Текст книги "Сто три жемчужины (СИ)"
Автор книги: Юлия Кирина
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 14 страниц)
– Ири, известите адепта де Ро, что я ожидаю его в своей комнате? – широми удивленно вскинул брови. – Передача подобного артефакта не может происходить между делом, в кабинете, который даже не запирается.
Секретарь коротко поклонился и покинул кабинет, пообещав прислать мастера через час. Мастер действительно пришел, но уже после ужина, когда Рей уже собралась подниматься к себе. Гоблин бухнул на пол ящик с инструментами и, приложив к двери складную линейку, принялся что-то вымерять. Ректор не стала дожидаться результата и поднялась к себе.
В восстановленной после пожара гостиной все осталось как прежде. Даже диван и столик были теми же самыми. Хозяйственники, недолго думая, восстановили все из пепла. В гостиной ректора ждал сервированный на двоих стол с легкими закусками и вином, которое Рей не пила категорически, предпочитая ему эль. Она проверила, плотно ли сидят перчатки, и развернула обернутую в ткань шкатулку.
В дверь постучали. Рей отнесла шкатулку в спальню и пошла открывать. На пороге стоял одетый в одни шаровары ифрит. Жемчужина отшатнулась и попыталась закрыть дверь, но джин шагнул вперед и протянул ей сложенный вчетверо листок бумаги.
– Прочти, смертная. И не тяни с желанием, моя симпатия к тебе не безгранична, – ифрит исчез, как будто его и не было. А в коридоре раздались гулкие уверенные шаги.
– Вы ждали меня на пороге, госпожа де Оре, – Инери де Ро довольно улыбнулся. – Право, не стоило, но я польщен.
Рей молча посторонилась, пропуская оборотня внутрь, и захлопнула дверь. На нее стараниями Ашири уже успели поставить замки. Его Высочество встретил даму стоя, ректор жест оценила и предложила гостю устроиться в кресле, а сама опустилась на диван. На подоконнике за шторой возмущенно завозились лютики. Инери бросил на шторы подозрительный взгляд и принюхался, но никакой опасности не почуял.
– Вы пригласили меня к себе помолчать? – промурлыкал Его Высочество.
Жемчужина закинула ногу на ногу и с непроницаемым выражением лица сказала:
– У меня к вам деловой разговор.
Оборотень покосился на сервированный для романтического ужина столик:
– Что ж, давайте поговорим, – Инери одним плавным движением оказался на диване и, наклонившись к Рей, прошептал: – Давайте начнем разговор с главного.
Жемчужина скрестила руки на груди, боясь не сдержаться и все же сломать Его Высочеству нос. Принц прошелся взглядом вдоль ряда застегнутых пуговиц, предвкушая, как будет расстегивать каждую.
– «Сердце моря» у меня, – донеслось до окутанного сладкими грезами сознания Инери. – Ваше Высочество, Вы меня слышите? – Оборотень моргнул и поднял взгляд выше, заглядывая в лицо собеседнице.
– «Сердце моря» у меня, – повторила Жемчужина, окончательно возвращая Его Высочество в реальность. Инери надеялся вырвать это признание по-другому, когда она, распластанная под ним на кровати, будет стонать и выгибаться, готовая на все, лишь б он не останавливался. Взгляд невольно вернулся к чуть расходящимся на груди пуговичкам. Думать в присутствии этой женщины было сложно, оборотень не сдавался.
– И что вы хотите взамен? – оборотень закинул ногу на ногу и положил руку на спинку дивана, почти касаясь кончиками пальцев плеча Рей.
Жемчужина с трудом заставила себя остаться на месте. Оборотни славились тем, что всегда добивались своего. А сейчас в глазах мужчины напротив горело яркое и ничем не прикрытое желание. И Рей опасалась, что может поддаться искушению.
– Мне нужен корабль, убежище в Дейнире и полная гарантия безопасности, – голос чуть дрогнул, но Жемчужина взяла себя в руки. – Корабль с командой должен быть у причала послезавтра на рассвете.
Инери торжествовал. Он и не надеялся, что артефакт достанется ему так легко. Оборотень с трудом удержался от того, чтобы немедленно ответить согласием и постарался придать своему лицу скучающе выражение:
– И, позвольте узнать, от кого же я буду вынужден вас прятать?
– От Талларского Ковена Магов, – обыденным тоном уведомила его Рей. – Вы столько столетий прятали от них артефакт, что вам не должно составить труда спрятать одну единственную Жемчужину.
Инери возликовал, добыча сама шла к нему в когти:
– Это будет непросто, – он замолчал, с удовольствием отмечая, как напряженная, будто струна, Жемчужина покусывает нижнюю губу, как сжимаются маленькие кулачки. – «Сердце моря» хранилось в королевском дворце, но его все же украли. Даже покровительство королевской семьи не даст вам гарантии полной безопасности… – Инери коснулся пальцами ее подбородка, не давая отвести взгляд. – Но я готов сделать все, что в моих силах, чтобы сохранить вашу бесценную жизнь, – чувствуя, что она не вырывается, оборотень подался вперед, и, касаясь дыханием ее губ, прошептал: – Но сначала я хотел бы получить артефакт.
Рей неимоверным усилием воли удержала уже почти занесенную для удара руку. Жемчужина медленно поднялась и направилась в спальню. Замотанная в плотную ткань шкатулка стояла на прикроватной тумбочке. Ректор остановилась возле нее и некоторое время смотрела на искусную подделку, давая себе время отдышаться перед новым раундом. По словам широми, шкатулка в точности повторяла ту, что она мельком видела в храме. Оставалось надеяться, что Ири не солгал.
В комнате послышался короткий вопль, словно кошке наступили на хвост. Рей подхватила шкатулку и бросилась в гостиную. Сквозь увитое розами окно в комнату лился лунный свет. На спинке дивана, как вороны на заборе, сидела бандитская шайка лютиков. Внизу на мягких подушках лежал связанный по рукам и ногам Инери. При виде Рей путы ослабли, но лишь для того, чтобы выбросить бутоны и превратить спеленатого по рукам и ногам принца в цветущую клумбу.
Жемчужина в растерянности замерла. Матерый лютик, растолкав товарищей, соскочил с дивана и деловито протянул Рей записку и указал на пленника.
– Это ему? – Рей поставила шкатулку на стол. Цветок кивнул. – Тогда отпустите его, чтобы он мог прочитать, – лютик замотал цветочками из стороны в сторону и указал сначала на оборотня, потом на Жемчужину. – Прочитать ему? – почтальон снова кивнул.
Рей развернула записку, пробежала глазами первую строчку и уже уверено принялась читать вслух:
«Его Высочеству принцу Инери Дейнир де Ро.
Приветствую тебя, мой высочайший собрат. К сожалению, некоторые обстоятельства лишили меня удовольствия побеседовать с тобой лично. Нам есть, что обсудить, и надеюсь, что случай пообщаться представиться нам в самое ближайшее время.
Выражаю свою глубокую признательность за то, что ты неустанно проявляешь заботу о госпоже де Оре, но все же возьму на себя смелость посоветовать чуть больше времени уделить учебе. Надеюсь, что ты прислушаешься к совету, я уверен, что мои посланцы послужат дополнительным аргументом в пользу учебы.
С наилучшими пожеланиями
Принц Звездного Леса
Шорох Молодой Листвы Лирнрианелем»
Рей выронила листок. Меньше всего она ожидала, что в ее планы вмешается Лем. В последнее время эльфа в ее жизни так было чересчур много. Он спас ее, когда она бежала от магов, он выхаживал ее после пожара, и Жемчужина начинала верить в то, что за этим может стоять нечто большее, чем забота об источнике силы. Наследник не отказал бы ей в просьбе о защите, но Рей не хотела провести остаток своих дней при бессмертном дворе в качестве ручной собачки нового короля.
Клумба на диване зашевелилась, требуя свободы. Самый главный лютик махнул листом, и плети роз осторожно отползли в сторону, освободив жертву. Желтый куст поднял письмо и протянул тяжело дышавшему принцу.
– Передай Его Высочеству, – оборотень подцепил лютик за корень и поднял в воздух, – что я готов обсудить с ним вопрос моего образования лично, – он швырнул куст в окно, где его ловко подхватили бдительные розы. – Мое почтение, госпожа де Оре.
Оборотень подхватил шкатулку и покинул комнату. Рей развернулась к праздновавшим победу цветам. Лютиков со спинки дивана как ветром сдуло. Взволнованные розы похватали своих сообщников и спешно уползли за окно. И только самым маленький лютик притаился за шторой – не оставлять же новую хозяйку без присмотра.
***
Некоторые обстоятельства, помешавшие Лему встретиться с дейнирским принцем лично, сейчас доставали из неизвестности очередной том нудной монографии под общим названием: «Человеческие женщины. Психологические и физиологические характеристики. Магический и социальный аспекты». Уверившись в том, что ее воспитанник сделал свой выбор, увлекающаяся охранница прижала Его Высочество к стенке с требованием немедленно завоевать сердце избранницы.
Лем очень долго пытался подобрать слова, чтобы ненавязчиво отправить наставницу в долгое и красочное путешествие, но внезапно понял, что и сам не знает, как принято ухаживать за человеческими женщинами. Обычно хватало двух-трех дорогих подарков и букета цветов, но что-то подсказывало Его Высочеству, что в этот раз подобная схема не сработает. И Лем безрассудно дал шанс наставлениям Лиири. Пока, все чего он смог добиться – это упущенная возможность лично придушить распускавшего руки оборотня.
Эльф открыл наугад последний том монографии за авторством эльфийского чернокнижника: «Три унции серебра и пять капель крови превратят Вашу избранницу в послушную и домашнюю кошечку». Лем закрыл книгу. Искать способ сблизиться Жемчужиной придется самому.
***
Орхем стоял в центре старого колодца и подпирал спиной камень в центре. На вершине камня, сыто жмурясь на холодный лунный свет, лежал ифрит. Оба думали о своем и чего-то ждали. Время от времени магистр отлипал от камня и подходил к прикованному к стене пленнику. Лич доставал из рукава маленькую, инкрустированную черным ониксом коробочку, осторожно подцеплял длинным ногтем крышку и доставал облитую сонным зельем иглу.
Он бережно, почти нежно, проводил пальцами по бьющейся жилке на шее пленника и вонзал иголку чуть повыше ключицы. Крохотная доза зелья продлевала сон всего на один час, но Орхем и не думал ее увеличивать, наслаждаясь каждым моментом беспомощности самоуверенного дроу. Магистр до сих пор смаковал то выражение бесконечного удивления на лице некроманта, когда Шу вонзил ему в шею первую иглу. Айзири успел забыть, что высшая нежить – это тоже всего лишь нежить, льнущая к тому, у кого больше силы.
Тишину колодца разорвало хлопанье крыльев. Нетопырь спикировал на камень, нарочно зацепив крылом ифрита, и уронил в подставленную ладонь магистра скомканный кусок бумаги. Лич пробежал его глазами и торжествующе улыбнулся. Хозяйка будет довольна.
– Что у тебя там? – ифрит свесился с камня, заглядывая в записку. – Как эльфы любят все усложнять.
Магистр смял записку и повернулся к нетопырю, требуя более подробного доклада. Шу развесил крылья и негромко заурчал. По мере рассказа на лице Орхема все шире и шире расползалась торжествующая улыбка. Планы немного изменились. Он подошел к дроу и воткнул ему в шею сразу несколько иголок, отцепил от пояса маленький серебряный серп с перемотанной черной кожей рукоятью и потянулся к руке пленника. Лезвие с легкостью срезало кусочек ногтя. Лич убрал серп и достал из кармана запечатанный сургучом пузырек.
– Перо, бумагу и стол, – коротко обронил Орхем, повернувшись к ифриту. Джин сел и сложил руки на груди, готовясь высказать этому недоубитому смертному все, что думает о его приказах, но магистр оказался быстрее: – Если хочешь вернуться домой, то изволь выполнять все, что я прошу.
– Ты забываешься, сметный, – проворчал Хранитель, но все же махнул рукой и у стены появился деревянный стол и письменные принадлежности.
Лич сорвал с пузырька сургуч и осторожно просунул в горлышко ноготь дроу. Зелье вспенилось, воздух наполнился приторно-сладким ароматом цветов. Орхем поднес пузырек к лицу пленника. Спустя несколько томительных мгновений Айзири открыл глаза.
– Ты меня слышишь? – магистр заглянул в мутные глаза пленника.
– Да, – безжизненным голосом произнес некромант.
Лич довольно улыбнулся и потянулся за ключами, освобождая руки пленнику:
– Ты напишешь леди де Оре, – Айзири неподвижно замер у стены. – Мне нужно, чтобы она доверилась тому, кто передаст записку.
Некромант подошел к столу и медленно начал водить пером по бумаге.
***
Замок на двери приятно щелкнул, даря чувство пусть и мнимой, но безопасности. Рей вернулась в гостиную, забралась с ногами на диван и достала из кармана послание ифрита. На листе знакомой рукой министра магии было выведено:
«Госпожа Снот, поздравляю Вас с столь удачным приобретением, уверен, что Ваша новая игрушка придется Вам по вкусу. Возможности вашего нового друга чрезвычайно высоки, не покривлю душой, сказав, что он способен выполнить любое Ваше желание.
Также надеюсь, что в ближайшее время Вы окажете мне ответную услугу».
Ниже шел короткий список: книга Эйру, «Сердце моря» и голова госпожи де Оре. Внизу корявым детским почерком было выведено: «Загадай желание, смертная. Жду тебя завтра вечером у колодца. И прихвати с собой эльфа». Рей смяла листок.
Жемчужина, не задумываясь, налила себе вина и в три глотка осушила бокал. Впервые с министром они столкнулись лет семь назад, после выхода в свет ее первой статьи. Написанное все тем же уверенным почерком письмо ожидало ее в кабинете. Корнус выражал свое восхищение ее успехами и приносил свои соболезнования по поводу происшествия на раскопках. И даже обещал грант на исследования при условии, что юный историк больше не будет подвергать себя опасности и займется исключительно книжными изысканиями. Именно тогда Рей впервые поняла, что нашла нечто действительно интересное.
Часы на главной башне пробили полночь. Жемчужина налила второй бокал, но не притронулась к нему. Мысль о побеге вдруг показалась безумно привлекательной, но Рей запретила себе даже думать о том, чтобы сдаться, когда появился реальный шанс на победу. Она сбежит, но прихватит с собой книгу Эйру.
Жемчужина свернулась клубочком на диване и сама не заметила, как уснула. Смятое послание министра выпала из ослабевшей руки и укатилось под диван, где его тут же схватили проворные зеленые листочки.
Лютик воровато оглянулся и поспешил к так и не закрытому окну.
Глава 13
Среди многочисленных талантов госпожи де Оре напрочь отсутствовал талант дипломата. Она могла приказать, могла заставить, но идти на уступки и договариваться Рей не умела. Каждый раз в ее воображении беседа с эльфом заканчивалась тем, что-либо она приставляла Его Высочеству нож к горлу и вела к колодцу, либо разбивала о его голову что-то тяжелое и опять волокла к колодцу. Правда, оставался еще один рычаг давления – записка министра, которая куда-то подевалась. Но в любом случае Рей рискнула бы прибегнуть к ней только в самом крайнем случае. Слишком велик был шанс, что эльф вместо того, чтобы ринуться в храм Эйру, утащит Рей в чащу и никогда уже оттуда не выпустит.
В кабинет рыбкой проскользнул Ири:
– Адепт де Ро хочет с Вами поговорить. Пригласить? – ректор кивнула.
Непривычно серьезный оборотень опустился в кресло.
– Я слушаю вас, Ваше Высочество.
Инери исподлобья посмотрел на нее:
– Я уезжаю завтра на рассвете. Артефакт у меня, и здесь меня больше ничего не держит. «Дикая охота» у пятого причала, мы уходим с отливом.
Оборотень поднялся и, не прощаясь, покинул кабинет.
Рей прикрыла глаза, собираясь с духом, как перед прыжком в ледяную воду. Или сейчас, или никогда.
– Ири! – сердце набатом стучало в груди, – пригласи ко мне Его Высочество Лирнрианелема, пожалуйста. – Секретарь кивнул. – И мне понадобится Ваша помощь. Завтра. На рассвете. Корабль «Дикая охота», – Широми снова кивнул и неслышно вышел из кабинета.
Рей не могла усидеть на месте. Она встала и принялась нервными шагами мерить кабинет. Страх и волнение таяли. У нее захватывало дух от одной мысли, что уже через несколько часов она своими глазами увидит нетронутый храм Эйру. Впервые она подобралась к тайне Исхода так близко.
Стук в дверь вернул Рей к реальности. Она вернулась за стол, сцепила руки в замок и ровным голосом произнесла:
– Войдите.
Первыми в кабинет просочились три куста лютиков, за ними, стараясь не наступить на свою свиту, в кабинет вошел Лем. Где-то на заднем фоне мелькнуло недовольное лицо Лиири.
– Доброе утро, госпожа ректор, – рассеянно поздоровался эльф, пытаясь уследить за тремя желтыми кустами сразу.
– Доброе, Ваше Высочество, – в тон ему ответила Рей, глядя на то, как самый маленький лютик ковыряется согнутой проволокой в замке нижнего ящика стола. Проследив за ее взглядом, Лем обошел стол и нахмурился. Почувствовавший неладное лютик сдавленно хрюкнул, усыпав пол желтыми лепестками, и спрятался за кресло Рей, стыдливо прикрывая отмычку листьями.
– Прошу прощения, – смущенно улыбнулся Лем, глядя на сидящую Жемчужину сверху вниз. – Я все еще не очень хорошо их контролирую.
Два лютика, объединив усилия, толкали эльфа ближе к креслу. Со стороны окна послышался шум, и на подоконник высадился десант из сводного квартета люпинов, который, кажется, собирался запеть.
Эльф выглядел настолько виновато, что Рей позабыла все слова, которые вертелись у нее на языке, и как можно более дружелюбно сказала:
– Ничего страшного, – ободренный лютик выскочил из-за кресла и ринулся к ящику. Рей поймала его и протянула эльфу. – Заберите вот это и будем считать, что ничего страшного не произошло, – улыбка Лема стала шире, а в глазах заплясали озорные огоньки. Ректор поспешила потушить едва занявшийся пожар. – Но если вы позволите себе еще раз вмешаться в мои дела с Его Высочеством Инери, то я лично пообрываю листья всей вашей свите.
Губы эльфа сжались в тонкую линию, он выдернул лютик из рук Рей, оставив ей в пальцах кусочек листа:
– Я учту, госпожа ректор, – Его Высочество обошел стол и сел в кресло, устроив раненный лютик на подлокотнике. – Но если я посчитаю, что для нужд Звездного Леса необходимо держать свечку, пока Его Высочество лезет к вам под юбку, то я это сделаю, – сказанные слова повисли в воздухе. Лем молчал, наблюдая, как в глазах ректора закипает злость.
Эльф щелкнул пальцами, и на столе перед Рей появилась исписанная стопка бумаги.
– Это договор, на котором так настаивал ваш друг, – Лем дотронулся до оборванного листа лютика. – Я принц Звездного Леса, я всегда поступаю так, как считаю нужным, – лист восстанавливался на глазах. – Я должен защищать и оберегать вас, не позволяя и волосу упасть с вашей головы, – стопка вспыхнула. – Но у меня есть долг перед эльфами Звездного Леса. У меня есть мечта – корона Северных Лесов. И чтобы сохранить и то, и другое, мне нужна сила. Я приехал в Таллар за ней и без нее не уеду.
Он устало откинулся на спинку кресла, исцеленный лютик перепрыгнул на стол и начал стряхивать на пол оставшийся от договора пепел. Рей молчала, не ожидая от эльфа подобной откровенности. Она понимала его. В Северном море слово «долг» не было пустым звуком.
Лем, не поднимая глаз, швырнул на стол скомканный листок бумаги:
– Вчера он, – эльф кивнул на застывший посреди стола лютик, – принес мне это. – Рей развернула листок. – И я не готов отдать министру вашу голову.
Жемчужина выронила лист. На месте наследника она бы не дала магам и шанса, забрав ее с собой немедленно.
– Мне действительно очень жаль, – уронил эльф.
Рей провела по лицу, смахивая непрошенные слезы. Лем проклинал себя, он шел к ней желая предложить помощь. Дать ей то, что не смог бы дать никто другой, даже если бы пришлось перевернуть весь мир с ног на голову. Он сказал то, что должен был сказать, хотя на языке крутились совершенно другие слова. Жемчужина беззвучно плакала, разрывая ему сердце.
– Я не могу поступить иначе. Моя охрана ждет у дверец. Вещи Вам не понадобятся, – он встал и протянул руку.
Словно в тумане, Рей поднялась и прошла мимо, не касаясь руки. За дверью ждала взволнованная Лиири в окружении эльфиек. Она до последнего боялась, что принц проигнорирует голос рассудка и ринется в очередную авантюру. Эльфы покинули башню, шустрые лютики взяли двор перед главной башней в кольцо. Лем открыл портал, пропуская охрану вперед. Лиири вскинула арбалет и шагнула в светящееся окно.
Принц взял Жемчужину за руку следом. Рей закрыла глаза, в лицо ударил порыв ветра, принесший знакомый запах соли и йода. Она распахнула глаза. Они стояли на краю покрытого лесом утеса. Внизу о камни пенились волны, свет солнца разбивался о них, складываясь в десятки мимолетных радуг.
– Радужный утес – одно из моих любимых мест в Дейнире, – теплые руки коснулись лица, вытирая слезы. Рей подняла глаза. – Не плачьте, – он смотрел на нее с такой нежностью, что перехватывало дыхание. – Я бы хотел не оставить магам и шанса, запереть вас в полной безопасности в чаще Звездного Леса, но вы бы тогда возненавидели меня, – Лем взял ее за подбородок и заглянул в глаза. – Ваша ненависть убьет меня, Рей. Поэтому я хотел бы разделить наши мечты на двоих. Вечером мы пойдем к колодцу, но около него не будет толпы магов, готовых разорвать вас, как только вы появитесь с книгой Эйру. Для них отныне и навсегда вы – пленница Звездного Леса. Вы согласны?
– Вы… Ваше Высочество, вы просто… – Рей тихо всхлипнула, пытаясь подобрать слова для выражения всего ужаса, который она только что пережила. А спустя мгновение Жемчужина уже рыдала, уткнувшись в плечо эльфа, перемежая талларские ругательства иширскими. Лем осторожно гладил свое сокровище по спине, боясь вспугнуть.
– Если я пообещаю больше так не делать без крайней необходимости, вы меня простите? – Рей подняла на него заплаканные глаза и кивнула. Он улыбнулся и кончиками пальцев коснулся ее щеки, скользнул взглядам по таким манящим и желанным губам. Жемчужина вздрогнула, но не отстранилась, и Лем, позабыв обо всем, потянулся к чуть приоткрытом губам.
Рей показалось, что земля ушла у нее из-под ног, пьянящая волна восторга поднялась и накрыла ее с головой. Она забыла, как дышать, весь мир сузился до чувства соли и солнца на губах.
– Эл но ире. Ин иреил на иреал, – прошептал Лем, прижимая растерянную Жемчужину к себе.
Рей прижалась лбом к груди эльфа и закрыла глаза. Слишком велика пропасть между ними. Жемчужина, получившая дворянство только благодаря своему дару – не пара для наследника королевского дома. И даже если Лем решит иначе, то между ней и бессмертным эльфом все равно останется непреодолимая преграда. Рей состарится прежде, чем один раз сменится листва в Звездном лесу. Они слишком разные.
Поцелуй все еще горел на ее губах, Жемчужина стерла с глаз злые слезы. Все закончилось, еще даже не начавшись. Рей закусила губу, с трудом беря себя в руки и возвращая мысли в привычное русло. Всю жизнь она была разменной пешкой в чьей-то игре. Сначала в играх наставников, затем в играх магов, и сейчас ее нежно гладили по спине всего лишь руки нового игрока. Любимая игрушка в руках бессмертного эльфа. Рей сжала зубы, заставляя себя вспомнить, что большего всего на свете ей хотелось избавиться от власти магов и самой распоряжаться своей жизнью. Книга Эйру – ключ к спасению.
Принц почувствовал, как напряглась спина Рей под его руками. Она мягко высвободилась из его объятий и, подняв заплаканное лицо, посмотрела ему в глаза. Лем невольно сделал шаг назад. Жемчужина смотрела на него с холодным равнодушием. Словно не она только что сама тянулась к его губам, словно не ее руки обнимали его, заставляя прижаться теснее. Сейчас перед ним стояла незнакомка с глазами цвета серого льда.
Эльф тяжело вздохнул и на мгновение прикрыл глаза. Он и не рассчитывал на быструю победу. Самое сложное было еще впереди, он чуть подался вперед и негромко заговорил, осторожно подбирая слова:
– Сейчас ты нуждаешься во мне так же, как и я в тебе, – на лице Жемчужины не дрогнул ни один мускул. – Наш успех зависит от того, будем мы действовать вместе или нет. Ты можешь лишить волшебников магии, но всегда остаются мечи и стрелы, ты беззащитна. Я предлагаю тебе убежище на моих землях. Глупо будет отказаться от него.
Рей нахмурилась. В одном эльф был прав – без него она не справится, книгу Эйру нужно забрать сегодня ночью, иначе «Дикая охота» на рассвете уйдет в Дейнир без нее.
– Я согласна, Ваше Высочество.
Жемчужина согласилась, и у Лема на душе стало чуть легче.
– В таком случае предлагаю немного передохнуть перед возвращением в Академию.
Лем пошел прочь от обрыва, Рей последовала за ним. Стоило эльфу подойти к кромке леса, как под ноги ему легла широкая тропа, ведущая вглубь леса. Рей старалась не отставать. Тропинка несколько раз вильнула и вывела их на небольшую поляну. В центре, в окружении трав высился зеленый шатер, увенчанный, словно замковая башня, шпилем с серебряной звездой на конце. Эльф отодвинул полог, приглашая Рей войти первой
Внутри шатер был огромен и совершенно пуст, если не считать мягкого ковра и низкого, сервированного на иширский манер столика. В центре стоял серебряный поднос, в центре высилась гора запеченного на огне и мелко нарезанного мяса, от нее к краям тянулись лучи овощей. Рядом на тарелке лежали пресные лепешки и пиалы с соусами. Все это великолепие украшал десяток серебряных ложек.
Лем взмахнул рукой, и вокруг стола возникло кольцо из подушек. Рей опустилась возле стола на колени и с подозрением уставилась на эльфа. Его Высочество, подавая пример, ловко подцепил лепешку с тарелки и стал накладывать в нее мясо руками, напрочь игнорируя столовые приборы. Следом за мясом последовали овощи, сдобренные доброй порцией соуса. Эльф свернул лепешку трубочкой и с удовольствием откусил. Рей смотрела на него со все возрастающим удивлением. Иширцы славились тем, что никогда и ничего не ели руками, считая это уделом недостойных, даже орехи они предпочитали отправлять в рот исключительно ложкой. Судя по всему, эльфы придерживались на этот счет несколько иного мнения.
Рей осторожно положила на тарелку немного мяса и овощей и потянулась за лепешкой, которую полагалось так же нарезать на небольшие кусочки и есть вприкуску, но невольно засмотрелась на аккуратно жующего эльфа. Лем аккуратно откусывал от лепешки, умудряясь сохранять достоинство даже с текущим по пальцам соусом.
– Ты смотришь на меня, как мастер этикета, когда я беру салатную вилку вместо вилки для рыбы, – Его Высочество посмотрел на свою руку, явно борясь с желанием облизать облитые соусом пальцы. Уголки губ Рей дрогнули в улыбке.
– Даже принцы иногда нарушают правила, – Лем улыбнулся и с явным сожалением вытер пальцы о салфетку. – Этикет – слишком утомительная и скучная вещь, а я как старший наследник и будущий хранитель традиций обязан следовать ему от и до. Но даже мне иногда нужен перерыв, – он потянулся за новой лепешкой. Жемчужина неодобрительно нахмурила брови, глядя то на то, как тает под ловкими пальцами мясная горка, и отложила приборы.
После сытного обеда Лем одним движением заставил столик превратиться в еще одну гору подушек и тоном, не терпящим возражений, предложил Жемчужине поспать. Ночь предстояла долгая, а до заката было еще несколько часов. Рей с удовольствием вытянулась на подушках, эльф поднялся и вышел из палатки. Ему предстояло отправить весть Лиири, он и так заставил ее поволноваться, к тому же помощь элитного отряда Звездного Леса никогда не будет лишней. Лучшей страховки на непредвиденный случай сложно придумать.
***
Магистр Риер ревел раненным зверем, пытаясь оторвать пустивший корни стул от пола. Всю мебель в кабинете постигла та же участь, но больше всех досталось несчастному креслу для посетителей. Оно не только пустило корни, пробившие потолок первого этажа, но и выпустило длинные побеги, грозившие в скором времени покрыться цветами.
Отбывшая восвояси делегация эльфов умудрилась подкинуть проблем не только Академии, но и всему Ковену Магов. Взбешенный министр грозился лично швырнуть Риера в смертоносное подземелье Эйру, если тот не вернет сбежавшую с эльфами Жемчужину.
Нота протеста Звездному Лесу была уже подписана и отправлена, но особой надежды на то, что эльфы ее рассмотрят в ближайшие пару лет, не было. Единственной хорошей новостью было то, что теперь хоть ненадолго можно вернуться в столицу.
Риер взглядом испепелил неподдающееся кресло и собрался покинуть кабинет, когда дверь тихонько приоткрылась, и внутрь скользнула госпожа Снот.
***
Хранитель Границ и Врат лежал на дне колодца, закинув руки за голову, и смотрел на неспешно темнеющее небо. Мимо колодца то и дело пробегал кто-нибудь из магов, старательно делая вид, что старая дыра в земле его нисколько не интересует. С каждой новой минутой ждать становилось все тяжелее, впервые за почти пятьсот лет ожидания он был так близок к тому, чтобы вернуться домой. Эйру сполна отомстил ему за разрушенный храм, запечатав ключи от Врат Эфира на нижнем уровне своего последнего святилища. Всей магии Хранителя не хватило на то, что развеять заклятия разгневанного бога.
Наверху послышались осторожные шаги, ифрит прислушался, с замиранием сердца ожидая волшебных слов:
– Хочу получить книгу Эйру, – раздалось над колодцем, и вниз полетела медная монета. Хранитель ловко поймал ее прежде, чем монета коснулась дна. Холодная медь обожгла руку сильнее раскаленного металла. Джин усмехнулся, и перед долгожданными гостями возникла лестница, уходящая в глубину колодца.
Ифрит ждал их, усевшись на камень в центре. Смертная смерила его неприязненным взглядом и сжала кулаки. Эльф только удивленно дернул ухом, чувствую исходившую от джина силу.
– Смертная, ты загадала неправильное желание, – Хранитель подкинул зажатую в пальцах монету и ловко ее поймал, спрятав в кулак. – И что теперь прикажешь делать?
– Загадать заново? – предложил эльф, с интересом рассматривая склизкие стены колодца.
– Один смертный – одно загаданное желание, – отрезал ифрит, складывая руки на груди. Смертная нахмурилась и поджала губы, став удивительно похожей на его темпераментную хозяйку.
– Ты либо выполняешь мое желание, либо мы уходим, – отчеканила Рей, непочтительно сверля взглядом Хранителя.
– Хотел бы, но не могу, – пожал плечами джин.
У края колодца послышалась какая-то возня, эльф с беспокойством посмотрел вверх и заметил:
– У нас нет времени на твои игры. Если бы ты не мог исполнить ее желание, то не тащил бы нас на дно этой ямы.
Жемчужина согласно кивнула и сложила руки на груди, в точности скопировав жест ифрита.
– При всем уважении, – Рей ухмыльнулась, давая понять, что уважением здесь и не пахло, – мы действительно торопимся.
Джин отметил про себя, что рядом с эльфом Жемчужина ведет себя не в пример нахальнее, чем в одиночку, и соскочил с камня.
– Смертная, лови – ифрит кинул Рей монету. Жемчужина, не задумываясь, поймала. – Желаю, чтобы вы принесли мне из святилища сломанный кинжал с черной рукоятью. Он как раз где-то возле тайника должен быть.
