Автор книги: Abacus
сообщить о нарушении
Текущая страница: 223 (всего у книги 242 страниц)
- А вообще, ты такая мразь,- подошла она ко мне вплотную, пользуясь тем, что мы одни. - Не хочешь мне своего щенка отдавать,- прошептала она.
- Перестань,- отступил я.- Он не...
- Не ври! - вспыхнули ее глаза.- Думаешь, не вижу? Как ты смотришь на него? Как печешься о нем? И как бесишься, когда он твои приказы не выполняет! Ты же,- прикоснулась она к моему лицу,- привык командовать, да?
- Хватит! - отступил я.
- Удивительно, как он простил тебе все! Либо он дурак, либо через чур добрый! Одно из двух!
- Тебе не дано его понять,- проскрежетал я.
- Ха-ха-ха, злишься, что я оцениваю твою соба...
Она не договорила.
Мои пальцы сошлись на ее шее.
- Ай! - выдохнула она мне в лицо.
- Только попробуй! Еще хоть раз,- пригрозил я ей.- Назвать его так.
Резко отпустив ее, я отошел подальше,
Она даже не прикоснулась к своей шее.
Смотря на меня, широко улыбалась.
- Ты правильно решил, что стоит уехать.
Я непонимающе посмотрел на нее.
- Тебе здесь будет не безопасно,- проговорила она. - Я смотрю, и не узнаю тебя, Шторм! Сегодня, все это время, я не могла понять, что меня смущает в нашей встрече,- замерла она напротив. - А теперь, кажется, поняла!
Возникла пауза.
- На этой встрече,- не с того не с сего, зарычала она. - Не было Шторма!
Я отошел от нее на пару шагов.
- Его не было,- прищурилась Рина.- Мне кажется, Шторм умер, либо, переродился.
- Что ты несешь? - я чувствовал, как потею.
- Ты так изменился. Подожди! - вцепилась она мне в руку.- Не уходи!- уткнулась головой в плечо.- Мы здесь одни.
Я медленно повернулся к ней.
- Я никому не скажу,- она гладила меня по лицу.- Но ты не тот. Не-е-ет, с тобой что-то случилось. И я знаю что,- прошептала она.- У тебя появилось слабое место.
Наши носы почти соприкасались.
- Ш-ш-ш,- прижала она к моим губам палец.- Это будет нашим секретом. Ради Егора. Все эти идиоты бояться тебя, думая, что ты можешь убить их в любой момент, но это не так! Уже не так, я права? Теперь ты будешь мстить, только если...- замолчала она.
- Что?- не узнал я свой голос.
- Если что-нибудь случиться с ним. Со всеми ними. А он так же привязан к тебе? Этот мальчишка?
Я, не моргая, смотрел на нее.
Виктория улыбнулась.
- Это хорошо,- тихо протянула она.- Надо заканчивать с прошлым. Егора уже не вернуть. А тебе нужен тот, кто будет контролировать тебя, уж мы-то с тобой знаем, чем говорим. А этот парень, со своей компанией, те, двое других... Я же права, что они не могут соперничать с ним? Иначе, мы бы давно знали о них, о всех! Сколько у него подобных?
- Вика!
- Паша!
Меня передернуло от того, что она назвала меня по имени.
Рина медленно приближалась ко мне.
Я отстранился, стоило ей прикоснуться ко мне кончиком носа.
- Пашечка.
- Не смей!- оттолкнул я ее.
- Почему?
- Хватит! Мне пора,- глянул я на часы.- Я рад, что мы договорились о машинах.
- Шторм!
- И о том...
- Мятежный! Замолчи!
Я остановился на полуслове.
- Та девчонка,- переступила она с ноги на ногу,- она с ним?
Я согласно кивнул.
- Ты ее любишь?
Меня бросило в жар.
- Нет! Нет!- замотал я головой.- Причем тут это? Не лезь.
Но она уже вновь ходила вокруг меня.
- Тогда ты сбежал из-за Егора, затем повернулся на какой-то серой мышке, но сейчас... Сейчас-то что? Егор умер и ему все равно на то, что я хочу тебя, этой девке тем более, у тебя что, кто-то есть?
- Мне пора!
- Паша!- перегородила она мне дорогу.
Я был страшно зол.
Она сканировала меня.
А затем, закусив губу, улыбнулась:
- Вот как?
- Не понимаю о чем ты!
- А-а-а. И она лучше меня?
Я все-таки прорвался к выходу.
- Гораздо,- ответил ей.
Виктория даже не думала обижаться. Я знал, что в глубине души ей все равно. Ей просто интересно.
- И какая она?
Я сжал в руке дверную ручку.
- Она...
Молчание.
- Она,- повернулся я к Виктории.- Она похожа на мою мать,- ответил я ей, хотя не хотел ничего произносить.- Только гораздо сильнее. Порой, сильнее меня.
У Рины горели глаза.
- Если мы победим. Москва будет моей. А ты исчезнешь, испаришься. После таких слов, после завтрашнего дня, ты мне будешь не нужен.
Я согласно кивнул.
На этом наш разговор был закончен.
Возвращаясь к грузовику вместе с Франком и остальными ребятами, я старался не думать о том, как сильно скучаю по старшей Рудковской, как сильно хочу, чтобы весь этот кошмар закончился.
========== Сто тридцать третья. Начало конца. ==========
Небольшая птичка перелетела с ветки на ветку, осмотрелась по сторонам, затем спустилась пониже.
Раз-два!
Чик-чирик!
Устроившись на сбросившем листву дереве, надулась, образовав маленький пушистый комочек.
Хитрые черные глазки метались из стороны в сторону. Она оказалась здесь далеко не просто так.
Рядом с деревом стоял черный грязный автомобиль, опираясь на который, не прекращая счищать шелуху с семечек, расположился его водитель.
- Эй! Мне тоже дай, а?- к нему подошел молодой парень с русыми едва вьющимися волосами.
- Держи.
Птичка занервничала. Так они могли все съесть.
Пару раз чирикнув, она решилась подлететь поближе, приземлившись неподалеку от передних колес авто.
- Ты знаешь что-нибудь, ну,- замялся второй, подбрасывая семечки у себя в ладони,- что там мутиться?
- Не-а,- лениво протянул ему в ответ собеседник.- Но, думаю, это будет круто! Я уже давно хотел поучаствовать в чем-то подобном.
После сказанного, он переступил с ноги на ногу и отошел от своей тачки.
Владелец был среднего роста, с легкой небритостью на лице, темными волосами, неопределенного цвета глазами, одетый во все черное: ботинки, джинсы, куртка и шапка. Пожалуй, единственное, что выходило за рамки описанной гаммы - рисунок на его головном уборе - ярко-желтая вспышка, подобие молнии, расположившейся у него на лбу.
- А ты бывал на съездах в Питере?
- Ну, конечно, бывал! После весны заинтересовался. Иначе, как я здесь оказался?
- Я тоже был, участвовал, правда, был в тени, но моя семья это прикрыла.
- Как это?
- Да засекли меня! И едва не прибили! Вот как! Только,- улыбнулся светловолосый.- Только сестра моя поддержала! Юлька!
Повисла пауза.
За это время пернатая хитрюга добралась до разбросанных лушпаек.
- Но я все равно смылся! Как узнал о предложении! Сразу свалил! Не представляю, как можно отказаться от шанса, поехать куда-либо с...- он посмотрел в сторону.
- Ага,- кивнул головой его собеседник.- Вот только многие кинули! Струсили! Сейчас такой момент, фиг знает, что будет.
- Да мне плевать! Я наше Питерское отделение всегда буду отстаивать! Оно мне дорого! Пускай разваливают клуб, мы образуем новый! Я уверен, у этих ребят есть план!
Оба парня смотрели на землю.
Возле их ног прыгала птичка.
- Ну и что ты тут забыла?- присел к ней один из них.- Семечек хочешь?
- А мне вот интересно. Когда я узнал о них из интернета, и решил попробовать себя, я почитал форумы. Эти двое,- указал он в сторону,- они же когда-то были с Франком.
- Ты о том, который погиб? О, да! Легенда!
- А?- нахмурился темноволосый.
- Тот гонщик! Он же погиб из-за Мятежного, который сын, хотя все это просто слухи. Кто он вообще такой? Разве такой может быть гонщиком? Понятно все! Раз его семья связана с клубом... Кошмар на самом деле какой-то! Ясное дело, папаша зол, его исподтишка кто-то спалил!
- Ну да. Так вот, те везут тачки, которые нужны будут нам, а вместе с ними, еще двое. А они кто? Вечно отворачиваются, отходят, молчат. Ни разу так и не сумел рассмотреть их.
- Не знаю, ну, тоже из клуба, видимо их друзья, там же большая компания была.
- Ну да, ну да.
- Зато, сколько москвичей собирается,- прищурился светловолосый.- Ох, наделаем шума.
Ничего на это не ответив, его собеседник присел на корточки, кинув в сторону птички несколько семечек.
Та радостно принялась клевать.
Рокот мотора, появившейся из-за поворота машины, оглушил всех присутствующих.
Фьюх!
Пернатый комок взлетел вверх. Еще бы чуть-чуть, и она попала бы под колеса.
- Крутая тачка,- оценил светловолосый.
- Ну да, но мой Сааб тоже не плох,- открыл водительскую дверь второй из парней.
- Ха-ха-ха! Да! Погоняем как-нибудь?
- Конечно!
Обиженная до глубины души пташка, грозно чирикая, приземлилась на какую-то синюю громадину.
- Зацени,- раздалось поблизости,- моя круче! Ее даже птицы выбирают!
- Чтобы посрать?- раздался второй голос.
- Завидуй молча! Эй!!! Козявка!
Птичка в ужасе подлетела, увидев поблизости нечто странное. Вроде бы ветку, от которой отходили пять маленьких веточек, а вроде и не ветку.
Большая ветка быстро двигалась и шевелила своими пятью отростками.
- Франк! Хватит пытаться поймать птицу!
- Ха-ха-ха! У меня остался бублик с завтрака, хочешь?- последнее было обращено к обиженному комочку.- Лети сюда!
Было опасно и рискованно.
Но...
Аппетитная булочка рушила все немыслимые преграды.
- Смотри!- закудахтал от восторга тот, что держал на руке птицу.- Она села на меня!
- О, Господи!
Настороженно наблюдая за окружающими, птичка принялась клевать свою добычу.
- Хэй! Привет, пернатая!- обратился к ней тот, на чьей руке она сейчас сидела.
Подняв острый клювик, птичка с тревогой посмотрела на говорившего.
Он бы улетела, точно бы улетела, потому что испугалась бы, но что-то заставило ее остановиться.
Коротко чирикнув, она вся сжалась, а в следующую секунду встрепенулась, вновь приняв вид пушистого шарика.
- А-а-а, ты посмотри!- рассмеялся парень, держащий ее на вытянутой руке.- Как она похожа на Берг.
Рядом с человеком, на которого все это время любовалась птица, тот час возник еще один.
Он был выше первого, а так же смотрелся немного худее.
Этот парень был не просто высоким, он был высочайшим, темноволосым, с классическими чертами лица. Широкий подбородок, правильная форма губ, выразительные, цвета неба, пронзительные глаза, красивый нос, идеальная кожа.
Птичка склонила голову в его сторону.
Если бы он был деревом, это было бы идеальное растение. Самое идеальное, которое ей встречалось за ее жизнь.
Ну а тот, что сейчас широко улыбался, смотря на нее?
Тот тоже казался особенным, был более широким и мощным, с привлекательным лицом, которое зачем-то вечно кривил в презрительной ухмылке, он очень занимательно надкусывал себе губы и щурился.
Что же было в нем такого особенного, спросите вы? Глаза, именно глаза в этом человеке перекрывали все выше сказанное. Это были не просто глаза.
Они не могли быть простыми органами чувств.
Сверкание зеленого, скорее изумрудного цвета, не тускло даже в такую ненастную погоду.
- В каком месте эта птица похожа на твою невесту?- поинтересовался Павел Мятежный.
Взмахнув рукой, вынудив птицу взлететь, его напарник, раскрошив бублик, сбросил на землю среднего размера крошки.
- А тебе лишь бы присраться.
- А тебе лишь бы произнести какое-либо зловонное слово!
- А тебе лишь бы "атебелишкать" за мной!- сверкнул глазами его собеседник.
Шумно вздохнув, Паша махнул рукой.
- Что? Съел?- едва ли не подпрыгнул на своем месте один из спорящих парней.
- Франк! Кончай дурачиться!- начал злиться Павел.- В конце концов, Дима, ты когда-нибудь бываешь серьезным, а?
- Естественно!- на секунду задумавшись, ответил Дмитрий.- Например...
- Ну?- заинтересованно смотрел на него Мятежный.
- Ну-у-у,- что-то выдумывал у себя в голове Франк.- Вот!- оригинальная мысль быстро приходила ему в голову.- Ты попробуй не быть серьезным, когда сидишь в сортире и какаешь! А?
Повисла пауза.
- Бля-я-ять,- засунув руки в карманы, осмотревшись по сторонам, произнес Павел.
- Особенно...
- Прекрати!- потребовал Паша.
- Если ты в сельском туалете!- все равно закончил Франк.
- А?- приподнял бровь Мятежный.- И в чем разница?
- Я имел в виду, тот случай, когда вместо сидения - дыра в полу!- Видимо подобная тема сильно интересовала Дмитрия, потому что он отчаянно зажестикулировал.- Мало того, газету не почитать, в телефон не посмотреть, там, дай бог, свет есть! Этак еще и сидишь, как полный неудачник над дырой, которая воняет, думаешь, лишь бы не свалиться туда, а когда все твое родное туда, оп!- присел он,- возможен вариант возвращения, в виде выплеснувшихся обратно...
- Все!!!- не выдержал Паша.- Ты что, охренел?- выставил он перед собой руки.- Я помню, как ты сидел в сортире на даче, не надо вводить меня в курс еще одной из твоих феерических туалетных историй!
Дмитрий насупился.
- Пожа-а-алуйста!- протянул Мятежный.
- Она такая же мягкая и маленькая,- смотря на него, произнес Франк.
- Чего?- опешил Павел.
- Я про птицу и Берг.
Отступив назад, Дима пошел вдоль пригородной дороги, на которой постепенно скапливались самые, что ни есть, разнообразные машины.
Мятежный смотрел ему в спину, размышляя о том, насколько сложно следить и распознавать перемены в поведении его напарника.
Франк был очень необычным, и от этого чрезвычайно сложным человеком.
Очень сложным.
За маской шута, которую он так любил примерять на свое выразительное лицо, скрывалась целая трагедия.
Когда он понял это? Когда догадался? Когда раскусил этого странного Петербуржца?
Паша не мог ответить на эти вопросы однозначно.
Это случилось в течение последних нескольких месяцев.
Наблюдая за Дмитрием, следя за его поступками, за принятыми решениями,
Павел, будучи склонным к изучению людей изнутри и анализу, еще более утвердился в том, что допустил ошибку в самом начале.
Кто мог знать, что под обличием обычного, дворового, пускай талантливого гонщика, будет скрываться подобный человек?
Яркая, интересная, многогранная личность, в одно время похожа на него самого, в другое - принципиально противоположная.
Скорее всего, именно эта мысль кольнула его изнутри и не дала погубить соперника. То чувство, которое он долгое время не знал, как обозначить, а в итоге, до сих пор боялся признаться в том, что, кажется, понял причину своего влечения к Франку.
Желание находиться рядом с тем, кто был способен противостоять тебе, не боялся тебя, готов был соперничать с тобой.
Это произошло с Мятежным впервые.
Егор?
Нет. Егор был совершенно другим, да и отношения между ними были иными.
Егор был наставником, учителем, которого он смог превзойти. Да, смог.
А Франк - недоразумение, ворвавшееся в его жизнь, причем, весьма необычно - с помощью третьих лиц.
Человеком, разрушившим все то, что в принципе, и так могло привести к краху.
Поразительно?
Ведь девушка, которая стала камнем преткновения, как показало время, не была предназначена Шторму.
Так был бы счастливым финал?
Так разрушил или же сохранил его личность Дмитрий?
А сам Павел?
Уничтожил его или уберег от неминуемой погибели?
Кто знает, что было запланировано в клубе на его счет.
Клуб.
Гоночный клуб со стороны, казавшийся красочным, крутым, мощным, опасным,- на самом деле прогнившее место.
Вздохнув, посмотрев по сторонам, Мятежный направился следом за Дмитрием.
Судя по тому, сколько прибывало народа, Виктория поработала на славу.
Мысли об этой девушке заставляли Павла чувствовать внутри себя дискомфорт. Эта особа чувствовала себя выше него, из-за того, что было в прошлом, а Мятежный не любил подобные ситуации. Он пригвоздил ее ко всему с помощью воспоминаний о Егоре, а так же весомого подарка в виде гоночных тачек, но так или иначе, у него не было сто процентной уверенности в этой девушке.
Так же как и в большинстве людей, призванных сегодня в один из самых глухих районов Москвы, там где расположился салон Виктории.
Вспомнив вчерашнюю встречу, Павел не смог сдержать ухмылку.
Естественно, Франк произвел фурор.
Он просто-напросто не мог его не произвести. Этот человек бросался в глаза всем, чем только мог: внешностью, поведением, манерой общения.
Вика захотела самый лакомый кусочек, Паша не удивился, если бы Рина согласилась обменять Франка на гоночные тачки у себя в гараже.
Наверное, он бы сам поступил подобным образом, окажись на ее месте.
Вот только говорить об этом никому не собирался, особенно прыгающему в это время между луж Дмитрию.
Смотря на него со стороны, Мятежный в который раз оценивал своего напарника.
Пролистывал в голове все, через что им обоим приходилось пройти.
Последние месяцы были самыми странными в его жизни, несмотря на то, что в них не было ничего из его старой, культурной жизни, что не было в ней сумасшедших, еженедельных гонок в масках, что все его окружение порой находилось в опасности, даже не смотря на гибель Александра, Паша не мог скрыть от себя то, что эти дни были самыми яркими за всю его историю.
За это время он сильно изменился, впрочем, как и многие из ребят.
Он не сказал никому из них, насколько дорог и бесценен опыт, что он приобрел вместе с ними.
Семья, созданная Франком, сделала его другим человеком.
Это поразительное словосочетание " среди них, ты как дома", работало.
Сколько бы он не отмахивался от этого.
Сегодня все должно было закончиться.
Неудача - он никогда не увидит этих людей, потому что-либо погибнет, либо будет сидеть в тюрьме.
Дима прав, пускай хоть пара Насти с Андреем останется воспоминанием, доказательством того, что все было не напрасно.
Если что-то пойдет не так, Шторм больше никогда не увидит ее.
Он не увидит ее. Ту, которая делала его сильнее, которая видела в нем только хорошее.
