Текст книги "Выживала. Том 3 (СИ)"

Автор книги: Arladaar

сообщить о нарушении

Текущая страница: 9 (всего у книги 15 страниц)

Глава 15
Ноябрь и зима

Через несколько минут поисков батя наконец-то нашёл колонну ОРСа и, держа Женьку за руку, прошёл мимо оцепления. Во главе колонны стоял грузовик ЗИЛ-130, который невозможно было не узнать, так как на нём была прицеплена круговая фанерная конструкция, имитирующая развевающийся объёмный красный флаг, с надписью «ОРС НОД-3» впереди, и «60 лет Октября» по бокам. Причём конструкция прицеплена таким образом, что в кабине даже не открывались двери, водитель никак не мог выбраться в случае какого-либо форс-мажора, пока конструкцию краном не снимут с грузовика.

Григорий Тимофеевич радостно поздоровался с присутствующими коллегами, взял большой красный флаг из заднего борта кузова и огляделся. Жека тоже начал подробно рассматривать окружающую обстановку, но кроме плотной толпы людей ничего не было видно.

Среди демонстрантов скопился весь советский социум: мужчины, женщины, пенсионеры. Стояли дети и подростки, которые так же как и Женька, пришли с родителями. Вид у всех праздничный и радостный, у многих на одежде красные ленточки Октября. У детей в руках совсем маленькие красные флажки или воздушные шары. Люди вокруг выглядели весёлыми, несмотря на плохую погоду и холод. Правда, Женьке-то, наоборот, сейчас стало хорошо. Оказавшись среди взрослых, которые прикрывали его от ветра, почувствовал, что здесь стало теплее, чем на продуваемом всеми ветрами проспекте.

Взрослые держали в руках транспаранты с коммунистическими лозунгами и красные флаги СССР, например, как Григорий Тимофеевич. У некоторых в руках были палки с большими портретами вождей советского государства прошлого и настоящего: Ленина, Брежнева, Косыгина, Устинова, Суслова.

– Держи, Семён, будешь махать, когда дедушка Слонов скажет «ура», – батя достал из грузовика совсем маленький красный флажок, в сущности, состоящий из деревянного штапика с приколотым к нему прямоугольным куском красной ткани.

Наконец, примерно через 10 минут музыка, игравшая на театральной площади стихла. Судя по зычному, властному голосу, слово взял первый секретарь горкома КПСС товарищ Слонов.

– Дорогие товарищи, земляки, трудящиеся нашего города. Сегодня наша великая страна, Советский Союз, празднует важнейший и самый значимый праздник: 60 лет со дня Великой Октябрьской Социалистической Революции. Наши предки под предводительством Владимира Ильича Ленина начали строить первое в мире социалистическое государство, оплот рабочих и крестьян. За это время многое произошло. Мы работали и трудились, отстаивали независимость нашей Родины, развивали её промышленность, строительство и оборону. И сейчас мы в полной мере можем говорить, что дело Ленина – самый верный путь к благосостоянию и величию нашего народа. Ура, товарищи! За дело Ленина! Под предводительством коммунистической партии Советского союза и генерального секретаря ЦК КПСС Леонида Ильича Брежнева! Вперёд!

Из динамиков на площади громко заиграл «Марш славянки». БТРы и «Уралы» тронулись с места, а за ними, маршируя, громко топая по асфальту сапогами, направились колонны солдат.

Марш прекратил звучать на короткое время, но только для того, чтобы товарищ Слонов сказал поздравление.

– Дорогие товарищи! Земляки! Кузбассовцы! С праздником, с юбилеем 60 лет Великого Октября! Ура!

– Урааа!!! – громко грянули тысячи голосов демонстрантов. – Урааа! Урааааа!

– Урааа! —зычно крикнул батя, и Женька вторил ему, вместе с сотнями людей по соседству.

Потом снова заиграл марш «Славянки», наконец пришли в движение и колонны рабочих. Конечно, гражданские шли не маршируя, не попадая в такт ритму марша, но всё-таки старались идти более-менее в строю. Женька видел перед собой только море красных флагов и людей. Однако когда подошли к трибуне, увидел на ней ряд стоявших советских и партийных деятелей городского масштаба. Все одеты по-солидному: в пальто, плащи, костюмы, белые рубашки с галстуками. На головах номенклатурные шляпы-федоры или пыжиковые шапки-пилотки. Стоявшие на трибуне непрерывно махали руками, приветствуя демонстрантов, которые тоже поворачивались к ним и начинали махать руками, непроизвольно крича «ура» своим начальникам.

– Товарищи! В труде, обороне, ежедневной борьбе за дело социализма ежеминутно, ежесекундно крепнет наш советский народ. Ура! – зычно сказал в микрофон товарищ Слонов.

– Урааа! Урааа! Урааааа! – рёвом отозвались демонстранты.

Женька, увидевший, что все машут флагами, тоже начал активно махать своим флажком, зажатым в правой руке.

Правда, шли недолго. Пройдя ещё 500 метров по проспекту Металлургов, до площади Маяковского, демонстрация стала идти вольно, потом люди подходили к стоявшим машинам своих предприятий, клали флаги и транспаранты в кузова и расходились кто куда.

Батя положил свой флаг и Женькин маленький флажок в грузовик и оказался свободен. Правда, ему сделали предложение, но от которого легко можно было отказаться.

– Гринька! Пойдём с нами, сейчас пол-литру возьмём на троих! – крикнул один из шофёров, слова которого были встречены громким смехом.

– Нет, не пойду! – твёрдо и решительно заявил батя. – Во-первых, я с сыном, во-вторых, меня дома жена и дочка ждут.

Батя знал с кем работал: где пол-литра на троих, потом и литр в одно жало, а потом привет – трезвяк.

Впрочем, все всё знали. Шоферня рассмеялась и направилась к местному винно-водочному магазину, у которого уже скопилась большая очередь. Милиционеры оцепления зорко наблюдали за всем этим действом.

Батя с Женькой зашли в кулинарию, купили несколько свежих беляшей и торт в картонной коробке, лоснящийся от масла. Честно сказать, эти торты Женька не любил, потому что они почему-то отдавали маргарином и были очень жирными. Но никуда не деться. Торт явно куплен в честь его дня рождения. Потом направились домой. У дома зашли в магазин «Соки-воды» и купили трёхлитровую банку сока абрикосово-яблочного с мякотью. Вот и весь их напиток, которым сегодня они собирались праздновать и день рождения, и праздник 60 лет Октября…

Потом пришли домой и занялись делом: родители взялись готовить праздничный обед, чистить картошку, резать капусту, морковь, крутить фарш, готовить голубцы. Святая обязанность Женьки была, естественно, сидеть с Анастасией, а сидеть с ней было очень непросто! В первую очередь, потому что сестра росла шустрая и бойкая. Она ни в какую не хотела сидеть в кроватке! Но и на полу были проблемы, ещё большие.

– Ы-ы-ы-ы! – говорила Анастасия, сидящая на одеяле, и мотала рукой с погремушкой. В углу рта залихватски свисает пустышка, от которой вниз тянется ниточка слюней.

Сестра бросила погремушку, вытащила изо рта пустышку, стала её внимательно разглядывать, облапав руками со всех сторон, повозила по полу, показала Женьке, а потом опять сунула в рот.

– Нельзя! Грязь! Кака! – строго сказал Женька, погрозил пальцем, забрал пустышку и пошёл сполоснуть под водой.

Только отвлёкся, буквально на пару секунд, как услышал родительский возглас из кухни.

– Женька! Ну что ты за ней не следишь? Она уже сюда приползла! Лови её под столом!

Пока отвлёкся, Анастасия шустро, как котёнок, успела на четвереньках добежать до кухни, заползти под стол и даже подобрать там какую-то дрянь, вроде случайно упавшей на пол картофельной очистки и засунуть её в рот.

Женька пришёл за сестрой, вытащил из-под стола, принёс в зал и посадил на одеяло.

– Нельзя! Кака! – строго сказал Женька и вытащил изо рта очистку, чем вызывал крайнее неудовольствие сестры, попытавшейся отобрать с таким трудом найденную новую интересную вещь.

Потом вроде Настя опять сидела, трясла погремушкой, но стоило Женьке снова отвлечься на секунду, а сестры и след простыл… Она уже опять на кухню приползла.

После третьего побега и возврата на место, Анастасия сильно разозлилась и, когда Женька посадил её на одеяло, а сам сел на кровать, подползла к нему, схватилась обеими руками за штанину и с трудом поднялась на ноги. Первый раз в жизни!

– Ы-ы-ы-ы! – гневно сказала Анастасия, хмуро посмотрела на брата и несколько раз ударила его по колену. Человека нельзя лишать свободы! Ни в коем случае!

– Мам! Она, кажется, сама встала на ноги! – крикнул Женька.

Однако, пока родители вставали со стульев на кухне, Настя успела разжать руки, которыми держалась за штаны, свалиться на задницу и, выплюнув пустышку, громко зареветь. Очень досадно, когда получается неудача!

Впрочем, это всё были мелочи. Через некоторое время по всей квартире пошёл вкусный аромат от варившейся картошки и готовящихся голубцов. Потом, когда картофельное пюре было готово, а голубцы потушились, все вместе сели за стол, включили телевизор и под вкусную еду стали смотреть всё подряд, что показывают. А показывали первым делом военный парад в Москве на Красной площади.

Колонны военной техники и солдат проходили, чеканя шаг, по брусчатке перед Мавзолеем Ленина, на котором стояли руководители советского государства. И Брежнев, точно так же, как товарищ Слонов в Новокузнецке, временами говорил поздравление в микрофон, и колонны солдат кричали трёхкратное «ура».

Батя, как человек служивший, подробно рассказывал, какие виды техники и вооружений проходят по Красной площади. Ехали танки, БМП, БТР, зенитные установки, потом поехала гордость Советского союза: громадные стратегические ракеты с ядерными зарядами. Потом, после парада, пошли простые демонстранты огромной широкой колонной, и транспаранты у них были больше, и флаги просто гигантские, которые несли могучие спортсмены в одинаковой одежде, идущие стройными ровными рядами, но было одно общее, что объединяло их с жителями Новокузнецка: искренняя радость, с которой люди праздновали 60 лет Великого Октября…

… Оставшиеся 2 выходных дня прошли очень быстро, и десятого ноября, в четверг, Женька опять пошёл в школу. Настала очередная рутина, впрочем, которая в семье Некрасовых скрашивалась некоторыми приятными обстоятельствами.

Отец уже рассчитался за рассрочку, на которую покупали мебель при заселении в эту квартиру, и сейчас можно было залезть в долги по новой и обставить спальню, в которой жил Женька. В пятницу батя отпросился с работы, и родители вместе с Анастасией съездили прямо в отцовском грузовике в мебельный магазин и купили кровать для Женьки, причём взяли сразу на вырост, железную, с панцирной сеткой, и два небольших шкафа, один для Женькиной одежды, другой для книг. Вдобавок купили матрас на кровать и подушку. Всё привезли в этот же день, похоже, отец опять сунул магарыч грузчикам в магазине.

В субботу батя собрал кровать и шкафы, и уже в воскресенье Женька спал на новой кровати, а его вещи лежали в новых шкафах. Раскладушку сложили и поставили в пустую спальню, где жил сосед.

Конечно, на кровати спать было намного удобнее, особенно если тебе всего 7 лет: кровать такая здоровенная, как аэродром. Можно ложиться поперёк, и будет всё ещё как раз!

Анастасия приползала от родителей в его комнату, держась за Женькину штанину, вставала на ноги и с удивлением разглядывала новые предметы интерьера, потом тыкала в них пальцем и говорила:

– Ы-ы-ы! Гр-р-р!

Хорошо, мол! Правильно делаете, что покупаете! Потом и я туда залазить буду…

…Всё бы хорошо, но осень закончилась так же быстро, как и пришла. Казалось, вчера только стояла влажная погода с дождём и мокрым снегом, а потом запуржило, задуло, сильно похолодало, и ночью выпал снег, причём сразу установилась температура −20, как это часто бывает в Сибири. За один день всё поменялось кардинально.

– Одевайся теплей! – предупредила мама и достала из шкафа пахнущие нафталином зимнее пальтишко с воротником из овчины, которое было уже едва до запястий, и круглую меховую шапку. Тёплый шерстяной шарф, на ноги – валенки. Вязаные рукавицы, пропущенные на резинке через рукава пальто. Теперь предстояло ходить так.

– Тебе уже всё малое, – неожиданно с удивлением заметила Мария Константиновна. – В ближайшие выходные пойдём в универмаг, купим тебе что-нибудь.

Как всегда, зима пришла неожиданно…

Теперь уже в уличной обуви по школе не походишь, как иногда получалось осенью, в погожие дни. Кроме портфеля приходилось брать с собой маленькую авоську со второй обувью. Когда была физкультура, туда же складывал и физкультурную форму с кедами. Зато как можно выразить словами те чувства, когда впервые вышел на улицу, первый раз увидел много пушистого снега и вдохнул морозного бодрящего воздуха. На улице холодно, изо рта идёт пар, темнота, кое-как разгоняемая фонарями и светящимися окнами в домах. По улице передвигаются группы людей, кто на работу, кто на учёбу. Даже отсюда видно горящие призывным светом большие окна школы. И сразу улучшилось настроение, так как закончилась долгая затяжная осень, и наконец-то настала зима, которая означала одно: начало упорных лыжных тренировок. Теперь предстояло заниматься тем, для чего он, собственно говоря, поступил в горнолыжную школу.

Правда, в первый снежный день лыжных тренировок не получилось: Светлана Владимировна сказала, что сейчас они будут готовить инвентарь и набивать лыжню на стадионе.

– Со следующей недели приступим к лыжным тренировкам, когда снежный покров станет более-менее равномерным и устойчивым, – заявила тренер. – Сейчас давайте проверим инвентарь.

Инвентарь был в порядке. Женьке выделили детские горные лыжи К2 с креплениями, ботинки, палки, каску, перчатки и очки. Выглядело всё достойно. Теперь предстояло пробить у отца спортивную одежду. В наличии у Женьки был тёплый спортивный костюм с начёсом. Правда, он тоже стал по размеру маленький, поэтому предстояло купить новый, вдобавок не мешало бы демисезонную спортивную куртку и вязаную спортивную шапку.

– Если надо, значит, купим! – решительно сказал батя, когда Женька дома озвучил ему эти планы. – Пойдём в универмаг и всё купим.

В субботу так и сделали. Эта суббота была посвящена полностью Женьке и Анастасии: ей тоже требовалась зимняя одёжка! Хорошо, что Григорий Тимофеевич накануне хорошо накалымил, да ещё и получил получку за ноябрь: траты предстояли немаленькие.

Женька в универмаге, в детском отделе мерил разную одежду и вынужден был признать – несмотря на некоторую неказистость и серость продаваемых вещей, функционал у них был вполне приличный. Поэтому сразу купили: тёплый с начёсом зимний спортивный костюм, обычные трико, чтобы одевать под низ, демисезонную куртку синего цвета специально для лыжных тренировок, серую спортивную шапку пирожком со свисающей сзади кисточкой. И это только то, что нужно для спорта! А ещё пришлось брать повседневную одежду, в которой предстояло ездить на тренировки и ходить в школу. Купили Женьке клетчатое пальто чёрно-синего цвета, и опять на вырост, длиной до колена, с капюшоном и пояском, цигейковую шапку-ушанку, чему он был безумно рад, так как круглая меховая шапка смотрелась совсем детской – ходил в ней ещё когда было 5 лет. Сейчас же уже школьник! Вдобавок родители купили просторные зимние сапоги из кожзаменителя, которые выглядели вполне прилично. На всё потратили примерно 70 рублей, а ведь предстояло ещё одевать Анастасию! С ней тоже нужно ходить в поликлинику и просто на прогулки!

Анастасии купили детскую шубу на искусственном меху с капюшоном, тёплый флисовый костюм, круглую меховую шапку, почти такую же, которая была у Женьки, и совсем крошечные валенки. Сестра уже начинала ходить, держась за кровать, правда, только вдоль неё. Вдобавок купили санки на верёвке, чтобы гулять в тёплые дни. Потратили ещё 30 рублей.

– Ну вот, приодели, приобули вас! – радостно сказал батя.

– Гр-р-р! – ответила Анастасия, с большим подозрением рассматривая универмаг и множество странных людей в нём, которые так и норовили подойти к ней, подмигнуть и сказать что-то бессмысленное, вроде «Ути-пути!».

Женька посмотрел на отца: сам он одевался обыденно, так же, как все советские люди. Шапка-ушанка из кролика, шуба на искусственном меху. У мамы длинное зимнее пальто с капюшоном и меховая шапка из ондатры. Конечно, по сравнению с 21 веком смотрелись они архаично и, наверное, даже бедновато, но именно для СССР 1977 года его родители были одеты вполне себе Но ведь всегда есть куда идти!

– А со следующей получки будем вас одевать! – заявил Жека, чем вызвал громкий смех родителей.

– Не бойся, Семён! О себе мы как-нибудь позаботимся! – заявил батя.

Возможно, так и было, зато Женька сейчас был очень рад, что получил новую модную современную одежду, которая не мешала заниматься спортом. Ух, сейчас-то он попрёт!

Глава 16
Первая лыжная тренировка

10 декабря 1977 года начались полноценные тренировки на лыжах. Протекали они по такому же принципу, что и прошлый год: 2 часа занимались общефизической подготовкой и координационными упражнениями в зале ОФП, потом шли на гору. Настроение на первых занятиях было очень приподнятое: ребята радовались, что наконец-то начали заниматься своим видом спорта. Радовалась и тренер: можно принять контрольные нормативы у расслабившихся от летнего безделья воспитанников.

Начали сдавать их с понедельника, 12 декабря. Как раз установилась малоснежная и относительно тёплая погода с температурой −10 градусов, и можно было комфортно кататься. Женька в раздевалке надел новую одежду и попробовал поработать корпусом, руками и ногами: ничего не стесняло, всё хорошо. Потом группа отправилась в инвентарную и получила положенный спортивный инвентарь. Все надели стартовые номера в виде белой жилетки на лямках, завязав тесёмки на животе. Можно идти на гору.

Эх, уже почти позабытые чувства, когда идёшь с одногруппниками в спортивной одежде, с лыжами на плечах, очки задраны на лоб, и все попадающиеся навстречу люди с любопытством смотрят на юных спортсменов.

Когда пришли на гору, Светлана Владимировна первым делом велела размяться на короткой трассе, и уже после этого скомандовала идти вверх и внимательно изучить основную трассу. Здесь уже всё было готово к сезону: границы чётко огорожены флажками, расставлены ворота. Всё как и прошлый год. За трассой приходилось регулярно следить: приходили сюда самые разные люди, иногда хулиганы, и могли из пакости вырвать или даже сломать флажки.

– Ребята, первый раз поднимаемся пешком! – заявила тренер. – Внимательно изучаем трассу, если есть какие-то неровности, чтобы все знали о них. Я буду показывать и рассказывать, если что-то забыли.

Друг за дружкой одногруппники с лыжами на плечах начали подниматься на гору. Светлана Владимировна временами останавливалась, осматривала трассу и показывала, где нужно прибавлять скорость, где, наоборот, сбавлять, чтобы пройти трудный поворот. Таким образом, поднялись на гору не быстро, с частыми остановками, что, впрочем, оказалось только на руку: можно было не спеша постоять, отдохнуть, насладиться видами природы, пусть она и находится в пределах города.

Когда поднялись на гору, Светлана Владимировна разъяснила условия проверки нормативов.

– Ребята, через неделю состоятся городские соревнования, и нам нужно быть к ним готовыми, поэтому сейчас сдаём предварительные нормативы, чтобы узнать, какие у нас шансы. Сдавать будем по дисциплинам: слалом и скоростной спуск. Нормативы юношеских разрядов по слалому: прошлогодний победитель – 1 минута 40 секунд, скоростной спуск – 50 секунд. Норматив оказывается сдан, если проехали трассу с превышением не более чем в 35 процентов от времени победителя. Это 2 минуты 15 секунд и 1 минута 5 секунд. Всё, что ниже, – ваше, всё, что выше, – мимо кассы.

– А что нам юношеские-то? – спросил Егор. – У меня уже третий спортивный!

Старшие пацаны, Серёга и Славян, тем более усмехнулись – они уже имели первый спортивный и в этом сезоне покушались на КМС. Лишь Виталя пожал плечами: надо так надо, чего тут спорить…

– Вот и хорошо, что третий спортивный, – иронично покачала головой Светлана Владимировна. – Если сдашь на третий юношеский, значит, поднимем планку до третьего спортивного. Не забывайте, что у нас в городе не одна школа, есть профсоюзная, есть Металлург, из деревень приедут ребята, из окрестных городов, а там, будьте уверены, умеют кататься на лыжах. В общем, хватит разглагольствовать. Сейчас я буду принимать норматив по третьему юношескому. Съезжайте с горы с интервалом в две минуты. Смотрите внимательнее: подавать команду на старт я буду снизу, красным флажком. Вставайте по росту, с первого номера, начиная с Некрасова, и стартуйте.

Светлана Владимировна надела лыжи, слегка попрыгала на них, оттолкнулась палками и покатила вниз по трассе, всё более набирая скорость. Потом начала проходить ворота, и надо признать, довольно быстро и мастерски, как взрослый спортсмен. Развив хорошую скорость, доехала до низа, до зоны выката. Там остановилась, сняла лыжи, воткнув их с палками в снег, взяла один из самых крайних красных флажков. Потом подошла к финишной прямой и приготовилась.

Прижав ладонь ко лбу, всмотрелась в ряд воспитанников, стоявших на расстоянии 800 метров от неё, и, высоко вздев флажок, резко махнула им, одновременно включив секундомер.

Женька мощно оттолкнулся палками и покатил вниз. Лыжи с лёгким шорохом скользили по утоптанному снегу. Ветер засвистел в ушах. Первые ворота прошёл нормально, потом была небольшая горка, слегка подпрыгнул, снизил скорость, прошёл вторые ворота, потом третьи, четвёртые и таким образом доехал до самого низа. Надо признать, никуда не торопился, во время спуска старался не упасть и скатиться хорошо, даже зрелищно, активно работая коленями и голеностопами, тщательно соблюдая координацию. Подъехал к тренеру, затормозил, немного сыпанул снегом и внимательно уставился на Светлану Владимировну.

– Две минуты двадцать пять, Евгешка, – заявила тренер. – Плюс 10 секунд от норматива. Много. Надо заниматься.

– Ну, я… – смущенно пробормотал Жека.

Хотел сказать в своё оправдание, что это только первый старт в сезоне. Да и ехал, откровенно не рискуя и не торопясь, скорее, наслаждаясь самим процессом, но Светлана Владимировна слушать не стала, махнула рукой, показывая, чтобы не лез лишний раз, сейчас занята. Записала результат в небольшую записную книжку, поставила секундомер на ноль, снова взмахнула флажком, сверху поехал Сашка, который был на год старше Женьки и уже имел третий разряд.

К сожалению, Сашка вообще не проехал трассу, примерно на середине врюхался прямо во флажок, запаниковал что не проедет и вторые ворота, не удержал равновесие, поскользнулся, свалился, проехал на пузе несколько метров, разочарованный встал, и потупив взгляд в снег, аккуратно съехал вниз. Не получилось…

– Плохо, Саша, очень плохо, – наставляющим голосом сказала Светлана Владимировна. – Поднимайся на гору, вторая попытка.

Сашка снял лыжи и пешком пошёл вверх, так было подняться намного легче. Подъёмник ещё не работал, по-видимому, включали только к соревнованиям.

Потом Светлана Владимировна дала отмашку флажком, и третьей поехала Танька Ермолова, которой уже исполнилось 11 лет. Ермолова, порассуждав, решила никуда не торопиться, справедливо подумав, что первый блин всегда может быть комом. Съехала аккуратно, почти как Женька, хорошо проехала все ворота, но, естественно, в норматив не уложилась.

– Таня, плюс 10 секунд, – строго сказала Светлана Владимировна. – Отдохни немножко и вторая попытка.

Потом поехала Алёнка, Наташка и Зина, девчонки, которым по 14 лет, они были отмечены под четвёртым, пятым и шестым стартовым номером. Спустились они хорошо, и, естественно, так как были перворазрядницы, третий юношеский прошли легко. Ехали красиво, быстро, активно работали всем телом, и для них спуститься слаломом не представило никакого труда.

– Молодцы! – похвалила Светлана Владимировна. – Немножко отдохните.

Потом съехали самые взрослые пацаны: Виталя, Серёга и Славка. Конечно, проехали они прекрасно, ещё лучше, чем девчонки, и привезли форы минимум в 10 секунд.

– Молодцы, ребята! – заявила Светлана Владимировна. – Сейчас будем сдавать нормативы на ваш разряд. Все на гору. Младшие сдают то, что не сдали, старшие едут по своему разряду. Едем опять слалом.

Естественно, со второго раза получилось уже у всех. Особенно у Женьки. Первый раз он проехал трассу, запомнил, где нужно прибавить скорости, где, наоборот, притормозить, и второй раз пришёл с превышением в 2 секунды, что укладывалось в зачёт.

– А вот это хороший результат! – заявила Светлана Владимировна. – Укладывается в норматив. Проедешь также на первенстве города, легко получишь третий юношеский, но при этом нужно хотя бы в пятёрку попасть. Поэтому, Женя, не время расслабляться. Других целей пока ставить не будем, наша главная цель – сделать тебя спортсменом, получить разряд.

Остальные одногруппники тоже спустились вполне прилично и сдали предварительные нормативы на свои разряды.

– Молодцы! – похвалила Светлана Владимировна. – Разряды все подтвердили. С сегодняшнего дня делаем упор на горные лыжи. Готовимся к первенству города.

На этой положительной ноте первая тренировка на горе оказалась завершена, и юные горнолыжники сняли лыжи, тщательно очистили их от снега, положили в чехлы и отправились в ДЮСШОР заминаться. А потом, естественно, пошли домой, как всегда, своей толпой. И хоть местные хулиганы больше не беспокоили, издалека наблюдая за дружной компанией оторванных лыжников, всё-таки всем вместе было веселее и спокойнее в этом мутном районе.

– А у тебя классно получается! – признался Виталя, который считался как бы неформальным лидером всей секции. – Едешь как дышишь. Ты где так научился? Занимался что ли где-то раньше?

– Да нигде я не занимался! – в очередной раз рассмеялся Женька. – Родители у меня спортивные! У них горные лыжи есть, любят кататься с самого детства. Я с ними с самых ранних лет, ещё на пластиковых лыжах бегал.

Виталий иронически покачал головой, по-видимому, его такой ответ не устроил. В свои 15 лет он уже был взрослый, устоявшийся спортсмен, хотел сдавать норматив на мастера спорта, а там и до чемпионата СССР недалеко… Занимался в секции с 7 лет, видел много новичков, которые едва встали на лыжи, и мог бы поклясться чем угодно, что ох как непрост Женька Некрасов. Именно так, как он, никакой зелёный новичок кататься в 7 лет просто-напросто не мог, и даже более того, если бы не лёгкое детское тело, Некрасов сейчас вполне мог бы покуситься и на звание кандидата в мастера спорта, ехал он прекрасно и владел телом очень хорошо… Впрочем, похоже, эта тайна останется неразгаданной никогда…

…Анастасия в последнее время уже предпринимала кое-какие самостоятельные шаги, а если садили в кроватку, неизменно находилась там стоя. Ухватывалась руками за решётку, подтягивалась и поднималась на ноги. Потом стояла, держась обеими ручонками за решётку, слегка покачиваясь, и с любопытством смотрела из стороны в сторону, ворочая головой в розовом чепчике, из-под которого копнами торчали густые тёмные волосы. Пронзительный радостный визг наполнял квартиру. Смогла!

Впрочем, в кровати сестра долго сидеть по-прежнему не хотела, почти сразу начинала требовать свободы и самовыражения, просясь на пол громким визгом. Мария Константиновна садила на одеяло, расстеленное на полу, но тогда приходилось за ней зорко следить, тем более что самым любимым развлечением Анастасии в этом случае было приползать к Женьке в комнату, когда он делала домашку, вставать на ноги, ухватываясь ему за штаны, и стараться сдёрнуть тетрадь, в которой он писал.

– Ы-ы-ы! – говорила Анастасия через пустышку, с интересом смотря на брата, махая рукой и стараясь дотянуться до тетради, что, естественно, грозило катастрофой для учёбы. Что это там братик прячет??? А ну дай посмотреть!

Женька осторожно брал сестру под мышки, садил её на пол, чтобы, не дай бог, не свалилась и не стукнулась головой. Однако это не имело никакого эффекта. Сестра подползала обратно, ухватывалась за штанину, поднималась на ноги и опять тянулась к тетради. И так бесконечное количество раз. Невозможно делать домашку! Тогда звал маму и просил хоть на час посмотреть за Настей.

Как Женька заметил, сестра понимала, что её брат тоже не взрослый человек, а ребёнок, его статус менее авторитетный, чем у взрослых, поэтому вела себя с ним более вальяжно и раскованно, чем с родителями, которые на пакости могли и построжиться, если они становились совсем неуёмными. С Женькой же можно делать что хочешь, и не пикнет!

Так как сестра подросла, было ей почти 9 месяцев, норму молока и ацидофилина в молочной кухне врач увеличила в два раза, сейчас получали по четыре бутылочки в день, вдобавок мама прикармливала её, тщательно разминая суп, и в середине декабря Настя начала понемногу есть с ложки.

Для этого приходилось сажать её в коляску, разминать в маленькой тарелке суп с овощами и маленькой ложкой класть по чуть-чуть еду в рот. Анастасия сначала долго мусолила суп, жмурясь от удовольствия, потом всё-таки глотала. Потом пищала, выгибалась и показывала рукой на тарелку, требуя ещё. Вкусный суп! Давай! Не жмоть!

В школе тоже складывалось всё хорошо. Женька старался не выпячивать свои знания, чтобы не навлечь лишних проблем и внимания. Однако всё равно учительница каким-то чутьём считала его вундеркиндом. Даже назначила командиром второй звёздочки класса. Октябрятам нужно было исполнять разные поручения, правда, поручения были пока очень лёгкими: например, сходить к раковине в туалет, прополоскать и намочить тряпку, для того чтобы учительница могла хорошо протереть доску. Или сходить на улицу, вынести в контейнер пластиковую корзину с бумагами. Пока на этом все поручения заканчивались.

На уроках по родной речи начали читать простые сказки, и Женька вслух читал, но старался делать вид, как будто читает медленно.

– Братья сеяли пшеницу и возили в град-столицу. Знать, столица та была недалече от села, – прочитал Женька отрывок из сказки Ершова. Слегка запнулся. Но выглядело искусственно.

– Женя, мне кажется, ты можешь читать лучше! – неожиданно сказала Людмила Александровна. – Ты дома пробуешь читать?

– Я дома много читаю, – признался Женька. – Мне отец выписывает Мурзилку, вдобавок у меня есть книжки, но так как я люблю рыбалку, то иногда читаю его журнал «Рыболов».

– То-то и видно, – согласно кивнула головой Людмила Александровна и задумалась.

Странное дело… Некрасов занимался по времени наравне со всеми, учился на одни пятёрки, и вопросов о его большой склонности к учёбе не существовало. Но был один очень странный момент… Если предложить какое-то новое неизвестное задание, первым делал его Некрасов, и делал очень хорошо. Конечно, это можно было списать на его талант, сообразительность, внимание, но в том-то и дело, что Людмила Александровна, как опытный педагог, видела в жизни много ребят, и даже самые талантливые всегда совершали ошибки. Точнее, совершали очень много ошибок на пути к вершине, например, к золотой или серебряной медали, с которой они заканчивали школу. Они решали задачи, делали упражнения по русскому языку, отвечали на вопросы по истории, но первое, иногда второе и даже третье задание всегда были с ошибками или хотя бы с небольшими неточностями. Ребята таким образом получали опыт. И это было естественно. Некрасов же… Такое ощущение, что дай ему сейчас задачу по тригонометрии из 8 класса, и он с лёгкостью решит её, причём с первого раза. Правда, в этом он никак не хочет признаваться…