355 500 произведений, 25 200 авторов.

Электронная библиотека книг » Юрий Манаков » Эпилятор » Текст книги (страница 32)
Эпилятор
  • Текст добавлен: 26 сентября 2016, 10:07

Текст книги "Эпилятор"


Автор книги: Юрий Манаков



сообщить о нарушении

Текущая страница: 32 (всего у книги 33 страниц)

Как оказалось, два дня назад приплыл корабль с материалами и строителями. Сейчас они в нижней деревне и сегодня должны закончить разгружать шхуну. На корабле двенадцать человек команды и шесть строителей. Один из строителей передал письма к Старшему брату от нового шаха Лирея и главного жреца Тентора.

Я взял пергаменты и ознакомился с содержанием писем. В письме из храма Тентор сообщал, что они пока не нашли замену брату Мельху, но обязательно найдут и пришлют на остров. В свою очередь шах Лирея Камбор писал, что у него все нормально, и при необходимости настоятельно просит обращаться к нему за помощью. Я покивал и попросил Гельна позвать Кринта.

Минут через десять подошел старший из братьев-строителей и мы втроем вместе с Кенором отправились смотреть место для бани. Как я себе представлял, ее нужно поставить на берегу ручья, соорудив ниже по течению небольшую запруду. Эта плотина должна служить стенкой маленького бассейна для омовений после парилки. От баньки на глубину следовало выложить удобные ступеньки, а на берегу помост для уханья в воду с гиканьем.

Закончив осмотр места, спросил Кринта, сколько времени им потребуется на работу. Кринт поковырял ногой землю, посмотрел по сторонам, подумал и сказал, что 'само здание нужно только собрать, и это займет день-два, а на фундамент и сборку потребуется максимум два дня. На работу с запрудой и оформлением участка понадобится еще два дня. Получается, что через неделю, все будет готово'.

Я воздержался от оценок, повернулся и бросил через плечо.

– Начинайте! – Затем направился в верхнюю деревню попрощаться с девочками.

Начиная с момента пробуждения, я остро чувствовал, как капля за каплей истекает время, которым могу свободно располагать. Назревали события на Хрустальном озере. Я обязан быть там.

Попрощался в лучших традициях Леонида Ильича, поцеловав в засос от души, сначала Керуллу, а затем и Ксо, так что у обеих задрожали ноги. Причем, Ксо, чтобы не упасть, пришлось облокотиться о подружку. Махнул рукой и быстрым шагом направился к храму. Как говорится, – и снова в бой, покой нам только снится…

Оказавшись на базе, поднялся наверх, сбросил легкую накидку и начал готовиться к серьезному делу. Переоделся в чистое белье, натянул кожаные куртку, штаны, сапоги и кольчугу. Проверил заточку меча и метательных ножей, добавил несколько стрел в колчан и осмотрел тетиву – основную и запасную. Застегнул пояс с кинжалом и подвесил ножны с мечом. Просмотрел содержимое маленького рюкзачка – все, что положено иметь из предметов первой необходимости, в нем было. Разместил за спиной лук в чехле, налучье и колчан. Попрыгал проверяя притертость снаряжения, покидал ножи в стенку, стараясь попасть в маленьких юрких мошек. Получилось. Присел на дорожку, вспоминая не забыл ли чего-нибудь. Вроде полный комплект и по списку все на месте.

Настроился на серьезное дело и, нахмурив брови, решительно направился вниз, провожаемый испуганными взглядами всей своей команды. Да что там говорить – выглядел я грозно…

Через Ворота шагнул на постамент храма и, стараясь не шуметь, пошел к выходу. Еще на полдороге к выходу услышал звон оружия. Неужели опоздал?

Слышалось тяжелое дыхание, громкое хаканье и приглушенные матюги. Причем, ругались по-русски! С новгородским акцентом. На душе как-то сразу потеплело.

Осторожно выглянув из дверей храма, увидел, как на мощеном дворе, рубятся три человека. Причем, создавалось полное впечатление, – каждый из них выступает сам за себя. Сражались два парня и одна девушка. Первое, что поразило, внешность бойцов. Ее можно описать одним словом – викинги. Двухметровые белокурые бестии. Причем и девушка оказалась из одной обоймы с парнями.

Через минуту понял, что, несмотря на ожесточенность, по рисунку боя, я мог бы сразу догадаться – схватка тренировочная, но, конечно, на грани фола и без игры в поддавки. Попятившись назад, вернулся в зал по лабиринту и аккуратно щелкнул по гонгу ногтем. Акустика, как всегда не подвела, и даже этого легкого удара хватило, чтобы меня услышали, – Черный пришел! – Уже не прячась, направился к выходу.

Выйдя на свет божий, увидел картину вполне ожидаемую. Трое викингов и два старика стояли на коленях, склонив головы. Затем самый старый адепт, не без труда с кряхтением, поднялся с колен и направился ко мне. Мы встретились на полпути и старик провозгласил.

– Жрецы храма Богов Света и Тьмы приветствуют тебя Старший брат! – Я посмотрел ему в глаза и спросил.

– Как твое имя брат?

– Селестр о Посланник богов.

– Сколько братьев в храме Хрустального озера.

– Нас семеро, Старший брат. – Я подошел к нему вплотную, прихватил за локоток, увлек к воротам в стенах, окружающих храм, и приказал.

– Зови меня Панкрат, Селестр и пусть братья поднимутся с колен.

Все вместе мы вышли через ворота и я осмотрелся. Это было нечто! Храм был построен на возвышенности высотой метров пятьдесят в конце вытянутой долины. Ее со всех сторон окружали горы. В ширину эта удлиненная горная впадина составляла примерно километр, в длину не менее трех.

С противоположной стороны долины в отвесном скальном массиве имелось широкое ущелье и через этот разлом буквально напирали джунгли. Я, конечно, прохенький ментат со слабыми зачатками, но, даже для меня, как сильная головная боль, ощущалось со стороны ущелья постоянное давление на психику. Невольно скривившись, бросил взгляд на адептов. Неужели они не чувствуют? Может притерпелись? У меня же мурашки по коже и странное чувство будто там, среди деревьев, ворочается кто-то живой – голодный, жестокий и могучий.

Две трети котловины занимало озеро. Со стороны храма озеро кристально чистое. Причем, подобной прозрачности воды я раньше не видел никогда. Может только на Байкале. Ветра не было и через ровное зеркало воды с точки, где мы стояли, я видел дно. Если же это не обман зрения, то глубина озера здесь поболее ста метров. Вполводы и у самого дна хорошо заметны темные змеиные тела гигантских угрей. Их я в первый момент принял за мурен. Но это были не водяные змеи и не мурены, а тысячи угрей разных размеров от десятков сантиметров до двух метров длиной. Озеро представляло собой гигантский садок для деликатесного продукта. Ха, кому-то семгу и форель подавай, а кто-то очень угрей уважает…

Но чем ближе к выходу из ущелья, тем мутнее становилась вода. Вплотную к джунглям, весь противоположный берег водоема можно обозвать – грязной заболоченной поймой. Каждый воспринимает мир в меру своей испорченности и у меня создалось впечатление, что из джунглей в озеро, подобно гною из раны, стекает всякая гадость.

Со стороны храма перед болотом имелась тонкая полоска плодородной почвы с маленькими лоскутками возделанных полей, огородов и посаженных деревьев. Немного в стороне, ниже по склону, почти на берегу озера стояла деревня в двенадцать домов.

Я повернул голову к Селестру и спросил.

– Где еще двое братьев? – Он махнул рукой в сторону ущелья и ответил.

– Они на страже у Бешеных джунглей. – Я повернулся лицом к нему и трем, стоящим сзади него викингам.

– Ладно. Слушайте внимательно! Сюда через Бешеные джунгли идет Первый – Золотая рука, – мои слова явно не нашли отклика у жрецов. Было видно, что о симбионте они слышат впервые. Для них его грозная слава – пустой звук, – и я уточнил. – Вы слышали о Первых и Вечно вторых? – за всех пятерых ответил главный жрец.

– Нет, Панкрат. Бешеные джунгли непроходимы. Дорога в нашу долину идет через горы. – Он махнул рукой в сторону и добавил. – Кто такой Первый?

– Очень опасный демон. И он идет сюда, чтобы убить вас всех. – Вперед шагнула валькирия, положила руку на рукоять меча, гордо вскинула голову и провозгласила.

– Мы потомки Черного. Нам нет равных на мечах среди людей. – Я усмехнулся, ну, не люблю я девиц в военной форме и, с трудом удержавшись чтобы не сплюнуть, сказал.

– Проверим. Но, Первый очень опасная тварь и он не человек. – Девица еще выше задрала подбородок, а я спросил. – Когда будет смена часовых? Хотел бы познакомиться со всеми, – и пояснил. – Каждый должен знать свой маневр. По моим подсчетам, – я замолчал, закрыл глаза и постарался дотянуться до монстра через джунгли, что-то нащупал опасное, злое – вроде он, и продолжил, – По моим ощущениям, Первый должен выйти к храму завтра днем, до полудня. Вы обязаны помнить – демон двигается со скоростью смерти. Ему все равно – находится ли эта смерть на кончике стрелы или кончике меча. Он всегда рядом и опередить его сложно. Поэтому нужно подготовить план сражения и расписать все роли. Голова Первого и его золотая рука обязаны занять свое место в храме. У него не должно быть никаких шансов. Это приказ! – Я жестко взглянул на наглую девицу. Еще не хватало бить ее по лицу, и с металлом в голосе прибавил. – Я так хочу! – жрецы склонили головы, девица стушевалась и за всех ответил Селестр, с осуждением посмотрев на валькирию.

– Стража меняется каждые полдня. До смены осталось еще четыре клепсидры. – Я кивнул и сказал.

– Тогда пусть, кто-нибудь проводит меня. – Селестр оглянулся и приказал.

– Фаронга, – молодой белокурый атлет, вздрогнул и, не оглядываясь, направился по тропинке в сторону ущелья. Я двинулся за ним следом.

Тропинка петляла по обрывистому берегу озера. Чем ближе мы подходили к ущелью, тем более пологими становились склоны. Каменистые осыпи плавно перешли в альпийские поляны, а затем в поля, сады и огороды. По всему заметно, что долина имеет свой микроклимат. Он позволяет собирать неплохие урожаи. По крайней мере, на отдельных пятачках плодородной земли.

Но вот тучная почва закончилась, появился зеленый плотный сфагнум, чем-то похожий на толстый ковер. Под ногами захлюпала вода. Постепенно зеленый цвет мха сменился на розовый, а затем на желтый. Местами стали попадаться затянутые ряской окна и отдельные хилые островки осоки. Здесь Фаронга остановился и, приложив ладонь ко рту, выдал в пространство 'гуль-гуль-гуль-гуль'.

Я непроизвольно дернулся, бросив взгляд по сторонам. Фаронга оказался хорошим имитатором. По крайней мере, я не смог выявить фальши в характёрном крике улара. В ответ на этот призыв с двух сторон донеслось гусиное 'га-гэ'. Через несколько минут с разных сторон, шлепая плетеными лыжами по болоту, к нам подошли двое. Пожилой воин, весь затянутый в темно-коричневую кожу, и не менее грозного вида женщина в годах. Оба вооружены короткими копьями с обоюдоострыми плоскими наконечниками у основания шириной в ладонь и длиной в локоть. Чем-то копья напоминали ассегаи племени масаи и предназначены были для охоты на крупную дичь. За спиной у обоих имелся лук и колчан со стрелами.

Да, чувствовалось, что в отличии от расслабухи в других храмах, здесь к военной подготовке относились очень серьезно.

Представляться воинам не пришлось. Оба, не доходя до меня пяти шагов, упали на колени, расплескав болотную грязь, и склонили головы. Я подумал, что у стражников очень острый слух, если они смогли услышать удар гонга из храма на таком большом расстоянии.

Посмотрев на макушки жрецов, я скривился и сказал.

– Мы члены одной семьи и негоже братьям вставать на колени друг перед другом. Встаньте и скажите свои имена. – Воины поднялись и амазонка сказала.

– Меня зовут Атарея, моего мужа Танкор. – Я решил прояснить свою позицию.

– Перед нами, братья, на колени должны вставать враги, признавая наше превосходство, – муж с женой твердо посмотрели мне в глаза. Кажется, поняли, и я поинтересовался, – Зачем нужна стража в этом месте? – Ответила снова Атарея.

– Из джунглей выходят свиблы и проглоты. Если их вовремя не остановить, то они натворят много бед. Если не отгонять грифов, – и женщина ткнула копьем в небо, где я разглядел крупную птицу, барражирующую над нами на большой высоте, – то эти пожиратели падали слетятся тучей и съедят крабов. – Атарея в свою очередь указала в направлении заболоченной поймы и продолжила. – Не будет крабов, Бешеные джунгли, – и показала в сторону ущелья, – затопят собой долину и испоганят священное озеро. – Я кивнул на птицу, затем на луки у них за спиной и спросил.

– Почему вы не собьете эту пташку?

– Птица-разведчик всегда слишком высоко.

Я прикинул расстояние, под удивленные взгляды снял свой чехол с луком, натянул тетиву. Встал для устойчивости раздвинув ноги, прикрыл глаза и прицелился. Внутренним зрением увидел птицу, и с возгласом 'ха' бросил стрелу в полет. Сконцентрировался и повел ее к цели. С некоторых пор у меня появились новые возможности. Видимо, это и называется телекинезом – я одновременно и корректировал, и ускорял свой 'стингер'.

Нормальный человек не может выстрелить на полкилометра и ссадить на землю парящую птицу, прошив ее стрелой навылет. Я смог. В голове промелькнуло понимание – во многом моя бесподобная стрельба из лука это результат нового таланта.

Увидев результат выстрела, уже все трое братьев нацелились было упасть на колени, но остались на ногах после окрика.

– Стоять! – убрав лук в чехол, я показал рукой Атарее на ее ноги и сказал.

– Мне потребуются плетенки. Нужно осмотреть подходы к озеру. – Амазонка расстегнула ремешки и шагнула в сторону, а я добавил, – со мной пойдет Танкор. Вы двое подождете здесь.

Нацепив на ноги средство передвижения по болоту, я махнул рукой и мы пошлепали к входу в ущелье. Через короткое время стало понятно, что имела ввиду Атарея, когда говорила о крабах. Чем ближе мы подходили к кромке леса, тем больше под ногами встречалось ярко-желтых панцирей. Учитывая форму и окрас, это явно какие-то эндемики. Первое время крабы разбегались в разные стороны, но у самого леса их количество стало таким, что нам пришлось идти по сплошному шевелящемуся ковру. Причем, менялось не только количество, но и размеры экземпляров. У самого леса попадались отдельные монстры с размерами панциря сантиметров сорок в диаметре с мощными клешнями способными шутя отхватить палец у человека. И эта клешнястая банда, как степной пожар, уничтожала всю органику, которая перла из ущелья.

Ползучие лианы, мангровые корни, семена, ростки деревьев и цветов, поваленные стволы, какие-то червячки и жучки – все это служило пищей для армии десятиногих ракообразных. Органика джунглей измельчалась и проглатывалась, после переработки в желудках, формируя слой дерьма. Я присел на корточки и выяснил, что далее, в этом навозе продолжали работу по созданию плодородной почвы, доводя перегной до кондиции, белые черви толщиной в палец.

И все-таки, в экологической цепочке: органика джунглей – крабы – черви – угри, чего-то не хватало. Должен был быть, кто-то еще, очищающий воду до кристальной чистоты. Скорее всего в озере обитали еще какие-то эндемики типа креветок, фильтрующих воду. В этом случае кормовая база священных угрей принимала завершенную форму – ешь не хочу, расти и жирей, как на дрожжах.

Получив таким образом представление о самых дальних подходах к храму, окликнул Танкора и повернул назад. Дошлепав до Атареи и Фаронги, отстегнул плетенки и направился по тропинке обратно. Атарея окликнула меня в спину и, когда я оглянулся, ткнула пальцем вверх. Задрав голову, увидел, что вместо одного разведчика, над долиной кружили три птицы, а со стороны джунглей подлетала четвертая.

Впрочем, иначе и быть не могло. Ведь грифы, также как мясные и прочие мухи, обслуживают и отвечают каждый за свою территорию, внимательно наблюдая друг за другом. Стоит одному падальщику переместиться на кучку свежего навоза, как остальные, связанные одной цепью, подтягиваются к счастливцу, набиваясь ему в компаньоны. Что называется, – свято место пусто не бывает…

Единственное, что помогает в таких случаях, это настойчиво и неотвратимо выбивать всех новых претендентов на дерьмо. До тех пор пока большой, ранее контролируемый район не станет совсем пустой и лететь до падали издалека станет себе дороже. Впрочем, это общее правило, – оно применимо и для человеческого социума.

Я достал лук из чехла, пожалев свои, попросил у Атареи четыре стрелы и на интервале в тридцать секунд, снял всех четверых нахлебников. Убрал лук и двинулся к храму. Было у меня предчувствие, что адепты покормят меня жирными копчеными угрями, которых я обожал с детства… А это радовало.

Ужин действительно оправдал все ожидания. Наряду со стандартным набором, включающим овощные салатики, соки и фрукты, храм Хрустального озера имел и фирменные блюда. К особо понравившимся, можно отнести: крупных ярко-оранжевых креветок, разложенных на стебельках укропа, под молочным соусом с луком; голубцы тушеные в собственном соку, фаршированные мясом крабов с зеленью; крабы заливные с вареными овощами и шейками креветок. И, конечно, изумительно приготовленный угорь в различных ипостасях – копченый, вареный, жареный.

Завершив процесс насыщения и сделав последний глоток приторно сладкого яблочного сока, я отвалился от стола и окончательно решил для себя, по какой схеме пройдет завтрашняя схватка.

Поднял вверх палец, привлекая внимание, и изложил план жрецам. Затем отправился на боковую. Уже засыпая, подумал, что Черный – мой предшественник, готовил это место и этот храм под свои вкусы и привычки. На основании своих представлений о прекрасном он сбалансировал в долине экологию. И, видимо, провел остаток жизни, в месте, которое полностью отвечало его представлениям о рае. Однако, любопытные у него были предпочтения.

Утром еще раз провел инструктаж. Ключевым элементом плана было то, что все жрецы-воины должны биться одной сплоченной группой. Более молодые, закрываясь щитами и помогая друг другу – стараясь достать и, останавливая Первого своими копьями. А старички, из-за спин молодежи, должны не оставлять попыток попасть в Золотую руку метательными ножами. Причем, все должны действовать синхронно, как единый организм. Ждать демона они должны у ворот храма, закрывая собой вход и не позволяя обойти себя с тыла. Я в это время буду исполнять роль свободного игрока-чистильщика и действовать по обстоятельствам.

Около полудня Первый вышел из джунглей. По моему прогнозу, прежде чем напасть, он должен остановиться в саду и закусить спелыми фруктами. Даже демону, способному есть пиявок и мокриц, иногда требуется нормальная пища. Здесь, с максимального расстояния в полкилометра, я сделал по нему первый выстрел. Вслепую, по наитию и не прогадал. Видимо, переход от ужасов Бешеных джунглей к идиллической пасторали Священной земли сыграли с монстром злую шутку. Расслабился наш ужастик и моя стрела, как гром с ясного неба, проткнула ему правый бок со спины навылет.

Взревев бешеным медведем, сломав наконечник и с трудом, выдернув древко, Первый бросился к храму. Еще раньше я успел прошмыгнуть в ворота мимо заслона из жрецов и в одно мгновение по крутой лестнице взлетел на стену, окружающую храм. Так, что к моменту, когда демон, как ураган налетел на адептов, я уже выцеливал его из лука со стены. Теперь моей главной задачей было стрелять синхронно с бросками метательных ножей.

Старички не подкачали. Еще на подходе монстра бросили два ножа одновременно. Я же добавил к спарке ножей свою стрелу с расчетом, что она догонит клинки, как раз в момент их соприкосновения с монстром. Есть! Два ноль в нашу пользу… но продолжался нулевой счет в партии только мгновение. Первый перехватил один нож в полете, от второго увернулся и с убийственной точностью и силой отправил обратно чужой клинок. Фаронга получил этот подарок в свой левый глаз. Сила удара оказалась настолько велика, что его буквально вынесло из шеренги и бросило на спину. Два один. Но викинги не зря вели родословную из глубины веков, с генами к них было все в порядке. Шеренга сомкнулась и, как поется, – отряд не заметил потери бойца… На душе потеплело, эти будут стоять до конца

А Первый был уже не тот – укатали Сивку крутые горки! Моя вторая стрела попала ему в правое плечо, зацепила кость и, когда жрецы метнули ножи еще раз, он потерял темп. В этот раз он не стал выеживаться, а просто отбил клинки. И как результат, получил третий подарок от меня в центр груди. Три один и это было уже серьезно. Я почувствовал, что монстр заколебался, и у него в голове мелькнула мысль о бегстве. Но было поздно! Старички замахивались для третьего броска, а я выцеливал сердце. Бросок, щелчок рукавички и от удара одного ножа жрецов в руку в районе предплечья и стрелы в сердце, демон не устоял на ногах. Его развернуло боком и он начал заваливаться на спину. Пять один в нашу пользу.

Он еще не успел коснуться спиной земли, когда я послал вдогонку своей четвертой стреле еще две, целясь в лицо. Поэтому, опрокинувшись навзничь, Первый уже не увидел голубого неба. Из каждого глаза у него торчало по древку стрелы, оперенных белым гусиным пером. Семь один. Аут.

Я опустил лук и не спеша спустился со стены. К моменту, когда подошел к еще бьющемуся в конвульсиях телу, валькирия успела отрубить Первому голову. Он в свою очередь, и это с такими-то ранениями, смог зацепить мечом ей ногу. Сейчас она разглядывала голову, держа на вытянутой руке, не обращая внимания на серьезную резаную рану левого бедра. Я же, чтобы поставить последнюю точку – отсек монстру золотой протез, разрубил его вдоль на две половинки, вытащил кончиком меча моллюска и раздавил каблуком. Собрал стрелы, еще раз осмотрел поле боя – вроде все, как надо. Дело сделано… Можно возвращаться.

По моим расчетам с популяцией нового вида, состоящей из Первый и Вторых, покончено. Патогенный этнический вирус уничтожен. Все сделано так, как учил сухорукий Вождь всех времен и народов.

Махнув рукой на прощание жрецам, направился к Воротам.

Закрыв Систему у себя на Базе, поднялся наверх и переоделся. В отдыхе я не нуждался – стычка у Хрустального озера не потребовала много сил. Поэтому, выслушав стандартный доклад Дервуда, сразу спустился обратно в храм.

Уселся в кресло и вошел в Систему. Меня ждали неотложные дела на Земле.

Заглянул в штаб-квартиру и ознакомился с балансом приходов и расходов фирмы. Сумма остатка на счете составляла в сорок семь миллиардов евро. Уже проведены выплаты по отдельным статьям меморандума в общей сложности на восемнадцать миллиардов. Процесс пошел. Нормально.

Но еще классик говорил, что главное это контроль. Поэтому в ускоренном темпе пробежался по информации о поступлениях от олигархических структур. Как всегда, передовики олигархического производства не подкачали. Рома, например, практически завершил эпопею возврата наворованного. Для него я подготовил краткую инструкцию с распоряжением. После полного завершения финансовых операций, дать покаянное интервью, основой которому должно служить содержание его секретной книжечки со счетами и суммами. По каждой позиции требовался короткий обличительный комментарий с посыпанием головы пеплом – в лучших традициях товарища Вышинского.

Утром, просматривая новостные каналы, с удовлетворением узнал, что на 'химию' начинает выстраиваться очередь. Началась-таки перековка криминальной России.

После этого плавно перешел к ассирийской ОПГ. Нынешнее их увлечение связанное с банковскими аферами, нефтью, газом и отмыванием денег, еще худо-бедно можно понять, но неуемное желание сначала девяностых годов захватить рынок сбыта наркотиков, простить нельзя. Поэтому, сцепив зубы, приступил к скрупулезной работе и всех, кто хоть каким-то боком прислонился к 'дури', выбил, как шашки в игре поддавки. Ну, а дальше больше…

В сухом остатке получилось – резкое сокращение количества 'акционеров' нефтяных компаний и скачкообразный наплыв 'туристов' с криминальным прошлым во все страны 'свободного' мира. Но наиболее умные, все-таки брали в руки лопату и топор. И добровольно отправлялись облагораживать дикие окраины и валить лес на северных рубежах моей все еще необъятной Родины. Правда, пока, таких единицы.

И как следствие, работая целую неделю, как робот-автомат на сборке, смог слегка подмести Москву и московский регион. Но, безусловно, работа 'эпилятором' требует системного подхода. Гладенько выбритой у России оказалась даже не нога, а только коленка. Следующими на очереди были – криминальная столица, юг, Урал, Сибирь, Дальний Восток. Затем следовало облагородить весь континент, начиная с гладкой задницы Европы и далее везде, включая волосатую грудь Северной Америки…

За неделю количество поступлений на расчетный счет возросло вдвое, а Москву и всю так называемую 'элиту' трясло, как в лихорадке. Элитарная прослойка сокращалась в количестве прямо на глазах, а средства массовой информации оттянулись по полной программе, захлебываясь слюной, комментируя события. Причем, спектр мнений был самый широкий – от 'гаси по полной', до 'да что же это делается'.

Последним пришлось несладко – крокодиловы слезы по убиенным, идеологическая поддержка криминальных структур, воспевание романтики воровской жизни, по моему мнению, это серьезное преступление. Но, чтобы заткнуть фонтаны фекалий с экрана и газет, не потребовалось много времени. Получили все, начиная с телевидения и кончая говорливыми политиками.

Таким образом, вчерне, сформировался базис нового порядка в многострадальной России. Оставалось только твердой рукой 'расширить и углубить', то, что началось с легкой руки одного крапчатого полудурка.

В завершение решил проверить, как там мои ребятки-энтузиасты. Они, вроде, обещали сделать высококлассный доспех. Набив карманы банковскими упаковками, направился по знакомым адресам.

В общем, все получилось так, как я и думал. В любом живом деле от жгучего желания до конечного результата всегда дистанция огромного размера. И хорошо, если провалены сроки… Это, как говорится, – как к гадалке не ходи… само собой, то есть. Поэтому пришлось в воспитательных целях сначала помахать в воздухе перед носом розовыми и зелеными упаковками. Затем с саркастической усмешкой выслушать долгие и пространные извинения и объяснения. Как известно, – всегда найдется тысяча причин, почему дело оказалось проваленным… Энтузиасты, они такие, а вот профессионалы, дело другое.

К счастью, эту работу я начинал не вчера и все яйца в одну корзину не складывал. Уже четвертый год на Урале по моему заказу трудились два коллектива. Одна команда работала с титаном, другая с холодно деформированной, хромоникелевой сталью. И те и другие, должны уже получить конечный продукт. И я направился проведать оборонщиков.

Титановая кольчуга получилась на загляденье. В ней было все – и легкость, и прочность. Пока глядел на шедевр оружейного дела слюни текли полноводную рекой. Тут же, не отходя от кассы, заставил руководителя работ составить платежную ведомость. В нее следовало внести всех, кто хотя бы каким-то боком прислонился к теме, и проставить им, не чинясь, суммы премиальных. Таких бойцов трудового фронта оказалось восемьдесят шесть человек, а максимальная сумма в ведомости имела величину тридцать две тысячи сто сорок пять рублей. У меня на глаза навернулись слезы… Дерьмократы, мля. Довели страну до ручки.

Забрав кольчугу и предупредив, чтобы все кто прописан в ведомости, собирались для получения премии я посетил сначала квартиру Председателя и забрал чистый бланк охранной грамоты, вписав в него все что нужно. Затем, заглянул к себе в хранилище с деньгами и набил ими два больших полиэтиленовых мешка. С таким расчетом, чтобы каждый по списку, получил одну банковскую упаковку розовых и упаковку тысячных в рублях на мелкие расходы.

Вернувшись на завод, вручил грамоту и дал разъяснения, что по две упаковки – евро и рубли, должен получить каждый. Затем некоторое время наблюдал за выдачей денег. Но, когда, получив свою сумму, одна пожилая женщина конструктор разрыдалась в голос, заскрипев зубами, погасил картинку. Из глубины души на поверхность стала подниматься темная муть, а это чревато неконтролируемым бешенством. Меня стало неудержимо тянуть отвинтить головы всем либероидам поголовно… что, конечно, неправильно. Надо не всем, а через одного. И чтобы обязательно было ПОКОЯНИЕ… у тех кто останется в живых.

Вторая команда еще не закончила проект. Но результаты у них были даже лучше, чем у титанщиков. Они смогли холодной деформацией добиться от высоколегированной стали чуть ли не трехкратный разницы по прочности относительно титана. Это позволяла сделать кольчугу на пятьдесят процентов эффективнее по показателю масса-прочность.

Положительно оценив их работу, я тоже выдал грамоту и один полиэтиленовый мешок с рублевыми упаковками. Так сказать, – премия за хороший промежуточный результат.

В завершение, пожал всем руки, похлопал по плечам и, пожелав дальнейших успехов, отправился к себе на Базу. Нужно отоспаться и успокоить растрепанные чувства.

Шагнув с базы на постамент храма на острове Отшельника и спрыгнув на пол, от полноты чувств шваркнул кулаком по бронзовому гонгу, заткнул уши и, раскачиваясь под напором децибелов, побежал по лабиринту к выходу. Как пробка из бутылки, выскочил на волю и полной грудью вздохнул пьянящий воздух свободы тропического острова.

Справа от меня, рядом с озером Мизинца руки, стоял, радуя глаз, аккуратненький деревянный домик с открытой террасой. Сбоку, вплотную к дому, под навесом пристроилась поленица дров. В общем, все милые сердцу атрибуты активного отдыха русского человека. Непроизвольно улыбнувшись, направился к баньке.

Перед этим я, чтобы почувствовать всю прелесть жизни, не поленился в очередной раз забраться в супермаркет. В нем отобрал кое-какие полезные вещи и продукты. Естественно, оплатив их стоимость.

Сейчас из этого комплекта прихватил с Земли три фарфоровых чайничка и шесть изумительных по красоте чашечек. В комплект к ним по килограмму свежего чая трех сортов: полуферментированный красный элитный китайский чай 'Золотое плетение', состоящий из почки и первого чайного листочка, вручную переплетенных между собой, дающий напиток темно-медового цвета с очень мягким, сладковатым вкусом; Юньнаньский черный чай Конгоу 'Тайна востока' с заваркой ярко-красного цвета и особым цветочным ароматом; элитный чай Оолонг 'Долголетие Будды' с юго-западных плантаций провинции Юньнань, связанный вручную в форме сушеного инжира с прозрачным изумрудно-медовый настоем с очень свежим и насыщенным вкусом.

Зайдя на террасу, снял рюкзачок с подарками и выгрузил чайный сервиз вместе с тремя пакетами с чаем на широкий стол в центре. Скинул рубашку и уселся в удобное кресло. Почти сразу же бегом наперегонки на поляну вылетели адепты – впереди Ксо и Керулла – молодые спортсменки. Чуть сзади Кенор и, как всегда, замыкал шеренгу растяпа Гельн. Заметив меня на террасе, все дружно с бега перешли на шаг и торжественно направились к дому.


    Ваша оценка произведения:

Популярные книги за неделю