Текст книги "Крушение сурка. Том 1 (СИ)"
Автор книги: noslnosl
сообщить о нарушении
Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)
Глава 23
Аддис-Абеба, как и любая столица, полна возможностей. Тут можно найти что угодно на любую толщину кошелька, хоть частный самолёт, хоть роскошный лимузин, ведь местные богачи тоже хотят красиво жить. А для тех, кто желает свалить в Европу, существует целый подпольный рынок, который занимается контрабандной переправкой в другие страны. И не только. Также есть множество предложений вылететь в Европу не контрабандой, а при помощи поддельных документов.
Самый базовый и недорогой пакет включает в себя создание легальной визы. Для этого используется какое-либо мероприятие, к примеру, футбольный матч и бронирование какой-нибудь дешёвой гостиницы. Но подобное любой человек может и сам провернуть без посредников. В общем, эта услуга для тех, у кого уже есть легальные документы, и для Шульца она не подходила.
Немца больше интересовали полностью нелегальные схемы, в которых жаждущий выбраться из страны под чужим именем покупал пакет документов на другую личность. В основном это проворовавшиеся чиновники, всяческие боевики и торговцы смертью, которые нечестным путём заполучили миллионы, и теперь хотели сытой и комфортной жизни в безопасной стране с высоким уровнем жизни. Нельзя сказать, что таких людей было много, но в африканских странах они встречались чаще, чем в других регионах мира. Соответственно, и предложение должно поддерживать спрос.
В поисках выходов на каналы изготовления фальшивок, Александр не раз сталкивался с весьма сомнительными предложениями, которыми опасался пользоваться. Логично, что в этом бизнесе существует и мошенническая сторона. Люди, которые обращаются за подобными услугами, вряд ли пойдут жаловаться в полицию. А это автоматически означает, что у многих мошенников появится желание их кинуть на деньги.
Купить тут настоящий пакет документов какой-нибудь европейской страны Шульц даже не думал. Это настолько бесперспективно, что практически нереально. Самое лучшее, что тут можно приобрести – краденый паспорт с переклеенной фотографией. Он рассчитывал хотя бы на покупку такого документа, чтобы вылететь в Германию или куда-то рядом с ней. А уже там можно будет легализоваться.
В итоге он нашёл выход на криминал, который занимался потоковым предоставлением услуг эритрейским беженцам, жаждущим переехать в Европу и которых не устраивали каналы переправки родной страны. Алекс мог их понять. Долго плыть в ночи на маленькой лодке по морю – удовольствие сильно ниже среднего, а риски никуда не добраться и пойти на дно или попасть в лапы пограничникам слишком высокие. Уж лучше с комфортом долететь до места на самолёте.
За тысячу баксов, что он считал слишком высокой ценой для такой фальшивки, он купил паспорт гражданина Нидерландов, в который довольно качественно вклеили его фотокарточку. По этим документам ему было двадцать четыре года, что в целом соотносилось с его внешностью.
Весь расчёт был на то, что местные пограничники наибольшее внимание уделяют людям африканского происхождения, а иностранный турист, покидающий их страну, не вызовет никаких подозрений.
В итоге так и вышло. Шульцу удалось без проблем купить билет на самолёт до Амстердама. Прямых рейсов в Нидерланды из Эфиопии не было, а если бы он летел куда-то в другое место – это бы выглядело подозрительно. Да и в целом Амстердам парня полностью устраивал. Во-первых, там говорят по-немецки. Во-вторых, Германия под боком. В-третьих, там много немцев, а значит, и вкусного пива. В общем, он будет там себя чувствовать как рыба в воде. В общем, он купил билеты на самолёт с пересадкой в Стамбуле. И самой его большой проблемой стали алмазы. Их вывоз из страны категорически запрещён и их активно ищут таможенники. Провозить их нелегально через границу, идея рискованная, особенно в его ситуации в совокупности с поддельным паспортом. Ему нужно как можно меньше привлекать к себе внимания.
В поисках выхода из ситуации Шульц принялся искать способы реализовать алмазы прямо в столице Эфиопии. И практически сразу нашёл такую возможность. Компания «ГемЛегаси» официально скупала алмазы у старателей и артелей, которые их добывали. Никакого криминала, просто приносишь им эти невзрачные с виду камешки, их оценивают, после чего выплачивают за них деньги без нервотрёпки и каких-либо проблем. По крайней мере, так было по слухам.
В столичное представительство этой фирмы Шульц шёл с опаской. Ему в качестве приёмщика попался пожилой мужчина с иудейской внешностью: седые пейсы, крючковатый нос, очки для чтения на переносице и фальшивая улыбка человека, который готов налюбить ближнего.
– О! – удивился приёмщик. – Редко встретишь у нас человека с европейской внешностью, – его английский звучал безупречно. – Желаете сдать алмазы?
– Да, – кивнул Александр, стараясь внешне сохранять спокойствие. Рейс у него уже был завтра, и ему срочно нужно было что-то делать с этими камнями. Глотать же их или засовывать в кое-какое отверстие он не рискнул. – Сколько вы платите?
– Таки на стене висит прайс-лист, молодой человек.
– Он на местной тарабарщине, – нахмурился Алекс, рассматривая указанный прайс-лист.
– Но цифры там арабские, – насмешливо продолжил иудей. – Если говорить проще и привычными вам понятиями, то сорок баксов за карат. Качественные крупные камни оцениваются отдельно, если такие у вас есть.
– Таких у меня нет, одна лишь мелочь, – Шульц засомневался, стоит ли вообще показывать свою добычу. Сорок долларов за карат – это совсем не то, на что он рассчитывал.
Один карат алмаза весит две десятых грамма (0,2). То есть, вся его добыча потянет всего тысяч на тридцать долларов. А он мысленно уже считал себя миллионером и плавал в роскошном бассейне в обществе моделей.
– Как-то дёшево, – не стал он скрывать своего разочарования.
– Молодой человек, – с насмешкой протянул приёмщик, – вы-таки должны понимать, что этот бизнес полностью монополизирован несколькими компаниями. И цены у всех одинаковые. Лучшего предложения вы нигде не найдёте. Пусть вас не вводит в заблуждение цена бриллиантов. То, что после огранки карат бриллианта стоит пять тысяч долларов – совсем другое дело. Впервые занимаетесь этим? Купили алмазы в надежде разбогатеть?
– Откуда вы знаете? – искренне удивился немец.
– Ой ли! – закатил глаза собеседник. – Вы ли у меня первый такой? Сколько вас таких пассионариев тут было… Кто-то в надежде разбогатеть под влиянием гидов спускает тысячи, после чего понимает, что не может вывезти камни за границу и продаёт нам дешевле, чем за них заплатили. Для хитрых артелей это единственный способ сплавить камни дороже. Кому-то же везёт, и он обменивает камни у аборигенов недорого. Но и им приходится приносить камни нам. Таки вы будете мне показывать свою добычу или уступите место следующему клиенту?
Александр оглянулся, но не обнаружил за собой никого. Он был единственным человеком в закрытом помещении один на один с приёмщиком. Поняв, что это такая идиома, мол, или продавай свои алмазы за предложенную нами мелочь, или вали отсюда и не мозоль глаза, он достал из внутреннего кармана джинсовой куртки мешочек.
Приёмщик высыпал содержимое мешочка на весы, после чего долго перекладывал камешки пинцетом по одному.
– Действительно один мусор, – констатировал он по итогу. – У вас пятьсот три карата базовой мелочи на двадцать тысяч сто двадцать долларов. Вас устраивает эта цена?
– Устраивает, – пробурчал хмурый парень, которого такая цена совершенно не устраивала. – Только я хочу увидеть доллары, а не местную цветную бумагу.
Но разве он мог что-нибудь с этим поделать? Получалось, что он продал всё «своё» имущество за копейки. Одна зенитная установка должна была столько стоить. Пикап, опять же, пусть и без документов, но тоже дорогая игрушка. Получалось, что аборигены его нехило так надули.
– Все местные хотят видеть доллары, – скупщик вручил ему пачку баксов. – Удачного дня, молодой человек. Если не секрет, сколько вы за это отдали?
– Больше, чем это стоит, – когда ему отдали деньги, он стал чувствовать себя уверенней и мысленно успокаивал себя тем, что это лучше, чем ничего. Ведь все проданные им вещи изначально ему не принадлежали и являлись добытыми в бою трофеями. – Не хочу об этом говорить.
– Понимаю, – продолжил сыпать соль на рану приёмщик. – Сколько я вас таких видел, – покивал он, – обманутых местными прохиндеями. Считайте это дорогим жизненным уроком – не всё то золото, что блестит.
«Двадцать штук баксов – лучше, чем ноль, – думал он, удаляясь от представительства фирмы по скупке алмазов. – Тем более что сделка прошла гладко. Никакого криминала и риска. Ну и что? Подумаешь, получил меньше того, что рисовала моя фантазия. Я же не ювелир, чтобы превратить алмазы в бриллианты. Да и оборудования для огранки у меня нет. Зато спокойно всё продал и получил свой стартовый капитал. Теперь мне точно должно хватить денег на первое время жизни в Европе и на легализацию там».
Пройти через досмотр во всех аэропортах Шульцу удалось без проблем, как и долететь до конечной точки в Нидерланды. Там он оказался в знакомой среде. Большинство людей говорили на немецком, повсюду можно было купить недорогое и вкусное пиво. В общем, он словно вернулся домой. Конечно же, в столице этого государства было много туристов и разных продуктов, которые в большей части мира запрещены. Но он не собирался кушать местные кексики, поскольку подобные виды развлечений не одобрял и считал отвратительными. То ли дело пиво… Его он первые три дня пил в бесчисленном количестве, поскольку сильно соскучился по этому напитку и пытался залить тяжкие воспоминания. Последних у него хватило бы на пяток матёрых ветеранов.
Но вечно прибывать в алкогольном угаре – такое себе. Это уже алкоголизм, который вреден для здоровья. Вредить себе не значилось в планах Шульца, поэтому он вовремя затормозил и покинул гостиницу в поисках аренды квартиры.
Найти в Амстердаме квартиру – не проблема. Сложно найти дешёвое жильё. Из-за его недоступности люди идут на разные хитрости. Самое простое – совместное проживание. Подобное практикуется многими молодыми людьми. Зачастую арендуется спальня в квартире, а зал, кухня и санузел общие с другими жильцами.
Есть более суровые, соответственно, дешёвые варианты – проживание по несколько человек в одной комнате, к примеру, когда в двухкомнатной квартире живут четыре человека. Такое в основном практикуют любовные пары, но бывает, что и студенты так живут с друзьями.
Более жёсткий вариант для гастарбайтеров – квартира, которую превратили в аналог хостела или же дешёвый хостел. То есть, в одной комнате располагаются сразу две-три-четыре-шесть двухъярусных кроватей, в зависимости от того, насколько паршивый хостел и сколько кроватей туда поместится. В самом суровом исполнении на одном койко-месте спят по расписанию по очереди.
Ну и вообще бесплатный, но при этом противозаконный вариант – сквотерство. Эта затея пришла в Нидерланды из Великобритании. В данном случае люди с асоциальным поведением незаконно вторгаются в дом, в котором никто не живёт, и живут там до тех пор, пока их с шумом и помпой не выдворит полиция.
Ни один из этих вариантов Александру не нравился, особенно сквотерство. Это означало рано или поздно (скорее рано, чем поздно) нарваться на проблемы с полицией. А ему следовало как можно меньше контактировать с представителями правопорядка. Да и общение с асоциальными элементами ему претило, особенно с такими, которые обитают в Нидерландах. Тут ведь кое-что абсолютно легально, отчего в эту страну, словно мотыльки на пламя свечи, слетаются всяческие отбросы.
Впрочем, он готов был согласиться на совместное проживание по первой схеме, когда у него в распоряжении будет отдельная комната. Покинув армию, он не был готов терпеть под боком во время сна кого-то постороннего.
Посмотрев пяток однокомнатных квартир, он пребывал в отвратительном настроении. Везде цены были такие, словно в аренду сдавался целый зал в Лувре, а не малюсенькую жилплощадь. В итоге шестая квартира парня устроила по цене, но её площадь была смешной – восемнадцать квадратных метров. Плюс расположение ни чердаке, считай, на шестом этаже пятиэтажного здания. Одна из стен представляла собой скос крыши, отчего приходилось пригибаться, проходя мимо неё. Но пока у Алекса не выработалось такой привычки, и он постоянно бился головой о стену.
Оплата перелёта, аренда гостиницы на первое время в Амстердаме, затем аренда квартиры, питание – всё это требовало денег. К тому же, Шульц обновил гардероб, ведь из вещей у него осталось лишь то, что он привёз с собой и на себе из Африки. Баксы таяли, словно лёд под весенним солнышком. Александр с грустью провожал каждую потраченную банкноту и с ужасом осознавал, что если так продолжится, то вскоре от его стартового бонуса ничего не останется. Он уже потратил почти все трофейные деньги с эритрейских мясников и уже начал подбираться к заначке с алмазов. Следовало срочно решать проблему пополнения бюджета. И поскольку он не хотел привлекать к себе внимание полиции, то преступный путь пополнения бюджета сразу отбросил.
В итоге на следующий день после аренды квартиры он начал искать работу. К вечеру он устроился официантом в бар. Платили там немного, но бонусом шли чаевые. А главное – хозяин заведения не задавал лишних вопросов и официально сотрудников не оформлял, за исключением бармена и управляющего. Плюс раз в неделю ему обещали бонус в виде халявного пива, когда будут считать остатки. Для человека, которому с шестнадцати лет за ужином в субботу подавали кружку пенного, этот напиток святой.
Зарплата вместе с чаевыми оказались ровно такими, что их хватало на аренду жилья и бытовые расходы, плюс оставались крохи на накопления. Если бы у Алекса добавился кредит на что-нибудь наподобие автомобиля, то этих денег ему не хватало бы. Но он был рад и тому, что на работе его никто не хотел убить, рядом не было никаких самолётов, а среди посетителей по минимуму африканцев. Ну и главное – достижение точки безубыточности. Он даже понемногу откладывал деньги в надежде хотя бы восполнить потраченное. Но если судить объективно, на это мог уйти целый год. Вот уж ирония судьбы – потраченное за неделю в мирной жизни, работая на низовой должности, придётся восстанавливать целый год.
График у Шульца был щадящим: два на два дня. Правда, смены длинные – по двенадцать-четырнадцать часов. Если бы он гнался за заработками, то мог бы работать на двух работах. Но он тратил свободное время иначе – искал выходы на криминал, чтобы сделать себе документы.
Бар был идеальным местом для сбора слухов и информации о серой стороне Амстердама. Всего за пару летних месяцев Шульц узнал о том, где находятся нелегальные бордели. Хотя казалось бы: нахрена⁈ Ведь проституция в Нидерландах разрешена. Но и на этот вопрос был найден ответ.
Легальный бизнес должен платить налоги и соблюдать строгие правила. К примеру, для трудоустройства в бордель требуется разрешение на работу. Нелегальные же заведения не платят налогов и набирают иностранок, которые находятся в стране нелегально. Отсюда экономия, меньшие цены на услуги, которые завлекают клиентов.
Помимо обычных шлюшочных домов и квартир, существуют эскорт-агентства. Практически любая фирма подобного толка предоставляет услуги жриц-любви по вызову, но всё это маскируется под благовидный наём сопровождающей модели.
Ну и, конечно же, массажные салоны. Куда же без них? Тут всё то же, что и с подпольными борделями – работа мимо государственной казны с нелегально прибывшими в страну девицами нетяжёлого поведения.
Так же Шульц выяснил, где можно купить запрещённые товары, к примеру, оружие и то, чего даже в магазинах Амстердама легально невозможно приобрести.
Но главным являлся выход на тех, кого он целенаправленно искал – изготовителей документов. Это были серьёзные сербские парни, с которыми он связываться не горел желанием. Они же занимались и продажей оружия с советских складов. Да-да, тех самых реально существующих советских складов, которые пополнялись в Югославии и по сей день.
В отличие от его родного мира, Югославия тут всё ещё существовала и процветала под крылом Советского Союза. Не было там никакой войны и развала страны с введением миротворческих войск.
В общем, завтра у Александра выходной. И он собирался навестить сербов…
Глава 24
В фильмах бандитские логова показывают гипертрофировано-чернушными. Они располагаются то в подвалах, то на заброшенных складах, то на заброшенных заводах. И где они только находят ничейные заброшенные склады и заводы? Ведь в действительности даже неработающая недвижимость будет охраняться как минимум сторожем. Единственной его функцией будет вызвать полицию в том случае, если кто-то пытается проникнуть на территорию. Сторож пускает внутрь всех этих бандитов, допустим, за взятку? А другие сторожа на что? Все подкуплены? А хозяин этого имущества даже не озаботился проверками? Что ж, в таком случае он полный лопух, которому к бизнесу лучше не приближаться.
В действительности настоящие бандиты сидят в чистых и уютных офисах в центре города. Именно в такой офис, расположенный в деловом районе Зёйдас (Финансовая миля), направлялся Александр Шульц. Это основной финансовый центр города, в котором находятся штаб-квартиры крупнейших компаний с мировыми именами.
Роскошное новое офисное здание было оснащено центральным климатизатором. Попав внутрь, Алекс ощутил приятную свежесть кондиционированного воздуха. Вскоре он поднялся на седьмой этаж, который занимала солидная международная компания.
На этаже царило оживление. Люди были заняты своими задачами, целеустремлённо ходили с документами из кабинета в кабинет. На столах через открытые двери можно было разглядеть компьютеры с пузатыми мониторами.
Сверяясь с указателями, Алекс прибыл в офис номер семьсот тринадцать. Войдя внутрь, он не мог поверить в то, что это сердце преступного синдиката. Открытое пространство занимали шесть рабочих мест, разделённых перегородками. На столах у сотрудников стояли безумно дорогие пятнадцатидюймовые жидкокристаллические дисплеи. Один такой стоит тысяч пять долларов, если не больше. На работе официантом понадобится месяца три с отличными чаевыми, чтобы заработать столько, и это без учёта расходов.
На застывшего у входа посетителя обратила внимание полноватая девушка лет двадцати семи с химической завивкой в виде каштановых кудряшек. Она проходила мимо со стопкой бумаг, и остановилась возле парня, обратившись к нему:
– Вы к кому и по какому вопросу?
– Добрый день, – на мгновение у Алекса из головы выбило все мысли. Он пытался вспомнить кодовую фразу, которую нужно сказать для того, чтобы стать «особым клиентом». Как назло, именно эта фраза позабылась в нужный момент. – Эм… Простите, из головы вылетело… Ах, вспомнил! – он действительно вспомнил. – Мне нужны поставки югославских омаров.
– Ах, омаров… – разочаровано протянула собеседница. – Это вам к Стефану. Его кабинет там, – она указала на закрытую дверь, за которой сидел явно кто-то рангом повыше офисного планктона, обитающего в общем пространстве.
– Спасибо, – Шульц направился к указанной двери.
Постучав, он распахнул дверь и зашёл в кабинет.
– Я по поставкам омаров… – он снова забыл фразу, но на этот раз не все слова, как прежде, а их построение. – Югославских…
– Ага, присаживайся, – ему указал на кресло для посетителей хозяин кабинета. Им оказался крепкий и жилистый мужчина лет сорока с чёрной короткой щёткой волос на голове и цепкими карими глазами. – Так от кого ты?
– От Марко, – немец назвал имя клиента, который в сильном подпитии растрепал ему информацию о сербской мафии и оказываемых ею услугах. – Мне нужны документы – лучшие из возможных. В идеале настоящие.
– Хе-хе-хе! – добродушно рассмеялся Стефан. – Настоящие документы ты мог бы получить и сам без оплаты, если, конечно, за тобой не тянется шлейф преступлений.
– О, как! – оживился Алекс, превратившись в слух. – Интересно узнать, как подобное возможно?
– Ты же немец? – внимательно разглядывал его Стефан. – Из ФРГ?
– Немец, – кивнул гость. – Из ФРГ… – он не стал уточнять, что из другой ФРГ, которая находится в ином мире.
– Я сразу это понял по твоему акценту и нужде в документах, – едва заметно обозначил кивок мафиози. – На самом деле всё просто. Повторю, это при условии, что с твоей биографией всё чисто. Итак, приходишь в полицию в ГДР и заявляешь, что ты беженец из ФРГ. Что ты незаконно пересёк границу, чтобы сбежать из дикой вотчины Советов. Только следует заготовить хорошую легенду, поскольку с тобой потом будут беседовать Штази.
– Если Штази, то это не вариант, – Шульц покачал головой из стороны в сторону, отложив в голове услышанную идею.
– Тогда едешь куда-нибудь, – описал правой рукой в воздухе окружность Стефан. – Неважно, куда, хоть в Испанию, хоть в Италию, хоть в Португалию. Только не во Францию и не в Швейцарию. Там изображаешь удар головой и обращаешься в больницу. Активно симулируешь потерю памяти и признаки сотрясения мозга. Главное, хорошо подготовиться к симуляции и делать это на все сто, чтобы сам Станиславский поверил. Потом тебя помурыжат, выставят солидный счёт за лечение, пропесочат копы, но… Через какое-то время ты получишь свои бумаги. Где-то через полгода – не раньше.
– Я просто хочу заплатить денег и получить лучший пакет услуг, – Александру озвученная собеседником идея очень понравилась. Для него это отличный выход почти в любой стране мира, ведь он попаданец из другого мира и нигде не числится. По идее, его должны легализовать, ибо девать его будет некуда. Не «утилизировать» же гражданина без памяти и без документов? Пусть он лучше работает и платит налоги. – Мне нужен дубликат «пропавшего без вести».
Из всех подделок вершиной, можно сказать, элитой считаются дубликаты документов реально существующих личностей. И самый жирный жир – это дубли людей, которые числятся пропавшими без вести, но на самом деле почти стопроцентно погибли где-то далеко, откуда их хрен откопают. Возможно даже, что «пропасть без вести» им помогли криминальные элементы. Но обычно это туристы-экстремалы и наёмники. Желающих купить такие фальшивки много, а подходящих документов мало, оттого цена на такие вещи очень кусачая. Но Алекс надеялся, что его двадцати тысяч долларов должно хватить. Вернее, он планировал уложиться в половину этой суммы.
– Молодой человек, – насмешливо глядел на него Стефан. – Мы серьёзная торговая фирма. Мы не занимаемся преступлениями. Я просто выслушал ваше забавное требование и дал житейский совет, как поступить относительно законными методами.
Звучало довольно убедительно, но рассказ того самого выпивохи Марко выглядел куда более убедительным. Да и взгляд у Стефана такой, словно он взял собеседника на прицел. От него пробирала дрожь и рождалось опасение чего-то жуткого, словно к горлу приставили нож. Можно было бы поверить в подобное объяснение, если бы не некоторые нюансы.
– Вы не хотите со мной связываться? – правильно его понял Александр. – Понимаю. Я наёмник, успел немного повоевать в Африке. Мой прежний паспорт лучше всего было бы потерять, поэтому нужен новый. Назовите свою цену.
– Если ты наёмник, парень, – взгляд Стефана стал ледяным и опасным, – то могу тебе предложить третий вариант. Вступление в Иностранный легион. Там рады таким как ты. Через пять лет получишь французское гражданство и сможешь смело послать к дьяволу службу.
– Звучит как план, но мне документы нужны сейчас, а не через пять лет, – Шульц всё ещё не терял надежду уговорить собеседника принять его заказ. – К тому же, я уже навоевался по самые брови. Больше не тянет.
– Извини, парень, – развёл руками в стороны Стефан. – Ничем не могу помочь. Дверь там, – указал он на выход. – Больше сюда с такими глупостями не приходи. Запомни – тут находится приличная фирма, а не то, что ты себе надумал.
Шульц понял, что если продолжит в том же духе, то ему могут устроить сеанс массажа, в котором помимо рук будут участвовать ноги. Причём массировать ему будут все части тела, включая внутренние органы, к примеру, почки и печень. Видимо, мафиози решили не связываться с типом с улицы, который показался им мутным. Лучшим выходом в этой ситуации будет тихо и мирно свалить отсюда.
– Простите, видимо, я ошибся дверью, – натянуто улыбнувшись, Алекс поднялся и направился на выход. – До свидания.
– Угу… – промычал себе под нос Стефан. – Типа того…
Офисное здание Шульц покидал в расстроенных чувствах. Его ожидания не оправдались. В его мыслях он через несколько дней обретал полный пакет документов на реально существующую личность и начинал новую жизнь под другим именем и фамилией. Но реальность разбила его фантазии своей неумолимой суровостью.
И всё же этот разговор дал ему много пищи для ума. Все три варианта реального обретения документов ему казались заманчивыми. Вот только со Штази он ни в какую не желал связываться, поскольку совсем недавно по его меркам он от них серьёзно пострадал. К тому же, он хорошо помнил их манеру допроса. Их будет сложно обмануть. Чтобы это сделать, ему вначале желательно реально пожить в местной ФРГ и построить стройную легенду, которая выдержит как минимум первичную поверхностную проверку.
Вариант с амнезией казался самым заманчивым и безвредным. И он вначале склонялся к нему. Да, это займёт много времени. Да, придётся основательно подготовиться, почитать медицинскую литературу, возможно, пройти актёрские курсы. Но оно того явно стоило.
Впрочем, он думал так ровно до того момента, пока резко не вспомнил о том, каким образом он перерождался в прошлом и какие у него стартовые условия. Каждый раз ему приходилось спасать свою жизнь в экстремальных условиях, после чего вступать в бой с числено превосходящим противником. Из-за этого и так плохое настроение от провала в переговорах с югославской мафией у него опустилось ещё ниже.
Размышляя об этом, он пришёл к мыслям о том, что ему стоит улучшить свои боевые навыки. Для этого служба в иностранном легионе вполне подходила. Если он вступит в парашютисты, а лучше всего в элитные десантники второго иностранного парашютного полка, то с накоплением опыта не предвидится проблем. Но…
Ему действительно не очень хотелось продолжать быть солдатом. Тех схваток с эритрейскими мясниками, которые у него были, ему хватило, чтобы охладеть к армейской службе. И всё же навыки воевать ему были нужны. Казалось, будто каждый раз из схваток он выходил исключительно чудом и благодаря удаче, которая была на его стороне. А вдруг в какой-то момент ему перестанет везти? Ему хотелось повысить свои шансы на выживание в первые сутки перерождения.
Весы выбора колебались из стороны в сторону. На одной чаше ложная амнезия с мирным образом жизни где-нибудь на берегу моря. На другой чаше служба в иностранном легионе с возможностью улучшить свои боевые навыки и через пять лет получить французское гражданство. И как бы сильно ему ни хотелось первого, но чаша под тяжестью логических доводов о жизненной необходимости боевых навыков склонялась во вторую сторону.
Из глубоких размышлений его вырвал визг покрышек. Рядом с ним резко остановился микроавтобус, из которого выскочили двое крепких парней с короткими стальными дубинками с резиновым покрытием.
Парни попытались его вырубить, но Шульц быстро пришёл в себя. Его тело начало двигаться раньше, чем он начал что-либо соображать. Он отскочил в сторону от фургона, благодаря чему разминулся с ударами пары дубинок, обрушившихся на его голову.
«Кто они? – панически подумал он. – Что им надо⁈»
В следующий миг ему было не до размышлений. Из фургона вслед за двумя выскочил третий тип, щекастый и коренастый, с жидкими русыми волосами с короткой причёской ёжиком. Он держал в руках до боли знакомое оружие – Автомат Калашникова, дуло которого было направлено на Александра.
– Замри, ублюдок! – резко приказал щекастый.
Продолжать сопротивление против человека с автоматом, когда у тебя с собой никакого оружия? Такое бывает только в кино. В реальности такого сопротивленца быстро нашпигуют пулями, словно курицу начинкой перед запеканием. Человек, который в центре столицы европейского государства позволяет себе использовать для устрашения АК-47, явно не из тех, кто испугается пустить в ход оружие.
Алекс замер и несколько мгновений рассуждал о том, что же делать? Стоит ли рисковать в попытке сбежать? Или наброситься на противников? Или же просто сдаться им? Ему не хотелось умирать, а любой из этих вариантов мог привести к его гибели. Причём второй с наибольшей вероятностью. При выборе третьего он хотя бы узнает, кто и зачем на него напал. Хотя он догадывался, кто бы это мог быть – сербы.
Этот вывод звучал логично, ведь предыдущие пару месяцев он спокойно жил, и никто на него не нападал. Но стоило ему посетить логово сербской мафии, как на него тут же напали.
– Хорошо, я сдаюсь, – он постарался успокоить себя мыслями о том, что в худшем случае начнёт всё сначала и потом отомстит сербам за вероломное нападение.
Хотя эта мысль лишь причинила ему внутренние терзания, ему не хотелось снова яростно бороться за жизнь. Даже работа официантом казалось прекрасной на фоне всего нескольких дней, во время которых придётся выгрызать себе право на жизнь.
В следующий миг его ударили дубинкой по голове, на что он хотел возмутиться. И сделал бы это, если бы сознание не начало от него уплывать. Он же сдался, зачем было поступать так грубо?
Очнулся он в каком-то доме. Внутри присутствовали пятеро парней, четверо из которых были Александру немного знакомы: двое тех, что с дубинками напали на него. Автоматчик из той же команды и Стефан из семьсот тринадцатого офиса. Пятый же парень, скорее всего, водитель микрофургона.
Положение у Шульца было не лучше, чем во время допроса в Штази. Он был привязан к стальному стулу, правда, последний не был прикручен к полу, что давало возможность упасть на пол после первого же удара по пленнику.
– Очнулся! – с хищным оскалом констатировал Стефан. – Теперь ты мне всё расскажешь: кто ты такой и на кого работаешь?
– Эй! – у Шульца гудела и болела голова, а мысли словно пробивались сквозь вату. – Стефан, я тебе в прошлый раз говорил правду. Я Александр Шульц, простой парень из восточной Германии. Некоторое время был наёмником в Африке и слегка набедокурил там. Теперь мне нужна новая личность, чтобы начать жизнь с начала.
– Ну-ну… – с ухмылкой протянул Стефан. – И что же ты такого сделал в Африке?
– Да так, сущая мелочь… – Шульц постарался унять нервозность и говорить спокойней. – Уложил пару десятков эритрейских вояк и грабанул их по полной программе. Потом загнал их имущество дикарям в обмен на алмазы.
