Текст книги "Слой Первый. Книга 4 (СИ)"

Автор книги: Poul ezh

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 17 страниц)

Глава 16

В этот раз сон начался не со вспышек. Он начался с тишины.

Я стоял на главной площади Кадии. Все было целым, нетронутым, но тишина была неправильной, вязкой, она давила на уши.

Я увидел Рика. Он сидел на крыльце одного из новых, уже почти достроенных зданий, спиной ко мне.

– Рик?

Голос прозвучал глухо, будто я кричал под водой. Я подошел и положил руку ему на плечо.

Но Рик никак не отреагировал и просто завалился на бок, как манекен, у которого убрали подпорку. Упал и остался лежать, глядя в серое небо пустыми, мертвыми глазами.

Я отшатнулся. И в тот момент, когда я сделал шаг назад, мир сломался.

Здания Кадии за моей спиной потекли, как восковые свечи, оплавляясь и обнажая то, что было под ними. Черные монолиты, уходящие в небо, где не было солнца. Земля под ногами пошла трещинами, и из них показалась пульсирующая тьма, которая начала подниматься вверх, заливая землю.

А следом из трещин вылезли щупальца. Медленно, почти лениво, как черные маслянистые змеи. Они оплетали искаженные дома, скамейки, обвивали тело Рика, которое так и лежало на земле. Они словно пробовали мир на вкус, исследовали его.

Я побежал, но бег был тяжелым, вязким. Показалась стена, и пробежал сквозь стену, которая оказалась не стеной, а туманом, и снова оказался в Кадии.

Там ждали меня. Лиза, Себия, Мар, Эхо. Они стояли в ряд, перегораживая улицу, а за ними стояли другие люди, лица которых расплывались как восковые маски. Мелькали знакомые черты людей, которых я мельком когда-то видел. И все они были мертвы.

Они одновременно открыли рты. Но вместо крика из их горла полилась та самая черная маслянистая жижа, что сочилась из-под земли. Она пачкала их одежду, капала на утоптанную серую землю. А они просто стояли и смотрели на меня, беззвучно захлебываясь этой тьмой.

Я хотел закричать, но не смог. Воздух стал плотным, как смола.

И тогда одно из щупалец, то, что обвивало Рика, медленно поднялось. Оно повернулось ко мне, будто только что заметило.

Я проснулся за мгновение до того, как оно ударило. Рванулся с кровати, едва не упав. Сердце колотилось в горле. В комнате было тихо. Но я все еще чувствовал этот туман и запах сырой земли, который принес с собой этот сон.

Кровать была пуста – Лиза уже ушла по делам и не разбудила меня.

Я в панике огляделся. Мой взгляд лихорадочно метался по углам, впиваясь в тени под шкафом, проверяя стыки стен и потолка. Но все было в норме. Никаких щупалец или черной маслянистой тьмы, сочащейся из-под двери. Только наша спальня, залитая утренним светом.

За окном Солнце не просто светило – оно сияло. В стекло настойчиво, до раздражения, жужжа билось какое-то крупное насекомое. Бззз… Бззз…

Этот живой, нормальный звук был оглушительным. Картина была настолько реальной по сравнению с тем, что я видел во сне, что я сначала даже не мог поверить. Я замер, прислушиваясь. Все ждал подвоха. Ждал, что жужжание сменится хлюпаньем, а стены начнут пузыриться и оплывать.

Прошла минута. Две. Пять. Ничего не изменилось. Солнце продолжало светить, муха – биться о стекло.

– Твою мать… – выдохнул я, роняя голову в ладони. Кожа была липкой от холодного пота. – Так и крыша поедет… И что эта хренота от меня хочет?

Я чувствовал себя выжатым, будто всю ночь не спал, а таскал мешки с цементом. Тело ломило, а в глазах словно песка насыпали. Но я точно знал, что больше не усну. Даже пытаться бесполезно.

Поднявшись на ватных ногах, я на автомате дошел до умывальника. Умылся ледяной водой, пытаясь смыть с себя остатки этого липкого бреда. Привел себя в порядок, оделся, двигаясь как робот. Мысли путались, но одна была четкой: нужно двигаться, нужно что-то делать. Сидеть здесь и ждать следующей ночи, худший из вариантов. Нацепил револьверы на пояс и вышел из дома, щурясь от безразличного, яркого солнца.

– Мар, мне нужны суслики. И живые, – сказал я другу, которого встретил прямо перед выходом на очередную охоту. – Поймаешь парочку? Ну, или больше.

Он озадаченно на меня посмотрел, прекратив проверять крепления на рюкзаке.

– Хреново выглядишь, друг, – Мар беззастенчиво оглядел меня с ног до головы.

– Плохо спалось, – уклончиво ответил я. Врать ему не хотелось, но и вываливать бред про щупальца и мертвых друзей я был не готов.

– Ну это понятно, – он сально улыбнулся и хлопнул меня по плечу. – С Лизкой всю ночь кувыркался?

Я проигнорировал подколку.

– Так что насчет сусликов?

– Ладно, ладно. И зачем тебе живые? Будешь проводить кровавые ритуалы?

– Ну, почти, – криво улыбнулся я. – Но могу и на тебе поэкспериментировать, если откажешь.

– Нет уж, суслики так суслики. Мелкая тварь, поймать трудно, но я постараюсь. Вернемся к вечеру – и все будет.

– Кстати, вот, – я отправил ему запрос на торговлю. Перед глазами на миг вспыхнул полупрозрачный интерфейс. – Передаю амулет скрытности. Спасибо. Эта штука не раз меня спасла за время похода.

– Да, а я без нее как без рук, – довольно сказал Мар, принимая амулет обратно. – Моя «прелесть». Знаешь, как удобно подходить к дичи почти в упор?

– Представляю, – кивнул я. – Удачи на охоте!

– И тебе не сдохнуть, – бросил он стандартное прощание.

Мы распрощались. Мар закинул рюкзак и присоединился к большой, человек в десять, группе охотников, собравшейся у ворот. Среди них была всего парочка знакомых лиц. Остальные новички, судя по их разношерстному снаряжению и настороженным взглядам.

Похоже, ходить на охоту стало совсем неспокойно, раз уж понадобилось собирать такой большой отряд. Я проводил их взглядом, пока они не скрылись за недостроенными стенами и отправился в мэрию, к Себии.

Которая встретила меня горячим чаем, и свежим, только испеченным хлебом.

– Садись. – мэр указала на табурет у стены. – Чайку?

– Да, не откажусь.

– Кружку возьми на полке, там же сахар, ну и кипяток сам наливай, заварка в коробочке. Ты какой-то не выспавшийся, Грис. – усмехнулась та, подмигивая. – Да?

– Давай лучше о деле. – сказал, я поморщившись на подколку, взял пузатую большую кружку, кинул туда пару кусков сахара и насыпал щепотку чая, заливая всё кипятком.

– Варвар, ну и ладно, не о чае будем говорить. – отметила Себия про мой заваривание чая, показывая на небольшой заварник. – Нужно было сюда насыпать, он пустой.

– Давай к делу. Вчера особо некогда было подбить итоги, но сегодня я здесь и пока не совсем втянулся в дела. Рассказывай, что и как.

– Ну. Если бы не Кошмары и Разломы, а оттого повышенные траты на боеприпас, то вполне ничего. За то время пока тебя не было, а это тридцать четыре дня, – скрупулёзно начала отчитываться Себия. – Прибыло нашего полку почти пятьдесят человек. До-хре-на.

– Обычно меньше?

– Я тут, уже приличное количество лет, Грис. Можно сказать боевая старушка. – улыбнулась мэр. А я ее оглядел, хренасе старушка, молодая взрослая женщина, вслед которой еще годы и годы будут оглядываться все мужчины любого возраста.

– Не надо меня разглядывать, это я про душу. Душу то не исправить.

– Ну так и не уводи в сторону.

– Обычно в Прешбурге в лучшие дни был один новичок в пять, семь дней, вот и считай. Четыре в месяц – это хорошо, помню, кто-то из торговцев рассказывал, до двенадцати новичков выходило. Больше нет. А тут сорок восемь, если быть точной. Порой по два человека в день. – Себия начала загибать пальцы. – А это их нужно накормить, обеспечить одеждой, заштопать раны, приютить и еще всё объяснить. Людям, которые только прошли Колыбель и пришли в место, где народу от силы два десятка. Первые две недели был кошмар, Мар стёр все ноги, охотясь чтобы обеспечить прибывающий народ. Да мы тут вообще сутками не спали, пока Второй слой пришел на помощь. Пришлось залезть в большие долги, набирая с запасом, муку, масло, зерна, всё что только можно, оружие, ткани. Кара взяла машинку швейную, теперь делает сама, а то ей скучно, а охоту она не любит.

– Город? – спросил я очевидное, и интересное.

– Каждый день вылазки, естественно, мы там полгорода разобрали и сюда перетащили, мебель, посуда, прочая бытовая мелочь, даже ванны. Бедные аниподы, народ настрелял их там столько, что они уже неделю не приближаются к воротам, но зато мы получили хороших стрелков. Люди не боятся ходить в Город, особенно если не далеко, многие тройками без шамана ходят, только чтобы набить всего побольше. Так что живем.

– Как Эхо?

– Если бы он не был таким серым и таким противным, – ответила та. – То вообще идеален как шаман, мы когда в долги влезли, он организовал пять вылазок, да таких, что даже с новичками, мы этот долг, фуюить. – и Себия показала рукой как небрежно выбрасывает нечто. – В дикий плюс просто. Молодец, в общем. Шам ходит с ним, хотя вначале отказывался, они там спелись на любви к разным странным растениям.

– По церковникам, новостям?

– Ни-че-го. – мэр допила чай, поставила кружку, и вытащила бумаги. – Будешь смотреть доходы-расходы, господин инспектор?

– Давай без этого, – поморщился уже я. – Значит пока тихо. А стены?

– А ты их видишь? – спросила Себия в ответ. – Мы планировали, камня натаскали гору, даже метров десять построили. Поняли, что бесполезный труд, который отнимает время. Пусть нас уже семьдесят человек, но работа есть для всех. Тем более что у нас тут всё сообща, даже в баре бесплатно всё, народ работает как один в поте лица. А самое удивительное, ни одной гниды не попалось. Может повезло, а может хорошо скрываются.

– Может дело в том, что город только недавно проснулся? – предположил я. – Накопил сил, пока спал, и теперь выдаёт. В других городах с самого начала, тоже такое возможно.

– Нет. Я спрашивала еще у Биорка историю Прешбурга, не было таких аномалий. Да и как город может устать, это просто город.

– Значит, когда придут фералы, которым доступа в город нет, займем их стенами, хотя бы в рост человека, чтобы прикрыть стрелков. Ну и башни, башни мне понравились. Забавно что тут Колыбель практически в городе, в Степном так же. А в Прешбурге нужно было тащиться.

– Там было удобнее сделать чуть дальше в тени, там и жарче было, не заметил? А тут ручьев тьма, тепло, вечерами бывает и прохладно порой. Зато можно огороды засаживать, мы уже накопали несколько грядок и засеяли пару полей, посмотрим, что вырастет из этого.

– Можем перейти на самостоятельность в плане еды?

– Нет, – отрицательно покачала головой Себия. – Это нам в крестьяне придется половину народа записывать, минимум. Оно это надо? Пусть крестьяне Второго слоя работают, мы за это большие деньги платим.

– Цинично.

– А ты как хотел. У них там – она показала на небо. – Другой уровень жизни. Они все местные, дети, дома, жизнь. Да, классовая несправедливость, да есть бедные и богатые. По сравнению с Первым Слоем так вообще. Но заставлять людей здесь заниматься каторжным ручным трудом, когда можно купить? Какой смысл? Только разбегутся все. Не, мой друг Грис. Мы лучше будем торговать. У нас есть что предложить Второму Слою. Так что только так.

– Да я согласен. – кивнул я. – Сама не хочешь на второй?

– Да иди ты в задницу. – ответила Себия. – Это же гонка. Стрельба, драки. Я лично такое себе не ищу. Но это такой путь, что если встал в струю, то встал навсегда, пока не укокошили. Ты спроси у наших сверху, как им там живется, есть ли дом, может семья. Хрен там плавал.

На этом разговор с Себией сам по себе закончился. Она продолжила заниматься своими делами, а я наконец пошел к Эхо. Настало время экспериментов. Он уже ждал меня на небольшой ровной поляне недалеко от ворот. И вместе с ним был Шак.

– Итак, – я хлопнул в ладоши, привлекая внимание. – Наша задача сейчас разобраться с тем, как работает одна интересная рунная цепочка и применить её на практике. Еще желательно убрать некоторые ограничения на тех, кто может в этом пространстве находиться. Для этого будем использовать наработки Эхо. Готовы?

– Готовы, – дружно кивнули Эхо и Шак.

Компания у нас, конечно, собралась специфическая. Огромный качок ферал, маленький серокожий гоблин и я. Для начала я начертил рунную цепочку прямо на земле веточкой в масштабе, примерно соответствующем изначальному в лаборатории. И мы встали, рассматривая получившуюся схему.

– Ну в целом, я даже понимаю, что тут происходит, – задумчиво сказал Эхо, потирая подбородок. – Смотри. Вон там у нас руны, которые в таком сочетании уже встречались.

Он достал свои записи из валяющейся рядом сумки и быстро нашел нужный лист.

– Судя по всему, эти руны используются для некоего барьера, который защищает внутреннее пространство. Такое много, где используется.

– Да, похоже на барьер, – я кивнул, рассматривая записи и сравнивая их с тем барьером, который я скопировал у Степного. – Но две руны отличаются.

– Можем попробовать сейчас запитать цепочку? – уточнил Эхо.

Мне и самому было интересно, получится ли, так что я согласился и подошел к тому месту, где должен быть вход. Руны возникли перед внутренним зрением без каких-либо проблем, и я вложил туда немного энергии, которая просто ушла как в землю.

– Хм, – я почесал макушку. – Жалко тратить много, но ради эксперимента…

Я зачерпнул почти весь свой источник, оставляя крохи и вложил в руны. И отклик пошел.

Я ощутил, как рунная цепочка напитывается энергией и целого источника вполне достаточно для их работы. Хорошо.

После чего встал рядом с рунами, отвечающими за вход, но ничего не произошло. Мне нужно было встать прямо на руны, а это сотрет рисунок с земли, так что экспериментировать я не стал.

– Вроде работает, – удовлетворенно кивнул я. – Но нужно начертить на чем-то, что не сотрется. Для входа в пространство требуется встать вот сюда.

– Да, это, кстати, стандартные руны авторизации, – подтвердил Эхо. – Они используются вот тут, тут и тут.

Он достал еще несколько листов, демонстрируя мне. Шак все это время стоял немного в стороне и слушал нас с открытым ртом. Он явно не понимал, что вообще тут происходит.

– Есть идеи, как убрать это из цепочки?

Дальше мы начали эксперименты с заменой этой части рун на другие, чтобы исключить вход только для обладателей медальонов Падших. Только с десятой попытки и кучи потраченной энергии Нексуса это удалось – цепочка работала и не тратила энергию впустую. Правда никто из нас не понимал, что делают новые руны, но они использовались во многих крупных ритуалах.

– О, еще идея! – воскликнул Эхо и начертил по периметру еще несколько связок. – Это накопители, попробуй.

И действительно – вязка оказалась просто хранилищем энергии Нексуса, и она мне была очень даже полезной. Сливать лишнюю энергию и иметь при себе накопитель было бы неплохо. Хотя, когда у меня была лишняя? Только с Кошмарами чуть осколками меня не переполнило, а так это было редкостью. Обычно.

Встроив накопители в цепочку, я проверил, и оно работало. Но на эксперименты ушло уже семь полных резервов, а в осколках это было очень даже прилично. С такими затратами мне очень скоро придется бежать и зачищать Кошмаров.

Для того, чтобы эксперимент был не настолько ресурсозатратным, мы решили уменьшить объем внутреннего пространства и ужать руны максимально. На это ушел еще час и еще два полных источника Нексуса.

В итоге мы получили компактное пространство печати примерно метр на метр и окруженное дополнительными накопителями. И оно работало.

– Теперь нужно поместить что-то внутрь и запустить? – взволнованно спросил Эхо. – Эй, мохнатый, не хочешь стать жер… эм, участником эксперимента?

Я удивленно взглянул на Эхо. Вроде Шак ему не успел насолить, откуда такая неприязнь?

– Оставь Шака, – я успел вмешаться, пока ферал не ответил грубостью на предложения. – Мар припрет сусликов, вот они и будут жертвами.

– Да я ж пошутил, вы чего? – Эхо поднял руки в защитном жесте. – Юмор?

– У Шама набрался, да? – вздохнул я. – Ты лучше так не шути с теми, кто может сломать тебя пополам одной рукой, ладно?

– Ладно, – понурил голову Эхо. – Извини, лохматый, я не хотел.

– Извинения принимаются, мелкий, – оскалил зубы Шак. – И Грис, я и сам за себя могу постоять. А обижаться на мелкую мышь, великому воину не достойно, как бы громко она не пищала. Ты мне лучше скажи, зачем я тут?

– А чем тебе еще заняться? – удивленно посмотрел я на ферала. – Сам же увязался за мной, вот и ходи рядом.

Ферал кивнул и отошел в сторону, где просто завалился в траву и сорвав травинку засунул себе в рот. А потом закинув руки за голову уставился в небо, непринужденно насвистывая. Участь бездельника далась ему слишком легко.

Дальше мы начали расчеты и методом непонятного «гоблинского» вычисления определили, что для того, чтобы скрыть Кадию целиком, нужно будет залить по двадцать резервов моего источника в каждый их пяти накопителей… И это просто колоссальная сумма в осколках – тридцать две тысячи, если округлять.

Мне нужно будет зачистить не один источник Кошмаров… и только для того, чтобы один раз погрузить Кадию в другое измерение и потом выдернуть обратно.

А вот в лаборатории был собственный неизвестный источник, руны которого, скорее всего находились где-то в самом здании. Но я их упустил.

Вечер настал быстро и уже вернулись охотники. Мар пришел к нам и притащил двух испуганных, но живых сусликов, которые тряслись в клетке, собранной из прутьев.

– Товар доставлен! – воскликнул он, демонстрируя клетку. – Чего тут делаете? Траву портите?

– Портим, портим, – подтвердил Эхо, прорисовывая все уже изрядно поехавшие руны. – Землю портим тоже.

– Спасибо, Мар, – я забрал клетку и отнес её прямо в центр рунной цепочки, предварительно достав из клетки одного суслика и вручив его Шаку. Если до этого суслик дрожал и издавал хоть какие-то звуки, то в лапах ферала он, кажется, и дышать перестал. – Подержи.

– Только не ешь, – погрозил пальцем Эхо. – Это на ужин.

Наступила финальная стадия проверки – эксперимент с перемещением в иное измерение живого существа. Я даже немного волновался, но маленькая копия рун уже была повторно поправлена и готова к использованию.

– Погнали, – кивнул я сам себе и влил в руну активации энергию.

Получилось сделать так, что за погружение и возврат отвечала руна-ключ, просто переключая состояние. Это эхо додумался, взяв эту наработку из проекта космической ракеты. Плюсом было то, что для активации можно было просто приложить камушек с написанной руной к накопителю и потом вложить его в нужное место в цепочке, что я и сделал.

Не было ни вспышек, ни звуковых эффектов. Клетка просто пропала и все.

– Получилось? – неверяще спросил Эхо.

– Сейчас и узнаем, – я досчитал до десяти и убрал руну.

Клетка появилась снова и внутри нее в голос пищал суслик и замолк только через десяток секунд.

– Живой, вроде… – заметил Мар. – Это все, конечно, круто… Магия там, все дела. Только не говори, что ты такую хрень хочешь сделать для всей Кадии. Не хочешь же?

– Хочу, – сказал я.

– Твою ж мать, – возмущенно уставился на меня Мар. – Там суслика чуть инфаркт не хватил, а ты нас всех туда хочешь засунуть? Не, я пас.

– Да я сначала сам схожу проверить, не переживай, – улыбнулся я, прекрасно понимая опасения друга. – Никого подвергать опасности не собираюсь.

– Ладно, – пробурчал Мар. – Я в бар, кто со мной?

– Считаю, что эксперимент успешен, а это можно и отметить, – я хлопнул в ладоши, привлекая внимание Шака, который лежал на спине и беззаботно наглаживал спящего суслика. – Шак, как на счет выпить?

– Это я за, – открыл один глаз ферал и тут же вскочил, даже не потревожив сон мелкой животинки, аккуратно переложил его себе на ладонь и уставился на нас. – Чего смотрите? В бар?

– В бар, – дружно подтвердили мы.

А на завтра новый эксперимент – поход в Город, который мы как раз и обсудим. В этот поход я хочу взять только проверенных парней.

Глава 17

Утро началось с того, что я минут пять просто сидел на краю кровати, уставившись в стену и пытаясь отделить реальность от ночного бреда. Щупальца, чёрная жижа, мёртвые глаза Лизы – всё это ещё стояло перед глазами, как отпечаток от слишком яркого света. Но стена была стеной, пол – полом, а из-за двери тянуло запахом каши и чем-то жареным, и я заставил себя подняться.

Лиза снова ушла раньше, не разбудив. Видимо, решила дать выспаться, хотя «выспаться» – это громко сказано. Я умылся, натянул одежду, нацепил пояс с револьверами и вышел из дома, щурясь на солнце, которое лупило в глаза с такой яростью, будто лично ему я задолжал боливаров.

У ворот уже собирались люди. Мар стоял с рюкзаком, проверяя патроны и складывая их в разгрузку. Рядом переминался с ноги на ногу Крис, а Рокет сидел на перевёрнутом ведре и точил нож, который и без того блестел как зеркало.

Эхо суетился у своей сумки, перекладывая бумаги и бормоча что-то на гоблинском. Шам стоял чуть поодаль, прислонившись спиной к столбу, и жевал сухую травинку с таким задумчивым видом, будто решал в уме дифференциальное уравнение. Хотя скорее всего просто думал, что будет на обед.

– Все в сборе? – спросил я, подходя.

– Ждали только тебя, соня, – Мар подкинул патрон и ловко поймав убрал карман. – Шак не идёт?

– Шак остаётся. Город – не его территория, и честно говоря, мне не очень хочется его с собой тащить. Пусть помогает Рику со стройкой, от него там больше пользы.

Знал бы он, чего мне стоило заставить Шака остаться, но я чувствовал, что это максимально правильно.

– Разумно, – кивнул Мар. – Ну что, пошли грабить бедных аниподов?

– Сегодня не аниподы, – сказал я, и что-то в моём голосе заставило его посмотреть на меня внимательнее. – Идём в центр.

Тишина. Мар медленно опустил рюкзак. Крис перестал переминаться. Даже Рокет поднял голову от ножа.

– Центр, – повторил Шам, и травинка перестала двигаться у него во рту. – Ты серьёзно?

– Серьёзнее некуда.

– Грис, – Шам выплюнул травинку и подошёл ближе, понизив голос, хотя нас и так никто не подслушивал. – Я работал шаманом много лет. За это время только один человек ходил в центр и вернулся. Горыч. Помнишь его?

– Помню.

– После этого он неделю не мог говорить. Просто сидел и смотрел в стену. А потом сказал одну фразу: «Там что-то живое», – и больше ни слова об этом. Никогда. Я спрашивал. Несколько раз. Он каждый раз менялся в лице и уходил.

– Я знаю, – сказал я. – Именно поэтому и иду. Мне нужно понять, что там.

Шам посмотрел на меня долгим взглядом, в котором смешались профессиональное любопытство и вполне человеческое желание послать меня подальше.

– Ладно, – выдохнул он наконец. – Но если начнёт плыть – разворачиваемся. Без обсуждений.

– Договорились.

Город встретил нас неправильной тишиной.

Я ходил в Города достаточно, чтобы запомнить, как обычно звучит пространство за воротами. Шорох аниподов в переулках, скрежет когтей по камню, далёкий утробный гул, часто взрывы падающих с неба метеоритов. Всё это создавало фон, к которому привыкаешь, как привыкаешь к шуму дождя за окном.

Сейчас фона не было. Город молчал.

Мы прошли через привратный квартал – ряды одинаковых серых зданий, которые наши за месяц обобрали до нитки, вынеся всё, что не было прибито, а потом и то, что было прибито. Но Новый Круг каждый раз обновлял ресурсы, потому и далеко ходить не приходилось за новыми.

Пустые оконные проёмы зияли чернотой. Ни одного анипода. Ни одной мелкой твари, которых тут раньше было как тараканов в старой общаге.

– Тихо, – сказал Эхо, остановившись на перекрёстке и закрыв глаза. Он делал так, когда считывал пространство через шаманские навыки – выстраивал в голове карту активности, определяя, где твари, где безопасно, где лучше не соваться. – Слишком тихо. Вообще ничего не чувствую на два квартала вперёд.

– Перебили всё? – предположил Рокет, озираясь.

– Нет, – покачал головой Шам. – Так не бывает. Новый Круг всегда пополняет Город. Каждый раз, когда кто-то зачищает сектор, через несколько дней там появляются новые твари. Я за всё это время еще ни разу не видел пустого квартала дольше трёх суток. А тут…

Он обвёл рукой улицу, где не было ничего – ни движения, ни звука, ни даже ветра.

– А тут кладбище, – закончил он.

Мы двинулись дальше, держа строй: Крис впереди, прислушиваясь, Мар правее, с активированным амулетом скрытности – полупрозрачный силуэт, который я видел только потому, что знал, куда смотреть. Рокет слева, винтовка у плеча. Эхо и Шам в середине, я замыкал.

Через полчаса мы добрались до торгового квартала – широкая улица с высокими зданиями, внутри которых сохранились полки и прилавки, будто кто-то строил этот Город по чертежам настоящего и вложил в него память о магазинах, рынках и лавках.

– Четверо мимиков, – прошептал Эхо, приложив палец к виску. – Нет, пятеро. Второй этаж, третье здание слева. Шестой – дальше по улице, за углом.

– Наконец-то хоть что-то живое, – пробормотал Мар, и его полупрозрачный силуэт скользнул к зданию. – Если этих тварей можно назвать живыми.

Зачистка прошла быстро и почти скучно. Мар, невидимый, подошёл к мимикам практически вплотную и снял двоих из тяжёлого ружья, выстрелы которого звучали как кашель великана, глухо и коротко. Третий мимик развернулся, попытался рвануть в сторону звука выстрелов, но я вогнал ему один ауристовый патрон прямо в центр массы, туда, где у этих тварей находился нервный узел. Тварь лопнула, как водяной шар, разбрызгав ошметки по стенам и брусчатке.

Остальных добили так же быстро и без суеты – Шам даже не стал использовать свою «слонобойку», непринужденно продолжая жевать травинку и смотря на все происходящее, как на веселое представление.

Быстрый подсчет полученных осколков душ показал, что мы добыли всего двести двенадцать.

– Негусто, – сказал Эхо. – Давай прикинем. Нам нужно тридцать две тысячи. За два часа – двести. Это…

– Сто шестьдесят вылазок, – закончил я за него. – Знаю.

– Полгода ежедневных вылазок, – тихо сказал Мар, появляясь рядом и деактивируя амулет. Его лицо было серьёзным. – Мы столько не протянем. Не с тем, что сейчас происходит снаружи. Разломы, Кошмары – каждый день что-то новое, и оно не ждёт, пока мы тут по сусликам стреляем.

– Есть другой способ, – сказал я.

Все посмотрели на меня.

– Сгоняем к Кошмарам?

Мар мрачнел на глазах, и это было видно даже в полумраке здания, куда мы зашли для привала. Мы расположились в бывшей библиотеке – два этажа, толстые стены, узкие окна. Эхо сказал, что здесь безопасно, и Шам подтвердил: ни одной твари в радиусе двух кварталов.

– Кошмары – это не мимики, Грис, – Мар сел на пол, привалившись спиной к стене, и принялся чистить ружьё движениями, которые выдавали нервозность. – Это совсем другой уровень. Ты же сам рассказывал, что они тебя не очень любят.

– Помню. И помню, что один заход дал несколько тысяч осколков. Их можно валить пачками, учитывая, что они кучкуются в одном месте. У меня есть способ убить очень много Кошмаров за раз…

– Твои фаерболы прекрасны, но что-то ссыкотно все равно… – хмыкнул Мар. – Дашь револьвер? Мне с ним спокойнее…

– Против Кошмаров он не поможет, – хмыкнул я.

– Где ближайший источник? – спросил Шам, и в его голосе я расслышал не страх, а профессиональный интерес.

– Один за восточной границей Кадии, – ответил Эхо, доставая свои записи. – Километрах в трёх. Я его чувствую каждый день, когда выхожу проверять периметр. Но там не много тварей и до нас они пока не добрались. Закрыть его я планировал в ближайшие пару дней, пока их там не наплодилось.

– В целом определились, – сказал я, и голос прозвучал твёрже, чем я рассчитывал. – Но сначала центр. Мне нужно туда.

– Зачем? – спросил Рокет, и это был первый раз за всё утро, когда он произнёс слово.

Я помолчал, подбирая слова. Как объяснить людям, что тебе снится чёрная жижа, льющаяся из горла твоих друзей? Что ты чувствуешь пульс под землёй, совпадающий с твоим собственным?

– Потому что Город зовёт, – сказал я. – И я хочу понять, чего он хочет.

Прозвучало, конечно, так, что Мар посмотрел на меня как на больного. Но промолчал. Он знал меня достаточно, чтобы понимать: если я решил – я решил, и переубеждать бесполезно.

– Ладно, – сказал он, щёлкнув затвором. – Идём в центр. Но если что-то пойдет не так – я тебя вытащу за шкирку, и мне плевать, что ты там чувствуешь.

– Договорились.

Город менялся.

Не резко, не так, чтобы можно было ткнуть пальцем и сказать: вот здесь начинается другое. Перемена подкрадывалась исподволь, как сумерки – вроде только что был день, а оглянешься, и тени уже длинные, и небо потемнело на два тона, и ты не можешь вспомнить момент, когда это произошло.

Здания становились выше. Не постепенно – скачками, как будто архитектор посреди работы решил, что двухэтажные коробки ему надоели, и начал тянуть стены вверх, к серому небу. Три этажа. Четыре. Шесть. Улицы сужались, и верхние этажи нависали над головой, почти смыкаясь.

– Материал другой, – сказал Рокет, проведя ладонью по стене. Он шёл ближе всех к зданиям и первым заметил. – Не камень. Не металл. На ощупь… тёплый.

Я тоже коснулся стены. Он был прав. Поверхность была гладкой, как отполированная кость, и от неё шло слабое, едва уловимое тепло, словно внутри стены кто-то спрятал грелку.

Ощущение было настолько неестественным, что я убрал руку быстрее, чем собирался.

Тварей не было вообще. Ни одной. Город вокруг нас опустел, как театр после спектакля, – остались декорации, но актёры ушли. И вместе с ними ушла жизнь, оставив только это давящее, тягучее ощущение наблюдения, от которого волоски на руках вставали дыбом.

– Слышу пульс, – прошептал Крис, и в его голосе я уловил нотку, которую раньше не слышал. Не страх, нет. Изумление. – Низкочастотный. Из-под земли. Медленный, примерно раз в три секунды.

– Я тоже чувствую, – сказал я, и это была правда. Нексус внутри меня отзывался на этот пульс, как камертон на ноту. Тихая вибрация в груди, в такт с чем-то далёким и огромным.

Эхо остановился. Просто встал посреди улицы и застыл с закрытыми глазами, и лицо его стало таким, каким я его ещё не видел – растерянным.

– Что? – спросил я.

– Ничего, – открыл глаза гоблин. – Буквально ничего. Мои навигационные навыки не работают. Я не вижу маршрут, не чувствую тварей, не могу определить безопасные зоны. Как будто кто-то выключил свет.

– Центр Города… Никогда не подумал бы, что однажды туда отправлюсь. Обычно там охрана из крупных Тварей, через которых не пройти. Да и само место давит на мозги, Горыч тому подтверждение. Видел каким он дебилоидом стал после этого? Все ему муштру подавай да дисциплину. А был-то нормальный мужик, и выпить и поболтать можно было.

– Был, да сплыл, – хмыкнул Крис. – Мне казалось он всю жизнь такой отмороженный…

– Не, это его так потрепало, – возразил Шам. – Раньше нормальный был. А сейчас вон вообще с

Биорком свалил, пропускает все самое интересное…

Мы прошли ещё квартал, и Мар вдруг резко остановился, уставившись на стену.