Текст книги "Возвращение Безумного Бога 16 (СИ)"

Автор книги: Архимаг

сообщить о нарушении

Текущая страница: 1 (всего у книги 16 страниц)

Возвращение Безумного Бога 16

Глава 1
Геополитика и немного безумия

Большой зал особняка Безумовых преобразился. Мы сдвинули мебель к стенам, освободив центр для массивного круглого стола из черного дерева. На нем стоял сложный артефакт связи – пирамида из медовых кристаллов и восковых колец, гудящая от напряжения. Разработка Мелинты, усиленная моей магией. Никакого Zoom или Skype, только хардкорная магическая проекция с защитой от прослушки.

Я стоял у стола, поправляя воротник. Чувствовал себя странно. Спасать мир с мечом в руках было привычнее, чем объяснять кучке политиков, почему им не стоит паниковать, когда небо становится фиолетовым.

Рядом, скрестив руки на груди, застыл Карнакс. Его доспехи были начищены до блеска, а золотой глаз светился с угрожающей интенсивностью. В отсутствии Вольдемара он выполнял роль начальника службы безопасности и заодно главного аргумента в спорах.

Никталия вертелась у зеркала, пытаясь прикрепить к волосам какую-то блестящую заколку.

– Эстро, как думаешь, этот цвет помады подойдет для общения с мировыми лидерами? – спросила она, выпячивая губы. – Я слышала, французский президент ценит шарм.

– Никталия, – устало произнес я. – Мы обсуждаем апокалипсис, а не винную карту. И, пожалуйста, держись подальше от проектора. В прошлый раз ты случайно наложила фильтр с кошачьими ушами на министра обороны.

– Ему шло! – фыркнула богиня. – Сразу стал таким милым и пушистым.

– Начинаем, – я положил руку на кристалл.

Воздух над столом задрожал. Сгустились тени, вспыхнули искры света, и вокруг стола возникли полноростовые, слегка мерцающие фигуры.

Первым появился Император Александр V. Он выглядел собранным, но уставшим. За его спиной виднелась карта с красными зонами. Он кивнул мне, признавая готовность.

Следом материализовался Император Поднебесной, Юань. Он сидел в резном кресле, облаченный в традиционный желтый халат с вышитыми драконами. Его лицо было неподвижным, как фарфоровая маска, а длинные пальцы с черными лакированными накладками на ногтях обхватывали пиалу с чаем.

Затем возник Президент Соединенных Штатов. Рыжеватые волосы, слишком длинный красный галстук. И выражение лица человека, который уверен, что он здесь самый главный.

Даже если не понимает, что происходит.

– Связь ужасная, просто ужасная, – заявил он вместо приветствия, громко постукивая пальцем по невидимому микрофону. – У нас в Америке интернет лучше. Самый лучший интернет в мире, поверьте мне. Кто этот парень с глазом? Охранник? Выглядит мрачновато. Увольте его.

– Это Карнакс, бог войны, – спокойно представил я. – И он работает бесплатно.

– Плохой бизнес-план, – фыркнул Президент. – Если ты хорош в чем-то, никогда не делай это бесплатно. Я написал об этом книгу. Бестселлер.

Появилась Канцлер Германии – строгая женщина в деловом костюме. Она выглядела так, будто не спала неделю.

– Господа, – произнес Александр V, беря на себя роль модератора. – Мы собрались здесь, чтобы обсудить угрозу, которая игнорирует государственные границы. Князь Безумов утверждает, что у него есть план.

– План? – Император Юань сделал глоток чая. – Тигр не договаривается с дождем, он просто мокнет. Но если у князя есть зонтик… мы готовы слушать.

Я вышел вперед.

– Ситуация критическая. То, что мы видели до этого – лишь начало. Бездна меняет тактику. Она учится на ошибках.

– В Лондоне творится черт знает что, – резко сказала Канцлер. – Мы окончательно потеряли связь с британским правительством двенадцать часов назад. Спутники показывают… странное. Туман. И движение огромных масс.

– Британия как обычно. Она всегда любила обособленность, – заметил Президент США. – Может, это их новый Брекзит? Очень жесткий Брекзит.

Я покачал головой.

– Давайте спросим у них самих. Никталия, настрой частоту на Букингемский дворец.

Никталия, которая до этого строила глазки проекции французского президента (тот, к счастью, еще не подключился), подскочила к кристаллу.

– Есть, босс! Сейчас вызовем эту вашу королеву-мать!

Помехи. Скрежет. А затем изображение прояснилось.

Мы увидели тронный зал. Но он был… неправильным. Стены покрывала пульсирующая черная слизь. Вместо гвардейцев стояли хитиновые твари. А на троне восседало существо.

Оно отдаленно напоминало королеву. Та же шляпка, тот же костюм. Но из-под юбки выходили восемь паучьих лап, а лицо было застывшей фарфоровой маской.

– Приветствую, – произнесло существо. Голос звучал как скрежет металла по стеклу, умноженный на тысячу. – Вы опоздали к чаю.

Зал совещания погрузился в шокированное молчание. Даже Президент США перестал жестикулировать и открыл рот.

– Что это… такое? – прошептала Канцлер.

– Мы объявляем о выходе, – продолжила Королева-Монстр. – Из состава человечества. Бездна предложила нам условия, от которых невозможно отказаться. Вечность. Единство. И никаких налогов.

Она издала звук, похожий на смешок, от которого мурашки побежали по спине.

– Британия теперь – форпост Бездны. Не пытайтесь звонить. Мы заняты. Мы едим.

Изображение мигнуло и погасло.

Тишина в зале была такой плотной, что ее можно было резать ножом.

– Окей, – первым опомнился Президент США. – Это было… неприятно. Очень неприятно. Я бы даже сказал, отвратительно. Они зашли слишком далеко с этим свои брекзитом. Мы можем ввести против них санкции? Или, может, просто сбросить на них что-нибудь тяжелое? У нас есть очень большие ракеты. Самые красивые ракеты.

– Ракеты не помогут, – отрезал я. – Это не политический кризис. Это инфекция. А против нее нужно лекарство. Или даже терапия.

Я махнул рукой, и над столом возникла трехмерная карта Земли. На ней зажглись двенадцать точек.

– Проект «Черное Солнце», – объявил я. – Мы создали двенадцать артефактов, способных поглощать и перерабатывать энергию Бездны. Они создадут планетарную сеть. Щит.

– То есть, мы построим стену от Бездны⁈ – заинтересовался Президент. – Энергетическую! И заставим монстров за нее платить⁈ Мне нравится ход ваших мыслей!

– Ну в каком-то смысле да, – кивнул я.

– И где вы хотите поставить артефакты? – подозрительно спросил Император Юань.

– В ключевых точках силы планеты, – пояснил я. – Акупунктура для Земли. Синегорье уже прикрыто. Нам нужны доступы к остальным.

Я начал перечислять.

– Египет. Пирамиды Гизы.

– Америка. Йеллоустоунский вулкан.

Президент США тут же оживился.

– Йеллоустоун? Это парк. Там медведи. Хорошие медведи, мне они нравятся. А нельзя поставить эту штуку, скажем… на крыше моего отеля в Лас-Вегасе? Это привлечет туристов. «Самое безопасное место в мире». Звучит как отличный слоган.

– Артефакт должен быть на месте силы, господин Президент, – терпеливо объяснил я. – Вулкан – это место силы. Казино – это место потери денег.

– Спорное утверждение, – буркнул он.

– Китай, – продолжил я. – Великая Стена.

Император Юань нахмурился, постукивая черным когтем по чашке.

– Стена – символ защиты. Но черный шар… это не по фэн-шую. Черный… цвет воды и смерти.

– И цвет возрождения из пепла, – парировал я. – К тому же, он будет отлично смотреться на сувенирах. «Красный Дракон и Черное Солнце». Бренд тысячелетия.

Император задумался, потом едва заметно кивнул.

– Допустим. Бренд – это важно.

– Германия. Шварцвальд, – я посмотрел на Канцлера.

– Мы обеспечим охрану, – коротко кивнула она. – После Берлина мы верим Айсштиль. И вам.

– Япония. Фудзи.

– Россия. Байкал.

– Антарктида.

– Бермудский треугольник.

– Постойте, – вмешался Президент США. – А кто за все это платит? Я слышал, эти ваши мирмеции едят много сахара. Мы не будем оплачивать поставки сахара для инопланетных муравьев… или кто они там?

– Оплата – выживание вашего электората, – жестко сказал Александр V. – Договор простой. Мы даем артефакты. Вы обеспечиваете их охрану и не мешаете.

– Но это еще не все, – я обвел взглядом присутствующих. – Земных точек мало. Бездна проникает не только через географию. Она идет через слои реальности.

Я добавил на карту еще две точки. Одна сияла призрачным зеленым светом, другая – серым.

– Мне нужно установить Черные Солнца в Мире Мертвых и в измерении Великого Древа.

– Мир Мертвых? – Президент США поперхнулся. – У нас там нет юрисдикции. Хотя мои юристы могут посмотреть…

– Я договорюсь с местной… администрацией, – успокоил я его. – Аймос, Владыка Мертвых, уже в курсе. Он… как бы точнее выразиться… заинтересован в сохранении своей недвижимости.

– А что насчет последнего артефакта? – спросил Император Юань. – Их двенадцать. Вы назвали одиннадцать.

Я глубоко вздохнул.

– Двенадцатый я заберу сам. В самое опасное место. Туда, откуда началась эта зараза в нашем мире.

– Лондон? – предположил Президент.

– Нет. Выше. Небесный Чертог. Озеро Вечной Молодости.

Повисла тишина. Лидеры переглядывались. Для них это звучало как миф, сказка. Но после королевы-паука сказки казались пугающе реальными.

– И что вы будете там делать? – спросил Александр V.

– Проведу ритуал, – я сжал кулаки. – Я должен синхронизировать все двенадцать солнц. Запустить сеть. Очистить мир. Это… будет сложно.

– Рискованно? – уточнила Канцлер.

– Безумно, – улыбнулся я. – Но это моя специализация. Итак, господа… У нас мало времени. Вы согласны на размещение Черных Солнц? Или вы предпочитаете ждать, пока ваши граждане начнут отращивать щупальца?

Лидеры замолчали. Они смотрели друг на друга. Смотрели на карту с красными зонами. Вспоминали королеву-монстра.

– Согласны, – первым кивнул Император Юань. – Китай примет дар.

– Германия тоже, – отозвалась Канцлер.

– Ладно, ладно, – вздохнул Президент США. – Ставьте свои шары. Но в Йеллоустоуне мы поставим сувенирную лавку рядом. И билеты будем продавать. Пятьдесят долларов за вход. Нет, сто.

– Договорились, – я отключил связь.

Голограммы погасли. Зал опустел.

Я выдохнул и оперся о стол.

– Ну что, – сказал я, поворачиваясь к своим. – Политика – это ад. Хуже Бездны.

– Зато эффективно, – заметил Карнакс. – Ты получил мандат.

– Теперь осталось самое сложное, – я посмотрел на двенадцать сфер, парящих в углу под охраной Насти и Эмми. – Доставить их.

Я подошел к карте.

– Настя, Эмми. Вы берете Америку. Вы справитесь с жарой и с… местным колоритом.

– Йеллоустоун? – Эмми загорелась. – Круто! Всегда мечтала увидеть гейзеры!

– Сахаринка, – я повернулся к старшей дочери. – Ты с сестрами – Китай и Япония. Там нужна дисциплина и грубая сила на случай прорыва.

– Будет сделано, папа! – она отдала честь всеми четырьмя руками.

– Айсштиль, – я посмотрел на нее. – Антарктида. Это твоя стихия.

Она кивнула.

– А я? – спросила Никталия, прыгая вокруг меня. – Куда я? На курорт? На Багамы? В Бермудский треугольник? Говорят, там пропадают корабли и мужья, это интересно!

– Ты, Карнакс, Пугливка – идете со мной, – сказал я. – В Небесный Чертог.

– Опять⁈ – взвыла Никталия. – Там же скучно! И пыльно! И тот конструкт меня чуть не расплющил в прошлый раз!

– Зато там есть озеро, в котором ты так любишь купаться голышом, – напомнил я. – И там будет решаться судьба мира.

– Ну… если с озером, то ладно, – смягчилась она. – Но чур я беру надувной матрас! И коктейли!

Я посмотрел на них всех. Моя команда. Моя семья.

– Выдвигаемся на рассвете, – сказал я. – Пора уже спасти этот мир.

– Или разнести его к чертям! – закивала Никталия.

Я посмотрел на карту, где багровые пятна Бездны пульсировали, как открытые раны.

– И есть дочь, которую нужно вернуть, – тихо добавил я про себя.

– Перчинка… – словно услышав мои мысли, прошептала Сахаринка.

– Мы все исправим, – твердо сказал я. – Обещаю.

Завтра начнется самая большая авантюра в моей жизни. Но сегодня… сегодня я, пожалуй, все-таки съем нормальный ужин. Без магических пирожков и политики.

Выход прод пока будет несколько нестабилен. Сейчас активно готовлю к выходу новый цикл, он в приоритете. Так что пока главы будут выходить примерно раз в неделю. Потом выкладка вернется к более частому режиму.

Глава 2
Осколки Ночи и пирожки в дорогу

Я стоял перед большим ростовым зеркалом в своем кабинете. Но видел в нем не свое отражение, а интерьер, который больше напоминал холостяцкую берлогу скучающего божества. Темный бархат, разбросанные звездные карты и летающие в невесомости подушки.

В центре этого великолепия, паря в позе лотоса в метре над полом, завис Ноктус. Бог Ночи был облачен в шелковый халат с вышивкой в виде падающих комет и выглядел воплощением вселенской скорби. Перед его носом в воздухе вращался кубик Рубика.

Ноктус не касался его руками. Он пытался собрать головоломку силой мысли. И, судя по страдальческому выражению его лица, мысль проигрывала пластику с разгромным счетом.

– Да повернись ты, грань проклятая! – прошипел Ноктус.

Кубик скрипнул, дернулся, взлетел под самый потолок и… остался в прежнем, хаотично-разноцветном состоянии.

– Привет, Ноктус, – позвал я, постучав пальцем по стеклу с моей стороны.

Бог Ночи вздрогнул. Кубик Рубика, потеряв ментальную поддержку, с глухим стуком упал ему на голову.

– Ауч! – Ноктус потер макушку и недовольно уставился на меня. – Эстро? Ты время видел? У меня по расписанию час меланхолии. Пытаюсь понять логику смертных игрушек. Этот кубик… я уверен, это артефакт пыток из девятого круга Мира Мертвых. Я уже три столетия (субъективного времени) пытаюсь собрать хотя бы одну сторону!

– Отвлекись, – сказал я. – У меня есть задача поинтереснее.

– Если это опять спасение мира, то я в домике, – Ноктус скрестил руки на груди и демонстративно отвернулся. – Я на пенсии. Я в отпуске. Я в творческом кризисе. Выбирай любой вариант.

– Мне нужно, чтобы ты отправился в Лондон, – перешел я сразу к делу.

Ноктус поперхнулся воздухом и развернулся ко мне так резко, что чуть не свалился со своей невидимой жердочки.

– Лондон⁈ – его лицо исказила гримаса, будто он только что откусил лимон, фаршированный хинином. – Эстро, ты новости вообще смотришь? Или ты слишком занят своими гаремами и героическими позами? Там сейчас не Лондон, а филиал Бездны с пятичасовым чаем! Там правит Королева-Паук! Там туман такой, что в нем можно топор вешать. И топор этот тут же сожрут!

– Вот именно, – кивнул я. – Идеальное место для Бога Ночи.

– Нет! – отрезал он. – Категорически нет. Я Бог Ночи, а не Бог-Ассенизатор, чтобы разгребать такие авгиевы конюшни. У меня аллергия на сырость, щупальца и плохую британскую кухню.

– Ноктус, послушай…

– И не уговаривай! – он замахал руками. – Я слышал, что там творится. Эта старушка в шляпке превратила весь город в один сплошной кошмар. Я туда ни ногой. Лучше я еще тысячу лет буду собирать этот проклятый кубик!

Я вздохнул. Ожидаемо. Ноктус после своего освобождения и потери большей части сил стал… осторожным. Если не сказать трусоватым. Ему было комфортно в его маленьком мирке, и лезть на рожон он не хотел.

– Даже если я скажу, что в Букингемском дворце остался лучший в мире запас виски? – предпринял я слабую попытку.

– Даже если ты скажешь, что там открыли бесплатный спа-салон для богов с массажем в четыре руки! Нет. Я слишком стар, слишком слаб и слишком красив, чтобы меня сожрала мутировавшая корги. Даже если эта корги королевская.

– Жаль, – я покачал головой, делая вид, что смирился. – Очень жаль. Видимо, придется отдать это Айсштиль. Она давно жаловалась, что ей не хватает льда для особых коктейлей. Или, может, Никталии? Она любит блестяшки.

Я щелкнул пальцами.

Дверь моего кабинета с натужным скрипом отворилась. В комнату ввалились две крупные мирмеции-солдата. Они пыхтели и волокли за собой массивный, окованный темным металлом сундук. Сундук был явно неподъемным.

– Уф-ф-ф… – просипела одна из мирмеций, вытирая лоб верхней хитиновой рукой. – Папа, что ты туда положил? Парочку слонов?

– Почти, – улыбнулся я. – Спасибо, девочки. Можете идти.

Мирмеции с облегчением бросили сундук (пол вздрогнул) и поспешили ретироваться.

Я подошел к сундуку и взялся за крышку.

– Что это? – подозрительно спросил Ноктус из зазеркалья, вытягивая шею. – Твое грязное белье? Коллекция кирпичей?

– Лучше, – я откинул крышку.

Темно-синее, глубокое, как сама вечность, сияние вырвалось наружу, заполнив комнату. Тени в углах моего кабинета заплясали, потянувшись к источнику света, словно живые существа, встречающие хозяина. Температура упала, но это был не колючий холод Айсштиль, а прохлада ночного ветра.

Ноктус замер. Его глаза расширились так, что стали похожи на два блюдца. Кубик Рубика, забытый, с треском лопнул, не выдержав напряжения ауры.

– Это… – его голос дрогнул, став хриплым. – Это то, о чем я думаю? Или ты просто покрасил лампочки в синий цвет?

Я достал из сундука один из крупных кристаллов. Он пульсировал в моей руке, тяжелый, холодный и невероятно мощный.

– Осколки твоей души, старый друг, – просто сказал я. – Мои девочки-мирмеции – те еще хозяйственные сороки. Пока мы сражались в Разломах, пока зачищали зараженные зоны, они тащили в наше измерение всё, что плохо лежит. И среди мусора, обломков и трофеев они находили это.

Я подбросил кристалл на ладони.

– Видимо, Громовержец и Лилия не были слишком аккуратны, когда рвали вас на части. Они разбросали осколки по разным измерениям. И теперь… мы собрали их. Почти все.

Ноктус медленно, словно во сне, подлетел к самой поверхности зеркала. Он прижался к стеклу ладонями с той стороны. В его взгляде читался такой голод, такая тоска по утраченному, что мне стало не по себе.

– Ты… отдаешь их мне? – прошептал он. – Просто так? Без клятв на крови? Без рабского контракта? Без условия, что я должен буду мыть посуду вечность?

– Ты поможешь мне спасти мир, – серьезно ответил я. – Считай это авансом. И… скажем прямо, Ноктус. Мне в Лондоне нужен не уставший старик в халате с депрессией. Мне нужен Бог Ночи. Тот самый, от чьего имени шарахаются демоны, а тени встают по стойке смирно.

Я протянул кристалл к зеркалу. Стекло пошло рябью, становясь проницаемым.

– Бери.

Ноктус не заставил себя ждать. Его рука, дрожащая от нетерпения, прошла сквозь зеркальную поверхность и схватила кристалл. А затем он, не раздумывая, шагнул в мой кабинет целиком.

Он упал на колени перед сундуком, погружая руки в сияющую груду осколков.

– О да… – выдохнул он.

Тьма взревела.

Это было похоже на взрыв сверхновой, только наоборот. Свет в комнате был поглощен. Тени сгустились, окутывая фигуру Ноктуса плотным коконом. Я отступил на шаг, прикрывая глаза рукой.

Когда вихрь улегся, передо мной стоял уже не тот бог, что минуту назад жаловался на кубик Рубика.

Его дурацкий халат исчез, сменившись мантией, сотканной, казалось, из самого ночного неба – ткань была черной, но в ее глубине мерцали настоящие звезды. Его фигура стала выше, плечи расправились. Лицо разгладилось, исчезли морщины усталости и цинизма. А глаза… В его черных глазах больше не было скуки. Там кружились галактики. Холодный, спокойный, вечный свет далеких звезд.

Он медленно сжал и разжал кулак. Воздух вокруг его пальцев затрещал от статического электричества.

– Ох… – выдохнул он, и его голос теперь звучал как рокот органа в пустом соборе, глубокий и вибрирующий. – Это… бодрит. Я чувствую себя так, будто выпил эспрессо, сваренный из тысячелетней безлунной ночи.

Он посмотрел на меня.

– Я восстановился не полностью, Эстро. Но… Этого более чем достаточно, чтобы устроить кому-нибудь очень темную ночь.

– Готов к командировке? – спросил я, доставая из кармана одну из двенадцати сфер Черного Солнца. Она была уменьшена для транспортировки и помещалась в ладони.

Ноктус усмехнулся. И в этой улыбке было столько хищного предвкушения, столько древней силы, что мне на секунду стало жаль монстров в Лондоне.

– Лондон, говоришь? – он взял сферу, подбросил ее в руке, как яблоко. – Туман, мрак, безысходность и королева-монстр? Знаешь, Эстро… Я передумал.

– Передумал?

– Я думаю, мне там понравится, – его глаза хищно сверкнули. – Это же моя стихия. Я покажу этим выскочкам из Бездны, что такое настоящая Тьма. И кто в ней хозяин.

Он подошел к зеркалу, которое теперь отражало его обновленный, величественный облик, и поправил воротник мантии.

– Я установлю твою игрушку, Эстро. И буду охранять ее так, что ни одна тварь не подползет. Но у меня есть условие.

– Какое? – я напрягся.

– Когда всё закончится… у меня будет одна просьба, – он повернулся ко мне, и его лицо стало абсолютно серьезным. – Ты организуешь мне в измерение Ночи пакет с безлимитным интернетом. И подписку на Нетфликс. Я пропустил два сезона «Очень странных дел», и это, скажу я тебе, настоящая трагедия.

Я рассмеялся.

– Ты не так много потерял… Последние сезоны отстой. Но договорились. Безлимит и премиум-аккаунт.

– И еще, – он уже начал растворяться в тени, готовясь к телепортации. – Скажи Никталии… пусть готовится морально. Я вернусь с победой. И, так и быть, привезу ей магнитик с Биг-Беном. Если он там еще стоит.

– Удачи, Бог Ночи, – сказал я.

– Удача нужна слабакам, – его голос донесся уже отовсюду и ниоткуда. – А у меня есть стиль.

Тьма схлопнулась, оставив после себя лишь легкий запах озона. И странное ощущение, что в мире стало на одну огромную проблему меньше. Или больше – это как посмотреть.

Я остался в кабинете один, глядя на пустой сундук.

– Ну что ж, – пробормотал я. – Лондон под присмотром. Осталось всего ничего… Спасти весь остальной мир.

Я вышел из кабинета, оставив за спиной эхо смеха Ноктуса. В коридоре царила суета, словно в муравейнике перед грозой. Впрочем, учитывая количество моих дочерей-мирмеций, это сравнение было пугающе буквальным.

Первым делом я направился во двор, где шла погрузка. Дребезг уже был починен (Сахаринка и Медовика творили чудеса с металлом и хитином) и теперь довольно урчал, переминаясь с лапы на лапу. Рядом стояли несколько грузовых монстромобилей поменьше.

У одной из машин спорили Настя и Эмми.

– Я тебе говорю, мы не можем взять с собой фен! – Настя пыталась вырвать из рук подруги объемистую сумку. – Мы летим в Йеллоустоун! Это вулкан! Там и так жарко!

– Это для укладки, а не для тепла! – упиралась Эмми. – Если я буду спасать Америку, я хочу выглядеть как супергероиня, а не как мокрая курица после сушки в микроволновке! Ой, Костя! – заметив меня, она тут же переключила внимание. – Скажи ей, что имидж – это часть психологической войны!

Я подошел к ним, оглядывая их экипировку. Настя была в строгом тактическом костюме, усиленном рунами, Эмми же умудрилась добавить к броне какие-то огненные шарфики и стильные розовые очки. В форме сердечек.

– Эмми права, – кивнул я с серьезным видом. – Если местные медведи увидят плохую прическу, они могут умереть от смеха. А нам нужны живые свидетели нашего триумфа.

Настя закатила глаза, но сумку отпустила.

– Вы неисправимы. Оба.

Я подошел ближе и положил руки им на плечи. Улыбка сползла с моего лица.

– Слушайте внимательно. Америка сейчас чисто пороховая бочка. Йеллоустоун фонит энергией Бездны так, что у местных индейских шаманов бубны лопаются. Вы должны установить сферу, активировать защиту и не лезть на рожон. Если станет слишком горячо – и я не про лаву – отступайте. Героизм хорош в меру.

– Мы справимся, Костя, – Настя коснулась своей руки, где под рукавом скрывалась свежая Метка Бездны. – Я чувствую силу. Она… слушается.

– А я просто сожгу все, что будет мешать, – Эмми щелкнула пальцами, высекая искру. – Не переживай. Мы вернемся. Нам еще нужно обсудить, кто будет подружкой невесты на твоей свадьбе со Светой.

Я хмыкнул. Оптимизм Эмми был непробиваем, как броня танка.

– Удачи, девочки.

Дальше по курсу была Сахаринка. Она стояла перед строем из двадцати мирмеций-солдат, отдавая приказы жестикуляцией антенн. Увидев меня, она тут же перешла на человеческий.

– Отряд «Восток» готов к погрузке, папа! – отрапортовала она. – Сфера для Китая упакована в контейнеры с тройной защитой. Мы взяли с собой запас сахара, теплой одежды и разговорники.

– Разговорники? – удивился я.

– Ну да. Надо же как-то объяснить местным, что мы пришли их спасать, а не захватывать. Фраза «Мы пришли с миром, отдайте нам вашу китайскую стену на пять минут» уже выучена.

Я с гордостью посмотрел на старшую дочь. Она выросла. Из забавной муравьедевочки, которая пугалась собственной тени, она превратилась в настоящего лидера.

– Сахарок, – я понизил голос. – Азия сейчас – это мясорубка. Там очень много древних духов, которых Бездна свела с ума. Будь осторожна. Не рискуй сестрами понапрасну.

Она серьезно кивнула, и ее антенны замерли.

– Я знаю, папа. Мы не будем лезть на рожон и сделаем все чисто. И… – она замялась. – Если ты найдешь Перчинку… не будь с ней слишком суров. Пожалуйста.

– Посмотрим, – уклончиво ответил я.

– Она просто запуталась. У нее… сложные алгоритмы в голове.

Я погладил Сахаринку по хитиновой голове.

– Я верну ее. Обещаю.

В стороне, у ледяной платформы, стояла Айсштиль. Она не суетилась, не проверяла снаряжение. Она просто смотрела на небо, и снежинки, падающие вокруг нее, замирали в воздухе, словно боясь коснуться богини.

– Антарктида, – произнес я, подходя к ней.

– Самое чистое место на земле, – она повернулась ко мне. Ее глаза, теперь полные не только холода, но и мудрости, смотрели прямо в душу. – И самое одинокое. Идеально для меня.

– Ты не одна, Айси. Больше нет.

Она чуть улыбнулась. Той самой новой, теплой улыбкой.

– Я знаю. Я чувствую связь. Со всеми вами. Даже с этой несносной Никталией. Кстати, – она протянула мне небольшой, идеально гладкий ледяной кристалл на серебряной цепочке. – Возьми.

– Что это?

– Если станет совсем жарко… в любом смысле этого слова. Раздави его. Я приду. Даже из Антарктиды. Даже из другого мира.

Я сжал холодный амулет в руке.

– Надеюсь, не придется. Но спасибо.

Она приблизилась и на мгновение прижалась щекой к моей щеке.

– Береги себя, Эстро. Ты нужен этому миру. И… мне.

Прежде чем я успел ответить, она шагнула на платформу. Вихрь снега окутал ее, и через секунду она исчезла, оставив после себя лишь запах морозной свежести.

– Ну вот, все разлетелись, как птенцы из гнезда, – раздался голос за спиной.

Я обернулся. На крыльце стояла Кристина Валерьевна. В руках она держала огромный пакет, от которого пахло так, что у меня свело желудок.

– Не все, – улыбнулся я. – Главный штаб остается под надежной охраной.

– Ох, Костенька, – она вздохнула и сунула мне пакет. – Тут пирожки. С мясом, с капустой, с яблоками. И термос с чаем на травах. Вы там в своем Небесном Чертоге наверняка голодать будете. Боги богами, а кушать надо.

– Вы лучшая, – я искренне обнял ее. – Присмотрите тут за всем?

– Конечно. Безумная Лилия никого не пустит, а я прослежу, чтобы она не сгрызла мебель. А Мелинта не даст нам поругаться.

Кстати о Лилии.

Я нашел ее в гостиной. Беременная волкодевочка сидела на ковре и сосредоточенно грызла ножку антикварного стула. Увидев меня, она виновато выплюнула щепку и попыталась прикрыть следы преступления хвостом.

– Лилия, – я присел перед ней на корточки.

– Эстро… уходит? – спросила она, и ее уши поникли. – Опять?

– Надо, пушистая. Надо закончить то, что начали. Но ты остаешься за главную. Ты – хранительница Очага. Ты и наши… – я кивнул на ее живот, – … будущие волкодети.

Она тут же расправила плечи, гордо выпятив живот.

– Лилия охранять! Лилия никого не пускать! Лилия кусать плохих!

– Вот это правильный настрой. Если кто-то чужой придет, то сначала рычи, потом зови Кристину Валерьевну. А если совсем плохо будет, прячься в подвал к Мелинте, там безопасно. Поняла?

– Поняла! – она лизнула меня в нос шершавым языком. – Возвращайся, Эстро. Лилия ждать.

Я вышел в холл, где меня уже ждала моя ударная группа.

Карнакс сидел на ящике с боеприпасами и точил меч. Искры летели во все стороны.

Пугливка нервно перебирала пальцами край своей куртки. Она была одета в походный костюм, который ей подобрала Настя, и выглядела как подросток, сбежавший в лес.

А Никталия…

О, Никталия была великолепна. На ней был обтягивающий латексный костюм темно-фиолетового цвета, высокие сапоги на шпильках и плащ, который, казалось, был сшит из теней. На поясе у нее висели два пистолета (откуда и зачем⁈), а на глазах красовались солнцезащитные очки. В помещении.

– Ты собралась на войну или на рейв-вечеринку в Берлине? – поинтересовался я.

– Одно другому не мешает! – заявила она, поправляя очки. – Я решила, что раз уж мы опять идем в гости в Небесный Чертог, то нужно выглядеть стильно. Умирать, так с музыкой! Кстати, я скачала плейлист «Эпическая битва с богами». Там есть AC/DC и Леди Гага.

– Громовержец будет вертеться в гробу как пропеллер… или где он там сейчас, – вздохнул я. – Карнакс, ты как?

– Функционален, – буркнул бог войны, убирая меч в ножны. – Готов к деструктивной деятельности во имя Родины.

– Пугливка?

Та вздрогнула и подняла на меня огромные глаза. В которых плескалась осторожность пополам с решимостью.

– Я… я боюсь, Эстро. Но я пойду. Я хочу понять.

– Что понять?

– Почему… почему та другая Лилия стала такой. И можно ли ее… спасти.

Я кивнул. Это была достойная цель.

– Хорошо. Тогда не будем тянуть.

Я достал из кармана флакон с водой из Озера Вечной Молодости. Она все еще слабо светилась. Это был наш ключ. Наш пропуск.

– Все взяли за руки, – скомандовал я.

Никталия схватила меня за локоть, Пугливка робко взяла другую руку. Карнакс просто положил свою тяжелую ладонь мне на плечо.

Я сосредоточился. Вспомнил ощущение того измерения. Запах озона, золотой свет, вкус амброзии… и горечь предательства.

– Небесный Чертог, – произнес я. – Мы возвращаемся.

Я выплеснул каплю воды на пол.

Реальность дрогнула. Пространство разорвалось, но не черным провалом Бездны и не серым туманом Мира Мертвых.

Перед нами открылся проход, сияющий слепящим золотым светом. Оттуда пахнуло величием, древностью и… запустением.

– Ну, – сказала Никталия, сдвигая очки на нос. – Погнали наводить шороху в раю!

И мы шагнули в свет.

С НАСТУПАЮЩИМ НОВЫМ ГОДОМ!