Текст книги "Наперегонки с Луной (СИ)"
Автор книги: J R Crow
Соавторы: Этель Рефар
сообщить о нарушении
Текущая страница: 5 (всего у книги 14 страниц)
Когда хватка Цзяо Яна ослабла, Лань Юэ пожалела, что состав подействовал так быстро. Он, качнувшись, отстранился, затуманенным взглядом смотря куда-то ей за спину.
– Уб… – язык его не слушался и это единственное, что он успел сказать, прежде чем потерять сознание.
Лань Юэ ловко создала поток ци, чтобы Цзяо Ян не стукнулся затылком об угол стола при падении. Вместо этого он обмяк и плавно опустился на пол в крепком-крепком сне. В полумраке его губы на бледном лице казались кроваво-красными – на них остались следы помады. И выглядело это до странного притягательно.
– Спи, А-Ян, когда ты проснёшься, меня здесь уже не будет и мы больше никогда не встретимся.
Лань Юэ вздохнула, доставая шёлковый платок, чтобы стереть размазавшуюся помаду со своих губ. Яд, который она сама смешала для Цзяо Яна незадолго до его визита, не действовал на неё саму. Ученицы Змеиного Дворца с детства тренировали устойчивость ко всем известным ядам, усиливая это качество магией, а некоторые из них сами становились опаснейшим оружием для всех, кто рискнёт их поцеловать.
Небо за окном начинало светлеть, занималась заря дня Охоты, которую Лань Юэ намеревалась выиграть. Быстро переодевшись в более удобную одежду и прихватив с собой всё необходимое, девушка выскользнула из дома в утреннюю прохладу.
Глава 7
Ядовитые лепестки
Лес в горах на западе от заброшенной усадьбы отсырел от постоянных дождей. Пара сухих, но пасмурных дней, была лишь краткой передышкой. Солнечные лучи рассвета быстро скрылись за очередными низко нависшими тучами, так что теперь с неба снова лился дождь, размывая тропы и, что немаловажно, следы людей, животных и тварей.
Вдали слышались раскаты грома, а это значит, что бродивший в этих местах даолаогуй непременно выдаст себя своим рёвом. Крестьяне считают, что он вызывает грозу, но это совсем не так – он лишь становится куда более опасным, перевозбуждаясь от грома и молний, которые причиняют ему беспокойство.
В отличие от остальных заклинателей, одиночек и адептов кланов, у Лань Юэ было весомое преимущество – она не боялась ядов и за счёт этого намеревалась победить. Удача на Охоте, возможно, восстановит её репутацию в клане Ланшань Лань после череды постигших в последнее время неудач. Иногда Лань Юэ даже казалось, что её терпят только потому что она воспитанница Лань И Чэня, который принял её как дочь, в то время как родных детей у него до сих пор не было. Снискать хотя бы толику славы для неё сейчас было очень важно.
Идя по лесу в раздумьях, Лань Юэ вовремя услышала шорох кустов слева и быстро взмыла в воздух. На том месте, где она шла, упала золотистая магическая сеть – кто-то пытался избавиться от соперников как мог. Правилами не были запрещены уловки, нельзя было лишь убивать.
– Промазал, – сказала она, заметив свою жертву.
Взмах руки, и отравленный дротик настиг бедолагу заклинателя, который не успел отбиться. Теперь ему надлежит проспать здесь до завтрашнего дня, если только кто-то не найдёт его раньше и не даст особое снадобье.
Спустившись на землю, Лань Юэ продолжила путь, полагаясь на чутьё и интуицию. Становилось темнее от сгущающихся чёрных туч. Раскаты грома приближались, совсем скоро будет гроза. Лань Юэ давно сошла с тропы, почувствовав след тёмной ци. Где-то рядом мертвец или дух.
Всё же мертвец. Порыв ветра донёс запах разложения, но не обычный, а с тонким привкусом кислоты. Яд. Лань Юэ прикрыла себя туманным плащом и достала кинжалы, бесшумно пробираясь сквозь заросли, пока не вышла на поляну у пещеры, где вонь стояла просто невообразимая. В вытоптанной траве лежало несколько тел, два из них сильно разложились и вздулись, в них завелись личинки, но одно было совсем свежим, сегодняшним. От ран поднимался зеленоватый дымок.
Бедолага из клана Нефритового Огня. Герб на спине чудом уцелел, лишь обагрили золотое шитьё капли крови из собственных ран. Даолаогуй был здесь совсем недавно и вряд ли ушёл далеко.
Лань Юэ замерла, вслушиваясь и всматриваясь в пространство. В стороне от пещеры, где горы начинали круто уходить вверх, доносились звуки сражения. Она не могла позволить, чтобы удача улыбнулась кому-то ещё и, не снимая с себя туманный плащ, который когда-то придумала сама ещё в детстве, вместе с ветром понеслась туда, где шёл бой.
Оглушительный раскат грома дополнился страшным рёвом, от которого, как в сказках, закачались деревья, зашелестели листвой. С громким треском рухнуло дерево, едва не задев её кроной. Лань Юэ оторвалась от земли, скользя по воздуху и по ветвям уцелевших деревьев, а внизу бесновалось чудовище исполинских размеров, окружённое троицей заклинателей. Небесно-голубой, кирпично-красный и рыжий как осенняя листва – три цвета, три малых клана. Рядом же на земле лежали четверо менее везучих их собратьев. Один был разорван мощным ударом клешней чудовища, остальные погибли мгновенно от ядовитых шипов-дротиков. Мужская особь, более крупная и защищённая, чем женская.
Лань Юэ прищурилась. Если даолаогуй перешёл на ближний бой, значит растратил все свои отравленные дротики и на какое-то время был не так опасен. Но расслабляться не стоило – монстр так быстро орудовал своими клешнями, что заклинателям приходилось несладко. У одного из них в руках сверкнул электрический кнут, но удар молнии для даолаогуя был практически безвреден и лишь разозлил его сильнее. Он взревел, вставая на дыбы, затопал ногами, сотрясая землю, и бросился в атаку на беднягу с кнутом. Тот уже был ранен и не успел быстро среагировать – мощная клешня одним ударом пробила ему грудь насквозь.
Пользуясь прикрытием, Лань Юэ наблюдала за боем и выискивала слабые места. Этот даолаогуй был не обычной особью, с которыми ей приходилось столкнуться. Он крупнее, быстрее, а тело лучше защищено прочным хитиновым панцирем. Обычные даолаогуи предпочитают нападать на нарушителей их территории из засад, полагаясь на дротики, в ближний бой они вступают редко, только если не остаётся выбора. Этот же оказался необычной мутацией. Если Лань Юэ удастся такого убить, часть его тела будет отличным объектом для исследований. Эта тварь больше походила на чей-то магический эксперимент, чем ошибку природы.
Пока монстр был занят своими врагами, с которыми, впрочем, быстро разделается, Лань Юэ заметила, что сзади его шея не защищена хитином, а значит можно было ударить. Пользуясь случаем, она, не выходя из маскировки, спикировала сверху, готовая вонзить кинжал в слабое место, но совершенно не ожидала того, что произойдёт дальше.
Даолаогуй почувствовал её и, развернувшись, попытался отмахнуться здоровенной клешнёй. Если бы не туманный плащ, Лань Юэ пришлось бы несладко, но он искажал её образ, заставив противника промахнуться. Она ушла от удара и приземлилась у даолагуя за спиной. Не мешкая, Лань Юэ снова атаковала, пользуясь потоками ци, чтобы стать быстрой и неуловимой. Она наносила удар за ударом, стараясь попасть в уязвимые места, но от кинжалов было мало толка. Лань Юэ воспользовалась своими собственными ядовитыми дротиками, выбрав самый сильный яд из своего арсенала, и вот тонкая игла попала в цель. Яд жёг даолаогуя, приведя того в неописуемую ярость. В агонии он принялся крушить всё вокруг и всех, кто попадётся под его клешни. Ещё один заклинатель пал жертвой чудовища, не успев уйти от удара, третий же не нашёл ничего лучше, как сбежать, оставив Лань Юэ одну. В конце концов, никто не обязан был на Охоте погибать за незнакомцев.
Лань Юэ предвкушала скорую победу, но даолаогуй и не думал погибать. Она едва успела увернуться от удара одной клешни и тут же попала под второй. Отлетев на пару чжанов [1], Лань Юэ ударилась спиной об ещё уцелевшее дерево. Даолаогуй издал победный рёв под аккомпанемент раскатов грома и пошёл прямо на неё. Удар вспорол землю совсем рядом, Лань Юэ, шипя от боли, успела перекатиться. Ещё раз и ещё… Долго так продолжаться не могло, она лишь теряла драгоценные силы. Помогая себе магией, Лань Юэ вскочила на ноги и подпрыгнула в воздух, обрушив на даолаогуя град «гадючьих зубов», отравленных магических шипов зелёного пламени. Одна из них ранила его в плечо, другая повредила заднюю ногу, и это оказалось эффективнее клинков. Лань Юэ предприняла ещё одну попытку атаковать, пока монстр замешкался. В этот раз всё оказалось удачнее и всё же даолаогуй успел схватить её клешнёй за ногу, когда она оказалась слишком низко в воздухе.
Лань Юэ охнула, повиснув вниз головой. Монстр вперился в неё своими крохотными глазами и ей на мгновение показалось, что он разумен. Он заревел, и она почувствовала зловоние его пасти.
– Что, сожрёшь меня? Это всё, что ты можешь сделать?
На что даолаогуй, конечно, не ответил, а отшвырнул её в сторону. Лань Юэ успела смягчить своё приземление, и всё же оно вышло жёстким. Из лёгких вышибло весь воздух, а левую лодыжку жгло от сильной боли. Действия яда она не опасалась, но боль от него никуда не девалась и быстро распространялась по всему телу вместе с кровотоком.
Когда она приподнялась на локтях, ей показалось, что монстр издал звук, похожий на человеческий смех. Быть такого не может. Лань Юэ мотнула головой, неужели всё-таки яд действует? Даолаогуй готовился атаковать снова и на этот раз убить её, он пошёл на неё, подняв клешни для смертельного удара.
– Ну уж нет, – сказала Лань Юэ скорее для того, чтобы успокоить саму себя, и, зажмурившись, вскинула руки в защитном жесте.
Но вместо того, чтобы почувствовать удар о магический щит, она сквозь закрытые глаза увидела, как оголившуюся поляну озарила белая вспышка, а мимо неё со спины прошла волна мощной свежей энергии подобной кристально чистому воздуху после грозы. Даолаогуй взревел, но в этот раз не от ярости, а с нотками возмущения и боли. И… удивления? Но разве может это чудовище испытывать удивление?
Лань Юэ открыла глаза и увидела зияющую в груди даолаогуя рану, будто от прошедшего насквозь меча. Чёрная кровь хлынула из сердца, орошая траву под чудовищем, от чего зелень мгновенно увядала. Даолаогуй рухнул на землю, а рядом с ним стояла сотканная из света женская фигура. Она подошла к Лань Юэ и коснулась её плеча, отчего девушка почувствовала прилив сил, будто и не было никакого сражения. Неведомая сила мягко, но настойчиво, поставила её на ноги.
– Иди за мной, – сказал дух, и Лань Юэ послушалась.
От светлой женщины не было ощущения как от призрака, от неё исходила чистая энергия ци, безупречная как водная гладь озера у подножия священной горы. Лань Юэ не сразу заметила, что они идут в сторону поместья.
– Куда ты меня ведёшь? – спросила она, идя за духом, едва поспевая.
Но фигура молчала и остановилась только тогда, когда они оказались у небольшой поросшей мхом скалы. До поместья было ещё далеко, но Лань Юэ не покидало ощущения, что это место и тот дом связаны.
– Что ты хочешь от меня? – спросила она у духа, но сотканная из чистой энергии фигура лишь встала на груду камней у скалы и просочилась сквозь землю.
– Что? Мне это разгребать теперь?
Лань Юэ чувствовала тягу к этому месту и принялась разбирать небольшую насыпь. Энергии в ней сейчас было столько, что она без труда справилась с занятием, на которое раньше потратила бы много сил. Наконец, камни были разобраны и она наткнулась на мягкую ткань свёртка в земле. Золотой шёлк рассыпался в руках, обнажая дивной красоты меч в белоснежных ножнах.
– Так это и есть ты? – спросила она, вынимая меч из ножен.
В ответ тот мелодично зазвенел, будто подтверждая ответ на вопрос.
– У тебя есть имя?
Лань Юэ посмотрела на клинок и увидела иероглифы. «Летящий снег».
– Летящий снег… – произнесла она и почувствовала, как от рукояти меча по руке расползлась приятная прохлада.
…Раненая заклинательница, оглядываясь по сторонам и спотыкаясь, несла в руках свёрток как родного ребёнка. Она не дышала – хрипела. За спиной пылало зарево пожара, руки и одежды были в крови и пепле. Женщина, найдя подходящее место в скалах, упала на колени и принялась за дело. Когда она спрятала меч, из последних сил прошептала заклинательную формулу и провела рукой…
Видение пропало. Лань Юэ мотнула головой, в носу ещё ощущался запах крови и гари. Кто была та заклинательница? Неужели та самая женщина с портрета? Только теперь вместо нарядных одежд на ней были лохмотья, а лицо в саже. Давно мёртвая Ван Лин Сюэ.
Лань Юэ вложила прекрасный меч в ножны, который действительно напоминал девушку, в чьём облике предстал перед ней, и задумчиво посмотрела в сторону поместья, чья крыша виднелась вдалеке. За этим всем крылась какая-то история, но какая? Лань Юэ задумается об этом позже, а пока… А пока стоило вернуться к поверженному даолаогую…
…Чудовище лежало там же, где и погибло. Лань Юэ собиралась отрезать его уродливую голову или хотя бы пару клешней как доказательство победы, как почувствовала, что в спину прямо между лопаток уткнулся кончик меча. Уже знакомого меча…
– Ты? – спросила она одними губами, но понимала, что её услышали.
Внутри всё похолодело.
* * *
[1] Чжан – примерно 3 метра
Глава 8
Дурман
Такое странное, непривычное, но чертовски приятное чувство: закутаться во что-то мягкое, тёплое и безмятежно дремать, отбросив все подозрения к окружающему миру. Цзяо Ян с наслаждением перевернулся на другой бок, крепко обнимая подушку. Хотелось продлить это неуловимое, мимолетное состояние покоя…
«Вставай, идиот!» – рыком сторожевого пса гаркнул внутренний, голос.
Дальше наученное бесчисленными нападениями тело всё сделало само – одеяло взметнулось вверх, полетело в сторону, кто-то сдержанно выругался, выпутываясь из его внезапных обьятий. Но всё-таки незнакомый яд ещё действовал – Цзяо Ян не успел ни ударить, ни даже рассмотреть незваного гостя, лишь увидел, как исчез в оконном проёме край безликого тёмного ханьфу.
Положив на колени меч для надежности, Цзяо Ян прислонился к стене у окна, приводя в порядок спутанные мысли. Эта мерзавка Лань Юэ обманула его и оставила здесь валяться. Чтобы убить? Нет, смертельный яд искажает течение ци – здесь этого нет и в помине. Хотела обездвижить, а потом рука не поднялась? Смешно. Она слишком опытна для такой нелепой слабости. Получается, объяснение лишь одно – Лань Юэ хотела задержать здесь, чтобы он не помешал её планам, как случалось уже пару раз. Объяснение разумное, но менее обидно от этого не становилось, даже наоборот. Какие вообще у неё могут быть дела, когда они так славно проводили время вместе? Цзяо Ян не взялся бы утверждать, что до конца понимает Лань Юэ, женщины подобные ей ещё не встречались на его пути или же просто не удостаивали разговора. Но в чём он был уверен точно, что их общение ей по крайней мере любопытно.
Цзяо Яну даже показалось, что Лань Юэ испытывает к нему определенную… симпатию. Он непроизвольно дотронулся до губ, на которых ещё оставались следы опасной помады. Медленно растер краску между пальцев. Какой же всё-таки красивый цвет! Как кровь. Даже хочется верить, что всё это выступление действительно подготовили для него одного. Взгляд скользнул по разбросанным подушкам и одеялу. Кто будет так заботиться о ком-то, кто просто не должен путаться под ногами?
Полынь на губах всё ещё горчит – примерно так же, как ощущение себя круглым дураком.
Грозовая туча, что до сей поры закрывала небо, на миг открыла серебристый диск полной луны. Это значит, что ночная охота уже началась
Лань Юэ собралась присвоить его добычу.
– Убью, – сквозь зубы повторил Цзяо Ян, поднимаясь на ноги.
За окном лил противный дождь, капли отскакивали от выложенных грубыми булыжниками дорожек во дворе, рассыпаясь фонтанчиками брызг. Честно говоря, выходить из домика не хотелось совершенно. Цзяо Ян в очередной раз с сожалением покосился на одеяло и даже позволил себе целое мгновение обдумывать мысль, чтобы остаться здесь, притвориться спящим и подождать, когда Лань Юэ вернётся – и уже потом спросить с неё за подлый обман. Мгновение – не больше. Если Лань Юэ хоть немного ценит свою жизнь, то не вернётся.
Цзяо Ян решительно отвернулся от постели, манящей обещанием комфорта, и покинул домик через открытое окно.
Путь до леса под аккомпанемент громовых раскатов и режущих глаз вспышек молний окончателнь испортил ему настроение. Буря даже не думала прекращаться, и он дал себе слово без разговоров пустить кровь первому невезучему идиоту, что будет путаться под ногами.
В лесу кроны деревьев чуть укрывали от непогоды, но, похоже, заклинатели, разумеется из благородных семейств, решили зазря не мочить свои дорогие одеяния и нашли укрытия. По дороге попадались только трупы – жертвы чудовища. Цзяо Ян равнодушно перешагивал через них и продолжал путь.
А вот этот парнишка, кажется, жив. Присев, чтобы рассмотреть его поближе, Цзяо Ян выдернул из шени заклинателя отравленную иглу, источающую знакомый запах полыни. Значит Лань Юэ была здесь. Он усмехнулся про себя, что поцелуй, пожалуй, будет поприятнее иглы.
Как противник бессознательный заклинатель был ему совершенно не интересен, а потому Цзяо Ян оставил его валяться там, где нашёл. Даолаогуи часто выбирали своим убежищем пещеры, а впереди лес как раз начинал наползать на горы. Сделав такое предположение, он направился в сторону гор и действительно нашёл там чудовище. Мёртвое. Рядом – ещё пара трупов с характерными повреждениями. Они не справились с охотой. Но кто-то же справился? Странное чувство, которое следовало бы называть интуицией, подсказывало, что это работа Лань Юэ. Но ей никто не поверит без трофея – голова даолаогуя на месте. Значит, вернётся. Сюда – вернётся.
Цзяо Ян затаился за ближайшим деревом, чутко прислушиваясь к окружающему пространству.
Ждать пришлось недолго – заклинательница появилась на поле минувшей битвы, сжимая в руках новый, излучающий мощную светлую энергию меч. Наверное, обретение дорогого артефакта притупила её бдительность. Лань Юэ заметила его, лишь когда в спину упёрся кончик Огня и мрака.
– Ты?
Он позволил ей развернуться к нему лицом, чтобы посмотреть в бесстыжие глаза. И увидел там искреннее удивление. Кажется, она рассчитывала, что успеет уйти раньше, чем он проснётся. А потом ответ пришел быстро:
– Ты действительно думала, что от меня так легко избавиться, драгоценная Лань Юэ? Я чувствую, что мне очень обидно быть признанным таким слабаком. А ведь мне так понравилось с тобой пить, что я мог просто поделиться деньгами, если бы ты попросила.
– Мне не нужны деньги, – ответила Лань Юэ. – Мне нужно то, чем ты сам никогда не дорожил.
Её голос дрогнул. Какая злая ирония – у них обоих было то, чего не было у другого. Цзяо Ян постоянно нуждался в деньгах, у Лань Юэ с этим не было беды, если не считать воспитательную ссылку с крайне скромным содержанием. Но у убийцы без кола и двора было то, чего никогда не было у неё самой – полная свобода действий, когда не надо заботиться о собственной репутации, о долге, который лежит обузой на плечах, когда идёшь, куда глаза глядят и делаешь то, что хочешь просто так. Её влекла к Цзяо Яну его аура полной свободы и что-то ещё, чего она раньше никогда не испытывала. А ещё… она чувствовала, как странно звенит её новый меч, мягко, но настойчиво, нетерпеливо.
– Всем людям что-то нужно, – обманчиво ласково улыбнулся Цзяо Ян. – Иногда это что-то приходится получать за счёт других, такова жизнь. Но в этом случае следует позаботиться о том, чтобы эти другие потом не попросили вернуть долги. Может, я не так хорошо умею общаться с людьми, как ты, драгоценная Лань Юэ, – ему доставляло какое-то горькое удовольствие называть её драгоценной перед тем, как пролить кровь. Было в этом что-то от столь любимой бездельниками-поэтами драмы, – но сейчас именно ты ошиблась, оставила меня в живых. И я вернулся к тебе сказать, что мне очень не понравилось быть обманутым. Специально для меня… как же. Чтобы я ещё когда-нибудь повёлся на столь сладкую ложь!
Лань Юэ прикрыла глаза и улыбнулась. В голосе Цзяо Яна звучала… обида! Самая настоящая обида разочарованного юноши, которого обманула понравившаяся девушка. Не за то что усыпила хочет он рассчитаться, а за уязвлённую гордость.
– Что ж, ты выбрал, – произнесла она, посмотрев ему в глаза. – И всё же, пока кто-то из нас не погиб, я отвечу тебе. Я не лгала.
Белоснежный клинок мгновенно вылетел из ножен, влекомый собственной силой. Серебристый металл будто пел от радости снова быть в деле. Лань Юань ударила широким размахом с разворота, такой удар непременно снёс голову менее удачливому сопернику, но вместо этого она услышала звон от скрестившихся мечей. Летящий снег светился, как луна, и это свечение ни на каплю не разгоняло мрак, окутавший меч Цзяо Яна.
Он был готов к тому, что придётся драться. А потому парировал удар, даже не успев подумать, что делает. Разорвал дистанцию, примеряясь – и атаковал сам, целясь в сердце. Конечно, достать до горла было бы проще и привычнее, но для Цзяо Яна, почитавшего убийство настоящим искусством, такой приём испортил бы картину, которую он уже в красках представлял своей голове.
Лань Юэ отступила на пару шагов и выставила меч перед собой так быстро, что остриё Огня и марка упёрлось в ребро её меча.Свободной рукой она направила в него поток ци, чтобы оттолкнуть, но у Летящего снега, казалось, был собственный разум и свои планы. Лань Юэ рванулась вперёд, переходя из защиты в контратаку. Её не покидало ощущение, что её собственный меч стремится сразиться с мечом Цзяо Яна, а не убить его самого.
Цзяо Ян увернулся от потока энергии, а потом Лань Юэ атаковала, с его точки зрения излишне прямолинейной, бесхитростной атакой – более выигрышной позиции, чтобы её подловить трудно придумать.
Он поднял меч, делая вид, что собирается использовать столь же простую защиту, а потом коварно изменил направление движения, стремясь достичь своей цели…
Дзинь!
Верный Огонь и мрак вместо того, чтобы вонзиться в грудь противницы, со звоном столкнулся с её мечом. Цзяо Яну даже показалось, что их тянет друг другу некая таинственная сила, мешая разорвать контакт.
Он отпрыгнул назад, таща за собой меч, как упрямого пса. Тот нехотя послушался хозяина.
– Что это за за чары? – крикнул он Лань Юэ. – Почему они мешают нам друг друга убить?
– Может, они мудрее нас? – крикнула Лань Юэ в ответ и бросила в глаза Цзяо Яна серебристую пыль. Вокруг всё заволокло туманом, что позволило ей слиться с тенями. – Или ты уже передумал?
Шепнула она ему прямо на ухо, неожиданно оказавшись за спиной. И прежде чем Цзяо Ян ударил, Ланью Юэ уже была вне досягаемости для его оружия.
– Хочешь для начала поиграть в прятки? Хорошая игра.
В магическом тумане сложно следить за противником – смазываются течения ци, остаётся только слушать шорох шагов. Справа, справа… слева.
Лань Юэ атаковала со спины, но наткнулась лишь на пустоту, Цзя Ян применил излюбленный «Прыжок тени», чтобы оказаться уже у неё за спиной.
Колющий удар был идеален – по любым меркам. Но на пути Огня и мрака опять встал проклятый светлый меч! Теперь казалось очевидным, что клинок имел собственную волю – сама Лань Юэ предпочла бы увернуться или развернуться, но не отводить руку назад в заведомо проигрышной попытке просчитать движение чёрного меча.
– Они защищают нас или сражаются друг с другом? – спросила Лань Юэ, в очередной раз растворяясь в тумане после успешно отражённого удара.
Свободной от меча рукой Лань Юэ вынула из-за пояса тонкую иглу с усыпляющим ядом. Она чувствовала исходящую от Цзяо Яна энергию, его собственную, тёмную, и ту, которой обладал его меч. Метнув иглу, Лань Юэ получила ответ на один из своих вопросов. Тихий звон отбитой иглы говорил о том, что меч не даёт ей причинить вред хозяину и другими видами оружия.
– Я так не играю, – в тот момент это был не голос виртуозного убийцы, а обиженного ребёнка. – Получается, это развлечение для наших мечей, а не для нас!
Короткая пауза.
– Я убью тебя, Лань Юэ. В следующий раз.
Странно прозвучало это обещание, будто бы не смерти её он хотел… а новой встречи? Зашуршали листья кустарника, который в сердцах рубанули мечом, и всё стихло. Лань Юэ осталась одна около туши поверженного даолаогуя.
– Я обязательно подготовлюсь! – крикнула она в темноту.
