Текст книги "Оставьте Поттера в покое (СИ)"

Автор книги: Akku

сообщить о нарушении

Текущая страница: 25 (всего у книги 28 страниц)

Глава 43

Макгонагалл после моей выходки в Хогсмиде ходила злющая и даже пыталась выпытать у нас признание, но никто не сломался. Все пятеро отнекивались участием в очередном тестировании. Кэти, Эду и Литы были выданы ценные указания, что говорить, а мы с Тори ссылались на тайну исследования. Мол это уже не игра двух школьников, а работа для Ордена Феникса и Баскервиля.

Упоминание сверхсекретной организации, про которую нам знать было не по чину, добили профессора и она пошла искать виновников в других местах, и в итоге даже нашла. Какой-то четверокурсник когтевранец пошел погулять ночью, вроде как на свидание с девушкой из Пуффендуя. Вот только девушка не пришла, а потом все отрицала, мол ничего она не знает и никуда не собиралась.

Записка юного ловеласа тоже приказала долго жить, ибо наш герой решил оставить на ней чары уничтожения после прочтения, подстраховаться, так сказать. В итоге страховка отправила его отдыхать в Лондон в одну из школ для выгнанных из Хогвартса.

Однако, узнав об этом, благородный Эд отправил посылку с сотней галеонов в качестве извинений. И что вы думаете, этот гений, который выгнанный, а не богатый, решил использовать письмо с кратким анонимным извинением и мешочек золота как оправдание и пришел к директору.

Дамблдор же, на пальцах объяснил мальцу, что если для кого-то наотмашь отдал ему сотню, просто чтобы совесть не мучала, то идти против такого человека не стоит. Доучись пару лет в менее престижной школе, а потом купи себе дом или открой бизнес, сотни как раз хватит на пару лет безбедного существования.

Так и закончилась история с вылазкой, однако, только началась история с моими дорогими аристократами. После использования заклинаний в такой напряженной ситуации, меня зауважали и потребовали научить.

А я что, а мне только это и надо. Я, хоть и для удобства начертил чары на карточки, но вообще то их отлично знаю и пользоваться умею. Вот и научил, медленно, с расстановкой, растягивая удовольствие. При этом держась совершенно расслабленно, но не пренебрежительно. Вообще, я свой паттерн поведения на подобных “занятиях”, списал с Дамблдора.

Дед вызывает уважение, ни разу мне не казалось, что он меня как-либо принижает, но при этом вызывал уважение и одного взгляда хватило, чтобы заметить между нами пропасть. В итоге я по сути на него работаю, хоть и вынашиваю долгоиграющие личные планы.

Учеба текла своим чередом, начались тренировки по квиддичу, скучные, рутинные будни. В Баскервиле работали над нашими чарами, у них там, оказывается, есть целый отдел разработки магических артефактов и заклинаний. Нас же, поблагодарили за вклад, внесли в белый список отдела тайн, и в целом забыли.

Грустно, печально, но еще удалось добиться доставки готового заклинания прямо в руки первой же совой. Все таки авторы должны пользоваться своими же чарами, доведенными до ума, но все же своими.

Мы же с Асторией решили продолжить играться с карточками, записывая на них самые разнообразные проклятия и заклинания. Не все были эффективными, да что там сказать, не все вообще работали.

К примеру, простейший ступефай или экспеллиармус просто отказывались направляться куда-либо, кроме как внутрь бумаги. Так что сколько бы мы не бились, на выходе получали стабильную горсть пепла.

А вот со всякими пиротехническими чарами было куда интереснее. Верхом наших изысканий была дистанционная мина, основанная на бомбарде. Активируется через вторую карточку и взрывается. Силу, что интересно, можно регулировать так же через “пульт”.

С первого декабря появились некоторые послабления в правилах. Теперь с девяти утра до семи вечера можно было свободно передвигаться по школе. Однако еда и занятия все ещ=е были в гостиной и старых классах.

Наши вылазки к Хагриду возобновились и теперь великан даже не ругался, что мы его втягиваем в криминал. Правда часто мы засиживались до позднего вечера, слушая истории повидавшего жизнь лесника. Особенно интересными были истории из экспедиций в древние цивилизации Южной Америки, где он, кстати, и познакомился с Дамблдором.

В школе они с ним разминулись и виделись лишь пару раз в коридорах, Дамблдор пришел преподавать, когда Хагрид заканчивал седьмой курс. Вот вам и добродушный лесник, профессиональный разрушитель проклятий, закончил с отличием школу, объездил весь мир и теперь отдыхает на пенсии, присматривая за лесом и зверушками.

День за днем, близилось Рождество. В этот раз мне намекнули, что в замке мне на каникулах рады не будут. Как и вообще всем ученикам, так что делайте что хотите, но выметайтесь вон.

Решение пришло откуда я его ожидал, но сделал вид, что удивлен. Меня пригласили в дом к Блэкам. Конечно, я сразу поставил условие, что Тори будет с нами, на что получил положительный ответ.

Так что двадцать второго декабря мы все впятером взялись на веревку-портал и через пару секунд стояли в портальном зале на Гриммо двенадцать. Пятым ко мне, Тори, Эду и Лите присоединился Драко.

Сестра его, кстати, поступившая на Когтевран, улетела сначала к Лавгудам, ибо сдружилась с Луной. Надо бы приглядеться к ним получше, наверняка интересные люди.

– С возвращением, – улыбнулся Сириус, когда мы вышли в коридор. – Привет, Гарри, Астория, давно вас не видели, как поживаете?

– Лучше некуда, целые две недели никто не будет отнимать баллы, – ответил я и пожал протянутую руку.

– Ну идите, занесите вещи, комнаты у вас у всех те же, а потом придут родители и будем обедать, – махнул Сириус и куда-то унесся.

– Помочь? – спросил Эд у Астории, рассматривающей дом с чемоданом в руке. Она только хмыкнула и без палочки подняла поклажу в воздух, направив по лестнице вверх. Это я научил, не могу не похвастаться.

***

– Как учеба? – спросила Белла, садясь за ломящийся от еды стол.

– Без проблем, все сдано на превосходно, чары на отлично, – отрапортовала Лита.

– Тоже самое, только без отлично, – сказал Эд, но потом добавил, – только Макгонагалл поставила удовлетворительно.

– А у вас как? – обратилась Белла к нам с Тори.

– Чары и трансфигурация на отлично и все, – ответил я за обоих.

Взгляды взрослых с недоеданием обратились на нас, но Эд подтвердил, что мы единственные среди второго курса Гриффиндора, кто сдал год досрочно. В прошлом году все мы так или иначе получали по две высшие оценки.

В школе до сих пор действует система из шести оценок от тролля до превосходно, а на промежуточном экзамене добавляется седьмая. Если набрать два отлично по любым предметам, то остальные экзамены засчитываются автоматически.

Для тех, кто хорош в чем-то одном, это отдушина. Ибо профессора отмечают особо старательных и заинтересованных учеников и могут поставить высший бал, просто чтобы защитить их от провала. Если у тебя хотя бы одно отлично, то нужно целых три несданных предмета, чтобы вылететь. А без него достаточно двух.

Кстати я успел припомнить Лите ее слова в начале года, о том, что я без них сразу скатился в оценках.

Обед продолжался, из нас пытались выпытать что-то про заклинание, но мы оборонялись как могли, ссылаясь на договор с Баскервилем. Наконец, тема сменилась на несколько разрушенных замков пожирателей и выдвижение Ореда Певерелла, уничтожающего отряд за отрядом, на пост министра магии.

Все дворянство объединилось против него, ведь он даже не лорд, более того, даже не подданный короны. Королева же выдвигает Яксли, претендующего на владение парой мелких лордств, что в теории дает ему право стать герцогом.

Дамблдор же решил пойти ва банк, и выставить на пост одного из своих друзей, а если точнее – Люциуса Малфоя. Сам Малфой этому не особо рад, но понимает, что терять влияние во время войны просто непозволительно.

Обо всем этом я и так знал, получая сов от нескольких источников. Для начала, Буллстроуды, стали под мое негласное покровительство. Когда мне в начале ноября написала старшая сестра Милисенты о том, что они на грани банкротства и их бизнес может отойти то-ли Пруэттам, то-ли тому же Яксли, я сделал первую крупную покупку и выкупил их предприятие, оставив старшего Буллстроуда исполнительным директором.

В итоге у меня источник небольшого дохода и информаторы из Косой аллеи.

Вторым источником стал, как ни странно, младший брат Антонина Долохова. Тут, пожалуй, сработало мое знание русского языка. Парень попался мне на глаза в Баскервиле, где он занимался моими чарами. Разговорившись, я предложил ему место главного по моей работе, да, у меня была такая преференция, правда потом ее отобрали, но Долохов-младший все равно сильно взлетел в чине. Как ответная услуга, я стал получать некоторые данные о передвижениях в министерстве.

Так что к разговору старших, я мог бы добавить, что Дамблдор был очень недоволен действиями Амелии Боунс, которую готовил на пост министра и даже устроил ей разнос пару недель назад, а также еще больш енедоволен Сириусом Блэком, открыто поддержавшим Певерелла.

Хотя тут я вижу двойное дно. Дамблдор не тот человек, который захочет рисковать такой фигурой как Малфой, а потерять его после назначения, по той или иной причине, вполне вероятно. Скорее всего, именно Оред был выдвинут как реальная кандидатура, а Люциус лишь прикрытие.

Еще один человек, чья карьера уже подходит к закату, ведь он стал совершенно неудобным, был замечен на большом воровстве. Фадж присваивает некоторые активы министерства, но мне эта информация вообще не к месту. Воспользоваться я ей никак не могу, а раскрывать источник очень не хочется. В общем я накатал “анонимку” директору, пусть делает что хочет, а взамен попросил слезы феникса, на всякий случай.

Пузырек теперь всегда со мной в скрытой сумочке с картами и парой зелий первой необходимости. Если что – пригодится.

Ближе к вечеру в дом ворвались сразу двое Гринграссов, с целью забрать Асторию, заигравшуюся в независиость домой. Но Тори тоже не лыком шита и просто послала предков совершенно не по аристократическому. Ошалевших от услышанного от дочки, их увели на разговор старшие Блэки. А мы в это время кинули в камин по горсти пороха и переместились в Косую аллею, где и гуляли до ночи, наслаждаясь новогодней атмосферой магического мира.

***

Темный лорд был просто в ярости. Последнее нападение Певерелла, а это был точно он, сильно откинуло исследования в области меж мировых перемещений. Его личный научно-исследовательский институт сейчас лежал в руинах. Сотни обугленных трупов и все это за пару минут от срабатывания оповещения.

На деле Оред Певерелл не был так всесилен. Все дело в трех артефактах, так называемых дарах смерти, которые дают ему невероятную силу. Бузинная палочка, поглощающая магию в радиусе пары десятков километров, Воскрешающий камень, преобразующий энергию смерти в жизненные силы для носителя и Мантия-невидимка, которая помимо самой невидимости, отражала вообще всю магию, даже самую темную или светлую.

А Волдеморт пробовал многое. За эти два месяца он научился бороться с огромной мощью, выливаемой на него Оредом, однако, так и не смог по настоящему навредить противнику.

Получив пару долгоиграющих подарков в первую встречу, Оред стал аккуратнее и больше не попадался на такие трюки.

Из темной магии на него работали только некоторые демонические проклятия, вот только сам Волдеморт не до конца понимал их принцип работы, так что опасался углубляться в эту тему, чтоб самому остаться целым. Высшие светлые заклинания, которыми темный лорд, вопреки всеобщему мнению, прекрасно владел, тоже не срабатывали.

Слияние душ привело к остановке сердец у обоих, но оба оказались сильнее смерти и даже не заметили проблемы. Трюк со вторым пришествием тоже не сработал, Певерелл прочитал задумку как открытую книгу и сразу отличил настоящего Волдеморта от призванной высшей иллюзии, изгнав ту взмахом палочки.

Гораздо больше вопросов возникало, когда Волдеморт приказал всем своим слугам начать копать под этот древнейший род. Вся информация о них обрывалась в третьем веке до нашей эры в Скандинавии. Больше информации о них не было, вот только совпадение ли ярость Певерелла, когда он обнаружил базу пожирателей около ветви Иггдрасиля и появление одного из самых могущественных родов через полвека после предполагаемой даты войны асов и йотунов.

Все это не давало покоя Волдеморту. Огромная военная и научная машина, собранная им за пятьдесят лет кропотливой работы, пережившая сокрушительное поражение в Роттердаме, поражение под Хогвартсом и даже смерть предводителя, медленно шла ко дну.

– Том, – позвал его старый друг Артур. Единственный из пожирателей, кто смог пережить встречу с этим монстром. То-то же, будут знать, как нападать на гостей других миров.

– Что тебе, не видишь, я думаю.

– Долго думаешь, пока что придумаешь, он сравняет нас с землей. Надо скорее убираться отсюда.

– Куда? Он придет в любой замок, за любую дверь, Яксли проиграет ему в гонке за пост, и тогда последняя возможность уйдет, – усмехнулся Темный лорд. Он не боялся сразиться с врагом, но постоянно напряжение из-за ожидания нападения сводило с ума и выматывало.

– Я не об этом. Я про эту планету, – ответил Артур, стоя рядом с боссом и смотря за группой расчистки, разбирающей завалы.

– Корабля нет, Биврёста нет и я туда даже не сунусь, даже чертового института больше нет, – со злобой ответил Волдеморт. – Как и куда ты собрался уйти?

Артур замолчал. Том был прав, они заперты. Даже если они смогут пробраться в министерство и найти Икар, то им все равно не поднять его в воздух. Корабль еле донес их до этой планеты, получив при этом фатальные повреждения системы управления и навигации.

– Если забрать его мозги, мы ведь можем где-то спрятаться, малыми силами построить новый, не для перехода между мирами, а чтобы свалить подальше и там спокойно работать, – рассуждал Уизли.

– Забиться в дальний уголок космоса и помереть от старости? Сколько мы проживем? Сто лет, двести, ставлю тысячу нова-кристаллов, что мы не доживем и до полутысячи.

– А что мы тогда ловим тут?

– Я не знаю, – выкрикнул темный лорд. – Не знаю я. Это все какой-то бред. У нас нет способа вернуться, понимаешь, нет его. Икар разрушен, если бы могли его починить, мы бы не занимались этим идиотизмом с жертвами и остальными псевдо волшебными штучками. Магия не может оживить ни ускорители, ни мировые врата, даже миллионы мертвых маглов и тысячи волшебников не сработали! Тут нет кайбер-кристаллов, их даже нельзя синтезировать!

– Тогда зачем все это? – спокойно спросил Артур.

– А что ты предлагаешь? Просто сидеть и ждать, пока не подохнешь в этом отсталом средневековье? – со злобой выплюнул Темный лорд и аппарировал.

Артур окинул взглядом рабочих, прервавшихся и наблюдавших за ссорой двух начальников. Вздохнув, Артур исчез вслед за другом в воронке перемещения.

***

– Доброй вечер, Альбус! – поприветствовала старого знакомого в одной из закрытых для посетителей, даже самых высокопоставленных, королева Елизавета вторая.

– Здравствуй, Лиззи, как здоровье? – улыбнулся Дамблдор.

– Не жалуюсь, но что мне, вот доживу до твоих лет… – усмехнулась она и продолжила расчесывать спящего на коленях корги.

– Это Фокси? – спросил Дамблдор, наблюдая за собакой.

– Нет, Браш, – собака вопросительно повернула голову на хозяйку, услышав кличку. – Чего ты хочешь, Альбус?

– Не мог я просто прийти в гости к старой знакомой?

– Мог, но тогда бы не просил аудиенции в приватной комнате.

– Ты права. Я хотел поговорить про Певерелла, – сказал Дамблдор.

– Я так и не поняла, он твой ручной хаос или ты вдруг решил отойти от дел? – усмехнулась королева.

– Он справляется лучше нас всех вместе взятых. Армия, Ми-шесть, аврорат, никто не был так эффективен.

– Ну и пусть вырезает пожирателей, зачем ему министерское кресло? – королева прервалась и опустила собаку на пол. Посмотрев на часы, показывающие без пяти пять, взмахом палочки призвала чайный сервиз и поставила чайник на прилетевшую следом волшебную горелку. – Если он так хорошо зачищает террористов, то не лучше ли будет оградить его от бюрократической рутины?

– Это не моя идея. Он сам решил выдвинуться, я лишь считаю, что это пойдет нам всем на пользу.

– И с чего ты так решил?

– Не ты ли поставила двенадцать лет назад Тэтчер? Страна была на грани фола, и ты нашла человека, способного все исправить, – Дамблдор принял одну из чашек индийского чая и выжидающе посмотрел на королеву.

– Одно дело восстанавливать страну после войны, которая почти не затронула маглов, а другое – сажать в кресло человека, о котором ни я, ни ты ничего не знаем. Кто он такой, где он пропадал и сколько ему вообще лет? Я не имею ничего против Ореда, но я не потерплю в кресле министра Певерелла.

Несколько минут они просто пили чай, размышляя о своем, пока наконец королева не прервала молчание:

– Честно, я боюсь того, что он может сделать. Столетиями стояла пирамида власти, министры управляют странами, а корона наблюдает и направляет. Фадж подходил, как подойдет и Яксли. Они оба больше заботятся о достижении собственных целей. А чего хочет человек из совершенно закрытого, неподконтрольного никому рода, я даже не представляю. Он обладает просто чудовищной силой, и непредсказуемым характером, мы боремся прости психопата-убийцы, и ты предлагаешь посадить в кресло такого же, только потому, что он пока еще убивает наших врагов?

– А если он захочет забрать власть силой? Не я его выдвинул, я лишь допускаю возможность. Ты права, он непредсказуем, что будет, если ему отказать? Нам не выдержать, если мы будем сражаться сразу с двумя сильными врагами, пусть они и ненавидят друг друга.

– Хочешь поставить все или ничего?

– Не хочу, но не вижу другого выхода. Больше нет.

Елизавета вздохнула и продолжила гладить собаку, примостившуюся у ее ног. За окном начал падать крупными хлопьями снег и зажигаться вечерние фонарики. Озеро Сент-Джеймс парка чернело, окруженное огнями Лондона.

– Есть продвижение по поиску Биврёста? – спросила королева.

– Нет, никаких.

– Ясно. – обычный разговор не клеился. – Ты хочешь что-то добавить?

Дамблдор мелко кашлянул, но кивнул.

– Я тоже не хочу его возвышать. Мне не дает покоя одна его фраза. Пару месяцев назад он приходил и сказал… Это больше не проблема людей.

– Вот как? – подняла брови королева. – Тут есть какой-то контекст или мы чего-то не знаем? Или это намек на сумасшествие?

– В тот день он попросил у меня, вернее, почти приказал отдать все материалы на темного лорда. И выглядел он… очень паршиво, мягко говоря. Такое ощущение, что его только что пытали, причем несколько дней подряд, поверь, я много подобных картин видел. Вот только не вяжется вся его тогдашняя истерика с реальной силой.

– Больше не проблема людей… – как будто смаковала фразу королева. – Певереллы… Что-то тут точно не досказано.

– Сомневаешься, что он безумец?

– Пока я сомневаюсь, я могу предполагать худшие исходы и предупреждать их.

– Что же, похоже, пищу для размышлений я тебе подбросил, – сказал наконец Дамблдор. – Рад бы остаться на подольше, но через два дня выборы в Дании, я не могу отлучаться надолго.

– Маргрет уже жалуется, ты подрываешь ее авторитет, – усмехнулась Елизавета.

– Вместо жалоб, могла бы уступить трон Фредерику, он великолепный дуэлянт и очень сильный волшебник. Наш мир, к сожалению, уважает только силу, – вздохнул Дамблдор, вызывая ухмылку королевы.

Союз двух сильнейших магов страны привел к двум десяткам лет мира и спокойствия, даже мировая война почти не затронула Британских магов, оставшись на уровне терок между Альбусом и Геллертом. А потом пришел Волдеморт. И никто не может ничего ему противопоставить, паритет сил, черт его побери, только страдают сотни, если не тысячи семей.

Глава 44

– Быстрее! – приказал Дамблдор, посылая в меня очередную молнию.

После каникул наши тренировки возобновились. Как я понял, директор временно отошел на второй план и уступил главенство в борьбе с Волдемортом главному претенденту на пост следующего министра магии Ореду Певереллу. Так что появилось время гонять меня и в хвост и в гриву.

Рад я этому? Ну, вообще скорее да, чем нет. Дел у меня было мало, только проводить время с Тори, придумывать способы как подставить всю нашу компанию в смоделированную постановку, ака побег из Сладкого королевства, да и иногда сидеть копаться в чужих чарах. Если смотреть на мое развитие как магического ученого, то это было полезно.

Но вот в преддверии возможных столкновений с самыми различными маргинальными личностями или даже с их предводителями, представленными сразу тремя не союзными мне организациями, Певереллом, Волдемортом и, как ни странно, королевой, я бы хотел больше времени посвящать развитию себя как боевого мага.

Так что вызвавший меня в тренировочный зал Дамблдор, пришел очень кстати.

Теперь он перестал использовать тупых деревяшек, и начал самостоятельно калечить мою тушку. В начале, использовались простые детские проклятия, вроде жалящего, ватноногого и подобных, многократно усиленных директором. Но, когда в какой-то момент я не успевал ничего поделать с летящей связкой и активировал недоработанную версию щита, просто перенаправив их себе за спину, Дамблдор перешел на стихийный тип чар.

Теперь, меня многократно поджаривали молниями, не смертельно, конечно, обжигали племенем, не оставляя при этом шрамов или заливали водой.

По началу, я вообще не понимал как с этим бороться. Мои щиты, освоенные еще в прошлом году, просто разлетались от колдовства директора. И если от молнии еще можно было уклониться или отпрыгнуть, то вот от волны огня или водяной волны точно нет.

Подобные избиения мотивировали взять книги в руки и учиться стихийной магии. Нечто на грани трансфигурации и чар, позволяло создать контрстихию и точечными ударами отражать атаки профессора.

И вот тут то началось мое полноценное обучение. Судя по всему, Дамблдор просто решил дать мне возможность самому дойти до решения, а потом помочь с его освоением. Мне были выданы более подробные и понятные пособия, на занятиях он разъяснял как контролировать ту или иную материю и подкреплял практикой.

Больше мое бедное тело не превращали в дымящуюся котлету, а практика была направлена на скорость, точность и мастерство использования новый заклинаний.

И вот уже спустя два месяца я могу держаться против директора в течении пары минут и даже контратаковать его. Долгими вечерами в тренировочном зале я выработал свою технику боя, комбинируя быстрое перемещение по полю боя, щиты под острым углом, призванные вместить удары с курса, но не остановить их до конца, а также связки из быстрых заклинаний.

Сам я пока не настолько владею стихийной магией, чтобы она нанесла какой-либо вред оппоненту, так что использую вспышки пламени, небольшие водные шары, порывы ветра и остальное только для защиты.

Как и с обычным колдовством, если нарушить целостность летящих в тебя чар, то они достаточно быстро развеется. По этому я стараюсь создавать свои заклинания либо прямо внутри потока магии директора, либо так, чтобы один поток пересекся с другим.

Огромный плюс тут возымело мое магическое зрение, активируемое мной в самом начале тренировки и работающее до самого ее конца. Видеть магию – просто невероятный плюс.

Что происходит со мной прямо сейчас? Перед февральскими праздниками, вернее, длинными выходными с двенадцатого по пятнадцатое февраля, Дамблдор решил устроить мне экзамен.

Теперь не только я комбинировал несколько разделов магии, пытаясь достать противника, но и сам он отправлял в меня и стихию, и чары. Как итог, я, с работающим щитом, который приходилось постоянно поддерживать концентрацией на потоке магии в карточку, иначе меня просто закидает лучами, прыгаю по залу, отражая сотни языков пламени и ударов электричеством.

Уже две минуты из пяти, которые мне нужно продержаться для сдачи, прошли. Но Дамблдор только начал разгоняться.

– Твою маааать! – заорал я, когда меня накрыло волной пламени. На это попытка проваливалась. Я не пострадал, даже одежда не подгорела, но вот боль была самой настоящей.

– Ты слишком много думаешь, – сказал директор. – Доверься магии, она подскажет что делать.

– Как-то не получается, – проворчал я.

– Дело практики, – пожал плечами он.

– Вто только сейчас у меня не получается конкретно выжить.

– Да ладно тебе, две минуты сорок секунд, это твой рекорд. Еще раз пять и дойдешь до минут четырех.

Он точно надо мной издевается.

– Еще раз пять и я двигаться не смогу.

– Сможешь, я помогу, ну давай, отдохнул? Продолжаем.

Стоило мне выпрямиться и перевести взгляд на профессора, как он тут же продолжил атаковать.

Как и обещал, через пять попыток, я продержался четыре минут, на чем меня и отпустили. Мне показалось, или Дамблдор в последней попытке дал мне фору и первые минуты полторы вообще не напрягал. Ну да ладно, хоть что-то я да умею.

– После выходных перейдем к работе с нормальной дуэльной магией. А то щит это конечно хорошо, но уметь нормально драться – залог выживания, – добавил он перед тем, как его окутало пламя феникса и он исчез.

– Я не доживу до лета, – сказал я и лег на спину как морская звезда. – Надо было еще в первый день прикинуться идиотом, тогда бы никто ничего и не требовал бя.

***

– Как прошло? – встретила меня в гостиной Тори. – Хотя, можешь не отвечать. У тебя копоть на лице.

– А? Да. Проще найти, где ее нет, – рассеянно ответил я. Хотелось просто лечь и помереть. Вот бы мне тоже феникса, чтобы переноситься откуда угодно в мягкую постель.

– Ляжешь так спать, и я тебя ночью побью, – сказала Астория, уперев руки в бока, когда я намеревался пойти отдыхать. – Живо в душ, потом прыщи выводить неделю будешь, весь грязный и потный.

– Мы же в мире магии, тут зелья есть…

– Не спорь.

– Как скажешь. – И не собирался я спорить, я вообще спорить не люблю, а тем более уставшим.

Идея принять душ оказалась просто гениальной, горячая вода смыла все фантомные боли вместе с грязью, так что вышел я оттуда хоть и все еще полумертвым, но хотя бы не таким несчастным.

– Рассказывай, что было? – спросила Гринграсс. Уже вечер и кроме пары старшеклассников в гостиной не осталось никого.

– Да все как обычно, только в режиме беги или умри, – отмахнулся я.

– Прямо так гонял?

– Ага, продержаться пять минут под постоянной атакой.

– Судя по тому, что ты здесь, а не там, у тебя получилось?

– Отпустил на четырех, – отмахнулся я. – А ты чем занималась весь вечер?

– Шила. – ответила она.

– Шила? – никогда бы не подумал, что застану Асторию за шитьем. Если только игла это не меч и шьет она не своих врагов.

– Да, удивлен? Я, вообще-то, девушка, – сказала Гринграсс и испытывающе на меня посмотрела.

– Я знаю, – не повелся я на провокацию. Стоит сейчас засмеяться и экзамен продолжится, проходили уже. – Не думал, что тебе это интересно.

– Ну, это не совсем шитье, я думала вышить руны на одежде и попробовать их запитать…

– И судя по всему, у тебя не вышло.

– Нет.

– Ясно.

Повисла пауза.

– Шахматы? – предложил я.

– Давай.

***

– Двадцать магов встанут у каминов, заблокировав выход, еще тридцать во главе с Розье пробьются к портальной комнате и отрежут подкрепление ордена и сил Конфедерации, – показывая на плане атриума министерства, рассказывал план Питер Петтигрю. – Артефакт внесут заранее и оставят под трибуной. После активации он сгорит и у вас будет окно около трех минут.

– Его не обнаружат заранее? – спросил Артур.

– Нет, Яксли держит под империусом пять человек из отдела пропаганды, еще двое мои, отдел правопорядка за сутки будет загружен работой в Англси. Там же должны быть самые сильные стиратели памяти. Пронести его внутрь будет самым сложным, но если что-то пойдет не так, код желтый – приостановка, красный – отмена операции.

– Какие потенциальные потери при неудаче на последнем этапе?

– Из портальной комнаты уйдут все принудительными порталами, от каминов можно аппарировать в безопасное место и также активировать порталы. Их защита дырявая как решето. Макнейр, Перси и Розье задержат расследование и можно даже избежать большей части репутационных потерь.

– Главное, если будет стоять выбор между мясом и руководством, выбирать людей на ключевых постах. Нам нужны осведомители в верхнем эшелоне власти. Сохранить алиби для Яксли и его жизнь любой ценой, – добавил Волдеморт.

В зале одного из немногочисленных тайных убежищ пожирателей шла активная подготовка к крупномасштабной операции по устранению нежелательного лица номер один.

Сотни магов подготавливали артефакты и порталы, в подвале кипела работа над мощнейшим оружием последнего шанса.

– Милорд, разрешите вопрос, – обратился Питер к начальнику.

– Спрашивай.

– Вы… уверены, что сможете победить? Если там будут другие маги, аврорат или кто-то еще, вы уверены, что справитесь с ним?

– Нет, но я не могу допустить его доступ к отделу тайн. Если не он, то кто разгадает загадку Икара и запрет нас тут навсегда? – ровным голосом ответил Волдеморт. – Это опасная миссия, многие полягут там, мы откатимся на годы работы назад, и это только при полном успехе. Дамблдор и королева пошли ва банк, их ставка слишком велика и мы не можем просто проигнорировать угрозу.

– Я понял, мой лорд. Все будет по плану с точностью до секунды, – поклонился Петтигрю.

– Очень надеюсь. Если твой план провалится, то тебе придется отвечать за всю свою жизнь не передо мной, а перед парламентом и дементорами. Так что постарайся сделать так, чтобы твоя блистательная карьера не оборвалась в министерстве.

– Ради будущего!

– Ради будущего.

Петтигрю понесся контролировать подготовку, раздавая указания сотням задействованных лиц. Военная машина темного лорда пришла в движение, все, кто хоть как-то действовал ради высшей цели Тома Реддла, получили приказы. Но никто, кроме троих людей не знал подлинной цели операции.

– Если там будет Дамблдор, я задержу его. Выиграть три минуты мне под силу, – сказал Артур Уизли.

– Трансфигурация на него не действует, помни об этом. Попробуй взять ментальными атаками или чистой силой. Только задержать, не нужно рисковать понапрасну. Потери будут и так высоки, – темный лорд раз за разом прогонял план нападения, предполагая самые различные исходы и проблемы на любом из этапов.

– Уверен, что у него не будет козыря в рукаве?

– Дары смерти, вот его сила. Без них, он такой же волшебник, как и мы. Лишить его могущественного оружия и он сравняется со мной по силе.

– Но ведь и ты останешься без магии.

– Раньше как-то обходился, вот и теперь смогу. К тому же, зря мы столько тренировались? – Волдеморт хлопнул друга по плечу и, откинув со лба отросшие ниже плеч волосы, направился подбадривать верных слуг.

***

– Он что-то готовит. Ты должен быть готов, – сказал Дамблдор, сидя в приемном зале для высокопоставленных гостей менора Певереллов.