Текст книги "Дорога в космос (СИ)"

Автор книги: mrSecond

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 13 страниц)

– А как же тогда мы станем продавать травки и всё прочее? – вновь подала голос Торопова. – Это к нам внимания не привлечёт?

– Не привлечёт, – вступила в разговор баба Зина. – Скорее, наоборот, даст какое-никакое прикрытие. Объяснит, почему мы хорошо выглядим, и откуда у нас деньги. А денег понадобится чертовски много. Хорошие документы стоят дорого.

Мухина, всё время сидевшая молча, уставившись глазами в стол, вдруг подняла голову:

– Чтобы начать добывать деньги, тебе, Зина, нужно слетать в Канаду. На это нужны деньги. А раньше весны мы их не добудем.

– Вообще-то говоря, – вмешалась Элеонора, – мы уже сейчас можем начать что-то делать. У нас появилось некоторое количество свободных средств. На поездку в Канаду не хватит, а вот на то, чтобы закупить в аптеках всяческую траву, вполне. Заказать упаковку, придумать логотип, зарегистрировать фирму, открыть торговое место где-нибудь на маркетплейсе. И потихоньку начать привлекать клиентов. А как Зиночка вернётся с добычей, разворачивать производство.

– А сколько нужно на поездку? – уточнила Клава.

К этому вопросу баба Зина была готова:

– Тысяч двести на билеты туда-обратно, и ещё по меньшей мере столько же на то, чтобы там жить, ездить по стране, искать эту лабораторию. В идеале – около миллиона, чтобы можно было не слишком зажиматься там, за океаном. Ну и приодеться тоже придётся. Это не в Карелию съездить, флисовой пижамы будет мало.

Мухина тяжело вздохнула, потом, закаменев лицом, махнула рукой:

– Продадим «лендровер». За него, да в том состоянии, что сейчас, сходу три миллиона предлагают. Сразу и на поездку деньги появятся, и на бизнес, и на все прочие мелкие траты, которые пока придерживаем.

– Да как же это? – всплеснула руками Торопова. – Ты ведь столько в эту машину вложила!

– Ничего, девчонки, – снова вздохнула Клава. – Я решила, пусть будет так.

– Слушай, Клава, – вдруг сказала баба Зина, – три миллиона – это много. Больше, чем нам нужно прямо сейчас.

– Да-да, – подтвердила Элеонора.

– Так, может, треть этих денег потратить на то, чтобы купить какую-нибудь подходящую машину? Ты ведь, Клава, сможешь подобрать что-то подходящее?

Тут у бабы Зины разыгралась фантазия:

– А вообще это может быть неплохим доходом: покупать редкие подержанные машины, восстанавливать их и продавать. А для себя взять что-нибудь недорогое, специально для всяких поездок. У нас в гараж две машины войдёт?

Лицо Мухиной смягчилось:

– Можно, конечно. Я… Конечно, я возьмусь! Элик, поможешь поискать подходящий вариант?

– Разумеется, – ответил Помощник. – Могу также предложить выставить реставрированный автомобиль на аукцион. По моим предположениям, в этом случае выручка от продажи станет существенно выше, даже с учётом выплат аукционной площадке.

Глава 16

Так уж случилось, что баба Зина никогда прежде не летала самолётом. Никаких мрачных предчувствий этот факт у неё не вызывал, но известная доля опасений всё же имелась. Рассказами об аэрофлотовских косяках полнится что интернет, что народная молва. Опять же, хорошо помнилась поездка в Карелию, а потому в аэропорт Елизаветинска она приехала загодя.

Провожали её всем скопом. Загрузились в небольшой японский микроавтобус, специально купленный для разъездов, и прикатили. Подруги пожелали Зиночке счастливого пути, помахали руками на прощание и отправились обратно. Побыли бы ещё, но в аэропорту дело с парковками поставлено строго: занимаешь место больше получаса – изволь денежки платить.

Девочки уехали, а до начала регистрации оставалось изрядно времени. Зинаида Михайловна выяснила, на какой стойке будет проходить регистрация, и нашла неподалёку свободное кресло. Стоять полчаса, а то и весь час, подпирая стенку, нисколько не хотелось.

Баба Зина уселась, рюкзачок с Эликом поставила на колени. Спать она не собиралась, но на всякий случай продела руку в ремни. Уроки предыдущего путешествия усвоились крепко-накрепко.

И вот она села, устроилась поудобнее, позволила себе расслабиться. И сразу же, без повода и без сознательных усилий, потянулись в памяти события последнего месяца. А событий за это время случилось немало.

После принятия Клавой Мухиной судьбоносного решения, события понеслись стремительно, на скорости не менее второй космической. «Лендровер» выставили на аукцион, и он ушел буквально в драку, за сумму вдвое больше ожидаемой. Оказалось, это была какая-то специальная ограниченная серия, и коллекционеры не вцеплялись друг другу в бороды и волосы только потому, что торги проходили в Интернете.

Деньги свалились на четверых старушек настолько неожиданно, что первые несколько минут прошли молча. Просто никто не мог даже придумать, что можно по этому поводу сказать. Открывали рот и тут же закрывали обратно, чтобы не выдать какую-нибудь глупость.

Так и сидели, изображая четырех выброшенных на берег рыбёшек. Наконец, Эля Торопова справилась с собой и заявила:

– Зина, ты должна ехать в Канаду как можно быстрее.

– Но ведь я ещё не готова, – попыталась возразить баба Зина.

Она за границей никогда не была. Даже в молодости, когда изрядно покаталась по стране. Потому некая робость перед столь дальним вояжем имелась. Но отговорка не прошла.

– Раз не готова, значит, надо активнее готовиться, – припечатала Перепрыгина. – Вот завтра с утра и начнёшь, а мы поможем.

И началось.

С утра и до дня отъезда баба Зина жила в режиме не то дурдома, не то перманентного аврала. Весь наладившийся было ритм жизни полетел к чертям. Правда, её избавили от дежурств по кухне, зато физкультуры стало втрое больше. Английского – тоже.

Работу Зинаида Михайловна не бросала из принципа, и приноровилась обрабатывать тексты в любой мало-мальски пригодной обстановке. Каким-то образом Элик вставил в её ноутбук энергетический модуль от разобранного зонда, и теперь он мог заряжаться от любого источника, даже от скрытой в стене проводки. А если без подзарядки, то хитрой батареи на неизвестных Земле принципах могло хватить на месяц непрерывной работы.

Но перемены случились не только у Зинаиды Михайловны. После аукциона не прошло и недели, как в гараже прописались две других машины: здоровенный американский кабриолет шестидесятых годов и крошечный японский микроавтобус.

Кабриолет притащили на буксире, и Клава Мухина принялась разбирать его на отдельные детали, как давеча «лендровер». А микроавтобус приехал сам и притащил за собой тот самый кабриолет.

Американец впечатлял: размеры, обилие хрома, просторный салон с роскошной отделкой, видимая невооруженным взглядом «настоящая американская мощь». Опять же, необычный дизайн, для нынешних времён одновременно устаревший и футуристический, притягивал взгляд.

У японца помимо скромных габаритов было два могучих плюса: проходимость не хуже, чем у светлой памяти «лендровера» и потрясающая экономичность. А за скоростью Клава не гналась.

Конечно, большую часть времени Мухина отдавала кабриолету: всё же, эта работа сулила немалые деньги. Но микроавтобусу тоже уделяла толику внимания, что-то в нём постоянно подкручивая, заменяя и регулируя.

Настя Перепрыгина теперь ходила в лес не с голыми руками, а с честно зарегистрированным ружьём. И в первый же день вернулась с добычей: принесла двух зайцев. Лично освежевала, лично выколупала из туш дробины и, гордая, пошла переснаряжать стреляные патроны.

А Эле Тороповой пришлось тяжелее всех: на неё упало почти постоянное дежурство по кухне. Не сказать, что это было так уж тяжело: посуду мыла специальная машина. Оставалось лишь придумать меню и приготовить. Но всё дело в том, что готовить Элечка не умела и потому не любила. Кое-как справлялась, конечно, но былое разнообразие исчезло. Еда была съедобной, но и только. Бабки, конечно, повздыхали, но деваться некуда: бывало и хуже.

И вот примерно через месяц усиленных занятий Торопова заявила, что баба Зина вполне готова общаться с канадцами. По крайней мере, сумеет объясниться на основные темы. И на всякий случай подкинула русско-английский разговорник. Элик поддержал Элеонору: доложил, что физические кондиции бабули вполне позволят совершить перелёт через океан.

И тут бурление жизни в отдельно взятом доме достигло своего апогея.

Загранпаспорт был предусмотрительно оформлен ещё месяц назад. Некоторая заминка произошла с визами, но разрешилась в течение недели. Что же до билетов, то купили их мгновенно, едва только решился вопрос с визами. И гостиницу забронировали в пять минут.

Прямых рейсов не нашлось, и лететь предстояло с пересадкой в Бостоне. Но теперь Зинаиду Михайловну это не страшило. Она спокойно, без одышки одолела бы и пятьдесят ступеней, а не три, как в вагоне поезда.

Воспоминания прервал приятный женский голос, объявивший начало регистрации. Девушка повторила сообщение по-английски, и баба Зина с удивлением обнаружила, что вполне поняла сказанное. Это потрясающее открытие вдруг её успокоило. Поняла сейчас, поймёт и в следующий раз. И, значит, не заблудится, не потеряется и свой самолёт не пропустит.

Путешественница, похвалив себя за предусмотрительность, оказалась у стойки в числе первых. Она без проблем прошла регистрацию, сдала в багаж небольшой чемодан и с рюкзачком встала у выхода на посадку. Поднялась по трапу-рукаву и сразу оказалась в салоне самолёта.

Снаружи, через огромные окна аэропорта, самолёт выглядел необыкновенной, чудесной машиной. А изнутри огромная туша «Airbus-320» оказалась похожа на рейсовый автобус. Или на теплоход «Ракета», разве что сиденья поудобнее. Почти то же самое, что и виденное в кино.

Место бабе Зине досталось у иллюминатора. Поначалу было интересно: взлёт, вид земли сверху, а потом лайнер ушел в облака и стало скучно. Путешественница вздохнула и достала из рюкзачка ноутбук. Открыла, включила и углубилась в работу.

Отрывалась от ноутбука баба Зина дважды: один раз – когда симпатичная стюардесса принесла обед. И второй – когда в Бостоне пассажиров на час вывели из самолёта для заправки. А ещё через час аэробус приземлился в аэропорту Торонто.

Никаких проблем с таможней не предвиделось: Элик взлетел под потолок зала, а в ноутбуке никакие сканеры не смогли бы обнаружить ничего необычного. Декларация тоже не вызвала трудностей, и уже через четверть часа баба Зина сидела в такси. Показала водителю листок бумаги с адресом гостиницы, и ещё через четверть часа улыбчивый служитель внёс её чемодан в небольшой уютный номер.

* * *

По коридору простучали уверенные шаги, щелкнул электронный замок и на пороге появился начальник исследовательского центра Эндрю Бедард. Оглядев помещение, он вошел, плотно закрыл за собой дверь и опустился за стол напротив хозяина лаборатории, доктора математики Фила Морина.

– Ну что, док, – спросил он, доставая сигарету, – есть новости?

– Моя учёная степень, – скривился Морин, – в нынешнем вопросе нисколько не помогла. Никаких изменений, объект молчит. Можешь взглянуть.

Он, не глядя махнул рукой за спину. Туда, где на стене пылился здоровенный монитор, подключенный к камерам слежения за объектом. Экран вот уже несколько месяцев показывал одно и то же: абсолютно пустая комната и висящий в её центре чёрный шар сантиметров двадцать в диаметре. Смотреть было не на что.

– Ещё идеи остались?

Фил снова скривился. Не то от вопроса, не то от запаха дешевого табака, который неизменно курил Бедард последние лет десять.

– Остались… Сам ведь знаешь! Все способы неразрушающего воздействия испробованы. Все виды волн от акустических до электромагнитных применены. Все частоты, модуляции, комбинации – всё проверено. Читал ведь отчёты!

– Читал, – отмахнулся начальник и стряхнул сигаретный пепел прямо Филу на стол. – Почему и спрашиваю: есть ещё идеи?

– Есть, – признался Морин, – но потребуются деньги.

Эндрю тут же подобрался, превратившись в натурального делового хищника:

– Сколько?

– Миллионов пятьдесят, – бахнул Фил по максимуму и уточнил: – Долларов. Американских.

Бедард присвистнул:

– Куда тебе этакую прорву?

– На космический полёт. Возможно, на шар подействует изменение гравитации. Ну и облучение всеми видами сигналов неплохо бы повторить на орбите.

– Интересная идея, – признался начальник центра. – Но денег нам на это не дадут. В общем, я зачем зашел-то…

– И зачем? – меланхолично переспросил Морин.

– Чтобы сказать, что у тебя есть три дня. Если за это время ты не родишь какую-то новую идею, подешевле космического полёта, объект заберут военные. Сейчас идут переговоры, поиски транспорта и назначение виновных – заранее, на всякий случай.

– Военные? – возмущённо подскочил Фил. – Да этим идиотам даже чугунный шар доверить нельзя, не то, что инопланетную конструкцию. Им лишь бы что-нибудь сломать! Я заранее могу представить их программу исследований: просверлить алмазным буром, распилить дисковой пилой, разрезать лазером или плазмой, расплющить молотом или взорвать ядерным зарядом. Они, кстати, запросто устроят полёт в космос.

– Разумеется, устроят, – усмехнулся Бедард.

– Ты ведь не станешь им подсказывать? – всполошился Морин.

Эндрю покровительственно махнул рукой:

– Не стану, не стану. Сядь уже и успокойся. Конечно, твой список попал почти в точку. Разве что с ядерным зарядом ты переборщил. А космос у них стоит первым пунктом. Старт на мысе Канаверал через десять дней, и они хотят успеть. Так что у тебя три дня.

Фил в отчаянии вцепился руками в собственные и без того взлохмаченные волосы:

– Энди, они ведь не остановятся, пока не угробят шарик. А ведь он отвечал! В самом начале был целый пакет сигналов, мы их перехватили, записали. Производится расшифровка…

– И что? – насмешливо перебил его Бедард, – Есть результаты? Кстати, не забудь подготовить полный пакет документации, в том числе все отчёты и все результаты расшифровки сигналов. И не вздумай что-нибудь утаить. Ты понял?

– Понял, – угрюмо буркнул Морин. – Будут тебе и отчёты, и всё остальное. Через три дня, и ни днём раньше.

– Главное, полностью, – ещё раз напомнил Эндрю. – Вояки – парни ушлые, быстро просекут, если ты сознательно умолчишь о какой-нибудь важной детали. И тогда никто тебе уже не поможет. Даже я.

Бедард затушил свою вонючую сигарету о столешницу, швырнул окурок в кучу бумаг, поднялся и вышел. Дверь прикрыл за собой аккуратно, лишь нежно щёлкнув замком. А Фил Морин остался в совершенно растрёпанных чувствах. У него забирали работу, которая могла вывести человечество на новый технологический уровень, да ещё заставляли помочь разрушению собственной мечты. Ему хотелось напиться и устроить какую-нибудь сумасшедшую выходку. И плевать на то, что он вообще не пьёт.

Фил стиснул зубы, сжал кулаки. О-о, сейчас бы он всё высказал начальнику в лицо. Всё! Хотя кого он обманывает? Ничего бы не высказал. И ничего не скажет. Соберёт отчёты, сложит в папочки результаты работы и покорно отдаст.

Кулаки разжались, зубы перестали крошить эмаль. Фил Морин, эмоционально раздавленный до состояния слизня, поднялся и поплёлся домой, не забыв при этом выключить свет и запереть дверь в лабораторию.

* * *

Эндрю Бедард ненадолго заглянул к себе в кабинет, спустился в подземный паркинг и выехал к воротам. Предъявил охраннику личность и пропуск. Тот, сверив одно с другим, отсканировал код на карточке пропуска и открыл шлагбаум.

Эндрю покатил по улицам пригорода Торонто. Остановился у магазина, купил продуктов, посидел в машине, что-то делая с телефоном. Потом заехал в небольшой уютный бар, взял кружку безалкогольного пива, посидел за дальним столом, поднялся и уехал. На этот раз не останавливался до самого дома.

Через минуту на его место в баре сел другой посетитель. Выпил пива, поднялся и ушел. И никто ничего не заметил. Ни того, что Бедард приклеил под столом на жвачу небольшую флешку. Ни того, что другой эту флешку отлепил и положил в карман. Всё прошло как нельзя лучше.

Курьер отдал флешку начальнику и ни о чём не думал. А Бедард, поглощая ужин, думал о том, что ещё немного, и он сможет уехать из этой чёртовой страны. Закончится операция с этим чёртовым шаром, он получит свои деньги и свалит куда-нибудь подальше. Туда, где тепло и яблоки. Но эти деньги предстоит ещё отработать. Вот и запись сегодняшнего разговора с Мориным пойдёт в дело. Он, конечно, парень головастый, и если сказал, что попробовал всё, значит, так оно и есть. Но ему, Бедарду, наплевать. Он выполнит свои обязательства и получит свои деньги, а там хоть трава не расти.

Глава 17

Торонто – город большой. Шумный, суетливый, яркий и пёстрый – как, наверное, любой действительно большой город. И в нём было, на что посмотреть. Так что со следующего утра баба Зина отправилась обозревать достопримечательности. В самом деле: когда ещё удастся вот так, спокойно погулять по чужому городу! Автобусную экскурсию она купит на завтрашний день. А послезавтра скатается на такси в сторону той самой лаборатории.

Не прямо туда, конечно. Мимо проедет. Медленно. Скажет таксисту – мол, скорости боится, он и покатит потихоньку. А Элик, пока мимо лаборатории ехать будут, поразведает, где и что там находится. А заодно и то, как можно добыть инопланетный артефакт. А в другой раз и с другим таксистом ей станет нехорошо, и как раз рядом с лабораторией. И пока бабушка будет прогуливаться по обочине, Помощник всё сделает. Уж электронные замки он открывает на раз.

Потом баба Зина оправится от недомогания, сядет в машину и поедет дальше. Элик полетит следом. Они ещё немного погуляют по Торонто, съездят в Оттаву, в Монреаль, и вернутся домой. А зонд, ради которого была затеяна вся эта авантюра, отправится своим ходом. У него есть какой-то свой двигатель. Он может подняться в космос и повисеть там над нужной точкой. И по сигналу спуститься в нужное место.

Город бабе Зине понравился. Она даже купила небольшой цифровой фотоаппарат и фотографировала… не то, чтобы всё подряд, но близко к этому. Потом, дома, Элик покажет всё это подругам. Те подивятся, поохают, вопросы позадают. Всё интереснее, чем смотреть сериалы. А то и сами раздухарятся и решат куда-нибудь съездить.

Правда, Эля Торопова по заграницам накататься успела. Что с того, что лишь по Африке? Зато вдосталь. Вот Клава Мухина не бывала почти нигде. Область исколесила вдоль и поперёк – это так, а дальше не приходилось. Настя же Перепрыгина… Она ничего не рассказывала, но по случайно оброненным словечкам баба Зина догадывалась, что побывала она много где. И за границей тоже. Но всегда в числе ограниченного контингента или, как минимум, диверсионной группы. Может, и захочет прокатиться вот так же, вольной туристкой.

На автобусе кататься было интересно. К тому же, в середине дня туристов пересадили на теплоходик и прокатили по гавани Торонто. На море баба Зина в молодости бывала, но в порту, тем более, в таком большом – никогда. И она вместе с остальными глазела на портовые краны, на громадные пассажирские лайнеры, на чёрные с потёками ржавчины сухогрузы, на длинные и плоские танкеры, на юркие буксиры – на всё то, что составляет парадную картину порта, его фасад.

Но свободная прогулка пешком понравилась намного больше. Вдруг оказалось, что того бедного и довольно примитивного словарного запаса, что успела накопить Зинаида Михайловна, вполне достаточно, чтобы понимать людей. По крайней мере, большую часть сказанного. Оказалось, что и её понимают. По крайней мере, в кафе, куда она зашла передохнуть и перекусить, никто ни разу не переспросил. И принесли ровно то, что клиентка и заказала.

И баба Зина кушала какую-то еду, пила какой-то не то чай, не то кофе, и получала неимоверное наслаждение от самого факта того, что она это может сделать. Что сама выбрала и время, и место, и блюдо. И что вокруг масса незнакомых людей, которым на неё плевать. Да и ей, по сути, на них плевать, но это – шаг за пределы своего мира. Он был ограничен её квартиркой, той самой убогой однушкой. Потом границы расширились до площадки в подъезде. Потом – до квартала вокруг дома. А теперь в один момент распахнулись до всей планеты.

Баба Зина совершенно точно знала, что точно так же она может поехать и в Европу, и в Америку, и даже в Африку, были бы деньги. И там она так же сядет в кафе, закажет обед и кофе, и будет спокойно кушать. А вокруг всё так же будут ходить незнакомые люди, только совсем другие. И это было здорово, это восхищало и окрыляло.

Да, если у них всё получится, если выйдет с деньгами и документами, она обязательно начнёт путешествовать по миру. И кто сказал, что можно только корректировать чужие тексты? С этим справится любой мало-мальски грамотный человек. Внучка, например. А она… Почему бы ей не начать писать путевые заметки? Она наверняка смогла бы. У неё есть и стиль, и слог. И как делать не надо, она прекрасно знает.

Она сможет прекрасно заработать даже без этой аптечной аферы. А стартовый капитал появится с помощью Клавы. Баба Зина согласна стоять на подхвате, изучить потроха машин и названия инструментов. Но ремонты двинутся быстрее, и начальная сумма появится раньше.

От этих мыслей у Зинаиды Михайловны – да что там, в тот момент просто Зинки – настроение поднялось почти до уровня эйфории. Она расплатилась в кафе, поднялась и пошла по улице. Душа её пела, ноги сами собой пританцовывали, лицо и походка совершенно переменились, да так, что лишь присмотревшись, люди понимали, что почтенной леди не двадцать, а, пожалуй, все шестьдесят. А поняв, улыбались в ответ, махали руками, а один здоровенный негр с другой стороны улицы показал большой палец и парой движений продемонстрировал, что бабка ещё ого-го, и он был бы совсем не против задружить с ней организмами.

На эту пошлость и безвкусие баба Зина положила своё монументальное «фи» и продолжила прогулку, несколько сбавив, правда, накал эмоций.

В отель она вернулась на такси, и сразу договорилась с водителем, чтобы в назначенный день и час он ждал её у входа для дальней поездки. Она желает поглядеть на прославленных канадских лесорубов.

* * *

К утру третьего дня Фил Морин явно сдал. Почернел, высох, ссутулился, отчего, и так невысокий, стал почти что карликом. Никаких новых идей родить он так и не смог, и осознание этого угнетало его до крайности. Он упаковал результаты своей работы в принесённый Бедардом чемодан и защёлкнул замки.

Мозги буквально убитого горем Фила работали с перебоями. Он стал донельзя рассеянным, и, если бы не напоминание шефа, ключ от замков оставил бы в кармане штанов. Эндрю отпер доверху набитый чемодан, наугад пролистнул несколько папок и убрал всё на место.

– Вот контейнер, – кивнул он на стоящий в углу кофр. – Иди, пакуй подопечного.

Морин взял кофр. Нужно было поймать им висящий в воздухе шар. Он набрал код, приложил к замку свою карточку и тяжелая бронированная дверь открылась. Ученый шагнул вперёд. Первая дверь плавно вернулась на место, зато другая, внутренняя, отворилась.

Первое время Фил часто приходил сюда. Пытался разговаривать с шаром, произносил проникновенные монологи – без толку. Артефакт висел точно в центре комнаты, безмолвный и безучастный. Сейчас начальник лаборатории швырнул на пол кофр, уселся на крышку и воззрился на объект своих исследований. Несколько минут он сидел так, а потом резко поднялся, открыл контейнер и прежде, чем упаковать в него добычу, зло бросил:

– Всё, ты добился своего. Теперь тебы отправт военным. Уж они найдут способ выпустить тебе потроха.

И в тот же момент ожил индикатор сигнала. Фил выронил контейнер и бросился назад.

– Энди! – ворвался он к начальнику. – Энди, он мне ответил!

– Кто «он»? – Бедард сделал вид, что не понял.

– Шар, наш объект. Я выдал ему прощальную речь, а он в ответ – пакет сигналов на прежней частоте. Теперь расшифровка пойдёт вдвое быстрее!

– Поздно, – с сожалением пожал плечами Эндрю. – Если бы это случилось хоть вчера, можно было бы попытаться отменить передачу. Или, хотя бы, отложить её и дать тебе время. А теперь машина уже ожидает у дверей, твои материалы лежат в багажнике. Пакуй своего приятеля и отправляй. А я обещаю, что следующую неделю ты будешь расшифровывать сигналы. И если будет хоть малейший прогресс, пойдёт речь о том, чтобы вернуть объект к нам. Постарайся, чтобы вояки не успели выпотрошить шарик прежде, чем ты сумеешь взломать ему мозги.

Приунывший Морин побрёл в комнату к шару. Засунул объект в контейнер, закрыл крышку. А нажать кнопку глушения радиосигнала забыл. Очень уж был расстроен перспективами.

Офицер вышел из машины, принял чемодан, ключ от него и кофр. Осмотрел снаружи, опечатал своей печатью, поставил отметку в ведомости: время получения груза. Дал расписаться Филу, поставил свою подпись. Загрузил всё в машину, сел сам и отправился по маршруту. А Эндрю Бедард, увидев из окна, как отъехала машина, отправил на известный ему адрес короткое условное сообщение и тут же удалил переписку. Телефон он выбросит чуть позже.

* * *

У бабы Зины всё шло по плану.

Такси потихоньку, километров семьдесят в час, катило по шоссе на северо-запад. Элик в режиме невидимости примагнитился к багажнику. В нужный, точно рассчитанный момент отлепился, сделал быстрый облёт территории, и вернулся прежде, чем такси удалилось на километр.

– Зонд собираются перевозить, – доложил он. – Новая группа исследователей будет пытаться его разрушить. Требуется перехват.

– Что требуется от меня? – спросила баба Зина.

Волнения у неё почти не было. Спокойный деловой настрой.

– Находиться в километре от машины с зондом. Остальное я сделаю сам.

Сам, так сам. Нашим легче.

Машина с контейнером, в который запихали чёрный шар, выехала с территории базы минут через пять. Еще через пять догнала медленно ползущее такси. Какое-то время тянулось позади, потом водитель включил сирену. Таксист сразу же дисциплинированно ушел на обочину, пропуская армейского перевозчика, и тут же вернулся на трассу.

– Нужно ехать побыстрее? – уточнила баба Зина.

– Ни к чему, – ответил Помощник. Замки я уже разблокировал, и подключился к зонду. Теперь расстояние значения не играет. В ближайшее время на машину произойдёт нападение, тогда я отдам команду зонду на передислокацию.

Что ж, пусть будет так. Зинаида Михайловна поймала себя на том, что вся операция проходит как-тона редкость буднично. Проехали мимо лаборатории, недолго предводительствовала машине перевозчика. А теперь и вовсе сиди, жди результатов.

Машины шли не так, чтобы сплошным потоком, но препятствий хватало. Вот впереди раскорячился здоровенный восемнадцатиколёсник. Дорога шла в гору, большегруз начал замедляться. Видать, и в Канаде любят нагрузить на машину побольше. Едущий следом перевозчик мог сколько угодно включать свою сирену. До самого конца подъёма тягач никуда не денется, и хочешь ты или не хочешь, а придётся за ним тащиться.

Тут и появилось на сцене новое действующее лицо. Мощный пикап буквально взлетел по косогору с проходящей параллельно грунтовки, и раздались выстрелы.

Такси с бабой Зиной почти догнало и восемнадцатиколёсник, и машину перевозчиков. И всё это происходило буквально на глазах. Обстрелянная машина вильнула, вылетела с дороги и понеслась вниз по склону. В ответ прозвучал единственный выстрел, зато он оказался до крайности удачным. Неизвестно, рассчитывали на это нападавшие или нет, но пуля буквально взорвала правое переднее колесо пикапа. И дальше он уже не ехал, а кувыркался вниз по склону.

Движение на шоссе замерло. И тут баба Зина услышала голос Элика:

– У ящика механическая защёлка, её нужно открыть.

Долго размышлять она не стала. Отстегнула ремень, распахнула дверцу, объявила таксисту:

– Надо посмотреть, можно ли помочь парням.

И вышла из машины.

– Но мадам! – донеслось ей вслед.

Дисциплинированные люди запада знают: всё должны делать специалисты. Лечить – врачи, спасать – спасатели, чинить водопровод – сантехники, колёса менять – колёсники. То есть, менялы. То есть… Ну да: если каждый начнёт сам ремонтировать себе водопровод, дипломированные сантехники пойдут по миру с протянутой рукой!

Вот только баба Зина была из другой страны и другого времени. Пока ещё приедет скорая, пока пробьётся через пробку. А люди тем временем элементарно кровью истекут, и спасать уже будет некого.

Впрочем, они в любом случае не успели бы. Водитель убит наповал, сопровождающий умер практически на глазах у бабки. Правда, она смогла нажать нужную клавишу. Крышка кофра приподнялась, и этого было вполне достаточно.

Что же до нападавших, то к ним Зинаида Михайловна подходить не стала. Пальнут сгоряча, и привет. Тут уж точно: пусть этим занимаются специалисты. У них, по крайней мере, оружие и бронежилеты.

Баба Зина поднималась наверх, к дороге и не видела, как откинулась крышка кофра, как из неё вылетел чёрный шар сантиметров двадцати в диаметре, через разбитое стекло покинул машину и, стремительно набрав скорость, ушел в зенит. Впрочем, это мало кто видел.

– Что там? – спросил любопытный таксист.

– Все умерли, – сообщила пассажирка, – можно ехать дальше.

– Никак нельзя, – отрицательно помотал головой водитель. – Нужно дождаться полиции, они опросят всех свидетелей…

– Нельзя оставаться! – тут же прозвучал голос Помощника. – Переходите на другую сторону дороги и ловите попутку.

Баба Зина так и сделала. Вышла из машины в пригороде Торонто, тут же села в первое попавшееся такси и отправилась в аэропорт. Даже вещи из отеля забирать не стала. Элик очень уж на этом настаивал.

Едва бабушка села в такси, как Помощник уже забронировал билет на ближайший рейс. Пробок впереди не ожидалось, так что уже минут через сорок баба Зина покинула бы гостеприимную канадскую землю.

Таксист попался разговорчивый.

– Вы слышали, что сегодня произошло на северо-западе? Представляете? Перестрелка, прямо на шоссе. Куча трупов, асфальт покраснел от крови. Одна машина скатилась с дороги, так убийцы не поленились спуститься следом и добить. Какой кошмар! В каком страшном мире мы живём!

Баба Зина слушала, кивала, охала в нужных местах и думала о том, что Элик совершенно прав. Если даже таксисты болтают о том, что она застрелила тех парней, то надо уматывать, и как можно быстрее.

Когда Зинаида Михайловна добралась до аэропорта, регистрация на рейс уже началась. Она выкупила свой билет, быстро прошла мимо улыбчивой девушки к трапу, поднялась в самолёт и устроилась в кресле. На этот раз ей досталось место в среднем ряду, вдали от иллюминаторов. Наверное, это даже лучше, после сегодняшнего стресса хотелось вздремнуть.

Так она и сделала: едва самолёт оторвался от земли и набрал высоту, как баба Зина откинула спинку кресла и задремала.

Проснулась баба Зина от того, что самолёт накренился. Тут же по трансляции раздался голос командира экипажа: