Текст книги "Оторва 10 (СИ)"
Автор книги: Ортензия
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 11 страниц)
Садия что-то сказала, но я её не расслышала, так как уши находились под водой. Просто пошли громкие всплески.
Я нашла под водой руку подруги и крепко её сжала. Что подумала Садия, можно было только догадываться, во всяком случае она сильно вздрогнула. Мы почти синхронно опустились ниже, и наши лица, размытые водой в полумраке, оказались напротив друг друга. Я закрыла глаза на пару секунд, давая понять, что всё будет хорошо, и показала большим пальцем на то место, где ещё была капля воздуха. Садия кивнула и, запрокинув голову, выставила нос на поверхность. Я выставила губы рядом и, сделав дважды вдох – выдох, ушла под воду.
Сколько времени я ковырялась в поисках выхода, я не знала. Единственное, что поняла: одна трубка согнулась, плотно обхватив ногу Садии, и без фонаря и каких-либо подручных средств мне не справиться.
Чтобы выбраться живой, мне нужно было немедленно всплывать, уходить из автобуса. Чувство самосохранения ведь превыше всего, но вместо того чтобы трусливо и незаметно сбежать, я встала на кресло двумя ногами и оказалась лицом к лицу с девчонкой.
Карман уже схлопнулся, и она находилась под водой со смешно надутыми щеками, словно маленький хомячок.
В её глазах ещё была надежда, но увидев меня, Садия всё поняла без слов. Да и не умела я разговаривать под водой.
Она несколько секунд смотрела мне в глаза, не отрываясь, слегка кивнула и сделала жест, который был понятен без слов. Садия предложила мне спасаться.
Я отрицательно качнула головой и крепко сжала её руку.
Да, я ещё успевала, но оставить девчонку одну мне Синицына не позволила. Я смогла бы уйти только в одном случае – когда Садия, окончательно захлебнувшись, обмякла бы в моих руках. Вот только тогда будет слишком поздно.
И мы обе это знали.
Глава 30
– Никому не выходить из автобуса! – продублировал Невзоров команду Бурундуковой и, выскочив из автобуса, помчался вслед за девушкой.
В какой-то момент он её потерял, а потом и вовсе стало не до поисков. Автобус рухнул вниз, и, как выяснилось, в нём остались четверо детей и сам водитель, который лежал мёртвым грузом и не откликался.
Невзоров вновь увидел Бурундуковую только тогда, когда капитан Лучинский внезапно закричал:
– Стой, куда, назад!
Александр оглянулся и увидел, как девушка сделав шаг в пустоту исчезла за проёмом моста. Только чёрные туфельки остались лежать на самом краю.
О чём он тогда подумал, Невзоров вспомнить потом, когда всё закончилось, так и не смог. Он сбросил туфли, расстегнул ремень на брюках и, прыгая то на одной ноге, то на другой, стянул их с себя. Несколько секунд размышлял, где их сложить, чтобы не запачкались, но, не обнаружив такого места, просто бросил сверху на туфли.
Он даже не подумал в тот момент, что смотрится более чем комично: в синих носках, широких семейных коричневых трусах в клеточку до колена и форменной рубашке с погонами. Александр быстрыми движениями расстегнул пуговицы и сдёрнул с себя рубашку, забыв про галстук, который остался болтаться на голой шее. Он шагнул на край моста, где были разворочены перила, глянул вниз, словно в бездну, и прыгнул. Это был, наверное, самый героический поступок Невзорова за всю жизнь. Появилась уверенность: если это смогла сделать девушка, то он тем более обязан. Это всё, что сидело у него в тот момент в голове. Он даже подумать не успел, что этот прыжок напрочь глупый, потому как он и плавал абы как, а уж нырнуть на глубину за Бурундуковой – это было с его стороны верхом идиотизма. Он и с двух метров никогда не прыгал.
Невзоров успел расслышать, как кто-то громко назвал его фамилию, но что ему кричали вслед, он не понял.
Удар об воду вывел Невзорова из оцепенения, охладил и заставил задуматься. Что он вообще совершил? Зачем?
Чернота, в которой оказался Невзоров, напугала его, хотя он и ушёл под воду всего на три-четыре метра. Просто раньше ему никогда не приходилось долго находиться под водой, и буквально через десять секунд ему начало казаться, что ещё мгновение – и воздуха не хватит. К тому же Александр внезапно решил, что он заблудился и перестал понимать, где находится поверхность.
«Вот так люди и тонут», – подумал он и тут же вспомнил, как его экипаж обнаружил в озере утопленника. Эксперт сказал, что парень утонул несколько дней назад, но тело покойника даже за несколько дней раздулось и потеряло форму нормального человека. Смотреть на утопленника было тяжело, и к горлу постоянно подкатывал ком, а лейтенанта Абатинского и вовсе стошнило.
Невзоров, хаотично перебирая руками, развернулся и, увидев свет, двинулся к нему. Он вылетел на поверхность, как узник, сбежавший из плена, тяжело дыша и отплёвываясь.
– Невзоров, какого чёрта? – рядом в воде оказался капитан Лучинский.
– Хотел помочь, – невнятным голосом прошептал Александр, внезапно заметив, что они находятся в нескольких метрах от опоры моста, и, спохватившись, спросил: – Нас что, сносит?
– Разумеется, сносит, – раздражённо ответил Лучинский, – это река, а в каждой реке присутствует течение. Хорошо, что здесь слабое, а то уже метров на пятьдесят нас бы утащило. А ты вообще на воде держаться можешь? Не хватало мне ещё в отделении покойника, и так масса неприятностей на мою голову.
– Могу, – заверил Невзоров, – меня дядька учил плавать, а он моряк дальнего плавания.
– Дядька его учил, – передразнил Александра Лучинский, – давай греби к опоре моста. Ты обходи справа, а я слева. Может, эта дура, что сиганула сверху, где-то да всплывёт, только самоубийц на мою голову не хватает.
Они медленно поплыли, и Невзоров решил встать на защиту девушки. Ну никак её образ не вязался с человеком, который решил свести счёты с жизнью.
– Бурундукова не может быть самоубийцей, – сказал он и глянул на капитана.
– Так ты знаешь, кто это? Ну и фамилия, интересно, как её в школе дразнили?
– Это водитель последнего автобуса, – ответил Невзоров, – она, вероятнее всего, кинулась на помощь тем, кто остался в «Икарусе».
– Да ты дурак совсем? – усмехнулся Лучинский, – здесь глубина почти десять метров. Тут только водолазы теперь будут работать. Водитель автобуса. Ты права её видел? Что-то слишком молода она для водителя.
– Конечно, видел, – кивнул Невзоров, но потом сообразил, что капитан, который не оглядываясь плыл к широкой колонне, этого не увидел, – у неё все категории.
– А какого чёрта она оказалась на мосту, если последний автобус стоит на земле? – Лучинский зацепился одной рукой за крюк, вбитый в опору моста, и развернулся к старшему лейтенанту. – Ладно, поплыли к берегу, потом в рапорте укажешь, какого чёрта прыгнул в воду. Мол, думал, что получится спасти эту ненормальную, но догнать не удалось. Уж слишком быстро она решила свести счёты с жизнью. Понял? А то ещё и тебя на комиссию отправят проверить, нормальный ты или нет. Пусть лучше в герои запишут. Запомнил? За мной к берегу, – и Лучинский быстрым кролем двинулся вдоль моста.
Невзоров вздохнул, но отправиться следом за капитаном не успел. Позади раздался кашель, и Александр, оглянувшись, увидел в шести метрах две головы, одну из которых мгновенно узнал.
– Ева, – прошептал он и кинулся к девушке, загребая воду своими длинными руками.
Он даже не заметил, что машинально выдал матерную тираду от возбуждения при виде живой Бурундуковой.
– Где ты его выловила? – задал он дурацкий вопрос по одной лишь причине.
Пацан ведь не мог появиться из ниоткуда, а под водой они находились слишком долго, чтобы не стать утопленниками. Это даже не вопрос был, а скорее удивление от манипуляций иллюзиониста, который внезапно вытащил из шляпы огромного кролика.
– Там карман образовался, – ответила Ева, мгновенно раскрывая секрет фокуса, и тут же задала вопрос: – Метров на восемь нырнёшь?
Восемь метров? Невзоров едва не задохнулся. Это ведь приблизительно такое же расстояние, как до моста, откуда он прыгнул вслед за девушкой, вот только если прыжок его не особо пугал, то нырок на такую же глубину…
Александр почувствовал, как его прошибло потом.
Ну почему они не столкнулись с бандитами на дороге, которые решили бы ограбить автобус, перепутав его с инкассаторским? Вот где бы он проявил свою храбрость и недюжинные способности, как тогда с угонщиком. Выстрелил из табельного оружия, и пуля чиркнула по бедру, оставив едва заметную царапину, но похитителя это мгновенно остановило. Майор на утреннем построении вручил ему грамоту за умелые действия и высокие показатели стрельбы, поставив всем в пример. Не нанёс травму, после которой легло бы пятно на всё отделение, а продемонстрировал великолепное искусство.
Невзоров вспомнил, что табельное оружие он оставил в оружейке и противостоять бандитам при помощи пистолета не получилось бы, но это его нисколько не расстроило. Он умел великолепно боксировать, а в юности даже заработал несколько грамот и пару кубков на соревнованиях. А ещё лучше, если бы бандиты напали именно на Бурундуковую, а он бы спас Героя Советского Союза. Хотя, за что её наградили, девушка отмолчалась, но это наверняка был невероятный подвиг, и она, конечно, рисковала своей жизнью, примерно как и сейчас.
«Вероятнее всего, она чемпион Советского Союза по подводному плаванию, – внезапно догадался Невзоров, – конечно, и подвиг её связан именно с подводными работами, о которых в газетах не пишут из-за секретности».
Но особенно странно, что фамилия знакомая, будто слышал недавно, но припомнить, в связи с чем, у Александра не получилось.
– Восемь метров, – отрешённо повторил за Бурундуковой Невзоров и отрицательно помотал головой, к своему стыду признаваясь: – Я и плаваю-то так себе. Нырнуть вряд ли.
– Тогда забирай его, – проговорила Ева. И не успел Александр сообразить, что она имеет в виду, как на поверхности мелькнула попка девушки, при виде которой у парня перехватило дыхание.
«Она под юбкой без трусиков? Невероятно!»
Невзоров ещё несколько секунд смотрел на то место, где исчезла Бурундуковая, и только когда мальчишка сильнее закашлялся, вспомнил о своих обязанностях.
– Олег! – закричал он Лучинскому. – Помоги!
– Да чтоб тебе мыло в одно место! – рассердился капитан, услышав заполошные крики Невзорова. – Ты же сказал, что плавать умеешь.
Однако, оглянувшись, он обнаружил около старлея ещё одну голову на воде и тут же погрёб обратно, крикнув при этом как можно громче:
– Хватай её за волосы, не дай ей ещё раз нырнуть!
Невзоров что-то прокричал в ответ, но капитан так сильно колотил руками по воде, что слов разобрать не удалось, и только оказавшись рядом, понял свою ошибку. Рядом со старшим лейтенантом на воде находился мальчишка лет пятнадцати.
– А этот откуда здесь? – удивлённо спросил Лучинский. – Он что, тоже прыгнул? Да что здесь вообще происходит? Ещё один самоубийца?
– Нет, – ответил Невзоров, – он с автобуса. Его только что Бурундуковая вытащила. Сказала, что там воздушный карман образовался.
– А она где? – капитан принялся оглядываться.
– Нырнула за следующим, – ответил Невзоров. – Спросила, могу ли я нырнуть на восемь метров, а когда я отказался, сама пошла.
– Как сама? Зачем? Если там воздушный карман, дождутся водолазов. Как можно, не отдышавшись, снова нырять на такую глубину?
– Так она это, – сказал Невзоров, – чемпионка Советского Союза по подводному плаванию.
Александр вдруг полностью уверился, что так оно и есть и по-другому быть не может.
– Чемпионка, – с уважением протянул Лучинский, – эти могут под водой долго находиться. Говорят, три минуты для них даже не результат.
– Эй, на мосту! – крикнул капитан, задрав голову. – Нам помощь нужна. Скворцов, ты ведь плавать умеешь, давай сюда!
– Я плавать умею, – раздался голос сверху, – но я прыгать не умею. Тут слишком высоко для меня.
– Так и не нужно прыгать, сбоку лестница есть, – капитан указал левой рукой.
Несколько человек глянули, и Скворцов отрицательно покачал головой.
– Короткая слишком! – крикнул он.
– Да нет же! – Лучинский хлопнул ладонью по воде. – Тут ещё одна лестница прямо по опоре идёт. Ты её просто сверху не видишь. Перелезай!
Лейтенант Скворцов перебрался через поручни и слегка пнул лестницу, проверяя её на прочность.
– Да куда ж ты в туфлях полез? – закричал Лучинский. – Обувь казённая, или ты думаешь, тебе её раз в месяц выдавать будут? Высчитают стоимость из зарплаты. Скидай! И брюки сними, с них тоже четыре рубля высчитают – считай, неделя обедов за свой счёт. Рубашку можешь оставить, ничего с ней не станется.
Скворцов оглядел себя и полез через поручни обратно. Скинул туфли и, оглянувшись на молодёжь, нехотя стащил брюки, оставаясь в семейных трусах.
Лестница действительно была: недоставало до воды всего метра полтора, но это было невысоко, и Скворцов, повиснув на нижней перекладине, даже дотянулся ногами до реки, после чего разжал пальцы и полностью погрузился под воду.
Следом за ним спустился капитан Ушаков, которому и доверили транспортировать мальчишку до берега.
Девушку Скворцов сразу узнал, едва она вынырнула из-под воды. Это именно она сделала ему подсечку, когда он пытался её остановить. Причём получилось у неё довольно ловко.
Рядом с девушкой всплыла ещё одна голова, что не могло не радовать. Вероятно, и впрямь, как говорил Невзоров, она была чемпионкой.
– Мне нужна помощь, – сказала Бурундуковая, обнаружив в воде сразу трёх милиционеров, – у девочки ногу придавило. Нужна грубая мужская сила.
Скворцов глянул на Невзорова, перевёл взгляд на Лучинского. Восемь метров. Это она чемпионка, а он так глубоко точно не нырнёт, и, судя по взглядам сослуживцев, никто из них на такой подвиг не сподобится. Восемь или девять метров! Ничего себе. И не просто нырнуть на спор, а помочь освободить застрявшую девчонку. Откуда столько воздуха в лёгкие набрать?
– Что? – спросила Бурундуковая, глубоко втягивая в себя воздух, словно мехами работала.
«Даже для чемпионки Советского Союза тяжело, – подумал Скворцов, – мы-то уж точно утонем».
– Это очень глубоко, – ответил за всех капитан, – но раз там есть карман с воздухом, пусть сидят, сейчас спасатели будут, минут через десять. У них акваланги, вытащат.
– Минут десять? – Бурундуковая скривилась, словно лимон надкусила без сахара. – Через десять минут там уже дышать нечем будет. Он очень быстро уменьшается.
Она шумно втянула в себя воздух, выпустила его и, перевернувшись, исчезла под водой.
– Стой! – крикнул Лучинский, но Бурундуковой уже и след простыл.
Юбка у девушки задралась, и Скворцов впервые увидел голую женскую попку. Он покраснел до кончиков волос, но тут же решил, что ему это привиделось, и глянул на капитана. Нет, не привиделось. И Лучинский, и Невзоров смотрели именно на то место, где только что исчезла чемпионка, и взгляды у них были неоднозначные.
– Твою мать! – разразился капитан, матеря Бурундуковую. – Третий раз подряд, не отдышавшись! Потонет же. Вот же дура. А ты, Скворцов, чего застрял? – обратился Лучинский к лейтенанту. – Пацана дотащишь до берега?
– Я сам доплыву, – подал голос мальчишка. – Я плаванием занимаюсь уже три года.
– А как себя чувствуешь? Как зовут? – тут же приступил к допросу капитан.
– Игорь.
– А состояние? Не нахлебался воды?
– Нет, это Еве спасибо. Она из автобуса дорогу показывает, а то там темно и мутно, а наверх легко – поверхность видно с глубины.
– А то место, где вы находитесь, оно где?
– Где-то в конце автобуса, мы стояли на сиденьях и доставали. Там нет воды, но она быстро прибывает. Там у Садии нога застряла, но она уверена, что Ева ей поможет.
– Мда, – проговорил капитан, – только на неё и остаётся надеяться. Ладно, давай вдоль моста к берегу плыви. Тут недалеко. Скворцов, за ним.
Сбоку от моста по дороге подъехало сразу с десяток автомобилей, вращая синими проблесковыми маячками.
– Наконец-то, – обрадовался капитан, – а то уж думал, никогда не явятся.
Игорь и Скворцов поплыли к берегу, а Лучинский, снова зацепившись за скобу на опоре моста, сказал:
– Хоть порядок наведут, а то гляди, какая пробка организовалась, а управлять некому, да ещё придурки сигналят. Кому сигналят, спрашивается? Все стоят.
– И детей врачи глянут, – согласился Невзоров, – некоторые порезались, выбираясь из автобуса. Не сильно, но лучше перестраховаться.
– Тихо, – внезапно произнёс капитан, – слышишь? Звук двигателя над рекой стелется. Моторка идёт. А вот и спасатели. Надеюсь, успеют как раз вовремя.
– Слышать слышу, – подтвердил Невзоров, – только не вижу.
– За поворотом, сейчас появятся, – успокоительно произнёс Лучинский и матюкнулся, потому как рядом с ними появилась голова Бурундуковой, а вот тот, кого она пыталась тащить, находился под водой.
Невзоров и подоспевший Скворцов тут же кинулись на помощь, вытаскивая голову мальчишки из воды.
– Где спасатели? – спросила Ева, тяжело переводя дух, и сразу стало ясно по её голосу, что этот подъём дался ей нелегко.
– Плывут, слышишь, мотор тарабанит, – ответил капитан.
Бурундуковая оглянулась, разыскивая глазами моторку.
– Всё, расслабься, – сказал Невзоров, – ты сделала и так невозможное. Не нужно больше нырять, у тебя уже сил не осталось.
Бурундуковая словно его и не услышала. Сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Оглянулась на мальчишку, который закашлялся, и лицо её разгладилось.
– Нет у неё времени ждать. От кармана ничего не осталось.
Она ещё раз вдохнула, выдохнула и снова исчезла под водой.
– Ты как? – поинтересовался Скворцов у несостоявшегося утопленника.
– Хорошо, – прохрипел Вова в ответ.
– Давай его на берег, – распорядился капитан. – Дотащишь?
Скворцов кивнул.
– Ты тоже, – обратился Лучинский к Невзорову, – и сразу врачам покажитесь. Я останусь дожидаться. – Он глянул наверх и, разглядев голову старшего лейтенанта Некрасова, крикнул: – Время засеки. С этого момента.
– Я каждый раз засекал, – ответил Некрасов. – Четыре минуты проходило между нырками. Чем она вообще дышит? У неё что, жабры на спине, как у человека-амфибии?
– Может, и жабры, – негромко буркнул себе под нос Лучинский, оглядываясь на внезапно возросший шум мотора.
Из-за поворота появилась лодка и направилась прямо к капитану.
– Фух, – выдохнул Лучинский и принялся махать свободной рукой.
Человек, сидевший на носу лодки, зацепил крючок за скобу и вопросительно глянул на капитана:
– Что тут у вас?
– Две девушки под водой в автобусе. Был карман воздушный, но он, вроде как, уменьшился.
– Да куда ему уменьшаться? – возразил спасатель. – Сейчас достанем обеих.
Он подтянул к себе акваланг и нахмурился. Взялся за второй и, чертыхнувшись, спросил:
– Юра, якорь тебе в жопу, ты в каком боксе акваланги брал?
– Ты что, Гриша? В третьем, конечно. Куда вчера полные выгружали.
– Юра, ты идиот? Мы выгружали во второй. В третьем использованные лежат. Ты, когда их нёс, не почувствовал разницу?
– Да не может быть, – отозвался Юра. – Я точно помню, в какой бокс выгружали.
– Парни, парни, – остановил перепалку Лучинский, – потом ругаться будете. Девочек нужно доставать.
– А как их теперь достанешь? – отозвался тот спасатель, которого назвали Гришей. – Без аквалангов как нырнёшь? Здесь глубина ого-го, а эти пустые. Нужно за полными сгонять. Ничего страшного, в кармане можно пару часов запросто просидеть.
– Он уменьшился почти втрое за пятнадцать минут, – повысил голос капитан. – У них нет времени на то, чтобы вы за аквалангами ездили. Так ныряйте! Вы спасатели или кто?
– Да ты рехнулся, капитан, – возразил Гриша. – Кто ж в здравом уме на такую глубину без акваланга нырять будет? Здесь почти десять метров. Это дорога в один конец. Мы быстро, минут за двадцать управимся, тогда и вытащим обеих.
Он отцепил крючок от опоры, и его напарник принялся дергать трос. Минуты две мотор только чихал, но потом затарахтел, и лодка пошла вниз по течению.
Сбоку к капитану подплыли две тени.
– Уже совсем стемнело, почему они уплыли? – спросил Невзоров. – Почему не нырнули?
– У них аквалангов нет, – с горечью проговорил капитан. – Поплыли за ними.
– Вот же суки, – сказал Скворцов. – Почему сразу не взяли?
– А у одной нога зажата, как они справятся? – задумчиво проговорил Невзоров. – Чёрт подери, знал бы – пошёл на плавание ещё в детстве.
Лучинский отплыл от опоры и, глянув вверх, крикнул:
– Некрасов, сколько натикало?
– Ровно пять минут.
– Слушай, спроси, может, пловцы есть, кто может нырнуть на восемь метров. Давай, быстро. Оббеги всех.
– Понял, – отозвался Некрасов, и его тучная фигура скрылась из виду.
– Надеюсь, у них хватит кислорода, пока доберутся спасатели, – проговорил капитан, хватаясь за скобу, – но какое безалаберство! Прибыли спасать, а баллоны не проверили. Под суд их отдать мало.
Никто ему не ответил. Невзоров, не отрываясь, смотрел на воду туда, где обычно всплывала Бурундуковая. Лейтенант пытался уловить шум моторной лодки, но, кроме криков и возгласов с моста, никаких посторонних звуков не раздавалось.
– Темно, – внезапно сказал Лучинский, – даже если они выберутся из автобуса, как им определить направление?
– Бурундуковая сможет, – неуверенно сказал Невзоров, – их ведь этому учат, наверное.
– Зачем? Они просто плавают в бассейне, – возразил капитан, – мы однажды в отпуске хорошо поддали, и я в море полез. Заблудился, не мог понять, в какую сторону плыть. Едва не утонул.
– И как определил? – поинтересовался Невзоров.
– Да никак. Воздух закончился, и я встал на ноги. Глубина была по пояс. Но они ведь на ноги не встанут.
– По автобусу определят, – предположил Скворцов.
Кто-то сверху позвал капитана, и он отплыл в сторону.
– На такую глубину нырнуть желающих не нашлось, – сообщил Некрасов.
Капитан проматерился.
– Сколько времени прошло с тех пор, как она нырнула?
Некрасов вывернул руку и глянул на часы.
– Ровно одиннадцать, – сообщил он.
– Что будем делать? – спросил Невзоров, когда капитан вернулся, – насколько им ещё воздуха хватит?
– Да кто ж его знает, какой там карман.
– Почти не осталось, – вспомнил лейтенант, – пацан сказал, что вода быстро прибывала.
– Час от часу не легче, – сказал капитан, – и спасателей нет. Пока туда, пока сюда – минут пятнадцать, двадцать пройдёт. А у них этого времени нет. Разве что Бурундуковая поймёт, что спасти девочку не сможет, и уйдёт. Да, именно так она и поступит. Значит, воздух они пока имеют.
– Или не рассчитает свои силы, и её снесёт по течению, а может и обеих, – сказал лейтенант и тут же замолчал, потому что и Лучинский, и Невзоров посмотрели на него. И даже в темноте лейтенант увидел, как злобно сверкнули их глаза.
– Некрасов, сколько минут прошло? – рыкнул капитан спустя какое-то время.
– Двадцать две, – раздалось сверху.
– Двадцать две, – как эхо повторил капитан, – нет у них воздуха больше. И какого чёрта Бурундуковая до сих пор не выбралась?
И капитан снова выдал матерную тираду.
– Она не вернётся, – внезапно сказал Невзоров, – она не оставит девчонку там одну. Она не такая.
– Вот типун тебе на язык, – ответил капитан и, прислушавшись, добавил: – Мотор тарахтит. Наконец-то, а то бесит эта неопределённость. Минут через двадцать всё узнаем.
– Двадцать, – уныло проговорил Невзоров, – через двадцать минут будет слишком поздно. Столько времени не дышать не сможет даже она.
Любимые мои читатели. И как обычно опрос. Если ещё не надоела Бурундуковая пройдите по ссылке и поставьте хотя бы плюсик: /work/618186
Лайк и библиотека тоже приветствуются. Это всегда вдохновляет на новые приключения.
