Текст книги "Фантастика 1987"

Автор книги: Юрий Никитин

Соавторы: Георгий Гуревич,Павел (Песах) Амнуэль,Владимир Щербаков,Михаил Грешнов,Альберт Валентинов,Иван Фролов
сообщить о нарушении

Текущая страница: 33 (всего у книги 34 страниц)

– Но ведь больно.

– Очень хорошо! Поймите, вы раньше не замечали этой боли, вам просто было плохо. И организм не реагировал на нее. А когда сейчас искусственно усилили боль, то тем самым потребовалась сюда дополнительная энергия для исцеления. По восточной медицине, именно боль является экстренным регулятором распределения жизненной силы – в этом ее секрет, не понятый медициной, и вместо стирания кода и оживления кости, например, позвоночника, делают блокаду обезболивания.

В словах Юсуповой есть своя логика: прочищены каналы, так сказать, подступы к больному органу, массажем улучшен обмен веществ в клетках и болью вызвана дополнительная порция энергии для исцеления надкостницы. Но как происходит целебное воздействие на орган, ради которого мы занялись массажем болевой зоны на кости? Ведь именно этот механизм надо раскрыть, чтобы дать гражданство новому массажу.

Осмелюсь высказать предположение, что все дело в сегментарной теории Захарьина-Геда. Медикам хорошо известно, что от спинного мозга, от каждого позвонка отходят веточки нервов.

Тридцать три позвонка образуют тридцать три сегментарные пары, контролирующие: а) соответствующие им внутренние органы; б) кости, мышцы, сосуды; в) кожный покров. При поражении внутренних органов у человека появляется боль на соответствующем ему участке кожи, и врачи этим успешно пользуются при диагностике. Например, человек жалуется на боль в руке: зудит внутренняя часть плеча и предплечья. А врач уже знает – болит сердце. Кожные максимальные зоны Захарьина-Геда хорошо изучены, описаны и успешно используются, а костная часть осталась вне поля внимания. И Римма Фаттаховна интуитивно вышла на нее: болевые зоны на костях, вероятно, не что иное, как зоны Захарьина-Геда, пока еще не изученные, не описанные, не используемые в широкой лечебной практике. Если это так, то народная ведунья провела научное исследование и довершила то, что не успел сделать в свое время Захарьин-Геда. Становится понятным механизм целебного действия массажа кости. Так как орган, кость и кожа контролируются из спинного мозга определенной позвонковой или межпозвонковой зоной, то каналы между ними должны быть очищены для информативной связи. Болевое воздействие и ощущение также немаловажны и играют свою роль.

Словом, подтвердив это предположение научно и дав гражданство новому методу массажа кости, мы тем самым получим возможность расширить приемы быстрой предварительной диагностики и эффективного применения дешевого физиотерапевтического лечения. Лично меня в этом убедил собственный опыт: пока в поликлинике искали причину появившихся в желудке сильных болей, Римма Фаттаховна обследовала больные зоны на кости надчревного угла и определила, что у меня гастрит. Проделав массаж этих зон, она очень быстро сняла болевые рези в желудке – к тому времени, когда в поликлинике, наконец, подтвердили названное заболевание.

Претерпят изменение и вообще весь массаж, все его многочисленные разновидности. Ведь если целебное воздействие на заболевший орган по сегментальной теории Захарьина-Геда можно производить посредством влияния на кожный покров и кости, то будет правильным обратить внимание на состояние самих позвонков. Римма Фаттаховна Юсупова, ничего не зная о ЗахарьинеГеде, интуитивно пришла к мысли, что все болезни начинаются со спины. Сначала тщательно осматривает спинной хребет, и этого первого предварительного огляда ей достаточно. Всякого рода, иногда почти невидимые, искривления позвонков или отклонения от норм расположения абсолютно не видимых при обследовании межпозвоночных дисков и прочие ненормальности, естественно, нарушают работу тех самых нервных веточек-связок, которые отходят от позвонков, протягиваясь к внутренним органам, костям, коже, как электрические провода от столбов. Задача массажиста и пациента – восстановить правильное положение позвонков, вернуть им подвижность. Именно с этого должен начинать массажист. Словом, нужен тесный союз науки и народных лекарей, костоправов, табибов, экстрасенсов. Не потому, что народные лекари больше знают, а потому, что они знают простые методы, которые могут успешно применяться в профилактических целях и тогда, когда болезнь не зашла слишком далеко, а главное, особенно тогда, когда уже зашла далеко и лекарственные препараты не помогают. Да и нашим узкоспециализированным врачам полезно знать простейшие приемы целебного воздействия на человека.

Ведь лечение простейшего радикулита превращается в долгую, длящуюся несколько недель и месяцев процедуру с применением уколов, блокад, примочек, прогреваний, тогда как Юсупова снимает боль за считанные минуты, воздействуя на зоны подвздошной ости. И затем в последующем лечении полностью выводит эту зону из зон хронических заболеваний. Люди возвращаются к работе, оставленной много лет назад.

Главная моя задача – найти тех ученых-медиков, которые бы взялись серьезно поработать (а не полюбопытствовать и предвзято осудить – таких много) с Юсуповой и дать научное объяснение найденных “абсолютно понятных ей одной” пока воздействий.

Одно из которых – газ, выделяемый больным органом…

Опрошенные мною врачи, конечно же, знали о газообмене клеток, но не то, что имеет в виду Юсупова. А она утверждает, что в заболевшем органе идет процесс, вызывающий выделение не сгоревших энергетических газов, которые накапливаются в каналах, видимо, давят на нервные окончания, на стенки органа и разрывают эту стенку и вызывают дискомфорт ощущений, боли. Римма Фаттаховна выводит по очищенным каналам эти газы в так называемую ампулу, как она называет зону сборки газа, где и уничтожает “ампулу”. Шарики газа “взрываются”, и пациенту тут же становится легче. Особенно если это в зоне сердца.

Сам лично я убедился в этом после тяжелой операции, когда впервые притронулся к месту обширной зоны операции,– под пальцем, показалось, захрустело от лопающегося множества “воздушных” шариков. Чем ближе к шву, тем их больше. Помня уроки Риммы Фаттаховны, я очень осторожно как бы передавил их все и почувствовал резкое послеоперационное облегчение; но на следующее утро шарики вновь хрустели под моими пальцами, хотя и в меньшем количестве. Оперировавший меня хирург сказал, что такое всегда бывает: к сожалению, его внимание не привлекло даже то, что шов у меня затянулся быстрее, чем у тех, кто оперировался раньше. Я резко стал поправляться, ходить, мне сразу стало легче дышать, прошла усталость, вялость и недомогание. Но вот Юсупова, со своим постоянным дотошным вниманием, не прошла мимо встреченного явления. Перепроверяя себя, обращалась к массажистам, и наиболее чуткие из них с радостным изумлением подтвердили, что действительно встречают вблизи больного органа какие-то лопающиеся пузыри. Юсупова обрадовалась: значит, ей это не кажется, газ фиксируется другими.

Римма Фаттаховна изучает народную медицину всех веков, ищет доступные каждому приемы оказания лечебной помощи.

– А потому что человек – неотделимая часть природы и обязан,– говорит она,– лечить себя сам. Используя свое чудесное свойство саморегуляции, человек должен помогать себе. Она также абсолютно уверена, что человеческий организм устроен так, что люди своими воздействиями и, прежде всего, энергетическими, должны лечить друг друга, должны помогать друг другу, восстанавливать энергетический баланс. Люди с повышенным энергетическим полем необычайно работоспособны, энергичны, жизнедеятельны. Их надо уметь видеть и природный их дар обращать на пользу другим.

* * *

ВЛАДИМИР ЛАГОВСКИЙ ЛЕЧЕНИЕ БЕЗ ЛЕКАРСТВ

– Это не ваш снимок,– проговорил врач с явным недоверием.

– Мой,– сказала женщина и, чтобы рассеять сомнения, легко прошлась по кабинету.

А сомневался врач неспроста. У больной 25 лет не срастались переломы, да и по всем прогнозам надежд на улучшение было мало. И вдруг – быстрое исцеление. На всех прежних снимках хорошо видны трещины, а на последних нет и следа их…

Но еще больше изумился врач, узнав, каким необычным способом лечилась женщина – ей в кости… забивали иголки.

Никого сейчас не удивляет, что иглами колют и таким образом лечат от многих заболеваний. Впрочем, можно возразить: кожа очень чувствительна, она живо реагирует на неполадки в организме, на ней есть биологически активные точки – воздействуя на них, медики регулируют работу внутренних органов. А что чувствуют кости?

– Очень многое,– говорит доктор медицинских наук, профессор Г. Янковский.– И давление, и температуру, и химические вещества. Но это чувство трудно сравнить с другими, привычными. Слух, зрение, осязание, обоняние, вкусовые ощущения – словно окна, распахнутые в окружающий мир. А костное чувство скрыто внутри нас. С его помощью мозг и нервная система воспринимают информацию о работе организма, увы, независимо от нашего сознания. Мы нашли в костных тканях особые рецепторы, раздражали их и получали ответы в определенных участках мозга. При этом изменялась частота дыхания, сокращались мышцы. Были и другие реакции. Словом, костная ткань по чувствительности не уступала коже…

Как часто в последнее время медикам приходилось убеждаться, что наш организм устроен намного сложнее, чем они предполагали раньше. Сердце, например, считали лишь насосом, а оно, как выяснилось, вырабатывает еще и гормоны, которые регулируют кровообращение.

Долгое время полагали, что кости нужны человеку для опоры, движения, защиты. Знали, что они служат своеобразным складом минерального сырья, участвуют в кроветворении. Немало, конечно. Но вот, оказывается, скелет – это еще и сложная чувствительная система со своими связями и рефлексами. Ее роль в организме не менее важна, чем работа других сенсорных систем, например, кожной.

– Это еще не все, продолжает профессор и раскладывает рентгеновские снимки.– Здесь сняты кости людей, страдающих самыми различными заболеваниями. У одних болит печень, у других не в порядке обмен веществ – недуги, казалось бы, не имеют никакого отношения к костям. Но сравните, как отличается их состояние у здоровых и больных. Ткани становятся рыхлыми. А если измерить электрическую активность, то и она будет различной. При заболевании в мозг и нервную систему идут совсем иные сигналы. Кости “чувствуют” если не все, то многие недуги. Так нельзя ли лечить их, наладив биологическую обратную связь, использовав для этого костную рефлекторную систему?

…В эту лабораторию НИИ экспериментальной и клинической медицины нередко приходят люди, изверившиеся в традиционных методах лечения. Их организм, перегруженный огромным количеством лекарств, уже не реагирует на самые сильные препараты. А сюда их привлекают разговоры, что здешние медики лекарства “не признают”. Хотя, конечно, это неверно. Просто ученые под руководством заведующего лабораторией экспериментальной физиологии Г. Янковского ищут новые способы профилактики и лечения многих болезней.

В кабинете профессора стоит скелет. Втыкая в него иголки, Георгий Александрович объясняет: – Воздействуя на эти кости, мы лечим остеохондроз, на эти – артриты, делая уколы вот сюда, пробуем лечить ревматизм…

Через несколько минут скелет, словно еж, ощетинился иголками.

– Но у человека более 200 костей, как вы определяете, какую именно и в каком месте надо раздражать?

– Обычно колем там, где болит, или рядом с пораженным органом,– говорит Янковский.– На кости нет активных точек – она вся чувствительна.

Раздражение, как полагают ученые, формирует новый поток информации в нервную систему и размыкает прежний. Суть этого процесса помогает понять простой пример. Представьте автомобиль, который едет по ухабистой проселочной дороге рядом с шоссе. Шофер и рад бы на него выбраться, да… мешают высокие откосы. Но вот приходит на помощь трактор и вытягивает автомобиль на бетонку.

Иголки и физиологический раствор, введенный в костную ткань, играют для нервной системы роль подобного “тягача”. Повинуясь ему, организм постепенно выходит на прямую дорогу к здоровью. Например, приступы бронхиальной астмы медикам удавалось снять иголками почти мгновенно, причем в таких случаях, когда ничто другое уже не помогало.

Возможно, в будущем ученые создадут стройную теорию костной рефлексотерапии и составят каталог болезней, которые можно лечить без лекарств. А пока перечень целей, достигнутых новым методом, напоминает мишень начинающего стрелка – попадания разбросаны по разным областям. Ученым удавалось лечить невралгии и депрессии, нарушения кровообращения, они повышали работоспособность мышц и имитировали нагрузки при ходьбе.

– А рецепта от старости у вас нет? – интересуюсь я.– Ведь с возрастом кости становятся слабее, изменяются, обедняются минеральными веществами. Нельзя ли их “отремонтировать”?

– Можно,– говорит профессор,– но трудно. Лучше старение скелета предупреждать заранее – периодически для профилактики воздействовать или иголками, или электродами.

– А у вас, кстати, ничего не болит? – неожиданно спрашивает Янковский.

– Да пока не жалуюсь, вот только близорукость…

– Это, конечно, не болезнь, но есть способ, как избавиться и от нее. Как, Андрис Адамович,– обращается Янковский к своему коллеге доктору медицинских наук Мертену,– попробуем?

Внося в лабораторию поднос с серебристыми инструментами, А. Мертен успокаивает:

– Не волнуйтесь, больно не будет. Мы вколем вам несколько иголок в лопатку и в шейные позвонки. Изменится тонус мышц, которые растягивают хрусталик, и его фокус переместится.

Неприятные ощущения, конечно, были, но страдать не пришлось. И очень смущали энергичные постукивания молотком по иголкам. Уже через полчаса я, следя за указкой, называл буквы в таблице. Скажу честно, резкого улучшения не наступило. Но если до эксперимента мне с трудом удавалось различать вторую строку, то теперь хорошо была видна третья…

На следующий день мы договорились встретиться с профессором на теннисном корте. Место было выбрано не случайно. Бывшие пациенты Георгия Александровича здесь бывают часто – закрепление результатов лечения физическими упражнениями давно вошло в практику врача.

Мне довелось говорить со многими, еще недавно страдавшими тяжелыми недугами, все излечились без госпитализации и лекарств. Как они шутят, одними иголками.

Сам профессор заядлый теннисист и поэтому особо гордится тем, что ему удалось одолеть “теннисный локоть” или эпикондилит – распространенное заболевание, которое поражает не только спортсменов. У электриков, слесарей, работающих отвертками, гаечными ключами, словом, у людей, долго нагружающих руку внезапно возникают сильные боли в суставе. От этой болезни сейчас страдают очень и очень многие. А эффективного метода лечения нет. Теперь, пожалуй, можно сказать, что проблема решена. Янковский с помощью шприца повышает внутрикостное давление в нужной точке – боль исчезает. Надолго ли? Пока сказать трудно. Но на себе Георгий Александрович проверил метод еще лет семь назад – здоров до сих пор. Потом лечил коллег по спорту. Забыли, что такое эпикондилит, говорят они.

…Покинув институт и пройдя немного по морозной Риге, я вдруг заметил – вся левая сторона тела словно налилась теплом, как раз та, в которую и кололи иголки. Удивительное дело, правая рука и нога мерзли, а левые нет. И какая-то легкость была в них.

Позвонил профессору.

– Ничего удивительного,– объяснил Янковский.– Рефлекторное улучшение кровообращения в конечностях и повышение тонуса мышц. Такие “побочные” эффекты мы не раз наблюдали, даже ожидали.

Очередной эффект превзошел все мои ожидания. Видимо, “трактор” все-таки вытянул ту самую “машину” на ровную дорогу. Уже на вокзале метров с двадцати пяти я случайно взглянул на расписание поездов и… прочитал их номера, время отправления. И чем дальше я отходил от табло, тем меньше у меня оставалось скептицизма.

ИРИНА СЕМИБРАТОВА, МНОГОЛИКАЯ…

(Заметки о фантастике)

Каждый седьмой студент и восьмой рабочий не просто регулярно читают фантастику, но и называют ее любимым видом литературы.

Притягательная сила научной фантастики кроется в постановке ею серьезных, животрепещущих проблем современности с непременной проекцией их в будущее.

Главный пафос советской научной фантастики – в убедительных, заряжающих социальным оптимизмом картинах грядущего, где окончательно победят коллективистские начала и настанет расцвет гармонично развитой личности.

Фантастика своими специфическими средствами способна помочь развитию новых идей научно-технического прогресса, растормозить творческое воображение, научить мыслить масштабно и перспективно. Являясь мощным идеологическим оружием, советская научная фантастика активно участвует в битве идей, борясь, как и вся передовая литература, за дело мира и прогресса.

Большой спрос на научную фантастику вызывает необходимость ориентации в этой литературе. В связи с этим Государственной библиотекой СССР имени В. И. Ленина был подготовлен вышедший в издательстве “Книга” в 1986 году рекомендательный библиографический справочник “Мир глазами фантастов”, предназначенный прежде всего широким кругам молодежи, интересующейся фантастической литературой. Цель этого издания – познакомить с наиболее значительными в проблемно-тематическом и идейно-художественном отношении произведениями преимущественно отечественной и частично зарубежной научной фантастики, кратко давая при этом некоторые биографические сведения об авторах, как правило, связанные с их творчеством, указывая, где была такая возможность, литературу о писателях-фантастах.

В значительном количестве в пособии “Мир глазами фантастов” представлена продукция издательства “Молодая гвардия”, чьи книги последовательно адресуются молодому читателю, что, разумеется, не исключает и обращения к ним людей более старшего возраста, ведь практически фантастику читают все.

Рекомендация в справочнике фантастических произведений, вышедших в этом издательстве, объясняется не только определенным читательским адресом, но, что очень важно, созидательным пафосом публикуемой в нем научной фантастики.

С идейной установкой на воспитательно-содержательную функцию этой литературы ведут молодогвардейцы отбор писательских имен, уделяя свое внимание не авторам чисто развлекательных произведений, а тем, кто серьезно отдает себе отчет, ради чего он пишет.

Эту принципиальную позицию разделяет летчик-космонавт СССР, дважды Герой Советского Союза Виталий Севастьянов, в своем “Напутствии читателю”, открывающем рекомендательный справочник “Мир глазами фантастов”, заявивший: “Я предпочитаю фантастику героического начала. Ту, что воспитывает в человеке, прежде всего молодом, ответственность за каждый поступок, стойкость и мужество. И ту, что учит величайшей осмотрительности в решении вопросов будущего человечества, войны и мира, прогресса науки и техники, экологических проблем. И любви к человеку. Будущее за такой фантастикой'“ Отдельные критические замечания в а.фес издательства, высказываемые время or времени в печати, не претендуя на глубину изучения материала, ж содержат конкретного анализа и носят зачастую отрывочный, не всегда объективный характер, обусловленный ходом окололитературной полемики, интересами различных писательских групп. Грешат они и издерганностью отдельных примеров, цитат, вне контекста порой звучащих весьма далеко от замысла автора цитируемого произведения. В целом же вопрос о критике фантастики совершенно особый, выходящий далеко за рамки данного разговора. Хотя и здесь нельзя не упомянуть еще раз об отсутствии крупных, значительных работ о ведущих советских писателяхфантастах. Даже лучшая и единственная пока монография о И. Ефремове [Книга П. К. Чудинова “Иван Антонович Ефремов” (М., Наука, 1987) посвящена в основном научной деятельности Ефремова,, а не анализу его литературного творчества.], принадлежащая Е. Брандису и В. Дмитриевскому, “Через горы времени” вышла в свет уже более двух десятилетий тому назад. В литературоведении гораздо подробнее отечественной освещена зарубежная фантастика. Что же касается современного литературного процесса, то наша фантастика в нем и вовсе Золушка, на последнем съезде писателей даже не удостоившаяся специального слова.

Не написана пока история отечественной фантастики, не разработана ее теория, нет даже четких терминологических определений различных разновидностей фантастического. Поэтому почти в любой, включая и данную, работе о фантастике часто термин “научная фантастика” может чередоваться с более широким понятием “фантастика”, которую Е. Брандис трактовал как один из способов художественного освоения действительности.

Вряд ли стоит сейчас спорить о различиях между словесными определениями “литературы мечты и научного поиска”. Гораздо важнее попробовать хотя бы кратко обрисовать основные содержательные моменты в издаваемой “Молодой гвардией” фантастике, наметить круг наиболее существенных проблем, решаемых авторами-фантастами, постараться определить, в чем и как проявляется “лицо” издательства, разумеется, не претендуя на развернутую характеристику молодогвардейской НФ во всех возможных аспектах и ракурсах, включая разбор каждой отдельной книги. Подробный анализ в данном случае – задача литературоведения и критики на будущее. Это же касается и раскрытия вопросов поэтики, художественного мастерства того или иного автора. Как совершенно особая тема, поэтика фантастики останется за пределами настоящего сжатого обзора.

В продукции молодежного издательства прежде всего привлекает внимание разнообразие типов изданий. Здесь есть и собрания сочинений, а также отдельные книги маститых авторов-фантастов, классиков отечественной фантастики И. Ефремова, А. Казанцева. Есть и антологии русской фантастики прошлых веков (“Взгляд сквозь столетия”, 1977; “Вечное солнце”, 1979), и сборники произведений фантастов зарубежных стран – Болгарии (“Третье тысячелетие”, 1976), ГДР (“Параллели”, 1980) и др. Уникальная серия “Библиотека советской фантастики”, дающая широкое представление о современном состоянии этой литературы. Своеобразно дополняют ее ежегодные сборники “Фантастика”.

Каждый год в “Библиотеке советской фантастики” выходит от четырех до семи-восьми книг, знакомящих читателей с творчеством как и уже достаточно популярных, так и менее известных пока отечественных писателей-фантастов. Среди них – Д. Биленкин, К Булычев. С. Гансовский. Е. Гуляковекий, Г. Гуревич, С. Жемайтис. В. Колупаев, Ь, Лапин, В. Назаров. С. Павлов, М. Пухов, И. Роеочопатский, Ю. Тупицын, Г. Шах. В. Щербаков, 3. Юрьев, А. Якубовский и немало других.

Несмотря на сюжетное и тематическое многообразие публикуемых произведений, а также различие авторской манеры письма, при чтении этих книг обнаруживается и некая общность, позволяющая понять определенную позицию молодогвардейцев, собравших их в единую серию.

Чем же интересна читателю фантастика молодежного издательства? Прежде всего, своей обращенностью к проблемам Человека – в настоящем, прошлом, будущем. Поведение людей в самых различных ситуациях (а здесь возможности фантастики неограниченны), высокие моральные и нравственные принципы, которыми руководствуются герои, находятся в центре внимания многих авторов-фантастов. Их цель – в тактичной, ненавязчивой форме показать молодому читателю пример для подражания, раскрыть в изображаемых характерах героическое и патриотическое начала. Писатели-фантасты стремятся к тому, чтобы герои произведений обладали определенной индивидуальностью, сохраняли в своем характере черты национального своеобразия, были бы интернационалистами…

Каковы же эти герои, какие задачи стоят перед ними? Это отважный, самоотверженный Александр Гирин из повести Ю. Тупицьша “Красные журавли” (1982), переживший немало опасностей на далекой планете, решающий для себя нравственную проблему: имеет ли он право ради собственного спасения подвергнуть возможному риску жизнь других людей.

Это упорный и обстоятельный инспектор внеземных поселений Ротанов, занятый разгадкой тайн Вселенной в романе Е. Гуляковского “Сезон туманов” (1982).

Это гуманная и предприимчивая Виола Мчеладзе, разведчица Космоса, делающая все для спасения разумных форм жизни в рассказе “Летящая” из книги А. Дмитрука “Ночь молодого месяца” (1984).

Это первобытные мужчина и женщина, каждый шаг которых исполнен огромной ответственности перед будущим, что еще неясно им самим, но так значимо для потомков, читающих рассказ С. Гансовского, давший название сборнику “Человек, который сделал Балтийское море” (1981). Размышляя о решающей роли людей в преобразовании мира, писатель-фантаст заставляет задуматься над рядом непростых вопросов: “Чему обязан своими успехами человек? Каким человеческим усилиям обязана своим устройством наша жизнь? Что – в человеческом смысле – зависит от нас с вами, от них с нами? От чего зависят люди?” Число пытливых, ищущих авторов и порожденных их воображением любознательных, целеустремленных героев множится по мере выхода книг серии “Библиотека советской фантастики”, и даже простое перечисление их может длиться достаточно долго. Нельзя не отметить, что созидание характеров героев – процесс нелегкий, неоднозначный, далеко не всегда завершающийся бесспорной удачей, ибо воплотить положительный идеал в художественном произведении – задача чрезвычайно сложная, порой ставящая в тупик крупнейших мастеров литературы не только “фантастического цеха”.

Перспективной представляется работа авторов-фантастов над дальнейшим развитием и углублением национальных характеров персонажей. Ощутимый национальный колорит присущ и теперь фантастическим произведениям представителей союзных республик – рассказам и повестям Т. Малика, X. Шайхова, К. Симоняна, А. Тесленко и др. Хорошо бы и в будущем, чтобы молодежное издательство ориентировало авторов не на размывание национальных основ характеров, и не на нагнетение, с другой стороны, этнографических подробностей, предостерегало бы от увлечения абстрагированными от земных реалий образами неких космических Джонов, заполняющих порой страницы нашей современной фантастики.

Разумеется, здесь нужна не просто механическая замена в тексте имени Джона на имя Николая, Тараса или Сурэна, но последовательное выявление в личности героя специфических черт того или иного народа, что, несомненно, поспособствует обогащению произведений наряду с постоянным утверждением в них мотивов интернационального содружества представителей разных национальностей.

Принципиальным в фантастике, публикуемой молодогвардейцами, является новизна и свежесть научных идей, их самобытность. Возрастающая роль научнотехнического прогресса в нашем обществе рождает необходимость обеспечения кадрами всех отраслей науки и техники. А вопрос подготовки кадров зачастую оказывается связанным с научной фантастикой, которую широко читает молодежь, часто через эту литературу приходя к увлечению романтикой научного поиска, проблемами изобретательства, техническими профессиями. Для молодых читателей чрезвычайно важно, что среди авторов любимых ими фантастических книг есть физики и биологи, геологи и математики, химики и кибернетики, а также историки, футурологи, журналисты, каждый из которых щедро делится своими знаниями, выдвигает увлекательные гипотезы.

Сложности современного научного поиска, дефицит оригинальных идей отражаются в литературе обращением авторов к различным вариациям на известные ранее темы космических странствий, встреч с пришельцами, парадоксов времени и путешествий в нем, робототехники, изобретений невероятных приборов и проч.

Самобытный поворот сюжета, стремление автора по-своему выразить присущее ему понимание самых фантастичных ситуаций и коллизий, с точки зрения жителя Земли предположить, что сулят космические дали, уловить героическое начало в характерах действующих лиц, одухотворить техническую мысль человека-творца гуманистическими идеалами – вот то общее, что в той или иной мере присутствует в книгах серии “Библиотека советской фантастики”. При этом каждый писатель-фантаст пробует выявить свой круг тем и проблем, показывает, что его волнует, а иногда тревожит более всего.

Так, С. Павлов в романе “Лунная радуга” (1978-1982) раскрывает, с какими непредвиденными последствиями может столкнуться человечество при исследовании Внеземелья. У четвертых космодесантников после возвращения из дальнего Космоса обнаруживают некоторую перестройку свойств организма, новые сверхъестественные способности. Опасны ли для землян эти люди, не утратили ли они подлинно человеческую сущность, размышляют герои произведения.

Встреча с необычайным заставляет внимательнее продумать существующие нормы морали, пересмотреть “вечные” вопросы. Возможно ли зло во имя добра? – вот один из таких вопросов, старых, как мир. Его поднимает М. Пухов в рассказах сборника “Семя зла” (1983). Он считает, что нельзя бездействовать, когда для посева чудо-семян с чужой планеты, из которых вырастает все, что ни пожелаешь, вырубаются вековые леса, уничтожаются березовые рощи. И хотя ситуация, рисуемая писателем, фантастична, она проецируется на сегодняшнюю реальность, взывает о необходимости соблюдения экологического равновесия. Герои произведений Пухова убеждены, что только Добро, Разум и Справедливость могут и должны править миром.

Неувядаемую силу чувства любви, торжествующей во все эпохи, воспевает в научно-фантастическом романе “Нет повести печальнее на свете” (1984) Г. Шах.

Неважно, где происходит действие – на Земле XVI века или на планете Гермес в веке XXV: “Повсюду,– пишет автор,– истинное и незаурядное чувство, сметая преграды, засыпая рвы, сближая противозначные полюсы, уравнивает влюбленных и этим раскрывает глаза обществу на несуразности его устройства”.

Если Г. Шаха увлекает исследование психологии людей, то В. Савченко в повестях и рассказах сборника “Алгоритм успеха” (1983) привлекает возможность применения кибернетики к изучению поведения человека. Самые сложные эксперименты, позволяющие ученым двигаться навстречу потоку времени, видеть звук и слышать свет, всегда основаны на нравственном понятии ответственности людей за свои поступки.

Открытие разумной цивилизации дельфинов ставит перед человечеством ряд вопросов, без решения которых контакты могут привести к нежелательным последствиям. Об этом пишет В. Назаров в повести “Зеленые двери Земли” (последнее издание – 1985). Предлагаемые авторам гипотетические решения проблемы сотрудничества двух разумных цивилизаций гуманны и полны исторического оптимизма.

Оптимистическое звучание присуще молодогвардейской футурологической фантастике, рисующей в будущем не мрачные, тупиковые картины гибели человечества, деградации цивилизованного мира, к чему склонны многие западные писателифантасты, а, напротив, изображающей грядущее в светлых, радостных тонах, в гармонии разума и прогресса. Эту традицию, идущую от знаменитого романа И. Ефремова “Туманность Андромеды”, неоднократно издававшегося в “Молодой гвардии”, продолжают в своих романах и повестях Г. Гуревич (“Темпоград”, 1980), С. Жемайтис (“Плавающий остров”, 2-е изд. 1983), В. Щербаков (“Семь стихий”, 1980) и другие.