Текст книги "Присвоенная ночь. Невинная для герцога (СИ)"

Автор книги: Наталия Журавликова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Как они переглянулись с кучером, Блейзом.

Надо же, как интересно. В прошлый раз, пребывая в крайне нервном состоянии я много на что не обратила внимание, надо полагать.

За ужином Максвелл пригласил Эмилию к нам присоединиться. Узнав, что я больше не ее родственница, эта добрая женщина только порадовалась.

Мы провели в таверне Телдежи пару часов. И уезжали с некоторым сожалением. Особенно Блейз.

Что-то мне подсказывало, на обратном пути мы сюда точно заедем.

В Медлевилл прибыли уже в ночь, сразу проследовав в резиденцию наместника Хорлина.

Он вышел нас встречать, несмотря на позднее время.

– У меня бессонница, детишки, – вздохнул он, и я увидела, что старый лорд совсем сдал.

– Расскажите, как ваш урожай, лорд, – заинтересованно спросил Максвелл.

– К счастью, большую половину удалось спасти, – оживился Эшбен, – весьма прискорбно, что мы подозревали юную Арлин…

Мы с Максвеллом переглянулись. Я смущенно, он насмешливо. Но то что дальше сказал лорд Хорлин, услышать никто из нас не ожидал.

– … в то время как вина целиком лежала на служанке Палестри. Ириде. Мучимая ревностью к молодой жене хозяина, она выкрала и потратила все накопления своего неудачливого мужа на заклинание гнили. Поймать ее удалось лишь когда один из жителей Медлевилла обратил внимание, что видел Ириду в трех дворах, в которых после этого начинали портиться запасы. Она и пустила слух, что виновна Арлин. Свою госпожу-то ей убедить оказалось легче легкого… Но не буду вас отвлекать старческой болтовней. Вы устали с дороги, вам приготовят комнаты.

Вот значит как!

Значит, дело не в том, что мы не исполнили Право первой ночи как подобает?

Возмутительно, Максвелла это только рассмешило!

Кинув на него осуждающий взгляд, я отправилась в отведенные мне покои. И снова горничные смотрели с завистью. Но в этот раз было, чему завидовать.

Вопреки своим ожиданиям, уснула я без труда. Просто провалилась в страну грез.

А утром мы с Максвеллом позавтракали без лорда, который с утра жаловался на артрит.

– Едем без промедления к Палестри, – заявил герцог, завершив трапезу.

Он выглядел отдохнувшим, а вместо громоздкой перевязи на голове у него была элегантная черная шелковая повязка, под которой скрывался тонкий слой бинтов.

Когда наш экипаж подъезжал к дому Палестри, сердце мое так колотилось, что чуть не выпрыгнуло.

Я боялась, что упаду, так ноги дрожали. Но старалась держаться ровно, ухватившись за предупредительно подставленный локоть жениха.

– Эрмин герцог! – Орелия Палестри встретила нас, схватившись за обширную грудь, где-то там скрывалось ее холодное черствое сердце, в наличии которого она явно собиралась убедить владыку.

– Как вы могли заметить, я не один, – сухо улыбнулся Максвелл, – а со своей прекрасной невестой Арлин Демари.

Орелия кинула на меня ненавидящий взгляд, но ничего не сказала. Представляю, как тяжело ей это далось.

– Требую к себе моего верноподданного, Мартина Палестри, – твердо сказал герцог, подчеркивая и голосом и взглядом тот непреложный взгляд, что не выйти к нему просто нельзя.

– Конечно, – плечи Орелии поникли, – попрошу подождать вас в гостиной.

Нас провел туда уже знакомый мне Рафти, муж Ириды.

Кажется, у него было много вопросов, которые он не имел права задавать.

– Ничего не бойся, – сказал Максвелл, помогая сесть в одно из кресел, когда Рафти вышел за чаем для эрмина герцога.

Я благодарно ему улыбнулась.

Мартин появился не сразу.

И выглядел он весьма печально.

Опухшее лицо, щеки, затянутые рыжей щетиной. Глаза с поволокой.

Все это красноречиво говорило о том, чем мой бывший недомуж занимался вчера. А возможно и не только.

– Что вы хотели, эрмин герцог? – спросил он тусклым голосом.

– Сейчас Арлин вручит тебе документ, который ты прочитаешь вслух, – жестко сказал Максвелл.

Поднявшись, я на неверных ногах подошла к Мартину. Протянула ему заветный свиток, который он принял не сразу, и при этом пальцы его подрагивали.

Я смотрела на него почти с жалостью. Красные белки глаз, спутанные волосы, пятна на воротничке.

Он читал, сбиваясь, текст, который я почти заучила.

“Брак Мартина Палестри и Арлин Демари признается недействительным, поскольку не был подтвержден после заключения. К Арлин возвращается ее девичья фамилия и все прочие вводные при которых она вступала в этот не имеющий силы брак”.

– А вот и нет! – за спиной Мартина послышался ехидный голос Орелии Палестри. Она торжествовала, что может хоть в чем-то уесть меня.

– Арлин отписала мне свое имущество, – продолжала моя несостоявшаяся свекровь, – родительское наследство. Мне, а не мужу. Так что вернуться ко всем вводным не выйдет!

И она победно посмотрела мне в глаза.

– Боюсь, уважаемая эрми Палестри, вы кое-что не учли, – спокойно сказал Максвелл, – покажите мне документ, который подтверждает ваше право владения.

Орелия тут же развернула дарственную, которую предусмотрительно захватила с собой.

В руки герцога она ее давать не хотела, но он не терпя возражений сам забрал документ.

– Вот тут… видите? – Максвелл ткнул пальцем в подпись. – Прочитайте.

– Арлин Палестри, – послушно озвучила написанное Орелия, – и что?

– Не было никакой Арлин Палестри, эрми Орелия, – невозмутимо сообщил герцог, – как и самого брака. И то, что подписывала некая Арлин Палестри, никакого отношения не имеет к Арлин Демари… мои адвокаты вам это растолкуют куда подробнее, если желаете. Но вывод будет один – наследство Арлин никуда от нее не уходило.

Лицо Орелии побагровело.

Она открывала и закрывала рот, словно задыхалась.

– Как же так, матушка? – плаксиво спросил Мартин, поворачиваясь к родительнице. – Ты ведь говорила, что…

– Помолчи, сахарный! – просипела Орелия. – Я… я так этого не оставлю…

– Поскольку мы с вами находимся в моем округе, эрми, могу лишь пожелать вам удачи, – безразлично пожал плечами Максвелл.

А потом приобнял мои плечи своей крепкой, надежной рукой.

– Милая, мы тут сделали все необходимое. Нам пора домой, готовиться к свадьбе.

– Нет! – завопил Мартин, разрывая документ, что признавал нас чужими друг другу. – Все, нет бумаги – нет постановления.

– Вот дурковатый, – чуть поморщился Максвелл, – эрми Палестри, объясните вашему чаду, что такое копия. Оригинал документа находится в главной канцелярии Ремтиллена. А за своей копией ему теперь придется ехать самому. На этом простимся, пожалуй. У нас с эрной Демари полно дел.

Он вывел меня прочь из проклятого дома.

В новую жизнь, в которой не будет места лживым обещаниям и предательству.

Нашу жизнь.

ЭПИЛОГ

– Твой родственничек придумал очередной безумный проект!

Мой муж Макс посмотрел на меня с укоризной. Наш младший сын Роберт, которого я в этот момент пыталась накормить пюре с брокколи, сделал тоже самое. И признаться, у него оснований для этого было куда как больше. Потому что за короля Адаманта, на которого сейчас досадовал супруг, я ответственности никак не несу. А вот за меню двухлетнего карапуза еще как.

За все шесть лет нашего брака с Максвеллом Коллином я виделась с королем Адамантом не больше пяти раз, один из них – на балу в Новогодье, сразу после свадьбы.

Меня это вполне устраивало, и мои общие семейные корни с монархом обычно не всплывали. Но раз сейчас муж это вдруг припомнил, значит король привел это в качестве аргумента.

Ох уж эти мужчины. Умеют вспоминать определенные обстоятельства, когда это им нужно.

– И что случилось, дорогой? – с некоторой тревогой поинтересовалась я, пытаясь ловчее пристроить ложку с зеленоватым содержимым в рот Робби.

– Он решил, что скоро его бренное тело оставит наш мир, а бессмертный дух отправится путешествовать по другим вселенным. И в связи с этим срочно надо подготовить наследника. Жерому, его внуку, всего лишь восемнадцать. И Адамант не считает его достаточно зрелым для того, чтобы полноценно управлять Корсвенией. Да и взойти на престол он может не ранее двадцати одного года.

– И что он придумал? – спросила я со смесью интереса и содрогания.

– Законодательно назначить меня опекуном и консультантом будущего короля Жерома Второго. Как члена своей семьи.

Тут он снова посмотрел на меня многозначительно. Его сын сделал то же самое. А поскольку они были друг на друга похожи, как две капли воды, смотрелось это уморительно.

– А я, знаешь, ли не хочу такой избыточной ответственности.

Максвелл помотал головой.

Роберт сделал то же самое, выразительно глядя на очередную ложку с пюре.

– Но ты справишься, дорогой, – уверенно сказала я.

– И ты тоже! – строго повернулась к сыну.

Оба вздохнули.

– Справлюсь, – согласился Максвелл, – придется. Однако пусть боги продлят дни короля нашего по возможности.

И подмигнул сыну с улыбкой. Малыш радостно захлопал пухлыми ладошками.

– Полностью поддерживаю! – воспользовавшись тем, что ребенок отвлекся, я сунула ему в рот еще одну ложечку полезности.

Да, у нас есть куча прислуги, но за детишками мне больше нравится ухаживать самой.

– Мама, папа! – в гостиную не вбежала, влетела наша пятилетняя дочь Леонора, – посмотрите, что я нарисовала на занятии с маэстрой!

– И чему же научил тебя маэстро Ронквист? – лицо Максвелла менялось при виде дочери до неузнаваемости. На нем проступало до того умильное выражение, что я об этом даже говорить боялась, чтобы не оскорбить чувства моего обычно сурового и властного мужа.

– Вот, это зарисовка с природы, в нашем саду.

Девочка гордо показала изображение прудика и деревьев, его обрамляющих. Надо сказать, довольно узнаваемо.

– Отлично! – обрадовался Макс. – Тут даже перспектива проглядывает!

– Маэстро так же сказал, – подтвердила Ленни.

– У меня очень талантливые дети, – заявил герцог и потрепал по макушке младшего.

– Ешь капусту, сынок.

– Бяка, – пожаловался Робби.

– Всем нам иногда приходится делать бяку, чтобы потом получить вкусняшку, – подбодрил малыша отец.

– А я люблю это зеленое пюре, – сообщила Ленни, – оно вкусное. И рисовать им весело.

Да, у меня творческая дочь. И прекрасная, любимая семья в целом.

Муж, который и сейчас, спустя шесть лет после брака смотрит на меня с нежностью, восхищением и… вожделением. Он мой страстный любовник и самый интересный собеседник. А еще тот, с кем я чувствую себя в полной безопасности. Надежный, сильный и верный.

Обычай Права первой ночи с подачи Максвелла признали в Корсвении устаревшим и упразднили. На мне он, можно сказать, официально закончился. И в моем случае все было не зря. Кто знает, свела бы нас судьба с Максвеллом как-то иначе?

Мы считаем, что да. Но возможно, этот путь оказался короче всего. Чтобы мы смогли стать счастливыми как можно раньше.

Встретить вместе как можно больше рассветов и ценить каждый из них.

Любить друг друга, растить наших детей достойными людьми.

Провести насыщенную, неповторимую жизнь вместе.

Рука об руку.

Навсегда.