Текст книги "Неспящая красавица, или (Не)подарок для короля (СИ)"

Автор книги: Наталия Журавликова

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 14 страниц)

Маркеш. Ее там нет

Они провозились до вечера.

Сдвинуть огромный камень не выходило долго. Маркеш думал было перелезть, но тоже не вышло, только руки исколол, да одежду изорвал об острые обломки. Так и живым не останешься, очутившись по другую сторону!

Маркеш, взяв с собой ненадежного Теммера, смог отыскать дерево, из которого получилось сделать рычаг, чтобы приподнять валун.

Увы, добытое с трудом бревнышко переломилось на третьей попытке приподнять валун.

Пришлось искать другое дерево, прочнее.

С ним, далеко не сразу, после приложения остатков магии Маркеша, вышло освободить путь.

Увы, король к тому времени чувствовал себя совсем обессилевшим.

Но постарался этого не показать бывшему другу.

Связал ему хмуро запястья так, чтобы он мог управлять конем, и велел двигаться дальше.

Маркеш чувствовал жуткий голод и жажду. Небольшой запас воды они прикончили, а пить хотелось, впору снег есть!

Он делал так в детстве, когда был принцем.

Не умер же! Ну, горло поболело, покашлял. Нянька голосила на все лады, увидев, как он откусывает от снежка.

Не в силах совладать с жаждой, Маркеш зачерпнул горсть колючих снежинок, жадно поглотил.

– Сир, и мне дайте! – жалобно проскулил Теммер, которого он уже усадил на коня.

Пришлось и предателя от жажды спасать.

– Темно уже, как бы с горной дороги не упасть, – хмуро сказал Маркеш.

Но обратной дороги не было.

К счастью, путь становился все шире, а огонек, который король разместил у коня на голове, улучшал ситуацию.

В висках билось: только бы успеть! Только бы спасти ее!

Даже злость на Теммера и желание расправиться с предателем отступили на второй план.

Наконец, впереди показались горы, где устроил свою стоянку колдун Бренторе.

– Скоро уже полночь, – вздохнул Теммер. Он впервые подал голос с тех пор, как попросил снега утолить жажду. Понимал, что Маркеш с ним говорить не захочет. И вообще, того гляди, зашибет в ярости.

– Без тебя знаю, – огрызнулся король, выискивая взглядом ту самую гору с пещерой, где они провели ночь.

И она нашлась.

Но внутри было пусто и холодно. Колдун отсутствовал, Розмари тоже не оказалось.

– Ищем дальше, – Маркеш толкнул перед собой Теммера, которого не выпускал из виду.

Колдун нашелся сам.

Король увидел свечение в расщелине. Загадочное, магическое разноцветье.

Лучи преломлялись друг в друге и линяли на глазах в разные тона.

Велев герцогу соблюдать полное безмолвие, Маркеш направился на свет.

Приблизившись к разлому в горе вплотную, он услышал монотонное бормотание, а заглянув, увидел Бренторе, сидящего прямо на камнях. И это странное сияние исходило от россыпи кристаллов у его ног.

Колдун был одет лишь в легкую черную тогу, но кажется, не мерз.

Магия делала его невосприимчивым к холоду.

Глаза Бартоломью были закрыты, но белки под веками ходили так, словно колдун напряженно за чем-то наблюдает.

– Бренторес! – позвал Маркеш.

Колдун из своего транса не вышел.

Ждать времени не было.

По расположению звезд король понимал, что до Новогодья осталось совсем ничего.

– Бренторес! – крикнул Маркеш уже в полную силу. Движение закрытых глаз замедлилось.

Одним прыжком король оказался рядом с колдуном, чувствуя, как по-иному воспринимается в этом месте пространство. Уши прихлопнуло тишиной, в которой, казалось, слышен звон звезд. А холода и правда не было, какое-то ощущение “ничего”. Ни холодно, ни жарко.

Решившись, Маркеш потряс колдуна за плечо, и тот резко открыл глаза.

– Ты мешаешь моему ритуалу! – закричал колдун возмущенно. – В полночь я должен выйти на связь с астральным измерением!

– Значит, в твоих интересах помочь мне до полуночи, – резко сказал Маркеш, не пугаясь гнева колдуна. Он прекрасно понимал, что перед важным ритуалом Бренторе не станет расходовать на него свою силу, чтобы покарать за вмешательство. Иначе на астральное путешествие ничего не останется.

– Чего ты хочешь? – зрачки колдуна сверкнули серебром.

– Разбудить принцессу.

– У тебя это не выйдет, – усмехнулся колдун.

– Почему же это? – Маркеш схватил чародея за плечи.

– Ладно, – вздохнул тот, – нет времени объяснять. Пошли, сам все увидишь.

На выходе из расщелины колдун заметил Теммера, усмехнулся, скользнув взглядом по связанным рукам, но вопросов не задал. Был сосредоточен на своем.

Поспешно провел незваных гостей до неприметного участка скалы, где даже никакой пещеры не видно было. Сделав несколько пассов, Бренторе открыл вход.

Чтобы протиснуться в него, пришлось изрядно согнуться.

Внутри было тепло и сухо. А еще сумрачно. Свет давали только черные, почти прогоревшие свечи.

Принцесса лежала внутри черного круга, на соломенном топчане, укрытая черным одеялом, поверх которого были ее руки. И выглядела Розмари иначе, чем в том хрустальном ложе.

Тогда она казалась спящей, а сейчас выглядела неживой.

Бледное с синевой лицо, полупрозрачные пальцы.

– Ты убил ее? – гневно уставился на колдуна Маркеш.

– Нет, лишь исполнил ее волю, – безразлично пожал плечом Бренторе, – она не хотела оставаться здесь, и я ее убрал.

– Верни! Она не хочет там оставаться! – потребовал король.

– Не могу. Ты ведь видишь, это не зачарованный сон. Ты опоздал, Маркеш.

– Должен быть способ! – взревел король, переступая через колдовской круг.

Он сжал бледную ледяную руку Розмари, словно пытаясь поделиться с ней теплом, вглядываясь в окаменевшие черты, уже скованные смертью.

В прошлый раз ведь хватило просто взять ее пальцы, и она пробудилась.

– Нет, ничего не получается, – сказал Бренторе, – ее там нет. Слишком поздно. Воля принцессы исполнена, и мне себя упрекнуть не в чем, Маркеш. Это ты не смог ее убедить остаться в этом мире. А теперь мне надо вернуться к своему ритуалу, пока не поздно.

– Нет… нет! – простонал Маркеш. – Я еще не попробовал главного.

С нежностью и болью он всматривался в любимые черты, надеясь, что вот вот дрогнут ресницы.

Но не было ни единого признака жизни на этом прекрасном застывшем лице.

Чувствуя, как перехватывает грудь скорбью и в глазах закипают слезы, Маркеш склонился над Розмари и коснулся безжизненных губ своими.

Холодные, каменные уста, в которых нет дыхания.

Поцелуй, которого не было дано им при жизни, не подарит радости и сейчас. Станет первым и прощальным одновременно.

Слеза сорвалась с ресниц короля и упала на щеку Розмари.

Розмари. Возвращение

Нет, это не мое дыхание отдавалось в голове. Потому что я дышать не могла. Моя телесная оболочка была холодной и твердой. Я чувствовала ее. Ощущение такое, что я пытаюсь зацепиться внутри и не могу. Выбрасывало обратно в клокочущий чернотой тоннель.

Возникло легкое, едва приметное чувство в области пальцев. Возможно, Маркеш взял меня за руку. Но в этот отклика почти не было.

А потом в голове зазвенело, резкий рывок… и я оказалась в пещере. Неужели получилось?

– Маркеш! – воскликнула я радостно. Но тут же обратила внимание на странность. Король стоял ко мне спиной, как и Брентор. Чуть поодаль, за пределами черного круга, скорчился Теммер со связанными руками.

Что у них произошло?

– А теперь мне надо вернуться к своему ритуалу, пока не поздно.

– Нет… нет! – со стоном произнес король. – Я еще не попробовал главного.

Моя душа была вне тела.

Я смотрела на себя со стороны. Видела свое бледное до синевы лицо, черные круги под глазами.

Так выглядит смерть?

Ничего хорошего, только жнецы в восторге от подобного зрелища.

Маркеш, тем временем, склонился над моим телом и коснулся моих губ.

Последний поцелуй или отчаянная надежда?

Как жаль, что я ничего не чувствую и не могу поцеловать его в ответ.

Если бы я могла заплакать, то зарыдала бы, залив все вокруг слезами.

И тут мою щеку обожгло.

Вскрикнув, я хотела схватиться за нее свободной от часов рукой.

Но даже не успела донести пальцы до лица, как меня будто бы скрутило в воронку.

В глазах потемнело, в ушах зазвенело с невероятной силой, а потом я услышала то ли хлопок, то ли взрыв.

И поняла, что задыхаюсь.

А следом почувствовала мокрое на щеке. И покалывание щетины на губах. И поцелуй. Нежный и отчаянный.

Мои губы раскрылись ему навстречу,  в ноздри ворвался воздух, а в груди стало больно. Сердце вновь запустилось в полную силу, и я раскрыла глаза, продолжая отвечать на первый поцелуй Маркеша.

– Ты жива! – выдохнул он, отрываясь от меня.

Я же в ответ только закашлялась.

А потом вспомнила важное. Не такое, как поцелуй короля, но все же.

– Держи его! – крикнула я, указывая на остолбеневшего от удивления Брентора. – Подведи ко мне!

Маркеш, кажется, не ожидал, что первое мое желание после возвращения будет связано с колдуном. Но послушал и крепко ухватил Бартоломью, толкая его ко мне.

Я понимала, что сейчас он придет в себя и попытается использовать свою магическую мощь, поэтому надо брать внезапностью.

Непостижимым образом потусторонние часы оказались в моей руке.

Схватив запястье Брентора, я вложила ему в ладонь артефакт смерти и громко сказала:

– Твой час пробил!

И тут же мы услышали бой часов. Необъяснимый. Не понятно откуда.

– Наступило Новогодье, – хрипло сказал Маркеш.

С Брентором же происходило ужасное.

Он пронзительно закричал и вдруг занялся синим пламенем.

– Нет! Я не хочу! – вопил колдун.

Рядом с ним вдруг возникла в голубой дымке прекрасная дева в черных одеждах. Сама царица Хельхейма, Халла.

– Ты должен мне свидание, – сказала она и взяла колдуна за руку.

Тут ж оба они исчезли.

– Что это было? – удивленно спросил Маркеш, помогая мне подняться с ложа.

– Наш Бартоломью много лет как задолжал девушке обещанную встречу, – пояснила я, – но что тут делает Теммер и почему он  связан?

– Все объяснения потом, – заявил Маркеш, привлекая меня к себе, – наконец-то я тебя нашел, моя единственная.

Розмари. Домой

– Как хорошо снова иметь возможность пользоваться всеми благами магической цивилизации. Путь судьбы завершен и я могу это сделать.

Маркеш, приобнял меня за плечи.

Мы пролетали над горами Гуанрога, где-то внизу была пещера, где я проспала целый век.

Король нанял летающую платформу для того, чтобы нас доставили в Эльдемию. А еще воспользовался средством связи и сообщил, что правитель возвращается домой и требует усилить охрану по пути.

Поэтому как раз над этими горами к нам присоединилась воздушная охрана. Три небольшие платформы с вооруженными людьми.

Теммер, связанный теперь по рукам и ногам, угрюмо скрючился у бортика, с кислейшей физиономией на свете.

Кони смирно топтались, каждый в противоположном углу платформы, чтобы не допустить перевеса ни на одну из сторон воздушного средства.

Все было хорошо и спокойно. Но мы с Маркешем еще не поговорили толком после того, как он меня разбудил. А мне о стольком хотелось знать.

– Теммер доказывает, что его семью взяли в залог люди Бравура и требовали тебя в качестве откупа, – сказал Маркеш, все так же задумчиво глядя на горы и слегка поглаживая мое плечо.

– И я это не придумал! – плаксиво отозвался герцог. – Так что зря вы меня держите связанным.

– Ты лишен подвижности не потому, что поддался на провокации врагов, – наставительно произнес Маркеш, не оборачиваясь, – а за покушение на мою жизнь. Мог бы рассказать, что с тобой случилось, я бы понял. Но ты подло пытался убить меня со спины.

Я содрогнулась, представив, что было бы, окажись Теммер чуточку ловчее.

Мне бы тогда точно не удалось вернуться в этот мир. Да и зачем? Мы бы, возможно, встретились с Маркешем в темном царстве. Если бы смогли друг друга найти в его бескрайних просторах.

– Тяжело, когда друг оказывается предателем, – тихо сказала я, взяв Маркеша за руку.

– Положительных впечатлений у меня сейчас куда больше, поверь, отозвался король. И так улыбнулся, что у меня к щекам кровь прилила. Его взгляды говорили куда больше слов.

Летающая платформа за считанные часы преодолевала расстояния, которые у всадников занимали целые дни.

Правда, мы летели уже вторые сутки. Занимался рассвет. Маркеш обещал, что мы окажемся в Эльдемии сегодня к вечеру.

Ночью было свежо, спали мы в специальных мешках с обогревом, но все равно чувствовалось, что это улица, а не опочивальня.

Рядом с Маркешем я смогла уснуть и выспаться. И теперь я знала, почему. Король – мой истинный суженый и лишь рядом с ним я могу нормально спать. Хочется верить, что этот эффект когда-нибудь пройдет. Ведь если Маркешу придется отправиться в поход или на охоту, я тогда буду маяться бессонницей.

– Пощадите меня, король! – канючил Теммер. – И ты, Розмари! Я просто хотел быть особенным, поэтому притворился твоей истинной парой.

– И теперь ты просто особенный гад, – сообщила я ему.

– Я разберусь на месте, что с тобой сделать, – пообещал Маркеш, – одно могу сказать, твою семью я, разумеется, спасу. Даже если мне придется разнести Ифендорию в щепки. Прости, Розмари.

Я только вздохнула.

Мы пообедали в воздухе, а через пару часов платформа пошла на снижение.

Под нами была Эльдемия. Королевство, которым правил Маркеш.

– Кажется, нас встречают демонстрацией, – нахмурился король.

И точно, я увидела людское море. А когда мы спустились еще ниже, поняла, что демонстранты держат очень знакомые мне флаги.

– Что это за эмблемы? – удивился Маркеш.

– Это же герб Ифендории! – воскликнула я.

– Правда? Вероятно, он принадлежит дому Лефенторов, Розмари! Потому что у Дерликса  Бравура флаг другой.

С волнением я ждала, когда платформа коснется земли.

Нас тут же окружили воины короля Маркеша, отрезая от толпы с эмблемами Лефенторов.

– Мы пока не знаем, чего от них можно ожидать, – сказал Маркеш.

Двое стражников повели покорного Теммера, которого король велел бросить в темницу.

– Теммер! – услышали мы женский голос из толпы.

– Мама? – изумленно воскликнул герцог. – Разве ты не в плену у Бравуров?

– Нет конечно, – к нам пробилась женщина средних лет, удивительно похожая на Теммера, – мы ждали твоего возвращения дома.

– Меня обманули! – горестно взвыл Теммер.

– Сочувствую, – буркнул Маркеш, – но наказание отменять не собираюсь. Простите, мадам Безард, ваш сын по глупости стал государственным преступником.

Маркеш подал мне руку и повел по живому коридору, образованному его охраной.

Вот значит как, спасать родню Теммера не придется, потому что известие шантажистов оказалось ложным.

– Королева Лефентор вернулась! – раздался вдруг мощный мужской голос из толпы.

– Это она! – подхватили другие.

– Слава Розмари Лефентор!

– С ней в Ифендорию вернется процветание.

– Что происходит? – смутилась и удивилась я.

– Кажется, эта делегация прибыла, чтобы приветствовать свою королеву, – рассмеялся вдруг Маркеш, – ты загадала возвращение домой на Новогодье. И вот, твой дом за тобой пришел сам. Ко мне.

– Слава королеве Розмари! – вопила толпа.

– Расступитесь, дайте пройти! – зычно кричали охранники.

Продвигаться становилось все труднее. И Маркешу пришлось действовать.

Он сделал несколько пассов руками, очертив огненные знаки, затем коснулся своего рта.

А когда заговорил, его голос разносился с многократным усилением:

– Гости из Ифендории! Говорит Маркеш, король Эльдемии. Принцесса Розмари устала с дороги. Она отдохнет в моем дворце и уже завтра утром выступит перед вами на главной площади. Пока вы можете разойтись и провести ночь в гостиницах или лагере, если вы его разбили. Вашей королевой Розмари станет только после официальной церемонии.

Толпа гудела, аплодировала, кричала. Но нам дали дойти до экипажа.

– Приведите ко мне главного в этой делегации, – распорядился Маркеш, когда мы садились в карету.

Наконец, двери закрылись и мы остались вдвоем.

Король повернулся ко мне.

– Я могу вернуться домой? – спросила, чувствуя, как дрогнул голос.

Вместо ответа он меня поцеловал.

А потом еще и еще.

И мне вдруг тоже расхотелось безотлагательно решать насущные вопросы.

Когда мы, задыхаясь, оторвались друг от друга, я спросила:

– Каменный оракул ошибся насчет тебя? Когда сказал, что мой суженый любил меня всю жизнь?

Маркеш улыбнулся. И кажется, смутился.

– Нет, это правда, – сказал он хрипло,с  усилием, – я влюбился в тебя, увидев на портрете. И мечтал о тебе всегда. Видел во снах. Ты – мое самое большое желание в этой жизни, Розмари. Конечно, ты можешь вернуться в Ифендорию, раз, судя по всему, там тебя ждут. Но даже будь ты изгнанной принцессой, я хочу быть с тобой.

– Если мы можем быть вместе, если я останусь на бобах, я готова отказаться от королевства, – я прижалась щекой к груди Маркеша, слушая его сердце.

– Не нужно таких жертв, – заверил меня король, – как только ты придешь в себя с дороги, я сделаю тебе предложение.

– Не думаю, что смогу ждать так долго, – я посмотрела ему в глаза. И увидела в них счастье.

– Тогда скажи прямо сейчас, Розмари Лефентор. Выйдешь ли ты за меня, чтобы стать моей королевой?

– Да, – прошептала я.

И другие слова нам пока что не понадобились.

ЭПИЛОГ

– Когда я вырасту, буду водить поезд! – заявил наш трехлетний сын Эммет, с восторгом глядя, как убегает по рельсам проворная серебристая гусеница. Пять вагончиков, сцепленных вместе и локомотив на магической тяге.

Это чудо техники связывало теперь Ифендорию с Эльдемией. Нам необходимы были надежные и быстрые пути сообщения между нашими королевствами. А воздушные платформы слишком дорогие, малой вместимости и ненадежные, слишком зависят от погоды.

Рельсы прокладывали почти целый год, а когда запустили железную дорогу, устроили праздник.

Теперь я могла навещать родное королевство несколько раз в месяц. А все остальное время контролировала происходящее через своих министров.

Маркеш отказался брать на себя правящие функции в Ифендории, говоря, что это мое королевство, а он женился на мне, а не на приданом. Но дать совет никогда не отказывался.

Честно говоря, страшновато было примерять на себя корону. И возможно, я бы добровольно отреклась от престола, если бы не мой народ.

Эти горящие энтузиазмом люди устроили переворот и свергли Бравура, когда узнали, что я пробудилась.

Увы, к тому времени Дерликс уже успел открыть на меня охоту. Когда мы восстанавливали хронологию всего произошедшего, выяснилось – шантажировать Теммера люди Дерликса Бравура стали, уже когда он слетел с престола.

Бывший король-самозванец решил, что если он меня уничтожит, то вернет себе трон, так как других вариантов-то и нет больше.

Маркеш объявил Бравура в розыск, и его довольно быстро доставили к его двору.

Меня провозгласили королевой Ифендории, Розмари Первой, а Дерликс вместе с его приспешниками и Теммером Безардом предстали перед судом. Все получили пожизненное заключение на магической островной тюрьме. Закрытое поселение, удаленное от всего мира.

Мать Теммера постоянно подавала прошения о помиловании. И Маркеш подумывал одно из них когда-нибудь удовлетворить, если бывший герцог будет себя хорошо вести.

– Королям не положено водить поезда, – строго сказал Маркеш, подхватывая сына на руки.

– Тогда я отказываюсь быть королем! – насупился малыш Эммет. И в этот момент он как никогда был похож на своего отца.

– Давайте оставим этот вопрос на будущее, – попросила я.

Честно говоря, устала с дороги. Нас с Эмметом доставили специальным составом из Ифендории. Я как раз ездила встретиться с министрами и выйти к народу для ежегодного предновогоднего поздравления.

Подбежавшая нянька проворно вытащила из рук Маркеша принца Эммета и радостно тетешкая, побежала с ним ко дворцу.

– Я уже взрослый! – отбивался сынок. – И скоро буду водителем поезда.

– У нас резкая нехватка монархов, а он в водители собрался, – вздохнул Маркеш, обнимая меня за плечи.

– Почему нехватка? – не поняла я.

– Сама подумай, – хмыкнул муж, – королевства у нас два, а ребенок все еще один. Но у меня есть наилучший способ решения проблемы.

Он сильнее меня прижал.

Мы шли по аллее перед дворцом, заснеженные деревья кидались в нас белыми хлопьями.

– Сразу после ужина займемся вторым наследником.

– Долго придумывал? – я засмеялась, но все равно чуточку смутилась, хоть и не первый год замужем за Маркешем.

– Все три дня, пока вас не было, – сообщил король, – созывал министров и выносил все варианты на голосование парламента. И мы сошлись на этом.

– Маркеш! – я стукнула его по плечу. – Ты шутишь?

– Разве с такими вещами, как престолонаследие, можно шутить? – мой обычно суровый муж еле сдерживал смех.

Но потом все же сдался и просто сказал:

– Я скучал, Розмари. День без тебя – это пустая вечность. А три дня – втрое больше пустых вечностей.

– Мне тебя тоже не хватало, – я прижалась к мужу, – и хоть сон восстановился, все равно без тебя я сплю беспокойно и все время подскакиваю. Наконец-то высплюсь.

– Не сегодня! – заявил Маркеш, легко подхватывая меня на руки.

Мы уже добрались до дворцового крыльца.

– На эту ночь у меня другие планы, моя неспящая красавица!