Текст книги "Бессмертный солдат (СИ)"

Автор книги: Elliot Taltz

сообщить о нарушении

Текущая страница: 27 (всего у книги 30 страниц)

Глава 22

– Вот это я понимаю, аттракционы! – воскликнул Авил.

Он всё ещё еле стоял на ногах, если бы не Мариэн, то он бы давно уже растёкся по каким-нибудь камням или балкам, дожидаясь скорой смерти. Но эльфийка не могла оставить раненого солдата, поэтому буквально тащила его на себе, ища для них хоть какое-то укрытие. Но Авил отреагировал не на старания Мариэн такими яркими вскрикам, а на то, что произошло в считанные секунды недалеко от них.

Они оба своими глазами увидели, как вдалеке девчонка материализовалась из воздуха с эпичными вспышками магии, а после её обмякшее тело захватило существо, которое маршал Гриффин назвала фениксом.

– Кажется, нам нужно сообщить об этом руководству, – с нервной улыбкой, но до жути спокойным тоном проговаривая слова, заметил Либкнехт. – Оставь уже меня. Я как-нибудь сам справлюсь. Не переживай, красотка. Мариэн вздрогнула. И даже не от странного, неуместного в данной ситуации комплимента, а от пожелания Авила. Он выше её по званию: ей следовало бы подчиниться без пререканий, но совесть, доброта и честь не позволяли так просто оставить на съедение драконам этого ещё совсем с виду юного паренька. Она почему-то была уверена, что он был моложе её, хотя и ей летом исполнилось лишь двадцать шесть.

– Ну что ты медлишь? Иди давай, – тон Авила был совсем не командный. Он достаточно мягко и расслабленно просил Мариэн, а не жёстко требовал, что сбивало эльфийку с толку и заставляло сомневаться в серьёзности отдаваемого им, по сути, приказа.

– Я не могу тебя тут оставить, товарищ капитан, – всё же отозвалась Мариэн, не отводя взгляд от луча золотого света, врезавшегося в чёрное небо. Потоки ветра, создаваемые магией, были настолько мощными, что в вихрях и завитках дым растворялся и рассеивался, оголяя до этого окутанный им разрушенный район города.

– А вот это хуёво, – добавил Авил. Мариэн вопрошающе на него глянула. Эльф ещё пару секунд оглядывал небо и окрестности, после чего с наигранной усмешкой заключил: – Драконы из-за дыма ошивались преимущественно на земле, так как им тоже надо видеть, куда лететь. А сейчас им будет всё отлично видно. Понимаешь, да? Да! Глаза-то умные. Умные глаза, которые Мариэн в ужасе распахнула настолько широко, насколько это было только возможно. Авил был прав. Очень много драконов взлетит в небо, и ничем хорошим это не кончится.

– Авось додумаются направить уже, наконец, сюда авиацию, – продолжил эльф, озираясь по сторонам. – Хотя какая разница. Всё равно все сдохнем.

– Не говори так… – возразила Мариэн, хотя подобные мысли уже ходят за ней по пятам.

– Правда, красавица. У тебя всё получится. Возвращайся к маршалу. Это приказ!

Что-то внутри больно сжалось. Сердце кольнуло. На глазах чуть было не проступили слёзы. Мариэн не хотела его оставлять здесь, даже несмотря на то, что она знала этого парня буквально несколько часов. Неужели он смирился со своей смертью? Неужели он умрёт? Как и все эти люди под завалами, которым не суждено было выжить. Как и все эти солдаты, разодранные, раздавленные и сожжённые драконами. Они были как два огонька жизни на балу смерти, облачённой в чёрно-красное дымное одеяние. Но теперь останется только она. А может, и её не станет? Прямо сейчас. Всё тело дрожало, по спине пробежал холодок, к горлу подступил тугой комок, а слёзы уже бесконтрольно текли из покрасневших глаз.

За что им это всё?

Почему они? Почему сейчас? Почему лишь только они? Эльфы. Всех эльфов отправили на верную смерть. За что? В чём они провинились? И кто теперь поможет им? Кто спасёт?

Мариэн горько заплакала и упала на колени, уткнувшись лицом в ладони, закрытые перчатками. Они были все в песке, саже и теперь её слезах. Авил с трудом подсел ближе к ней, придерживаясь рукой за бок, старательно сдерживая стоны от боли, положил свою голову эльфийке на плечо и сказал:

– Знаешь, обычно мне ни с кем не хочется быть добреньким. Давай так и останется, и ты не будешь меня сердить, красотка!

– Меня Мариэн зовут.

– Понял вас, товарищ Мариэн! А теперь отправляйтесь на поиски маршала магармии Шарлотты Гриффин! А я тут сам разберусь.

Мариэн, с трудом переступая через себя и перебарывая чувство отчаяния и нежелания оставлять парня тут, кратко кивнула и, прикладывая огромные усилия, поднялась. Её тело ощущало это всё так, будто ей на плечи взвалили что-то невероятно тяжёлое, едва ли подъёмное, а она должна не просто подняться вместе с этим грузом, но и бежать с ним прочь.

Быстрый рывок, не оглядываясь. Она бежала туда, откуда они пришли.

Авил отдал ей вслед честь, уверенно приставив правую руку ко лбу. Боевой огонь не собирался гаснуть в его сердце, а глаза продолжали сверкать уверенностью. Если не в том, что он выживет, так в том, что их миссия будет выполнена. Борясь с ужасной болью во всём теле, эльф поднялся. Понимая, что он уже ничего не теряет, собрав последние силы и волю к победе, Авил, всё же прихрамывая, направился к источнику света. Ослепительное сияние привлекало к себе внимание, как маяк. Дым рассеялся, оголив ужасы разрушений, но Либкнехту не было до них дела.

Из оружия остался только магический браслет. Он с усмешкой подумал о том, что будет биться в последний раз не просто как союзный солдат, а как самый настоящий эльф – мечом. Хоть и не из металла, но всё же.

В руке вспыхнул огонь магии, принявший вид длинного золотого клинка. Ладонь немного жгло рукоятью. Остатки дыма ползли подле ног, а с неба сыпались искорки магии. Авил, преодолевая боль, уверенно пошёл в сторону врага, который оказался не так далеко от них после того, как возник возле девчонки и буквально слился с ней. Во всяком случае, выглядело это так.

Из-за свечения Авил плохо видел очертания врага, но точно понимал, где тот находится. Сияющий феникс стоял на месте и почти не двигался: только подобие волос в виде золотой материи развивались в воздухе плавными волнами. Чего он ждал? Что задумал? Не так важно. Необходимо было ему помешать.

Эльф сжал рукоять меча покрепче и приготовился к рывку. Прощаясь со светом жизни, глядя в свет воплощения смерти тысяч жителей этого острова и солдат, которые уже полегли здесь, Авил едко, хищно скалясь, ухмыльнулся – он смеялся этой самой смерти в лицо.

Авил бросился вперёд так, словно кости в его теле не были сломаны, кожа не испещрена ранами, а мышцы не ныли от полученных ударов – всё это ушло на второй план. Он, точно обезумевшая дикая кошка, со всей ловкостью, силой и быстротой устремился к фениксу, преодолевая все препятствия на своём пути.

Эльф был готов разрубить феникса на части. Его меч с искрами взмыл вверх, со свистом опустился и со вспышкой ударился о руку Меридианы. На мгновение яркий свет ослепил Авила, кожа лица горела так, словно к ней поднесли горящий факел, но эльф не собирался сдаваться. Стиснув зубы, он надавил рукоять, заставляя божество ощутить давление вспыхнувшего ярче меча. Пламя этого огня сжигало Авила, но он не отступал, сражаясь не только с магической сущностью, но и с адской болью.

«КАКОВ ГЛУПЕЦ!», – эхом тысячи голос пронеслись у Авила в голове – с ним говорил Меридиана.

– ЗАВАЛИСЬ, СУКА! – вскричал эльф, поддав огня, какой только мог ему поддаться из того, что буквально парил в воздухе. – ЗА ВЛАСТЬ НАРОДА! ЗА ПАРТИЮ!

«Идиот».

На этом бы могло всё закончиться – как это чувствовал Авил, уже теряя себя в огне, – но феникс Меридианы сказал так, чтобы точно услышали все:

«УЗРИТЕ МОЮ ВЛАСТЬ!».

Белизна застилала всю тьму. Сознание куда-то утекало. Мыслей не было.

Была только жажда убивать.

Яростный рык пронзил округу, точно гром, от которого содрогался воздух. Мир вспыхнул перед глазами. Такой яркий и чёткий. Сотни запахов ударили в нос, начиная с запаха горелой плоти, заканчивая запахами эльфов и драконов, по которым мозг буквально понимал, кто и где находится. Пах и он. Враг. Пах, как жжённый металл и горькая сталь. «Теперь ты один из нас, – транслировал феникс. – Подчинись же мне!»

Тело с трудом слушалось Авила, он словно забыл, как шевелить губами, поэтому с огромным трудом процедил сквозь непривычно тяжёлую пасть:

– С…С…СД…СДОХНИ-И! – его возглас слился с глубинным рычанием, всё тело точно пробило током – неуправляемым потоком энергии, от которого сводило конечности в диком экстазе, – что-то обжигающее само полилось откуда-то из грудины наружу, щипля глотку, и перед глазами снова вспыхнуло густое золотое пламя. Ярким лучом сгусток материи ударил в феникса, разбивая под ним землю в пыль и оплавляя камни.

Человекоподобное существо растворилось в гудящем луче. Удив это и осознав, Авил, будучи совсем не тем, кем он был, самодовольно звучно хмыкнул, выпуская пар из ноздрей.

– Ж-ж-жалкое насекомое, – прорычал дракон, который некогда был тем самым Авилем.

Не успел новоиспечённый ящер горделиво и гортанно прорычать о своём триумфе во всеуслышание, как феникс образовался из пустоты: множество потоков магии слились воедино, став тем, кем он был до атаки бывшего эльфа. Яркая реинкарнация врага взбесила ящера, и тот с большей яростью и рвением, в рыке обнажая острые зубы, кинулся на Меридиану, желая втоптать в землю.

***

– Невероятно! – воскликнул Вилм, наблюдая за обращением эльфийского солдата в чёрного дракона. А после парень подпрыгнул в испуге и отскочил за лапы драконши Фриды, увидев, как новый дракон испепелил лучом сущность из золотой магии. – Как?! Как он это сделал?! Это же… А! – Вилм не мог выдать ничего связанного, мысли и догадки ураганом метались в голове.

Фрида опустила голову и немного развернулась так, чтобы видеть ошарашенного курсанта. В отличие от него, она казалась спокойной. В голубом глазе льдом блестело умиротворение, точно то, что она увидела, было чем-то обыденным для неё. Неудивительно. Вилм быстро это осознал: ведь Фрида тоже эльф, обращённый в дракона, если ей верить.

– Так это существо может превращать всех в драконов? – он не на шутку перепугался.

Если это так, то этот некто может превратить их всех в озлобленных ящеров? И что теперь будет с этим эльфом? Снова одни лишь вопросы. Но кто даст ответы? Вилм вопрошающе, с надеждой и страхом, посмотрел на Фриду, которая соизволила ответить, точно слышала все его мысли или осознавала, отчего именно тот недоумевает.

– Феникс Меридианы обладает даром, что для нас проклятье: единый, он может сотворить это с нами, а раздробленный – нет. Объединившись с Эриной, он получил полный контроль над этими силами. Так он и обратил этого парня. Как и меня обратили когда-то…

По спине Вилма пробежал холодок, сердце немного кольнуло, тревога змеёй облеталась вокруг горла, будто бы сдавливая его, что не давало нормально дышать. Дракониха, видя это, несколько печально отвела взгляд, а потом и вовсе вытянула голову вперёд, чтобы лучше разглядеть происходящее. Новоиспечённый дракон буйствовал. Его движения стали уже совсем животными дикими, резкими и опасными. Когти на лапах крошили бетонные и каменные обломки, хвост, ударяясь со всей силы об землю, заставлял ту дрожать, как испуганного ребёнка. Эльф терял свою человечность, его глаза заливались белым светом, но Фрида видела, как он противится воле феникса. Её это даже поразило до глубины души: сколько было в этом солдате воли и насколько сильна была его вера в идею.

– Так что? – растерянно вдруг начал Вилм. – Эрина что, умерла? Он её убил? – ему не хотелось признавать. Даже думать было страшно. Мысль не успевала принять чёткую форму, как его уже бросало в ужас от холодных догадок, что его подруги больше нет.

– Нет, пока не убил. Но она может потеряться… Если её не вытащить, она останется в Безвременье в его власти навсегда.

Вилм недоумевал. Хотелось спросить, что это, но драконша опередила своим ответом, который парня не особо-то и устроил:

– У меня нет знаний, что это такое и как оно работает. Но я знаю, что твою подружку надо спасать. Иначе нам всем конец.

– А тебя он тоже может подчинить?!

– Вряд ли. У меня есть подарок от моего повелителя…

– Повелителя? Эрвила?

– Нет, от его брата. Он позволил мне хоть немного найти себя…

Вилм ещё больше запутался в происходящем. В том, что вообще происходит, что за повелитель, что за дары. Ему ничего не было ясно, и из-за этого он ощущал себя полным идиотом, который ещё и трясётся от ужаса: не солдат, а посмешище – вот как он себя ощущал.

– Как мы можем помочь Эрине? – обречённо бросил свой вопрос Вилм, продолжая смотреть на весь тот хаос и ужас, что развернулся вдалеке.

Им, по крайней мере ему, оставалось только смотреть, как феникс выпускает заряды магии в дракона, впечатывая его в руины зданий, стены которых крошились, как песочные. Всё сияло так, словно сейчас не глубокая ноябрьская ночь, а самый светлый солнечный день жаркого лета. Глаза слепило.

– Я надеялась вмешаться до их слияния. Мой огонь голубой – я могла бы даже попытаться биться с ним. Хоть немного. Но… Сейчас… Я не знаю. Правда, не знаю. Впрочем, может, только это мне и остаётся. Я попробую освободить Эрину, а ты хватай её и прячься. Я не знаю, смогу ли я увести его подальше отсюда. Может, этот парень мне поможет. Просто старайся не лезть под ноги. Хорошо? Не позволь Эрине умереть, иначе всё будет зря: её сила перейдёт к нему.

– Почему он просто не убил её? Ведь так проще.

– Кто его знает. Может, отцовские чувства взыграли?

Вилм опешил. У него не было ни слова в запасе, чтобы выразить эмоции. Он точно знал, что Фрида не шутит: у неё не очень хорошо это получается. Драконша говорила серьёзно.

– Что? Что? ЧТО? Ты о чём вообще? У Эрины никогда не было отца!

– А матери её сквозняком надуло? Парень замялся и растерялся. Изо рта выходили только охи и вздохи, а не членораздельная речь, которая могла бы выразить всё то, что бурлило в его черепной головке. Он только и мог размахивать руками, хоть так выпуская пар эмоций.

Вилм знал Эрину всю свою жизнь. Они вместе ходили в детский сад, вместе пошли в местную школу, учились в одном классе, ходили в одни кружки, вместе ездили в колхоз весной и осенью. Они всегда были вместе, как брат и сестра, и что он знал наверняка: Эрина круглая сирота. У неё была мать, но та тоже скончалась, когда подруге было не больше пяти лет. Всех деталей этой истории парень не знал. Но точно знал, что если отец и существовал в каком-то проявлении, то за все эти годы он не одарил хоть крупицей внимания свою родную дочь, как будто бы их друг для друга не существовало. О нём даже говорить в семье Эрины было непринято. Даже плохого слова, мол: «Вот же негодяй – бросил жену с ребёнком!».

Ничего. Его не удостоили даже унижений и оскорблений.

Кто же он. И почему появился сейчас? И почему Фрида знает больше, чем Эрина и Вилм? Он мог только вопросительно смотреть на дракониху, с другом подавляя замешательство и страх, время от времени переключаясь на источники взрывов и шума, исходящие от яростно сражающихся двух магических существ. Дракон явно проигрывал.

– Неужели мать Эрины с врагом связалась? С кем-то из ваших? – это единственное предположение, какое сумел вбросить Вилм.

Драконша характерно посмеялась рычанием. Одно ухо не слышало, а вот второе заболело от этого гоготания.

– Что смешного?! – Вилм таки возмутился.

– А то, что он был из ваших. Как быстро страна забывает своих героев…

***

Не то, что с каждым часом – с каждой минутой становилось всё жарче и жарче. А ведь это конец августа. Пора копать картофель. Засаженным полям не было видно ни конца, ни края. Множество прибылых школьников, студентов, курсантов и военных с самыми разными званиями наравне с крестьянами-рабочими выкапывали урожай под стрекотание во всю прыгающих кузнечиков.

Адриана не спасала широкополая соломенная шляпа, одолженная ему местным работягой: щёки, нос и лоб парня всё равно сгорели и рдели с лёгкой болью, пока капли пота стекали по лицу и падали вниз. Короткие золотистые волосы тоже взмокли. Он бы продолжил усердно копать, демонстрируя свою выносливость и желание сделать за день больше всех, если бы его не окрикнул басисто мужик:

– Ну нихера ж ты тут напахал!

То был старший сержант Менин, бывалый воин немагической армии, усатый, загорелый, с широкими плечами, коренастый мужик в старой тельняшке, светло-зелёных штанах и потёртых пыльных кирзачах. Широко улыбнувшись и пристроив лопату в ближайшем бугорке тёмной земли, Менин снова прикрикнул:

– Сядь, подыши! Отдохни! Покури!

– Не курю, товарищ Менин, – строго и уже запыхавшись, отозвался Адриан. Сержант только усмехнулся, покачав головой и потеребив кончик уса.

– Ну, это ты, конечно, молодцом, малой, но если ты тут промеж рядов помрёшь, то кто тебя вспоминать-то будет за такие подвиги? Ты это, присядь, «колокольчику» вон выпей с нами. Накопаешься ещё. Картошка от тебя никуда не убежит! А вот девчонки убегут, завидев, как ты страшно лопатой машешь.

Менин расхохотался. Адриан же бросил на него короткий недовольный взгляд и продолжил свой тяжёлый труд. Сержант лишь снисходительно вздохнул и проговорил, устремив свой взор к небу, в котором резвились ласточки. Мужчина блаженно улыбнулся, на его щеках проступил румянец, после чего он подошёл к Адриану и силой забрал лопату, вогнав парня в краску и недоумение.

– Упади ты уже! – Сержант схватил паренька за плечо широкой грубой ладонью и надавил, вынудив того усесться на землистую кочку. – Сядь, послушай, как у нас тут трава растёт в Огенбурге…

– Это село Борщевик!

– Цыц! Повелитель драконов ты наш…

Глава 23

Самодельный душ с водой в железной бочке, которая за весь день нагревалась под палящим солнцем, впечатлял. Но пристроившаяся паучиха-аргиопа в уголке не давала покоя. Адриан не любил пауков, а этот ещё и выглядел так угрожающе, хотя за всё то время, что он второпях отмывал тело от пота, грязи и пыли, паук ни разу не пошевелился. Ни единой лапкой. В какой-то момент Адриан даже решил, что животное сдохло. Кто-то более сообразительный бы наплевал на это, но он же был полон любопытства и напускной отваги.

Набрав в рот немного воздуха, он пустил его на аргиопу, которая в свою очередь живо встрепенулась, раскинув длинные тонкие ноги. В ту же секунду юноше показалось, что чудовище набросится на него и разорвёт своими острыми клыками, полными яда. Вскрикнув, Адриан отпрянул назад, но, к его неудаче, хлипкая железная дверца бывшей железной бочки не выдержала такого напора, отчего тот вывалился с криками наружу, размахивая руками. Пыльный сухой чернозём не заставил себя долго ждать, и Адриан уже расположился на нём, постанывая от боли.

Над головой рдело небо. Закат в этот день был особенно ярким. Где-то в траве стрекотали кузнечики, местами их пение скрашивалось лягушачьими трелями: к вечеру амфибии выбирались из своих прохладных убежищ.

Так бы Адриан и пролежал на спине, ожидая, когда боль и досада утихнут, если бы не послышался какой-то шум и хихиканье, вынудившие его вскочить и с ужасом осознать, что он всё это время лежал тут совсем голый.

Не успел он подняться и хоть немного выстроить план дальнейших действий для побега от стыда, как его кто-то окатил ледяной водой, от которой все мышцы вмиг свело, а голова загудела. От испуга и неприятных ощущений он вскрикнул и резко развернулся, готовясь надавать шутнику, но оторопел и застыл на месте, заливаясь горячим румянцем.

На него смотрела смеющаяся девчонка, держащая в руках пустое жестяное ведро. В укороченном рабочем комбинезоне, уже давно не белой майке, с платком на голове красного цвета, закрывающим длинные, собранные в косу, густые каштановые волосы. Её большие зелёно-карие глаза хитро поблёскивали и выглядели как два ярких огонька на кукольном загорелом личике. Полные губы растянулись в ухмылке.

– Хи! Прикройся! – бросила она вместе с ведром, которое Адриан резво словил и постарался прикрыть им причинные места, позорно краснея и сутулясь. – Просто я не хотела, чтобы твои старания были напрасны!

Адриан непонимающе поглазел на неё, хлопая пушистыми светлыми ресницами.

– Твоя спина, она была вся чёрная. Тебе не больно, кстати?

– Нет, – недовольно откликнулся парень, попятившись назад к душевой кабинке и своим вещам.

– А чего ты оттуда вылетел так?

– Не твоего ума дело.

Адриан был огорчён и раздосадован своим позором, таким липким и нелепым. Ему хотелось провалиться сквозь землю и устремиться к её железному раскалённому ядру, а не отвечать на глупые вопросы какой-то откровенно смеющейся над ним девушки. Но она не собиралась от него отставать. Вместо того, чтобы уйти по своим делам, она уселась на траву рядом и будто бы чего-то ждала. Или кого-то? Адриан же даже не мог убрать ведро от паха, потому что видел, как девушка пристально за ним наблюдала, подпирая мягкие щёки ладонями.

– Как тебя зовут? – вкрадчиво и игриво протянула она.

Адриан недоумённо на неё таращился, стараясь как можно ловчее и быстрее одеться. Хотя выходило у него это не очень, а зайти в душевую он не рискнул: там этот чёртов паук.

– Эй, ты оглох?

Парень недовольно поморщился. До чего же навязчивая.

– А ты что, не знаешь меня? – он даже немного огорчился и оскорбился тем, что его – Адриана Касенеду – могут не узнавать или не знать в лицо. Он же герой страны! Повелитель драконов! Гордость союзов. Но девушка лишь развела руками, томно проговорив:

– Мало, что ли, вас, белобрысых на этом свете?

От её слов Адриан вздрогнул в возмущении. Теперь он краснел не от стыда, а от злости. Но ему в голову пришла идея, как проучить девчонку. Парнишка хитро улыбался, быстро заканчивая с одеванием.

– Я Адриан. А ты? – он старался сохранять непринуждённость, чтобы не выдавать того, что в его светлой голове зреют тёмные планы. Хоть и надоедливая, но очаровательная незнакомка повелась на его игру, кокетливо улыбнувшись: – Меня Эмбер зовут. Эмбер Уилд.

– Приятно познакомиться, товарищ Уилд, – Адриан старательно сыграл вежливость, хотя внутри были эмоции ехидного зверёныша, который желал как можно скорее воплотить свой план в жизнь. – Пошли со мной!

Едва он успел накинуть на себя тельняшку, как схватил девушку за её тонкую руку и потащил за собой. Сначала она вздрогнула и немного взвизгнула от неожиданности и напора своего нового знакомого, но потом, заинтригованная его пылом, воодушевлённо улыбнулась и поддалась.

– Что ты задумал?

– Покажу тебе кое-что! Что могу!

Адриан горел идеей и желанием доказать Эмбер, что он не просто один из кучи белобрысых парней из армии. Он – особенный и отношения заслуживает особенного. Молодой солдат уже предвкушал, какие яркие эмоции взыграют на нежном румяном лице его новой симпатичной подруги, зеленоватые глаза которой уже горели неподдельным любопытством и озорством.

Эмбер едва поспевала за широким шагом Адриана. Всё-таки она была значительно ниже его: совсем маленькая и хрупкая, но не как ребёнок, а как миниатюрная элегантная девушка, аккуратная скульптура с изящными линиями силуэта. Он же – бледный, с местами обгоревшей на солнце кожей, высокий и поджарый юноша, резво шагал к свой цели, волоча за собой Эмбер.

Уже скоро они оказались на опустевшем картофельном поле, где одиноко, вразброс по всей площади, стояли брошенные работягами до утра тракторы. Немного прохладный ветер обдал молодых людей ласковым порывом, ароматы вместе с которым тут же ударили в нос им обоим: сладкий запах листвы, травы и вскопанной земли.

– Ну, это поле я видела! – подшутила Эмбер, картинно скрестив руки на груди, демонстрируя наигранное недовольство.

Но Адриан только ухмыльнулся и азартно сверкнул голубыми глазами. Причина их прихода не заставила себя долго ждать: свист ветра и протяжное рычание, напоминавшее далёкие раскаты грома, нарушили вечернее затишье над рабочими полями. Эмбер, догадываясь, что это может быть, в испуге встрепенулась и даже хотела убежать, но Адриан крепко держал её за руку и едва сдерживал смешки, видя на лице девушки боязнь.

Через секунду поднялся ветер. С гортанным гоготом на чёрную вскопанную землю с шумом и пылью приземлился зелёный дракон с гладкой матовой чешуей и рядом шипов, тянущихся от рогатой головы до кончика длинного гибкого хвоста. Крупные кожистые крылья ещё светились красной магией, которая циркулировала в сетях сосудов. Ящер, с железным ошейником и гравировкой красной звезды на нём, привстал на дыбы и потряс головой, а затем и всем сухим телом, словно расслабляя напряжённые мышцы. Из его длинной узкой пасти небрежно торчали зубы, а маленькие глаза скрывались в тенях надбровных костяных наростов. Но даже так Эмбер видела, что чудище уставилось на них. Девушка распахнула глаза и вжала шею в туловище. Она тряслась как испуганный оленёнок, увидевший голодного волка на опушке леса.

– Малахит! – выкрикнул приказным тоном Адриан, не отпуская руку дрожащей и пытающейся пятиться назад Эмбер. – Лежать! – сказал он так, будто требовал от собаки исполнения дежурной команды.

Девушка смотрела на него вытаращенными глазами, словно на безумца, искренне боясь, что ящер вот-вот и разорвёт их на куски либо своими острыми зубами, либо длинными изогнутыми когтями. Но, к её шоку, дракон смиренно опустился на живот, вытянув передние лапы вперёд, а погасшие крылья прижав к телу.

– Не бойся, он тебя не тронет! Если, конечно, я ему не прикажу.

В моменте успокаивания Эмбер Адриан с напускной злорадностью подшутил над впечатлительной особой, но та всё же чуть успокоилась, хотя продолжала немного дрожать и со страхом смотреть на крылатого зверя.

– Хочешь погладить? – вкрадчиво, словно подстрекая на что-то запретное, предложил парень, подтянув девушку чуть ближе.

– Даже не знаю, – её голос звучал недоверчиво, боязливо и немного дрожал.

– Всё будет хорошо. Я тебе обещаю.

Эмбер глубоко вдохнула и, собрав всю храбрость, какую только можно, из самых дальних закутков души, поддалась на недолгие уговоры юного солдата магармии, который подвел её к ящеру ближе. Со страхом, но не без наивного человеческого любопытства, девушка заглянула в глаза чудовища. Маленькие на фоне массивной чешуйчатой головы, но оказавшиеся такими яркими и бездонными, цвета горящего изнутри янтаря, они заставили что-то перевернуться у неё внутри; будто зверь смотрел не просто на человека перед собой, а пристально и осознанно смотрел глубоко в душу, ясно видя каждый его секретный закоулочек.

– Ого! – только и смогла выжать из себя Эмбер, протягивая руку к шершавому носу дракона. – Он только тебя слушается? Тогда… ты же?..

– Я повелитель драконов! – горделиво и хвастливо закончил за неё Адриан, важно расправляя плечи. – Тот самый! А не какой-то там! Ха! – он даже слов не помог подобрать, чтобы в полной мере озвучить свою значимость и важность. – Круто! Ух ты! Он такой классный наощупь…

Дракон звучно выдохнул, обдав девушку горячим воздухом из ноздрей, отчего та испуганно отскочила. Адриан звонко засмеялся, чем явно обидел новоиспечённую подругу. Но Эмбер не растерялась: она подошла и со всей силы ударила парня в плечо. Однако её удар для него был как жалкий толчок.

– Жалкое зрелище, – добавил на это Адриан. Эмбер бы ещё могла подуться на него, но снова дракон приковал к себе её взгляд.

– А ты летал на нём?

– И не только на нём!

– Круто! И как это?

– Круче, чем на самолёте. Хотя иногда чуточку страшнее. Но я особо-то не боюсь, так – иногда вздрагиваю от неожиданности.

– Какой ты выскочка!

Адриан недовольно цыкнул. Обычно девчонки совсем иначе реагировали на демонстрацию его сил, умений и некоторой власти. Он ещё раз оценивающе окинул взглядом заворожённую ящером Эмбер. В другой ситуации парень, может, и плюнул бы на всё, но смуглянка своей дерзостью заставила внутри него вспыхнуть огонёк задора. Так просто отступать он не собирался.

– А хочешь полетать?

– Что? На нём?

– Ну да.

– Я не удержусь…

– Полетим вместе! Он, правда, «разобранный», но усидеть на нём можно, если не пикировать слишком сильно. Ну и без финтов обойдёмся. Я тебя буду страховать! Не бойся.

Эмбер явно побаивалась, но любопытство и желание повеселиться всё же перевешивали этот страх, и она уверенно кивнула, улыбнувшись. Глаза её так живо сверкнули, что Адриана пробрала лёгкая приятная дрожь, из груди опустившаяся ниже живота. Сердце быстро, но чувственно колотилось.

Адриан помог Эмбер взобраться на спину Малахита, который неподвижно лежал на земле, уже устало уложив голову на землю. Кто-то, глядя на это зрелище со стороны, мог бы смело заявить, что ящера этого уже ничто не сдвинет с места, но Адриан знал, что тот исполнит любую его прихоть – в этом была его сила и власть. Ему подчинялись такие могущественные и внушающие ужас создания.

Эмбер устроилась позади него, и немного робко обхватила его за талию, и прижалась к спине. Ею же Адриан чувствовал, как девушка немного трясётся.

– Постарайся громко не кричать. Малахит этого не любит.

– Х-хорошо…

Тут же дракон стремительно подскочил на лапы и, взмахнув огромными крыльями, со свистом взмыл в небо. Благодаря магии, питавшей его тело, ящеру даже не нужно было брать разгон по земле – притока магической материи к сосудам внутри перепонок крыльев было достаточно. Адриану в глаза ударил жёсткий колкий воздух. Он даже немного пожалел, что не прихватил с собой очки. А вот телом он чувствовал, как крепко Эмбер сжимает его руками и прижимается к спине, уткнувшись в неё лицом. Это заставило его ухмыльнуться.

– Да не бойся ты так! Мы медленно полетим. Отлепись от меня! А то ничего не увидишь.

Эмбер, по его ощущениям, всё же послушалась и немного отпрянула, чтобы позволить себе увидеть красоту земли с высоты птичьего – нет, драконьего – полёта. Ровные линии полей, аккуратно высаженные деревья, незамысловатые простенькие улочки деревенек и сёл, а между ними – блестящие, вьющиеся змеями, речушки.

Адриан сам хоть и не раз уже видел мир под таким углом, но каждый раз ему казалось, что он у него весь на ладони, вообще весь. В такие моменты он сам расставлял руки, точно крылья драконьи, чтобы лучше ощущать воздух, скорость, резь холода и жесткость ветра.

– Это удивительно! – восторгалась Эмбер.

– Держись за меня крепче!

Малахит вдруг немного спикировал вниз. Угол обзора для парочки резко изменился, а Эмбер взвизгнула от испуга и снова прижалась к Адриану. Но в этот раз она жадно смотрела на небо и землю, которые казались одновременно такими большими и маленькими, плоскими и объёмными.

Им посчастливилось поймать красоты местных краёв в уже стремительно угасающих огоньках заката: солнце спешило поскорее скрыться за далёким ровным горизонтом.

Всё небо принадлежало ему. Он в нём – повелитель. Но как же хотелось летать самому. Обрести крылья и парить ещё выше, достать до звёзд. Обрести абсолютную свободу.

Они парили в облаках, пока свет дня медленно угасал и таял в дымке сумерек, уступая место для бессчётного количества звёзд и томно плывущей уже по тёмному небу неполной луне. Серебро её света слоисто растекалось вокруг, лишь едва освещая поля и леса, раскинувшиеся массивными ровными полотнами внизу.