Текст книги "Глиняное сердце (СИ)"
Автор книги: Iwilia London
сообщить о нарушении
Текущая страница: 2 (всего у книги 13 страниц)
4. Куклы никогда не отвечают взаимностью людям.
Как только опешивший Томас Кенинг все-таки покинул свою квартиру, и тишина стала тут королевой, ее мнимое величие нарушил тихий топот босых ножек.
Обнаженное тело целенаправленно слонялось по квартире. За эти два дня кукуленок понял, что его хозяин неряха и совсем не верит в волшебство. Но Томас нравился Вильгельму. Хотя бы его невероятная искренность и свободолюбие – это то, что недостает многим людям.
А еще у Тома член большой.
И сам он страстная и интересная натура. И его вкусы – классика, фантастика, спагетти. Это так похоже на самого Вильгельма, хотя он редко имел возможность наслаждаться любимыми вещами. Ведь только два дня назад у него появился шанс вновь стать человеком. Стать таким не на время, а навсегда...
Юноша залез в шкаф хозяина квартиры и начал наводить там порядок. Ему очень приглянулась белая рубашка Томаса. Он так и видел, как будет носить ее, когда они с ним смогут открыться друг другу.
***
Том целый день находился в состоянии небывалого шока и ни сидеть на учебе, ни работать в автосалоне толком не смог. На парах получил неуд, а на работе упустил троих потенциальных клиентов.
Домой идти не хотелось. Поэтому поехал к родителям, на ужин, который он так не хотел посещать. Йорг и Рейн Кенинг были идеальной парой. Он – банкир, заправляющий сетью банков по всей Германии. Она – директор издательского дома «Экспансия», открывшегося десять лет назад.
– Томас, ты почтил нас своим присутствием!– Наигранно приторно встретил сына отец.– Проходи.
– Привет, пап...– стащил с себя пальто и по привычке кинул на пуфик.– Много народу?
– Все как обычно.– Взял в руки пальто и, повесив его на вешалку, снова обратился к сыну:– Ты какой-то потерянный. Все хорошо?– Мужчина поправил темно-каштановые пряди, одновременно чуть расслабляя синий галстук.
– Не знаю...– Том тяжело вздохнул и взглянул в глаза Йоргу:– На работе некоторые проблемы и учеба еще... в общем, день сегодня не особо задался.
– Бывает.– Отец чуть похлопал парня по плечу.– Идем, я представлю тебя гостям.
Семейство Кенинг жило в большом особняке, главным помещением которого была просторная зала, где Рейн и проводила все эти ужины и вечера знакомств. Каждый такой вечер считался благотворительным, а деньги передавались детским домам и приютам для животных. Леди Кенинг любила заниматься благотворительностью и считала это занятием всей своей жизни.
Просторная зала в классическом стиле. Первое на что обращаешь внимание – кованная люстра с множеством хрустальных фигурок. Под ней расположен темно-коричневый дубовый стол, вместительностью на двадцать персон. Классический стиль не терпит дешевых покрытий и аксессуаров, мебели всегда по минимуму, а в цветовой гамме присутствует не больше трех цветов. Этот зал был эталоном классики. Огромные окна, на которых теснились тяжелые шторы из нежно-коричневой ткани. Пол – темный каштан, дорогой паркет, отражающий множество небольших светильников на бежевых стенах. Кроме того, центром этого эталона красоты стал настоящий камин, полку над которым заполняли фотографии семейства. Это место можно было описывать непозволительно долго, красота этого места поражала и притягивала...
Том лишь недовольно куксился и закатывал глаза на всю эту помпезность. Пусть он и был сыном богатых родителей, но всю эту напускную (по его мнению) мишуру, он не сильно любил.
И пока отец знакомил Тома с гостями, парень откровенно скучал, наигранно улыбаясь.
Единственное, что привлекло внимание Тома – молодой блондин с темным шоколадом карих глаз. Конечно, способов избавления от стресса много... Но секс самый лучший.
– Привет...– Том подошел к парню и как обычно широко улыбнулся.
– Здравствуй.– Юноша прикоснулся губами к стеклу бокала, делая небольшой глоток неизвестного Тому напитка.
– Мы не знакомы, меня зовут...
– Ты Том.– Сверкнул глазами,– И твои предложения мне не интересны.
– То есть?
– Я знаю тебя как облупленного. Ты парень, перед которым все ноги раздвигают.– Обижено и немного зло проговорил незнакомец.
Том рассмеялся:
– Ну, что тебе сложно имя свое назвать? Эй, обиженный мальчик...– с его лица не сходила улыбка.
– Либерти. Меня зовут Либерти.
– Красивое имя. Мне кажется, что так звали какого-то ангела. Не тебя ли?
– Какая уродская попытка подъехать ко мне...
Том облизал нижнюю губу, следя за интересным молодым человеком. Парень был немного странно одет: белая рубаха с кружевными рукавами, плохо заправленная в широкие штаны, черного цвета. Либерти имел худое телосложение, так что одежда смотрелась на нем на несколько размеров больше, чем должно быть.
– Тут очень шумно,– продолжал Том,– может, мы отойдем?
– Я не стану расставлять перед тобой ноги.– Карие глаза загорелись болью.
– Ты мне нравишься.– Улыбался Кенинг.– Позволь мне это доказать...
– Нет, я сказал...– Либерти сорвался с места, напоследок наградив юношу презрительным взглядом.
Том подумал о том, что это первый парень, который отказал ему. А этот факт только разжег желание Кенинга завладеть тощим задом.
Конечно, Томас проследовал за новым знакомым, который очень кстати начал подниматься на второй этаж дома.
Поднявшись по лестнице и поняв, что его ухода никто не заметил, Том проследовал за блондином, который зачем-то пошел к выходу на чердак.
Оказавшись в небольшой комнатке, находящейся в основании крыши, Кенинг огляделся.
– Я разве звал тебя?– Либерти стоял у окна, разглядывая нескончаемый дождь.
– Вообще-то это мой дом и не думаю, что ты имеешь право тут быть.
На эти слова Либерти зло выдал:
– Выгонишь?
– Да, нет, что ты...– приблизился к желанному телу.– Слушай, ну, ведь ты неспроста сюда пришел...
– Хотел отдохнуть от людей. Не люблю их.
– Я тоже не люблю людей.– Том уложил ладонь на плоский животик.– Но ты хороший...
– А кто тебе сказал, что я человек?– Карие глаза блеснули во мраке.
– Это и лучше...– Он довольно улыбнулся, не чувствуя сопротивления со стороны нового знакомого.
– Ты смешной...– Либерти повернулся спиной к юноше.
– Я милый...– Том прижался всем телом к Либерти. Губы тут же заскользили по нечеловечески длинной шее. Кожа была чуть теплой, но очень мягкой и гладкой.– Ммм... малыш, я хочу тебя...– его возбуждение уже упиралось в тощую задницу.
– Я же сказал, что не стану перед тобой ноги раздвигать...
– Можешь не раздвигать...– шепчет,– по-собачьи это сделаем.– Пихается бедрами в желанную попку.
– Ты животное, Томас Кенинг.– Урчит и отталкивает от себя настырного парня, разворачивается и упирается ладонью в рельефную грудь.
– Ты скучный, Либерти. Я сделаю тебе хорошо...– Том не теряет надежды.
Либерти хмыкает. Ведет ладонью по симпатичному лицу. Медленно обходит юношу, прислоняется грудью к его спине, приближается губами к красивому уху и тихо произносит:
– Куклы никогда не отвечают взаимностью людям.
Том вздрогнул и оглянулся. Либерти в комнате не было.
5. Все нормально. А нет, показалось.
– Мам, послушай...– Том пытался выцепить родительницу из разговора с какими-то дамами.
– Вот, хочу вас познакомить, мой сын.– Рейн взяла парня под руку,– Студент Мюнхенского университета, очень способный и независимый молодой человек...
– Какой приятный юноша!
– Твой сын просто очарователен!
– Очень похож на Йорга.
– Хотя глаза точно твои...
– И нос...
– Спасибо...– Том напряжено улыбнулся и потащил Рейн за руку.
– Ты повел себя неучтиво, Томас.
– Мама, скажи, что за Либерти?
Лицо женщины на секунду отобразило недоумение. Но видя какое-то испуганное состояние сына, она быстро спросила:
– Либерти? Ты был на чердаке? Что ты там делал?
– Откуда ты узнала про чердак?
– Томас, ну, что за глупости, родной? Либерти – это старая кукла твоего отца, которая передавалась из поколения в поколение в семье Йорга. Она хранится на чердаке.
Юноша пошатнулся. Ноги стали ватными. Страх костлявой ладонью сжал трепещущее сердце.
– ТОМ!– Взвизгнула Рейн, когда ее сын повалился на пол.
***
– Эй, милый...
Том чувствовал невероятную тяжесть своих же век. Было сложно открыть глаза, но если ему ненадолго удавалось сделать это, то видел он все будто под пеленой слез. Все лики были размыты, а свет причинял боль и заставлял снова смыкать веки.
– Мы с папой так испугались за тебя...– теплая ладонь Рейн легла на впалую щеку.– Что с тобой случилось сынок?
– Я не знаю...– хрипит. Во рту все пересохло.
– Йорг, принеси воды, пожалуйста.
Том сумел оторвать голову от подушки и нашел себя лежащим в своей старой спальне, в которой он жил до того, как переехал в отдельную квартиру.
– Что случилось?– Как-то виновато посмотрел на мать. Но не успел он услышать ответ, как внутри снова все сжалось от жуткого страха. Либерти – кукла. Тот парень, который был и так внезапно исчез, будто в воздухе растворился.
– Мы разговаривали с тобой о Либерти. И ты упал в обморок... Том, я сказала что-то? Ты себя как чувствуешь?
– Хорошо чувствую...– садится, опираясь ладонями в мягкое покрытие кровати.
– Выпей...– в комнате появился взволнованный Йорг.
Том вздохнул и несколькими глотками осушил полный стакан воды. И тихо заговорил, глядя Рейн в глаза:
– Ты сказала, что Либерти – кукла. А я видел этого парня и разговаривал с ним.
– Такого быть не может...– возмутилась женщина.
Отец тихо посмеялся и присел на край кровать, рядом с женой:
– Милая, Либерти Уотсон – сын моего партнера из Англии. Он сегодня присутствует на ужине. Ты только зря напугала мальчишку.
У Тома от сердца отлегло.
Дальше оставаться на этом вечере младший Кенинг не изъявил желания. Даже, когда ему предложили пообщаться с тем самым Либерти он отказался, посчитав, что это будет выглядеть очень глупо.
Том отправился домой.
И в своей квартире его снова ждал очередной стресс. Тут было тихо, но явно ощущалось чье-то присутствие. И парень вновь почувствовал подступающий к горлу ужас. Особенно когда вошел на кухню и увидел там готовый ужин.
– ЧТО ЗА ЧЕРТ!– Орет он и в порыве страха сметает всю посуду со стола. Готовые блюда летят на пол. Грохот разбивающейся посуды.– КТО ТУТ?!– Вопит он.
Взрослому парню на миг показалось, что он сходит с ума. Он так сильно нервничает из-за всего происходящего, что, кажется, голова уже не может здраво мыслить. Самое разумное – выйти на балкон и покурить.
Тут до Тома начало доходить. В его квартиру можно было забраться и через балкон соседей. Или снизу, или сверху... Опасно, но ведь это возможно?
Главное найти разумное объяснение всему происходящему. Том даже хотел было пойти разбираться с соседями. И в голове даже промелькнула мысль о человеке, который мог это все сделать. У соседей сверху был сын... Том не знал, сколько ему лет, видел пару раз. Вполне возможно, что парень влюбился в Кенинга и вот таким странным способом доказывает свою любовь. Хотя таким путем он скорее затащит Тома не в свою койку, а в больничную.
Конечно, эти подозрения были построены просто на желании объяснить все происходящее. Но так Томасу стало спокойно. И он решил, что нужно еще немного развеяться и расслабиться... а что расслабляет лучше всего? Кроме секса. Точно, милые и любимые глиняные фигурки.
Том принял душ, отмечая, что пора бы найти девочку или мальчика для секса иначе пах начинает сводить от боли. Этим он займется завтра. А сегодня – может, снова подрочит на очаровательную куклу?
Кенинг взял темноволосого юношу и прошествовал в спальню, выбрал фильм, запустил его на плазме. Достал швейную машинку и, скинув с себя халат, устроился на кровати.
Том хоть и учился на архитектора, но так же, неплохо разбирался в швейном мастерстве и моде. Он мог без труда определить характер ткани, ее название, каким швом стоит прошивать, и какие вещи из нее будут смотреться действительно красиво. Кенинг понимал, что его идеальные куклы должны быть идеальны во всем.
Он пошел в архитекторы только потому, что понимал еще и то, что сможет создавать глобальные проекты, строение с идеальными чертежами. Это даже не чувство перфекционизма... Это не стремление к совершенству. Это намного больше... Почти болезнь. Найти тонкую грань идеальности и уродства... такое посильно только Богам. И Том хотел стать Богом. Хотел создавать здания, которые будут пугать своей идеальностью... Как его идеальные куклы.
Глядя на идеальное тело куклы, Том невольно загляделся. Юноша был красив. Нежен и, кажется, девственен. Это возбуждало Кенинга. И приходилось унимать эту страсть. Ведь он хотел, наконец, уже обрядить во что-то своего любимца коллекции. А это был именно любимец. Том даже сажал кукуленка отдельно от всех других кукол...
Почему-то этому женственному мальчику хотелось придать большей сексуальности и детской непосредственности. Быть может, что-то легкое и одновременно простое. Красивое, но не выделяющееся. Том искал ту самую грань, когда идеальность не будет помпезностью.
– Что же тебе подойдет...– мужчина поднялся с кровати и подошел к своему шкафу. Вот чудо – все белье сложено и даже поглажено. И он не удивится если какие-то вещи даже постираны. Но это уже не вызывало страха. Ведь он поверил в то, что все это делает соседский мальчишка. И отдельно от всей одежды, на вешалке, скромно с края, висела белая рубашка.– Точно...– он улыбнулся своей гениальности и оглянулся к кукле:– Тебе понравится моя идея, определенно!
Три часа кропотливой работы и черноволосый юноша обрел рубашку из белой ткани поплин. Том следовал всем правилам и стандартам: стоячий воротничок, закатывающиеся рукава, прозрачный бисер вместо пуговиц. Мастер смотрел на куклу и не мог нарадоваться. Он вновь сумел найти грань.
Глиняный мальчик смотрелся шикарно. Особенно после того, как Том привел в порядок его лохматые волосы. Конечно, у мужчины были небольшие расчески специально для искусственных волос. Но пока он расчесывал черные пряди, ему показалось, что этот заменитель лучше всех других похож на настоящие волосы.
Убрав швейную машинку на отведенное для нее место, Томас покрутился перед зеркалом и ужаснулся, заметив, что на часах уже третий час ночи. Стряхнув обрезки и остатки тканей на пол, Кенинг плюхнулся в кровать, решив, что завтра соседский паренек все равно все уберет. Он даже не стал относить безымянную куклу в гостиную. Том посадил юношу на прикроватную тумбочку и погасил ночник.
Парень уже проваливался в сон, когда почувствовал приятную тяжесть и холодноватые губы, которые так трепетно ласкались о его рот...
6. Круг сужается.
Если вы когда-нибудь видели, как ракеты стартуют в открытый космос, то вы примерно представляете, с какой скоростью Кенинг подорвался с кровати, скидывая с себя чужое тело и падая куда-то ближе к окну.
– ДРЯНЬ!– Орет он и пытается подняться на ноги, но выпутаться из одеяла не так и просто.– Я тебя убью, не смей ко мне подходить!!!– Психанув, сдергивает с себя ткани покрывал, слышится звук рвущегося волокна. Подлетает к большому свету, за секунду преодолевая комнату и выходя в коридор. Там тоже зажигает свет.
Ни в комнате, ни в коридоре никого не было.
– Выходи, я сказал!– Угрожает Кенинг, а у самого колени дрожат.– Я сейчас позвоню в полицию, чертов мальчишка!!! Я затаскаю твоих родителей по судам!– Под руку попадается клюшка для хоккея, что уже два года покоится у Тома в кладовке.
Гостиная не подавала признаков жизни. Как и ванная комната с туалетом. На кухне следов чужого найдено не было. Том вернулся в спальню... заглянул под кровать и дернулся, когда обнаружил под ней глиняного юношу.
– Боже...– он взял игрушку и почему-то прижал к сердцу.– И что за негодяй... Ты не сломан?– Том начал рассматривать куклу.– Вроде трещин не видно. Это был сон...– вдруг доходит до напуганного мужчины.– Что со мной происходит...– накрыл ладонью глаза, все так же прижимая куклу к сердцу.– Что это такое...– страх начал отпускать, на смену ему приходило расслабление и слезы. Том был напуган до такой степени, что не мог сдерживать слезы.– Я схожу с ума. Нужно что-то сделать... Ладно, завтра... надо спать ложиться.– Часы уже показывали пятый час. Спать оставалось недолго.
Том поднял с пола скомканное одеяло и залез в кровать. Но потом, оставив куклу на подушке, снова слез с постели и направился к двери. Закрыл дверь на ключ. Еще раз проверил шкафы, за шторами и под кроватью. Как в детстве. Только сейчас страх был оправдан.
В итоге, Кенинг уснул только в шестом часу утра.
Проснувшись от звонка будильника Том по привычке сполз с кровати и направился на кухню, чтобы включить кофеварку. Утро было испорчено – на столе покоился завтрак, а вчерашний ужин, который Том скинул на пол и даже не удосужился за собой убрать, был убран. Кенинг вернулся в спальню. Лоскуты ткани, что он вчера скинул на пол, тоже отсутствовали.
– Кто же ты...– шепчет парень,– как ты это делаешь?
И вдруг до него доходит простая истина – дверь спальни можно было открыть только с внутренней стороны. Но проснувшись, он этого не делал, но беспрепятственно вышел из спальни, будто и вовсе не закрывал на ночь дверь. Сил не осталось даже на то, чтобы испытать страх. Голова болела от того, что мужчина спал всего два часа. И кто-то за это время вновь убрался в квартире и приготовил завтрак. И вся проблема заключалась в том, что этот человек находился с Томом в одной комнате. Ключ был тут, со стороны коридора даже ключом, невозможно открыть эту дверь...
Обессиленный Том свалился спиной на кровать. Сегодня пятница, значит, завтра можно будет съездить в клуб и как следует отдохнуть. Ведь он так давно не отдыхал. Может это все от усталости?
Красные глаза снова слезились, из губ вырвался стон отчаяния. Он не знал, что делать и к кому идти. И снова желание объяснить все логически взяло верх.
Только на этот раз ничего разумного в голову не лезло. Перед тем как ложиться спать, Том проверил все шкафы, под кроватью и за шторами. Больше в этой комнате прятаться было негде. А в окно мог попасть только какой-нибудь опытный спецназовец. И то... бесшумно это сделать не удалось бы. Голова болела. Глаза щипали слезы. Он тихо скулил, понимая, что происходит что-то... что ему никогда не удастся объяснить...
Его взгляд упал на куклу, которая почему-то сидел на тумбочке. Хотя перед сном юноша хорошо помнил, что оставлял фигурку подле себя, в кровати, чувствуя себя немного уютнее рядом с глиняным телом.
– Что ты смотришь? Я сошел с ума.
Вздохнул и поднялся на ноги.
На пары Том опоздал, а на работе получил нагоняй, за то, что неправильно зарегистрировал проданный автомобиль. День снова не удался.
– Лиза, ты понимаешь, что я не спал полночи...– Кенинг расхаживал по квартире и разговаривал с девушкой.
– И что ты делал ночью?
– Какая тебе разница? – Бесится Том. Его вообще откровенно бесила эта девушка.
– Я приеду через полчаса и посмей только прикинуться, что тебя нет дома.
– Это определенно хорошая идея...– хохотнул,– еды захвати...– успел проговорить до того, как девушка повесила трубку.
Кенинг устало откинулся на диван. Наверно это хорошо, что Лиза приедет. Она хоть немного скрасит его унылое состояние своим присутствием. Хотя на самом деле дома находиться совсем не хотелось.
Том много курил, пока слушал шум из уст приехавшей девушки. Он действительно не вдавался в слова щебетавшей блондинки, с рыжими кончиками. Просто сидел и смотрел на куклу, черноволосого мальчика в белой рубашке, который восседал на холодильнике. Том пытался вспомнить, когда он успел его сюда принести? Он не помнил. Голова жутко болела, хотелось спать. Но надо признаться, что присутствие Лизы немного успокоило его.
– Давай примем душ вместе?– Эти слова Том точно услышал.
– Я не против.– Промычал он, поднимаясь из-за стола.
Парочка зашла в душ, предварительно оголив свои тела для струй воды.
– Том, ты какой-то не такой...– девушка самостоятельно налаживала температуру воды.
– Не делай ее слишком горячей, пожалуйста.– Только и смог ответить.
– Что с тобой? Хочешь, сделаю приятно?
– Делай...– холодно ответил мужчина. Сегодня Том не против воспользоваться нежными чувствами, которые девушка испытывает к нему.
Гостья уже встала на колени, и прижалась губами к животу парня, когда тот резко схватился в ее плечи.
– Ты чего?– Лиза уставилась на хозяина квартиры.
Том прикрыл глаза. И снова открыл.
– Че ты так пялишься на эту глиняную фигню?– Она ударила парня по колену.– Напокупал себе барышень кисейных и теперь расставил по всему дому...
– Соси уже... хватит разговаривать...– грубо ткнулся членом в лицо недовольной Лизы. Она цокнула и продолжила свое занятие. Том в это время и боялся и был возбужден. Он не сводил взгляда с глиняного мальчишки, который сидел на краю стиральной машины. В этот момент он, Томас, прямо-таки чувствовал его заинтересованный взгляд, что казалось безумным, странным и до беспредела соблазняющим.
В один миг Том прикрыл глаза и представил того юношу, которого однажды видел, когда принимал ванну. А следующая его фантазия была весьма понятного содержания: тот самый юноша стоит на коленях и хорошенько отсасывает ему. Он пахнет сладкими апельсинами и глиной. Такая прохладная и нежная на ощупь белая глина...
– Ты так быстро...– удивилась Лиза, когда Том кончил спустя пару минут ее ласк.
– Прости, давно ни с кем не был...– он приторно улыбнулся и вновь кинул взгляд на глиняного мальчика. Но того уже не было на месте...
Том вновь почувствовал странное жжение в животе. Так рождался страх. Его точно мучают галлюцинации.
Девушка вела возлюбленного по коридору прямо к спальне.
И когда они начали страстно ласкаться, Том вновь вздрогнул и отстранил девушку:
– Прости...– шепчет и косится на прикроватную тумбочку, туда, где сидит та злосчастная кукла, которая, явно преследует Тома.
– Боже, ты их одинаковых напокупал что ли?– Лиза отстранилась от мужчины и взяла в руку игрушку.– Он же страшный.– Повертела в руках и положила на место.
– Ты видела его в ванной?
– Видела. И на кухне. Он явно тебе очень нравится, раз ты аж три копии его сделал...
Тому стало плохо. Он откинулся спиной на подушки... Хотелось спать. И даже ласкающая девушка была не в силах вырвать его из объятий сновидений.
И на грани сна, Том вдруг вспомнил тот вечер... он сам спросил, как зовут эту куклу... И на утро получил ответ – Вильгельм.
