Текст книги "Античные гимны"

Автор книги: Гомер

ГОМЕРОВСКИЕ ГИМНЫ[1]1
  Гомеровские гимны публикуются в нашем издании в переводе В. В. Вересаева,» напечатанном в изд.: Вересаев В. В. Поли. собр. соч. М., 1929. Т. X. (перепечатан в сб.: Эллинские поэты. М., 1963), с отдельными уточнениями, сделанными по греческому оригиналу.
  Из 34 гомеровских гимнов 33 относятся к единой рукописной традиции, восходящей, очевидно, к XI или XII в. В 1423 г. Дж. Авриспа вывез из Константинополя манускрипт, содержащий большое собрание гимнов. Этот манускрипт и является источником различных списков гомеровских гимнов, рассеянных по библиотекам Запада. Первую копию с византийского оригинала сделал Ф. Филельфо (см., вступительную статью). Одно время выдвигалось мнение (гипотеза Г. Голландера), что списки Авриспы и Филельфо были сделаны с разных оригиналов. Однако в наши дни принято считать, что рукопись – оригинал XI или XII в. – к XV в. испытала значительные повреждения, и разночтения у Авриспы и Филельфо можно отнести к разного рода спискам, но сделаны оба списка с одного и того же манускрипта (ср.: Деревицкий А. Н. Гомерические гимны. Харьков, 1889. С. 37).
  В настоящее время мы располагаем четырьмя кодексами, которые составляют базис всех известных изданий гомеровских гимнов. Содержание кодексов варьируется, и соотношение их со списками Авриспы и Филельфо определить трудно. Особняком стоит знаменитый московский кодекс, завезенный, очевидно, в Россию монахами из Греции или Афона. Он был открыт в 1777 г. в московской синодальной библиотеке Ф. Маттэи, приобретен впоследствии Д. Рункеном и теперь хранится в университетской библиотеке в Лейдене. В этом кодексе (единственном) сохранились: весь гимн «К Деметре», стихи 422, 457, 458 гимна «К Гермесу» и фрагмент из гимна «К Дионису» (12 стихов). Эти 12 стихов гимна «К Дионису» Ф. Маттэи счел возможным объединить с фрагментом неизвестного гимна из Диодора (III 66) – так в собрании гомеровских гимнов и появился гимн XXXIV.
  Вопрос о хронологии гимнов весьма сложен. Гимны I – V обычно относят к VII – VI вв. до н. э. По традиции, из дошедших до нас больших гимнов древнейшими считаются гимны «К Афродите», «К Деметре», «К Аполлону Делосскому» – их датируют обычно VII в. до н. э., гимн «К Гермесу» – VII или VI в. до н. э. Остальные гимны созданы значительно позже. Общепризнано, что некоторые гимны, например гимн «К Пану», можно датировать не раньше V в. до н. э. Значительное число «малых» гимнов создано, безусловно, не раньше эпохи эллинизма, например гимн «К Аресу» с его астрологическим уклоном.
  География создания гимнов очень пестра, большинство из них связано с местными культами, с их установлением, распространением, основанием храмов. По преимуществу это храмовые легенды, посвященные тем или иным приключениям, странствиям, подвигам богов. По классификации Р. Вунша, гомеровские гимны должны быть отнесены к разряду так называемых смешанных гимнов (hymnoi mictoi), где объединяются миф и просьба о даровании счастья.
  Относительно того, когда именно был составлен данный сборник гимнов, единого мнения нет. Если судить по тому, что в собрание гимнов входят поздние гимны, то необходимо признать, что сборник составлен не раньше эпохи эллинизма, хотя не исключена возможность, что некоторые «малые» гимны могли быть присоединены к собранию позже.
  Из многочисленных изданий гомеровских гимнов назовем одно из последних: The Homeris hymnos/Ed. by T. W. Allen, W. R. Haliiday, E. E. Sikes, W. W. Merry. Oxford, 1961; из словарей к гомеровским гимнам следует иметь в виду следующий: Index Homericus. Appendix hymnorum vocabula continens/Composuit A. Gehring. Lipsiae, 1845.


[Закрыть]

I. К АПОЛЛОНУ ДЕЛОССКОМУ[2]2
  [В «Состязании Гомера с Гесиодом» рассказывается, что, пробыв некоторое время в Аргосе, Гомер отправился на остров Делос на народное торжество и здесь у так называемого рогового алтаря, произнес в честь Аполлона гимн, начинающийся словами: «Вспомню, – забыть не смогу, – о метателе стрел Аполлоне». За этот гимн лоняне объявили поэта гражданином своего союза, а делосцы, записав гимн на гипсовой скрижали, принесли его в дар святилищу Артемиды.
  Безусловно, это только красивая легенда, но первый гомеровский гимн и на самом деле, как пишет А. Лески, «прекраснейший цветок эпической поэзии послегомеровского периода» (Lesky Α. Die homerischen Hymnen. Bern, 1950. S. 12). Общепризнано, что данный гимн – продукт контаминации. Вплоть до 1781 г., когда Д. Рункен во втором издании своих «Критических писем» предположил, что гимн «К Аполлону» разбивается на два самостоятельных произведения – «К Аполлону Делосскому» и «К Аполлону Пифийскому», этот гимн считался единым. Но в нем всегда различали по крайней мере три отдельные части: гимн к делосскому божеству, гимн к божеству пифийскому, отрывок из теогоннческого стихотворения в духе гесиодовской поэзии. Имя гимнографа неизвестно. Родина гимна – скорее всего остров Хиос.
  По степени близости к языку Гомера этот гимн занимает одно из первых мест. Отличительная черта этого гимна – присутствие ярко выраженного лирического, личностного начала. Поэт, воздав подобающую хвалу божеству, обращается к служительницам его культа и вспоминает о тех великолепных празднествах, в которых он сам, бедный хиосский слепец, не раз принимал участие. Стихи о хиосском старце из этого, гимна цитирует Фукидид (III 103).


[Закрыть]

 
Вспомню, – забыть не смогу, – о метателе стрел Аполлоне.
По дому Зевса пройдет он – все боги и те затрепещут.
С кресел своих повскакавши, стоят они в страхе, когда он
Ближе подступит и лук свой блестящий натягивать станет.
5 Только Лето остается близ молнелюбивого Зевса;
Лук распускает богиня и крышкой колчан закрывает,
С Фебовых плеч многомощных оружье снимает руками
И на колок золотой на столбе близ седалища Зевса
Вешает лук и колчан; Аполлона же в кресло сажает.
10 В чаше ему золотой, дорогого приветствуя сына,
Нектар отец подает. И тогда божества остальные
Тоже садятся по креслам. И сердцем Лето веселится,
Радуясь, что родила луконосного, мощного сына.
 
 
19 Что же спеть о тебе? Песнопений во всем ты достоин.[3]3
  здесь и далее, где сбивается нумерация, стихи считаются некоторыми издателями интерполированными (неподлинными).


[Закрыть]
25 Спеть ли, как смертных утеха, Лето, тебя на свет родила.
К Кинфской[4]4
  Кинф – гранитная скала, главная возвышенность острова Делос.


[Закрыть] горе прислонясь, на утесистом острове бедном
Делосе[5]5
  Делос – самый маленький из Кикладских островов в Эгейском море, славен рождением Аполлона и Артемиды.


[Закрыть], всюду водою омытом? Свистящие ветры
На берег гнали с обеих сторон почерневшие волны.
Выйдя оттуда, над всеми ты смертными властвуешь ныне.
30 Родами мучаясь, Крит посетила Лето и Афины,[6]6
  описываются скитания Латоны перед рождением Аполлона, хотя автор не указывает причину этих скитаний – гнев Геры.


[Закрыть]
Остров Эгину, Евбею, страну моряков знаменитых,
Морем омытый кругом Пепарет и Пейреские Эги[7]7
  Пепарет – остров в Эгейском море; Пейреские Эги – островок в Эгейском море вблизи острова Хиос.


[Закрыть],
Также Фракийский Афон, Пелиона высокие главы[8]8
  Фракийский Афон – гора в Македонии, на южной оконечности полуострова Халкидика; Пелион – гора на севере Греции, в Фессалии.


[Закрыть],
Самофракию и тенью покрытые Идские горы,[9]9
  Самофракия, или Самос, – остров у Ионинского побережья Малой Азии; Идские горы – горная цепь в Мисии и Фригии (М. Азия).


[Закрыть]
35 Скирос, Фокею, крутые высоты горы Автоканы[10]10
  Скирос – остров вблизи от острова Евбея, к востоку от Аттики; Фокея – город на побережье Ионии (М. Азия); Автокана – мыс вблизи Фокеи.


[Закрыть],
Благоустроенный Имброс и Лемнос труднодоступный[11]11
  Имброс – остров у побережья Херсонеса Фракийского (сев. Греция) с городом того же названия; Лемнос – вулканический остров в северной части Эгейского моря, считавшийся главным местом пребывания Гефеста.


[Закрыть],
Эолиона Макара[12]12
  Эолион Макар, или Макьрей, – сын Эола, бога ветра.


[Закрыть] обитель, божественный Лесбос,
Хиос[13]13
  Хиос – остров у берегов Ионии с городом того же названия.


[Закрыть], тучнейший из всех островов, расположенных в море,
И каменистый Мимант, и высокие главы Корика[14]14
  Мимант – отрог хребта Тмола в Лидии (М. Азия) ; Корик – скалистый мыс на Эритрейском полуострове в Ионии.


[Закрыть],
40 Кларос блестящий, крутые высоты горы Эсагеи[15]15
  Кларос – город на Ионийском побережье Малой Азии с храмом и оракулом Аполлона; Эсагея – гора близ города Клароса.


[Закрыть] ,
Самос, богатый водою, высокие главы Микале[16]16
  Микале – мыс на Ионийском побережье.


[Закрыть],
Коос, город людей меропийских, Милет и высоко[17]17
  Коос (Кос) – остров у побережья Карий (М. Азия); Мероп – царь древнейшего поселения на острове Кос; Милет – ионийский город на побережье Карий.


[Закрыть]
Вверх возносящийся Книд, и Карпат, от ветров не закрытый[18]18
  Книд – мыс и город в Карий со знаменитым храмом Афродиты, в котором находилась статуя богини работы Праксителя; Карпат (или Карпаф) – остров на полпути между Критом и Родосом.


[Закрыть].
Рению, остров с землей каменистой, и Наксос, и Парос[19]19
  Рения – небольшой островок у западного побережья Делоса; Наксос, Парос – Эгейские острова.


[Закрыть] —
45 Все их Лето обошла, собираясь родить Дальновержца,
Всех опросила, не хочет ли кто стать родиной сыну.
Но трепетали все земли от страха[20]20
  Хотя о гневе Геры автор не говорит, но «трепетали все земли от страха» именно из-за этого.


[Закрыть], никто не решился
Фебу пристанище дать, хоть и были они плодородны.
В Делос пришла наконец каменистый Лето пречестная
 
 
50 И, обратившись к нему, окрыленное молвила слово:
«Делос! Не хочешь ли ты, чтоб имел тут пристанище сын мой,
Феб-Аполлон, чтобы храм на тебе был основан богатый?
Вряд ли тобою другой кто прельстится иль почесть окажет:
Думаю я, ни овцами ты не богат, ни быками,
55 Зелень скудна на тебе и плодов никаких не родится.
Если же будешь ты храм Аполлона иметь Дальновержца,
Станут вес люди на остров сюда пригонять гекатомбы,
Жертвенный дым без конца над тобою начнет подниматься...
 
 
***********************************************[21]21
  здесь и далее строка звездочек или отточий означает испорченное место.


[Закрыть]
 
 
Если б ты только кормил их, владыка, имели бы боги…
 
 
***********************************************
 
 
60 От посторонней руки: под почвой твоею нет жира».
 
 
Так говорила. И радостно Делос богине ответил:
«Верь мне, Лето, многославная дочерь великого Кея[22]22
  Кей (Кой) – один из титанов, сын Урана и Геи, муж Фебы, отец Лето.


[Закрыть]:
С радостью принял бы я Дальновержца-владыки рожденье,
Ибо ужасно я сам по себе для людей неприятен.
65 После же этого все бы почет мне оказывать стали.
Сильно, однако, – не скрою, богиня, – страшат меня слухи:
Больно уж будет рожденный тобой Аполлон, как я слышал.
Неукротим и суров, и великая власть над богами
И над людьми ожидает его на земле хлебодариой.
70 Вот я чего опасаюсь ужасно умом и душою:
Ну как, сияние солнца впервые увидев, презреньем
К острову он загорится, – скалиста, бедна моя почва, —
И в многошумное море меня опрокинет ногами.
Будут бежать чередой непрерывной высокие волны
75 Там над моей головою. А он себе больше по вкусу
Землю найдет, чтобы храм заложить и тенистые рощи.
Черные вместо людей лишь тюлени одни да полипы
Гнезда и домики будут на мне возводить беззаботно.
Если б, однако, посмела ты клятвой поклясться великой,
80 Что благолепнейший храм свой на мне он воздвигнет на первом
Для провещания божьих велений, и после того лишь...
 
 
***********************************************
 
 
Всюду, меж всеми людьми. Ибо много имен он имеет».
 
 
И поклялася Лето великою клятвой бессмертных:
 
 
«Этой землею клянуся и небом широким над нами,
85 Стикса подземно текущей водой, – меж богов всеблаженных
Клятвою, самой ужасной из всех и великою самой:
Истинно Фебов душистый алтарь и участок священный
Вечно останутся здесь, и почтит он тебя перед всеми».
 
 
После того как она поклялась и окончила клятву,
90 С радостью роды царя Дальновержца приветствовал Делос.
Девять уж мучилась дней и ночей в безнадежно тяжелых
Схватках родильных Лето. Собралися вокруг роженицы
Все наилучшие между богинь: Ихнея-Фемида[23]23
  Фемида – олицетворение законного порядка, дочь Урана и Геи, жена Зевса; родила Ор и Мойр. Ихнея – чтимая в городе Ихны в Фессалии.


[Закрыть],
Рея, шумящая плесками волн Амфитрита, Диона[24]24
  Рея – дочь Урана и Геи, супруга Кроноса, мать всех Кронид. Амфитрита – дочь Нерея и Дориды, одна из нереид, супруга Посейдона. Диона – дочь Океана и Тетии (Тефии) или Урана и Геи, титанида, мать Афродиты.


[Закрыть],
95 Также другие. Лишь не было там белолокотной Геры.
97 Да ни о чем не слыхала Илифия, помощь родильниц:
Под облаками златыми сидела она на Олимпе;
Хитростью там удержала ее белокурая Гера,
100 Злобой ревнивой горя, потому что могучего сына
На свет родить предстояло в то время Лето пышнокудрой.
 
 
С острова спешно богини послали Ириду с приказом,
Чтобы Илифию[25]25
  Илифия – дочь Зевса и Геры, богиня деторождения, покровительница рожениц; впоследствии отождествлялась с Артемидой.


[Закрыть] к ним привела, обещав ожерелье
Длинное, в девять локтей, золотое, из зерен янтарных.
105 Но приказали богиню позвать потихоньку от Геры,
Чтобы словами ее, как пойдет, не вернула обратно.
Только сказали они ветроногой и быстрой Ириде[26]26
  Ирида – дочь Тавманта и Электры, сестра Гарпий, вестница богов.


[Закрыть], —
Та побежала и вмиг через все пронеслася пространство.
Быстро примчавшись в обитель богов на высоком Олимпе,
100 Вызвала тотчас Ирида Илифию вон из чертога
И с окрыленными к ней обратилась словами, сказавши
Все, что сказать олимпийские ей приказали богини,
И убедила Илифии душу в груди ее милой.
Тотчас они устремились подобные робким голубкам.
 
 
115 Только ступила на Делос Илифия, помощь родильниц,
Схватки тотчас начались, и родить собралася богиня.
Пальму руками она охватила, колени уперла
В мягкий ковер луговой. И под нею земля улыбнулась.
Мальчик же выскочил на свет. И громко богини вскричали.
120 Тотчас тебя, Стреловержец, богини прекрасной водою
Чисто и свято омыли и, белою тканью повивши, —
Новою, сделанной тонко, – ремнем золотым закрепили.
Груди своей не давала Лето златолирному Фебу:
Нектар Фемида впустила в нетленные губы младенца
125 Вместе с амвросией чудной. И сердцем Лето веселилась,
Радуясь, что родила луконосного, мощного сына.
 
 
После того как вкусил ты, владыка, от пищи бессмертной,
Бурных движений твоих не сдержали ремни золотые,
Слабы свивальники стали, и все распустились завязки.
130 Тотчас же Феб-Аполлон обратился к бессмертным богиням:
 
 
«Пусть подадут мне изогнутый лук и любезную лиру.
Людям начну прорицать я решенья неложные Зевса!»
 
 
Молвивши так, зашагал по земле неиссчетнодорожной
Феб длинновласый, далеко стреляющий. Все же богини
135 Остолбенели. И весь засиял, словно золотом, Делос:
139 Так покрываются гор возвышенья лесными цветами.
140 Ты же, о, с луком серебряным царь, Аполлон дальнострельный,
 
 
То поднимался на Кинф, каменисто-суровую гору,
То принимался блуждать, острова и людей посещая.
Много, владыка, имеешь ты храмов и рощ многодревных;
Любы все выси тебе, уходящие в небо вершины
145 Гор высочайших и реки, теченье стремящие в море.
К Делосу больше всего ты, однако, душой расположен.
Длиннохитонные сходятся там ионийцы на праздник,
С ними и жены, достойные их, и любезные дети.
Помнят они о тебе и, когда состязанья назначат,
150 Боем кулачным, и пляской, и пеньем тебя услаждают.
Кто б ионийцев ни встретил, когда они вместе сберутся,
Всякий сказал бы, что смерть или старость над ними бессильны.
Видел бы он обходительность всех и душой веселился б,
Глядя на этих детей и на жен в поясах несравненных,
155 На корабли быстроходные их и на все их богатства.
К этому ж – диво большое, которого славе не сгинуть, —
Острова Делоса девы, прислужницы Феба-владыки,
Песнью хвалебной они Аполлона сначала прославят;
После, Лето помянув пышнокудрую и Артемиду
160 Стрелолюбивую, песни поют о мужах и о женах,
В древности живших, и племя людей в восхищенье приводят.
Дивно умеют они подражать голосам и напевам
Всяких людей; и сказал бы, услышав их, каждый, что это
Голос его, – до того хорошо их налажены песни.
165 Милость свою ниспошлите на нас, Аполлон с Артемидой!
Вам же, о девы, привет! И впредь обо мне не забудьте.
Если какой-либо вас посетит человек земнородный,
Странник, в скитаньях своих повидавший немало, и спросит:
«Девы, скажите мне, кто здесь у вас из певцов наилучший?
170 Кто доставляет из них наибольшее вам наслажденье?»
Страннику словом хорошим немедленно все вы ответьте:
«Муж слепой. Обитает на Хиосе он каменистом.
Лучшими песни его и в потомстве останутся дальнем».
Мы же великую славу об вас разнесем повсеместно,
175 Сколько ни встретим людей в городах, хорошо населенных,
Все нам поверят они, потому что мы правду расскажем.
 
 
Я же хвалить не устану метателя стрел Аполлона,
Сына Лето пышнокудрой, владыку с серебряным луком.[27]27
  стихи о хиосском певце, возможно, Олене, создателе ионийских гимнов в честь Аполлона.


[Закрыть]
 

II. К АПОЛЛОНУ ПИФИЙСКОМУ[28]28
  Во всех дошедших кодексах этот гимн составлял одно целое с предыдущим гимном. Д. Рункен первый указал, что следует разделить гимн «К Аполлону» на два самостоятельных произведения. Считается, что второй гимн, «К Аполлону Пифийскому», создан значительно позже, но до 548 г. до н. э., когда пожар уничтожил первый дельфийский храм.


[Закрыть]

 
Ликией ты, повелитель, владеешь, Меонией милой[29]29
  Ликия – полуостров и область на южном берегу Малой Азии. В ликийских городах Патаре и Ксанфе были знаменитые храмы Аполлона Ликийского. Меония – древнее название Лидии (М. Азия), впоследствии восточная Лидия.


[Закрыть],
Около моря лежащим Милетом, желаемым всеми[30]30
  К югу от города Милета (М. Азия) в Дидимах находился древний, основанный раньше города, храм Аполлона Дидимского со знаменитым оракулом.


[Закрыть];
Сам же с великою честью на Делосе царствуешь славном
 
 
***********************************************
 
 
Стопы свои направляет к утесам скалистым Пифона[31]31
  Пифон – древнее название местности у подошвы Парнаса в Фокиде, где находился город Дельфы.


[Закрыть]
5 Сын многославный Лето, на блистающей лире играя.
Благоухают на боге одежды бессмертные. Струны
Страстно под плектром звучат золотым на божественной лире.
Мысли быстрее с земли на Олимп перенесшись, оттуда
Входит в палаты он Зевса, в собрание прочих бессмертных.
10 Тотчас желанье у всех появляется песен и лиры
Сменными хорами песнь начинают прекрасные Музы,
Божьи дары воспевают бессмертные голосом чудным
И терпеливую стойкость, с какою под властью бессмертных
Люди живут, – неумелые, с разумом скудным, не в силах
15 Средства от смерти найти и защиты от старости гнусной.
Пышноволосые девы Хариты, веселые Оры[32]32
  Хариты – богини красоты и радости, дочери Зевса и океаниды Евриномы; Оры (или Горы) – богини времен года, ясной погоды, урожая, юности и красоты, хранительницы небесных врат, спутницы богов, преимущественно Афродиты. По Гесиоду, их было три: Евномия, Дике, Эйрена; в аттическом культе – две: Весна и Осень.


[Закрыть],
Зевсова дочь Афродита, Гармония, юная Геба[33]33
  Гармония – дочь Ареса и Афродиты, жена Кадма, мать Ино, Семелы и др. Геба – дочь Зевса и Геры, богиня юности, жена Геракла.


[Закрыть],
За руки взявшись, водить хоровод начинают веселый.
Не безобразная с ними танцует, не малая с виду, —
20 Ростом великая, видом дивящая всех Артемида,
Стрелолюбивая дева, родная сестра Аполлона.
С ними же здесь веселятся и Apec могучий, и зоркий
Аргоубийца. А Феб-Аполлон на кифаре играет,
Дивно, высоко шагая. Вокруг него блещет сиянье,
25 Быстрые ноги мелькают, и пышные вьются одежды.
И веселятся, душою великою радуясь много,
Фебова матерь, Лето златокудрая, с Зевсом всемудрым,
Глядя на милого сына, как тешится он меж бессмертных.
Что же мне спеть о тебе? Песнопений во всем ты достоин.
30 Спеть ли о том, как ты был женихом, как любовью горел ты[34]34
  напоминание о любовных историях Аполлона. Согласно одной из версий, Аполлон любил дочь Флегия Корониду, которая родила Асклепия.


[Закрыть],
Как приходил, домогаясь Азановой дочери милой[35]35
  Азанова дочь – Коронида, родом из Азании – области в северной Аркадии, названной по имени Азана, сына Аркада.


[Закрыть],
С Исхием, равным богам, многоконкым Елатионидом[36]36
  Исхий, сын Елатиона – возлюбленный Корониды, которого она предпочла Аполлону.


[Закрыть]?
Иль как Форбапта из рода Триопоза, иль Амаринфа[37]37
  Форбант – по одной из версий, отец Авгия, заносчивый кулачный боец; разграбил вместе с флегийцами Дельфийский храм, но был ранен Аполлоном. Триоп – сын Посейдона от Канаки (отсюда Триопов род). Амаринф – местечко на острове Евбея с храмом Артемиды, куда ежегодно в день праздника богини направлялось торжественное шествие и где выставлялись все важные государственные документы.


[Закрыть]...
Или, как вместе с Левкиппом и вместе с женою Левкиппа...
 
 
***********************************************
 
 
35 Пеший, а он на конях ……………………...
 
 
***********************************************
 
 
Или о том, как, замысливши первый для смертных оракул,
Места ища для него, по земле ты бродил, Дальновержец?
 
 
Прежде всего в Пиерию[38]38
  Пиерия – область в юго-западной части Македонии, родина Орфея, излюбленное место пребывания муз.


[Закрыть] ты путь свой направил с Олимпа;
Лакмос, Эматию после того миновал, Эниены[39]39
  Лакмос – северная часть горной цепи Пинда, отделяющей Фессалию от 11 Эпира; Эматия – главная область Македонии; Эниены (Эния) – город на побережье Халкидии, в глубине Термейского залива.


[Закрыть],
40 Через Перребы прошел ты. И скоро достиг Иаолка[40]40
  Перребы – северо-западная часть Фессалии; Иаолк (Иолк) – город в Фессалии, откуда начался поход аргонавтов.


[Закрыть].
В славной судами Евбее на мыс поднимался Кенейский[41]41
  Кенейский мыс – западная оконечность острова Евбея.


[Закрыть].
Стал пред Лелантской равниной[42]42
  Лелантская равнина – между городами Халкидой и Эретрией, на острове Евбея.


[Закрыть], – но сердце твое не прельстилось
Храм твой на ней заложить и тенистые рощи густые.
После того перешел ты Еврип[43]43
  Еврип – пролив между Евбеей и беотийско-аттическим побережьем. Его постоянные волнения объяснялись тем, что в этом проливе семь раз в день менялось течение. Существовала даже поговорка – волноваться, быть непостоянным, словно Еврип.


[Закрыть], Аполлон-дальновержец,
45 И поднялся на зеленую гору святую, с нее же
Быстро сошел в Микалесс и в луга травяные Тевмесса[44]44
  Микалесс – город в Беотии (ср. Греция) ; Тевмесс – гора близ Фив Беотийских.


[Закрыть].
В Фивы оттуда пришел ты, дремучим одетые лесом:
Не жили в те времена еще люди в божественных Фивах,
И ни дорог, ни тропинок еще никаких не бежало
50 По хлебородной равнине фиванской: лишь лес простирался.
 
 
Дальше оттуда отправился ты, Аполлон дальнострельный,
И до Онхеста дошел, Посейдоновой рощи блестящей[45]45
  Онхест – город у Копаидского озера в Беотии с храмом и рощей Посейдона.


[Закрыть],
Новообъезженный конь, в колеснице идущий прекрасной,
Там переводит дыханье от бремени: добрый возница,
55 Спрыгнувши наземь с повозки, пешком по дороге шагает;
Кони ж, не зная вожжей, опустевшей гремят колесницей.
Если с повозкою въедут они в многодревную рощу, —
Ждет уход лошадей, а ее, прислонив, оставляют.
Ибо таков изначально священный обычай: владыке
60 Молятся люди, а божью повозку судьба охраняет.
 
 
Дальше оттуда отправился ты, Аполлон дальнострельный.
Вскоре достиг ты прекрасно струящейся речки Кефиса[46]46
  Кефис – река в северной Фокиде и Беотии, впадающая в Копаидское озеро.


[Закрыть],
Льющейся светлотекучей своею водой из Лилеи[47]47
  Лилея – город в Фокиде.


[Закрыть].
Через Кефис перейдя, миновав Окалейские башни[48]48
  Окалея – город в Беотии на реке того же названия.


[Закрыть],
65 Ты пересек, Дальновержец, густые луга Галигрта[49]49
  Галиарт – город в Беотии на южном берегу Копаидского озера.


[Закрыть]
И до Тельфусы[50]50
  Тельфуса – источник в Беотии.


[Закрыть] дошел. И прельстился ты местом спокойным.
Здесь захотел ты свой храм заложить и тенистые рощи.
Встал пред Тельфусою близко и слово такое ей молвил:
 
 
«Здесь основать я, Тельфуса, прекраснейший храм собираюсь.
70 Чтоб прорицалищем был для людей он, которые вечно
Станут сюда пригонять безупречные мне гекатомбы, —
В пелопоннесском ли кто обитает краю плодоносном,
На островах ли, водой отовсюду омытых, в Европе ль.
Будут они вопрошать мой оракул, И всем непреложно
75 В храме моем благолепном начну подавать я советы».
 
 
Молвивши так, заложил основанье сплошное для храма
Феб-Аполлон широко и пространно. Увидевши это,
Сильно разгневалась сердцем Тельфуса и слово сказала:
 
 
«Феб-дальновержец, владыка, скажу тебе некое слово.
80 Храм заложить благолепный на этом замыслил ты месте,
Чтоб прорицалищем был для людей он, которые вечно
Станут тебе приносить безупречные здесь гекатомбы.
Вот что, однако, скажу я тебе, – и подумай об этом:
Топотом будут тебя раздражать быстроногие кони
85 И у божественных наших истоков поимые мулы.
Станет иной тут охотней глядеть на коней пышнагривых,
С топотом мчащих в пыли колесницу с отделкой прекрасной,
Чем на великий твой храм и сокровища многие в храме.
Если б, однако, меня ты послушал, – могучей и лучше
90 Ты, о владыка, чем я, и весьма велика твоя сила, —
Храм ты построил бы в Крисе[51]51
  Криса – город в Фокиде со святилищем Аполлона Дельфийского.


[Закрыть], в долине под снежным Парнасом.
На колеснице прекрасной никто уже там не промчится,
Топот коней быстроногих вокруг алтаря не раздастся.
Станут в безмолвии там племена знаменитые смертных
95 Иэпеану[52]52
  Иэпеан – Аполлон.


[Закрыть] дары приводить, и прекрасные будут
Жертвы окрестных людей доставлять тебе радость большую».
 
 
Так говоря, убедила она Дальновержца, чтоб слава
Не Дальновержцу была на земле, а самой ей, Тельфусе.
 
 
Дальше оттуда отправился ты, Аполлон дальнострельный.
100 В город флегийцев[53]53
  Флегийцы – фракийское племя в Фокиде.


[Закрыть], мужей нечестивых и гордых, пришел ты:
Знать не желая о Зевсе, они на земле обитают
Недалеко от болот кефисийских в прекрасной долине.
Быстро оттуда бегом на скалистый хребет поднялся ты,
В Крису пришел наконец, под Парнасом лежащую снежным;
105 Обращена она склоном на запад, над ней нависает
Сверху скала, а внизу глубоко пробегает долина
Дикая. Там-то в душе порешил Аполлон-повелитель
Храм свой построить уютный и слово такое промолвил:
 
 
«Вот где прекраснейший храм для себя я воздвигнуть решаю,
110 Чтоб прорицалищем был для людей он, которые вечно
Станут сюда пригонять безупречные мне гекатомбы, —
В пелопоннесском ли кто обитает краю плодоносном,
На островах ли, водой отовсюду омытых, в Европе ль.
Будут они вопрошать мой оракул. И всем непреложно
115 В храме моем благолепном начну подавать я советы».
 
 
Молвивши так, заложил основанье сплошное для храма
Феб-Аполлон широко и пространно. На том основанье
Входный порог из каменьев Трофоний возвел с Агамедом[54]54
  Трофоний – сын орхоменского царя Эргина, построивший, по преданию, вместе с братом Агамедом храм Аполлона в Дельфах.


[Закрыть],
Славные дети Эргина, любезные сердцу бессмертных.[55]55
  здесь и далее звездочкой отмечены сомнительные места.


[Закрыть]
120 Вкруг же порога построили храм из отесанных камней
Неисчислимые роды людей, на бессмертную славу.
Близко оттуда – прекрасно струистый родник, где владыкой,
Зевсовым сыном, дракон умерщвлен из могучего лука[56]56
  Священный источник в Дельфах охранял дракон – чудовище Дельфиний, который был убит Аполлоном.


[Закрыть], —
Дикое чудище, жирный, огромный, который немало
125 Людям беды причинил на земле, – причинил и самим им,
И легконогим овечьим стадам, – бедоносец кровавый.
 
 
Был на вскормление отдан ему златотронною Герой
Страшный, свирепый Тифаон, рожденный на пагубу людям[57]57
  Эпизод с Тифаоном считается вставкой в гесиодовском духе. Включение этого мифа в данном контексте оправдано тем, что именно дракону в Пифоне был отдан Тифаон (Тифон) на воспитание.


[Закрыть].
Некогда Гера его родила, прогневившись на Зевса,
130 После того как Афину преславную из головы он
На свет один породил. Разъярилась владычица Гера
И средь собранья бессмертных такое промолвила слово:
 
 
«Слушайте, слушайте все вы, о боги, и вы, о богини,
Как опозорил хменя мой супруг, облаков собиратель, —
135 Первый, в то время как я остаюсь женой ему доброй:
Он совоокой Афиной помимо меня разрешился,
Всех остальных превзошедшей блаженных богов олимпийских.
Мной же самою рожденный Гефест между тем оказался
На ноги хилым весьма и хромым между всеми богами…
 
 
***********************************************
 
 
140 В руки поспешно схватив, и в широкое бросила море.
Но среброногая дочерь Нерея Фетида младенца[58]58
  Нерей – сын Понта и Геи, муж Дориды, отец 50 нереид, вещий морской старец. Фетида – морская богиня, дочь Нерея, жена Пелея, мать Ахилла.


[Закрыть]
Там приняла и его меж сестер меж своих воспитала.
Лучше б другим чем она угодить постаралась бессмертным...
Жалкий, коварный изменник! Теперь что еще ты замыслишь?
145 Как же один породить совоокую смел ты Афину?
Разве бы я не сумела родить? Ведь твоею женою
Я средь бессмертных зовусь, обладающих небом широким.
Ныне, однако, и я постараюся, как бы дитя мне,
Не опозоривши наших с тобою священных постелей,
150 На свет родить, чтоб блистало оно между всеми богами.
Больше к тебе на постель не приду. От тебя в отдаленье
Буду я с этой поры меж бессмертных богов находиться».
 
 
Молвивши так, от богов удалилась с разгневанным сердцем.
И возложила на землю ладонь волоокая Гера
155 И, сотворяя молитву, такое промолвила слово:
 
 
«Слушайте ныне меня вы, Земля и широкое Небо!
Слушайте, боги-Титаны, вкруг Тартара в глуби подземной
Жизнь проводящие, – вы, от которых и люди и боги!
Сделайте то, что прошу я: помимо супруга Кронида
160 Дайте мне сына, чтоб силою был не слабее он Зевса.
Но превзошел бы его, как Кроноса Зевс превосходит»[59]59
  . По одной из версий мифа, Тифаон во время поединка с Зевсом вырезал у него сухожилия и отдал их дракону Дельфинию (или драконше Дельфине), сам же обессиленный Зевс был заключен Тифаоном в Корикийской пещере (Киликия). И только когда Гермес и Пан выкрали эти сухожилия, Зевс был исцелен.


[Закрыть].
 
 
Так восклицала. И в землю ударила пышной рукою.
Заколебалась земля живописная. Это увидев,
Возвеселилася Гера: решила – услышана просьба.
165 И ни единого разу с тех пор в продолжение года
Не восходила она на постель многомудрого Зевса
И не садилась, как прежде, на пышный свой тран, на котором!
Часто советы супругу разумные в спорах давала.
В многомолитвенных храмах священных своих пребывая,
170 Тешилась жертвами, ей приносимыми, Гера-царица.
После ж того как и дней и ночей завершилось теченье,
Год свой закончил положенный круг и пора наступила,
Сын у нее родился – ни богам не подобный, ни смертным,
Страшный, свирепый Тифаон, для смертных погибель и ужас.
175 Тотчас дракону его отдала волоокая Гера,
Зло приложивши ко злу. И дракон принесенного принял.
Славным людским племенам причинил он несчастий немало.
 
 
День роковой наступал для того, кто с драконом встречался.
Но поразил наконец-то стрелою его многомощной
180 Царь Аполлон-дальновержец. Терзаемый болью жестокой,
Тяжко хрипя и вздыхая, по черной земле он катался.
Шум поднялся несказанный, безмерный. А он, извиваясь,
По лесу ползал туда и сюда. Наконец кровожадный
Дух -испустил он. И, ставши над ним, Аполлон похвалялся:
 
 
185 «Здесь ты теперь изгнивай, на земле, воскормляющей смертных!
Больше не будешь теперь ты свирепою пагубой людям!
Мирно вкушая плоды многодарной земли, постоянно
Станут они приносить мне отборные здесь гекатомбы.
Ныне от гибели злой не спасти тебя ни Тифозю,
190 Ни злоимянной Химере[60]60
  Химера – мифическое огнедышащее чудовище в Ликии с головой льва, туловищем козы и хвостом дракона. По Гесиоду – дочь Тифаона и Ехидны, с тремя головами: льва, козы и дракона. Убита Беллерофонтом.


[Закрыть]. На этом же месте сгниешь ты
Силою черной Земли и лучистого Гипериона»[61]61
  Гиперион – титан, сын Урана и Геи, отец Гелиоса. У Гомера и в гомеровских гимнах отождествляется с Гелиосом.


[Закрыть].
 
 
Так он хвалился. Глаза же дракоконовы мглою покрылись.
Гелиос в гниль превратил его силой своею святою.
Вот почему он Пифоном зовется теперь[62]62
  Pythö «подвергать тлению», «гноить». Отсюда дракон – Пифон и Аполлон Пифийский. В этом мифе соединяются два хтонических образа – более древний Дельфиний и Пифон, которые уступили место и оракул новому олимпийскому богу Аполлону.


[Закрыть], а владыку
195 Мы называем пифийским: на месте на этом сгноила
Острого Гелия сила останки свирепого гада.
 
 
Здесь только понял в уме своем Феб-Аполлон дальнострельный,
Из-за чего он обманут прекрасноструистой криницей.
Гневом пылая, пошел он к Тельфусе, достиг ее быстро,
200 Стал очень близко пред нею и слово такое ей молвил:
 
 
«Ты обманула, Тельфуса, меня. Не хотела ты, видно,
Местом прелестным владея, струить светлобежную воду.
Славу свою ты зато здесь отныне разделишь со мною»
 
 
205 Так сказавши, скалой завалил каменистое устье
Царь – Аполлон-дальновержец и скрыл под обвалом теченье.
Здесь же себе он построил и жертвенник в роще тенистой
Около самой криницы прекраснотекущей. Владыке
Все там возносят мольбы, именуя его Тельфусийскм.
Так как Тельфусы священной течение там посрамил он.
 
 
210 Начал в уме своем тут размышлять Аполлон-дальновержец.
Как бы ему и кого из людей привести в это место,
Чтобы жрецами его они стали в Пифоне скалистом,
Жертвы ему приносили б и всем возвещали законы
Золотолукого Феба-властителя, что б ни сказал он,
215 Из-под Парнасской скалы прорицанья давая из лавра.
 
 
Так размышляя, узрел он в дали винно-черного моря
Быстрое судно. Везло оно много мужей благородных,
Критян из града Миносова Кноса[63]63
  Кнос – столица Крита во времена царствования Миноса.


[Закрыть], – они для владыки...
 
 
***********************************************
 
 
Ради богатств и товаров на судне они своем черном
220 Плыли в песчанистый Пилос[64]64
  Пилос – в древности было несколько городов с таким названием. Здесь имеется в виду город на западном побережье Мессении, владение гомеровского Нестора.


[Закрыть], к родившимся в Пилосе людям.
Вдруг повстречался им Феб-Аполлон. На корабль быстроходный
Выскочил он из воды, уподобившись видом дельфину.
Там и остался лежать он чудовищем страшным, огромным.
Из моряков же никто догадаться не мог и не видел...
 
 
***********************************************
 
 
225 И отовсюду толкал он и тряс корабельные балки.
Молча, объятые«страхом, сидели внутри мореходцы;
Не распустили снастей на бокастом судне они черном
И парусов корабля черноносого ставить не стали:
Как они что-либо где укрепили ремнями сначала,
230 Так и поплыли. Порывами Нот[65]65
  Нот – бог южного ветра, сын Астрея и Эос.


[Закрыть] быстроходный корабль их
Сзади, с кормы, подгонял. Миновали сначала Малею[66]66
  Малея – мыс на юго-востоке Пелопоннеса.


[Закрыть],
Землю Лаконскую мимо проплыли и Гелос приморский[67]67
  Лаконская земля – Спарта; Гелос (букв, «болото») – город в Спарте.


[Закрыть],
Прибыли в Тенар[68]68
  Тенар – мыс на юге Пелопоннеса. Там были храм Посейдона и пещера, которая, по преданию, была входом в подземное царство.


[Закрыть], страну, где царит угнетающий смертных
Гелиос; в мягких лугах превосходного этого края
235 Много пасется обычно овец густорунных владыки.
Здесь пожелали они свой корабль задержать и, сошедши,
Дивное диво вблизи осмотреть и глазами увидеть,
Будет ли чудище дальше на днище лежать корабельном
Иль в многорыбную бездну морскую опустится снова.
240 Не подчинился, однако, рулю превосходный корабль их, —
Дальше пошел самовольно вдоль тучного Пелопоннеса:
Легким своим дуновеньем его направлял потихоньку
Царь Аполлон далыюстрельный. Дорогу свою совершая,
Судно в Арену пришло, в Аргифею, приятную видом[69]69
  Арена, Аргифея – города в Элиде (зап. Греция).


[Закрыть],
245 В Фриос на броде Алфейском и славные зданьями Эпи[70]70
  Фриос – город в Элиде на берегу реки Алфей; Эпи – город Нестора в Пелопоннесе.


[Закрыть],
Дальше – в песчанистый Пилос, к родившимся в Пилосе людям»
Круны потом их корабль миновал, и Халкиду, и Диму[71]71
  Круны (букв, «ключи») – местечко в Элиде; Халкида – город в Элиде на реке того же названия; Дима – город в Ахайе.


[Закрыть],
Мимо Элиды священной прошел он, – державы епейцев[72]72
  Элида – главный город Элиды на реке Пеней; епейцы – эпеи – народность на севере Элиды, потомки мифического царя Элиды – Эпея.


[Закрыть],
Зевсову радуясь ветру попутному, Феры[73]73
  Феры – город в восточной Фессалии вблизи горы Пелион.


[Закрыть] покинул.
250 И показались вдали из-за облак утесы Итаки[74]74
  Итака – остров в Ионийском море между побережьем Акарнании и Кефалленией, с главным городом того же названия.


[Закрыть],
Следом – Дулихий, и Сам, и Закинф, покрытый лесами[75]75
  Дулихий – один из Эхинадских островов у западного побережья Этолии; Сам (Саме) – остров к западу от Итаки, впоследствии Кефалления; Закинф – остров в Ионийском море с городом того же названия.


[Закрыть].
Пелопоннес целиком обогнул их корабль быстроходный,
И беспредельный Крисейский залив пред глазами открылся,
Пелопоннес плодоносный собой отделивший от суши,
255 Вдруг, при безоблачном небе, бурливо рванул из эфира
С запада ветер великий, по Зевсовой воле, чтоб морем
Горько-соленым как можно скорее промчался корабль их.
Быстро обратной дорогой они на зарю и на солнце
Поплыли. Вел же Кронионов сын, Аполлон-повелитель.
260 К Крисе пришли они, издали видной, богатой лозами,
В гавань. И врезался в берег песчаный корабль мореходный.
Из корабля поднялся тут наверх Аполлон-дальновержец,
Видом средь белого полдня звезде уподобившись; искры
Сыпались густо с нее; достигало до неба сиянье.
265 В храм он спустился, пронесшись дорогой треножников ценных.
Ярко сверкнувши лучами, зажег он в святилище пламя,
И осветилась вся Криса сияньем. И громко вскричали
Жены крисейцев и дочери их в поясах многоценных
От Аполлоиова взблеска. И ужас объял их великий.
270 Снова оттуда назад к кораблю он, как мысль, устремился,
Образ принявши весьма молодого и сильного мужа;
Длинные кудри его на широкие падали плечи.
Громко он критян окликнул и слово крылатое молвил:
 
 
«Странники, кто вы? Откуда плывете дорогою влажной?
275 Едете ль вы по делам иль блуждаете в море бесцельно,
Как поступают обычно разбойники, рыская всюду,
Жизнью играя своею и беды неся чужеземцам?
Что так печально сидите вы здесь, отчего не сойдете
На берег вы, отчего не свернете снастей корабельных?
280 Нет меж трудящихся тяжко людей, кто бы делал иначе,
После того как на черном своем корабле быстроходном
К суше пристанет, трудом изнуренный; душой его тотчас
Овладевает желанье великое сладостной пищи».
 
 
Так он сказал и сердца их отвагою бодрой наполнил.
285 Критян начальник немедля в ответ ему слово промолвил:
 
 
«О чужестранец! Осанкой и всем своим видом походишь
Ты не на смертнорожденных людей, – на бессмертного бога.
 
 
***********************************************
 
 
Здравствуй! Привет тебе наш! Да пошлют тебе счастие боги!
Дай мне, прошу я, правдивый ответ, чтоб доподлинно знать мне:
290 Что за земля? Что за край? Что за смертные здесь обитают?
В место другое держали мы путь по великому морю, —
В Пилос из Крита: оттуда мы родом, и этим гордимся.
Ныне ж сюда мы пришли с кораблем не по собственной воле.
Плыли б домой мы другою дорогой, другими путями:
295 Против желания кто-то сюда нас привел из бессмертных».
 
 
Им, на их речь отвечая, сказал Аполлон-дальновержец:
 
 
«Странники! В Кносе, богатом деревьями, вы обитали
Раньше. Но ныне домой вы к себе не воротитесь больше,
В город возлюбленный ваш и в прекрасные ваши жилища,
300 К милым супругам, Но здесь вы получите храм мой богатый,
Здесь вы останетесь жить, почитанием пользуясь общим.
Сын я великого Зевса. Горжуся я быть Аполлоном,
Вас же сюда я привел чрез великую бездну морскую,
Не замышляя вам зла. Богатейший мой храм во владенье
305 Здесь вы получите, всеми людьми почитаемый много.
Волю бессмертных вы будете знать и, богов изволеньем,
Станете жить в величайшем почете во вечные веки.
Ну, а теперь поскорее исполните все, что скажу я:
Прежде всего развяжите ремни и спустите ветрила;
310 Сделавши это, ваш черный корабль извлеките на сушу,
Из равнобокого судна богатства все выньте и снасти,
Соорудите мне жертвенник здесь высоко над прибоем,
И разожгите огонь, и ячмень принесите мне в жертву,
И обступите алтарь, и молитву ко мне сотворите.
315 Так как впервые из моря туманного в виде дельфина
Близ корабля быстроходного я поднялся перед вами,
То и молитесь мне впредь как Дельфинию, и да зовется
Жертвенник этот дельфийским. И будет он славен вовеки.
Кончивши, сядьте обедать близ черного вашего судна
320 И возлиянья свершите блаженным богам олимпийским.
После ж того как свой голод вы сладкой едой утолите,
Вместе идите со мною, пэан распевая, доколе
Вы не придете в страну, где получите храм богатейший».
 
 
Так он промолвил. Они же приказу его подчинились.
325 Прежде всего развязали ремни и ветрила спустили,
Мачту к гнезду притянули, спустивши ее на канатах,
Сами же вышли на берег крутой многошумного моря,
После того из воды высоко на песок оттащили
Свой быстроходный корабль, укрепив на огромных подпорках.
330 Жертвенник богу воздвигли над берегом шумноприбойным,
Белых насыпали зерен ячменных в огонь разожженный,
Сами же стали вокруг и мелились ему, как велел он.
Кончивши, сели обедать вблизи быстроходного судна
И возлиянье свершили блаженным богам олимпийским.
335 После того как желанье питья и еды утолили,
Двинулись в путь. Во главе их пошел Аполлон-дальнозержец,
С лирой блестящей в руках, превосходно и сладко играя,
Дивно, высоко шагая. И топая дружно ногами,
Критяне следом спешили в Пифон и пэан распевали,
340 Как распевается песня у критян, которым вложила
В груди бессмертная Муза искусство сладчайшего пенья.
Неутомимо на холм поднимались они и достигли
Вскоре Парнаса и края уютного, где предстояло
Жить им остаться теперь, почитанием пользуясь общим,
345 Храм свой богатый он им показал и святилища в храме.
Но нерешимостью в милой груди волновалась душа их,
И, вопрошая владыку, сказал ему критян начальник:
 
 
«О повелитель! Сюда, далеко от друзей и отчизны,
Нас ты завел, ибо так твоему пожелалося сердцу.
350 Как же, однако, мы будем тут жить? Укажи нам, владыка!
Ни виноградников нет, ни лугов в этом крае прелестном,
Чтобы прожить хорошо и не хуже людей оказаться».
 
 
И, улыбнувшись, ответствовал им Аполлон дальнострельный:
 
 
«Вечно вы ищете духом, нестойкие, глупые люди,
355 Тягостных мук для себя, и забот, и душевных стеснений!
Легкое слово скажу я и в души его заложу вам:
В правую руку возьмите вы жертвенный нож и закланью
Будете скот предавать, что сюда чередой непрерывной
Станут ко мне пригонять племена знаменитые смертных.
360 Храм сторожите священный и роды людей принимайте,
Сколько б сюда ни пришло их, и, волю мою соблюдая...
 
 
***********************************************
 
 
Если же слово пустое за вами замечу иль дело,
Если проявите гордость, что часто меж смертных бывает, —
Люди другие тогда властелинами станут над вами,
365 И в подчиненье у них навсегда вам придется остаться.
Сказано все. А тебе сохранить это следует в сердце!»
 
 
Славься, о сын Громовержца-царя и Лето пышнокудрой!
Ныне ж, тебя помянув, я к песне другой приступаю.