не найдутся, – ухмыльнулся я. – В этом можешь не сомневаться. Земли за пустыней, не имеют сильных практиков. В этом я уверен, потому что в своё время родился не так далеко от тех мест, с другой стороны Великого моря.

– Значит, тебе повезло оказаться неподалеку от родных мест, – с горечью ответила Наира. – Я надеюсь, ты не собираешься туда вторгаться всей своей будущей армией?

– Ты издеваешься? – Я посмотрел на неё и покачал головой. – Мне здесь бы вопросы решить, у нас тут целый город демонов под боком, с которым нужно что-то делать. А вылезать за пределы пустыни я точно не собираюсь, по крайней мере, в ближайшие несколько лет.

– Чувствую я своей спиной, что не пройдет и года, как все изменится.

Мне оставалось только промолчать и слушать, что она наговорит, потому что Наира обладала достаточно интересным даром говорить неприятные вещи, которые потом часто оказывались правдой. Все-таки опыта у неё было гораздо больше. Впрочем, сейчас меня волновало немного кое-что другое.

– Пусть твои разведчики пройдут вслед за караванщиком и посмотрят, как они покидают территорию. Я хочу знать тропу, по которой они пришли на наши земли, и контролировать её.

– Думаю, что стоит держать там десяток дозорных?

– Сколько в лодку влезет с припасами, столько пусть и достают. Главное, чтобы они могли быстро передавать сообщения. В принципе, над этим я поработаю, кажется нам пора налаживать нормальную связь между городами и крепостью. Но есть и другая задача. Рен, как думаешь, мы готовы?

– Следующим у нас по плану шел Прешбург, – сказал мой военачальник, понимая, о чем я спрашиваю. – Люди по добрым снаряжениям тоже все с запасом готовы на месте, тоже назначил.

– Прешбург пока оставим в стороне. Он находится у Костяного хребта и является важной точкой, но в данный момент не будем его трогать. Я говорю про города, которые находятся как можно ближе к пустыне и через которые первым проходят караваны. Начнем мы с них.

– Понял, мастер. Тогда я буду готовить отряды для Зандбурга и Глюйзанда.

– Кто придумал только такие названия, – скривилась Наира. – Это какой-то древний язык, который нам не знаком?

– Возможно, – согласился я. – Названия, конечно, не самые благозвучные, но меня вполне устраивает. Хотя иногда и правда язык сломать можно. В общем, как двум моим главным военачальникам даю задачу: в течение следующих двух недель оба этих города должны стать нашими, и там должен стоять гарнизон секты. Поставим человек пятьдесят, не больше, а дальше все остальное по стандартной программе. За это время люди Горбуна подготовят достаточное количество лодок, и поэтому путешествие будет достаточно комфортным. Рен, отправишься на завоевание?

За прошедшее время Рен не так часто появлялся на нижних ярусах, предпочитая оставаться наверху. Мне кажется, его боязнь открытых пространств со временем действительно сошла на нет. А тут еще такое приключение, когда можно представить, будто ты настоящий завоеватель и участвуешь в покорении целых городов. Хотя на самом деле об этом я не переживал. В тех городках, которые находятся возле пустыни, кроме серии небольших озер, ничего примечательного не было. На оба города приходилось от силы несколько десятков слабых практиков и не более того. И причина тут опять была же в караванах.

В идеале города, обладающие хорошими водными ресурсами и стоящие на пути торговых потоков, должны быть достаточно богатыми. Но это прекрасно понимали хозяева всех других городов, которые находились чуть глубже на территории Проклятых пределов. Поэтому эти города страдали прежде всего и постоянно захватывались то одним набравшим силу правителем, то другим. Естественно, при захвате другого города никто не будет отменять грабежи, порой только ими и можно было поправить свое достаточно бедственное положение. Вот их регулярно и грабили. Так что сопротивления я не ожидал.

Так что, несмотря на то, что день сегодня был не самый хороший, закончился он все-таки не так уж плохо. Совесть относительно того, что я сделал с караванщиком и его людьми, меня, конечно, мучила, но, глядя на кровожадно ухмыляющееся лицо Рена, предвкушающего дальний поход, я подумал только о том, что пока все делаю правильно. Во всяком случае, мне так кажется.

Ну… или у меня просто нет выбора.