Текст книги "Блудный сын сатаны (Мультикроссовер по "Синему экзорцисту") (СИ)"

Автор книги: Лентяй

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 40 страниц)

Глава шестнадцатая. Глубина реальности.

Как сказал один из великих, война войной – а обед по расписанию. Вот только в этот раз на обычном месте Изумо не обнаружилось. Пока я озадаченно чесал в затылке, Паку устроилась на лавочке:

– У Изумо-тян какое-то дело, она сказала начинать без нее….

– Ладно, – я сел рядом. Открывая коробочку с едой, я обдумывал, как начать разговор. И стоит ли делать это сейчас. Во-первых, неясно, когда Изумо вернется. Во-вторых, Паку меня сегодня настораживала. Точнее не она сама, а ее эмоции. Они читались очень слабо, словно были запрятаны вглубь. И то, что там в глубине чувствовалось – неуверенность, страх, желание помочь, беспокойство, наводило на мысли, что Паку обдумывает какую-то проблему. Причем обдумывает сосредоточенно, практически полностью уйдя в себя. Неужели ей таки пришла мысль бросить курсы?

– Рин-кун, скажи, а почему ты решил стать экзорцистом? – опаньки, похоже я угадал. Отлично! Тогда мне возможно удастся уговорить ее уйти из ордена, не допустив столкновения с Набериусом… Пока я собирался с мыслями, Паку истолковала мое молчание по-своему:

– Извини, я наверное, затронула не самую приятную тему… – в ее эмоциях появилась печаль, – Почти все, перед тем как попасть на курсы, получили демоническую метку… Наверное, это не самые приятные воспоминания. Мне еще повезло, что свою я получила на церемонии.

– Ну, Бон и… этот… не помню, получили свои там же, – хмыкнул я. Странно. Что-то разговор уже сворачивает не в ту сторону… Или это я просто возомнил себя всезнающим, а потому удивляюсь, что не все идет по моим представлениям?

– Вчера ко мне заходил Окумура-сенсей… Я не заполнила анкету о желаемой специализации, – да, помню, была такая. А Юкио молодец! Все-таки есть задатки учителя! Значит, не только Сиеми обхаживает, но и об учениках беспокоится! – Сенсей говорил о том, что быть экзорцистом тяжело и опасно. И просил подумать, насколько тверда моя решимость…Я всю ночь думала… – Паку замолчала. А потом неожиданно спросила, – Рин-кун, помнишь, ты говорил, что узнал о демонах только недавно? Это ведь было страшно, да?

Я молча кивнул. Правда, действительно страшно мне стало, когда Гу встретил. А до этого я скорее был в шоке от невероятности происходящего, и страха-то толком не почувствовал…Что-то я совсем перестал понимать, к чему она ведет. Пытается самооправдаться? Да нет, вроде для Паку это не свойственно.

– Как ты решился? Когда ты бросился на Прыгуна, помнишь?… Ты ведь совсем не боялся! А ведь даже Сугуро очень испугался. Или когда ты пришел на курсы в первый раз, и прямо на пороге громко назвался и сказал: "Рад знакомству!", не испугавшись выглядеть глупо, – Паку хихикнула. Но тут же снова погрустнела, – А я… Мне страшно, Рин-кун… Я не очень успеваю в учебе… И я боюсь, что не смогу сражаться, рискуя жизнью… Как мне стать такой же решительной? Возможно ли это? – Паку посмотрела на меня со странной смесью требования и мольбы. А я сидел и хлопал глазами как дурак. Вот тебе раз.

– Паку, подожди… Во-первых, решимость это штука весьма индивидуальная… А во-вторых, зачем тебе она? Зачем ты хочешь быть экзорцистом?

– Из-за Изумо-тян, – ну да, кто бы сомневался! – Я хочу ее защитить!

У меня отвисла челюсть. Увидев мою реакцию, Паку засмущалась:

– Да, я знаю, Изумо-тян гораздо умнее меня… И сильнее, и талантливее. Но… я никогда ее об этом не спрашивала, но у Изумо-тян есть очень важная причина, чтобы стать экзорцистом. И эта причина… причиняет ей боль. Ты знаешь, она могла видеть демонов с детства… Из-за этого ее не любили и дразнили. Но она не пыталась этого изменить. Изумо-тян…Она всегда была одна… И хотела стать экзорцистом. Словно только таким образом она добьется чего-то важного для нее… чего-то, что связано с испытанной ей болью. И я боюсь, что она снова останется одна, что ей будет еще больнее… – Паку запнулась. Я молча охреневал, пытаясь одновременно понять, во что выльется этот разговор, тем более что почуял знакомый клубок эмоций Бровок… За деревом в паре метров позади нас. И когда успела подкрасться? Когда пришли, Изумо тут не было, я уверен. – Еще в детстве, когда я попыталась впервые заговорить с ней, она сказала: "Будешь со мной рядом – и про тебя будут гадости говорить"… Изумо-тян… она и на курсы меня идти отговаривала, – краткий проблеск веселья в потоке беспокойства. А вот со стороны Камики доносится нотка недовольства. Ну не любит она, когда ее не слушают! – мы тогда чуть не поссорились… Вот только во время нашего первого разговора, когда я увидела улыбку Изумо-тян, я решила, что спасу ее от ее одиночества, от ее боли… – Ох ты ж ничего себе! Паку, да вот же она, решимость! Стой! Куда?! Эх, пару мгновений всего… но мне точно не померещилось, – Вот только теперь я боюсь… Боюсь, что не справлюсь. Боюсь, что Изумо-тян станет меня презирать, если отступлю, если подведу ее… Рин-кун, на тебя ведь мир экзорцистов свалился еще неожиданнее… И младший брат, которого ты привык защищать, вдруг оказался экзорцистом… Как ты справился с этим? Как нашел решимость? – Паку требовательно посмотрела на меня, а потом несколько растерянно спросила, – Рин-кун?

Я не выдержал и расхохотался. Идиот! Какой же я идиот! Привык рассуждать о ней, как о персонаже, плоской картинке, мелькающей первые пару глав… А ведь это реальность. И люди в ней не плоские. Они глубже. Какой же я дурак, что не подумал об этом! Реальность вообще глубже! С чего я решил, что на курсы допустят человека, пришедшего "просто за компанию"?! Даже если его притащит такой перспективный кандидат, как Камики? Тем более, что даже метки у Паку не было. У Бона тоже, но Бон-то – сын целого настоятеля… Вообще семьи всех пажей так или иначе в этом завязаны… Не знаю, как Паку добилась допуска на курсы, но явно если бы у нее не было достаточно сильного желания, ее бы не взяли, несмотря на дружбу с Изумо.

– Ох, извини, Паку… – кое-как взяв себя в руки, я повернулся к сконфуженной девочке, – Ты что, в самом деле думаешь, что Изумо станет тебя презирать, если ты решишь уйти из экзорцистов? Камики-сан, – повернулся я к дереву, за которым скрывались эмоции Бровок – Вы что, возненавидите Паку, если она испугается, не сможет победить демона, если она окажется слишком слаба для сражений? Плюнете ей в лицо, назовете мусором, и, гордо отвернувшись, уйдете прочь?

– Конечно нет, придурок! – вспыхнула праведным гневом Изумо, высовываясь из-за дерева. Но тут же смутилась и попыталась спрятаться обратно.

– И-и… Изумо-тян?! – Паку смутилась еще больше подруги.

– Камики, хватит прятаться, тебя обед дожидается, – позвал я. Сконфуженная Изумо вышла из-за дерева.

– Я вовсе не собиралась подслушивать, я…

– Да, ладно, Камики, я все понимаю, – отмахнулся я. И неожиданно попросил, – Улыбнись, пожалуйста!

– А?! – нет, все-таки когда у нее бровки так перекашиваются, это восхитительное зрелище.

– Не то, хотя это выражения лица также очень милое, – я повернулся к Паку, – видишь, я не могу упросить Камики-сан улыбнуться. А ты ее улыбку видела! Вспомни ее! Закрой глаза и вспомни!

Немного сбитая с толку, Паку послушно закрыла глаза. Я почувствовал, как ее эмоции теплеют. Любовь, забота, желание поддержать, защитить.

– Поняла? Это и есть твоя решимость, – я ткнул пальцем ей в середину груди, аккурат под бантиком. Не совсем там, где сердце, но иначе Изумо меня загрызет. И так вон ревность вспыхнула, что так нагло трогаю ее лучшую подругу, – И страх, и сомнения – все это неизбежно будет появляться… Моменты слабости бывают у всех. Но их можно преодолеть, если ты будешь помнить о чувствах, что внутри тебя. Ибо они и есть источник твоей решимости. Поняла?

Паку открыла глаза. И искренне улыбнулась.

– Да… Спасибо, Рин-кун!

– Та пустяки! – я встал, и сам толком не понимая, зачем это делаю, поклонился опешившей Изумо, – Камики-сан, я смиренно прошу прощения!

– За что?

– За то что дурак, – нет, серьезно. Почему я решил, что девочка, честно предупредившая подошедшую к ней Паку о своем дурном характере и реакции на нее окружающих, потащит за собой свою единственную подругу в экзорцисты, прекрасно зная, чем это может для далекой от этого подруги обернуться?

– За это ты не только передо мной, перед всем светом извиняться должен! – но язычок у нее все-таки островат. Хотя, язвительная прямота в отношении других не кажется мне недостатком. Вообще странно, как с таким характером Изумо в каноне не послала Сиеми лесом с ее предложениями дружбы сразу, а принялась ее третировать. Точнее нет. Почему третировала – не вопрос. Но почему она делала это в стиле "Да, мы теперь подруги. Понеси-ка мою сумку. Друзья ведь помогают друг-другу, верно?"? Сиеми-то она и сейчас может по-всякому обозвать, и частенько так и делает в порыве раздражения. Но такое приторное лицемерие для нее не характерно. Начинает закрадываться мысль, что этот эпизод был введен в канон лишь для того, чтобы добавить образу Сиеми больше розовых соплей… А может и нет, черт его знает. Сиеми своей наивностью будто кричит "используй меня"… Так что все могло быть. И не стоит идеализировать Камики. От этого ее образ теряет глубину.

– Весь свет обойдется, – хмыкнул я, – есть более насущные проблемы, – вот это точно. С учетом сказанного Паку, сомневаюсь, что стоит ее уговаривать уйти из ордена. Значит, надо предостеречь… Только сделать это осторожно, – Паку, говоришь, Юкио обсуждал с тобой необходимость твердой решимости? А с тобой, Камики?

– Нет.

– Мда. Не нравится мне это…

– Что ты хочешь этим сказать? – Бровки подозрительно прищурилась.

– Камики, ты кушай-кушай, – ласково попросил я, – а я пока расскажу. Странно, что из-за одной не такой уж важной бумажки Юкио приперся лично. Особой важности эта анкета не имеет – ни на рыцаря ни на драгуна пажей пока не учат, а для того чтобы стать Укротителем, одной подписи не достаточно. Остается только выбор между арией и доктором, – о классе "колдун" я заикаться не стал, потому что на занятиях нам о нем тоже не говорили, – Но мне не кажется, что этот выбор нужно сделать как можно скорее…. я помолчал, давая подругам осмыслить сказанное, – Тем более странно, в каком ключе он проводит беседу. Разговор о решимости к выбору направления относится лишь косвенно… Кроме того, Паку, не обижайся, но в настоящее время с точки зрения готовности к бою ты и Сиеми в группе идете на последнем месте. У тебя нет пригодных к сражению способностей…

– А Морияма – клуша! – ринулась на защиту подруги Изумо.

– Есть такое, – согласно кивнул я, – но основная проблема это ее отношение. Это ее "шучу" при призыве фамильяра… – я покачал головой, Изумо скривилась, Паку натянуто улыбнулась. – Но есть шанс, что когда прижмет по настоящему, она сумеет выкарабкаться чисто на инстинкте самосохранения… точнее, фамильяр вытащит. Так что, Паку-тян, из всех пажей ты меньше всего готова к бою. И вот именно к тебе приходит Юкио и читает мораль на тему твердой решительности и опасностей работы экзорциста. Как раз накануне "тренировочной сессии"…

– Ты хочешь сказать, – Бровки сообразила быстро, – что нас ожидает какое-то испытание? И оно будет опасным?

– Но нас же ни о чем подобным не предупредили, – заметила Паку скорее для порядка, чем действительно удивляясь.

– Перед церемонией метки нас тоже не предупреждали… Неожиданности – часть работы экзорциста, – пафосно подбоченившись, я попытался скопировать Мефисто. Девочки улыбнулись. Веселая атмосфера, впрочем, продержалась недолго. – Вот только в этот раз, боюсь, нас может ждать что-то посерьезнее гоблинов.

Изумо кивнула, соглашаясь. Спросила:

– Тебе сенсей что-нибудь рассказал?

– Камики, ты видела, чтобы Юкио хоть как-то выделял меня из остальных учеников? – задал я риторический вопрос.

– Видела, конечно – он же постоянно тебе про недостаток интеллекта напоминает, – хмыкнула Бровки, и я невольно улыбнулся. У меня получилось ощутить, что она не столько злорадствует, сколько дразнит меня.

– По-моему, он придирается! Рин-кун вовсе не глупый! – вступилась за меня Паку. Изумо нехотя кивнула. О-о-о-о!!! Так, срочно брать себя в руки.

– Мне никто ничего не говорил. Но иначе это бы не было испытанием, верно? Пока мне видится только один способ проверить, и то не дающий гарантии…

– Спросить Сиеми? – я уже говорил, что Изумо быстро соображает?

– Ага… Если Юкио проводил беседу и с ней, значит точно что-то ожидается. Но даже если не проводил, мне кажется, лучше быть настороже… Впрочем, – хмыкнул я, – вам в любом случае надо быть начеку.

– Почему?

– Вы же будете ночевать под одной крышей с Шимой! Зазеваетесь – и он либо белье сопрет, либо камер в ванную понаставит!

Изумо хмыкнула и собралась ответить какую-то гадость, но Паку ее опередила, покачав головой:

– Я не думаю, что Рензо-кун зайдет настолько далеко… Рин-кун, Изумо-тян, но что же мне делать? Я ведь действительно не готова сражаться!

– Не волнуйся, Паку, я тебя защищу! – Камики только коня и доспеха не хватало, настолько по-рыцарски это прозвучало. Так, не время умиляться.

– Камики, ты не сможешь защищать ее вечно. Кроме того, постоянной опекой ты не дашь ей развиваться…

– Да ты… – Изумо осеклась, когда я приложил палец к ее губам. Пока она отшатывалась, и в возмущении искала слова, я продолжил:

– Паку, на этом экзамене мы тебя защитим, не волнуйся. Не думаю, что нам подкинут что-то через чур опасное. Им же нужно нас не убить, а испытать. Но дальше тебе придется развивать боевые навыки… Если ты конечно хочешь быть экзорцистом. Я правда советую тебе подумать о том, как далеко ты готова зайти, и чем готова рискнуть. И я и Камики очень огорчимся, если ты решишь уйти, но еще больше мы расстроимся, если ты пострадаешь. Верно ведь? – я повернулся к растерявшейся от такого оборота Изумо. Та лишь кивнула.

– А вообще для экзорциста нужна не столько сила, сколько решительность, ум и наблюдательность… И даже если ты не можешь стрелять как Юкио или призывать фамилиаров как Камики, один вовремя обнаруженный враг или удачная идея иногда определяют выживание всего отряда… – я полез было за сигаретами, но отдернул себя. Закрыл рот рукой и мысленно затянулся. Мда… что-то я разговорился. Надо немного разрядить обстановку, а то эти двое сами себя накрутят так, что до появления Набериуса попросту перегорят. Паку вон опять ушла в себя, а Изумо внутри просто бурлит, опять ничего не понять.

– Кстати, Камики, а почему ты задержалась?

– Да, ерунда, – ответила Камики, вздрогнув и отведя взгляд от моей руки, – Я думала, староста о чем-то важном хочет поговорить, а она пригласила вступить в какой-то дурацкий клуб!

– Не "Далматинец", случаем?

– Да, а откуда ты знаешь? И почему ты смеешься?!

Глава семнадцатая. Первый заход.

Солнечным субботним утром народ собрался перед нашим общежитием.

– Это шо такое, – несколько растерянно спросил Бон, – будто дом с приведениями!

– Шо, детские страхи взыграли? – не удержался я.

– Шо сказал?! – оппа, прямо так вот с ходу полтора дециКая. Хохлатый седня бодрячком! – И ты достал меня передразнивать!

– Окумура-кун, Сугуро-кун, прекратите! – одернул нас четырехглазый. – Заходите. Первый день посвящен теоретическим занятиям и практике по фармакологии, нам много нужно успеть сделать.

Пажи, переговариваясь потянулись вслед за очкариком. Я пристроился рядом с Бровками и компанией.

– Ну как? – мог бы и не спрашивать. Даже эмоции читать не нужно было – на лице Сиеми крупными буквами были написаны растерянность и сомнение.

– Похоже, ты был прав, с Сиеми сенсей тоже говорил.

– Может, нам стоит предупредить Сугуро-куна и остальных?

Я покачал головой.

– Нет, Паку, думаю не стоит… Раз нам ничего заранее не сказали, значит хотят застать врасплох. Ребята просто измотают себя ожиданием… Да и боюсь, если мы покажем свою готовность, испытание могут ужесточить… Так что улыбаемся и машем, улыбаемся и машем!

– Кому машем-то? – я закатил глаза.

– Он имеет ввиду, что не подаем виду! – А все же Изумо действительно более менее притерлась к Сиеми. Хоть и не очень дружелюбным тоном, но объяснила же!

– О чем? Я ничего не понимаю!

– И хорошо. Ты, Сиеми-тян, слишком честная, – ласково улыбнулась зардевшейся блондинке Паку, – Не переживай, мы просто думаем, что нам дадут сложный тест…

– Ничего! – блондинка подбоченилась, но испортила все впечатление, споткнувшись на ступеньках. Зеленый человечек, смирно сидящий у нее на макушке, замахал ручками и еле успел уцепиться за прядь волос, чтобы не упасть. – Ой… Ни-чан, ты в порядке?… Я выучила правильные названия, так что в этот раз я даже лучше Сугуро-куна напишу!

– Здорово, Сиеми-тян! – а ведь Паку страшно. Страшно, но виду она не подает, держится. Черт, как бы она не перегорела. Ее задача на грядущем экзамене – уцелеть. Если она изведет себя до того, как все завертится, то ее шансы остаться неповрежденной стремительно упадут. Нужно придумать, как ее отвлечь.

К счастью или не очень, но ломать голову мне не понадобилось. Двуногий далматинец устроил нам такой учебный ад, что ни у кого времени праздно размышлять не было. В одном из холлов общежития на первом этаже была оборудована учебная лаборатория. В ней мы провели большую часть дня, прерываясь на теоретические брифинги-повторения пройденного на курсах. Поскольку практикумов по фармакологии у нас раньше не было, осваивать тонкости работы с колбами и пробирками пришлось на ходу. И удавалось это далеко не с первой попытки. Особенно отличилась Шура. Уж не знаю, что она там делала в этот момент – Юкио выдавал задания индивидуально – но это что-то взорвалось… Не совсем. Колба с хлопком лопнула, и бурлившая в ней грязно-бурая смесь выплеснулась наружу. Прямиком на проходящего мимо четырехглазого, кстати. Но очкарик был далеко не так прост, и проявив отличную реакцию, упал ничком, пропустив над собой струю жидкости. Мда. Шура, помнится, в каноне любила поразвлекаться за счет Юкио. Была ли это ее шутка или вышло случайно, сказать не берусь – мое чутье на ней глохнет. Но уж в больно подходящий момент это произошло, чтобы быть случайностью. Еще Шима чем-то надышался и его стошнило, Конекомару заработал ожог, облив руки каким-то экстрактом… Матушка Сиеми должна была неплохо навариться – того количества материала, что мы перевели за этот день, одному Юкио, наверное, хватило бы на пару месяцев интенсивного использования.

Заодно я прояснил для себя еще один момент касательно экзамена. В каноне меня несколько напрягло, что пажей ни о чем не предупредили, и не дали никакого оружия…

Нет, я конечно помню, что неожиданности – часть работы экзорциста и бла-бла-бла… Но забросить в безлюдное здание кучку безоружных и ничего не подозревающих ребят, до этого видевших только мелюзгу вроде гоблинов и прыгунов… И натравить на них демона среднего класса, с которым, между прочим, один на один выходят только начиная от экзорциста первого ранга… Это, знаете ли, производит неоднозначное впечатление.

Как оказалось, пажей все-таки подготовили к внезапному нападению. Что могут противопоставить ученики курсов демону? Арию и фармакологию! И за этот день Юкио заставил нас приготовить огромное количество микстур, противоядий, зелий, порошков и благовоний, способных помочь в столкновениями с кучей различных демонов. Ну… возможно я преувеличиваю… Но все, что успели пройти за прошедший месяц, мы сделали – многие ингредиенты были уже предварительно обработаны, видимо, чтобы группа успела выполнить все задания… И, кстати, антидот к яду Набериуса был среди них. А если я правильно помнил расписание, то завтра ожидался весьма напряженный семинар по арии.

Так что пажам дали все, чтобы противостоять атаке, кроме информации о самом факте оной. Такой подход я хотя бы мог понять.

– Ну, вот и все на сегодня, – вечером четырехглазый еще раз выполоскал нам мозги, обобщив все испытанные на собственной шкуре нюансы практики по фармакологии. И заставив написать по ним тест! – Переворачиваем бланки написанным вниз и передаем мне.

Я чувствовал, что мой мозг явно перегрелся. Провожаемый сочувствующими взглядами, я выбрался из-за стола и побрел к двери, пробурчав что-то о необходимости проветриться.

– Завтра подъем в шесть утра. Перед семинаром по арии, будет повторный блиц-опрос на закрепление пройденного сегодня, – я чуть не врезался в дверной косяк. Еще один тест?! Да этот пятнистый – демон еще страшнее меня!

– Ничего, четырехглазый, близок час расплаты, – бурчал я, бредя по коридору. Ноги слушались, но сильно затекли после долгого сидения на полу – общежитие было выполнено в японском стиле, и стулья были только на кухне и в нашей с Юкио комнате. Ничего-ничего, в среду будет первое мероприятие "Далматинца", тогда и отыграемся за все тесты и экзамены…!!!… Экзамен!!! Я хлестнул себя ладонью по щеке, и рысцой побежал к ванной, одновременно разворачивая чутье на полную. Закололо в висках из-за пропитывающей академию магии. Морщась от этого подзабытого дискомфорта, я, не останавливаясь, принялся искать Набериуса. Последнее время я наловчился здорово ограничивать собственную чувствительность, иначе бы заработал хроническую мигрень. Да. Я добежал до ванной – назвать это помещение "душевой" язык не поворачивался. Кстати, а кто его чистит? Явно не я с Юкио! Черт, зря я не проверил местность заранее… идиот, чем я думал все это время?!

Набериус нигде не ощущался. Обойдя раздевалку и душевые, даже зачем-то заглянул в бассейн – по традиции, японцы при принятии ванны сначала моются, затем окатывают себя холодной водой (хотя это по-моему по желанию, но старик учил делать именно так), а потом лезут отмокать в бассейн с горячей водой. Причем очень распространено коллективное омовение, а потому бассейн рассчитан минимум человек на шесть. Да.

Короче, Набериуса нигде не ощущалось. Вообще нигде!!! Я даже чуял Укобака внизу на кухне, хоть он и затаился, раздраженный таким большим количеством гостей. Еще я чуял трех девочек, идущих в моем направлении. Черт! Где эта тварь?!

Быстро добежал до стоящего за углом дальше по коридору торгового автомата. Купил пакетик шоколадного молока и побрел обратно. Свернул чутье, чтобы ненадолго передохнуть от головной боли. Черт, как же быть-то? Либо Набериуса тут нет, либо его скрывают от меня. С учетом, что Мефисто знает о моем чутье, вполне возможный вариант, кстати говоря…

– Ты меня вообще слушаешь! Я не хочу, чтобы ты видела меня голой! – Изумо излучала раздражение пополам со смущением. Смущением? Однако же…

– Ничего страшного, Камики-сан, я зажмурюсь! – Паку хихикнула в ответ на детскую непосредственность Сиеми:

– Видишь, Изумо-тян, все в порядке…

– Ничего не в порядке! Вы из детского сада, что ли?! Сиеми, сходи лучше купи мне фруктового молока! – Мда. Все же Изумо не подарок. Но сейчас не время рассусоливать… Если Мефисто как-то заблокировал мое чутье… Стоп, он же его изначально запечатал! А то, чем я пользуюсь – это просто жалкие ошметки!

– Камики, не будь такой букой, – рассеянно сказал я, приближаясь и продолжая обдумывать пришедшую в голову идею. Бровки, только сейчас меня заметив, смутилась еще больше. Прежде чем она успела перевести все это смущение в раздражение, я добавил, – если вы по отдельности мыться будете, то остальным слишком долго ждать придется. Кроме того, сейчас не лучший момент, чтобы разделяться, – Камики нехотя кивнула. Еще бы! Вместе безопаснее, да и когда они все трое будут рядом, мне проследить будет гораздо проще…

– ТЫ СОБРАЛСЯ ЗА НАМИ ПОДГЛЯДЫВАТЬ?! – в голосе Бровок застенчивость и удивление смешались с возмущением. Эмоции ее были еще более сложной смесью… У Паку, как ни странно, тоже. А вот Сиеми излучала чистое смущение, без всяких примесей.

– Черт, я что, опять вслух… – начал я риторический вопрос и осекся, невольно попятившись от в гневе наступающей на меня Изумо, – Да шучу я, шучу!! Не буду я за вами подглядывать!!!

– Да ну?! – яду в голосе Бровок было не меньше, чем у не найденного мной Набериуса, – А по-моему, ты только что опять не сумел удержать свои мысли от выпрыгивания на язык! А значит, ты серьезно подумывал это сделать!!! И просто проболтался из-за собственной дурости!

– Ладно-ладно! – я примирительно выставил ладони. Пытаться доказывать, что я совсем не то имел ввиду, смысла не было. Насколько мог жалостливым голосом попросил, – Камики, раз уж я опростоволосился, позволь мне хотя бы сохранить лицо и свести все к шутке, а? Понятно же, что даже если я и думал бы об этом, то теперь не буду…

Изумо остановилась. А потом кивнула:

– Ладно, так и быть, – не знаю, кто из нас больше удивился, я или Паку. Бровки между тем ткнула мне пальцем в грудь, – Но взамен ты купишь фруктового молока! На всех нас!

– Хорошо-хорошо, – облегченно согласился я, еще немного попятившись. Однако Изумо двинулась в след за мной и продолжила:

– И будешь сидеть и ждать нас с ним в холле, понял?

– Договорись, – хмыкнул я и двинулся обратно к торговому автомату. На ходу добавил, – Но бдительность все равно не теряйте…

– Рин!

– Рин-кун!

– Рин!

– Да не буду я подглядывать! – рассмеялся проявленному девушками единодушию и ускоряя шаг, – но кроме меня есть еще и Шима, не забывайте об этом!

Купив пресловутого молока, я решил попробовать пришедшую в голову идею. Не доставая Курикару из чехла, выдвинул меч из ножен – разумеется, на те жалкие миллиметры, что позволяли удержать пламя, – и попытался ощутить окружающую реальность сквозь наложенную на оружие печать. Еле удержал рык – показалось, будто череп вот-вот расколется… Но оно того стоило. Чутье улучшилось просто на порядок. Я ощущал даже оставшихся в холле пажей – фантазирующего Шиму, возмущенного Бона… Укобак копошился на кухне, предвкушая готовку завтрака на всю эту компанию. Юкио как всегда идеально контролировал собственный эмоциональный фон, ничего не понять… Вот только Набериуса нигде не ощущалось. И в ванной тоже. Паку, Сиеми и Камики были еще в раздевалке и перешучивались, в их чувствах преобладало веселье. А потом эмоции Паку резко изменились, вскипели стремительным вихрем, к которому присоединились чувства Бровок…

Проклятие!!!

Я со всех ног бросился к ванной за миг до того, как визг Сиеми разлетелся по коридорам. Дверь в ванную располагалась в перпендикулярном коридору закутке, причем с моей стороны, так что протаранить дверь с ходу было невозможно. Потому я, прыгнул и, сгруппировавшись, врезался в стену напротив. Сильно оттолкнулся и, сменив направление движения на противоположное, вышиб дверь своим телом.

Увиденную между двумя рядами шкафчиков картину я осознал только потом, потому что продолжил нестись вперед. А в тот момент я увидел только как какая-то колба разбилась о Набериуса, распространив облако удушливого скипидарного запаха, и заставив демона взреветь, на секунду остановившись. Почти схватившие Паку руки отдернулись, и этого мне хватило, чтобы врезать твари ногой в живот и отбросить к стенке. Не мешкая, я бросился вперед и ударил зачехленной Курикарой, целя по одной из голов. Главное не дать этому кентавру опомниться! Но Набериус легко пригнулся – у него оказалось всего две ноги – и, вцепившись в меня всеми четырьмя руками, хряснул мной о стену и прижал к полу. Надо мной нависла та из голов, что имела какое-то подобие лица:

– Простите меня, юный го… – прохрипела тварь, но договорить ей не дали. Пара белоснежных лисов бросились на Набериуса, заставив его отпустить меня. Воспользовавшись полученным шансом, я откатился в сторону и осмотрелся. У одного ряда шкафчиков сидела растерянная Сиеми, смотрящая на все широко распахнутыми глазами. Напротив нее сползала вниз Паку, лицо и плечи которой были покрыты темными пятнышками… Яд!

– Сиеми! Помоги ей! – заорал я, встряхивая блондинку. Во взгляде девушки вернулось осмысленное выражение, и она на четвереньках бросилась к пострадавшей. Я посмотрел на Камики… Да. В одном нижнем белье, спина прямая, в руках зажаты листки с кругами призыва. Кружочки бровей съехались к переносице, глаза неотрывно следят за дракой демонов… Богиня войны, да и только! Собственно, я не столько за нее беспокоился сколько… Треснув себя по морде, я оборвал ненужные мысли и снова бросился в драку. Все же парочка лисов не были ровней Набериусу, хотя и изрядно его отвлекли. Но было видно, что это не надолго. Вот он уже изловчился и схватил одного за лапу, ударив им по полу, а рука, в которую вцепился другой бьякко, неестественно изогнулась, перехватывая животное за холку. Или это Камики просто пока не умеет как следует использовать своих фамилиаров? Впрочем, об этом подумаем потом. Я подскочил и ударил мечом, но Набериус отбил(!) мой удар одним из лисов(!!!), ногу которого он таки не отпустил. Бедное животное взвизгнуло, и пока я пытался вернуть равновесие, одной из нижних рук Набериус перехватил второго, наполовину задушенного бьякко за задние лапы, и врезал им по мне как дубиной!

Я отлетел назад, отбросил в сторону тюк белого меха в красном платке и ударил по тянущимся ко мне рукам Набериуса. Конечность демона захрустела сломанной костью, но остановила мое оружие на долю секунды, и остальные хваталки демона снова вжали меня в пол.

– Ю-ю… – грохот выстрелов не дал демону за говорить. Получив три серебряные пули, демон отбросил меня в сторону и бросился наутек.

– Ты в порядке, братец!

– Ты опоздал, Юкио! – кое-как прохрипел я, вставая на четвереньки. Уверенности, что смогу встать прямо с первой попытки, не было. Перед глазами плыли черные пятна, наверное от последнего удара затылком об пол.

– Но успел же! Сиеми-сан, Паку, с вами все в порядке? – четырехглазый опустил пистолет и обернулся к полуодетым девушкам. Маячившие у него за спиной Бон и компания тоже подошли к ним. Паку, в пятнышках небольших ожогов, поверх которых были прижаты куски чего-то зеленого, слабо улыбнулась:

– Не очень хорошо… Но если бы не Сиеми-тян, было бы еще хуже…

– Да, первая помощь была оказана верно… И хотя доза яда была недостаточна, чтобы угрожать жизни, но все равно… Вижу, ты получила необходимое растение от своего фамильяра, – Зеленый человечек, из чьего пуза торчали обрывки какого-то растения, кажется, алоэ, радостно помахал рукой. Блин, Юкио, ты бы не языком трепался, а дело делал! Стоп, а где Камики?! – Ты молодец, Сиеми-сан!

– Ничего подобного! – неожиданно отозвалась блондинка со слезами в голосе. – Если бы Паку-тян меня не оттолкнула, демон облил бы меня этой гадостью! А я так растерялась, что пока Рин мне не сказал помочь ей, ничего не делала!

– Но ты же помогла, Сиеми-тян, – мягко сказала Паку, – И если бы Изумо-тян не бросила в демона своей рубашкой, на нас обеих попало бы гораздо больше яда, а я не успела бы ни помочь тебе, ни достать экстракт иссопа…