Текст книги "Талисман на любовь.Трилогия (СИ)"
Автор книги: Юлия Богатырева
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 36 страниц)
– Подождите! – воскликнула богиня, вскидывая руки и создавая нечто вроде полупрозрачной стены между собой и Высшими – Окраинный ареал – это же так далеко! А как же мои миры? Кто позаботиться о них? Вдруг там что-нибудь случится?
– Не беспокойся, Многоликая, мы будем наблюдать за ними и, в случае необходимости, вызовем тебя – пообещали Существа, продолжая усиливать свои свечение и мощь.
Сантина обернула свою полупрозрачную стену вокруг себя, словно кокон, кинула напряженный взгляд в сторону туманности, где пребывал Ойл, и тихо попросила:
– Могу я хотя бы попрощаться с другом? Пожалуйста! А потом я добровольно отправлюсь, куда вы скажете. И вам не надо будет меня принуждать…
Высшие Существа замерли на секунду, а затем выдали очень неохотно:
– Можешь. Но недолго – сияние и мощь круга Космических существ значительно ослабло, позволяя покинуть круг.
В голубых глазах богини мелькнуло облегчение, и она поспешила выскользнуть из плотного призрачного кольца. Отлетев чуть в сторону от Высших, Сантина сосредоточилась и еще раз создала свой фантом в мир острых углов и линий.
– Ойл! – позвала она.
Демиург тут же почти вплотную подлетел к ее фантому, тревожно заглянул в глаза и покаянно произнес:
– Санта, прости, что втянул тебя в это! Я не думал, что Высшие настолько серьезно наблюдают за моим миром и тебя накажут. Ты же не причем!!
– Ш-ш-ш, тише, Ойлик, все нормально – шепнула подруга, глазами показав, что за ними наблюдают.
– А мне все равно! Пусть слышат! – не желал успокаиваться Всемогущий – Это несправедливо! Почему они позволяют себе обращаться с нами как с нашкодившими детьми?! Мы все-таки демиурги или кто?!! – горячился оскорбленный бог.
– Ойлик, у меня мало времени – перебила друга богиня – Я хочу тебя кое о чем попросить.
– Слушаю – тут же сконцентрировал на подруге все свое внимание Ойл, почти мгновенно беря свои эмоции под контроль и успокаиваясь – Для тебя – все, что угодно.
Сантина удовлетворенно улыбнулась:
– Если выйдешь отсюда раньше, чем я вернусь, присмотри, пожалуйста, за моими мирами. Я что-то не очень доверяю Высшим – едва слышно шепнула она.
– Конечно – серьезно пообещал Всемогущий, заглядывая в глаза давней подруги – Не беспокойся, они у меня будут в полной сохранности. Я гарантирую.
– Сантина Многоликая! – позвали Высшие Существа – Твое время истекло. Больше твое пребывание здесь нецелесообразно.
– Хорошо. Я отправляюсь – крикнула богиня в сторону высших и напоследок подарила старому другу свою фирменную слегка насмешливую улыбку, шепнув одними губами – Не, переживай, Ойлик, все будет хорошо, они же вместе – (под «они» Многоликая явно подразумевала Настю и Илью).
А потом Сантина убрала свой фантом из мира острых углов и линий. И в следующее мгновение полностью исчезла из этой реальности. Следом за ней мягко растворились Высшие Космические Существа. И Ойл остался один.
Часть вторая
Буря приближается
Глава седьмая
Мир Ахнистос, Магическая Академия Лиара, Стефания
Стефания дель Алонийская резко вздрогнула, открыла глаза и с удивлением огляделась. Девушка обнаружила себя стоящей босиком в одной ночной рубашке возле входной двери в комнату, отведенную ей руководством Академии. Одной рукой Фани все еще неосознанно, по инерции продолжала дергать за дверную ручку – видно, когда ее тело лунатически куда-то собралось уйти, оно не предполагало, что входная дверь открывается наружу, а не вовнутрь…
Это ее и спасло. На этот раз.
Губы Стефании задрожали, и из глаз беззвучно потекли слезы. Приглушенно всхлипывая, магичка вернулась в кровать, ведь до рассвета оставалось еще как минимум три круга. Но от пережитого ужаса ей так и не удалось снова заснуть.
Лунатизм не существовал на Ахнистосе, поскольку у этого мира не наблюдалось Луны, поэтому этот лунатический припадок был для Стефании не только ужасным сам по себе, но и совершенно непонятным явлением. Такое случилось с ней впервые, однако у девушки были веские основания считать, что это – не в последний раз.
Дело в том, что с той злополучной ночи, когда магичка прокралась в заброшенную лабораторию мастера Теренса, нашла его тайник и провела там свой эксперимент с магическим устройством в виде кекса с изюмом, бедной девушке каждую ночь снились кошмары. Ей постоянно снилось снова и снова, что она опять оказывается в заброшенной лаборатории, находит тайник Теренса, достает черный булыжник, первым попавшийся ей при обследовании тайника, а из него в ее руки заползает густая и вязкая, будто бы маслянистая, тьма и начинает изнутри разъедать ее тело и все внутренности…
Каждую ночь Фани просыпалась с криком от невыносимой боли. Однако самое поразительное заключалось в том, что с исчезновением кошмара боль не утихала полностью, какие-то ее отголоски оставались и все тело девушки начинало дрожать от озноба и кое-где чесаться…
Княжна дель Алонийская уже давно бы обратилась за помощью к магам – целителям, если бы была уверена, что они не разболтают о ней ректору Асмодею. С тех пор как она сбежала из лаборатории, Стефания решила затаиться и старалась как можно реже попадаться на глаза преподавателям и, особенно, архимагистру. Ей казалось, что как только они ее увидят, то сразу поймут, кто вытащил на свет божий злополучный артефакт-кекс. Поэтому всю последнюю седмицу магичка выходила из своей комнаты только на занятия и в столовую, садясь в местах скопления народу в самые неприметные углы и избегая какого-либо общения вообще.
Но теперь, когда к кошмарам добавилось и это странное неосознанное перемещение из постели в сторону выхода из комнаты, бедная молодая леди начала постепенно осознавать, что её болезнь прогрессирует, самой ей не справится и, следовательно, ей потребуется помощь извне.
Сутки спустя
На следующую ночь Стефания очнулась уже не у двери, а в каком-то коридоре, да и то только потому, что наступила босой ногой на острый камушек, больно оцарапавший ей ступню. Боль отрезвила магичку и заставила ее проснуться. Девушка дрожа от страха, боли во всем теле и холода (все-таки расхаживать в тоненькой ночной рубашке по продуваемым каменным коридорам не самое приятное занятие), сотворила маленький светлячок и огляделась. Даже со светом коридор остался для нее совершенно незнакомым, так что Фани пришлось воспользоваться помощью магического кольца, чтобы как можно скорее вернуться в свою комнату – бродить по Академии в этот час строго запрещалось и непослушание каралось дежурными магами каждый раз оригинально и изобретательно.
Проведя полдня в мучительных сомнениях и размышлениях, молодая леди разыскала во время обеда свою подругу Валенсию и кратко поведала ей весьма урезанную версию тех неприятностей, что на нее обрушились, а потом попросила, умоляюще взглянув в озабоченные аквамариновые глаза подруги:
– Вал, прошу тебя, помоги мне! Я уже какие сутки спать нормально не могу… Не представляю, что со мной происходит и как с этим справляться…
Та в ответ озадаченно заправила растрепавшуюся рыжую прядь волос за ухо и пробормотала:
– А я-то все думала, куда ты испарилась и почему тебя нигде не видно?.. Предположила, что ты все еще сохнешь по Дереку, а у тебя, оказывается, проблемы куда покруче, чем я предполагала… – Валенсия озабочено наморщила лоб – Даже не знаю, чем тебе помочь Фани. Я никогда ни о чем подобном не слышала. Может стоит обратиться к ректору Асмодею? Он наверняка знает больше чем мы, ученики третьей спирали…
– Нет! – испуганно воскликнула Стефания и, настороженно оглядевшись по сторонам, добавила уже тише – Никакого ректора! Если бы я могла к нему обратиться, то так бы и сделала с самого начала. Однако я обратилась к тебе, Валенсия, ты же моя лучшая подруга! Неужели ты ничего не можешь мне посоветовать?! Ну хотя бы переночуй со мной и не выпускай за пределы комнаты, если мое тело опять захочет куда-нибудь удрать, пока я сплю – умоляла Фани сомневающуюся девушку.
Но Валенсия, услышав это предложение, лишь нахмурилась и заметила:
– Стефания, ты же знаешь, что ученикам запрещается ночевать за пределами своих комнат. Если у тебя ночью что-нибудь случится и меня там застукают дежурные преподаватели, мне крупно не поздоровится… Ну чего ты, не плачь – Вал участливо обняла подругу, из глаз которой беззвучно покатились слезы – Мы придумаем что-нибудь… Если хочешь, я могла бы связать тебя перед сном. Правда это не решит твою проблему, но хоть ночь поспишь нормально, не разгуливая по коридорам…
– Да! – тут же с готовностью закивала новоявленная лунатичка, а в почти черных глазах отразился лихорадочный блеск – Свяжи меня! Я согласна!
– Тише ты! – шикнула на нее подружка, оглядываясь по сторонам и проверяя не услышал ли их кто-нибудь – Сдурела, так кричать? Еще подумают что-нибудь не то… Ладно, Фани, мне пора уже на занятия, но я приду вечером и принесу веревку – пообещала Валенсия, вставая и аккуратно расправляя складки на своей ученической мантии.
– Спасибо! – горячо поблагодарила ее Фани – Я буду тебя ждать.
Утро следующего дня
Княжна дель Алонийская проснулась жутко усталой и разбитой, но зато в своей постели и, не смотря на ноющую боль во всех мышцах и синяки на запястьях и лодыжках, облегченно улыбнулась. Мысленно связавшись с Валенсией посредством магического кольца, молодая леди попросила:
– «Вал, ты не могла бы прийти и развязать меня? А то мне без посторонней помощи не выбраться».
– «Что?» – сонно спросила подружка, но потом, видно, сообразила, что к чему – «А-а-а, понятно. Ладно, скоро приду».
Через некоторое время она объявилась в комнате Стефании и принялась распутывать тугие узлы, что по доброте душевной навертела вчера хозяйке комнаты перед сном.
– Ну ничего себе! – пораженно воскликнула Вал, разглядев под веревками багровые синяки и обломанные ногти на руках – Фани, ты что же, всю ночь вырывалась из моего капкана?!
– Не помню – устало вздохнула сереброволосая магичка – Я спала.
– Ты посмотри на себя! – сокрушалась подруга – вся в синяках, будто тебя били или еще что похуже… Нет, так нельзя! Надо обо всем рассказать Асмодею – решительно произнесла Валенсия.
Стефания же в ответ вдруг схватила подругу за запястья только что развязанными руками и неожиданно больно их сдавила, зло сощурив глаза и прошипев:
– Если ты скажешь ректору хоть полслова, то считай, что мы больше не подруги, ты поняла?
– Ты что творишь, об дерево ушибленная?! – обозлилась в свою очередь рыжеволосая магичка, вырывая свои запястья из цепкой хватки княжны – Я хочу как лучше, а ты на меня бросаешься! Совсем больная, да?! Тут же и манфику понятно, что нам с тобой в одиночку с этой тиловщиной не справится! Неужели до тебя до сих пор не дошло? Давай попросим помощи, пока не поздно! – гневно втолковывала Валенсия подруге.
Но та лишь упрямо сдвинула брови и процедила:
– Я уже попросила помощи, но теперь вижу, что лучше бы я молчала.
– Ах так! – совсем вышла из себя темпераментная леди Петерширская – Значит, не хочешь послушать умного совета? Ну и не надо! Выпутывайся сама, раз такая умная! – и Вал широким шагом направилась к двери – Позовешь, когда перестанешь себя вести как идиотка! – крикнула она напоследок и громко хлопнула входной дверью.
Кое-как распутав ноги, Стефания расстроенно поплелась на занятия, весь день проведя словно в тумане. А вечером, укладываясь спать, постаралась связать себя самостоятельно, размышляя:
– «Если я продержусь и выжду достаточно продолжительное время, то у ректора возникнут другие дела, кроме как искать меня, он переключится на что-нибудь другое, и тогда я смогу спросить у него или у кого-то другого из преподавателей как мне от всего этого избавиться, без риска быть узнанной» – обнадежила девушка саму себя.
Ей удалось достаточно крепко привязать ноги и одну руку к столбикам кровати, но вот со второй рукой возникли сложности: некому было привязать эту конечность.
– «Ай, ну и ладно!» – досадливо подумала магичка, стараясь как можно глубже завернуть свободную руку за спину – «Я тут так веревку запутала и столько узлов навертела, что телу придется попотеть, чтобы отсюда выпутаться…»
Однако надеждам княжны дель Алонийской не суждено было сбыться.
В следующий раз, когда она открыла глаза, то обнаружила себя все в той же многострадальной ночной рубашке (теперь уже довольно обтрепанной и грязной), сидящей голыми коленками на каменном полу заброшенной лаборатории мастера Ларио Теренса. Озябшие и исцарапанные руки молодой леди крепко сжимали бесформенный и безобразный черный булыжник.
Задрожав от ужаса, Стефания попыталась откинуть каменюку от себя подальше, но не тут-то было: камень будто бы приклеился к ладоням намертво, и собственные руки девушку почти не слушались.
Собрав в кулак всю волю, какой она когда-либо обладала, княжна дель Алонийская попыталась взять свое тело под контроль и у нее почти получилось: руки снова начали ей подчиняться. Магичка тут же принялась отдирать их от «липучего» черного камня, как вдруг булыжник мысленно заговорил с ней:
– «Стефания, не пытайся от меня избавиться» – услышала бедная девушка низкий мужской голос в своей голове – «Первородная тьма уже достаточно глубоко проникла в твой организм. Так что, как бы ты не старалась снять с себя мой контроль, я легко смогу восстановить его обратно, лишь только наступит ночь».
– К-к-кто т-т-ты? – заикаясь, прошептала молодая леди.
– «Я? О, ты наверняка меня знаешь. Меня знает каждый сайл, каждый эльф, каждый фей и любое другое создание этого мира. Ведь Я – один из его Создателей!» – усмехнулся голос и продолжил с сожалением – «Правда, благодаря вероломному предательству моего компаньона, Ойла, существа Ахнистоса считают меня злым, жестоким, беспощадным. Вы даже дали мне прозвище – Ужасный. Однако это вовсе не так» – вкрадчиво сообщил голос – «Со мной всегда можно договориться. Жаль, что это понимают лишь немногие из вас, остальные предпочитают бестолково кидаться на моих служителей и бессмысленно расстаться с жизнью, лишь бы не иметь со мной ничего общего» – печально вздохнул голос.
Стефания уже немного пришла в себя и, не услышав в мысленном голосе никакой угрозы, слегка осмелела:
– Так значит, ты – Тил? Тил Ужасный?
– «Да, Я – Тил. Но мне не нравится ваше прозвище. Я предпочитаю, чтобы меня называли просто – Повелитель. Это ведь несложно?»
– Чего?! – неосторожно возмутилась княжна – Какой ты мне повелитель? Я сама по себе! – и в то же мгновение девушка ощутила, как обжигающий холод заструился по ее ладоням к плечам и ледяными пальцами сжал испуганно затрепыхавшееся сердце.
– Стефания, – неодобрительно проговорил темный демиург у нее в голове – Я могу подчинить тебя в любой момент, могу в это самое мгновение остановить твое сердце, так что, надеюсь, теперь тебе стало очевидно, моя девочка, что ты уже не принадлежишь себе… Но мне бы не хотелось подчинять тебя силой. Видишь ли, дорогая, мне нужна не послушная глупая кукла, а смышленая помощница. Поэтому я предлагаю договориться. Ты поможешь мне проявиться в вашем мире, а я наделю тебя такими способностями и властью, что сайлы вашего мира будут счастливы исполнить все твои желания! Что скажешь?
– Ну да – усмехнулась магичка – Я тебе помогу, а когда стану не нужна, ты вытрешь об меня ноги и прихлопнешь, как букашку. Спасибо, не надо, я это уже проходила – с горечью сказала Стефания, невольно вспоминая своего бывшего жениха.
Судя по всему, Тил легко читал мысли девушки, потому что она незамедлительно услышала его вкрадчивый шёпот:
– А я ведь могу помочь тебе отомстить Дереку. Поверь, стоит тебе только согласиться, этот червяк сразу пожалеет, что посмел отзываться о тебе так неуважительно и рассказывать своим друзьям непристойные шутки с твоим участием в главной роли… Он будет униженно скулить, вымаливая прощение… Подумай, Стефания, его жизнь, честь и достоинство будут в твоих руках, и ты будешь вольна поступить с ними как захочешь… И это касается не только Дерека, но и всех, кто когда-либо посмел тебя обидеть или причинить тебе вред. Не стоит недооценивать преимущества моего предложения, девочка моя.
Княжна дель Алонийска задумчиво склонила голову на бок, поскольку перед ее мысленным взором возникла красочная картинка: бывший жених валяется у нее в ногах, вымаливая прощение, а она смотрит на него как на пустое место, а затем отворачивается и уходит, ни разу не обернувшись. В душе девушки при виде несчастного выражения лица Дерека шевельнулось что-то похожее на удовлетворение и злую радость, но все же Фани продолжала бороться с тем странным дурманом, что наслал на нее Тил. Отрицательно помотав головой, магичка попыталась отогнать видение и пробормотала:
– Меня он больше не интересует. Он меня никогда не любил, а всего лишь терпел мое присутствие рядом с собой. Теперь я это ясно понимаю. Однако, Дерек же не последний сайл на Ахнистосе! – воскликнула девушка уже громче – И обязательно найдется кто-нибудь, кто по-настоящему меня полюбит!
А в ответ раздался оскорбительный хохот демиурга:
– Да кому ты кроме меня нужна, ущербная недоучка! Исчезни ты вдруг, кто вспомнит о тебе? Твоя подруга? Так ей без разницы, что с тобой будет. Смотри, она наглядно продемонстрировала это своим поведением – Тил развернул перед мысленным взором Стефании ее воспоминание об утренней ссоре с Валенсией – Разве она помогла тебе, когда ты больше всего нуждалась в помощи? Нет, только наорала и бросила тебя разбираться со всем в одиночку… А твой отец? Думаешь, он защитит тебя? Ему ты тоже безразлична. Разве ты не видишь, что он всегда старается откупиться от тебя, своей единственной дочери, дорогими подарками и сослал в эту дыру, лишь бы пореже тебя видеть…
На этот раз перед глазами бедной девушки замелькали картины того, как её папа дарит ей замечательную быстроногую кобылку очень дорогостоящей породы и, не слушая ее восторгов и выражения благодарности, куда-то быстрым шагом уходит, а следом видение того, как в далеком детстве отец частенько запирался в одиночестве в своем кабинете и постоянно велел маленькой Фани играть с кормилицей, в то время как ей хотелось посидеть у него на коленях и послушать какую-нибудь сказку…
– Видишь? Ты никому не нужна – продолжал психологическую атаку Ужасный – У тебя никого нет. Ты совсем одна и некому о тебе позаботиться. Но… – тут голос демиурга стал вкрадчивым и как бы бархатисто-обволакивающим – Все еще может измениться, если станешь моей помощницей. Я помогу тебе стать лучше, сильнее и увереннее, чем ты есть сейчас. Ты больше никогда не будешь беспомощной и одинокой дурочкой, ведь у тебя будет моя сила! Вместе мы наведем в этом захудалом мирке свои порядке и больше никто не посмеет оскорблять и унижать тебя даже в мыслях! Ты ведь ради этого использовала артефакт моего предыдущего помощника?
Девушка настороженно застыла, поняв, что Тил сумел считать ее заветное желание. Ее начали одолевать противоположные чувства: с одной стороны, княжна дель Алонийская все же не была круглой дурой и какой-то частью сознания понимала, что темный демиург никогда не дает ничего бесплатно и, скорее всего, ее обманет, а с другой – Фани так хотелось измениться и перестать, наконец, чувствовать себя неполноценной и бесхарактерной тихоней! А хитрый Тил продолжал давить девушке на психику и вкрадчиво убеждать ее, попутно демонстрируя гипнотические картинки возможного будущего:
– Сайлы начнут уважать тебя и будут ловить каждый твой взгляд или вздох… Твоя подруга будет бегать за тобой хвостом и делать все, что ты не попросишь лишь бы быть поближе к такой могущественной персоне как ты… Да что там подруга! У тебя будут десятки, нет сотни подруг, которые будут делать все, что ты только пожелаешь… Отец, наконец, заметит тебя и поймет какого сокровища он лишился… Все это незамедлительно станет реальностью, если ты поможешь мне восстановить мой Камень, осколок которого ты сейчас держишь в руках – ненавязчиво намекнул темный бог.
Завороженная бархатным голосом и яркими видениями в своей голове, Стефания сама не заметила, как кивнула и хрипло произнесла:
– Хорошо. Что я должна делать? – девушка с трудом подавила невольную дрожь – до того странным и чужим показался ей собственный голос.
– О, сущие пустяки! – в голосе Ужасного послышалась довольная усмешка – Тебе нужно будет лишь прочитать заклинание на призыв осколков моего разбитого алтаря. Не волнуйся, я объясню, что надо говорить и делать. А затем тебе предстоит забрать себе мой камушек и оберегать его от посторонних глаз, пока он набирает силу. Вот и все. Справишься? – участливо поинтересовался демиург.
Фани обдумала услышанное, хотя голова казалась странно тяжелой, в ней не было ни единой более-менее приемлемой мысли (не считать же за мысль жалостливое всхлипывание: «Мои ножки! Как же тут холодно, вы совсем окоченели!..») и, судорожно вздохнув, как перед прыжком в ледяную воду, магичка выдавила из себя:
– Постараюсь. Только давай покончим с этим поскорее, а то я здесь совсем заледенела. Что надо говорить?
Тут девушка почувствовала, что темный камень больше не удерживает ее руки, перед глазами у нее соткался нужный магический узор, а в ушах зазвучали обещанные темным богом слова заклинания призыва, рассредоточенных по всему миру осколков Камня Тьмы…
Дальнейшие события стерлись из памяти Стефании. Следующее, что она помнила – это как она, смертельно усталая и опустошённая, сидела, закутавшись в плед на собственной постели в своей комнате, наблюдая за тем, как за окном Сиала постепенно поднималась из-за горизонта. А на коленях у княжны дель Алонийской мертвенно поблескивал черный булыжник, найденный в тайнике Ларио Теренса – как выяснилось, один из многочисленных осколков Алтаря Смерти, ставший временным пристанищем крохотной части сознания Тила Ужасного.
Мир Ахнистос, за день до этого, Глафира
Леди Стофорширская проснулась в то утро довольно поздно. Приведя себя в порядок, молодая леди поспешила в трапезный зал к завтраку. Однако, как она не торопилась, магичке не удалось застать там никого из родственников. Лишь айл Бетруччи заканчивал свою трапезу, да служанки убирали со стола.
Глафира расстроенно вздохнула и не удержалась от вопроса:
– Айл Бетруччи, а где все?
– Его Сиятельство вместе с сэром Ричардом и вашим братом еще на рассвете уехали на осмотр границ нашего графства, дай Всемогущий к завтрашнему вечеру вернутся – степенно ответствовал местный лекарь – А мэтр Лаврентий сказал, что пойдет в свою лабораторию проводить какой-то сложный магический опыт. Или вы, миледи, ищете айлу Памиру? – поинтересовался доктор.
– Нет, уважаемый Бетруччи, пока не ищу… А где же Настиа? – Фира растерянно оглядела глазами трапезный зал – Неужели она поехала на осмотр вместе со всеми?
– А вот её я сегодня не видел – отозвался лекарь – По-моему, она даже ещё к завтраку не выходила.
– О. Понятно. Спасибо, айл Бетруччи – отозвалась молодая леди, разворачиваясь к двери – Наверное, она ещё спит. Пойду, разбужу её.
Девушка направилась в сторону гостевых покоев, в которые она самолично поселила новую подругу, но вскоре ей пришлось убедиться, что землянки там не было.
«Странно» – удивилась про себя Глафира – «Куда же она могла пойти?»
Не долго думая, магичка создала поисковой пульсар и, задав ему необходимые параметры поиска с энергетическим изображением Анастасии, запустила его в свободный полет по всему замку. А сама уселась на постель гостьи и принялась ждать. Однако результаты поиска очень встревожили молодую леди: судя по данным, что доставил ей пульсар – в настоящий момент никого, кто хоть как-то бы подходил под описание Анастасии, в пределах родового замка и окружающих территорий не наблюдалось.
Не на шутку встревожившись, Фира отправилась за советом к мэтру Лаврентию:
– Мэтр! – постучала она в запертую дверь магической лаборатории – Вы не очень заняты? Можете уделить мне несколько крупинок времени?
Спустя несколько мгновений дверь отворилась, явив взору девушки несколько взъерошенного старичка-мага:
– Леди Глафира, почему у вас такой встревоженный голос? Что-нибудь случилось?
– Да, мэтр – тяжело вздохнула та – Я только что обнаружила, что Настии нет в замке. И айл Бетруччи мне сказал, что она не выходила к завтраку и не отправилась в поход вместе с моими родственниками. Вы случайно не знаете, где бы она могла быть?
Старичок озабоченно нахмурился, отрицательно покачал седой головой и предположил:
– Вы полагаете, что Настиа отправилась куда-то одна и заблудилась?
– Ах, я не знаю! – тревога леди Стофорширской все нарастала – Я просто хочу ее найти. Вы можете что-нибудь сделать?
– Что ж, попытаюсь – вздохнул маг – Подождите меня здесь, миледи, я сейчас выйду – старичок скрылся за дверью, но вскоре вновь появился, держа в руках свой посох и обратился к Глафире – Проводите меня в покои нашей гостьи, попробуем узнать что-нибудь по отпечаткам ауры в помещении.
Вскоре Фира и мэтр Лаврентий стояли в центре гостевых покоев, отведенных Анастасии, и маг с силой стукнул посохом об пол, бормоча в бороду какие-то слова. От магического инструмента пошла круговая энергетическая волна, и в комнате стали то тут, то там проявляться настины силуэты, причудливо переплетаясь и иногда накладываясь друг на друга.
Молодая леди тут же увлеченно завертела головой, впрочем, не пытаясь сойти со своего места – иначе колдовство бы рассеялось…
– Так-так, – заговорил мэтр – Вот, видите, миледи? Настиа сначала спала – маг указал рукой на кровать – Потом встала, подошла к зеркалу, затем начала одеваться… Ой! Ойл Всемогущий, что это еще такое? – вдруг воскликнул старый маг, в то время как его колдовство внезапно рассеялось как дым, отчего магичка невольно вздрогнула и вопросительно уставилась на него – Дальше ничего нет…
– В каком смысле? – нахмурилась леди Стофоршиская.
– В прямом. Больше нет ни одного отпечатка, как будто кто-то их тщательно стёр – озабоченно проговорил мэтр Лаврентий – Я еще ни разу не сталкивался с подобным. Конечно, бывали случаи, когда часть комнаты не просматривалась или путь объекта исследования не был виден из-за блокирующих амулетов или чар, защищающих от наблюдения, но чтобы вся комната целиком!! Это же невозможно!
– Кто вам такое сказал, мэтр? – иронично вздернула одну бровь графская дочь – С этими землянами все возможно, разве вы сами до сих пор в этом не убедились?
Седой маг лишь растеряно покачал головой в ответ, а девушка удручённо вздохнула:
– Что ж, сиё означает одно из двух: либо Настиа собралась куда-то одна и не хотела, чтобы мы ее нашли, либо кто-то забрал ее прямо отсюда, и этот кто-то тоже не желал, чтобы мы последовали за ней… Мэтр, что же нам делать?! – Фира отчаянно всплеснула руками – Как она могла исчезнуть прямо у нас из-под носа?! И что я скажу своей родне, когда они вернутся?!! Они, конечно, ничего мне не скажут, чтобы не расстраивать, но я и сама знаю, что они подумают: мне ничего нельзя доверить! Даже гостью нашу не уберегла в защищенном со всех сторон замке!! Что мне делать?? Что?!!
– Молодая леди, успокойтесь! – повысил голос старый маг – Вам сейчас противопоказаны волнения, разве вы забыли? Никто не требует от вас следить за всеми жителями замка и управлять всеми событиями в нем, никто не возлагал на вас эту ответственность, вы слышите? Достаточно уже и того, что вы первая обнаружили исчезновение нашей гостьи, не правда ли? Без вас, возможно, мы еще долго оставались бы в неведении…
– Да, все так – слегка спокойнее ответила девушка – Но вы же знаете, мэтр Лаврентий, что в отсутствие отца, дяди и брата, я остаюсь единственным полномочным представителем графской семьи и все обязанности по содержанию замка и его жителей должны ложиться на меня. Это естественный порядок вещей, так издавна было заведено. И вот теперь выясняется, что на меня ни в чем нельзя положиться… – плечики Фиры печально поникли, и она не удержалась от горького всхлипа.
– Ну-ну, леди Глафира, не стоит так расстраиваться – пытался приободрить девушку замковый маг – В вашем положении нельзя тратить на расстройство свои силы. Лучше подумайте, куда могла исчезнуть Настиа? И кому она могла понадобиться?.. О! Послушайте, у меня появилась идея! – осенило мага – Может быть ваш Снежный Зубоскал поможет ее найти? Он же в свое время отыскивал господина Илая, помните? – с надеждой взглянул старичок на расстроенную магичку. Та тут же встрепенулась и перестала всхлипывать, воскликнув:
– Прекрасная идея, мэтр! Как же я сама до этого не додумалась?! Пойду, позову Зверюгу – с этими словами молодая леди, не дав бедному магу опомниться, стремительно выскочила за дверь и понеслась в замковый двор.
До самого вечера Глафира только и занималась тем, что мучила верного собакокота, расширяя ареал его поиска пропавшей иномирянки всё дальше и дальше от замка и используя свое же золотистое платье, одолженное Анастасии, в качестве опознавательного запаха. Бедный зверь носился туда-сюда, высунув язык от усталости и периодически кидая на хозяйку взгляды, полные укора и недоумения, мол: «Чего с ней такое? Я же ясно показал, что существа с таким запахом в округе нет. Чего же еще она от меня хочет?». Но ослушаться и удрать в лес, тем самым расстроив любимую хозяйку еще больше, зубоскал все же не решался, вот и приходилось ему нарезать круги по округе…
В конце концов, молодая леди осознала всю тщетность попыток найти иномирную подругу таким способом, подозвала к себе четвероногого друга и сокрушенно промолвила:
– Ничего не вышло, Зверюга. Ты не можешь ее найти, а я так надеялась! – из глаз девушки брызнули горячие слезы.
Собакокот, все еще тяжело дыша, подошел ближе и озадаченно склонил голову набок. Так и не придумав, как помочь хозяйке, он утешающе лизнул ей руку и виновато ткнулся огромным лбом в колени, мол «извини, сегодня от меня мало проку».
– Ладно, дорогой – кое-как взяла себя в руки графская дочь, с трудом справляясь с потоком слез – Ты ни в чем не виноват. Это моя вина, что я дала тебе невыполнимое задание – Фира почесала зверя за ушами – Иди, отдыхай. Я позову, если ты мне будешь нужен.
Не смотря на паршивое настроение, девушка, без труда прочла в зеленых глазах зверя облегчение, слабо усмехнулась в ответ и, увидев, как ее любимец огромными скачками направился к ближайшей лесополосе, поплелась в свои покои, едва волоча ноги.
Уже был поздний вечер, ужин она пропустила, да ей от таких переживаний и есть-то совсем не хотелось. Единственное, что оставалось – это попытаться поскорее уснуть и дождаться утра, чтобы потом послать весточку родственникам о приключившимся несчастье. Однако и это у девушки никак не получалось, так что Фира проворочалась с боку на бок почти полночи, когда вдруг заметила мягкий теплый свет из-под кровати и услышала знакомый голос Ильи:
