Текст книги "Неспящая красавица, или (Не)подарок для короля (СИ)"

Автор книги: Наталия Журавликова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Женюсь на коте в мешке

Мы продолжили путь, больше не касаясь скользких тем. Я так и не поняла, чем сумела убедить Маркеша, если ничего не говорила сверх того, что уже сказала.

Будто бы упав в его объятья, сумела что-то выразить без слов.

Но тем лучше.

Почему-то с каждой минутой я все больше осознавала, что не хочу выходить за Теммера.

То, как он домогался меня, как стушевался, узнав, что я вовсе не горячо любимая наследница, даже его манера пробуждать от векового сна – все это вызывало во мне протест.

– Удивительно, – сказала я вслух уже под вечер, когда мы искали удобное место для ночлега, – но кажется, я проснулась еще до поцелуя Теммера.

– Что? – широкая спина впереди меня вздрогнула. – Это ложные воспоминания, принцесса. Разбудить вас был в силах лишь поцелуй истинной любви.

– Тогда у герцога вряд ли что-то могло получиться, – я фыркнула, – настоящими чувствами тут и не пахло.

– Уверяю, больше вас никто не целовал, – сухо сказал Маркеш, – так, впереди вижу удачное место, надеюсь там сухо. На тепло не надеюсь.

Больше вас никто не целовал.

Почему от этих слов меня снова в жар бросило?

Еще сильнее прежнего захотелось попасть к колдуну и попросить у него избавления. Я чужая в этом мире. Мне тут не место. И суженый попался какой-то неуверенный. С облегчением отпустил со своим другом.

Мы отдохнули в очередной пещере.

И утомленная предыдущей бессонной ночью, я вновь крепко уснула на камнях, укрытых попоной, когда рядом тяжело опустился король.

Спала я так сладко, что ему пришлось потрясти меня за плечо, когда он решил продолжить путь.

Не очень осознавая, где нахожусь, потянулась, задевая его рукой.

И тогда уже резко проснулась, села, встревоженно глядя на Маркеша в полумраке.

– Перекусим и дальше, – резко сказал он.

И мы снова поскакали.

Точнее, это пришлось делать Обсидиану. Я только продолжала сидеть за спиной короля, прикидывая, бывают ли мозоли на пятой точке от постоянного пребывания верхом.

День ожидался ясный.

На небе ни облачка, предутренние звезды и сочная Луна светили ярко, даже дополнительный фонарь не нужен.

– Простите, принцесса, пришлось выехать рано, – скупо извинился Маркеш.

Он все делает скупо. Где королевская щедрость? В эмоциях он точно ее не проявляет.

– Ничего, в моих интересах как можно скорее оказаться у колдуна Брентора. Пожалуй, я хочу видеть его не меньше, чем вы свою Лестею.

– Она пока еще не моя, – прорычал король, – и вы правы, принцесса, меня напрягает факт женитьбы на коте в мешке.

– Сочувствую вам, король, – сказала искренне, – правда, без издевки!

– Благодарю, – он усмехнулся, – но чувство долга во мне сильнее прочих. К тому же, не поверите, принцесса, я верю в судьбу. И в то, что ее путь не приведет меня в тупик. Надеюсь, и вас тоже.

– Спасибо, – я вдруг сглотнула, боясь расплакаться.

– За что? – он слегка удивился.

– Вы не хотите подводить друга, но все же согласились мне помочь. Хоть это идет вразрез с его интересами, по вашему мнению.

– Принято, – он хмыкнул, – но я ведь сказал – вы меня убедили. Теммер и впрямь не очень-то рвался подтвердить свой статус суженого. Уверяю, меня на его месте раненая нога вряд ли остановила.

На его месте.

Ох… я вдруг поняла, что это было бы неплохо.

ГЛАВА 6. Новогодние желания

Наш путь продолжался. Особенно интересного в нем не было. Зато я начала себя ощущать на все свои 116.

Кости ныли от неудобного положения, ноги затекали и шею ломило.

Солнце уже было в зените, когда король решил сделать остановку.

Мы с Обсидианом готовы были благодарить его в голос.

Почему-то я уверена, что конь со мной солидарен и вообще сочувствовал мне больше своего хозяина.

Не зря же, когда я погладила теплую плюшевую морду, он фыркнул и вздохнул.

– Ты очень красивый и милый, – сообщила я зверю. Именно зверю, “скотиной” мне его называть категорически не хотелось.

Место, где мы остановились, находилось уже вдали от горной местности.

Прилесок, полянка с утоптанным снегом, безошибочно указывающим на то, что здесь не раз отдыхали путники.

Об этом же говорила и невысокая, с меня ростом ель посреди поляны, украшенная по-новогоднему.

На пушистых ветках серебристые шишки из крашеного стекла, забавные животинки и нитка с щербатыми бусами, выщелканными через одну.

– Лешаки готовятся к Новогодью, – хмыкнул Маркеш.

– Лешаки? – удивилась я.

– Или еще нечисть какая-нибудь, – король хрустнул суставами пальцев, разминаясь после долгого пути.

– А почему не путники? – растерялась я.

– Принцесса! – он снисходительно хмыкнул. – Зачем бы путешественникам, которые тут останавливаются пообедать на часок, обустраивать праздничную ель? Это можно сделать только для себя. Так что тот, кто нарядил деревце, где-то тут бродит.

Мне стало страшновато. Хотя со здоровенным королем я себя и чувствовала в безопасности.

– Не бойтесь, принцесса, – он заметил мою неуверенность, – мы не со злом прибыли и не станем ветки ломать или костры жечь. Это было бы недурно, но остережемся.

С этим я охотно согласилась.

– Эй! Лесные хозяева! – задрав голову он зычно обращался неведомо к кому.

Я ойкнула и сжалась.

– Позвольте побыть немного на вашей полянке, ноги от скачки остудить.

Прислушавшись, он кивнул.

– Ветром в уши не свистят, значит угрозы рядом нет. Да не делайте такое встревоженное лицо, принцесса. Может, вы и правы. Может эту елку кто другой нарядил. Купец с детьми ехал, скажем. Или колдун ваш веселился.

– В-вы так сказали, чтобы меня успокоить, – испуганно ответила я.

– Всё вам не угодишь, – он вздохнул, – поверьте, принцесса, я вас в обиду не дам. Прорвемся.

Он кинул на снег всю ту же многострадальную попону, предлагая присесть. Елка оказалась прямо перед нами.

Я невольно залюбовалась игрой солнечных лучиков в стеклянных боках игрушек.

– Вы любите Новогодье, король? – спросила я, глядя, как он проворно собирает наш обед. От помощи Маркеш отказался.

– Любил, – сказал он равнодушно, – это все детские сказки.

– Вы не верите в чудеса? Спасибо.

Я приняла угрожающего вида бутерброд с ветчиной, объемный за счет зелени, которой нам не пожалела трактирщица.

– Вопрос с подвохом, – он с аппетитом принялся за еду, но благородно не говорил с набитым ртом, король все же, воспитанный при дворе, – мы все знаем о существовании магии и пользуемся ей в повседневности, не только для подвигов. Или вы о других чудесах?

– О других. Таких, что даже маги называют невозможными. О желаниях в Новогодье, например.

– Говорю же, детские сказки, – тряхнул головой Маркеш, вытряхивая из бороды случайные крошки.

– Вы, наверное, рано повзрослели, – заметила я.

– Мне тридцать пять, принцесса. Для ваших шестнадцати я совсем старик.

– Надо же! – не поверила своим ушам. – Вы говорите так, словно нас не разделяет столетие!

Он медленно повернулся ко мне, внимательно разглядывая.

– Нас с вами многое разделяет, принцесса, – произнес он после томительной паузы, – но вы все равно уснули девчонкой и ей же и проснулись. Хоть и стали телом чуточку старше, налились женской красой…

Мне показалось, или он язык себе прикусил на последних словах?

Нелюдимый король Маркеш заметил, что я похорошела?

Хм… но тут возникает закономерный вопрос.

– Король, а откуда вы знаете, что я стала старше и привлекательней, если никогда меня до этого не видели?

Он что-то не договаривает

Король Маркеш нахмурил лоб так, что между бровей появилась глубокая складка. Как стрела, нацеленная на нос. Кстати, довольно красиво вылепленный божественными скульпторами.

– М-м-м, – прогудел он, заведя глаза кверху, – вечно вы, девушки, все усложняете.

– Так упростите, – предложила я.

– Действительно, все на поверхности, – он принялся сооружать новый бутерброд, наряжая кусок хлеба вяленым помидорчиком, – вы простите, принцесса, но нет в ваших чертах детской мягкости и легкой припухлости, свойственной шестнадцатилетним. Это очевидно же. Но почивать вас свалило в шестнадцать, вряд ли всего этого не было, так? Вот сами можете сказать, что не изменились?

– Не могу, – пришлось признать, – я повзрослела, пока спала. Хвала небесам, выгляжу не на сто шестнадцать. Но и не столь мило, как до сна.

– Это смотря на чей вкус, – вдруг выдал мой гранитный король, – по мне так вы в самом девичьем соку.

Надо же!

В устах сурового Маркеша это откровенный флирт.

Я почувствовала, что краснею.

– Благодарю, Ваше Величество, – сказала смущенно.

– Всегда пожалуйста, обращайтесь, – пробасил он.

Вот же чурбан бесчувственный, такой момент свел к какой-то пустой светской чепухе!

– Так что насчет новогодних желаний? – вспомнила я, с чего началась наша беседа, которая приобрела столь скользкое направление.

– А что с ними?

Король протянул мне угощение.

Кивнув, я приняла его с благодарностью, но продолжила допрос.

– Если бы Новогодье было прямо сейчас, что бы вы загадали? Добраться до своей прекрасной царевны поскорее?

– Я до нее и так доберусь, – невозмутимо ответил король, – к чему тратить желание?

– Но вы ведь все равно не верите в них, – напомнила я.

– Но верите вы. И мы рассуждаем так, словно они есть. Считайте, я подыгрываю.

Надо же, какие мы воспитанные и приличные.

– Я бы загадал… кстати, можно только для себя?

Вопрос был неожиданным.

– Что вы имеете в виду, король? – я смахнула крошки с подола на снег. Пусть птички полакомятся.

– Ну, мир и процветание в своем государстве не пойдет? – уточнил он так серьезно, словно мы подписывали договор об исполнении желаний.

– Нет, это слишком объемно, к сожалению, –  вздохнула сочувственно, – духи Новогодья тут не справятся. Только то, чего бы вам хотелось лично для себя, король. Ну же. Это просто ни к чему не обязывающий разговор. О детских сказочках.

– Хм, – он вновь нахмурился, так, что мне вдруг захотелось подуть на эту морщинку между бровями, будто она от этого разгладится вместе со всеми заботами, что ее прорисовали так глубоко, – тогда… я загадал бы для себя чудо.

– Вот так, просто чудо? – не поняла я. – Какое же?

– Такое, чтобы я в него поверил.

Его лицо было все таким же серьезным. Я видела, что Маркеш действительно сказал, что думает.

– А теперь ваш черед, принцесса, – сказал король.

– Мой? – почему-то я испугалась.

– Конечно. Я тут перед вами буквально душу изливаю. Итак, что пожелает принцесса Розмари в Новогодье? Уснуть еще на сто лет?

Услышав свое имя из его уст, я вздрогнула. Это переводило нашу беседу в какое-то иное русло. Делало ее настолько интимной, что я разволновалась. И не стала ничего об этом говорить, будто не заметила.

– Я… хочу прийти домой, – вырвалось у меня, – не знаю, где этот дом будет. Во сне или наяву. Но… сейчас проснулась в мире, где я чужая, у меня нет ни единого родственника, ни одной живой души. Для своего… своего суженого я – интересный и почетный трофей. Как только я таковым перестала быть, он разочаровался. Для вас я – досадная помеха на Пути судьбы. Меня никто не ждет. Никому я не нужна.

Ох, зря я это все ему сказала. Стало так себя жалко, чуть не разревелась. И поспешила закончить.

– Я бы пожелала оказаться дома. Что бы это ни значило.

Хозяин поляны

– Что ж, пора двигаться дальше, – Маркеш решительно поднялся.

Он вообще все делал решительно, по-королевски.

И даже когда этот здоровенный, хмурый мужчина оборудовал для нас временное ложе или собирал на простенький стол, это не выглядело будто он кого-то обслуживает. У него просто не выйдет так выглядеть, осанка выдаст с первого взгляда. И его забота обо мне, как о попутчице, тоже смотрелась королевской щедростью. И хлеб с ветчиной я принимала как орден или почетное звание.

Подумав об этом не сдержалась и хихикнула.

Маркеш с подозрением глянул на меня:

– Что-то не так, принцесса? У меня сыр в бороде?

И он правда ухватился за свою элегантную поросль!

– Нет, король, это я вспомнила… забавный сон. У меня, знаете ли, много их было. За сто лет.

Он кивнул, продолжая собираться.

Я принялась торопливо помогать ему, пока еще чем-нибудь не возмутила Их серьезное Величество.

– Спасибо, принцесса, – поблагодарил он, – я пока верну все это на Обсидиана. А вы можете загадать желание елочке.

Король усмехнулся.

– Конечно, самое время отлучиться в кусты, но не на этой поляне. Так что придется чуть потерпеть.

Я смутилась, но постаралась этого не показать. Обычные человеческие потребности. Которые меня по счастью целый век не беспокоили.

Загадать желание.

Тихо приблизилась к ели, стараясь не скрипеть снегом.

Вгляделась в стеклянную пузатую поверхность шарика, чуть ниже уровня глаз.

Мне показалось, что хвоя на ветках шевелится, издавая едва слышный шепот.

Внезапно пошел снег.

Пушистые влажные снежинки опускались на плечи, ложились на ветки.

Загадочно и по-новогоднему.

Повинуясь неожиданному порыву, я принялась обходить елочку вокруг, мне пришло в голову, что там, с обратной стороны, могут оказаться еще какие-нибудь игрушки, которыми заботливо украсили деревце лесные обитатели. Или случайные путники.

Позади послышались быстрые шаги. Значит, Маркеш закончил сборы и решил меня поторопить. Вот нетерпеливый, я еще и с елочкой пошептаться не успела! Даже не расслышала, о чем со мной секретничает она своими хвоинками.

– Еще минуточку, – негромко попросила я, не оборачиваясь.

И за спиной в ответ утробно что-то проворчали.

Странный голос у короля!

Еда что ли плохо усваивается?

Но следующий звук отбил желание смеяться над Маркешем.

Это был звериный рык. Король хоть и суров, но предпочитает человечью речь!

Обернувшись, я увидела, как летит на меня жуткая волосатая тварюга, протягивая длинные, заросшие мехом то ли руки, то ли лапы с длинными когтями.

Я завизжала, но поздно.

Железная лапища обхватила мою талию, закидывая на широкое мохнатое плечо.

Существо передвигалось прыжками. А я для него словно ничего и не весила.

– Маркеш! – завопила я, забывая о своих принципах, о желании отплатить королю той же монетой и не называть по имени.

– Спаси меня!

Паника вырывалась с каждым выдохом, ужас сковал мои ноги… а вот до рук пока не дошел и я колотила по широкой спине, пытаясь достучаться до своего странного похитителя.

Он нес меня под все усиливающимся снегопадом.

Снег летел в лицо, залепляя глаза, залетая в рот каждый раз, когда я открывала его, чтобы позвать на помощь.

Маркеш!

Сильный, отважный, совершенно бесстрашный.

Холодный снаружи, но это не мертвая скала, а дремлющий вулкан, в котором затаилась огненная лава.

Спаси меня, Маркеш!

Страх вдруг отступил.

Я осознала, что у меня есть, кому верить, от кого ждать помощи. Сердце перестало так бешено колотиться, а пальцы на ногах вновь начали ощущаться.

Пожалуй, не стоит пытаться побить своего похитителя. Это его разозлит. Осознав это, я извинительно пригладила мех на спине твари.

Подняв голову, увидела, как скачет черный, великолепный Обсидиан, высоко поднимая ноги, так что видно сияющие подковы. А на его спине восседает король Маркеш с искаженным яростью лицом.

И все это в снежных вихрях.

Такая вот странная и завораживающая новогодняя сказка.

Расстояние между нами сокращалось.

Существо уносило меня в лес, и его дыхание становилось слышным, устал мохнатый от своего галопа.

Когда я уже почти успокоилась, ожидая, что Маркеш вот-вот нас нагонит, тварь всех удивила.

Одной рукой похититель продолжал придерживать меня на своем плече, а свободную выбросил вверх, подпрыгивая и хватаясь за ветку, что находилась на высоте двух Маркешей, стоявших на плечах друг у друга на спине коня.

Я завизжала снова и зажмурилась. От резкого звука существо недовольно зарычало.

Мы летели по воздуху с дикой скоростью!

И похититель легко и вовремя хватался за очередную ветку, пружиня и отлетая все дальше.

Маркеш и его конь остались далеко позади.

Король Маркеш. Незапланированный подвиг

Жуткое лесное существо устремлялось все дальше, неся на плече принцессу Розмари. Легко, как перышко.

Маркеш даже не знал, чего боится больше – что лешак утащит девушку в неведомые дали, или наоборот, выпустит.

Упав с такой высоты, да еще на огромной скорости, она неминуемо разобьется.

Стоило подумать об этом – и душа Маркеша сжималась до размеров ореха.

Да-да, душа, именно так!

За полчаса до этих событий король оскорбился бы, уличи его кто-нибудь в наличии столь тонкой материи. Но теперь он почувствовал ее настолько хорошо, что сумел бы описать в точности местонахождение внутри тела. Не будь у него других, более важных занятий. Таких, как спасение прекрасной принцессы.

Лучше бы она и дальше спала, тогда бы точно избежала столько ужасной участи!

Лешак был ужасен, он превосходил все свои описания из легенд.

Мохнатый, огромный, сотканный из железных мускулов и наверняка непобедимый.

Когда чудище совсем исчезло из видимости короля, Маркеш возвел глаза к вершинам деревьев и прохрипел:

– О, небеса! Не дайте ей умереть! Верните мне ее!

И осекся.

“Верните мне ее”.

Принцесса Розмари, поразившая воображение принца и смутившая его чувственность, когда он стал юношей, не могла ему принадлежать.

Все было настолько невовремя.

Это пророчество, согласно которому суженая ждала Маркеша в Тербории…

Поцелуй истинной любви, подаренный принцессе Теммером и пробудивший ее…

Как же это несправедливо.

Это он должен был отодвинуть хрустальную крышку и коснуться губ Розмари своими.

Маркеш зарычал.

Но отрицать бессмысленно – за время их недолгого путешествия чувства к девушки проросли в его сердце.

И для него Розмари уже не была картинкой, знакомой с детства. Она живая, настоящая. С ней интересно поговорить, хоть излишняя проницательность и может злить. Розмари невольно заставляет его задуматься о вещах неудобных и порой даже болезненных.

Чем дольше были они вместе, тем труднее представить, что придется с ней расстаться. И жениться на другой, как того требует древний обычай. Ради своего королевского статуса, ради благополучия Эльдемии.

Маркеш заталкивал эти мысли глубоко. Затаптывал их в себе.

Но сейчас, когда принцессу так резко и грубо вырвали из его рук, все они всплыли на поверхность.

– Давай, Обсидиан, поднажми, друг, – уговаривал король своего верного коня, – мы должны ее найти и спасти. Пусть это и незапланированный на нашем с тобой пути подвиг.

Он невесело усмехнулся.

Закрыл глаза и приложил обе ладони к шее животного, бормоча заклинания.

Конь заржал и встрепенулся, по его телу разлилась магическая сила, переданная хозяином.

Черные бока заблестели сильнее обычного, ноги налились необыкновенной  бодростью, казалось, конь стал выше.

Он помчался вперед, словно ветер.

Маркеш же почувствовал себя несколько хуже.

Было рискованно делиться с конем своими силами. Но сейчас ноги Осидиана были самым ценным ресурсом. А он, Маркеш, сумеет собраться и победить не только лешака, но и всех его собратьев.

Спасет принцессу Розмари и… и постарается выполнить ее просьбу. Они найдут колдуна, способного отправить девушку туда, куда рвется ее сознание. В противном случае будут сплошные сложности.

Такие, на которые имеют право простые люди, не обремененные ответственностью за целый народ.

ГЛАВА 7. В лесном логове

Я отключилась. Постыдно потеряла сознание от страха. И ведь знала, что этого делать нельзя. Пока ты вырублена, выключена из реальности, с тобой может произойти что угодно!

Как же я всегда в своей жизни… недолгой шестнадцатилетней жизни… ненавидела беспомощность!

Ага, а потом легла и проспала сотню лет. За которую со мной что угодно могло произойти.

И слюнявый поцелуй самовлюбленного герцога – это еще цветочки.

В жизни бы ему не далась для лобызаний, имей возможность выразить свою волю.

Впрочем, замуж за Рейна Ирендела я как раз и не хотела. Поэтому повелась на обещание колдуньи и уколола пальчик веретеном.

Но это все лирические отступления.

В обморок я провалилась при очередном мощном прыжке чудовища, когда Маркеш и Обсидиан превратились в крошечную точку вдали.

А когда очнулась, услышала звук капающей воды.

Кап.

Кап.

Кап.

Монотонно, ритмично. Бесит.

Пошевелив руками, поняла, что они свободны. А вот ноги оказались связаны. Где логика?

Я же могу развязать веревки. Видимо, тот, кто меня сюда поместил, не отличался выдающимся умом.

Сев на топчане из прессованной соломы, я радостно схватилась за узлы на веревках. И тут же поняла, что даже если мой похититель не умен, то силен неимоверно.

Эти узлы я бы и зубами не смогла развязать.

Так что сбежать отсюда получится только на руках. Подпрыгивая и отталкиваясь от земли как русалочка хвостиком.

Или тюлень.

Поняв, что с путами не справиться, я начала наконец оглядывать место, в которое угодила.

Сначала мне показалось, что это очередная пещера. Но нет, в этот раз я очнулась в землянке с полукруглым сводом, возможно, вырытой внутри холма.

Капало из рукомойника. Значит, попала я к кому-то, знающему о гигиене.

Кроме соломенного топчана, на который кинули меня, в этом жилье был еще один такой же.  Между ними находился грубо срубленный стол, с тремя круглыми деревянными чурками  вместо стульев.

Другой мебели не имелось, зато я увидела что-то вроде деревянной кладовки, заполненной какими-то вещами до верха. Внутренности жилья освещали грибы-гнилушки, натыканные повсюду.

– Эй, есть тут кто? – громко спросила я. Раз уж нет возможности из этой норы сбежать, надо понять, что меня здесь ждет. А главное, кто.

Ответа не было.

Спустив ноги с сена, попыталась встать на земляной пол. Получилось!

Только вот передвигаться могу прыжками и никак иначе. Даже руками придержаться особо не за что.

Но я все же исследовала помещение, используя свои скромные возможности.

С особым интересом добралась до кладовой, заглянула, внутренне ужасаясь от вероятности увидеть внутри скелеты или сушеные головы предыдущих пленников.

Но там оказалась вязанка дров и деревянные коробки, сквозь щели можно было разглядеть, что внутри продукты. Зерно, картофель, какие-то клубни.

Большая емкость, напоминающая кастрюлю, была заполнена самыми разными вещами, возможно, находками хозяина в лесу или на полянке. Ремни, статуэтки, браслетики, детские игрушки.

Если есть дрова, значит, где-то и печь должна быть, хоть я ее и не чувствую. В землянке было прохладно, хоть на выдохе и пар изо рта не вьется.

Оглядев еще раз пространство, я поняла, что широкий, но низкий темный проем позади кладовки ведет в другое помещение. Чтобы туда пройти, придется нагнуться. Интересно, как его преодолевает мой похититель? Встает на колени и ползет? И как это делать со мной на плече?

Тут до меня дошел еще один момент: в комнате, в которой я очнулась, нет двери, ведущей наружу. Значит я точно попала на этот топчан через эту земляную арку.

Пока я гадала, как такое возможно, темноту впереди разбавил уличный свет, раздался скрип и подуло морозом.

Кто-то зашел внутрь.

Я замерла, напряженно всматриваясь вперед, не было смысла прыгать обратно. Тот, тот, кто меня сюда принес, явно не хотел убивать.

Выдохнув, прыгнула вперед, наклонилась так, чтобы пройти и не удариться о верхнюю границу проема.

А распрямившись, оказалась в помещении чуть поменьше моего, но с потолком повыше.

Чудище, что меня похитило, стояло спиной к грубо вырубленной двери и смотрело на меня.

Вывернутые наружу губы, крупные, острые клыки. Огромные, как пещеры, ноздри колышутся, втягивая воздух или мой запах. Мелкие щели налитых кровью глаз.

Да, не красавец. И облик дополняют острые уши.

И лицо, и тело покрыто было густой шерстью, но хоть она и надежно скрывала плоть чудовища, бедра его охватывала плотная повязка, которую я не сразу разглядела.

– Привет, – я попыталась улыбнуться, но наверняка это выглядело бледно.

– Ыррррр, – выдохнуло лесное чудище.

– И зачем вы меня сюда принесли, господин? – я все еще старалась придерживаться светского тона.

Его ответ меня удивил.

Огромная лапища поднялась, обводя пространство вокруг, словно предлагая мне его в пользование.

– Дооооом, – утробно прогудел похититель, – ж-ж-ж-и-и-и-л-а-а-а-ние-е-е.