Текст книги "Агентство Околунных Дел (СИ)"
Автор книги: Чинара
сообщить о нарушении
Текущая страница: 1 (всего у книги 21 страниц)
Агентство Околунных Дел
Глава 1. Офис «Фрэнка О и Околунных дел»
Пончики из лавки Фонэка Слоя самые вкусные во всех четырех столицах. Их аромат манит еще с соседних улиц, а очереди по выходным в его «Пончиканоц» могут сравниться с очередями на билеты в замок.
Когда казна не знает, где найти денег и понимает, что поднятие налогов может обернуться свержением власти, то устраиваются экскурсии. Цены на билеты, скажу откровенно – бессовестные. Тем более, даже королевскую семью нельзя увидеть, а только их фрон-версии, которые воссоздает придворный маг и его шайка-лейка. Мне ли по долгу службы не знать…
Очередь моя подошла, и веснушчатый Вин раболепно заулыбался передо мной:
– Эйрин, как же прекрасно и неожиданно, что ты пришла! – сомнительное высказывание, учитывая, что я прихожу каждый день – Чем я могу тебя порадовать?
Для начала было бы неплохо смотреть чуть выше моей груди, хотелось ответить мне, но слепота в такие моменты и невинные заигрывания с работниками лавки играли мне на руку, так как они всегда снижали для меня цену или добавляли бесплатно несколько пончиков сверху. Потому я вела себя мило и не позволяла Фею на них шикать, если только они не распускали руки.
– Ты всегда меня радуешь, – улыбнулась я. – Десяток пончиков, как обычно, будь добр.
– Конечно! – радостно встрепенулся продавец, наконец подняв свои глаза и ища в моих намек на нечто большее. В этот момент большие часы на площади громогласно огласили наступление полудня.
– Я опаздываю. – с нетерпением кусая губу, произнесла я.
– Сейчас!
Наконец, держа в руке злополучный пакет с пончиками, я поспешила в соседнее здание, где располагался офис «Фрэнка О и Околунных дел».
Мой шеф с детства наслушался историй о загадочных происшествиях. Его отец, служивший придворным стражей, каждую ночь рассказывал сыну всякого рода небылицы, а тот впитывал их в себя и грезил только об одном – о нескончаемых и увлекательных приключениях. Поэтому, когда вырос, открыл собственное агентство расследований. Но, столкнувшись лицом к лицу с преступлениями, Фрэнк, он же мой шеф, выяснил нечто неожиданное… Как бы помягче выразиться… Он осознал, что всякого рода прямые встречи с околунными делами его настораживают, несмотря на неистребимую тягу к загадочным происшествиям.
Недолго думая, шеф взял к себе в партнеры сына местного рыбака, всегда находившего пропавших кур и прекрасно складывающего один к одному, когда дело касалось непонятных ситуаций. А затем, исколесив дороги столиц, Фрэнк стал пополнять число своих работников, которых с любовью называл «околунными детьми».
И вот однажды агентство стало первым и самым популярным во всех четырех столицах, призвав откровенную нелюбовь местных госслужб, обвиняющих нас в краже их «хлеба».
Бесстыдная ложь халтурщиков! Да покарает вас Тураний!
Каждый месяц эти бездельники, независимо от наличия раскрытых дел, получают из казны деньги. Мы же смеем рассчитывать на золотой только в случае выполнения трех обязательных условий:
– нас нанимают на работу;
– мы раскрываем дело;
– и нам платят.
И при этом находятся те, кто предпочитает скрыться в день оплаты. Но с ними разбирается Лиам с Дэреком, и по итогу они платят нам вдвойне. Знаете, как говорят: «околунным, сбежавший от оплаты, платит дважды, а-то и трижды…»
***
Фрэнк для околунных олицетворял общего папочку. С эксцентричной манерой одеваться, выражавшейся в жилетках из самого различного материала, которые ему сшила на заказ Кэра, его личная портниха. Моим фаворитом был темно-синий из бархата, расшитый золотыми листьями. К жилеткам всегда прилагались того же цвета носки и пару фенечек из разнородных камней, которые покупались в лавке сестер Ургу – я уже третий месяц копила себе на кулон. Третий, Матерь Руф, его, месяц…
Фрэнк был чем-то вроде идейного вдохновителя, а вот Лиам… Тот самый сын рыбака, в котором от рыбного дела осталась лишь … а нет, ничего не осталось. Он был серым кардиналом, суровым и пугающим. Даже двухметровый Дэрек его побаивался, так ка от наставника могла прилететь затрещина. И вполне ощутимая. За несвоевременный ход, непродуманный шаг или нераскрытое дело, которое у нас было всего одно, но про него не принято говорить, поэтому деталей я не знаю. Агентству больше двадцати лет, а я здесь всего второй год.
Истрию новых дел в сказочной и волшебной манере рассказывал Фрэнк, а Лиам скупо кидал сухие факты и вводные. Но именно о таком учителе можно было мечтать. Иногда, один лишь раз осмотрев место преступления, он мог сходу выдать "что, как и зачем".
Вот чего точно никто не любил, это услышать свое имя рядом с его коронной фразой: «надо убедиться». Значит, в своей голове он раскрыл преступление, а околунный нужен для подтверждения догадки.
Эти миссии воспринимались, как проверки, и каждый день удар маленьких часов-щегла будто бил по голове, напоминая, что Лиам-то уже все понял, а ты простофиля долго еще будешь «урчать-бурчать, преступника не знать?», как в детской считалочке про волка и овец.
Часы-щегла были созданы специально для околунных и никто другой не владел подобным аксессуаром. В свое время Фрэнк с Лиамом вовремя помогли одному влиятельно магу избежать крупных неприятностей. И тот в знак благодарности предложил им идею полезного атрибута…
Для окружающих – блажь в форме небольших часов в виде головы ястреба, которые все мы носили на цепочке в кармане, кто брюк, кто пиджака, а я, солидарная с Фрэнком, предпочитала держать их в кармане жилетки.
Чаще всего моя рабочая одежда состояла из узких штанов черного цвета, заправленных в высокие темно-коричневые сапоги, жилетки, широкого ремня, на котором с одной стороны крепился небольшой кинжал-шейв, а с другой – тэо-пистолет, официально разрешенное нам оружие, так как в темных делах надо быть на чеку. Образ дополнял длинный до самого пола плащ с капюшоном.
«Почему «околунных»? Вы там что, неграмотные в вашем агентстве?»
Если вы не задаете эти вопросы, то, признаюсь, это немного странно….
Но неграмотным был только мастер вывесок, а точнее его новый подмастерье, кому и дали задание написать вывеску «Фрэнк Остгюнзезберг и Около Лунные дела». При чем тут около лунные, я надеюсь, вы знаете? Если нет, потом обязательно объясню, только напомните. А сейчас представьте: у вас торжественное открытие агентства, собралась целая толпа любопытных зевак, падает покрывало с вывески и там… совершенно не то, что Вы заказывали. Но Фрэнк и глазом не моргнул, он обыграл все так, что теперь наше название стало модным словом в лексиконе жителей. А дети, играя в разбойников, обязательно хотят быть околунными агентами.
– Лиам тебя убьет. – вместо положенного приветствия выдала наш администратор Ди, стоило мне зайти в агентство.
– И я рада тебя видеть. – показав язык, хотела пройти мимо, но ее рука мертвой хваткой вцепилась в запястье.
– Моя доля пончиков за то, что я пыталась его задержать?
– Неужели? Кажется, ты задерживаешь меня еще больше. – возмутилась я.
Не думаю, что она грудью легла на проход… Так, слегка попыталась.
Нехотя протянула ей открытый пакет.
– Тебе все равно достанется. – пожав плечами, Ди достала два пончика, но, когда потянулась за третьим, я ловко отдернула свою добычу.
– Плохо пыталась удержать. – спрятав еду под плащ, почувствовала, как маленькие когти царапают мне спину. Соня Фей наконец проснулся.
Дойдя до двери переговорной, шепнула про себя слова древнего оберега «Прэми Лэ», и, сделав глубокий вдох, открыла дверь.
Глава 2. Дело Эльфов семьи Лэнгау
Зайдя в комнату, я честно попыталась виновато улыбнуться, но напряжение в теле преобразовало облик раскаяния в кривую ухмылку.
– Надо же! Кто почтил нас своим присутствием! – саркастический голос Лиама прорезал пространство недовольством, а его острый взгляд впился мне в лоб. Наставник сидел на столе, чуть облокотившись назад, а перед ним в шахматном порядке стояли столы околунных. Боковым зрением я почувствовала, как три пары глаз застыли в предвкушении моей публичной порки.
Круглый год большая часть агентов раскидана по столицам.
Стоит рубинам медузы найтись в одном месте, как с другого конца света приходит весть о похищении молотка гоблинов. Постоянные разъезды, новые задания, неизвестные города – некоторые околунные не появляются в офисе месяцами.
Мне понадобилось больше полугода, чтобы познакомиться со всеми и привыкнуть к необычной жизни.
Сейчас в комнате находились трое. И все трое, без сомнения, про себя усмехались.
– Эйрин, мне казалось, мы уже обсуждали… – Лиам встал и сделал ко мне пару шагов.
Ситуация принимала критический для меня оборот, когда Фей, наконец, проложил свою когтистую дорожку по моей спине, показался из-под плаща и деловито уселся мне на плечо. Повернув голову к дракону, я удостоилась свирепого взгляда и не успела среагировать, как меня показательно клюнули в нос, выражая тем самым солидарность возмущению наставника.
– Ай! – обиженно воскликнула, схватившись за место ранения.
– Правильно, Фей! – расплылся в довольной улыбке Лиам и вернулся к своему столу.
При встрече с магическими животными суровость наставника трещала по швам. Они являлись его маленькой большой слабостью и действовали на серого кардинала завораживающе. Не важно сколько раз он видел моего дракончика – умалишенная улыбка каждый раз очерчивала его губы.
– Садись уже! – на меня, к сожалению, подобного рода восхищения не распространялись.
Я попыталась быстро прошмыгнуть мимо него, но мужчина вдруг иронично добавил:
– Кстати! Кажется, за наше ожидание, мы заслужили пончики. Согласны? – он обратился к зрителям, и те не преминули возможностью дружно закивать.
К этому моменту я стояла спиной к Лиаму и могла, не боясь, одарить всех максимально ненавидящим взглядом, который еще больше оживил и без того нездоровый интерес околунных к моей честно добытой еде. Не считаю себя жадной, но должна признать, что к пище отношусь трепетно. Особенно, когда она моя.
Не пытаясь скрыть недовольство, протянула пакет Лиаму и сумела стойко пережить потерю трех пончиков, которые достал наставник, но когда и остальные решили последовать его примеру…
Дрой-спаситель все видит, подумала я, вы еще попляшете…
Сэльма, читающая сны. Тонкая и воздушная. Ее светлые волосы мягкими волнами спускались ниже пояса. Рубашки цвета солнца и зеленого поля придавали девушке схожесть с феей, если бы не короткие кожаные шорты, обвешанные оружием. Читает мне нотации, что от булок увеличиваются бедра, а сама берет третий…
Хавьер, обладатель смуглой, как и у меня кожи, добродушно улыбался, доставая пончики. На мой буравящий взгляд, лишь пожимал плечами, поблескивая смешинками в разноцветных глазах: зеленом и синем. Он настолько немногословен, что первое время я, вполне ожидаемо, считала его немым. Помню, как поделилась своим предположением с Нилом, и тот по-дружески надоумил меня на идею…
Если вкратце: вы когда-нибудь пытались разговаривать с не немым человеком на языке немых? На работе. Прилюдно. Где все вокруг знают, что он не немой. К счастью, Хавьер лишь рассмеялся, не выразив ни капли обиды или возмущения. Но это не спасло меня от разъяснительных бесед с Лиамом «о грубом моем поведении. В количестве двух штук, которые были запротоколированы.
Как ни странно, но именно после данного инцидента у меня произошло своего рода улучшение в общении с Хавьером. Но на вопрос про глаза из него удавалось вытянуть только одну неизменную фразу: «Они видят по-разному»
Дилан, нагло высунув язык, брал третий пончик.
«Мальчик с тетрадкой», как когда-то окрестил его судья Дубинных рвов и с тех пор за околунным закрепилось прозвище. У него всегда имелся под рукой блокнот черного цвета, в который он регулярно что-то записывал.
– Это магический предмет? – спрашивали мы.
– Да, – не задумываясь отвечал он и насмешливо добавлял, – Но если кто-то кроме меня посмеет в него заглянуть, то ослепнет на всю жизнь.
Любопытство нас съедало. При этом проверять слова Дилана никто не осмеливался. Правду знали Фрэнк с Лиамом, но спрашивать у них… себе дороже.
– Они отравленные, – зло пробормотала я, когда тетрадочный прямо при мне отправил в рот один из пончиков.
– Мне вчера маг-рэйски продал противоядие от всех отрав, пончик, – ничуть не смутившись, ответил он с набитым ртом, – Не переживай. – и послал мне воздушный поцелуй.
Поморщившись, я опустилась на свое кресло и заглянула в бумажный пакет. Мы с одиноким пончиком грустно смотрели друг на друга.
– Что ж, наконец-то, можем начать. – Лиам бросил на меня прожигающий взгляд.
Спешно достав пончик, я прикрыла глаза рукой, надеясь стать менее заметной. Предлагал же мне северный торговец как-то на распродаже плащ-невидимку, да еще тапочки-чистики в придачу шли. Зря не взяла, зря!
Фей потряс меня по плечу, и в сознании многозначительно прозвучал голос дракончика:
«– Делись.»
– Сегодня Фрэнк отъехал по личному вопросу, поэтому в курс дела ввожу вас я. – начал было Лиам, но снова перевел взгляд на меня, так как мой вздох сожаления, как на зло, оказался не в меру громким.
– Ты что-то хотела добавить, Лунд? – переход на семейное имя означал следующую стадию кипения и ярости, поэтому я что есть сил отрицательно помахала головой. Хотя, чего скрывать, расстроилась. Рассказы Фрэнка были моей любимой частью.
– Пришло письмо от эльфийской семьи Лэнгау.
– О! – воскликнул Дилан, открыв свою тетрадь и начав в ней что-то записывать. – К нам обратились высокомерные расисты. – на этой фразе Сэльма еще больше вытянула спину, по которой можно было преподавать «прямо сидение Высокого уровня» и, повернувшись на околунного, облила его щедрой порцией презрения.
Здесь нужна ремарка для понимания начинающегося конфликта.
Из тех, что возникают у нас каждый день.
Так вот, один из непонятно-неизвестных, но все же существующих предков Сэльмы был эльфом. И она почему-то гордо причисляла себя к их роду.
А небольшие детали заключались в следующем:
– эльфы никого, кроме чистокровных эльфов не воспринимали своими.
– ни один из родных околунной себя к эльфам никогда и не думал причислять. Ни наяву, ни во сне не помышлял о подобном. Возможно, потому что они все, в отличие от Сэльмы, коренастые и темноволосые.
Дэрек как-то пошутил, что эльфы подкинули Сэльму в детстве, предчувствуя, какой невыносимой она вырастет в будущем. Все посмеялись, а мы с Нилом обратили внимание на реакцию самой героини семейной саги. Наши оживленные переглядывания привели нас к удивительному выводу – светловолосая околунная и сама придерживалась такого мнения…
Жаль, Нил сейчас где-то на востоке у Бургэнских долин. Но он обещал привезти мне ониных пряников. Мммм.
– Не смотри так, – усмехнулся Дилан, – Они сами себя так называют.
– Они называют себя высшей расой. – поправила его девушка. Ее интонация так и просила добавить в конце: «и так и есть»
– Не вижу разницы. – пожал плечами околунный, что-то увлеченно рисуя в своей тетради.
– Вы замолчите сами? Или? – голос Лиама действовал безотказно.
Оба извинились и синхронно чуть опустились на стульях.
– Украли Крэйвский посох семьи. Надо найти предмет и вора. – без каких-либо вступлений произнес наш начальник.
Все разом оживились. У каждой эльфийской семьи есть реликвия, называемая Крэйвским посохом. Она хранит в себе историю рода и наделяет мудростью предков, как говорят сами эльфы. Передается от отца к сыну или дочери, по праву первенства, во время свадьбы наследника. Передача происходит вовремя сулского ритуала, который готовит посох для следующего члена семьи. Брать его в руки просто так на долгое время идея не из лучших.
– Сейчас в замке проводятся отборы невест. – мы с Феем переглянулись, изображая рвоту.
У эльфов ничего не могло быть легким. Свадьба по любви? Не слышали. Свадьба по любви, которая возникла после «отбора кандидатов». Возьмите, пожалуйста.
– Наследник – принц Лесолди. Его отец, король Рэн, не желает давать дело огласке и не хочет, чтобы кто-то знал о том, что ведется расследование. Работаем под прикрытием. Кандидаток должно быть четыре, три эльфийки уже во дворце. Четвертая будет от нас.
– Твой звездный час настал… – зашептал Дилан Сэльме.
Та показала язык, но скрывать улыбку девушке удавалось с трудом.
– Эйрин, ты уезжаешь завтра утром.
– Что? – собственно, Сэльма озвучила наш общий вопрос.
На меня повернулись все пары глаз, а я дожевывала свой пончик и, указывая на себя пальцем, тихо спрашивала Лиама:
– Точно я? Я? К эльфам?
– Почему она? Да даже ее тень не похожа на эльфийскую? Вы ее грудь и бедра видели? – возмущалась моя подруга. – А цвет кожи?
– Именно поэтому. – невозмутимо ответил Лиам. – Четвертая кандидатка не должна быть эльфом. Семья Лэнгау современных взглядов. Хочет показать, что могут рассматриваться и другие создания под Вечным Небом.
– Формальность. – лаконично хмыкнул Хавьер.
– Верно. – кивнул Лиам. – Сэльма, подготовь к завтрашнему дню материалы по семье Лэнгау для Эйрин. Хавьер, найди глаз дринока. А ты, Дилан, подготовь карту дворца по вот этим материалам. – и он положил на стол перед околунным несколько бумаг.
– Собрались и за дело! Возмущение отнимет у вас время. Письмо из дворца пришло вчера, начало отбора послезавтра. Свободны.
Я осталась сидеть и наблюдать, как ребята выходят из комнаты. Лиам в конце всегда оставался один на один с выбранным околунным агентом и давал ему вводные, которых никто не должен быть знать.
Глава 3. Вводные от Лиама
Когда мы остались в комнате одни, наставник заговорщически посмотрел на меня, медленно подошел и, опустившись на стул напротив, мечтательно спросил:
– Знаешь ли ты, Эйрин, про эльфийские воздушные и ни с чем не сравнимые пирожные мэнни? Тающие во рту, непревзойденные, уникальные, с разнообразной восхитительной начинкой…
От его описаний у меня усилилось слюноотделение. Сглотнув, спешно кивнула и тихо произнесла:
– Да…
И лучше бы мне этого не знать, так как Лиам мигом поменял свой сладкий тон на тиранию:
– И что? – громыхнул голос мужчины. – Запрешься в комнате с сотней мэнни?! А посох пускай сам себя ищет? – привстав, он навис надо мной темной тучей, готовой разом выстрелить карающей молнией.
– Я так никогда не сделаю. – скрестив руки на груди, обиженно ответила я.
– Не сделаешь. – на удивление быстро согласился наставник, хитро улыбнулся и как ни в чем не бывало сел обратно на место.
Спрашивается, зачем тогда приплетать ненужные обвинения…
– Мне надо быть уверенным! – словно читая мои мысли, продолжил Лиам, – Вдруг тебя соблазнит Дуи?! – так называли духа-сластён. И да, я признаю, давно примкнула к рядам его почитателей.
– На мои утренние собрания ты вечно опаздываешь из-за своих пончиков!
– Прошу прощения. – ниже спускаться в кресле не было ни смысла, ни возможности. Если бы я даже растеклась по полу, то от его зорких глаз всё равно бы не скрылась.
– Ладно. По делу. Фрэнк убедил Короля Рэна пригласить в качестве четвертой кандидатки девушку другой расы. Мы не знаем, кто преступник и что замышляет, а кандидатка-человек не станет представлять угрозы и интереса, ведь все понимают, что это лишь формальность. Твоя задача – втереться в доверие, изображая очарованную эльфами графиню-простушку и найти реликвию.
– То есть… это не идея самих эльфов?
Лиам усмехнулся, наблюдая за моей реакцией, и поправил свой черный сюртук.
– Они просили прислать эльфийку. Фрэнк немного подкорректировал их желания.
Чего-то подобного следовало ожидать. Еще одна особенность шефа. Он мог взять и переиграть какую-то деталь в расследовании, утверждая – «так эффективнее и куда интереснее».
– Но! – предостерегающе произнес Лиам, – Король и его дети падки на людей, поэтому никаких интрижек, Эйрин! – это был не камень, а прямо булыжник, который, размахнувшись, кинули в мой огород, и сейчас он счастливо плюхался на грядку с ошеломленными от подобного вандализма томатами.
– В тот раз сработало действие башнэз. – буркнула в ответ.
Почему одна нелепая случайность окрашивает твою репутацию несмываемым пятном?
– У тебя в каждом деле они таинственным образом срабатывают! – ну-у-у… или несколько нелепых случайностей. – И мы получаем странные письма от твоих воздыхателей! – рявкнул наставник, стукнув кулаком по столу, а затем более миролюбиво добавил. – Завтра Кэра тебя приоденет и снабдит нарядами на всю неделю.
– Какими еще нарядами?
– По эскизам Фрэнка. Я также их слегка модернизировал. – страшно представить… Это что за дикая смесь изящества и практичности меня ожидает. – Никто, кроме Короля Рэна, не будет знать кто ты на самом деле. Для всех остальных ты – кандидатка в невесты.
– Зовут?
– Эйрин Лунд. Не стали менять. Если кто-то проверит, то титул подходит. – строго посмотрел. – Нечего щеки надувать.
– Мне никогда не дают выбрать имя. – возмущенно поджала губы. Вот Нил всегда сам себе легенды сочиняет.
– И какое имя ты бы себе взяла? – уголки его губ тронула улыбка, тогда как глаза оставались серьезными. Невозможно было понять, шутит он или нет.
– Ну… – не ожидая вопроса, начала лихорадочно сочинять. – Это должно быть что-то… как любят у знати… – Каролина… Прекрасная, например…
– Неплохо, – оценивающе произнёс Лиам. – С одной поправкой. Дилан, зайди! Твое ухо сейчас прирастет к щели! – пару секунд ничего не происходило, пока Лиам не рявкнул громче. – Открыть дверь!
Дверь скрипнула и до отчаяния медленно начала открываться. Схваченный за местом преступления околунный агент стоял, потупив голову, и поправлял свои торчащие во все стороны светлые волосы.
– Я тут мимо проходил. – с напускной серьезностью говорил Дилан. – Смотрю дырка какая-то…
– Как тебе имя Каролина Прекрасная?
– Неплохо, – повторил подслушивающий и мигом оживился, избежав наказания. – Только заменить бы на…на Каролина Щекастая…для достоверности.
Кинуть бы в тебя чем-нибудь тяжелым. Тоже для достоверности…
– Мне нравится, – удовлетворенно кивнул наш начальник, – Свободен. И чтобы духу твоего не было около двери. А-то я отрежу твои уши и подарю троллям.
– Ушел. – немедленно отреагировал Дилан, непроизвольно берясь за ухо одной рукой и закрывая дверь другой.
Мы вслушались в звуки удаляющихся шагов, и, когда они стихли, Лиам спросил:
– Ты же не прогуливаешь тренировки у Кеннета?
– Нет. – Фей, все это время, скрывающийся под капюшоном, не спеша выкатился мне на плечо.
– Знаю. – голос Лиама потеплел. – Эйрин, в замке никому не доверяй. Даже королю. Как только найдёшь посох, сразу обратно. Никаких геройств. По правилам, все кандидатки должны приехать одни. Но, если почувствуешь что-то неладное, немедля сообщи мне. Отправлю кого-нибудь из наших под видом твоего портного.
– Это же не убийство. Сама справлюсь.
– Будет три испытания, – мои комментарии остались не услышанными. – Два всем известны. Первое, талант. Пение или игра на музыкальном инструменте, – Фей вдруг бросил на меня взгляд полный ужаса. – Второй – эрудиция, эльфы любят загадывать загадки.
– Мы точно провалим одно. – честно призналась я. – Пение или игра на музыкальных инструментах… – как учила меня ба: «Деточка, не пой никогда. Твоей красоты вполне достаточно. А вот голосом сможешь распугать даже глухого и не видать тебе ни одного жениха».
– Не переживай об этом. – махнул рукой наставник. – Третье неизвестно. Его выберет сам приемник на престол. Но, скорее всего, он предпочтет скалолазание. Принц давно увлекается и даже участвует в эльфийских турнирах.
Мыс Баири тут же мелькнул в голове. Если вы не родились эльфом, то об этом месте могли только мечтать.
– Ты же не рухнешь со скалы под грузом своих пончиков? – вопросительно подняв бровь, уточнил Лиам, и Фей предательски усмехнулся.
– Будем надеяться. – оскорбленно и искусственно улыбнулась в ответ.
– Главное, первой не приди, – вот же непонятный человек. Сначала опускает твою самооценку к камню на дне океана, а затем неожиданно треплет тебя по плечу на вершине горы. И так практически всегда. – И ни в коем случае, Эйрин, Его Высочество не должен в тебя влюбиться!
– Принц? – вполне невинно уточнила я.
– Никто из королевской семьи! – с нешуточной угрозой в голосе ответил Лиам. – Еще не хватало с ними разбираться!
– Я не Нициари, чтобы управлять чувствами других. – снова скрестив руки на груди, отвернула от него голову. Вот же пристали. Разве я виновата, что после расследований некоторые создания присылают мне цветы и конфеты.
– Ты меня прекрасно поняла, не Ницари. – он погладил дракончика по голове и встал. – Каролина Прекрасная доделай отчеты, которые тебе оставались, и на сегодня ты свободна. Выспись, как следует. И чтобы завтра пришла к шести утра.
Я закатила глаза. К шести… Изверг, мне вставать раньше петухов…
