Текст книги "Пуанты и шипы (СИ)"

Автор книги: Diana Luras

сообщить о нарушении

Текущая страница: 11 (всего у книги 12 страниц)

Глава 44. Лекс

В последнее время стал меньше тусоваться на вечеринках. Громкая музыка, противный смех, пустые взгляды. Но Витя настаивал – «нужно расслабиться, братан». Как будто я мог расслабиться в этой толпе. Мерседес, кстати он сказал, что возьмет только на время, за что я был ему безмерно благодарен. Я пришел на эту вечеринку только потому, что знал, что София притянет сюда Лизу.

Мы стояла у стола с напитками, я делал по медленному глотку, стараясь не напиваться, хотя вкус забытых развлечений манил заново.

И тут я увидел ее.

Она зашла с подругой, и мир замедлился. Лиза была в джинсах в обтяжку, с заправленной в них черную рубашку с вырезом, открывающую взор на ее тонкую шею. Ее волосы сегодня были распущены, и хотелось зарыться в них, ощутить запах, сжать в кулак. Она улыбалась, слушая Софию. Эта улыбка, та самая, легкая и простая, ради которой я был готов продать душу дьяволу.

Я стоял в углу и смотрел на нее. Она меня еще не заметила. Смотрел, как она двигается, с той, едва уловимой грацией, которая выдавала в ней балерину, даже несмотря на легкую скованность в ноге. Смотрел, как она общается с такими же студентами, без страха в глазах. Она стала другой, и частично, это была моя заслуга. Самая большая гордость в моей жизни.

И самый большой страх. Потому, что теперь, когда стена между нами рухнула, я стал замечать, что на нее смотрят другие парни. Они провожали ее жадными взглядами, в их глазах был интерес. Интерес к красивой, умной, сексуальной девушке. А кем был я для нее? Другом, бывшим мучителем?

Каждый ее взгляд, каждое сказанное слово в сторону другого парня вызывали во мне дикие приступы ревности, уже осознанной, уже прочно засевшей во мне. Я сжал бокал так, что тот почти треснул. Я должен был держаться в стороне. Друзья, помнишь, да?

Она прошла недалеко от меня, и, заметив, улыбнулась теплой улыбкой, по-дружески. И это добило меня окончательно. Потому, что в этой улыбке не было того, что пожирало меня изнутри, не было того безумия, всепоглощающей потребности.

Я проследил за ней взглядом, она направилась на улицу, подышать, как я понял. Инстинкт заставил меня пойти за ней.

На улице почти никого не было, все пили и развлекались внутри. Лиза стояла и смотрела на уличные фонари.

– Устала от толпы? – спросил я, и стал рядом, закурил электронку.

– Немного, – обернулась она, – а ты? Видела, как ты стоял в углу с таким выражением лица, будто готов был кого-то убить.

– Не кого-нибудь, – честно вырвалось у меня.

Она посмотрела на меня внимательно, и ее улыбка немного потухла, будто она почувствовала мое напряжение.

– Алекс, – начала она, и ее голос прозвучал предостерегающе.

Но было уже поздно. Тот зверь, которого я пытался держать взаперти все это время, вырвался наружу, вырвался к ней. Я схватил ее за руку, и завел за угол дома, туда, где нас никто не мог видеть.

– Я не могу так больше, – прошептал я охрипшим голосом. – Я не могу быть просто твоим другом, это убивает меня.

И я поцеловал. Но на этот раз все было иначе. Я целовал не с той яростью, что в прошлый раз, я давал ей время оттолкнуть. Мои губы нежно касались ее в мольбе, в глухой беззвучной мольбе. Я целовал ее медленно и осторожно, аккуратно держа ее лицо в руках.

Она замерла. А потом, потом случилось то, чего я не ожидал, ее губы начали мне отвечать. Сначала неуверенно, а потом сильнее. Ее руки сжали мои плечи, не отталкивая, а притягивая.

Это был не просто поцелуй. Это было извержение вулкана, рушились последние стены. Я сжал ее талию, и притянул ближе, смелея и углубляя поцелуй, она поддалась вперед и ее руки сомкнулись у меня на шее. Я прижимал ее к стене, боясь, что если не будет опоры, мы просто упадем.

Мы разомкнули губы, чтобы перевести дух, и я прижал свой лоб к ее, закрыв глаза. Мы оба тяжело дышали.

– Лиза, – прошептал я ее имя, как молитву.

– Я знаю, – ее голос был тихим, – я тоже не могу.

Я посмотрел на нее, все еще не веря. Она простила меня, приняла всего, и человека, и монстра. И я понял что проиграл окончательно. Проиграл ей, но это стало моей самой большой победой. Я улыбнулся и накрыл ее губы новым поцелуем.

Глава 45. Лиза

Мы с Софией сидели в университетской столовой, и я выкладывала ей все. О свих чувствах, о том, что случилось на вечеринке. О том, что твориться у меня в душе все эти дни.

Она слушала, не перебивая, ее лицо было серьезным. Когда я закончила, она сделала глоток кофе и поставила чашку на стол с глухим стуком.

– Ты уверенна? – спросила она. – Не потому, что он богатый засранец и не потому, что тебе его жалко? А потому, что ты действительно влюбилась в этого бывшего мудака?

Я не стала спорить с ее формулировкой, ведь она была права.

– Да, это глупо, странно, непонятно. Но он мне нравится. И да, он все еще тот мудак, но еще он сражается за меня, меняется ради меня, я вижу это, и хочу дать нам шанс.

– Он ведь ломал тебя, Лиз. Я видела это.

– Я знаю. И я никогда этого не забуду, но он склеивает все заново. По-другому. Я не прошу тебя понять, я и сама не поняла, как это произошло. Я просто прошу быть рядом.

София тяжело вздохнула, и, откинувшись на спинку стула, закрыла лицо руками.

– Господи, подруга, у тебя реально стальные яйца, ты в курсе? Ладно, если он твой повторюсь осознанный выбор, если он сделает тебя счастливой, я буду молчать. Но! Ты помнишь да, номер киллера у меня все еще есть.

Я рассмеялась, чувствуя, как камень сваливается с души.

Я нашла Лекса в кафе. Они сидели с Витей за столиком, о чем-то оживленно болтая.

Лекс повернул голову и увидел меня. В его глазах была та же смесь надежды и чего-то предвкушающего, как и у меня. Витя, заметивший мой приход, вскочил на ноги.

– Лиза, садись. Как раз о тебе говорили. Говорю этому чурбану…

– Витя, заткнись, – мягко, но твердо сказал Лекс, не отрывая от меня взгляда.

Витя замер, посмотрел на него, затем на меня, и на его лице расплылась ухмылка.

– А понял, молчу, пойду, возьму кофе, на весь день.

Мы остались одни, я села напротив Лекса.

– Привет, – начал он. – Лиза, о том, что было на вечеринке. Я не должен был.

– А я не должна была отвечать, – перебила я его, – но я ответила, Лекс. И много думала, обо всем. И знаешь, я не хочу жить прошлым, и не хочу быть друзьями, у нас не получится быть друзьями. Ты, ты мне нравишься, и я хочу попробовать все сейчас, как бы безумно это не звучало. Думаю, я влюбилась в тебя.

– Лиза, я люблю тебя, но я боюсь сделать тебе больно.

– Если мы будем бояться, то так и не попробуем, а я хочу, Лекс. Я хочу попробовать вопреки всему, потому что мы оба прошли через ад. Давай исправлять это вместе.

– Вместе, – он взял мою руку и поднес к губам, – я не подведу.

В этот момент Витя вернулся с подносом, полным кофе и пирожных. Он увидел наши соединенные руки, и его лицо просияло.

– Я это предсказал. Я же гений.

Лекс и я переглянулись, и рассмеялись.

– Лиза, – позвал Лекс, когда мы попрощались с Витей, и вышли из кафе. – Я хочу, чтобы теперь ты пришла ко мне в бассейн, и захвати купальник.

– Зачем?

– Хочу, чтобы теперь я был учителем. Заеду за тобой в восемь.

Ровно в восемь я была готова отправиться с Лексом в бассейн. Любимая отговорка, что собираюсь в кино с подругой всегда работала, поэтому проблем не возникло. Лекс приехал ровно к назначенному времени, и уже через пол часа мы были каждый в своей раздевался в бассейне. Оказалось, что ему, как и мне можно приходить сюда в любое время и заниматься.

У меня был раздельный купальник, черный цвет подчеркивал мое и без того худое тело.

– Ты прекрасна, – выдохнул Лекс мне на ухо, – а затем вручил мне шапочку для бассейна.

– Лекс, моя нога.

– Я буду рядом.

Мы медленно зашли в воду, на удивление она не была холодной, приятно обволакивая тело. Я осталась у бортика, а Лекс проплыл по дорожке и вернулся ко мне. Я не могла перестать любоваться им в воде, он действительно выглядел как бог. Его мышцы напрягались с каждым гребком все сильнее, его дыхание учащалось, а когда он вынырнул возле меня, то подхватил на руки и начал кружить вокруг себя. Я смеялась, и крепче хваталась за его шею.

– Лекс, нам уже пора, время, – указала я на часы, висевшие на стене.

Он разочарованно посмотрел на меня.

– У родителей возникнут вопросы о длительности фильма.

– Ладно, – нехотя согласился он, и помог выбраться из бассейна.

Уже в раздевалке, стоя под душем, и смывая с себя остатки хлорки, я услышала, как открылась входная дверь, а затем медленно приближающиеся шаги. Хорошо, что я осталась в купальнике.

Лекс остановился сзади, наши тела почти соприкасались. Я ощущала его горячее дыхание, и не могла пошевелиться. Инстинктивно прикрыла грудь руками. Он подошел ближе, упираясь лбом мне в затылок.

– Я не смотрю, – выдохнул он.

Вода продолжала стекать по моему телу, он лишь уменьшил напор. А затем медленно, едва касаясь кожи, начал вести кончиками пальцев от бедер по ребрам, вызывая мурашки по всему телу, и поднимаясь выше к рукам, размыкая их, переходя на шею и поглаживая ее.

– Лиза, – повторял он.

Одной рукой, взяв за талию, он притянул меня к себе, второй, убрал волосы с правого плеча и почти не касаясь, дотронулся до него губами. Я вздрогнула, он улыбнулся, затем поцеловал сильнее.

– Прошу, верь мне.

Я почувствовала его горячий язык, которым он провел по шее к уху, в конце прикусив мочку, я издала тихий стон, мои ноги подкашивались от остроты ощущений, и оттого, насколько это было сладко. Не почувствовав сопротивления, Лекс принялся покрывать мою шею влажными поцелуями, которые смешивались с водой, стекающей по телу, а затем резко развернул и подхватил за бедра, прижимая к стенке. Его губы сразу нашли мои, на этот раз, проведя по ним языком, он толкнул его внутрь, лишая всякой возможности дышать. Он целовал жадно, и много, и я чувствовала его возбуждение, такое острое и явное, что у меня закружилась голова. Когда он снова переключился на шею, я смогла говорить.

– Лекс, – еле шевелящимся языком позвала я. Я понимала, что если сейчас не остановиться, то это зайдет слишком далеко, а я не хотела так, я не хотела здесь. Он не услышал. – Лекс, – позвала я чуть громче, – Лекс, стой, погоди, пожалуйста.

Услышав меня, он остановился, его взгляд был настолько затуманенным, что мне показалось, что он ослеп.

– Лиза, я сошел с ума, прости, – выдохнул он, и медленно поставил меня на пол. – Прости.

– У нас еще будет время, но только не здесь. – Я погладила большим пальцем его щеку.

– Да, прости. Я подожду тебя у выхода. – Он поцеловал меня в лоб, прежде, чем уйти.

Мои губы все еще ощущали его вкус, мое тело все еще горело от его прикосновений. Я выключила воду, оделась и вышла на улицу. Свежий воздух остужал голову, Лекс уже ждал меня возле машины.

– Поехали?

Я кивнула. По дороге домой я долго смотрела на парня, сидящего за рулем, и не могла понять, почему изначально мы не могли общаться так, как сейчас, почему он вел себя, как кретин.

– У тебя другая машина? – я первой нарушила молчание.

– Да, – несколько замялся он, – одолжил у отца.

– А с твоей что?

– В ремонте.

– Странно, совсем новая.

– Просто мне нужно научиться адекватно ездить.

– Лиза, – позвал он, когда я уже вышла из машины.

– Да.

– Я люблю тебя, просто хочу, чтобы ты помнила.

– Я помню, до завтра, Лекс, – и, послав ему на прощание воздушный поцелуй, поспешила домой.

Глава 46. Лекс

Быть счастливым – странное, новое чувство. Это чувство тихое, не пафосное. Оно в том, как она смеется, уткнувшись мне в плече, когда на лекции я рассказал ей дурацкую шутку, в том, как берет меня за руку, когда мы гуляем по парку. В том, как сидит сейчас напротив меня, и с наслаждением доедает круассан, повторяя при этом, что иногда можно себе позволить. А я просто смотрю на нее, и до сих пор не верю, что все это взаправду.

– Чего смотришь? – он улыбнулась, вытирая руки салфеткой.

– Просто, боюсь, что мне все это кажется, и ты мираж.

– Не мираж, – она протянула мне свою руку, – вот, потрогай, живая.

Я взял ее руку и поднес к губам, мягко целуя, Лиза сразу покраснела, одергивая руку. Мне нравилась такая ее реакция на меня.

В этот момент дверь в кафе открылась, впуская в помещение прохладный воздух, и я увидел Вику. Мое тело мгновенно напряглось, я надеялся, что она пройдет мимо, что она зашла сюда просто купить чай, но нет, увидев нас, на ее лице расплылась ядовитая, торжествующая улыбка. Вика направилась прямиком к нашему столику.

– Лиза, подождешь минутку? – я старался, чтобы мой голос звучал спокойно. – Нужно решить один вопрос.

Лиза посмотрела на Вику, потом на меня, в ее глазах мелькнуло понимание. Она кивнула.

– Хорошо.

Я встал, и движением головы указал Вике на выход, подальше от любопытных ушей.

– Чего тебе? – я скрестил руки на груди. – Я, кажется, ясно дал понять, что не хочу тебя видеть.

– Ой, не заводись, – она игриво положила руку мне на плечо. Я грубо сбросил ее. – Я просто проходила мимо и увидела такую милую картину. Решила поздравить, и напомнить кое о чем.

– И о чем же?

– Как? О вашем споре с Витей, ты разве забыл? Где ты всем говорил, что заставишь ее уйти, очень интересное видео получилось, знаешь ли. Я его бережно храню.

– Видео? Ты о чем? Удали сейчас же, – потребовал я, чувствуя, как сжимаются кулаки.

– Удалить? С удовольствием, – она сделала паузу. – Но я хочу кое-что взамен.

– Говори, – процедил я сквозь зубы.

– Всего то твое внимание. Один вечер, ты знаешь, я всегда была снисходительна к твоим похождениям. Вернись ко мне, и все останется между нами.

Я посмотрел на нее, на это красиво заштукатуренное косметикой лицо, и меня тошнило.

– Никогда.

Улыбка сползла с ее лица.

– Тогда не вини меня потом. Я солью это видео в общий чат. Представь, какой будет реакция у твоей драгоценной Лизоньки? Когда она увидит, с чего началось ваше общение, как ты, ее нынешний парень, спорил на нее, ради забавы. Думаешь, ваша сказка это выдержит?

Я шагнул к ней так близко, что она попятилась.

– Если хоть слово, хоть мысль об этом просочиться, я уничтожу тебя, тебя и твоего отца. И я не шучу.

– Угрозы? Как мило, меня всегда возбуждал твой пыл, у тебя есть ровно сутки, чтобы передумать, иначе видео будет в чате.

Она развернулась, и помахала рукой на прощание. Я вернулся к столику, пытаясь скрыть бурю внутри меня. Лиза смотрела на меня с легким беспокойством.

– Все в порядке?

– Пустяки, – я сел, попытался улыбнуться, но вышло слишком натянуто. – Решенный вопрос.

Она еще некоторое время изучала мое лицо, а затем кивнула и сама взяла меня за руку. Я с ужасом думал, что только смог получить ее доверие, ее душу, как получил ультиматум часа, или то, что обрели, будет растоптано каким-то гребаным видео из прошлого. Но самым главным вопросом было то, откуда у Вики взялось видео, какой бессмертный решил заснять то, что происходило в тот день. И когда я выясню это, живым он от меня не уйдет.

Глава 47. Лиза

Утро было идеальным. Солнечным, тихим, пахло кофе и обещанием хорошего дня. Я перечитывала сообщение от Алекса: «Приеду через час, поедем за город». Я улыбалась, как дурочка и чувствовала, как по телу разливается приятное тепло от предвкушения.

В дверь позвонили, я услышала, как мама пошла открывать, а затем голос Софии. Она вошла ко мне в комнату, ее лицо было бледным, а в руках она сжимала телефон так, будто это была граната.

– Что случилось?

– Лиза, мне нужно тебе кое-что показать. Сядь, пожалуйста. Я так подозреваю, что ты еще не заходила в общий чат? Мне переслали видео из вашего общего чата.

Тепло внутри меня начало угасать.

– Что за видео? Покажи.

– В общем, вот. – Она протянула мне телефон, на экране было видео, поставленное на паузу. Я сразу узнала это место – раздевалка в бассейне, и Лекс, стоящий в центре.

Я боялась нажимать на экран. Сердце пропустило удар, а потом заколотилось с бешенной силой, грозясь вырваться из груди. Мои пальцы дрожали, я нажала на плей.

Лекс: «Спор…спор на ее уход. Я сделаю так, что она уползет в свой недобалет».

Кто-то: «Это же жесть».

Лекс: «А что? Я просто помогу ей «освободиться». По-взрослому, систематическое давление…она сломается. Ставка – мой мерседес против твоего катера.

Витя: «Договорились, псих».

Лекс: «Через месяц ее здесь не будет».

Сначала я не поняла. Мозг отказывался воспринимать полученную информацию. Я перематывала снова и снова. Каждое слово впивалось в мозг, как раскаленное железо. Это был он, его стиль, его холодная, расчетливая жестокость. Это был тот самый Лекс, которого я боялась, которого, как мне казалось, изменили наши отношения.

Я сидела, держа в руках телефон, и не могла пошевелиться. В ушах стоял оглушительный звон. Я слышала слова, но перестала понимать смысл. Перед глазами поплыли картинки: его улыбка в балетном зале, его глаза, когда он извинялся, его поцелуи, его рука, сжимающая мою.

– Лиза, Лиза, дыши, – София трясла меня за плечо, ее голос доносился будто из под воды.

Я отшатнулась от ее прикосновения, телефон выпал у меня из рук.

– Когда это было?

– Думаю после того, как ты пришла в универ.

Значит, октябрь. Когда я пыталась выжить. Когда каждый шаг давался с трудом, а его насмешки были отравой. Так вот почему он смотрел на меня так, будто рассматривает экспонат, вот почему у него был такой нездоровый интерес к моей травме, к моему миру. Он не просто издевался, он ставил на это деньги. Он развлекался.

Получается, все, что было и есть между нами – пыль? Иллюзия? Спектакль? В котором у меня была главная роль?

Я не чувствовала боли, больше нет, лишь уничтожающую пустоту, как будто кто-то вынул из меня все внутренности, и оставил лишь оболочку.

– Лиза, позвонишь ему? Пусть все объяснит.

Объяснит? Что он может объяснить? Что это была шутка такая?

Я взяла свой телефон, и еще раз перечитала его последнее сообщение, а затем положила экраном вниз. Он должен был приехать через час и забрать меня. Чтобы мы поехали за город.

Я посмотрела в окно на яркое солнце. Оно светило так, будто ничего не произошло. Как будто мой мир не разлетелся только что на тысячи осколков. И тут боль, наконец, накрыла меня, выедая все изнутри и давя своим осознанием, осознанием того, что ему все таки удалось заставить меня написать заявление, но только не на отчисление, а заявление на свое разбитое сердце, и это было в миллион раз больнее, чем разрыв связок.

Глава 48. Лекс

Я приехал к ее дому ровно через час, как и договаривались. В машине пахло ароматным чаем и печеньем. А еще оптимизм, бешеный и неконтролируемый. За город, вместе, никакого университета, никаких друзей, без посторонних глаз. Только мы, и никого кроме.

Я заглушил двигатель и посмотрел на ее окна. «Я внизу» – отправил я сообщение. Ответа не последовало. Наверное, собирается.

Я посмотрел на часы, прошло больше часа, позвонил, ответа не было. Снова набрал, в ответ все такая же тишина. По спине пробежали мурашки, что-то было не так.

Телефон завибрировал. Витя. Я хотел проигнорировать, но он звонил снова и снова. В конце концов, я поднял трубку.

– Что?

– Лекс, братан, ты в курсе? – голос Вити был непривычно серьезным, без обычного клоунства.

– В курсе чего?

– Сука, – Витя тяжело вздохнул. – Там Вика..– дальше можно было не продолжать, я бросил трубку и открыл общий чат. Там висели сотни непрочитанных сообщений, но самое важное было закреплено.

И я увидел, свои же слова. Свои жестокие планы, свой спор. Видео висело там, как приговор, и каждое сообщение после было, как гвоздь в гроб наших с Лизой отношений. Каждая насмешка – плевок в ее доверие, которое она мне подарила.

Я читал комментарии и чувствовал, как меня тошнит. Я смотрел это видео и не узнавал себя. Вернее, узнавал, это был Лекс, которым я когда-то гордился. Холодный, безжалостный, жестокий хищник. И теперь этот хищник растерзал единственное, что стало для него смыслом.

Я читал и читал, казалось, комментариям не было конца. В чате царил хаос: кто-то злорадствовал, кто-то жалел, кто-то говорил, что мне пора самому писать заявление. Все. Весь университет теперь видел меня таким, и она видела.

Говорить сейчас с Лизой бесполезно, она не станет меня даже слушать, даже дверь не откроет.

Я не помнил, как доехал домой, на каком-то автопилоте. Вика. Эта сука. Она не просто выложила видео, она устроила казнь. Она выставила меня на позор перед всеми, и хуже всего перед Лизой. Думать рационально я уже не мог, она навредила Лизе, она навредила мне, и теперь я исполню свою угрозу.

Не помню, как собрался, не помню, как доехал до ее дома. Вика думала, что выиграла, но она еще не понимала, с кем связалась. Прежний Лекс, возможно, ограничился бы грубыми словами. Но тот Лекс, который познал цену потери, который знал каково это – держать в руках что-то хрупкое и настоящее, был куда опаснее. Кроме нее мне нечего было терять.

Я не стал звонить, я знал код от ворот. Когда-то это был моя привилегия. Она была одна, открыла дверь в халате. Увидев меня, она сначала удивленно подняла брови, а потом на ее лицо расплылась торжествующая улыбка.

– Ну что, передумал? Решил, что я все-таки лучше?

Я шагнул внутрь, не дожидаясь приглашения, и захлопнул дверь.

– Нет, я здесь, чтобы проинформировать тебя о последствиях.

Ее ухмылка сползла.

– Каких еще последствиях? Ты уже проиграл.

– Проиграл доверие Лизы, да, но не войну. Ты совершила огромную ошибку, Вика, когда не восприняла мои угрозы всерьез.

– Снова угрожаешь? – фыркнула она. – Мой папа…

– Твой папа, – я перебил ее, подойдя так близко, чтобы она отпрянула, – на прошлой неделе подписал очень выгодный контракт на поставки. Надеюсь, ты в курсе, кто самый мажористый акционер?

Она побледнела. Конечно, она знала. Мой отец.

– Контракт будет расторгнут. С формулировкой «в связи с недобросовестностью контрагента». Эта новость будет во всех СМИ. Репутационные потери твоего отца, боюсь даже представить, какими они будут. И это только начало.

– Ты, ты не можешь.

– Могу, я обещал уничтожить, я это сделаю. Ты тронула Лизу, а нужно было просто удалить видео. – Я грубо схватил ее за щеки. – Ты хотела узнать, какой я монстр? Поздравляю, теперь ты узнаешь. Наслаждайся жизнь, детка.

Я развернулся и пошел к выходу. Она попыталась меня остановить.

– Лекс, подожди, я все удалю, я извинюсь.

Но я больше не слушал. Я вышел, оставив ее одну в огромном доме. У меня не было ни капли удовлетворения. Была только ледяная пустота, и горькое осознание того, что я хоронил того, кем недавно стал ради Лизы.