Текст книги "Незабудка"

Автор книги: Мануэлла

сообщить о нарушении

Текущая страница: 4 (всего у книги 13 страниц)

Джон с видом, выражающим крайнюю степень отвращения, молча следил за ней. Когда Элоиз, собрав силы, спросила, как он смог прочесть ответ, ведь он не умеет ни читать, ни писать, он, усмехнувшись, раскрыл ей всю правду. Он с друзьями соблазняет таких наивных дурочек как она, становясь полными владельцами их состояний, а после....После с новобрачной может случиться что угодно. Бедлам, несчастный случай, потеря памяти...Элоиз– первая, кто из несчастных обладал хоть каким-то титулом. Поэтому с ней было решено действовать иначе. Затем, выудив из-под сломанного за пару ударов паркета шкатулку, он рассовал драгоценности по карманам, и ушел. И больше никогда Элоиз его не видела. Дальше Элоиз писала о том, что ей было невыносимо тяжело одной, на улице ( из отеля ее выселили на первый же день просрочки в оплате, лишь посмеявшись над мольбами и заверениями в том, что её родные могут помочь). Мама не рассказывала, как попала в салун, как добилась того, что в один прекрасный день стала его владелицей, как познакомилась с мужчиной, отцом Томми, что стал отцом и для Вайолет. Мама лишь писала, что очень любит свою малышку Ви и Томми, и сделает все, чтобы они никогда не пережили того же, что и она, чтобы знали, что их любят и примут любыми. А ещё мама просила Вайолет, как бы трудно той не было, сохранить гранатовое ожерелье– оно было их семейной реликвией. " Когда-то тебе пригодятся и уроки, на которые приходилось тащить тебя силком"– писала она-" И это ожерелье".

Переваривая все, что обрушилось на нее за эти дни, Вайолет ещё долго сидела, не решаясь ничего предпринять. Обдумывая, как быть дальше, она четко осознавала лишь одно– её жизнь никогда больше не будет прежней. Никогда больше.

16. Преступление

Эдна Лоуренс выглядывала в окно– уже темнело, а мужа всё ещё не было. Риз, несколько месяцев назад начавший объезжать их и соседские небольшие владения с федеральным маршалом Коэном, чтобы выследить конокрадов, теперь продолжал делать это один. С тех пор как заезжая банда убила шерифа прямо во сне, пробравшись в его дом, федеральный маршал поспешил уехать обратно, даже не попрощавшись ни с кем. И даже большую своих вещей он оставил в комнатах, которые снимал у мамаши Сьюкен. Правда, та ни минуты не переживая по этому поводу, с радостью тут же принялась их перепродавать местным золотоискателям– чистые и дорогие вещи были у одиноких мужчин в прямом смысле на вес золота. Платили за них пусть небольшими, но самородками, а не золотой крошкой, как обычно.

Теперь же в их небольшом городке не было больше ни представителя власти , ни безопасности. Вздохнув, женщина вернула старую занавеску на место, и побрела в комнату.

Молоденькая метиска, дочка заезжего золотоискателя и индианки, погибшей в родах, тут же встала со стула, отирая мокрые от воды руки о передник:

–Накрывать на стол?– она выжидающе глядела на Эдну, готовая броситься помогать в любую минуту.

–Ох, нет, милая. Что-то Риз с ребятами задерживаются сегодня – ласково ответила женщина, с любовью глядя на нее. Бог не наградил их с Ризом детьми, и юная ДжоДжо, как её прозвали в округе, заменила им дочь. Вот уже седьмой год она жила у Лоуренсов, помогая по хозяйству. Эдна как сейчас помнила тот день, когда испуганная и истерзанная девушка с невероятно большими от страха темными глазами появилась в окрестностях ранчо. Первым её заметил один из пастухов, но поймать дикую кошку никто не мог. Рабочие оставляли на видном месте для нее еду, которую девочка под покровом ночи изредка забирала, опасливо косясь по сторонам – стало ясно, что она слишком напугана. Выручил старый Билл Мюррей, посоветовавший приготовить особые сладости. С чем-нибудь покрепче внутри. И корицей, что отобьёт привкус спиртного. Эдна тогда, немного пометавшись между совестью и выгодой для несчастного ребенка, решительно замесила тесто для кексов. И вскоре рабочие и Риз принесли в одеяле посапывающую чумазую девочку лет тринадцати.

Когда девочка проснулась, то Эдна была рядом. Долгое время понадобилось, чтобы девочка перестала бояться людей. Оказалось, после смерти отца, от которого она тоже не видела ничего хорошего – тот заставлял дочь с малых лет содержать лачуги, в которых жил на приисках, стирать да готовить, девочка решила вернуться к родным матери. Но в племени лишь избили и выбросили её из деревни, не приняв " ребенка белого человека". Так девочка осталась совсем одна. Попытав счастья в поиске хоть какой-то работы, она едва не попала в лапы нехорошим людям, что пытались сделать её, совсем ребенка, прислугой не только по дому. Такое бывало очень часто, правда, с взрослыми женщинами-индианками, и добровольно. От голода многие из них покидали резервации, начинали помогать старателям сперва по хозяйству, стирали и готовили. А после многие безропотно соглашались и делить постель.

Джоджо же, невинная душа, боролась за себя как в смертный час– решив, что её собираются убивать, она искусала и исцарапала мужчину, к которому хотела наняться в помощницы, когда тот попытался напасть на неё. А после бедное дитя скрывалось много месяцев в лесу, делая немногочисленные вылазки в город, чтобы обменять пойманную едва ли не вручную дичь на что-то съестное. Конечно, она совершенно одичала, а стылые зимние ночи, проводимые ею в пещерах или на задворках улиц, пошатнули и без того хрупкое здоровье.

Но сейчас, глядя на ДжоДжо, Эдна видела перед собой весьма милую юную девушку, и ни о чем так не жалела, как о том, что они не могут дать девушке достойного образования. Сама она учила её всему, что знала. Но этого было мало Церковно-приходская школа, что была открыта здесь приезжим проповедником для немногочисленной местной ребятни, также быстро закрылась, когда Преподобного Джонса застрелили в одной из пьяных драк– он пытался разнять пьяных ковбоев. Преподобного Стивенса волновало лишь свое бренное тело и его интересы – все в округе знали, что он частенько навещает пташек из борделя. И уж точно не для того, чтобы вести беседы о спасении их душ. Так что, помощи от него ждать не стоило. А для того же, чтобы отправить девушку в пансионат, им нужно было удачно продать скот, которого становилось все меньше и меньше. Неурожай или излишне жаркое лето, тонкие сетки ручьев, за которые подчас шла настоящая война между соседями, кражи скота, мор и москиты– всё это медленно но верно сводило поголовье к нулю. И у других фермеров или владельцев таких же небольших ранчо дела обстояли ничуть не лучше– ни поле, ни скот упрямо не желали поддаваться воле человека. Некоторые пытались придумать, как поймать и одомашнить тучных медленных лонгхорнов, что огромными стадами паслись у подножья гор. Но индейцы, считавшие этих животных своими, быстро отбили всякую охоту даже у самых ярых сторонников поиска новых животных для разведения.

–Все будет хорошо. Он скоро вернётся.– ДжоДжо, подойдя сзади, обняла названную мать за плечи. Та улыбнулась, мягко похлопав девушку по руке.

–Да, ты права. Давай выпьем немного чаю? Как ты смотришь на это?– перевела она тему, хоть на душе было неспокойно.

****

–Я тебе говорю– сиськи у нее будь здоров. Я сам видел, как она раздевалась у той речушки!– жадно блестел глазами Билл, рисуя в воздухе мясистыми пальцами очертания женской груди – Мелкая, вертлявая. Кругом зырк– вроде, приметила меня. – довольный тем, что Хок и остальные жадно слушают его, Билл сделал гримасу, а после укрыл голову руками,– А я – не дурак. Залёг на пригорке, значит. И лежу, не шевелюсь. Только слежу за ней. Ну, эта краснокожая успокоилась – и вещи-то скидывает. А там– ух!– он томно причмокнул губами, делая вид, что целует невидимую девицу, так пленившую его воображение– Мельком, оно, конечно. В воду прыгнула, и одни брызги. А дальше и не видно её...

–И чего им как нормальным людям не мыться?– задумчиво произнес Хок, хоть по его лицу было видно, что мысли его сейчас совершенно о другом.

–Да красномордые ведь! – подытожил Билл, скривившись в отвращении– Все у них не как у людей. Но сиськи....ты бы их видел.

Томми, нервно кусавший губы, стоял чуть поотдаль. Банда, решившая сегодня порезвиться напоследок, была полна какой-то мрачной решимости, одержимости. По одному виду каждого из них, по тому, как ладили Хок и Билл, как мрачно усмехался Призрак, Томми понимал– грядет нечто плохое. Гораздо хуже ограблений перепивших работяг или нападений на дилижансы. Совесть парня уже давно взывала к нему, и её голос становился все громче и громче. Остатки былой человечности не позволяли молодому человеку мириться с его образом жизни. То, что когда-то давно он выбрал как игру, как провокацию, свой способ мести обществу, не принимавшему его и сестру, детей главной шлюхи города, превратилось в нечто ужасающее, омерзительное, разъедающее душу так, что ни один алкоголь не мог больше помочь, ввергнуть его в блаженное забытье.

–Там только старуха и индианка.– почти жалобно протянул Хок, оборачиваясь на Призрака. Тот же, почти незаметный в ночи, одетый во всё чёрное, словно бы действительно темный дух, покачал головой:

–Пока рано.– сухо бросил, плеснув себе ещё виски из грязной закопченной бутыли в ржавую и не менее грязную кружку. Увидев, как загорелись глаза Билла при этом, скривился в усмешке– Если все выгорит с банком, то ваши доли будут так велики, что алкоголь и девки будут окружать каждого из вас до конца жизни.

Отхлебнув, добавил, сгоняя краски с их лиц :

–А если рискнете мешать мне– жизнь ваша будет очень и очень недолгой, верно ведь, Томми?– он поднял вверх руку с бутылкой в приветственном жесте.

Томми, вздрогнув, взглянул на главаря, не зная, что ответить. Но тот лишь лениво скользнул по нему черными глазами, отвернувшись к ранчо, где в маленьком доме ближе к изгороди горел крохотный, едва заметный огонёк. По его виду казалось, что ранчо выбрано не просто так, как он сказал в самом начале– слишком уж внимательно он вглядывался вдаль. Слишком наряжена была поза.

***

–Что вам нужно? – наставив ружье на незваных гостей, Эдна постаралась незаметно взглянуть, ушла ли ДжоДжо к себе, как она велела. Но девушка, воинственно сжав скалку, стояла позади. Ее глаза горели испугом и гневом одновременно.

–Ну надо же, а? Малышка Джорджия? Ты ли это?– развязно скользя глазами по девушке произнес мужчина со шрамом– Разве не впустишь в дом старого знакомца, а?

ДжоДжо, вздрогнув, прошипела что-то вроде " пошел бы к черту", и хоть раньше Эдна обязательно сделала бы ей выговор, сейчас женщина мысленно согласилась, крепче сжимая ружье:

–Шли бы вы отсюда, мистер. Иначе мне придется крикнуть охрану.

Внезапно из-за угла дома появился неопрятного вида толстяк. В руках он важно нес....ружье старого Билла Мюррея. А это могло означать лишь одно – Билл мертв. Иначе он никогда не расстался бы со своей " Старушкой Винни"– Винчестером, что не раз спасал их от набегов индейцев или банд. До этого времени.

–Охрану? – хмыкнул– мужчина – Да на вашем ранчо людей меньше, чем грехов у девы Марии! Так я войду, миссис?– передразнил её мужчина, аккуратно отводя ствол от своей груди. Эдна вполоборота, одними губами прошептала ДжоДжо " беги", а затем снова повернулась к мужчине:

–Господь– пастырь мой! – громко начала она, пытаясь унять дрожь в пальцах – Если я пойду и долиною смертной тени, не убоюсь зла, потому что Ты со мной...

Но мужчина оказался хитрее и проворнее – едва Эдна нажала на курок, как он поднырнул под ее руку, а затем с силой ударил под локоть. Пуля вошла в потолок, обрушив на них град из щепок. Вырвав ружье из рук женщины, он отбросил его в сторону. Выбросив вперёд руку со сверкнувшим в ней лезвием ножа, он быстро всадил его в грудь женщине.

–Не люблю, знаете ли, попусту тратить патроны.– каким-то извиняющимся тоном произнес, не сводя взгляда с маленькой индианки, что в ужасе вжалась в стену– Ну, Джорджия? Теперь, когда твоя дуэнья не сможет тебе запретить, ты сможешь вернуть должок?– уложив тело Эдны на пол, с нарочитой медлительностью и аккуратностью, он перешагнул через него, протягивая окровавленную руку дрожащей от страха девушке. Недовольство блеснуло в его глазах, точно ожидания от вечера не сбылись. И он тут же это подтвердил, разочарованно скользя глазами по ДжоДжо :

–А раньше ты была просто тигрицей. Таким шрамом – он провел пальцем по щеке – Смогла меня наградить. Но стоило вмешаться этой чёртовой праведнице– и передо мной дрожащий агнец

Эти едкие слова будто хлесткая пощёчина вернули ДжоДжо в реальность. Он убил Эдну! Единственного человека, кроме Риза, что проявил к ней доброту. Что глядел не с неприязнью или брезгливостью, а принял в свой дом.

Дико закричав, девушка бросилась на ненавистного мужчину со скалкой наперевес, отчаянно желая, чтобы все закончилось здесь и сейчас. Она умрет, но и его заберёт с собой. Как он забрал у нее все самое дорогое, Эдну!

–Скалкой....– хохотнул сбоку чей-то визгливый голос. А затем ее ударили под дых, да так, что воздух разом вышел из лёгких. Но упасть не дали сильные мужские руки. Руки, от которых исходил железистый аромат свежей крови.

–О, нет, милая.– издевательски увещевал он, пока тащил почти бессознательное тело девушки наверх– Ты – звезда сегодняшнего вечера, поэтому не смей терять сознание. Я, знаешь ли, не люблю быть в долгах.

17. Томми

-Она твоя.– лениво спустился по лестнице Призрак, указав глазами наверх изнывающему от нетерпения Хоку. Рыжий пьянчуга бросился вперёд, преодолевая несколько ступеней за один прыжок. Но грозный окрик Призрака его остановил – Я имел в виду Томми!

Парень, что весь побледнев, стоял у двери, нерешительно перевел глаза на Хока– во взгляде того сквозила неприкрытая ненависть. Он и без того едва держался, дрожа от предвкушения, а теперь, увидев, что Призрак покончил со своей жертвой, готов был броситься к ней в комнату сломя голову.

–Но, Призрак, ты же обещал...– начал он было обиженно, но тут же замолк, перехватив суровый взгляд главаря. Отступив пару шагов назад, он вновь с ненавистью покосился на Томми.

–Ты имеешь что-то против, Хок?– расслабленно потянулся Призрак, выпятив вперёд мощную грудь. Выразительно глядя на Хока, он выжидал некоторое время, а затем удовлетворённо кивнул– Сейчас черед сделать из нашего Томми мужчину, ведь так?

Хок тут же подобострастно захихикал, стараясь скрыть этим свой позор и смущение. Как будто его не заставили, не принудили, указывая точно сопляку, а это его личный выбор.

–О,конечно. Пускай малыш Томми впервые попробует каково это– быть с женщиной.– издевательски выдал он, сжав при этом кулаки.

–Вперед, Красавчик.– тихо, но решительно приказал Призрак– Там ещё Билл и малыш Рокет томятся, очереди ждут.

На негнущихся ногах Томми поднимался вверх по лестнице, страшась того, что предстоит увидеть. Шаг, ещё шаг, скрип половицы. И тишина. Жуткая обволакивающая, пугающая сильнее, чем самый дикий крик. Томми догадывался о склонности Призрака к жестокости. Не раз он видел, каким огнем загораются глаза главаря, когда он вполуха слушал рассказы Билла или Хока о преступлениях, совершенных другими бандами. Или же сам, не называя ни городов, ни дел, с удовольствием смаковал подробности какой-нибудь кровавой резни, учиненной им по молодости с такими же отморозками как он. А эта девушка, как он понял, нанесла Призраку, так гордившемуся своей внешностью, едва ли не смертельную обиду.

Дверь в спальню была полуприкрыта. Через нее виднелся край кровати и тонкая смуглая женская рука, безвольно свесившаяся с неё. Стараясь унять отчаянно бьющееся сердце, Томми открыл дверь, да так и замер на пороге. Обнаженная девушка точно мертвая лежала поперек кровати, её нежные коричнево-золотистые бедра были в крови, а на теле виднелись синяки и следы укусов. Когда в тишине прозвучали его шаги, девушка даже не шелохнулась, не подняла головы. Она лежала также неподвижно, устремив безразличный взгляд в потолок. Сердце Томми сжалось, а в лёгкие точно перестал поступать воздух. С тех самых пор, как Призрак возглавил их банду, звериная, нечеловеческая жестокость так и витала вокруг них. Томми не знал и не желал знать того, что делал этот зверь в человеческом обличии раньше, но то что он сейчас увидел своими глазами, проняло до глубины души. Горячие слезы обиды и отчаяния душили, пока он шел к кровати. Нет, он не должен допустить подобного! Если бы....Если бы на месте этой несчастной оказалась его сестра? Вайолет?! Разве так можно?! Это ведь за гранью добра и зла! Грабить богатеев, что приезжают по железной дороге с огромными деньгами, но жалеют нанять дорогих ганфайтеров еще куда ни шло. Но даже грабёж дилижансов Томми считал неправильным– там ведь были люди, что каждый пенс считали, прежде чем переехать, скопив немного денег, чтобы попытать счастья на новой земле. Отнимать у таких деньги означало почти одно и то же, что отнимать жизнь

–Ты... Ты можешь идти?– спросил он, осторожно укрыв девушку тонким покрывалом. Она не ответила и не пошевелилась, всё также равнодушно глядя в потолок. Сблизи черты её лица поражали ещё больше– точно маленькая эбеновая статуэтка, Томми видел такие однажды на ярмарке. Их привозили издалека, ломили три цены. Но они стоили того– изящные, аккуратные, с завораживающей игрой света на темных изгибах фигурки. И эта девушка походила на них точь-в-точь– пухлые изящные губы, темные глаза, четко очерченный скулы, округлый маленький носик.

" Такой бы любоваться и носить на руках"– вдруг пришло на ум. А она лежала здесь, сломанная , перепачканная собственной кровью, точно хрупкий цветок, сорванный и уничтоженный чьей-то безжалостной рукой.

Снизу чем-то загрохотали, затем донеслось приглушённое ликование по поводу того, что обнаружили несколько бутылок виски. Раздалось невнятное поскуливание Билла, прерванное грубым ответом Призрака. Томми вздрогнул, точно придя в себя– времени нет!

–Я помогу тебе.– ухватил он ее за руку, но девушка словно бы находилась в своем мире, куда всем ужасам этого и ему, Томми, доступа не было. Отпустив ее, он встал, озираясь вокруг.

Действовать нужно было немедля. Заметив в углу комнаты шкаф, Томми бросился к нему, пару минут доставая и выбрасывая на пол вещи – они не годились для путешествия, что им предстоит. Наконец, он нашел удобные брюки явно ее размера– выходит, девушка умела ездить верхом, и делала это как мужчина, а ещё рубашку и ботинки.

–Надевай.– кинул он их рядом с ней на постель, проверив рукой оба револьвера на поясе – Надевай же, я помогу тебе бежать.

Девушка в этот раз лишь скосила глаза, мельком пробежав по нему взглядом, но также ничего не ответила.

–Черт тебя дери! Ты хочешь отомстить или позволишь этому ублюдку так и остаться безнаказанным за все вот это?! За то, что он сделал с той женщиной?! За то, что он ещё сотворит с другими?! – тихо зарычал он, отчаявшись, – Если так, то я сейчас уйду. Но не думай, что тебя оставят в покое. Там внизу ещё двое, что ждут своей очереди.

В наступившей тишине было слышно, как внизу распевают похабные песни.

Кивнув, Томми повернулся к двери. Он не сможет спасти ее, если она того не пожелает сама. Будь у него на подмоге ещё кто-то – возможно. Но он один, и нужно трезво рассчитывать силы. Без её помощи, без её согласия любая его помощь обречена.

Уже у самой двери он услышал лёгкий шорох. И тихое " помоги мне встать". Не веря самому себе, обернулся – девушка сидела на кровати, отбросив покрывало. На её лице вновь появились краски, а ещё ....Ещё какое-то странное выражение, недоверие– точно она нарочно проверяла его– не промелькнет ли и в его взгляде похоть. Томми, нервно сглотнув , кивнул, отвернувшись. Он быстро проверил засов, и шагнул к ней. Отвернув пылающее лицо от её прелестей, ведь даже такая, измученная и истерзанная, она была поистине прекрасна, он аккуратно вытянув руки, помог ей встать, а после наспех одеться. Краем глаза отметил, как она морщилась от боли при каждом движении, но мужественно молчала– и его сердце преисполнилось уважения к этой девушке, сила которой была побольше многих мужчин.

Он сделал ей знак, чтобы она вышла и спряталась в одной из комнат. Девушка кивнула.

Сам же Томми, быстро приведя свою одежду в беспорядок, взьерошил волосы. Развязно пошатываясь, он подошёл к перилам. Пальцы его дрожали от осознанная того, что он собирается делать. Но внутри разливалась странная уверенность– назад дороги нет. Он в любом случае не умрет в своей постели от старости, в окружении семьи, детей и внуков. Так отчего бы не постараться сделать свою смерть хоть немного не лишённой смысла.

–Эй, парни. Этой красотке мало одного меня.– громко крикнул он, свесившись вниз. Дружный смех был ему ответом, а затем послышался топот. Билл и Хок точно по мановению волшебной палочки нарисовались у подножия лестницы.

–А я г...г.. говорил – пьяно ткнул в Томми пальцем Хок– Ей настоящего мужика подавай, а не этого сопляка.

Билли же, выпятив толстую грудь, поплелся наверх, обойдя приятеля. Тот, пошатнувшись, поспешил следом. Инстинкт, который вел их наверх, позволил даже не обратить внимания на то, что раньше обязательно закончилось бы отборной дракой.

–Ну-ка, иди к папочке, малышка. Сейчас я ...– Хок, нахмурившись, обернулся на Томми, войдя в комнату, куда привел их парень– А где девчонка, черт тебя дери?

Хокк же сразу догадался обо всем, но это было бессмысленно – похлопав себя по бёдрам, он выругался сквозь зубы. Свое оружие они с Биллом оставили внизу.

–Если кто-то посмеет хоть пискнуть– получит долю свинца в живот, усекли?– начал Томми, пятясь к двери– Вы знаете, как я стреляю.

Оба бандита нахмурились.

–Томми, какого хрена ты делаешь?– толстяк Билл уставился водянистым взглядом на парня – Что за...

–Заткнись.– приказал ему Томми– Сейчас ты свяжешь его– он пнул ногой к ним несколько свернутых бельевых веревок – И заткнешь ему рот. А после я свяжу тебя. И если кто-то посмеет хоть слово вякнуть!– Томми нарочно изъяснялся на их языке, который раньше невольно презирал, стараясь выбирать выражения. Точно это делало его меньшим бандитом, чем он был. – Отправится к праотцам быстрее, чем сюда прибежит помощь, вам ясно?! Призрак, может, и убьёт меня. Вот только вам это уже ничем не поможет, верно, парни?

Мрачно кивнув, Билл взял верёвку, принявшись связывать вполголоса матерящегося Хокка.

–Крепче вяжи. Я проверю узлы. И кляп вставь.

***

–Поверь, ты очень пожалеешь.– вкрадчиво увещевал Призрак, не ожидавший от не в меру жалостливого и порядком уже поднадоевшего мальца такой прыти.– Не глупи. Отдай мне эту игрушку – он кивнул на пистолет в руках мальчишки – И мы все забудем.

Он не стал говорить, что забудут они оба, но по-разному. Сам Призрак– до первой грандиозной попойки, где он станет хвалиться тем , скольких убил, и цифру назовет на одного человека больше, чем раньше. А вот Томми – тот забудет навсегда. Мертвые не особо злопамятны, ведь так?

Он медленно двинулся к Томми, попутно стрельнув глазами на девицу– нужно было сразу её прикончить. Живучая, дрянь. Ещё с того раза, когда они впервые встретились, Призрак понял, что она сродни ему самому– будет цепляться за жизнь во что бы то ни стало. Впрочем, её нынешний вид лучше всяких слов говорил о том, что девка долго не протянет. Синяки, ссадины и рваные раны, кровоподтёки. Да, он всласть отомстил.

–Ну же, Томми. Не глупи. – он сделал ещё пару шагов вперёд, не сводя взгляда с пистолета,– Зачем нам ссориться попусту из-за какой-то девицы? Знаешь, сколько их будет ещё в твоей жизни?

Он сделал обманное движение, точно собирался заглянуть за спину парня, проверить, что же там с девицей, как вдруг плечо обожгла адская боль.

–Ублюдок!– выругался он, бросившись на Томми, но ещё один выстрел свалил его с ног.

–Бежим....

Скрипя зубами от боли, Призрак корчился на полу разгромленного ими дома, бессильно наблюдая, как сбегают Томми и эта чертова метиска, точно поставившая себе целью сломать всю его жизнь.

18. Томми и Вай

А стоит ли брата любить и жалеть,

Когда от него все могли умереть?

– Томми?– Вайолет испуганно выдохнула, увидев знакомый силуэт в окне, едва не закричала. Девушка решила, что это проклятый Грант вынюхал, где она.

Из-за него вся её жизнь наперекосяк пошла. Теперь она даже не могла находиться там, где жила почти с самого детства, как бы странно это ни звучало, в борделе. Туда он ломился несколько раз, угрожая пересажать всех, кто встанет на его пути. Девочкам даже пришлось, чтобы он успокоился, провести его по всем помещениям борделя. Ну, или почти по всем– Вайолет пряталась в одном из потайных помещений. Для тех, кто любит наблюдать за чужими утехами. Помещение это располагалось за тайной дверью одной из спален. Когда разъярённый Грант ворвался осматривать спальню, Вайолет не удержалась от того, чтобы посмотреть в специальный глазок, задекорированный картиной. И, надо сказать, ей понравилось и нет то, что она увидела. Её муж был невероятно красив, этого невозможно было отрицать. Сердце заныло при его виде, а между ног запульсировало так, что пришлось свести их вместе, прикусив губу, чтобы не застонать от воспоминаний про их ночь. Но, оказалось, что не только на неё так действует его внешность– и это было немрчоням открытием. Дейзи, чьи кудряшки и груди под тонким халатиком то и дело упруго подпрыгивали, когда она пыталась сделать вид, что помогает в поисках, пыталась флиртовать с ним буквально на глазах законной жены! Вайолет со злорадным удовольствием представила, как вцепилась бы в её кудри, хорошенько оттаскав за них.

–Тише, Вай.– на Томми лица не было, и Вайолет сразу поняла– произошло что-то серьёзное. Она даже невольно выглянула за его спину, опасаясь того, что там стоит законник, вернее, сыщик, ещё вернее– её муж. Черт бы его побрал! Спутал и все её мысли, и всю жизнь. -Ты одна? – он оглядел комнату позади нее, удовлетворённо кивнув. Сама мысль об этом задела– Томми ведь знал, что она никогда не... И тут пришло осознание– она замужем. Больше уже не та невинная девушка, которой была. И Томми этого даже не знает.

–Да, я... Хорошо, что ты пришёл. Я хотела поговорить с тобой...– она открыла окно побольше, чтобы брат влез, но тот покачал головой.

–Не сейчас, Вай. Энни сказала, что ты здесь. Мне срочно нужна твоя помощь. Открой заднюю дверь.

Кивнув, Вайолет спешно накинула на плечи теплый платок, поспешив вниз. Комната, которую ей сняли у старой и глухой миссис Фрейнбауэр, располагалась на втором этаже. Дом был старый и неухоженный, но именно тут Грант стал бы искать её в последнюю очередь. Да и, что греха таить, не все постоялые дома готовы были принять хозяйку борделя. А в отелях было или опасно, или же слишком дорого.

–Входи, Томми. Ты мог бы не лезть в окно, а... – открыв дверь, Вайолет растерялись. Брат был не один– за его спиной стояла красивая индейская девушка, Вайолет как-то видела её в городе с семьей, что приняла её. Кажется, они жили на ранчо неподалеку. Девушка напряжённо и слегка напуганно глядела на неё. Томми, обернувшись к ней, что-то быстро объяснил. А после аккуратно взял за руку, вводя в дом. Когда девушка шагнула в круг света от старой газовой горелки, Вайолет невольно вскрикнула. Всё лицо и тело девушки, что были видны глазу, сплошь усыпаны синяками, следами... зубов. Где-то виднелась и запёкшаяся кровь.

–Вай!– вернул её в реальность голос брата. Томми взволнованно глядел на неё. – Нам нужна помощь.

–Я... Да, конечно. Проходите, я отведу вас наверх. Разогрею воду, принесу, чтобы.... А потом принесу еды.

–А старая грымза?– кивнул Томми на дверь комнаты миссис Фрейнбауэр. Вайолет улыбнулось:

–Когда получила деньги за постой, тут же уехала к одной из своих приятельниц. Говорят, их видели вусмерть пьяными. Ты же знаешь, это точно на неделю, минимум. -это было еще одной причиной, отчего выбор пал именно на старую леди ( помимо того, что многие в городе не взяли бы на постой " блудницу ", как именовали Вайолет и девочек из борделя). Её любовь к зеленому змию стала причей во языцах. Когда-то Преподобный Джонс, да упокоит Господь его душу, пытался воззвать к ней прямо на воскресных проповедях, выразительно обращаясь прямо к старушке, едва дело доходило до греха пьянства. Но его убили, а Симмонс и сам жаловал стаканчик-другой приговорить после трапезы, да и цели у него не было паству на путь истинный наставить. Самому бы с него не сойти ненароком.

***

Когда, путем долгих уговоров, несчастную Джорджию всё же удалось вымыть и смазать её раны мазью, Вайолет отнесла в её комнату горячий мед с травами, хлеб и немного сыра с рагу– остатки того, что принесли ей девушки. А после спустилась вниз, к брату. Томми, доев скудный поздний ужин, откинулся на стуле, следя глазами за сестрой.

Вайолет села напротив, скрестив руки на груди.

–Видит Бог, Томми, если сейчас ты скажешь, что всё это... Что ты в этом участвовал...– она вздрогнула, представив, через какой ужас удалось пройти молодой девушке. Даже в борделе никогда подобного не было. Нет, она знала о том, что у некоторых клиентов весьма... весьма странные предпочтения. Плётки, кляпы. Но всё это было больше игрой, и девушки были согласны сами– за такое больше платили.– Я клянусь, что самолично...

–Нет, Вай.– тихо ответил Томми, пряча взгляд. -Клянусь, я не ... Причинял ей зла. Это Призрак и остальные. Я спас её. И...– он не решался рассказать сестре, но выхода не было.– Кажется, сильно ранил Призрака. Поэтому нам и пришлось бежать. Теперь банда будет охотиться за мной.

Ожидая от сестры чего угодно, только не того, что она, радостно вскрикнув, бросится к нему в объятия, Томми едва не опрокинулся назад вместе со стулом. Успев ухватиться руками за старый растрескавшийся стол, он поражённо уставился на Вайолет.

–Эй, полегче, Вай, полегче.– шутливо похлопал её по спине, когда очередной прилив нежности накатил на неё. Наконец, когда сестра отстранились, удивлённо хмыкнул:

–Я думал, ты будешь злиться. Это ведь... Теперь на меня объявлена охота.

–Нет!– радостно улыбнулась ему сестра.– Я радуюсь, что ты покончил со злом, Томми. Главное, что теперь оно не ведет охоту за твоей душой!

В её голосе было столько радости, что он не посмел возразить. Это зло, оно, видимо, давным-давно его душу и заполучило. Бедная маленькая Вайолет– это он должен быть главным. Должен заботиться о ней, помогать, быть мужчиной в семье, в конце концов! А он только портит всё, цепляется за сестру, которой и без него тяжело.

–Я ... Уеду, Вай.– треснутым голосом начал он.– Туда, где меня никто не знает. Где можно будет начать новую жизнь, не боясь...– он сделал неопределённый жест рукой– Всего этого.