Текст книги "Найди пару (ЛП)"

Автор книги: morriganmercy

сообщить о нарушении

Текущая страница: 10 (всего у книги 22 страниц)

Драко одобрительно хмыкнул, пальцами свободно пробежав по груди. То, как он дразнил её соски под тканью, стоя перед ней на коленях, оставаясь всё так же в этом грёбаном чёрном галстуке, было настолько чертовски горячо, что она чувствовала, как её мозг рискует расплавиться.

Он целовал её клитор так же, как целовал её губы: медленно и откровенно. Касание за касанием, лёгкое посасывание и нажим языка. Гермиона на секунду задумалась, стоит ли ей смутиться, что она кончит уже меньше, чем через минуту.

Эта мысль быстро испарилась, как только он ввёл в неё палец, слегка согнув его.

– О боже, вот так, – выпалила она, сжимая рукой его затылок. Гермиона вдруг вспомнила, что в прошлый раз в этом положении Драко не позволил ей кончить.

– Пожалуйста, не останавливайся, – умоляла она, совершенно уверенная, что однозначно умрёт, если он сделает это снова.

В ответ Драко двинул пальцем, подстраивая ритм под движение языка. Её бедра инстинктивно качнулись, и приятное покалывание распространилось по всему телу. Гермиона почувствовала внезапный всплеск невероятного возбуждения – она собиралась испытать лучший оргазм в своей жизни.

Она накрыла его руку на груди своей и прикрыла глаза, отдаваясь ощущениям. Каждое прикосновение к соску, каждое движение губ, каждый толчок пальцев. Всё было в одном ритме, как инструменты в оркестре, и она могла лишь отсчитывать удары до крещендо.

Гермиона закричала, когда волна наслаждения прокатилась по всему телу. Она качнула бёдрами, прижимаясь клитором к его языку и отдаваясь наслаждению, сравнимому с удовольствием от обеда из десяти блюд. Её крики сменились лёгким хныканьем, когда Драко замедлился, и она лениво улыбнулась при мысли, что он прочувствовал каждый импульс.

Она откинула голову в сторону, наблюдая, как он отстраняется, облизывая губы и пальцы. Встав в полный рост, он показался невероятно высоким, и Гермиона понимала, что ей, вероятно, следует сесть, но сил не было.

Она проследила за ним взглядом, и он ухмыльнулся.

– И это всё, Грейнджер?

– Нет, – обессиленно ответила она, задержав на нём взгляд. – Просто… не могу двигаться… пока.

– Очень хорошо, – сказал Драко, поднимая руку, чтобы ослабить галстук. – Значит, мне придётся начать без тебя.

Она громко выдохнула, когда он протянул конец галстука через узел и отбросил его в сторону, не прерывая зрительный контакт. Его глаза сверкнули, и, пока Драко медленно расстёгивал рубашку, Гермиона поедала глазами каждый сантиметр открывающейся кожи. Она снова почувствовала зарождающееся возбуждение, стоило ему медленно провести пальцами по верхней части груди, стягивая рубашку с плеч.

Удерживая её взгляд, Драко потянулся вниз, чтобы расстегнуть ремень, и звук молнии заставил её рот наполниться слюной. Она инстинктивно облизала губы, и его ухмылка стала шире.

– Ты что-то хочешь, Грейнджер? – его голос был низким и хриплым от возбуждения.

Гермиона кивнула, не доверяя тому, что может сказать. Каждая унция концентрации была потрачена на то, чтобы увидеть Драко Малфоя, раздевающегося для неё в её гостиной.

Драко разом снял брюки и боксеры. Он взял член в руку и медленно провёл по всей длине, внимательно наблюдая за Гермионой.

С приоткрытым ртом она смотрела, как мышцы его руки и груди пульсируют при этих движениях, и чувствовала, как становится влажнее с каждым ударом. Резкий всплеск возбуждения снова прошёлся по каждой клеточке её тела.

Гермиона позволила глазам бесстыдно изучать каждую его черту, которую она не оценила должным образом в их первый раз. Чёткие линии мышц там, где колено переходило в бедро. Она никогда раньше не обращала внимания на чьи-то колени, но эти угловатые впадинки заставили её голову закружиться. Пальцы дёрнулись от желания прикоснуться к нему. Драко самодовольно хмыкнул, и наконец она смогла пошевелиться.

Гермиона села и потянулась вперёд, проводя пальцами по его бёдрам. На ногах были волосы. Ну, конечно же, были. Почему бы им не быть? Однако во всех фантазиях эту деталь её мозг упускал. Очередное подтверждение, что всё происходит на самом деле.

Она притянула его ближе.

– Могу ли я поцеловать тебя здесь? – вернула она его же фразу, позволяя дыханию коснуться головки члена.

Драко кивнул, и она широко раскрыла рот. Гермиона осторожно двинулась вперёд, скользя языком, пока губы не коснулись руки. Он простонал от удовольствия, когда она закрыла рот и втянула его. Гермиона отстранилась и опустилась снова, смыкая губы сильнее. Драко запустил руку ей в волосы и прижал к себе. Должно быть, это получилось непроизвольно, потому что он тут же попытался отпрянуть, но она усилила хватку и потянула его вперёд, подстраиваясь под ритм, который он установил.

– Блядь, – крикнул он, когда Гермиона взяла его руку и положила обратно себе на голову. Он впился пальцами в кожу, и она слегка простонала. Этот звук, по-видимому, стал неким толчком, потому что с его губ посыпалась похвала:

– О чёрт, как же ты хороша… такая хорошая девочка… как же хорошо ты выглядишь, когда сосёшь член.

Гермиона стонала от удовольствия при каждой новой фразе, и эти звуки только продолжали подстёгивать его.

– Ты такая хорошая девочка для меня… такой красивый ротик… ты так совершенна на моём члене.

Каждое слово посылало новый импульс, и Гермиона чувствовала, как кожа дивана становится скользкой. Она раздвинула ноги и скользнула по нему, отчаянно нуждаясь в трении, но тут же поморщилась от ужасного хлюпающего звука.

Малфой удивлённо замер и отстранился. Он опустился на диван рядом и бесцеремонно приподнял Гермиону за талию, разворачивая её спиной к себе. Он снял с неё блузку и следом лифчик.

– Эту мокрую пизду необходимо как следует трахнуть, – прошептал он куда-то между её лопатками.

– Пожалуйста, – выпалила она, ноги затряслись от желания.

– Заклинание? – Драко затаил дыхание.

– Да, ещё до твоего прихода, – быстро ответила она.

– Блядь, – пробормотал он, уткнувшись лбом в её спину.

Драко потянул её за бёдра на себя, и они одновременно простонали, когда он вошёл. Она еле держалась в этом положении. Ноги подкашивались от предвкушения наступающего оргазма. Он отчаянно двигался, его руки скользили по бёдрам, по груди, к клитору. Гермиона выгнулась назад, прижав свою голову к его, и Драко забормотал что-то прямо ей на ухо. Фразы стали ломаться по мере того, как его темп увеличивался.

– …так хорошо… идеальная… кончи для меня…

Он дотронулся пальцами до сосков, и она закричала, когда Драко просунул язык ей в ухо.

– Нравится? – спросил он, возвращая руки к бёдрам. Гермиона смогла только проскулить в знак согласия. – Такая горячая девочка.

У неё от удовольствия кружилась голова. Каждая секунда, каждое прикосновение – напряжение росло внутри, пока она окончательно не отпустила контроль.

– Ты хочешь кончить? – задыхался он, двигаясь быстрее.

– Да, пожалуйста, да, да, – умоляла она, поднимая руки, чтобы ухватиться за его затылок.

– Я знаю, что тебе нужно, – прошептал он, прижавшись ртом к её шее. Гермиона задрожала, когда Драко опустил руку на клитор, пальцами плотнее прижимая его к члену.

– О, чёрт, д… – она была уже близко, когда он открыл рот и прикусил тонкий участок кожи. Гермиона взорвалась от силы оргазма. Она, возможно, кричала – скорее всего, кричала, – но не была до конца уверена, потому что, должно быть, на секунду потеряла сознание.

– Блядь, как ты кончаешь для меня.

Внезапно он наклонил её вперёд, и она ухватилась за журнальный столик. Декоративная ваза рухнула на пол. Теперь Драко стоял сзади, снова и снова притягивая Гермиону к себе.

Она почувствовала, как его большие пальцы прижимаются к основанию позвоночника.

– Чёрт, мне нравятся эти ямочки.

Гермиона едва успела улыбнуться, прежде чем Драко закричал, и она почувствовала горячую пульсацию, когда он кончил в неё.

Он сделал ещё несколько движений и наклонился вперёд, обхватывая её рукой, и только в этот момент Гермиона поняла, что пальцы её ног практически скользили по ковру. Драко выскользнул из неё и притянул её ближе, усаживая боком на свои колени. Она прижалась плечом к его груди, чувствуя, как стучит его сердце под рёбрами.

– О, эм, – неловко начала она, чувствуя, как сперма стекает ему на ногу. Он поднял вопросительный взгляд.

– Твоя, эм… – Гермиона затихла, но, когда она слегка поёрзала сверху, он, казалось, почувствовал, о чём она пыталась сказать.

Драко взглянул вниз и облизал губы. Он осторожно наклонил Гермиону так, что она снова упала на подушки, а затем толкнул её колени к груди, остановив взгляд между ног. Он смотрел так долго, что она почувствовала, как щёки начали краснеть.

Гермиона резко выдохнула, он снова скользнул в неё пальцем и ухмыльнулся, когда она рефлекторно сжалась.

Он вытащил палец и наклонился, предложив его ей. Она послушно облизала его, не спуская с него глаз. Драко одобрительно хмыкнул, и она откинулась на подлокотник.

Затем он наклонился, достал палочку из брюк и за секунду очистил их обоих и диван.

Отбросив палочку на стол, Драко опустил голову на спинку дивана. Гермиона наблюдала, как поднимается и опускается его грудь, розовый румянец окрашивал шею, а волосы слегка прилипали ко лбу. Внезапно она поняла, что они вернулись в те же позиции, с которых начали.

Она вытянула ногу и слегка подтолкнула его.

– Так зачем же ты хотел увидеть меня сегодня вечером? – ухмыльнулась она.

Драко засмеялся и склонил голову, посмотрев на неё.

– Если это намёк на второй раз, то дай ещё минуту.

Гермиона хмыкнула.

– Едва ли. Слово «удовлетворена» даже близко не описывает моё состояние.

Его лицо приняло отвратительно самодовольное выражение.

– Ой, успокойся, – сказала она, закатив глаза, прежде чем он смог заговорить.

Гермиона потянулась, как кошка, наслаждаясь приятными ощущениями, которые могли быть вызваны только таким фантастическим сексом.

– Что же нам тогда делать? – спросила она через мгновение.

Он сохранил то же самодовольное выражение.

– Ты что-то говорила про чай.

***

Драко ухмыльнулся, когда Грейнджер сверкнула своим слегка раздражённым выражением лица. Если она думала, что он не будет припоминать ей о той милой оплошности на пороге при каждом удобном случае, она сильно ошибалась.

Она открыла дверь и явно выпалила первое, что пришло ей в голову. Драко, конечно, понимал – он чувствовал себя полнейшим идиотом на протяжении всего пути до неё. Но он также был немного придурком, и выражение ужаса на её лице, когда рот так предательски выдал её, было поистине бесценным. Тот факт, что Грейнджер явно нервничала так же, как и он, сразу же успокоил его.

Грейнджер встала, чтобы удовлетворить просьбу о чае, подняла палочку с журнального столика и превратила свою чёрную блузку в короткий халат. Открытая кружевная ткань приподнялась на заднице, когда Грейнджер вошла на кухню, и Драко подумал, что, вероятно, это было бы менее возбуждающе, останься она просто голой.

Он натянул боксеры и посмотрел на рубашку. Грейнджер, очевидно, не сильно позаботилась о том, чтобы одеться, и, если возникнут какие-либо спонтанные возможности прикоснуться к ней, нет никакого смысла в лишней ткани. Он сложил её вместе с брюками и аккуратно прикрыл ремнём и галстуком на журнальном столике.

С помощью палочки Драко собрал содержимое вазы, которую они опрокинули, и внимательно осмотрел, с удивлением обнаружив, что это, по-видимому, смесь даров леса: небольшие сосновые шишки, листья, какие-то семена и даже кусочки коры. Он поднёс вазу ближе к носу, и, действительно, оттуда исходил безошибочный свежий аромат леса. Драко на секунду задумался, может ли это всё быть ингредиентами для зелья, но быстро отверг эту мысль. Конечно, Грейнджер будет хранить свои ингредиенты в непонятной перемешанной куче с таким же успехом, как и он сам. Скорее всего, у неё для этого есть аккуратные контейнеры с подписанными названиями и датой покупки или сбора урожая. Член немного дёрнулся при этой мысли, и Драко поспешно поставил вазу. Ну, у всех свои странности.

Он встал и направился к кухне, остановившись в дверном проёме, чтобы насладиться видом, как Грейнджер стоит на одной ноге, легко скользя пальцами другой вверх и вниз к щиколотке. Его глаза блуждали по её ногам, и Драко посылал молитву каждому божеству, надеясь, что однажды она может надеть для него свои крошечные шорты.

Он понял, что она ещё не заметила его, и наклонил голову, изучая выражение её лица. Оно было мечтательным, довольным и… каким-то ещё – что-то, что он не мог разгадать.

– О чём думаешь? – спросил он.

Грейнджер подпрыгнула и повернулась к нему лицом. Он увидел, что она проводила пальцами по месту на шее, куда он её укусил.

Она слегка покраснела.

– Я думала о том, что ты быстро учишься, – сказала она, слегка постукивая по укусу.

Впечатление. Так вот что он не распознал. Грейнджер размышляла о сексе, и она была впечатлена его маленьким представлением. Вместе с этим и её «удовлетворённым» комментарием Драко рисковал, что не сможет теперь просунуть свою гигантскую голову в дверной проём.

– Ты была не единственной с самыми высокими отметками, – лукаво улыбнулся Драко.

От любой потенциальной реплики в ответ его спас свист чайника, и она повернулась, чтобы закончить сервировку.

Драко нравилось наблюдать за тем, как Грейнджер сочетает волшебство и магловские штучки, пока перемещается по кухне. Её палочка, зажатая в правой руке, призывала и левитировала предметы, в то время как левая рука ловко двигалась по различным кнопкам и ручкам всяких приборов. Она делала это так легко, будто тренировалась в течение многих лет. Что, очевидно, она и делала вообще-то.

Драко полноценно жил в магловской квартире всего несколько месяцев. Он купил её, когда сблизился с Томасом и Шеннон – и никак не мог объяснить ежедневные поездки в Уилтшир. Однако чем чаще он оставался там, тем больше понимал, какое облегчение было находиться вне поместья. Он любил свою мать, и жизнь с ней (как и полный штат домашних эльфов) имела свои преимущества, но после того, как Волан-де-Морт поселился там, Драко не думал, что что-то может заставить его снова чувствовать себя в этом месте как дома. Для него дом был в комфорте и безопасности, а это последнее, что ассоциировалось с поместьем сейчас. Его пытали там, ему поставили Метку, изуродовали навсегда. Он заметил шрам на предплечье Грейнджер, когда она потянулась к тарелке. Так же, как и её.

Драко обратил внимание, что она лишь частично маскировала шрам чарами. И, видимо, то же проклятие, что не давало полностью исцелиться ему, также не позволяло целиком скрыть её порезы. Чары размывали края так, чтобы пластырь не оставлял сомнений, что это просто царапина или лёгкий ожог.

Внезапная вспышка гнева нахлынула новой волной, как и всегда, когда Драко думал о произошедшем с ней. Он сжал кулаки, когда мерзкое лицо Беллатриссы проплыло перед глазами. Грёбаная сука. Сколько жизней она забрала. Сколько жизней разрушила. Она приставила нож к горлу Грейнджер и… Драко, спаси меня.

Щелчок тостера вернул Драко в реальность. Он сделал глубокий вдох через нос и медленно разжал пальцы. Что он делал? Грейнджер не была сломлена, не умерла. Она стояла прямо перед ним, готовила им чай после секса. Он должен упиваться моментом и тем фактом, что она подумала о нём достаточно, чтобы подогреть кексы.

Мысли завершили круг, когда Драко вспомнил свою первую попытку воспользоваться тостером в новой квартире. Он тогда отвлёкся лишь на мгновение, и внезапно раздался пронзительный вой. Обернувшись, Драко увидел дым, поднимающийся из этого странного прибора, в то время как тост сгорел до пепла. Палочкой он быстро избавился от дыма и распахнул все окна, но не мог найти способ остановить вой. Драко придумал только заглушить всю квартиру, чтобы пощадить соседей, и просто ждать, пока это прекратится.

Теперь он приноровился к жизни в магловском мире, но всё ещё сомневался, что когда-либо сможет сравниться с Грейнджер в этой лёгкости. Она была невероятной, лучшей в обоих мирах.

Она повернулась с подносом в руках и улыбнулась, когда увидела, что он смотрит на неё.

– Готов? – спросила она.

Он кивнул и последовал за ней обратно в гостиную. Они вернулись на свои места на диване и приступили к приготовлению чая.

Драко смазывал маслом маленький кекс и пытался осмыслить, что он пьёт чай в десять часов вечера в доме Грейнджер, сидящей в одном нижнем белье на диване, на котором они только что трахались. Ему следует послать Пэнси корзину с фруктами. Грейнджер подняла колени на диван, и Драко мельком заметил, что она так и не надела трусики. Возможно, он отправит Пэнси целый сад.

Несколько минут они сидели в тишине, но тут глаза Драко наткнулись на вазу с опавшими листьями.

– Грейнджер, что это такое?

Она проследила за его взглядом.

– Это попурри.

– Гнилой горшок?{?}[Прим. перевод.: от франц. pot-pourri, pot – горшок, pourri – в одном из значений «гнилой».] – переспросил он, в замешательстве сморщив брови от значения перевода.

Она пожала плечами.

– Предполагаю, что смысл немного изменился со временем.

Драко медленно кивнул.

– И зачем он нужен?

– Просто приятный аромат, – сказала она, улыбнувшись над чашкой. – И это в какой-то степени эстетическое наслаждение. Что-то лесное.

Он тихо хмыкнул. Так и есть.

Допив остатки чая, Драко осознал, что они подошли к переломному моменту. Грейнджер предложила добавки, и прошло уже достаточно времени, чтобы не выглядело так, будто она выпроваживает его сразу после того, как они переспали. Определённо, это был тот самый момент, когда он должен одеться и уйти.

Но он не хотел уходить. Он вспомнил ощущения от пробуждения рядом с ней, крепко спящей на его груди, и не знал, когда в последний раз чувствовал себя настолько отдохнувшим.

Но в этот раз всё иначе. Она не приглашала его остаться в ту ночь, они оба просто отключились. Сейчас же они спокойно сидели на диване, совершенно трезвые и совершенно в сознании. Драко понятия не имел, как инициировать поход в спальню.

Он подбирал слова, чтобы сказать хоть что-то, чувствуя, что Грейнджер вот-вот нарушит молчание, попросив его уйти.

– Что бы ты делала прямо сейчас, если бы меня здесь не было?

Он удивился, когда она раздражённо хмыкнула и слегка закатила глаза. Он спросил что-то оскорбительное?

– Читала бы, наверное, – сухо ответила она. – Неожиданно, знаю.

Драко улыбнулся.

– Я бы тоже.

Грейнджер, казалось, немного смягчилась.

– Ты всегда читаешь перед сном? – спросил он.

– Обычно.

– В постели? – рискнул Драко.

– Обычно, – повторила она после немного более продолжительной паузы.

– Я тоже.

Вот и оно. Это была лучшая приманка, которую он мог ей предложить. Несмотря на указания Пэнси приклеиться к Грейнджер – и его сильное желание сделать именно это, – Драко не опустился до того, чтобы самому пригласить себя в её постель.

Она посмотрела на него, затем медленно оглядела комнату и остановила взгляд на часах.

– Я как раз в ближайшее время собиралась этим заняться, – тихо произнесла она.

Драко кивнул.

– Если ты… готов…

Уйти, закончил он про себя. Всё нормально. Он уйдёт. Сегодняшний вечер прошёл лучше, чем он и так мог ожидать. Быть может, он останется в следующий раз.

Но что, если следующего раза не будет?

– Конечно, ты можешь остаться, если хочешь.

Он был так обеспокоен мыслями о том, что у него не будет следующего раза, что чуть не пропустил приглашение.

– Уже довольно поздно, – продолжила Грейнджер, – не уверена… насколько далеко ты…

Драко пришёл в себя как раз вовремя, чтобы услышать, как она затихла, осознавая, что, естественно, он может просто трансгрессировать куда угодно. Слишком позднее время для прогулок было чрезвычайно надуманным оправданием.

Но он воспользовался им.

– Да, это было бы прекрасно, – просиял он. – Если ты не возражаешь, конечно.

– Вовсе нет! – тут же ответила она, и он почувствовал, как сердце ускоряется от её рвения.

Она быстро смягчила тон:

– В смысле, конечно, нет проблем.

Драко подвинулся, привлекая её к себе на колени, и, запустив руки ей в волосы, крепко поцеловал. Когда он отстранился, её глаза ещё несколько секунд оставались закрытыми, как будто она была ошеломлена. Драко был очень близко к её лицу, так что их носы соприкоснулись, когда он заговорил:

– Ну, Грейнджер, полагаю, нам остаётся только одно.

Она открыла глаза и прошептала ему в ответ:

– И что же?

– Пришло время показать мне свои книги.

***

У Гермионы постоянно возникало желание ущипнуть себя. Заниматься сексом с Малфоем было одно. Секс с Малфоем дважды – другое. Лежать, положив голову на грудь Малфоя, и вместе читать в её постели – что-то совершенно необъяснимое.

Она покинула королевство фантазий и теперь ошеломлённо направлялась в страну «не представляла даже в самых смелых мечтах». Никакой карты, официально на неизведанной территории.

Малфой усмехнулся ей в макушку, и Гермиона взглянула вбок, чтобы посмотреть, какую часть он читает. Страница не попадала в поле зрения.

Гермиона старалась не зацикливаться лишний раз на том, почему именно «Зимняя сказка» оказалась первой книгой из сотен, которую он вытащил с полки, когда они отправились на поиски. Она не верила в судьбу, знаки или вещи подобного рода. Гермиона активно игнорировала внутренний голос, который напоминал ей, что когда-то она так же не верила и в магию.

Она пыталась и не смогла не зацикливаться на том, как, когда она сказала ему, что её назвали в честь персонажа этой истории, Малфой спрятал книгу под мышкой и отказался смотреть на что-либо ещё. Она предположила, что если он интересуется Шекспиром, то это всё же не одна из его лучших пьес. Даже не в первой пятёрке. Гермиона отметила, что, по её мнению, «Много шума из ничего» – безусловно, его самая смешная пьеса, с юмором в стиле Малфоя. Но он ответил: «Может быть, в следующий раз».

Она старалась не зацикливаться на этих словах.

Он хмыкнул снова, и она рассмеялась при мысли, что, возможно, ей следовало бы уточнить, что персонаж, о котором идёт речь, будет назван Гермионой, а не Грейнджер.

Было так странно, что Малфой лежал рядом с ней, перечитывая её имя снова и снова, в то время как она даже ни разу не слышала, как он его произносит.

Она вернулась к своей книге и прокрутила в голове его слова ещё раз.

Может быть, в следующий раз.

========== 14. От «плохо» к «ещё хуже» ==========

Драко проснулся от слабого луча раннего утреннего солнца, пробивающегося сквозь ресницы, и попытался перевернуться, но замер, ногой коснувшись нежной кожи. Он повернул голову, и от представшего перед глазами зрелища на лице расплылась ухмылка.

Грейнджер раскинулась рядом с ним на кровати. Её волосы были повсюду – обвиты вокруг головы так густо, что Драко даже не мог понять, куда она смотрит. Единственной тому подсказкой служили пряди, трепетавшие от её тяжёлого во сне дыхания. Она лежала на животе, одно колено подтянув к груди, а на другую ногу откинув одеяло.

Драко приподнялся на локте, чтобы лучше рассмотреть её. Прошлой ночью Грейнджер надела шёлковую пижаму: майку и шорты бледно-розового цвета. Шорты короткие… но свободные и не совсем крошечные… И всё же изгиб задницы там, где нога была задрана…

Он резко пресёк эти мысли. Ему нужно было отлить, а с утренним стояком эта задача трудная и без дополнительных провокаций со стороны изгибов Грейнджер. Драко снова лёг на подушку, чтобы ещё несколько минут понаслаждаться видом на случай, если Грейнджер проснётся, когда он встанет.

Ночью она задремала с книгой на груди, и Драко читал ещё почти час, прислушиваясь к её тихому ровному дыханию. Почувствовав сонливость, он отложил обе их книги и устроил Грейнджер поудобнее.

Как и в первую ночь, она спала невероятно крепко и почти не шевелилась, пока Драко её трогал. Конечно, не так уж сильно он её и трогал. Ладно, может, притянул одну её руку к своей груди. И, возможно, подвинул её голову чуть выше. В какой-то момент он, может быть, закинул одну из её ног на себя, но ничего больше.

Однако Драко не стал бы отрицать, что несколько минут поглаживал её волосы. Он определенно это делал и с радостью бы продолжил, если бы сам не заснул.

Мочевой пузырь болезненно запротестовал, и Драко как можно тише выскользнул из постели. Часы, стоящие на тумбочке, показывали едва ли больше шести.

Сходив в туалет, он остановился перед зеркалом в ванной и внимательно посмотрел на своё отражение. Пустой взгляд, который оставили ему война и Азкабан, имел тенденцию меняться в интенсивности. Драко заметил это, когда отца в первый раз отправили в Азкабан. Это была не первая костяшка домино, поставленная в основание разрушения его семьи, но она была первой упавшей. Из этой неудачи вытекало всё: его «обучение» с Беллатрисой, получение Метки, задание убить Дамблдора. К концу шестого курса Драко с трудом узнавал собственное лицо.

Когда Трио поймали и привели в поместье весной того года, который должен был стать их седьмым курсом, Драко задумался, так ли он изменился для них, как они для него. Конечно, он сразу узнал их – даже Поттера, – и у всех был один и тот же взгляд: затравленный.

Из рассказов Грейнджер Драко теперь понимал некоторых личных демонов, с которыми они втроем боролись, но тогда он был слишком озабочен реальным демоном, живущим в его доме, чтобы думать о чём-то, кроме того, что они были напуганы, в отчаянии и почти безнадежны. Прямо как он сам.

Он не был уверен, когда именно этот взгляд начал исчезать. Постепенно после выхода из Азкабана. В середине первого семестра перемены начали ускоряться. Драко стал проводить время с Томасом и Шеннон, купил квартиру, набросал примерный план своего будущего.

К сожалению, примерно тогда же он начал посещать отца. Из-за этого его внешний вид ухудшился вновь. Первую неделю каждого месяца Драко проводил с бледной кожей и впалыми глазами.

Однако в последнее время бывали дни, когда казалось, что пустоты больше нет. Он помнил, как она выглядела на его лице, но не мог различить этих деталей в зеркале.

Сегодня один из таких дней. Драко заснул, прижав Грейнджер к груди, и, как и в прошлый раз, проснулся с чувством, что наконец наверстал упущенное за несколько лет беспокойного, мучительного сна. С ней он смог отдохнуть.

Драко быстро вымыл руки и плеснул немного холодной воды на лицо. Ему нужно было с этим справиться. Нельзя привыкать просыпаться рядом с ней. Лишь раз. Никаких гарантий на следующий.

Он почистил зубы заклинанием и прополоскал рот от странного послевкусия, которое всегда оставляли очищающие чары. Сейчас ему просто нужно ценить то, что у него есть. А есть у него спящая Грейнджер.

Но, как Драко и боялся, когда он вернулся в постель, от сдвинувшегося матраса она проснулась. Грейнджер медленно потянулась и подняла руку, чтобы откинуть волосы с лица.

– Мм, доброе утро, – сонно улыбнулась она, увидев Драко.

– Доброе утро, – ответил он, протягивая к ней руку, чтобы зачесать назад пропущенные ею пряди.

– Сколько времени? – зевнула она, обратно закрыв глаза.

– Ещё рано, – тихо произнёс он. – Засыпай.

Грейнджер придвинулась к его боку.

– Ммм, – снова протянула она, прижимаясь к нему. – Так тепло.

Драко улыбнулся и поцеловал её в макушку.

Он думал, Грейнджер заснёт, но она продолжила жаться к нему. Драко почувствовал, как кончики её пальцев скользят по линиям его груди, спускаются на живот и пробегают по твердеющему переду боксеров.

Драко прочистил горло.

– Сейчас утро, – полуобъясняя, полуизвиняясь, произнёс он.

– Ммм, – согласилась она, закидывая ногу на его бедро и прижимаясь ещё крепче.

Драко застонал от неожиданного соприкосновения, теперь он уже болезненно твёрдый.

Грейнджер откинула голову и посмотрела на него сквозь тяжелые от сна веки.

– Да?

Каким бы кратким ни был вопрос, он не мог быть истолкован неправильно. Драко потянулся к её ноге, обёрнутой вокруг него, и осторожно провёл пальцами от лодыжки до края шёлковых шорт, ещё раз удивляясь тому, где он оказался. Она со вздохом прикрыла глаза, от прикосновения по коже побежали мурашки.

– Да.

Драко натянул на них одеяло и тоже закрыл глаза, погружаясь в блаженное тепло и уют.

Руки блуждали повсюду, медленно скользя и щипая кожу, ещё разгорячённую и помятую ото сна. Грейнджер попеременно гладила его по спине и царапала ногтями по шее и коже головы. Он вздрагивал каждый раз, когда она перебирала его волосы, и тяжелыми поцелуями покрывал её горло и грудь.

Драко неторопливо вёл рукой по её бедру, часто останавливаясь, чтобы помассировать кожу. Когда он легко скользнул под тонкую свободную ткань шорт и сильно сжал руку, Грейнджер тихо застонала ему в ухо. Драко тут же решил отказаться от легкомысленных планов, построенных на будущее, и просто посвятить себя пожизненному поиску всех способов, которыми Грейнджер любит, чтобы её задницу трогали.

Он почувствовал, как она протянула руку к боксерам, и выкатился из-под её ноги, чтобы спустить их. Гермиона почувствовала его пальцы на поясе своих шорт и кивнула, даже не открыв глаз. Драко улыбнулся, потянув ткань вниз. Он быстро скинул шорты на пол, затем взял с тумбочки палочку и наложил противозачаточные чары, прижав кончик к животу Гермионы.

Она что-то промурлыкала, и он снова лёг рядом, запустив ладонь под майку. Было что-то восхитительно грязное в том, чтобы прикасаться к ней под одеждой. Драко провёл пальцами по рёбрам, с восторгом наблюдая, как под тонкой тканью твердеют соски.

Наклонившись, он кончиком носа коснулся её груди и провёл по ней языком. Гермиона тихо вздохнула и закинула ногу обратно. Драко застонал, почувствовав, как влажные складки скользнули по головке члена.

Одной рукой он ухватился за плечо Гермионы, а другую положил ей на бедро.

Она начала раскачиваться, дразнящим движением задевая кончик члена. Тёплая ванильная дымка окружила Драко, когда он зарылся лицом в её волосы. Языком он провёл тонкую линию за ухом, как будто мог попробовать на вкус аромат её кожи. Гермиона тихо заскулила, и он усилил хватку, обеими руками притягивая её к себе.

Медленно скользнув по всей длине, она застонала, и, раскрыв рот, Драко вошёл в неё. Он чувствовал, как она сжимается и расслабляется, принимая его, и эхо этого чередующегося ритма неустанно пульсировало по его позвоночнику.

Гермиона подтянула вторую ногу так, что согнутое колено упёрлось Драко в бок. Он застонал от изменённой позы и вскинул бёдра, наслаждаясь тем, как сжались её пальцы, когда он вошёл глубже. Она потянулась навстречу, и Драко стал отстраняться всё дальше, делая долгие паузы перед каждым толчком.

Это было лучшее из всего того, чем должен быть утренний секс: медленный, глубокий и неторопливый. Темп был настолько затяжным, а ощущения настолько интенсивными, что Драко почувствовал, как начинает погружаться в мечтательный омут. Весь мир сузился до шёлковой кожи под руками, звука стонов в ушах, ощущения влажного тепла на члене.