Текст книги "Джесси - Психопат (СИ)"

Автор книги: Lemon_Head

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 20 страниц)

– Я все еще не понимаю, к чему весь этот разговор.

– Игра становится опасной. Теперь я не могу просто так убить его. Я близок к тому, чтобы понять, как именно ему удается это делать. Он сумел убить Розу на расстоянии, но я не знаю, чем и как. Точно так же он может провернуть это еще раз. Она была готова слить нам эту информацию, но я позволил ей умереть. Признаться, риск погибнуть от неразгаданного ребуса только увеличивает азарт. Ты хорошо вошел с ним в контакт. Я наблюдал за тобой какое-то время. Думаю, он стал доверять тебе. Чарли сказал, он начал разговаривать, это правда?

– Не знаю, как именно сказал Чарли. Да, он иногда отвечает мне словами, но чаще мы общаемся жестами и по делу. – Соврал Барри. – Он очень осторожен.

– Значит, он ничего не говорил тебе про нашу игру?

– Я подозревал сам, но с его стороны такого еще не случилось.

– Хм. – Хайдэн проверял его на правду, наблюдая за реакцией. Он ничего не сказал ему о визите в его дом и разговоре с миссис Тэмпл. Значит, он не знал, и она не сдала Барри, и значит, она не лгала ему, искренне надеясь на завершение истории. – Я хочу, чтобы ты сотрудничал с нами больше. Понимаешь, о чем я? От этого многое зависит. Благополучие твоей семьи в первую очередь. – Ага, угрозы пошли. – Я хочу, чтобы ты установил с ним максимальное доверие. Расспроси его об этом. Любая информация будет полезна. О других, помогающих ему пациентах. Я знаю, он как-то связывается с ними. Пойми, Барри, всего одна человеческая жизнь. Всего одна. Эта. Именно эта. Я не прошу многого сейчас. Подумай, какое великое открытие мы можем сделать. Как повлияет это на науку, если мы докажем существование необычных способностей, развитых на психической нестабильности. Если вдруг это удастся сделать и с другими больными. Представь, Барри. Ты и твоя семья никогда не будут ни в чем нуждаться, ты станешь моим преемником, ты чертовски умный парень и позже возьмешь это дело в свои руки, станешь ничуть не менее гениальным ученым, чем я. Подумай о будущих перспективах и возможностях, о том, как поможет это человечеству в дальнейшем. – Он говорил о своей идее фанатично, не было сомнений, это дело всей его жизни. Настолько это было важно, что он готов был зайти максимально далеко и отдать за это жизнь. – Я ведь всегда винил его во всем, ненавидел сам факт его существования. Но теперь понимаю, что это действительно некий «подарок» судьбы, чтобы сделать такое открытие. Она всегда называла его так. – И Барри вспомнил подпись на украденной фотографии. Почему ребенок, названный так, обречен на такую тяжелую и несправедливую жизнь? – Я могу с уверенностью сказать, что выбора у тебя особо нет, но пока хочу, чтобы ты действовал самостоятельно и без принуждения. Ты втянешься, я щедро буду платить за каждый день твоей полезной для меня работы. Я дам тебе на это месяц, два, если потребуется. Не стану влезать в твою работу, и откажусь на время от экспериментов, по которым страсть как соскучился. Но если за это время я не увижу каких-то положительных для дела результатов, имей в виду, тогда плохо будет всем. А методы станут радикальными. Всего одна не так уж и важная для тебя жизнь. В противовес жизни и благополучия твоей семьи. Такая вот ставка. Сделать из здорового человека психически больного достаточно просто. Я разработал много различных методов, включая музыкальную терапию.

– Что? Как это вообще совместимо? – Хайдэн усмехнулся, доставая из ящика плейер с наушниками.

– Хочешь узнать? Чарли был впечатлен.– Он не дождался ответа, надев на Барри наушники и включая приятную звуковую дорожку. Сначала это было шуршание гравия или снега. Словно шаги по снегу, приятный звук. Во всяком случае, это хорошо расслабляло мозг и отвлекало от ранее увиденных фотографий. Шуршание немного изменилось, слышалось, будто что-то осыпается, тот же снег или земля. – Многим это нравится. А потом я говорю им правду, и все меняется. На этой записи слышно, как Генри зарывает во дворе очередные куски тел. – Барри сдернул наушники, зажмурив глаза. Голову пронзил приступ страха и ужаса. – А потом они все начинают кричать, потому что я говорю, что некоторые тела еще живы и шевелятся, пока он сбрасывает их в одну яму.

« Барри. Барри он пытается повлиять на тебя. Так сдался Чарли. Просто слушай мой голос» – Представленные картинки были настолько реальными, что он не мог просто выкинуть их из головы. Его трясло, к горлу подступала тошнота, а тело отказывалось слушаться, ослабев в одно мгновение. Но Джесси продолжал говорить, и Барри сосредоточился на этом, пока Хайдэн ждал результатов. После такой терапии немного свихнулся Чарли, после чего с ним не было проблем в послушании.

«Если выберешься оттуда живым, обещаю, мы с Ксавьером съедим всю твою рисовую кашу» – Барри засмеялся от этой мысли, а Хайдэн нахмурился, блеснув очками, что-то пошло не так.

– Даа, неплохой метод. – Барри встал с дивана, полностью придя в себя, и вручил наушники Саннэрсу, который просто не мог поверить, что все в порядке. – Я вас понял. Попробую оправдать ваши надежды. Надеюсь, мешать не станете. – С этими словами он улыбнулся и вышел из кабинета, оставив пораженного начальника в замешательстве. Его метод не давал осечек еще ни разу.

Барри набрал номер Билли, чтобы тот выпустил его на любой другой этаж. Он немного потряс головой, избавляясь от неприятных ощущений и думая про смешную рисовую кашу. Почему такая простая вещь вызвала в нем тонну приятных эмоций? Не менее пораженный бодрым состоянием сотрудника Билли, молча, спустил его на третий этаж. Он явно знал, на что отправлял его. «Лицемерный идиот, и тебе воздастся, не сомневайся». – Барри проводил его с этой мыслью и направился в подсобку, чтобы заварить себе зеленый чай и немного успокоиться. Открыв дверь, он нос к носу столкнулся с Патриком. Тот явно не ожидал этого и хотел слинять, но Барри заволок его за шиворот в подсобку и пригвоздил к дверцам шкафчиков.

– Прости-прости! Я не знаю, что я сделал, но явно что-то! – Бедняга даже зажмурился, но Барри отпустил его, явно не собираясь бить.

– Всего-то хотел сказать, чтобы ты удалился из друзей Катрины в сети, не больше. Что за паника? – Патрик с облегчением выдохнул, схватившись за сердце.

– Черт, напугал. Да я просто хотел спросить парочку рецептов. Всего-то. Никаких других целей. Я выполню твою просьбу сейчас же. – Он полез за телефоном.

– Патрик-Патрик. Для этого существует интернет. Не создавай себе лишних проблем.

– Я прикупил неплохих пирожных, составишь компанию?

– Ты неисправим. Скройся. – Дважды просить не пришлось. Он исчез, не теряя ни секунды. – Как же у меня от вас всех болит голова. – Он неторопливо заварил себе чай, сделал сандвич и поработал с карточками, которые заполнял каждый день. Помыл чашку и собрался уже уходить, но взгляд зацепил незакрытый шкафчик Патрика. «Позже» подумал Барри и отправился наверх.

По дороге ему снова позвонил Билли, сообщив, что в скором времени сделает ему пропуск на пятый этаж, по просьбе Хайдэна. Это было хорошо, потому что второй пропуск, он мог дать кому угодно, например Дэйли. Он сунул руки в карманы, обнаружив там вилки – маркеры, и решил не терять времени и сделать полдела, пока была возможность. В кармане так же была карта. Внимательно посмотрев, он понял, что к чему. Первая точка была в конце коридора. Кладовка с инвентарем. Нужно было заменить маркер над дверным косяком. Барри пододвинул тумбочку к двери и залез, обнаружив, что сверху доска была плохо прибита. Как только он отодвинул ее немного вверх, из-под нее выпала старая вилка. Интересно, сколько таких было по всему зданию. Завершив с первым объектом, он отправился к пожарному выходу, где они с Патриком прятались в первый раз. Лампочка там никогда не горела. Видимо, ее выкрутили за надобностью. А вот закрепить вилку в патроне было делом не хитрым. Барри вернулся за стремянкой в кладовку. Много времени не потребовалось. Он довольно хорошо справился со всем. И с чистой совестью мог вернуться в 406-ю. Он появился в ней в самом непередаваемом скверном настроении.

– Что случилось? – Его поведение немного обеспокоило Джесси. Барри, молча, протянул ему планшет с документом, как обычно это делали врачи, когда не хотели озвучивать пациентам неутешительный диагноз, чтобы они могли прочитать сами.

– Джесси Саннэрс, мне очень жаль, но вы … – Джесси тут же выхватил планшет, пытаясь понять. По центру листа был напечатан очень крупным шрифтом диагноз: «ВЫ ПОТРЯСАЮЩИЙ»

– Дурак. Я-то думал, что может быть еще хуже, чем есть на самом деле. – Барри засмеялся.

– Признай, мне удалось тебя разыграть.

– Признаю. Как прошли переговоры? – Он отложил планшет с глупой шуткой на тумбочку. Барри уселся напротив.

– А то ты не знаешь?

– Знаю, но я слушал местами и не очень внимательно.

– Ты только что спас меня от сумасшествия и говоришь, что слушал невнимательно? Ладно. Он дал мне месяц на выяснение у тебя правды.

– И что ты намерен делать для этого?

– Ну, не знаю. Он обещал не вмешиваться какое-то время. Так что можем спокойно сходить прогуляться. Собирайся. – В этот раз он не стал помогать Джесси. Он любил это делать, но теперь, когда выяснилось, что ему сложно контактировать, предоставил ему немного самостоятельности. Что странно, Чарли дал отказ о сопровождении, возложив ответственность на самого Барри. Тем лучше. Они беспрепятственно покинули здание, выходя на свою территорию. Было прохладно. Осень начинала незаметно подступать, Барри тоже пришлось накинуть свою куртку.

========== Часть 14 ==========

– У тебя с собой есть календарь?

– Календарь? Минуту. – Барри пошарил во внутреннем кармане с банковскими карточками, доставая маленький календарик. Катрина положила, не иначе. Барри не любил такие непрактичные вещи. Однако вот, понадобилось зачем-то.

– Ноябрь. Зачеркни ноябрь. Я думаю, это случится в ноябре. – Барри, молча, достал ручку из больничного халата, перечеркивая третий месяц осени. Барри думал про зиму. Джесси упоминал, что не уверен на счет того, что сможет пережить зиму. Но теперь этот период сокращался еще больше. И становилось как-то не по себе. Барри с надеждой поднял голову, смотря на клочок голубого неба, показавшегося из-за пасмурной пелены туч. А затем снова обернулся на пятиэтажную мрачную постройку.

– Это нелепо. – Джесси нахмурился, не понимая, о чем речь. – Это обычная пятиэтажка, Джесси. Никчемный и никому не нужный хлам из кирпича и досок. Почему это происходит здесь? Почему это вообще происходит? Кучка психов сидит и распоряжается чужими жизнями вместо того, чтобы занимать больничные койки, доставшиеся вполне нормальным людям.

– Ты сомневаешься? – Барри посмотрел на него чистым и невинным взглядом, все еще не понимая. – В своем решении.

– Нет. Нет, я сто процентов хочу наказать этих ублюдков. Они все одержимы, больны.

– Почему ты хочешь это сделать?

– Что? – Вопрос показался ему странным. Разве это было не очевидным? – Потому что они так плохо обошлись с тобой.

– Ага, значит в этом дело. И все?

– А что еще ты хочешь услышать?

– Ну не знаю, просто тебе не кажется это не достаточно серьезной причиной, чтобы рисковать собственной жизнью? Я хочу спросить, это имело бы для тебя столько смысла, если бы ты не знал обо всем этом. Если бы ты никогда обо мне не узнал, обо всей истории, ты бы полез в пекло событий, чтобы погибнуть, но остановить Его? – Барри задумался. Он никогда не задавал себе этот вопрос. – Они одержимы, да. Но идея, захватившая тебя, заставившая тебя рискнуть всем, самим собой и безопасностью собственной семьи, своего рода тоже одержимость. – Барри так и замер, пораженный этой мыслью. Что он только что сказал? Что сам того не замечая, Барри стал похожим на них? Вот только его цель казалась ему правильной. А что если он прав? Если бы Барри не знал его, если бы не появился бы тогда в 406-ой, не пошел бы работать на Хайдэна? И если бы даже пошел, но предпочел бы оставаться в тени, как Нэйт, и не совать нос, куда не просят, он бы не стал втягивать в это Катрину и Джорджа и еще сотни тех, кого тот собирался подключить к делу. Значит, все дело в самом Джесси. А точнее, в самом Барри. Он просто не смог остаться равнодушным. И, честно говоря, он бы все-таки предпочел бы остаться невидимым для всех и тихо работал бы, игнорируя ситуацию. Он не стал бы так рисковать, если бы знал только Майкла и Нору. Это было неправильным. Но он выбрал бы благополучие своей семьи, а не жизни этих людей. И посмотрите, он с головой окунулся в дело. Украл информацию, незаконно проник в чужой дом дважды и готов был способствовать скорой гибели собственных коллег. Не об этом ли говорил Хайдэн? Он постепенно втягивается. Все рано или поздно делают это. Почему? Почему, черт возьми, он не мог остановиться и все бросить? Это было не в его правилах? Так ведь правила можно нарушать при необходимости. Вот только Барри Мэлтон всегда добивается своего, как правило. И сама идея почему-то переворачивала все в его душе. Он был важной частью огромного плана с самого начала. Он выбрал опаснейшую из двух возможных сторон. Он столкнулся с необъяснимым, и это ему понравилось. Он все меньше обращался к здравому смыслу и все больше думал о том, как восторжествует справедливость. Он медленно сходил с ума.

– Мне все равно. – Барри отмахнулся от всего, о чем подумал.

– Тебе не может быть все равно.

– А мне все равно. – Он достал мобильный и открыл камеру. – Подойди. – Потребовал он.

– Зачем? Знаешь, я не пытаюсь отговорить тебя участвовать в этом, мне нужна твоя помощь. Но знай, это эгоистично с твоей стороны по отношению к Катрине и твоим друзьям, и эгоистично с моей стороны по отношению к тебе. – Джесси осторожно посмотрел на экран, увидев там себя и Барри. А Барри, поймав момент, успел щелкнуть фото, тут же почувствовав толчок в плечо. – Зачем тебе это?

– Успокойся. Я сохраню это на память, как поездку в Италию, помнишь? Нам осталось не долго.

– Ты не погибнешь.

– Даже если. Ты назвал меня одержимым идеей. Возможно. И поверь, от этого мой мозг начнет только интенсивнее работать в этом направлении. А еще, – он посмотрел на решетки окон 406-й, – я собираюсь избавиться от них. Я постараюсь так же в ближайшее время вывести на чистую воду парочку человек. Мне нужно, чтобы они мне доверяли. Ты собираешься убивать, я это осознаю и собираюсь помочь.

– Ты этого не осознаешь. Просто чувство адреналина подстегивает твой интерес. В моем списке всего пара человек, и Он в нем не первый. Остальные только при необходимости. Кто-то должен понести ответственность за Его дела.

– Оставишь Билли в живых?

– Я еще не решил.

– А первым был Симус Бойл? – Джесси бросил на него не совсем добрый взгляд, но Барри больше не боялся подобных предупреждений. – Ты слишком легко дал ему умереть.

– Я лишь использовал шанс, которого могло бы и не быть. Почему мы вообще заговорили об этом? – Он был раздражен подобной темой. Барри это видел, но продолжал говорить.

– Почему бы нет. – Джесси отошел от него подальше и сел на траву. Барри сделал тоже самое, садясь рядом. – Так что?

– Ничего. Мне пришлось подчиниться и ждать какое-то время. А учитывая количество всего, что в меня вкололи, убить его было не просто.

– Тебя наказали за это?

– Наказали. – Он уткнулся в ворот куртки, видимо, прекращая разговор.

– А почему вилки, а не, скажем, ложки? – И Джесси тут же выхватил вилку, втыкая ее в землю рядом с ногой Барри, едва не поранив. Это было неожиданно. Она проткнула его штанину и вошла в грунт наполовину. Барри не с первого раза смог ее вытащить, применив силу. – Кажется, это ответ на мой вопрос. Я понял.

– Очень хорошо. – И все равно Барри улыбался. Ему нравилось думать о том, что, не смотря на всю свою надоедливость, Джесси не мог особо сделать ему плохо, потому что нуждался в его помощи. – Это не повод продолжать доставать меня.

– Эй, я просил, не читать мои мысли.

– Я и не читал, все и так понятно. – Барри снова улыбнулся. – Хватит дурачиться, нужно подумать, как бы тебя вооружить. С энергией ты вряд ли к тому моменту научишься управляться, общался когда-нибудь с огнестрельным оружием?

– Нет.

– А вот твое рабочее окружение неплохо с этим справляется. Когда все и всем станет понятно, нас останется только двое. Тебе не придется брать на себя такую ответственность, я все сделаю сам. Просто на всякий случай будь готов защитить себя.

– Тебе нужно, чтобы Он продолжал оставаться в здании, верно? – Джесси кивнул. – К тому моменту они будут знать обо всем, нам будет сложно выбраться наружу. Ты сделаешь все сам, а я должен буду защитить нас, пока ты это делаешь. Я понял. – Джесси улегся на траву, как делал это всегда, пока они гуляли. Земля была уже холодной, но так он лучше чувствовал связь с теми, кто под землей. Барри же поднялся на ноги, отвечая на сообщение Катрины, а затем взялся за ворот красной куртки и поволок его по траве. Джесси потерял тапки.

Проходящий мимо окна Чарли с недоумением посмотрел на развернувшуюся картину. Врач психиатр таскал по земле смеющегося пациента. Чем занимался этот Мэлтон, когда вовсю шла Его война? Он лишь покачал головой и отправился дальше. Ему нужно было накормить подопытных. Это была отдельная категория пациентов. Они занимали собою весь четвертый этаж. Это был, можно сказать, списанный материал, не пригодный для жизни, но пока еще живой. Они могли потребоваться в любой момент, когда доктор Саннэрс был зол или его посещала гениальная идея. Список их имен, конечно же, был, но в этом не было совершенно никакого толка, потому что они были животными, одинаковыми на вид, вынужденно слепыми и не соображающими. В такую категорию попала Роза Ривер, когда Барри увидел ее той ночью в коридоре. На пятом этаже тоже были кабинеты. Всего несколько. И все они представляли собой лабораторию, где и проводились эксперименты. К слову, третий этаж с обычными больными был не так уж необходим. Это прикрытие и резерв био мяса с перспективой на будущее. В обязанности Чарли входило многое. Он приносил с кухни ведра с отходами и ставил по ведру в каждой палате. Это называлось «Кормить зверей». Над этим особо не задумывались и делали это редко. Раз в неделю и чаще всего кормили просто замоченным хлебом. Он делал это только потому, что кто-то должен был это делать. Он тоже чувствовал, что скоро все должно закончиться. И даже боялся думать об этом. Он ненавидел Джесси. Его заставили возненавидеть. Он знал, как много плохого сделал ему, но теперь вставал вопрос жизни и смерти, и все это не имело значения.

– Я бы хотел вернуть тебе зрение. – Задумчиво озвучил мысль Барри, когда они поднялись наверх.

– Я прекрасно вижу.

– Ты понял, о чем я. – Барри открыл дверь ключом и пропустил Джесси вперед.

– Неужели цвет глаз имеет такое значение?

– Люди воспринимают подобные вещи несколько иначе.

– Это не важно, как на это реагируют другие люди. Я общаюсь только с тобой. И если тебе просто интересно знать, как я выгляжу с цветными глазами, достаточно посмотреть мои старые фото. – Барри скинул свою куртку на раскладушку, словно 406-ая была его личным кабинетом.

– Меня все устраивает. – В дверь тихо постучали. Барри стал очень серьезным, подходя и немного приоткрыв щель, чтобы посмотреть, что и кому нужно. Это был Чарли. Он старался, чтобы его мог видеть только его коллега, и поманил его жестом, чтобы тот покинул палату. Барри кивнул и вышел навстречу, прикрыв за собой дверь.

– В чем дело?

– Ммм. – Начал Чарли. – Отойдем подальше от этого проклятого места. – Барри усмехнулся, и они немного прошли вперед по коридору. – Пока вас не было, я заходил. Ты притащил такое неимоверное количество вещей сюда?

– Разумеется. Больше некому. Это запрещено?

– Нет. Мы стараемся этого не делать, потому что, скажем, на удлинителе любой пациент может повеситься, а стеклом от настольной лампы порезать вены. Но в случае с этим человеком все иначе. Он скорее задушит тебя удлинителем или перережет горло стеклом.

– Ааа, успокойся уже, Чарли. – Барри вдруг понял для себя еще кое-что. Его лицо стало спокойным и даже немного интригующим. – Знаешь, я ведь делаю это все не просто так. Я все это время старался всего-то втереться в доверие. Приносил все необходимое, проявлял заботу и доброту. Я всегда смотрю наперед. Не этого ли хотел от меня доктор Саннэрс? – Чарли прищурился, недоверчиво на него посмотрев.

– Н-да? Если не врешь, то у тебя это получилось, кажется.

– А то! Я всегда добиваюсь своего, как правило. – Кажется, ему поверили. Чарли смягчил взгляд и даже немного воспрянул духом.

– Так это же круто. Хм, а ты не промах. Я-то думал, что за привязанность у тебя к нему, а оно вон оно что.

– Да, я просто очень хорошо знаю свое дело. И да, извини, что тогда напугал вас, замахнувшись стулом. Я должен был показать ему, что готов заступиться, не смотря ни на что. Совсем скоро я узнаю, где он прячет вилки. – Брови Чарли поползли вверх. Это была хорошая новость для него, Барри это знал. Чарли так часто доставалось этими вилками. А еще Барри знал, что все, что он сейчас скажет, Чарли непременно сообщит Хайдэну. Это ему было вдвойне на руку. – Если хочешь что-то узнать – завоюй доверие. Ты не поверишь, но меня этому Патрик научил.

– Патрик?! – Это прозвучало нелепо.

– Патрик. Он так несерьезно ведет себя, что отношение к нему становится соответствующим. Я подпустил его к себе слишком легко, но как оказалось, он та еще штучка. – Барри попал в десятку, потому что Чарли не смог солгать, посмотрев на него с осторожностью. Барри подозревал, что Патрик лишь прикидывается глупым, но каждый раз, когда он с легкостью добывал для него ключи и пропуска, становилось ясно, что это не так. Он первый, кто так же завоевал доверие Катрины. Он, несомненно, делал это для себя и своей безопасности, но при этом на пользу Хайдэну. Чарли только что понял, что Барри это известно, и не смог не отнестись к этому не с осторожностью. – Я хочу знать больше. Расскажешь? – Его самоуверенность сбивала с толку, и Чарли оставалось лишь кивнуть. Они снова прошлись вдоль коридора.

– Здесь мы держим подопытных. Иногда мне приходится кормить их. Они как стая собак. Так что не советую заходить. Порвут на кусочки. – Барри участливо кивал головой, стараясь выглядеть заинтересованно. – Пойдем, я покажу тебе наши рабочие кабинеты.

– Давно ты здесь, Чарли? – Он немного думал над вопросом, пока они шли к лестнице на пятый этаж.

– Да, порядком. Я был здесь еще до того, как этого парня сюда привезли. Я помню этот день.

– А семья?

– Четверо детей. Три дочери и сын. С женой уже шесть лет в разводе. А младшей в прошлом году было восемнадцать. Помогаю им, конечно же. Но теперь я практически здесь живу. – Чарли отвечал охотно. Ему некому было выговориться. И он быстро сдал позицию. Они поднялись наверх, и Чарли открыл один из кабинетов, где было много различного и хорошего оборудования. Он устало опустился на один из стульев, когда включил яркий свет. Барри присел напротив.

– Чарли. Я хочу попытаться понять. Почему это все началось. Почему ты начал это делать?

– Почему? Они заставили меня. Это продолжалось не долго. Сейчас мне кажется, что оказанного на мою семью давления было не достаточно. Дальше я все делал сам.

– Тебе не было жалко его?

– Было. Сначала я всего лишь бил его. Да, Барри, всего лишь! – Он заметил его неопределенную реакцию на эти слова. – По сравнению со всем остальным, это было самым лучшим и гуманным. Он и сам так считал. Но, когда дело доходило до опытов, я видел его слезы. Он тихо просил меня не делать этого. А когда понял, что это бесполезно, просто смирился и больше не говорил со мной.

– Ты знал Симуса Бойла?

– Конечно. – Он немного подумал, а затем махнул рукой, поманив Барри вслед за собой. Они направились в кабинет Хайдэна Саннэрса. – Не волнуйся, его сейчас нет. Последнее время он, кажется, неважно начал себя чувствовать. – Они зашли внутрь, и Чарли сел за его рабочий стол, открыв ящик с документами. Он достал большую картонную папку. – Это дело Симуса Бойла. Взгляни. – Он открыл первую страницу, и Барри увидел нечто отвратительное. Это был снимок, сделанный в доме священника в день совершения убийства. На полосатом черно-белом диване, который стоял на фоне старых обоев в тусклую зеленую полоску, лежало тело девочки. Диван был в крови, а голова ребенка разбита в одно непонятное месиво. Барри закрыл глаза не в силах это видеть. Полосатый диван в полосатой комнате. Теперь было понятно, что тот был просто болен на голову. Маньяк фетишист. – До этого случая он мучил что-то более слабое и красивое. К нему, как к священнику, приходило много людей, в основном женщины и их маленькие дети. Они были слабы и беззащитны, не могли долго сопротивляться, и он быстро терял интерес, меняя жертвы. Его дочка продержалась недолго. Это не первая девочка, над которой он издевался. Но первый раз, когда жертва погибла. Вот почему ему так нравился Джесси. Как мальчик, он мог вынести больше издевательств. А еще, Симус впервые столкнулся с сопротивлением, что зажгло в нем большой интерес и азарт. Никто не знал и не мог предположить, что это затянется на несколько лет. Эта зависимость его и погубила. Это было его личным мучением. Он начал приходить сюда уже не только ради развлечения. Я видел, как он помногу времени просто сидел и говорил с Джесси, который не реагировал уже ни на что. Исповедовался, сам того не понимая. И снова брался за свое. Джесси было семнадцать, когда он убил его. Шесть лет продолжалось это безумие. Шесть. – Чарли с сожалением покачал головой, опершись на ладони.

– Ты понимаешь, что это преступление первой степени, Чарли? Насилие над несовершеннолетним человеком, который ни в чем не виноват. Как минимум, ты проведешь остаток дней за решеткой, если дело предадут огласке.

– Это будет лучшим исходом. Потому что в худшем случае, он просто убьет каждого причастного. Все было так, как ты говоришь, но теперь это не так просто. Он перестал быть жертвой. Теперь его очередь отыгрываться. И мне страшно. Потому что я действительно совершал ужасные вещи. Но я не хочу умирать. Понимаешь?

– Я понимаю.

– Хайдэн не хочет завершать это. Происходит что-то странное, и он хочет понять это. Загорелся идеей. Но я-то точно знаю, если не прикончить этого парня сейчас, будет поздно. – Барри нахмурился. От Чарли реально можно было ожидать проблем. Он был готов пойти на крайность лишь из страха перед смертью. Нужно это учесть и продумать план. – Теперь, когда ты согласился помочь нам, появилась надежда. Если сможешь раскрутить это дело, каждый получит свое. Ты останешься в плюсе, Хайдэн сделает открытие, я и остальные останемся живы. Клянусь, если это случится, я завяжу с этим. Уволюсь, уйду в затишье, уеду и никогда не вспомню больше об этом кошмаре. Я устал, не хочу больше. Не хочу.

– Ты, правда, думаешь, что Джесси-Психопат решит убивать?

– Да. Это очевидно. Поверь, я знаю, о чем говорю.

– Тогда я действительно тебя понимаю. Учитывая все, скорее всего ты будешь первым в его списке. – После этих слов Чарли затрясло. Он в ужасе посмотрел на предельно спокойного Барри.

– Я ведь этого не хотел. У меня же дети, я не могу погибнуть.

– Он тоже был ребенком, но это никого не остановило.

– Да. Верно. Я не знаю, почему так легко смог поднять на него руку. Клянусь, я не знаю. Сначала моей целью было успокоить его, чтобы пристегнуть для дальнейших экспериментов. Я не знаю, почему не мог остановиться. Хайдэн настаивал на моем присутствии всякий раз. Я видел, как Джесси менялся. Его глаза со временем начали тускнеть, но я помню их цвет. Симус преследовал цель уничтожить что-то красивое и хрупкое. Таким это и было раньше. Но мы превратили его в жалкое и безобразное подобие человеческого существа. Это уже не исправить. Будь осторожен, Барри, и, возможно, тебе повезет. – В его голосе было много раскаяния. Он жалел о содеянном, но Барри было его не жаль.

– Могу я изучить это? – Барри осторожно потянул из его рук папку с документами. – Просто, чтобы вникнуть в суть дела.

– Конечно-конечно. Но верни потом на место. Хайдэн не любит, когда трогают его вещи. – Чарли был подавлен разговором и воспоминаниями. Ему было все равно на интерес Барри к делу, он почему-то верил в его полную причастность. Барри мог бы его еще добить, спросив про его первое масштабное дело, которое отказался показывать ему Хайдэн. Ему было интересно узнать, но он решил оставить это на потом. – Эй, – он участливо положил ладонь на плечо коллеги, – отдохни, это так много сил отнимает. Я вижу, как тебе тяжело с этим жить. – Чарли кивнул, и они покинули 501-й кабинет.

========== Часть 15 ==========

Они разминулись на четвертом этаже. И Барри с огромным чувством сожаления вторгся в 406-ю. Он был подавлен не меньше. И не сказал ни слова, когда вошел. Джесси спал, укрывшись курткой, которую он оставил. И не нужно было быть экспертом, чтобы понять, что человек просто чувствовал себя таким образом в безопасности. Ему нужно было, чтобы Барри был рядом или за его спиной, но при этом не любил контактировать. Куртка дала ему все необходимое, чтобы отгородиться от жестокого мира.

– Да, Боже ж ты мой. – Его сердце сжалось от нахлынувшей грусти. Но все же он не мог не совершить дружеской подлости, немедленно сфотографировав момент, чтобы потом показать ему это и позлить. Это было проявлением слабости для Джесси, и он это не любил. Барри постарался тихо покинуть палату, близилось время обеда, и нужно было покормить остальных.

Первым делом он зашел к Норе. Она вела себя обеспокоенно, оборачивалась по сторонам и не могла усидеть на одном месте.

– Скажите, доктор Мэлтон, Невидящий ничего не говорил вам на мой счет?

– Эмм, простите? – Барри не совсем понял, о чем она. Он помог ей встать и повел в столовую. – Я волнуюсь. Мне кажется, что скоро он попросит меня выйти из игры.

– Шшшшш. Говорим об этом чуть тише, миссис Гравицки. Нет, он ничего мне не говорил. – Соврал Барри. – В любом случае, он желает вам только лучшего и сделает все, чтобы так оно и было. – Нора немного расстроилась. Джесси явно был ей дорог, и она не хотела оставлять его без своей помощи. Барри видел это, но знал, что ей будет лучше уехать вместе с Майклом. Он привел его чуть позже, потому что сделал то, что обещал. Позвонил Элис. Они говорили минут двадцать. Филлс плакал все это время и просил забрать его домой. А Барри вдруг подумал о том, что лучше будет сделать это тайно. Ведь вряд ли из желающих пойти ему навстречу выстроится очередь.

Было где-то начало третьего. Катрина принялась печь пирог. Она включила телевизор на кухне с местными новостями, когда услышала настойчивый стук в дверь.