Текст книги "Неспящая красавица, или (Не)подарок для короля (СИ)"

Автор книги: Наталия Журавликова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 14 страниц)

Я выбираю свой мир

– Хочу ли? – я усмехнулась, глядя в глаза короля. Почему мне они раньше казались холодными и мрачными?

В его взгляде такая глубина. И печаль. Почему он печалится? Это мне надо выбирать между двумя мирами, в каждом из которых не будет его.

Но в одном рядом с королем – царевна Лестея, а в другом… в другом я создам себе то, что хочу.

Впрочем, те мои два дракона уже не кажутся столь привлекательными. Но все равно они лучше, чем Теммер.

– Да, хочу, – сказала уверенно, – мне не терпится вернуться к моим друзьям из страны грез.

– Но, принцесса! – взволнованно сказал Маркеш. – Это мир иллюзий!

– Король, – мой голос звучал устало, – я шестнадцать лет жила с родителями и сто – в краю своих грез. Как думаете, что для меня более реально? И если я останусь в вашем мире, что он мне может предложить? Моя семья умерла, власть захвачена другой фамилией. Суженый оставил меня по своей воле. А вы… вы, король, глядя на меня, думаете о том, как бы успеть к своей невесте до Новогодья. Так за что мне тут держаться?

И он отвел взгляд.

– Значит, ты решилась, – удовлетворенно произнес колдун.

– Да. Если той толики сокровищ, что в моем мешочке, хватит на оплату ваших услуг.

– Если нет, то я помогу, – глухо откликнулся Маркеш.

– Вот и чудесно, – кивнул Бренторе, – король – муж чести.  Так что я уверен в оплате своего труда. Если мы все выяснили, дозвольте проститься на время. Розмари, можешь побыть в этой пещере, но никуда не выходи, а король…

– Мне уже пора, – сообщил Маркеш, – благодарю за приют. После того, как решу свои дела, загляну проверить, как у вас дела. И возьму адрес, куда прислать вознаграждение.

– Доброго пути.

Бартоломью без лишних церемоний покинул пещеру, отправившись на свой обет.

Маркеш повел плечами, я видела. что ему неловко.

– Мне тоже пора, – сказал он.

– Да, конечно, – я поспешно допила фруктовый чай, – желаю вам счастливой дороги. И радостной встречи с вашей суженой.

– Благодарю, принцесса. И вам – отличных приключений в стране грез. Пусть там будет дом, о котором вы так мечтаете.

Он поднялся и направился к выходу, где его ждал верный Обсидиан.

– Король!

Я рванулась к нему, не сумев сдержать порыва.

– Что-то еще, принцесса?

Кажется, он был взволнован, но не желал этого показывать.

– Вот, – я торопливо сняла с шеи кожаный шнурок с крохотным глиняным горшочком весьма тонкой работы, на нем даже была роспись, выведенная миниатюрной кистью с три волоска.

– Этот амулет со мной с детства. Один из подарков фей. На удачу.

– Вы хотите отдать его мне? – удивился Маркеш.

– Да, – я и сама не могла объяснить свой порыв, но понимала, что все сейчас делаю правильно, – вам он нужнее.

– Но ведь ваш путь куда дальше моего, – он принял подарок из моих рук и в нерешительности на него смотрел.

– У меня есть и другие подарки фей, – подбодрила я его.

– Благодарю, – он улыбнулся, надевая амулет, – удачи, Розмари.

Кажется, порывы сегодня были не только у меня.

Он наклонился и коротко чмокнул меня в щеку.

А потом решительно откинул магический полог, скрывающий вход, и ушел.

Я же осталась в пещере колдуна, ждать встречи со своим миром.

ГЛАВА 10. Маркеш и его доля

– Как бы нам успеть в Терборию-то пораньше? – Маркеш обращался к Обсидиану, но вовсе не рассчитывал получить ответ.

Однако вороной вдруг ударил передним правым копытом, и король с удивлением увидел, что магия Вьюжника к нему вернулась.

От резкого рывка Маркеш наклонился назад и чуть не упал, удержавшись чудом.

– Принцесса, хватайтесь скорее! – крикнул он и осекся тут же.

Нет принцессы. Не схватится она поспешно за него, не обовьет руками, вызывая невольный жар, который и раздражал Маркеша из-за неуместности, и в то же время волновал.

Ехать с ней за спиной было тяжело. Он никому не скажет, насколько, но это факт.

Еще и запах ее девичий, влекущий.

И дыхание, которое обжигало даже сквозь плотную куртку.

Розмари выбрала свои сладкие дремы.

Он не вправе ее за это осуждать, потому что предложить ему было нечего. Да и взять он не мог ничего.

Долг и предназначение – в этом судьба короля.

Маркеш смачно выругался вслух, так, что Обсидиан задергал ушами и вдарил еще быстрее.

Не прошло и пары часов, как впереди замаячила крепостная стена, которая не смогла скрыть высоких дворцовых башен.

Тербория!

Крепость, огораживающая столицу, еще и рвом была отгорожена от остального мира. Но сейчас это был круговой каток, по которому с удовольствием скользила молодежь.

Увидев чуть ли молниеносного всадника, катающиеся притормозили, а некоторые и попадали.

– Стой, Обсидиан! – скомандовал Маркеш.

Конь замедлился, так, чтобы хозяина через голову не выкинуть, а потом уже и встал.

К Маркешу уже подбегали двое стражей, на ходу размахивая алебардами.

– Кто таков? – стараясь казаться грозным, спросил тщедушный безусый юнец, которого король мог одним пальцем зашибить.

– Маркеш Ирендел, король Эльдемии, – представился он, – совершаю Путь судьбы.

– Король Ирендел! – возбужденно воскликнул второй охранник, чуть постарше. – Так это вас ждут во дворце!

– Уверен, что да, – кивнул Маркеш.

– Дозвольте вас проводить к владыке Миарну!

Крепостные ворота открывались пинком.

Кажется, Тербория не пользовалась у возможных захватчиков популярностью, потому что охранять ее особо и не требовалось.

Беглого взгляда на городские улочки было достаточно, чтобы понять, почему.

Крошечные, узенькие, грязные проулки, самые высокие дома – в два этажа, преимущественно деревянные, кирпичных и каменных по пальцам пересчитать.

И это столица, рядом с дворцом.

Впрочем, он-то как раз выглядел богато. Вот куда пошли все стройматериалы и отделка.

У дворцовых ворот стояла уже настоящая стража.

Плотные, широкоплечие, закованные в латы, вооруженные до зубов, не этими зубочистками, что на въезде в город, а пороховыми ружьями.

Судя по всему, царь Миарн больше опасался не нападения снаружи, а внутреннего бунта.

Тугодумы – охранники медлили, прежде пропустить короля. Пытались ему задавать вопросы, но точно не знали, что надо спрашивать, поэтому выходило долго и до того нелепо, что наш путник затосковал.

– Знаете, ребятки, – сказал Маркеш раздраженно, – моя задача была до вас доехать, остальное не моя забота. Передавайте Миарну и его дочери привет.

Он притворился, будто разворачивает коня, но тут под шлемом одного из стражей что-то заскрежетало, наверное, от напряженной умственной деятельности, и бравый вояка прогудел:

– Не, Миарн точно ждет какого-то заезжего короля. Надо пустить, только оружие забрать.

– Попробуй, если у тебя пальцы лишние, – холодно, без особой угрозы произнес Маркеш,  – разоружить короля может только равный ему по званию. Ты кронпринц или просто бессмертный?

В ответ служивый почесал рукой в железной перчатке металлический шлем.

Неприметная калиточка открылась, выпуская вертлявого сухонького мужчинку лет сорока пяти, с хитрыми глазами и радушной улыбкой.

– Что тут происходит? – спросил он чуть напряженно.

– Я бы тоже это желал узнать, – вежливо ответил Маркеш.

– Говорит, что он к царю Миарну, – проинформировал охранник, – король Эльдемии.

– Тот самый, кого вы ждете. Я все жду, когда это уложится под шлемом ваших охранников.

– Батюшки! – всплеснул руками вертлявый. – Да мы ведь и заждались уже! Открывайте ворота, остолопы! Встречаем дорогого гостя! Меня зовут Сидеон, я распорядитель дворцовый.

Король величественно кивнул.

Его провели на парадный двор, куда тут же выбежала толпа встречающих.

Сидеон дал приказ увести Обсидиана в конюшню.

– Вы можете в любое время проверить, как он содержится, – пообещал распорядитель, видя, каким взглядом провожает верного коня король.

– Скорее в тронный зал, – возбужденно воскликнул Сидеон, заводя Маркеша в богато отделанную прихожую дворца, – чтобы Его Величество увидел своего дорогого гостя. А пока вам подготовят покои, в соответствии со статусом.

Маркеш согласился. Дело отлагательств не терпело, в горячей ванне он и потом может поваляться.

Его ждала встреча с судьбой.

Маркеш. Царевна Лестея

Царь Миарн утопал в уютном кресле, а ноги его нежились в мраморной ванночке с солями и благовониями.

Подле Миарна сидели две прекрасных девицы, с маслами для втирания в кожу и морской пемзой.

Царь был уже немолод, с лысиной, обрамленной редкой сединой, как не до конца облетевший одуванчик, но с гладко выбритым лицом, выглаженным придворными косметологами-чародеями и умело наложенным магическим загаром, который посреди зимы смотрелся странно.

Удивительно, как то, что сотню лет назад казалось признаком плебейства, теперь признается настолько модным, что аристократы перестали не просто беречься солнечных лучей, но и создавать их магией.

Вот бы Розмари сейчас удивилась, увидев смуглого царя, в ее-то времена так только крестьяне ходили…

– Король Маркеш? – Миарн подскочил, расплескав воду.

– Не нужно вставать, царь, – сделал утишающий жест Маркеш, – я вижу, у вас процедуры.

– Да, я ведь не знал, что вы вот-вот прибудете. Уже, честно говоря, не надеялся, что вы доберетесь. Редко кто тянет с Путем судьбы до последнего.

– Как я мог нарушить обет, – криво усмехнулся Маркеш, усаживаясь в предложенное ему кресло.

– Ну, знаете ли, мой дорогой, обеты обетами, но мы с вами – современные правители. Моя Лестея засиделась в девках, что правда, то правда. Вот я и подумал, что вы про это прознали, да решили не торопиться с новыми обязательствами.

– Засиделась в девках? – удивился Маркеш.

– Ну да, я уже и не рассчитывал, что ей удача улыбнется. Да еще такая! Мне ведь самому скоро семьдесят. А дочке моей почти тридцать пять.

– И почему же царевна до сих пор не замужем? – теперь Маркеш был поражен. И злился на себя, что не велел сначала разведать все о возможной невесте.

Ведь как оно все было: в нужный день и час, когда звезды и светила стояли в особом положении, звездочеты и гадатели провели церемонию “Пути судьбы”.

В нем выпало направление, которое неопровержимо указывало в определенном направлении. Квадрат на карте. Разумеется, без точных названий местности, но совершенно неопровержимо, что король должен был направиться в сторону Терборского царства. И это было единственное государство в указанном направлении, к тому же, в нем имелась незамужняя дочь правителя. Истолковать пророчество иначе просто невозможно.

И Маркеш даже уточнять не стал, что там за невеста ему по судьбе досталась.

А теперь выходит, они ровесники!

И если для мужчины этот возраст – расцвет и мощь, то для девицы на выданье… ну, другое совсем.

– Видите ли, мой друг, – Миарн правой ногой поплескался в водице, – Лестея с юности посвятила себя наукам. Но совершенно не хотела замуж. А у меня не было необходимости сбывать ее на сторону. Видите ли, наследник мужеска пола у меня и так есть, ждет не дождется, пока я не уступлю ему трон. Так что я не одержим стремлением плодить внуков… их, кстати, уже трое. А вот Лестея… она у меня как советник.

– Я слышал, правители выдают дочерей за других государей, чтобы обзавестись хорошими международными связями, обрести союзников, – заметил Маркеш.

Юная служанка, улыбаясь, поставила на столик перед ним поднос, полный закусок и кувшинчик с питьем.

– Не нашлось достойного кандидата, – вздохнул Миарн, – сватались все больше мелкие феодалы. Зачем мне они? А вот король Эльдемии – это да, подарок судьбы. И даже если Лестея вздумает капризничать, она выйдет за вас, Маркеш Ирендел! Я буду счастлив породниться с вами.

– Тогда почему бы вам его не усыновить, папенька? – послышался за спиной короля язвительный женский голос.

Маркеш. Судьба сопротивляется

Король обернулся. Через весь зал к царю Миарну бежала воинственная маленькая женщина. Такая миниатюрная, что ее можно на  одну ладонь посадить, другой прихлопнуть.

И ее ярость казалась забавной, как гнев карманной собачки, какие в моде у аристократок.

Лестея оказалась брюнеткой, но в отличие от отца, удивительно белокожей, словно она-то как раз следовала канонам благородной красы.

Самой выделяющейся на ее лице чертой были брови. Черные, густые, почти сросшиеся на переносице. Или это она так хмурилась?

В целом Лестею нельзя было назвать уродиной, но и в красавицы она метить не могла.

Миловидная, чувствуется, что знатных кровей, но с ног привлекательностью не сбивает. Вот еще бы с бровями разобраться.

– Ничего личного, Ваше Величество Маркеш, – Лестея встала между ним и царем, так что могла видеть их обоих, – но все эти ваши гадания и предсказания ничто иное, как пережитки прошлого. Удивлена, что такой продвинутый во всех отношениях король повелся на уловки звездочетов!

– Лестея! – ахнул Миарн, неловко топнув ногой и вызвав бурю в своей ванночке.

– Мы с тобой обсуждали, что отношения с королем Эльдемии нам очень интересны.

– Не нам, а тебе! – топнула ногой царевна. Ее сложно было назвать девушкой, хоть, скорее всего, она оставалась девицей.

– Я говорила тебе, отец, что навсегда останусь женой науки! Алхимия и метафизика захватили меня с головой, и в моем сердце не осталось места для мужчины… простите, Маркеш, ничего личного.

Сколько ей, тридцать пять?

С более близкого расстояния король разглядел первые серебристые нити в ее волосах, от висков.

И это с ней он должен думать о продолжении рода? Славного рода Иренделов, сильных мужчин и полнокровных женщин?

Она же прозрачная почти, да узкобедрая!

И брови… эти брови. Угрожающие, навеки связанные между собой… если Лестея их не согласится проредить.

– Это блажь, – голос Миарна взлетел до визга, – призвание женщины – сопровождать мужчину. А короля Маркеша тебе выбрала судьба, в которую ты, отступница, не веришь. Иди к себе, я тебя позову, когда будешь нужна!

– Вот как ты заговорил, отец?

Ох, у нее еще и ноздри раздуваются, как капюшоны у кобры.

– Советов моих не гнушаешься, а как прибыль почуял, так я сразу стала обычной женщиной, чье место у колыбели?

У колыбели.

Маркеш едва не содрогнулся, представив эту сухую, словно состоящую из сплошных острых углов, женщину, держащей его ребенка на руках.

Вот она наклоняется к малышу и шевелит бровями. Мда.

Посмеялась над ним судьба. Или, может звездочет отвлекся, расчерчивая ее Путь.

– Ваше Высочество, – сказал он пока что примирительно, – думаю, нам с вами надо обсудить ситуацию, в которую мы попали. Но сделать это на свежую голову, когда я отдохну. Главное я исполнил – добрался сюда до того, как наступит Новогодье. Путь судьбы завершен. А как этот завет соотнести с жизнью, посоветуемся позже.

– Хорошо сказано, – кивнула с одобрением царевна, – хоть вы и суеверный патриархальный монарх, отнесусь к вам с уважением, так как вы мужчина рассудительный.

Гордо расправив плечи, царевна пошла обратно к двери. На пороге обернулась и многозначительно посмотрела на отца:

– Мы не закончили, царь Миарн!

И уже потом вышла.

Правитель Тербории протяжно простонал, а  потом сказал, умоляюще глядя на  короля Маркеша:

– Надеюсь, моя дочь не оттолкнула вас своими дерзкими речами?

– После, все после, царь Миарн, – ответил Маркеш, поднимаясь, – сейчас бы я и впрямь хотел отдохнуть и перекусить после долгого пути.

Маркеш. Старый друг

Король был в раздумьях. Как-то у него Путь судьбы в голове не складывался. А будущая невеста так вообще в этот ритуал не верила.

И отказываться странно.

Он дошел до Тербории в срок, до того, как наступило очередное Новогодье. Значит, все правильно. Если он не женится на своей предреченной, то не будет удачи в его правлении и процветания в Эльдемии. Досадно, что он затянул эту необходимость до своих тридцати пяти.

На что рассчитывал?

Что его невеста будет оставаться юной и свежей все это время? Встреть он ту же самую Лестею лет десять назад, все было бы иначе.

И нечего винить столетний портрет, отбивший у него желание разглядывать девиц.

Маркеш не торопился покидать отведенные ему покои.

Миарну явно надо поговорить с дочерью, а это дело не быстрое.

Пусть выработают хоть какую-то позицию насчет своего гостя. Времени у них теперь полно. Обычай велит найти свою суженую до того, как свершится очередное Новогодье. О том, что они сразу же должны пожениться, речи не идет.

Маркеш с удовольствием принял ванну, переоделся в чистую одежду по размеру и отобедал.

Прилег на удобную, в меру мягкую перину, и чуть было не задремал, но ему не дали.

В дверь затарабанили.

– Ваше Величество, – зачастил испуганно лакей, – там вас просили пригласить. Прибыл какой-то благородный господин, доказывает, что он ваш старый друг и должен был сопровождать вас на Пути судьбы, но рана ему не позволила.

– Теммер? – удивился король. – Как это возможно? Он же на лечение отправился! Как выглядит этот господин?

– Хорош собой, – принялся перечислять достоинства нежданного гостя слуга, – светлые волосы с модной нынче стрижкой, лицо безусое…

– Похож, – кивнул задумчиво Маркеш, – веди меня к нему.

Это и правда был Теммер Безард.

Герцога провели в небольшое присутственное помещение, где он пил чай, изящно оттопырив мизинец.

Увидев Маркеша, он расцвел и вскочил, чуть не сбив коленом маленький столик, за которым сидел, развалясь в мягком уютном кресле.

Дворец Миарна дышал роскошью и всевозможными удобствами.

– Сир Маркеш! – поставив чашку на стол, Теммер кинулся приветствовать друга.

– Как ты здесь оказался? – обеспокоенно спросил король. У него в голове это никак не укладывалось.

– Да очень просто, – пожал плечами Теммер, – когда мы разъехались, я свернул и добрался до ближайшей деревни, где мне помогли. Чародейством подлечили и меня, и коня. Отдохнул немного и понял, что не могу просто так оставить вас. Ведь Путь судьбы должен быть в сопровождении, по всем канонам. Вы уж простите, но пришлось воспользоваться более скорым транспортом, чтобы за вами успеть. Заплатил немало, но нас вместе с конем на летающей платформе часть пути пронесли. Жаль, не до конца, но половину дороги удалось срезать.

– Летающая платформа? В деревне? – подивился Маркеш.

– Да с большой земли торговцы как раз прибыли, на ярмарку в честь Новогодья. Им потом в другую сторону надо было, так что до развилки подбросили. И дальше прямой путь подсказали.

Смекнув, Маркеш понял, что они-то с Розмари сворачивали так, чтобы ни с кем не столкнуться по дороге, а потом ее еще и лешак похитил, заминка случилась. Так что, история Теммера выглядела правдоподобно.

– Ты все же чуть хромаешь пока, – заметил король, – зачем такие жертвы?

Теммер вздохнул и отвел глаза.

– Я сожалею о своем поведении с Розмари, – признался он, – и хотел бы вернуть ее расположение. Мы все же суждены друг другу, раз я ее пробудил. Где же она, сир? Я должен поговорить с ней как можно скорее!

ГЛАВА 11. Розмари. Успокоение и забвение

День, возможно, клонился к вечеру. Я могла судить об этом лишь по ощущениям. Выходить из пещеры мне колдун запретил. Протянуть эту ночь и следующий день, а потом… потом весь этот мир перестанет для меня существовать.

Но ждать, разумеется, скучно.

Я думала было подремать, ночью ведь плохо совсем спалось, только подле короля Маркеша и прикорнуть  удалось.

Но сон не шел.

Я ворочалась и боками могла, кажется пересчитать все камни под тонкой периной.

Под крепко сомкнутые веки не спешили вечерние дремы.

Так и лежала, припоминая некоторые интересные подробности своей новой жизни после пробуждения.

Получается, меня постоянно теперь мучает бессонница. А погрузиться в забытье у меня каждый раз получалось лишь при Маркеше.

Даже если обстоятельства к этому совершенно не располагали. Например, несколько раз я начинала клевать носом, сидя за широкой королевской спиной, на Обсидиане.

За все это время я спала, лишь когда он не просто был рядом. В непосредственной к нему близости, и никак иначе.

Может ли это что-то значить?

Свет в пещере вдруг из тусклого стал чуть ярче, это я даже сквозь сомкнутые веки поняла.

– Принцесса, поднимайся! – послышался от порога знакомый надтреснутый голос колдуна. – Планы изменились. Духи сказали, что я нужен им всю ночь в Новогодье и не смогу больше ничем заниматься.

– Что же тогда будет со мной?

Я испуганно села.

– Мы перенесем твое возвращение в мир грез. На сегодня.

– Но  разве звезды не будут стоять на нужных позициях именно в Новогодье? – уточнила я с тревогой.

На самом деле, мне страшно стало, что никакой отсрочки для того, что уже нельзя будет изменить, не останется.

Впрочем, сколько ни оттягивай этот момент, он все равно наступит.

– Это не страшно, – успокоил меня колдун, – на самом деле, я совершал такое в любой день года. Да, понадобится больше собственных магических сил, в колдовские даты проще ворожить. Но справлюсь. Я тут очень силен, Розмари.

– Что мне нужно делать? – я судорожно глотнула, чувствуя в горле сухость и предательский комок, словно проглотила камень и он царапает гортань.

– Пока ничего.  Я уже отдал приказ своему слуге. Он готовит пещеру, которая вскоре станет местом успокоения и забвения.

По телу прошла дрожь.

Мне было страшно. Но я не хотела ничего отменять.

Это мой выбор.  Моя доля.

– Твое лицо искажено страхом, Розмари, – заметил колдун, – ты хочешь передумать?

–  Нет,  господин Бартоломью, – улыбнувшись, покачала головой,  – вы мое избавление. Моя большая удача, что я вас встретила. Все больше склоняюсь к тому, что так сбывается желание, загаданное на новогодней поляне. Обрести дом.

– Возможно, ты и права, – сказал колдун задумчиво, – давай поужинаем. Тебе положено будет особое блюдо. И особое питье. Простись со своими земными желаниями и воспоминаниями.

Это была странная последняя трапеза.

Колдун с удовольствием лакомился бывшими в его распоряжении продуктами, а передо мной поставил глиняную миску, наполненную чем-то сухим и зеленым.

– Это вяленые водоросли, – пояснил Бренторес, – добытые в глубинах Вечного Океана, они укрепят твое тело и помогут перерождению.

– А когда я исчезну? – спросила я, осторожно пробуя сухой лист.  На вкус оказалось вполне сносно. Хрустящее, солоноватое лакомство, даже приятно. Много не съешь.

– Перейдешь в новое состояние, – поправил меня Бартоломью, – точных сроков обозначить не смогу пока что. Все зависит от того, насколько твой дух зацепится в мире грез. И как быстро ты отпустишь все, что тебя связывает с этим миром.

– Ну, это просто, – я усмехнулась, – у меня тут ничего нет.

– Самое большое – до следующего полнолуния ты станешь существом иного мира.

– А это… – задумалась я.

– Четыре недели. Сейчас как раз период полнолуния.  Но повторюсь, это самый большой срок. Возможно, ты и за семь дней управишься. Как пойдет в твоем мире грез. Учти, в нем время идет иным образом. Тебе может показаться, что уже год прошел. Или наоборот,  день.  А в нашей реальности – неделя. Готовься, принцесса. Все вот-вот начнется.