Текст книги "Кошмар во дворце, или Исповедь попаданки-невидимки (СИ)"

Автор книги: LitaWolf

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 26 страниц)

25-3

– Идём! – решительно кивнул Грин.

– Удачи вам! – пожелала им от души.

– Яна, пошли с нами, – сказала оборотница. – Тем более что я рассчитываю на твою помощь. Не сейчас. В будущем. Например, контролировать передвижения Морсиуса.

– Я готова, – кивнула в ответ.

– Тогда двинули! – Гринальд решительным рывком поднялся с дивана. – Зар как раз там. Заодно посвятим его в наш план «Бабушка в Медвежьих горах».

– Если отец не прибьёт нас раньше, – криво ухмыльнулась королева и первой направилась к выходу.

Через полминуты мы уже стояли перед дверью королевских покоев. Мать с сыном переглянулись и, пропустив меня вперёд, зашли внутрь.

Станворд с Арвизаром находились в кабинете. Они уже закончили свой разговор, на чём, кажется, собрались расходиться.

– Зар, останься, пожалуйста, – сказала королева старшему принцу.

– Что случилось? – мигом напрягся его величество.

– Пока ничего, – с едва различимой нервозностью ответила мужу Мендина.

Честно говоря, с трудом представляла, что сейчас творится у неё в душе. Меня на её месте просто колотило бы.

– Но вы пришли явно не за тем, чтобы узнать, какие у меня планы на завтра, – хмуро заметил Станворд. – Тем более и Яна с вами, – безошибочно уловил он мою энергетику.

– Ты прав, – кивнула королева. – Идёмте в гостиную. Разговор не на пять минут.

– Да что ж такое-то! – проворчал его величество себе под нос и двинулся вслед за нами на выход из кабинета.

В гостиной расселись кто куда. Мы с Грином устроились вместе на диване.

– Стан, – королева посмотрела мужу в глаза. – Должна тебе признаться. Это надо было сделать давно, но... – она виновато улыбнулась. – Я так и не решилась.

Лицо Станворда закаменело. Даже предположить не могла, какие мысли роятся у него сейчас в голове.

Арвизар переводил пристальный взгляд с мачехи на брата, будто уже заподозрил между ними сговор.

– Я не Мендина, – озвучила-таки оборотница ключевые слова.

Его величество вздрогнул. Наверное, монархам не положено вздрагивать, но когда такие слова слетают с уст любимой супруги, по-другому и не отреагируешь.

– Что? – переспросил он, словно бы не расслышав.

– Я живу под чужим именем, – переформулировала королева свою фразу.

– Ты не дочь Морсиуса? – нехорошо сощурился Станворд.

То же самое, только молча, сделал и старший принц.

– Никогда ею не была, – покачала она головой. – Настоящая Мендина не доехала до твоего дворца. Но не переживай, с ней всё в порядке.

– Ну а ты-то кто, демоны тебя раздери?! – вопросил король с рычащими нотками в голосе.

– Меня зовут Рильда, – твёрдо произнесла её величество. – Я оборотень.

– Оборотень?! – перешёл-таки на рык Станворд.

– Это что-то меняет? – буквально выстрелила она вопросом.

25-4

– Если ты шпионка, то меняет! – мужчина хрустнул кулаками.

– Я не шпионка! – подчеркнула оборотница.

– Тогда зачем тебе всё это?! – вопросил король и прикрыл глаза, о чём-то вспоминая. – Ну конечно! – грустно хохотнул он и размежил веки. – Все те разговоры: закончим войну, придём к соглашению, прочертим границу...

– Эти, как ты их называешь, разговоры, спасли десятки тысяч жизней! – жёстко возразила Рильда (мысленно я снова стала называть её настоящим именем). – Да, я хотела остановить бессмысленное кровопролитие и сделала это! И ни на секунду не пожалею о своём поступке!

То были слова настоящей королевы. И тон. И взгляд, устремлённый на мужа.

– Это мне ясно, – проговорил Станворд, всё ещё не в силах отойти от шока. – Непонятно другое – почему ты обманывала меня столько лет? – в его глазах плеснулась боль. – Ведь если бы не письмо от Морсиуса, ты бы продолжала скрывать от меня правду!

– Да, продолжала бы, – не стала возражать Рильда. – Потому что, похитив Мендину, совершила преступление. Но сейчас на кону твоя репутация, поэтому я и раскрылась. Готова понести наказание, но предварительно сделаю всё, чтобы избежать международного скандала.

Некоторое время правитель Лантаны молчал и выглядел словно грозовая туча. Стихия отражалась в его глазах – в них было темно, то и дело полыхали молнии.

Я сидела ни жива ни мертва. Для постороннего человека присутствовать на внутрисемейном разговоре представителей монаршей династии событие само по себе из ряда вон выходящее, а на столь откровенном и, что немаловажно, секретном – и подавно.

Но, наверное, я тут уже не совсем посторонняя?

– Стан, прости меня, – королева переполненным болью взглядом посмотрела на мужа. – Если сможешь.

Некоторое время его величество глядел словно бы сквозь Рильду, но потом всё-таки сфокусировал на ней зрение.

– Двадцать семь лет, – тихо, но очень выразительно проговорил он. Потом повернулся к младшему сыну:

– Надеюсь, хотя бы ты – Гринальд? – спросил он вроде бы в шутку, но с очень серьёзным видом.

– Да, – кивнул тот с улыбкой.

– И тоже оборотень? – спросил брата Арвизар.

– Показать? – Грин иронично улыбнулся.

– Покажи.

Так, ну вроде обстановка понемногу разряжается. Обо мне тут, кажется, забыли, но это и к лучшему. Во время таких разговоров разумнее не отсвечивать. Единственное, что пока не могла понять, поднимать сейчас тему герцога Лузидора или отложить её на потом. Мы с Грином и Рильдой об этом не договорились, а принимать столь важное решение в одиночку я опасалась.

С другой стороны, буквально только что обсуждалась тема утаивания правды. Обсуждалась и осуждалась. Однако слова: «Ваше величество, я тоже вас обманула» застряли так глубоко и так прочно, что их не сможет вытолкать наружу даже самый мощный поршень.

Глава 26

Тем временем Гринальд перекинулся в волка.

Станворд с Арвизаром синхронно поднялись со своих мест и подошли к волчаре. Принц запустил руку в густую шерсть, дружески потрепал брата. Король сделал то же самое, но потом переместил кисть на холку, захватил пальцами шкирку и слегка сдавил в кулаке.

Волк повернул к нему голову и предупреждающе поднял брыли.

– Смотри, недоволен, – усмехнулся Станворд, глядя на Зара.

– Покажи мне оборотня, который будет доволен тем, что его пытаются подчинить, – заметила Рильда.

– Я просто хотел посмотреть на его реакцию, – пояснил монарх. – Ведь раз он сейчас зверь, то и иерархический инстинкт должен был сработать.

– Но зверь-то разумный, – подчеркнула королева. – И оскалился осознанно.

– То есть от животного у вас, по сути, только оболочка? – спросил Станворд. – Ну и ещё небольшой набор сопутствующих плюсов – скорость, острые зубы, чуткий нос, звериный слух.

– И когти, – добавила я.

Король с принцем резко обернулись на мой голос с видом: «Ой, а мы ж тут не одни!»

– Да, в животной ипостаси мы при необходимости можем сделать подкоп, – прокомментировала мои слова Рильда и... тоже решила обернуться.

Надеюсь, Станворд сейчас не будет проверять её реакцию на захват холки? Иначе имеет все шансы быть покусанным. Она, в отличие от сына, с ним миндальничать не станет.

Но король и не собирался повторять подчиняющий жест. Присев, он запустил пальцы в её шерсть под ушами и нежно почесал. Волчица лизнула его в лицо и в ответ тут же получила поцелуй в нос.

Фух, вроде король принял истину. Но проблема с приездом Морсиуса по-прежнему остаётся открытой, да и про Лузидора тоже надо как-то аккуратно сообщить.

Накрасовавшись, оборотни вернулись в человеческую ипостась.

– И давно ты обо всём знаешь? – поинтересовался Арвизар у брата.

– С детства, – ответил тот.

– Ну вы конспираторы! – покачал головой старший принц.

– А я хочу услышать, как ты провернула эту подмену, – обратился к жене Станворд, вернувшись в кресло.

Рильда поведала историю, которую недавно рассказывала мне, после чего добавила, как сложилась судьба Мендины. Ну и на десерт выдала наш план по обратной подмене.

Все замерли в ожидании реакции его величества.

– Вы понимаете, что будет, если Морсиус поймёт, что во дворце две Мендины? – спросил он, переводя испытующий взгляд с Рильды на Гринальда.

– Мы не должны этого допустить! – решительно произнесла королева.

– Конечно, не должны! – согласился король. – Но одна оплошность, и мы окажемся в глубокой заднице! – не стал он стесняться в выражениях. – Потому что цена Морсиуса за молчание будет заоблачной.

– Может быть, если такое всё же произойдёт, не стоит рассказывать ему всей правды? – рискнула я высказаться. Сегодня мои идеи имеют успех – почему бы не подкинуть ещё одну. – Настоящая Мендина никуда не пропадала. А двойник – например, актриса театра, вживающаяся в образ. Предположим, что ей доверили сыграть на сцене королеву, вот она и репетирует роль.

26-2

– Сыграть Мендину? – уточнил король, словно бы восприняв мою задумку всерьёз. – Нет, Яна, про нас спектакли пока ещё не ставят.

– А если задумать такой спектакль? – предложила я. – Будет премьера, а сейчас он на ранней стадии репетиции.

– Мы не настолько значимые исторические личности, чтобы воплощать наши образы на сцене, – вновь возразил Станворд.

– Не обязательно ставить исторический спектакль, – продолжила я спор с правителем Лантаны. – Романтическая тематика тоже популярна. Например, его суть будет в том, что и в династическом браке может зародиться по-настоящему глубокое чувство.

Король с королевой заинтересованно переглянулись.

– Романтику можно разбавить и историческими реалиями, – дополнила я. – У вас же там в те времена война была. Потом мир.

– Спектакль будет называться «Война и мир»! – придумал Гринальд.

Хотела сказать ему, что это злостный плагиат, но подумала, а с чего вдруг – в этом-то мире!

– Яна, ты молодец! – похвалила меня Рильда. – Мне нравится твоя идея. И вовсе не как отмазка для Морсиуса, а как задумка с глубоким смыслом.

– Грин, с тебя сценарий, – озадачил сына его величество. – С руководством театра я договорюсь.

– А если Морсиус спросит, где исполнитель твоей роли? – задал отцу резонный вопрос Арвизар.

Да, действительно, кто будет играть Бориса-царя?

– Пока не нашли, – ответил Станворд. – Ищут.

– Ну что, вроде всё обсудили? – Рильда обвела взглядом присутствующих – даже по мне им прошлась. – Тогда я пишу письмо Мендине и немедленно передаю его связному, чтобы он уже сегодня ночью выехал к нашим.

– А мне, значит, с бабулей в горы переться? – не слишком-то охотно уточнил Арвизар.

– Зар, выручай! – королева подошла к нему и чмокнула в лоб.

– Да я и не отказываюсь, – проворчал принц. – Жалею, что столько всего интересного пропущу.

– Мы тебе потом расскажем, – подмигнул ему Гринальд.

Старший брат на это лишь ухмыльнулся.

Всей компанией мы переместились в кабинет, где Рильда заняла место за рабочим столом и стала писать письмо Мендине. Станворд и Арвизар смотрели на неё с сосредоточенным видом.

Воспользовавшись моментом, я прильнула к самому уху своего оборотня и проговорила едва различимым шёпотом:

– Грин, герцог!

– Завтра, – ответил он одними губами. – Сейчас всё слишком хорошо, чтобы портить отцу настроение.

Логично, подумала с облегчением.

Ох, только бы Мендина согласилась! Живёт себе тихо-спокойно, проблем не знает. И тут вдруг такая просьба! И ладно бы, просьба от родных или близких знакомых. А то ведь от похитительницы! Станворд ей, по сути, тоже никто.

Вдруг у неё вдобавок муж ревнивый? Едет-то она замужнюю женщину замещать! Король с ней в постель, понятное дело, ложиться не собирается, но попробуй это мужу объясни!

26-3

Пока я раздумывала над этой проблемой, практически всё то же самое озвучил Станворд.

– Я очень надеюсь, что Мендина пойдёт нам навстречу, – произнесла королева, не отрываясь от письма. – У нас, в смысле, у оборотней взаимовыручка всегда в приоритете.

– Но сама-то она не оборотень, – заметил пессимистичным тоном Арвизар.

– Полагаю, что в душе она уже стала оборотнем, – выразила надежду её величество.

– Будем на это уповать, – уверенно произнёс король.

Я всё поражалась, как он так быстро отошёл и простил Рильду. Думала, будет рвать и метать, а потом ещё несколько дней с ней не разговаривать.

Вот что любовь животворящая делает! Нет, про эту пару непременно нужно ставить спектакль!

Данную мысль я повторила вслух, когда мы с Грином наконец-то уединились в наших покоях.

– Спектаклю быть! – заверил меня оборотень, явно загоревшийся моей идеей. – Там, конечно, будет играть не Рильда, но этого Морсиус не узнает.

– Тебе ещё сценарий писать, – напомнила ему.

– Я не забыл, – улыбнулся он. – Кстати, я бы и про нас с тобой спектакль поставил, – добавил, улыбнувшись ещё шире.

– Тут задача облегчается тем, на мою роль вообще не нужно искать актрису, – заметила со смехом. – Будешь один по сцене бегать. А меня из-за кулис сможет озвучивать любая девушка.

– Нет, – покачал головой мужчина. – Актриса нужна. В конце ты обязательно станешь видимой. А закончится спектакль нашим поцелуем.

– Ну, не то чтобы прямо нашим, – протянула с неким таким намёком.

Принц понял меня мгновенно и прильнул к моим губам.

***

Утром к нам заглянула Рильда и сообщила, что Торвис выехал к Мендине буквально через несколько минут после того, как она вручила ему письмо.

После чего они с Гринальдом отправились завтракать.

Я, к сожалению, по-прежнему не могла составить им компанию. Мы все трое из-за этого расстраивались, но тут уж ничего не поделаешь – даже когда Луссия уедет, в столовой будут присутствовать слуги, которые никак не должны видеть танцующие над тарелками столовые приборы.

Мне же принесли завтрак в покои, и я в гордом одиночестве принялась за еду.

Когда поднялась из-за стола, вернулся Грин. Но не успели мы и двух слов другу сказать, как в дверь постучали.

– Луссия, – сообщил принц, то ли унюхав бабушку, то ли узнав её по стуку.

Я тут же метнулась в спальню, на всякий случай скинула халат.

Ой, дверь не прикрыла! Хотела это сделать, но не успела – Грин уже впускал бабушку в гостиную.

Мне стало интересно, о чём они будут говорить. Подошла и встала возле приоткрытой двери. Я же воспитанная девушка – нагло вперевшись в комнату, не подслушиваю.

– Гринальд, мне нужно готовиться к отъезду на курорт, – произнесла Луссия, наверное, впервые в жизни довольным тоном. – Поэтому решила не откладывать наш разговор. А то опять убежишь куда-нибудь... по неотложному делу, – добавила язвительно.

– Внимательно тебя слушаю, – сказал Грин спокойно, но внутренне, я чувствовала, он напрягся.

26-4

– Эта Листэрия... – в тоне бабушки засквозили пренебрежительные нотки, – совсем тебе не пара.

– Я знаю, – согласился принц. – Тем более скоро она переселиться в своё родовое поместье.

– Вот как? – я словно наяву увидела вскинутую бровь Луссии. – Что ж, туда ей и дорога.

– Приятно слышать, что сегодня тебя окружают только хорошие новости, – порадовался за бабушку внук.

– Хочу и тебе поднять настроение, – сказала та. – Как ты знаешь, наше королевство заинтересовано в укреплении связей с Вельраном. Принцессе Анау́ри уже двадцать лет. Девушка строгих правил, умна, красива. Но самое главное, что её отец, как я слышала, положительно смотрит на ваш брак.

ЧТО?! Брак?!

У меня чуть пол из-под ног ушёл. Голова закружилась. Я вцепилась рукой в косяк, чтобы удержаться.

– Бабушка, при всём моём уважении к его величеству Юрдага́ру, его дочь интересует меня не больше, чем Листэрия, – твёрдо заверил её принц.

– Интересы государства всегда должны быть превыше личных, – поучительным тоном подчеркнула Луссия.

– Тебе про Тюранну уже рассказали? – спросил Гринальд.

– Да! – выплюнула бабуля. – Мерзавка!

– Вот тебе и государственные интересы! – тон мужчины засочился язвительностью.

– В этой династии уровень воспитания потомков всегда оставлял желать лучшего, – возразила Луссия. – А у Юрдагара подобных проблем никогда не наблюдалось. Более того, я говорила на эту тему со Станвордом. Он считает идею твоего брака с Анаури перспективной.

Король согласен на их брак?!

В ушах зазвенело. Я села на корточки, иначе ноги точно бы подкосились.

– А ничего, что я не считаю её таковой? – жёстко вопросил принц.

– Вот чем ваше поколение отличается от нашего, так это необходимостью по многу раз повторять вам прописные истины! – недовольно проговорила королева-мать. – Укрепление связей между странами всегда было наивысшим...

– Когда именно ты говорила об этом с отцом? – не захотел слушать прописную истину Гринальд и в этот раз.

– На следующий день после их возвращения с охоты, – ответила она.

То есть до знакомства со мной и случая с Тюранной?

От сердца немного отлегло, но не настолько, чтобы облегчённо выдохнуть. Луссия от своей затеи так просто не отступится. Да и короли вряд ли легко отказываются от идей, которые считают перспективными.

А уж кто совсем не перспективный, так это я. Распущенность Тюранны он может списать на пробелы в воспитании дэлавийских королевских детей. А эта Ануари... или как её там?  – строгих правил, если верить Луссии.

– Кроме того, – продолжила королева-мать, – Юрдагар, как и любой нормальный человек, терпеть не может оборотней. Это его отношение к мерзким зверям передалось и детям. Вот тебе ещё один повод считать Анаури идеальной парой.

Глава 27

О да, лучшей пары Гринальду не сыскать!

И мне стало так больно за него. Слышать от родного человека такие слова! Впрочем, наверное, он уже привык к подобному. Но всё равно ужас просто.

– Бабушка, давай на этом закроем тему, – попросил Грин.

– Надеюсь, ты меня услышал, – сказала Луссия, на чём и удалилась.

Я тут же выбежала в гостиную и обвила руками шею своего оборотня.

– Не переживай, никаких принцесс не будет! – успокоил меня мужчина, целуя в макушку.

– Но Станворд... – начала я, однако он не дал мне договорить.

– Ты слышала, когда был их разговор?

– Слышала.

– Так вот с тех пор, как сама знаешь, многое изменилось, – Грин заглянул мне в глаза.

– Угу, – согласилась как-то не слишком уверенно. – Слушай, а почему Юрдагар не любит оборотней?

– На юге Вельран граничит с территорией оборотней, – начал рассказывать принц. – Когда шла война, на той границе усилиями незабвенного герцога Лузидора периодически проводились провокации, целью которых было натравить на оборотней ещё и Вельран. Бронберд рассчитывал, что две армии совместными усилиями гарантированно одержат победу. По счастью, дальше локальных стычек на границе дело не зашло – Юрдагару хватило ума не нападать на наших. Но оборотней он с тех пор невзлюбил, поскольку считал и до сих пор считает, что все диверсии – именно их рук дело.

– Я когда услышала, что оборотнененавистница – это идеальная для тебя пара, мне аж подурнело, – призналась честно.

– Да уж, – хмуро протянул Грин. – Бабуля нервы мне ещё потреплет, но столь вожделенной для неё свадьбы не будет.

– Я так испугалась, когда про неё услышала, – сделала ещё одно признание.

– Правда? – тепло улыбнулся мужчина, обхватив руками моё лицо.

– Правда, – прошептала я.

Слетевшее с моих уст слово совпало со стуком в дверь. Оказалось, что пришли Станворд, Рильда и Арвизар, чтобы совместно обсудить детали предстоящей операции по замене Рильды Мендиной.

Но Гринальд начал с того, что передал родным разговор с Луссией.

– Нет! – жёстко отрезал Станворд. – Тюранна – это была моя первая и последняя попытка испортить жизнь своему ребёнку.

– А у вас же ещё дочь есть, – вспомнила я. – Её зовут Кальвисса, если не ошибаюсь. Как у неё жизнь сложилась?

– Не так, как у нас с Диной, но достаточно сильная взаимная привязанность с мужем налицо, – ответил король. – В некоторой степени Кальви даже считает себя счастливой. Грин, как дела со сценарием? – резко перескочил он на другую тему.

– Уже начал, – ответил тот.

Интересно, когда успел?

– Перед сном в голову пришла идея, вот я и отправился воплощать её на бумаге, – пояснил принц, в том числе и для меня.

– Отлично! – похвалил сына король.

Гринальд многозначительно посмотрел на меня. Я поняла, что он собирается рассказать отцу про герцога Лузидора.

Да, пора!

В этот момент Станворд прислушался к раздавшимся в коридоре голосам.

– Минутку, – сказал он и выглянул за дверь. – Рибис, иди сюда, – позвал кого-то.

В гостиную зашёл незнакомый мне мужчина.

– Докладывай, – велел король.

– Ваше величество, – начал Рибис. – Только что во дворец доставили человека, похожего на подозреваемого, изображённого на рисунке.

Чёрт, на секунду не успели!

27-2

Сейчас же опять начнётся: «Если бы не поймали подозреваемого, вы бы и дальше молчали!»

И вот как теперь объяснить королю, что не молчали бы?

– Отец, его нужно отпустить, – обратился Гринальд к Станворду.

Тот удивлённо вскинул бровь.

– У меня по этому делу есть своя информация, – пояснил сын.

Его величество кинул на отпрыска подозрительный взгляд и отпустил Рибиса, сказав тому ждать в коридоре.

– Ну что ещё вы от меня скрываете? – устало вопросил он.

– Всего лишь подлинную личность Алхимика, – поведал принц таким тоном, будто с нашей стороны имела место всего лишь небольшая недомолвка.

– Что?! – рыкнул Станворд. – И что мешало сказать раньше?

– Да всё то же, – по-прежнему спокойно ответил Гринальд. – Правда повлекла бы за собой раскрытие нашей тайны.

– Внимательно тебя слушаю! – отец пригвоздил сына взглядом. – В первую очередь – что за тварь?!

– Герцог Лузидор, – назвал принц имя врага.

– Не сказать чтобы я был сильно удивлён, – процедил сквозь зубы монарх. – Только вот на нарисованном тобой портрете никак не Лузидор!

– Там даже не тот облик Лузидора, который видела Яна, – с невозмутимым спокойствием продолжал держать удар принц. – Я нарисовал абстрактного мужчину ничем не примечательной внешности, но твои люди умудрились-таки кого-то по нему поймать.

– Рассказывай всё по порядку, – велел король.

Мы с Грином, дополняя друг друга, поведали ему правду.

– Значит, гад не только изобрёл эликсир невидимости, но ещё и внешность менять умеет, – мрачнейшим тоном проговорил Станворд, приняв вид грозовой тучи. Кажется, он уже забыл, что мы от него что-то скрывали, всецело сосредоточившись на гораздо более серьёзной проблеме. – Когда у вас следующая встреча? – поинтересовался у меня.

– Послезавтра, – ответила ему.

– А что толку-то? – пессимистично проворчал Арвизар. – Нам ему даже предъявить нечего.

– Как минимум смену внешности, – предложил его величество.

– Но законодательно это не запрещено, – возразил старший принц.

– Значит, надо запретить! – постановил Станворд. – И касательно эликсира невидимости тоже. Мне его шпионы здесь совершенно не нужны!

На последней фразе я на всякий случай перестала дышать. Ну нет меня здесь. Нет.

– Вот прямо сейчас этим указом и займусь, – решил его величество.

– Только не обнародуй пока, – предупредил Арвизар.

Отец кинул на него взгляд: «яйца курицу не учат» и, сказав нам, что операцию по подмене Мендины обсудим позже, отправился сочинять указ.

– Закон для всех един, – заметила с беспокойством, когда за ним закрылась дверь. – Я не схлопочу срок, как единственный в мире человек, воспользовавшийся эликсиром невидимости, да ещё и с целью пошпионить во дворце?