Текст книги "Со вкусом гнили (СИ)"

Автор книги: Darknessia

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 18 страниц)

– Именно так. Но тебя это волновать не должно. Главное – мы оба получим то, что хотим, благодаря нашему сотрудничеству.

– Сильно сомневаюсь, что у тебя что-то выйдет, Истислав.

Да, Ив сомневался тоже. Но должен был попытаться. Он твердо взглянул на Марека.

– Мне, главное, знать, что, когда я приду за тобой, ты не захочешь остаться.

– Остаться в этом змеином гнезде? – невесело усмехнулся старовер. – Ты шутишь?

– Ну и отлично. Скоро Шлак передаст тебе браслет, и ты сможешь поговорить со своим отцом. Ро, ты ещё здесь?

– Да, да. Путь свободен. Прости, не хотела отвлекать от беседы. И кстати, ты все это время был на громкой связи. Просто чтоб ты знал.

– Аврора, твою мать!

Перед уходом Ив ещё раз взглянул на Марека. Старовер выглядел хмурым. Не стоило рассчитывать, что он забудет так сразу все то, что случилось по вине Ива. Но если он хотя бы просто не наделает глупостей из желания отомстить, этого будет достаточно.

На обратном пути в коридорах никто не встретился. Осталось только подняться по лестнице и покинуть территорию завода. Ив вышел в последний переход, где у двери дежурил охранник. Сложно было не ускорять шаг, когда внутри все кипело от волнения. Каждую минуту он ждал, что услышит за спиной шаги и приказ остановиться. Не может же так долго продолжаться везение?

Он проделал уже половину пути, как входная дверь открылась и в коридор зашла женщина в длинном плаще. Арахна. Она отряхнула с плаща капли дождя, утерла рукавом мокрый лоб, кивнула охраннику и только потом заметила Ива. Стремительно зашагала к нему, стуча по полу металлическими протезами. Он попытался протиснуться мимо, но женщина преградила путь.

– Ив? Весь день тебя искала.

– Давай потом, а? – пробормотал он и снова попытался обогнуть ее.

Арахна ухватила его за плечо.

– Я просто хотела поблагодарить. В медицинском кабинете сказали, что, если бы мази не оказалось под рукой, Жесть через раны подцепила бы заразу. К тому же, мазь повысила шансы на восстановление кожи. Говорят, рубцы останутся, но могло быть и хуже. Так что спасибо тебе.

– Да не за что.

– Как всегда многословен, – усмехнулась Арахна. – Кстати, босс тоже тебя искал. Вам удалось встретиться?

– Ага, только что. Ну, мне пора. – бросил Ив и поспешил к выходу, пока женщина ещё что-нибудь не спросила.

Холодный ветер и дождь ударили в лицо, стоило только открыть дверь. Ив плотнее укутался в тонкую куртку и практически бегом направился к блокпосту. Брызги грязной дождевой воды летели из-под ботинок, и штаны до колен уже насквозь промокли. Ив остановился у глазка сканирующего устройства, подождал немного, но ничего не произошло. Он нетерпеливо скинул капюшон, повертел головой перед камерой в надежде, что системе просто недостаточно света для распознавания, или ракурс не тот.

Дверь все не открывалась. Ив внутренне похолодел от осознания, что попал в ловушку. В сердцах он ударил кулаком по двери – и в следующий момент услышал грохот десятков шагов позади. Резко обернулся – на улицу один за другим высыпали люди Тощего с направленными в его сторону пушками. Кто-то закричал:

– На колени! Руки держи на виду!

За спинами остальных остановилась Арахна. Она непонимающе поглядела на Ива и тихо протянула:

– Что же ты натворил?

Ее голос потонул в шуме дождя и криках людей.

Ив огляделся. Понял: не сбежать. Наемники окружили его и подходили все ближе, за спиной путь перекрывал забор под напряжением. Ив торопливо позвал:

– Мила, ты слышишь?

Из наушника раздался обеспокоенный голос сестры:

– Я здесь. Что происходит?

Люди Тощего подошли уже совсем близко.

– А ну, на колени!

Ив медленно поднял руки и опустился на раскрошенный бетон. Дождь просочился под воротник куртки, заливал глаза. Фигуры вокруг превратились в темные пятна.

– Мила… – Голос подвёл от осознания, что, возможно, говорит с сестрой в последний раз. – Не сдавайся, ясно? Ни за что не сдавайся.

Наемники подошли уже на расстояние вытянутой руки. Один из них резко ударил прикладом в висок. Ив покачнулся и упал в грязь.

Глава 23

Мила проплакала несколько часов. Она ненавидела себя за слабость, за то, что брат вынужден расплачиваться за ее ошибки, и за то, что даже в такой ситуации не может взять себя в руки. Но успокоиться не могла. Чем больше думала о том, что происходит с братом, тем становилось хуже. Что Тощий сделает с ним, когда узнает, что он не только спас порченую от Чистильщиков, но и хотел увести из-под носа теневого барона ценного заложника, разрушив таким образом торговые связи со староверами?

Ничего хорошего, уж точно. И в этом – во всем, что случилось за прошлый день, – виновата она. Если бы только хватило сил вовремя покончить с собой…

Не сдавайся, сказал брат. Но как это сделать, если никогда в жизни не полагалась на свои силы, а того, на кого полагалась, больше нет рядом?

– На, выпей.

Мила подняла опухшие красные глаза на кружку с горячим чаем перед собой, потом на Аврору. Девушка села на диван напротив и участливо улыбнулась.

– Знаю, тебе сложно сейчас о чем-то подобном думать, но мы ещё можем связаться с Радомиром. Ив сказал, что отдал браслеты Шлаку. Ты его знаешь?

– Это вроде как товарищ брата. Он показался мне… – Мила нахмурились, – ну, не таким уж плохим, но это не значит, что он пойдет против босса.

– Если предположить, что он передаст браслеты, то когда мы сможем с ними связаться?

– Я не знаю, когда поставка. Лучше сделать так, чтобы староверы сами связались с нами.

Аврора включила свой браслет, принялась на нем что-то печатать и одновременно размышляла вслух:

– На этих браслетах пока нет никакой информации. Мы не знаем, кому какой достанется, так что я отправлю им сообщения с кодом для связи с нами по закрытому каналу сети.

Мила только тяжко вздохнула.

Была уже середина ночи, и новые друзья все это время провели рядом, вместо того чтобы заняться своими делами или хотя бы поспать.

– Эй, Мастер Мила, мы найдем способ освободить Ива, – в который раз повторил Янош в надежде ее подбодрить.

Вот только многократное повторение не сделает слова реальными. Что они могут? Трое людей против нескольких десятков охраны Тощего – и против целого города. Если Янош ещё выглядел готовым постоять за себя, а Аврора выглядела хотя бы просто здоровой, то Мила была слабачкой и неумехой, способной скорее помешать, чем принести пользу. Она не дралась никогда в жизни и не держала в руках оружия. А если вдруг дойдет до дела, вряд ли сможет в кого-то выстрелить. Как жаль, что в реальном мире не все так просто, как в виртуальных играх.

Мила резко выпрямилась от пришедшей на ум идеи. Потянулась к открытому планшету, который лежал на столе перед Яношем.

– Можно?

И не дожидаясь ответа начала искать информацию. Непослушные дрожащие пальцы стучали по экрану, а в груди начал зарождаться лучик надежды.

– Вот. – Она повернула экран к остальным. – Вот, что мне нужно.

На экране высветилась старая фотография особого отряда полиции. Тела мужчин были дополнены громоздкими механическими устройствами, которые можно было снять и надеть в любой момент, будто костюм.

– Боевой экзоскелет?

– Именно, – с огнем в глазах кивнула Мила. – Роботизированный комплекс из металла и полимеров, который приводится в движение не физической силой, а при помощи системы датчиков, улавливающих активность мышц. Корпус защищает от пуль и гасит силу разрядов, а сила ударов механических конечностей во много раз превосходит человеческие способности.

– Ха, да нам всем такие не помешают! – поддержала Аврора. – Вот только они сняты с производства. Слишком дорого. Для силового подавления сейчас используют в основном просто улучшенных солдат.

– Да, но на складах должны остаться экземпляры в рабочем состоянии. Что-то такое писали в новостях… Несколько экзоскелетов оставили в качестве образца на будущее, когда технологии снова станут более доступны и ввод комплексов в эксплуатацию покажется властям необходимым.

– Проберемся на склад и украдем целый экзоскелет? – Янош озадаченно вскинул брови. – Не думаю, что нам удастся при этом остаться незамеченными.

– Ну-ка, а что если… – Аврора открыла свой планшет и сосредоточенно в него уставилась. Через минуту поисков она победоносно улыбнулась и подняла глаза от экрана. – Обычно я такое не предлагаю, но, может, купим его? – Она развернула планшет, чтобы показать остальным страничку аукциона. Экзоскелет был выставлен на торги. – Это закрытый аукцион, о котором знают только те, кому положено. Если мы выкупим экзоскелет, у нас будет официальное разрешение на владение им. Но не использование, конечно. Так что если ты разок пройдешься в нем по улицам, вопросов не возникнет.

– Зато вопросы возникнут из-за этого, – напомнила Мила, указывая на рога, которые теперь постоянно прятала под шапкой. – Мне нельзя выходить.

– Точно, – потупилась Аврора.

Янош пробежался глазами по странице аукциона с подробно расписанными правилами, в задумчивости потёр подбородок.

– Не проблема. Купить и забрать экзоскелет может кто-то из нас. Или даже закажем доставку. Только вот, что дальше? Какой вообще план? Не хочу быть пессимистом, но…

– Тощий не станет убивать его, – твердо проговорила Мила. По крайней мере, ей очень хотелось в это верить. – Может, продержит несколько дней, но потом обязан будет предоставить его официальной власти.

– Следовать законам – не для него.

– В любом случае, у нас мало времени, чтобы вытащить его. То есть, у меня. Одно дело, предоставить убежище и помогать информационно, но это… Вы же не пойдете со мной на базу сражаться за незнакомца.

Янош опустил руку на ее плечо и заглянул в глаза. Выражение лица было серьезным и печальным.

– У многих из нас есть личные счёты к Тощему. Он согнал наших друзей и родных в казармы. Чью-то мать, чью-то то сестру, сына, племянника. Мы даже не знаем, живы ли они, не можем с ними увидеться. Многие хотят отомстить, лишь бы подвернулся шанс.

Мила помолчала немного, потом тихо спросила:

– А кого потерял ты?

– Родителей, старшего брата. Порча проявилась только у него, но когда пришли Чистильщики по доносу соседей, родители встали у них на пути. В восемь лет я остался сиротой. Ялану было тринадцать. – На его лице на секунду отразилась боль, которую он до сих пор испытывал, вспоминая о семье. Потом Янош нахмурился, в голосе появилась жесткость. – Чуть позже я узнал, что Тощий продал Ялана владельцу подпольного клуба. Того, где порченых детей заставляют драться друг с другом, а если они не хотят, бьют током до тех пор, пока не станут умолять выпустить их на ринг. – Янош помрачнел, сложил на груди руки и отвел взгляд. Тихо закончил: – Он умер в первый же месяц.

Повисло тяжёлое молчание. Значит, и его Огнев перемолол на мелкие куски, из которых потом собрался кто-то другой, одержимый противостоянием и бесконечно грустный. Мила знала, каково это – остаться одной. Но ей повезло больше, чем Яношу. Она хотя бы не видела смерть матери. Можно было притвориться, что та ещё жива.

Мила осторожно дотронулась до руки Яноша. Сказала:

– Мне жаль.

Искренние слова, но бесполезные.

Янош слабо улыбнулся, хотел было что-то сказать, но просто молча поднялся, достал сигареты и сел на подоконник. Затянулся, глядя на ночной город в приоткрытую створку окна.

Мила перевела взгляд на Аврору. Пожалуй, лучшего момента не найти для разговора на такую личную и болезненную тему.

– А ты, Ро?

Аврора нервно и коротко улыбнулась, принялась ковырять ногтем дырку в обивке дивана.

– Да у меня похожая история. Сестра родилась со сросшимися ногами. С такой мутацией не живут. Не было смысла рисковать всем и прятать ее, и родители это знали. То есть, отец знал, а мать не хотела его даже слушать. – Девушка говорила это, скрывая обиду за показным равнодушием. – И вот однажды, когда мать уснула, отец забрал малышку и отнес ее в Центр Чистоты. Он сделал это, потому что знал: если придут Чистильщики, мы все можем умереть. Мать впала в продолжительную депрессию, отказывалась есть и в конце концов умерла. Мертвая дочь ей оказалась дороже, чем живая и здоровая. – Она изогнула брови и снова коротко улыбнулась. – Ты, наверно, думаешь: при чем тут Тощий? Да ни при чем. Я просто хочу, чтобы на порченых обратили внимание. Ведь тем, кто не терял своих близких, все равно. Люди такие: предпочитают не замечать проблему, пока она не касается их лично. Столько несправедливости творится прямо у нас под носом, а мы отводим глаза, потому что слишком боимся.

Аврора замолчала, погрузившись в свои мысли. Янош докурил сигарету и закрыл окно. Холодный воздух, пробравшийся в неотапливаемую квартиру, заставил поежиться. Мила уставилась в чашку, с горечью вспоминая моменты, когда и сама отводила глаза.

В тишине вдруг раздался сигнал вызова. Мила вздрогнула от неожиданности и вместе с остальными уставилась на экран персонального браслета Авроры. Вызов шел с браслета Ива.

В первую секунду Мила обрадовалась, решив, что брату каким-то образом удалось сбежать, потом сердце сжалось от мысли, что он звонит попрощаться, или что кто-то чужой сейчас сообщит о его смерти. У остальных, видимо, появились похожие мысли. Они сидели и молча глядели на браслет, не решаясь ответить. Наконец, Аврора потянулась к кнопке громкой связи.

– А вдруг это не он? – зашептала Мила с волнением. – Они ведь не смогут нас отследить?

Палец Авроры завис над кнопкой.

– Нет, конечно, – отозвался Янош. – Ответь, вдруг всё-таки он. Хуже не будет.

Аврора приняла вызов и положила руку с браслетом на середину стола. Из динамика раздался спокойный голос, который можно было даже назвать приятным, если бы не вся эта нервозность ситуации:

– Мила, полагаю.

Девушка круглыми от испуга глазами поглядела на друзей. Янош покачал головой.

– Что ж, можешь не отвечать, – продолжал неизвестный, когда молчание затянулось. – Главное, слушай. Твой брат, Истислав, у меня. Где именно? На базе Тощего. На моей базе. Пока что он в порядке, жив-здоров. Ну, почти. Истислав крепкий парень, он может многое выдержать. А сколько выдержишь ты, зная, что каждый час, пока ты отсиживаешься в безопасности, ему причиняют боль?

Он сделал драматическую паузу, а Мила от волнения закрыла рот руками.

– Итак, предлагаю тебе вот что: если хочешь ещё раз увидеться с братом, пришли координаты и дождись моих людей, либо попытайся добраться до базы так, чтобы тебя не поймали Чистильщики. Нет, я не отпущу его, конечно, но в твоих силах сделать так, чтобы он не страдал перед смертью. Если продолжишь прятаться – Истислав умрет через много-много дней в муках, проклиная твое имя. А тебя все равно поймают, рано или поздно. Так зачем усложнять жизнь? Он и так уже достаточно настрадался по твоей вине.

Связь прервалась. Аврора и Янош настороженно переглянулись, а Мила спрятала лицо в ладонях. За миг до отключения показалось, что она услышала голос брата. Крик. Хотелось сию же секунду кинуться на базу. От обещаний Тощего мороз побежал по коже и в мыслях воцарился хаос. А хуже всего было осознание того, что он прав.

– Ты ведь не собираешься делать, как он сказал? – с тревогой взглянула на нее Аврора.

Не сдавайся. Так сказал брат.

Мила растерла слезы по щекам, судорожно вздохнула.

– Нет. Я не сдамся.

Принять решение, обрекающее брата на пытки, было невыносимо больно. Какой-то части сознания казалось, что она предает Ива. Но она знала, что поступает правильно. Потому что если она сдастся сейчас – все, что сделал для нее брат, окажется напрасным.

– Не слушай его! – крикнул Ив от безысходности, почти не надеясь, что Мила услышит.

Тощий отключился и спрятал браслет в карман. Он стоял в дальнем конце пустой, плохо освещенной комнаты. Единственная лампа болталась над головой привязанного к стулу Ива, и ещё немного света просачивалось в щель под дверью за спиной Тощего. Бетонный пол был покрыт бурыми въевшимися пятнами. В помещении пахло ржавчиной и разложением. Старой, засохшей кровью и свежей.

– Бесполезно. – Тощий приблизился на несколько шагов и оказался в круге света, так что Ив наконец смог его разглядеть. Мужчина не улыбался. Он выглядел… опечаленным. – Ей уже не удастся спастись, так что смирись. Хотя я тебя прекрасно понимаю. Когда-то и у меня была семья. Защитить любимого человека любой ценой… Жаль, что ты сделал неправильный выбор.

Ив хмыкнул. Кровь из носа текла по губам и подбородку и капала на грудь. Череп раскалывался после удара по голове. И все ещё ужасно хотелось спать.

– Выбор? – Ив облизнул губы и сплюнул. – По-твоему, он у меня был?

Тощий усмехнулся уголком рта.

– "По-твоему". Как интересно. Девять лет обращался ко мне уважительно, будучи свободным, а стоило попасть в плен… Храбришься? Ладно. Но нет, я не про выбор скрывать сестру или сдать властям. Я про выбор довериться мне или предать. – Он тяжело вздохнул, будто это его действительно задевало. – Почему-то рано или поздно все выбирают предательство.

– Ни за что не поверю, что ты помог бы моей сестре.

– Жаль. И почему все обо мне такого мнения? Были бы мы незнакомцами, я не пошевелил бы и пальцем. Но мы знакомы много лет, и ты был одним из лучших сотрудников. Неужели, ты думаешь, я бы не откликнулся на маленькую просьбу? Твоя сестра не смогла бы стать эффективным работником. Так какой мне прок от ее смерти? Стоило только попросить – я подыскал бы ей безопасное место и обеспечил работой по способностям. Но ты выбрал решать проблему в одиночку.

Ив опустил голову, прикрыл ненадолго глаза. Слова босса заставили снова всколыхнуться то чувство стыда, которое он испытал, когда пытался вынести куб. Он не мог знать, правду ли говорит Тощий, но мысль о том, что все могло сложиться по-другому, не будь он так недоверчив, больно врезалась в сознание.

– Может, все ещё можно исправить? – тихо проговорил он. Пришлось приложить все усилия, чтобы голос не дрожал. Не хотелось выглядеть жалким.

– Увы.

Ив вскинул голову и гневно воскликнул:

– Но если тебе нет дела до нее, тогда зачем все это? Звонишь ей, угрожаешь. Ты сам сказал, что рано или поздно ее найдут Чистильщики. Так почему бы тебе не пристрелить меня и не оставить все заботы им?

Тощий стоял прямо напротив Ива. Взгляд его синих глаз стал жёстким, он смотрел не мигая из-под слегка нахмуренных бровей.

– Потому что теперь это личное. Когда ты пришел в мой дом и взял то, что тебе не принадлежит, это стало личным. Когда ты пытался сговориться с Мареком против меня, это стало личным. – Помолчал немного, усмехнулся. – Недавно я просмотрел записи с камер Чистильщиков. Впечатляет. Уничтожить три машины в одиночку практически голыми руками – такие люди мне нужны. Даже это я мог бы уладить. Но потом ты решил украсть куб. – В голосе появилось разочарование. – Причем сделал это весьма неуклюже. Механик обратил внимание на мокрую одежду и решил на всякий случай уточнить у меня, действительно ли понадобился куб. Что, растерял все навыки? – Тощий усмехнулся одними губами и взглянул на протезы пленника. – Хотя и в прошлом ты не был хорошим вором, раз позволил себя поймать аж дважды.

Ив заскрипел зубами и сжал кулаки. Руки были прицеплены наручниками к спинке стула. Протезы – немое доказательство тех двух его провалов. И теперь он снова попался на воровстве. Из-за гребаного дождя! Как глупо.

– Ну и зачем тебе Мила? – глухо проговорил Ив. – Сам сказал, что она будет бесполезна в работе.

Тощий отмахнулся и повернулся в сторону, а голос стал бесцветным, будто он резко потерял к теме интерес.

– Я же сказал, это личное. Нельзя оставлять предательство безнаказанным. Я поймаю ее и потом выдам вас обоих властям. Вас приговорят к смертной казне за несоблюдение закона о порченых. А я в очередной раз докажу городу, что мои методы поимки преступников более эффективны, и что не покрываю своих людей, если те идут против империи. Ну и самое главное: это послужит уроком всем остальным. – Снова взглянул на Ива, не поворачивая головы. – Хотя мне искренне жаль, что приходится так поступать, я не могу проявить слабость в глазах подчинённых.

Ив нахмурился. Значит, босс просто хочет сделать из него наглядный пример, напомнить своим шавкам, что ждёт предателя. Он всегда так поступает: не убивает человека, а заставляет его смотреть, как все, что он любит, превращается в пепел.

– Я не скажу, где она.

– Знаю. Ты многое можешь выдержать, но это не значит, что мы оставим тебя в покое. Поэтому я и позвонил ей. Вряд ли она окажется такой же психически устойчивой.

– Мила не станет с тобой связываться, – упрямо проговорил Ив в надежде убедить в этом хотя бы самого себя. – Она умная девочка.

– Если она немного умнее тебя, то сделает, как я сказал. И дураку понятно, что это конец. Ты её больше не защитишь.

Тощий развернулся и вышел, оставив Ива в одиночестве размышлять над своим положением. А положение было так себе. Он слабо подёргал руками, попробовал встать. Крепкий металлический стул был прибит к полу, ноги прикованы к ножкам, а запястья перехвачены толстыми браслетами, которые не разорвать даже с учётом силы механических протезов. В висках пульсировала боль, он не спал уже больше двух суток, и соображать в таком состоянии не получалось при всем желании, однако не требовалось особой концентрации, чтобы понять, что он в полной жопе. Спасти его могло только сошествие одного из староверских богов.

Ив не знал, сколько времени уже провел здесь, но плечи ныли из-за неудобного положения и спина напоминала о себе. Он поерзал на стуле – не помогло. Повесил голову и закрыл глаза. Казалось, они пересохли и сморщились. И кишки тоже. Он уже и не помнил, когда ел в последний раз. Усталость навалилась, несмотря на напряжённость ситуации, и Ив готов был уже провалиться в сон, но внезапный скрип двери заставил его разлепить веки.

В комнату зашёл мужчина в форме надзирателя. Лицо показалось знакомым. Возможно, виделись на разгрузке товара. Ив присмотрелся к нему повнимательнее – и в голове медленно, словно это было давно, всплыл эпизод: порченый с уродливыми руками роняет яблоки, и надзиратель бьёт его стеком.

На этот раз он тоже достал стек, другой, электрический. Включил режим подачи тока. Кончик стека заискрился. Мужчина молча ткнул Ива в плечо. Тот задергался от разряда, сжал зубы. Боль прошла по всему телу и сконцентрировалась в месте ожога.

– Босс сказал, ты вряд ли что-то скажешь, – оскалился мужчина, покачивая стеком из стороны в сторону в опасной близости от лица пленника. – Мне все равно. Молчи или говори. Моя работа – не дать тебе сдохнуть слишком быстро.

Он ткнул стеком в живот. Ив согнулся и едва удержался от того, чтобы выблевать кишки. Ожог горел огнем. Сил разогнуться уже не было. Сознание едва держалось в теле. Надзиратель подошёл вплотную и оттянул его голову за волосы, чтобы проверить, что Ив ещё не отключился. Ив собрал остатки сил и плюнул ему в лицо. Кровавый сгусток угодил в щеку. Мужчина стёр его, брезгливо стряхнул с пальцев. Ухмылка сменилась злобным оскалом. С яростью он врезал стеком наотмашь по лицу, оставив на щеке красную полосу. В глазах потемнело. Ив отстраненно подумал: наконец-то посплю – и потерял сознание.