Текст книги "Сто причин родить от меня ребенка (СИ)"
Автор книги: Зоя Марецкая
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 12 страниц)
– Гоша, я же не против. Давай сразу после венчания начнем пытаться. Я очень хочу от тебя маленького. Но только и документы в ВУЗ я хочу подать.
– Я согласен, Заяц. На пару дней еще здесь задержимся, и вернемся домой. Я ужас как соскучился по уединению с тобой. Никогда не думал, что буду так сильно плеваться от своих родственников.
Мы с улыбкой смотрим друг на друга, прикасаемся пальцами к губам друг друга.
– Значит, мама поддержала твою идею учиться в институте, – опять возвращаюсь я к интересующей меня теме.
– Да, она мне сказала, что там у меня появятся интересные друзья, я стану уверенней в себе, буду общаться с мужчинами, наберусь опыта…
Я кубарем скатился с кровати и побежал к двери.
– Мама!!! – завопил на весь спящий дом.
– Опыта общения! Опыта общения, Гоша! Ты все не так понял!!!
А дальше был скандал.
Зоя Павловна
На следующее утро после венчания и, соответственно, очередной нашей «первой» брачной ночи, Гоша будит меня затемно и везет в горы. Позади остаются мирно спящие гости и родственники, столы на улице под крытыми тентами.
Машину мы бросаем у начала узкой тропинки, ведущей куда-то ввысь. Гоша ведет меня за руку вверх. Мне холодно и немного страшно, я цепляюсь за мужа и смотрю себе строго под ноги, чтобы не испугаться высоты и не запаниковать. Обращаю внимание, что всюду растут красивые цветы, но, пока солнца нет, они еще закрыты.
Лезем мы долго, но вот подъем резко заканчивается, и мы оказываемся на вершине. Здесь, на возвышенности, довольно большая площадка, с которой отлично просматриваются окрестности: ущелье и река, несколько небольших селений, прилипших к склонам гор, старинная каменная церковь с окнами-бойницами, в которой мы вчера дали клятву перед Богом и людьми принадлежать друг другу. Из-за соседней горы, поросшей деревьями, расползается по небу розово-золотое утреннее зарево. Дальше, за деревьями, встают уже другие горы, с заснеженными вершинами и шапками облаков на изголовье.
– Гоша, как здесь красиво, – выдыхаю. Жмусь к любимому. Гляжу во все глаза, стараясь охватить всю окружающую меня красоту и запечатлеть ее в моей памяти.
Гоша подталкивает меня к старой деревянной скамейке, непонятно как оказавшейся здесь, на вершине горы.
– Садись. Эту скамейку поставил здесь мой дед. На ней влюбленные вырезают свои инициалы. Это традиция. Смотри, это инициалы моих родителей, – нежно прикасается кончиками пальцев к буквам. – До нее здесь стояла скамейка, которую поставил мой прадед. А вон там развалины замка, про которые я тебе рассказывал. Видишь?
Гоша достает перочинный ножик, аккуратно вырезает на внешней стороне спинки наши инициалы и дату. Потом заботливо кутает меня в куртку, пониже нахлобучивает шапку – ночью и утром в предгорьях холодно. Садится рядом, обнимает меня, прижимает к себе. Ловлю на себе его пристальный, завораживающий взгляд. Думала ли я, гадала ли, что ночью тридцать первого декабря найду в нашем поселке в сугробе свою судьбу?
– Я тебя люблю, Гоша, – тихо говорю ему.
– Я тоже тебя люблю, жена, – сегодня он необычайно серьезен, не улыбается мне. Трется носом об мой холодный нос. И начинает рукой показывать мне отдельные дома и детали пейзажа, рассказывая историю этого края и своей семьи. Я слушаю его и думаю о том, что сегодня ночью мы, очень надеюсь, зачали с ним нашего первого ребенка. И когда-нибудь мы приведем его с собой на эту скамейку.
Солнце уже заливает ярким светом все вокруг. Бывает же в жизни такая красота! Гляжу и не могу наглядеться.
Гоша сует мне в руки тетрадку. Улыбается.
– Я дописал, Заяц. Теперь твоя очередь выполнить обещанное.
«Сто причин для Зои Лагутиной родить от меня ребенка.
74. Ты всегда можешь привести наших детей ко мне на работу и оставить на сколько угодно времени, а сама уйти по своим делам. Они никогда не будут мне мешать.
75. В наших детях будет течь кровь грузинских князей. Они могут хвастаться перед своими друзьями, что они аристократы. Но я искренне надеюсь, что они не будут на этом зацикливаться.
76. Я надеюсь, что, когда ты родишь мне ребенка, мама и Катя успокоятся и перестанут, наконец, лезть в нашу жизнь.
77. Я надеюсь, что, когда ты родишь мне ребенка, моя мама станет тебе настоящей второй мамой. Полюбит тебя, как я, а не будет тебя перевоспитывать.
78. Я надеюсь, что, когда ты родишь ребенка, ты перестанешь забивать себе голову всякими глупыми мыслями. Например, о том, что себя нужно развивать, а меня нужно удерживать.
79. Я надеюсь, что, когда ты родишь ребенка, твоя сестра научится думать и беспокоиться не только о себе, но и о тебе. Хотя бы немного. Научится спрашивать у тебя, как дела.
80. Я буду любить тебя всю жизнь. Я однолюб, как и мой отец. И тебе придется тоже любить меня всю жизнь.
81. Я никогда не буду тебе изменять. И тебе тоже придется быть мне верной. Иначе буду запирать в квартире и уносить ключ с собой.
82. Я понял, что люблю тебя, когда ты после трехдневной голодовки, злая и голодная, набросилась на меня с кулаками. Никогда не сомневайся в искренности моих чувств к тебе.
83. Всегда сможешь добиться от меня чего угодно с помощью слез. Это подсказка.
84. Куплю тебе красные меховые наручники. Будешь со мной драться – буду тебя в них заковывать. Фотографировать и фотку отсылать бабе Дусе.
85. У тебя будут старинные фамильные драгоценности, которые ты сможешь передать нашим дочерям. Надо уточнить список у Кати, она у нас завхоз.
86. У нас будет грандиозная свадьба. Даже две. Русская и грузинская. Отмечать будем в ресторанах. Угадай, в каких.
87. В свадебное путешествие мы поедем в Грузию. А уже оттуда – куда захочешь.
88. Обещаю венчаться с тобой в старинной церкви, в которой венчались мои родители, мои дедушка и бабушка, многие поколения моих предков.
89. Обещаю встретить с тобой восход солнца в горах.
90. Обещаю вырезать наши инициалы на скамейке, где влюбленные оставляют свои автографы в память о том, что они обещают всегда быть вместе.
91. Обещаю окунуться вместе с тобой в минеральном источнике, дарующем вечную молодость и долголетие.
92. Обещаю, что тебе никогда не будет скучно со мной.
93. Обещаю, что, когда тебе будет грустно, я буду рассказывать тебе смешные истории.
94. Обещаю, что ты никогда не пожалеешь о том, что простила меня и поверила мне.
95. Обещаю, что никогда не дам тебе поводов для ревности. Этого же ожидаю и от тебя.
96. Обещаю тебе, что мы будем жить долго и счастливо и умрем в один день. Нескоро.
97. Обещаю, что во время процесса зачатия ребенка ты не будешь лежать бревном, а будешь активно получать удовольствие.
98. Если ты родишь мне ребенка, ты дашь нам второй шанс быть вместе. Заместо того шанса, что мы прошляпили шестнадцать лет назад.
99. Рожать пойдем вместе. Не спорь, я так решил.
100. Эта тетрадка будет нашей с тобой семейной реликвией. Когда-нибудь мы даже покажем ее нашим детям. Когда им исполнится 21+, разумеется. Нет, лучше 25+».
ЭПИЛОГ. Шесть лет спустя
Георгий
Солнечным летним днем в машине на стоянке жду, когда жена выйдет из университета. У нее сегодня защита диплома. Зоечка уже отписалась около часа назад, что выступила в числе самых первых, все хорошо. А теперь она дожидается защиты своих подруг и объявления оценок, и только потом приедет домой. Я отменил все свои планы и решил сделать ей сюрприз: приехать встретить и поздравить мою половинку с долгожданным получением высшего образования.
Вместо положенных четырех лет очного обучения на бакалавра филологии Зоечка училась целых шесть. После первого курса, который она заканчивала с огромным животом, ей пришлось уйти в академический отпуск. Вернее, в два подряд академа, потому что моя Снегурочка решила свое обещание перевыполнить и родила мне двух мальчишек-погодок с разницей в год и месяц. Я присутствовал на обоих родах. Ваньке и Пашке Варламовым сейчас пять и четыре годика, они жизнерадостные и шкодные мальчишки. В данный момент они вместе с моей мамой гостят у прабабушки и прадедушки в Грузии. Бабушка Нина души не чает во внуках и посвящает им почти все свое время. Как я и обещал Зоечке, водит их на развивашки, языки и музыкальные занятия. Мои сыновья совершенно не похожи друг на друга. Ванька больше пошел в мою породу, у него светлая кожа, но карие глаза и темно-каштановые волосы, зато форма и черты лица Зоины. Павлик зеленоглазый и русоволосый, зато он унаследовал мой горский нос с горбинкой. Чурками их обоих уже даже с натяжкой не назовешь, по внешности они вполне себе русские мальчики. Но иногда используют в разговоре грузинские словечки, особенно после длительных поездок в Грузию. Грузинская родня зовет их Вано и Павлико.
Я немного расстроился, что любимая жена не подарила мне дочек, но она мне пообещала сделать еще одну попытку после получения диплома.
Зоечка удивительным образом влилась в нашу семью. Своей добротой и уравновешенностью, покладистостью и дружелюбием она очень быстро утихомирила страсти, бушевавшие между мной и моими родственниками. Мама и Катя в короткий срок полностью приняли мою русскую жену, как свою, и искренне полюбили. А рождение детей только усилило эту любовь. И ко мне теперь у мамы и сестры стало гораздо меньше претензий. Я уже не эгоист и бабник Гоги, я отец семейства, верный и преданный муж, семьянин. Выбором такой замечательной и правильной жены я сполна искупил все грехи своей беспутной молодости. Мама не устает хвалить Бога и свою невестку за то, что я изменился в лучшую сторону, стал спокойнее и серьезнее.
Если честно, мне самому было интересно, как долго я буду влюблен в нее. Подсознательно боялся и боюсь до сих пор, что мои чувства к Зоечке остынут. Но мы вместе уже шесть с половиной лет, а этого до сих пор не произошло. Моя красавица с возрастом только расцветает и хорошеет. А еще она всегда довольна жизнью, всегда улыбается. И очень любит меня и детей. Говорит, что шестнадцать лет своей жизни только и делала, что плакала и хмурилась, и теперь больше не хочет этого делать.
Сижу недалеко от главного входа в здание университета. Припарковался так, чтобы было видно дверь, откуда Зоечка будет выходить. Купил для нее в подарок огромный букет роз и очередное украшение – золотой браслет на ножку. Дети пробудут в отъезде еще неделю как минимум, и у нас с любимой очередной медовый месяц. Сейчас заглянем в «Сулико» за едой и вином, а потом поедем домой праздновать успешное окончание ее учебы.
«Ты еще долго?» – пишу ей.
«Все уже отстрелялись, ждем оценок. Думаю, еще минут двадцать».
«У меня для тебя подарок».
«У меня тоже».
Улыбаюсь. Мне кажется, что я знаю, что это за подарок. Значит, вино отменяется. На свой страх и риск звоню в частную клинику, где в прошлые разы наблюдалась беременная Зоечка, и записываю ее на вечер на прием к гинекологу. Если не угадал, всегда можно позвонить и отменить запись.
Мне очень хочется, чтобы на этот раз у нас родилась дочка.
В какой-то момент, вынырнув из мечтаний, бросаю взгляд на крыльцо и обалдеваю. Среди большой группы студентов, выходящих из университета, вижу свою жену, а рядом с ней какого-то прилизанного хлыща в строгом костюме и галстуке. Хлыщ что-то горячо втирает моей жене. Потом резко останавливается и хватает ее за руку. Зоечка тоже вынуждена остановиться. Вид у нее при этом немного растерянный. Вижу, что пытается вырвать руку, но навязчивый собеседник не дает. Продолжает что-то толковать и при этом несуразно жестикулировать.
Вот не зря я сюда приехал, как чувствовал. Моя кавказская кровь мгновенно вскипает и ударяет мне в голову. Никаким другим мужикам не позволено трогать мою жену. Блть, это что за смертник нарисовался? Жена учится на дневном, в ее группе есть два парня, но они двадцатилетние сопляки, а этот по виду ее ровесник. Новый препод? Мне он незнаком. Непорядок, придется познакомиться.
Выхожу из машины и быстрым шагом иду к жене. Она сразу чувствует мое присутствие: поворачивает голову и начинает мне улыбаться. Мое сердце делает кульбит. Какая же она у меня красавица! Не зря всякие хлыщи липнут.
– Слышь, ты, урод, – ору страшным голосом на всю улицу так громко, что прохожие оглядываются на меня, – отошел от Зои Павловны, иначе я за себя не отвечаю!
Хлыщ, видя, что на него несется большой и злой бородатый кавказец, впадает в ступор и замирает на месте. Стоит и расширенными от ужаса глазами следит за моим приближением. Зоечка решительно вырывает руку и делает от него несколько шагов в сторону. Поворачивается ко мне.
За пару метров до них я резко замедляюсь и начинаю вполне себе благожелательно улыбаться.
– Гоша, познакомься, пожалуйста, это Андрей Петрович Хмельницкий, заведующий кафедрой теоретической и исторической поэтики. Андрей Петрович, это мой муж, Георгий Иванович Варламов, – светским тоном говорит жена.
– Очень приятно, – с кровожадной улыбкой тянусь протянутой рукой к шее хлыща. В последний момент меняю и направление и сую свою ладонь ему в руку. Тот вяло ее пожимает, в шоке таращится.
Зоечка делает мне страшные глаза, но не может сдержать улыбку. В первую неделю ее обучения в институте таким нехитрым образом я поименно познакомился со всем ее мужским окружением, включая преподавателей и декана. Благо, немногочисленным. Всем доступно объяснил, как можно и как нельзя общаться и вести себя с Зоей Павловной Варламовой. Филологи «сильного» пола – народ ранимый и впечатлительный. По университету тут же поползли слухи о том, что студентка первого курса Зоя Варламова замужем за жутко ревнивым диким кавказцем, который и с гор-то спустился только для того, чтобы всех, кто хоть раз на его жену взглянул, кривой саблей на кусочки разрубить.
– Андрей Петрович к нам переводом из другого города… – пытается объяснить Зоечка.
– Я хочу вам сказать, что Зоя – очень способная студентка, – вдруг прорезывается голос у Хмельницкого.
– Зоя Павловна, – жестко говорю я.
– Зоя Павловна – очень способная студентка, – поправляется хлыщ. – Я впечатлен ее дипломной работой. Уверен, что Зое… Павловне обязательно и дальше нужно углубленно заниматься в этом направлении. Бакалавриат – это не ее уровень. Она обязательно должна закончить магистратуру. У нас в этом году будет набираться новое направление…
Зоечка стоит напротив меня в нарядном платье цвета морской волны, который красиво оттеняет ее глаза. Смотрит на меня многозначительно и сияет так, что последние сомнения исчезают.
– У тебя задержка? – с улыбкой спрашиваю я. – Сколько?
– Второй день, – отвечает она.
– Тесты уже делала?
– Нет еще, только купила.
– Тогда поехали быстрее домой.
– Поехали!
Обнимаю ее и тяну в сторону машины.
– Позвольте, – обалдело говорит хлыщ. И даже делает движение, чтобы задержать нас.
– Не позволю, Андрей Петрович, – злобно рычу на него. – У меня жена беременная, только поэтому я вас и не задушил на месте! Не надо ее руками трогать, я же не знаю, когда вы их в последний раз мыли! И ни к чему ей ваша магистратура. А поэтические вечера я ей сам дома устраивать могу. На разных языках. Зоечка, быстро в машину. Я ко врачу нас записал.
– До свидания, Андрей Петрович, – мило улыбается воспитанная жена. – Приятно было познакомиться.
– Приятно ей… – ворчу я. Но уже больше для порядка.
Садимся в машину и долго целуемся. Я уже даже и не знаю, что это, любовь или привычка, заставляет меня тянуться к ее милому лицу. Знаю только, что она и дети – самые близкие и важные в моей жизни люди. И ради них я готов меняться в лучшую сторону. Мне сорок один год, но я верю, что самые счастливые годы жизни у нас еще впереди.
– Я тебя люблю, моя красивая жена, – говорю ей.
– И я тебя люблю, мой ревнивый муж.
Вечером у врача мы узнаем, что у нас будет двойня.
Уважаемые читатели!
Я – начинающий автор, количество показов моих произведений, которые мне дает сайт, зависит от количества звездочек и от количества подписчиков. Если Вам нравится, как я пишу, пожалуйста, не пожалейте для меня звездочку, а также нажмите кнопку «Подписаться на автора».
Заранее огромное спасибо!
Всегда Ваша, Зоя Марецкая.
Конец
