Текст книги "Развод. Я (не)твой подарок, дракон! (СИ)"

Автор книги: Юлианна Винсент

сообщить о нарушении

Текущая страница: 5 (всего у книги 13 страниц)

Глава 14

Галина

“Как же холодно…” – подумала я про себя сквозь сон, сильнее укутываясь в одеяло.

Просыпаться не хотелось, но и дальше мерзнуть было невозможно. Я открыла один глаз и осмотрелась. Комната была та же самая, где я и уснула, но почему-то изо рта шел пар, словно кто-то открыл все окна настежь.

Небо за окном было безрадостным и серым, как и мое настроение. Из безмятежного сна я вернулась в ледяную, в прямом смысле этого слова, реальность, в которой нужно было играть роль идеальной жены перед королем чужой страны, выяснить, что скрывала прежняя хозяйка этого прекрасного тела и каким-то волшебным образом получить свободу.

Все еще пытаясь согреться, я обмоталась одеялом и села на кровати. Нашарила ногами на полу свои тапочки и засунув в них ноги, отправилась искать ту самую щель, из которой дуло.

Каково же было мое удивление, когда я подошла к окну и увидела простирающуюся вдаль снежную равнину там, где еще вчера была потускневшая, но все-таки зеленая трава.

– Как за ночь выпало столько снега? – изумленно спросила я вслух.

И тут я со всей ясностью осознала, что до Зимнего пира оставалось меньше недели. А в Хельгарде царила атмосфера, больше подходящая для похорон, чем для праздника. Ни гирлянд, ни запаха мандаринов, ни даже намека на елку.

– Это срочно нужно исправлять, – уверенно сказала я самой себе.

Надев теплое темно-зеленое платье из скудного гардероба Галии и сделав себе пометочку стребовать с муженька новый нормальный гардероб, я отправилась на поиски Рикарда. Нашла его, конечно же, в кабинете, где он с видом человека, готовящегося к казни, изучал какие-то свитки.

– Рикард, – начала я без предисловий, – у нас проблема!

Он поднял на меня взгляд, в котором читалось искреннее недоумение.

– Новый год уже через несколько дней, – продолжила я. – А у нас до сих пор нет елки!

– Елки? – переспросил он, как будто я заговорила на языке древних эльфов. – Зачем?

– Как зачем? – возмутилась я. – Ты помнишь о том, что твои переговорные партнеры отмечают Зимний пир? А какой праздник без наряженной елки?

Рикард нахмурился, отложив свиток.

– В Хельгарде этот праздник не отмечается, – произнес он твердо, но без привычной суровости. – У нас свои традиции. И они не включают в себя украшение деревьев.

– Вот и зря! – парировала я, подходя к столу. – Если мы хотим произвести впечатление на короля – а мы хотим, – то нужно показать, что мы не дикари. У них Зимний пир, а у нас будет Новый год. И мы отметим его в лучших традициях Хельгарда.

“Еще бы знать, какие здесь традиции”, – подумала я про себя.

Рикард тяжело вздохнул, потирая переносицу.

– Галия, у меня нет времени на эти… – он с трудом пытался подобрать приличные слова, – детские забавы. Переговоры…

– Переговоры будут еще успешнее, если мы всех развеселим и расслабим, – перебила я. – Поверь мне, я в этом кое-что да понимаю.

– Очень бы хотелось знать, откуда? – язвительно пробубнил Рик.

– Тебе нужен этот договор или нет? – решив сменить тему, уточнила я, опершись руками о стол.

– Ты и без меня знаешь ответ на этот вопрос, – фыркнул муженек.

– В таком случае переставай вредничать, – радостно сказала я, подходя к Рику и беря его за локоть, – и пошли посвящать короля в народные традиции.

Он смотрел на меня так, будто я предложила позвать снежного человека для развлечения гостей. Но в его глазах мелькнуло нечто похожее на интерес – или на отчаяние. Возможно, и то, и другое.

– Хорошо, – наконец сдался он, поднимаясь из кресла и следуя за мной. – Но только если это не отнимет много времени.

– Не отнимет, – пообещала я, уже представляя, как все будет.

Мы вышли в главный зал, где король Герард со свитой уже ожидал начала дня. Гости выглядели отдохнувшими и слегка заинтересованными – видимо, вчерашний день прошел не зря.

– Ваше Величество, дорогие гости! – объявила я с самой сияющей улыбкой. – Сегодня у нас особенный день. По давней традиции Хельгарда, которую мы, честно говоря, чуть не забыли, нам нужно выбрать символ Нового года.

Король приподнял бровь. Его супруга Паулина и жены советников переглянулись – странно, почти понимающе. Но я не придала этому значения, списав на обычное женское любопытство.

– Считается, – самозабвенно продолжала выдумывать я, – что чем пышнее и ветвистее ель или сосна, которую мы выберем, тем удачливее и сытнее будет грядущий год. И поскольку вы прибыли раньше срока, – здесь я сделала паузу, чтобы подчеркнуть, что мы, конечно, рады их видеть, но как будто не от всей души, – вам выпала честь участвовать в поисках этого дерева!

Король Герард улыбнулся хитрой, даже лукавой улыбкой, словно он видел меня насквозь, но это его забавляло.

– И что же, леди Галия, мы сейчас все пойдем в лес? – спросил он, внимательно наблюдая за мной.

– Именно так, Ваше Величество! – кивнула я. – Свежий воздух, снег, азарт поиска – что может быть лучше для утренней прогулки?

Мужчины удивленно переглянулись. Видимо, они ожидали чего угодно, но только не лесных приключений.

Рикард стоял рядом, скрестив руки, и смотрел на меня так, будто очень сильно хотел задушить меня собственными руками.

Но выбора у них не было – хозяйка (хоть и временная) зовет, значит, надо идти.

Дорога до леса была недолгой. Буквально через десять минут прогулки, по уже почищенной стражей тропинке, мы вошли в чащу. Утреннее пасмурное небо прояснилось и снег искрился под солнцем, а воздух был холодным и свежим.

Я шла впереди, подбадривая всех шутками. Рикард же всегда был рядом, молчаливый, но уже без грозового выражения лица.

– А давайте в снежки! – внезапно предложила я, когда мы вышли на опушку.

Королева Паулина рассмеялась – звонко, по-девичьи.

– О, я обожаю снежки! – воскликнула она, уже наклоняясь, чтобы собрать снег.

Ее поддержали другие женщины. Рыжеволосая Фрея хохоча стала убегать, а Марианна, жена инквизитора, игриво взглянула на супруга и сказала:

– Вот, а ты говоришь, что только у меня детство в одном месте играет!

– Мари, – глядя на жену с легкой укоризной во взгляде, начал Аластор. – Будь благоразу…

Но тут в него прилетел снежок и он, схватив горстку снега ринулся вперед со словами:

– Ах так? Ну, я тебе сейчас покажу!

Остальные мужчины сначала смотрели на это как на странный ритуал, но потом и они не выдержали. Военный советник в синем камзоле первым осмелился запустить снежком в короля, и понеслось. Снежки летали, смех разносился по лесу, все бегали, прятались за деревьями, падали в сугробы и хохотали, как дети.

Рикард стоял в стороне, но я заметила, как уголок его рта дернулся. А потом и он не устоял, когда король Герард метко запустил снежком ему в плечо, Рикард фыркнул и, наклонившись, слепил ответный снаряд.

– Так-то лучше! – крикнула я ему, уворачиваясь от снежка, запущенного Паулиной.

Мы играли, наверное, с полчаса, пока все не выбились из сил. Щеки горели, горячее дыхание, казалось сейчас растопит снег, а настроение было таким, словно мы не правители и дипломаты, а просто люди, умеющие радоваться зиме.

– Теперь за дело! – объявила я, отряхивая снег с платья. – Ищем дерево!

– Каким оно должно быть? – уточнила королева.

– Таким, чтобы душа к нему тянулась, – не задумываясь ответила я.

Мы углубились в лес. Снег хрустел под ногами, с ветвей падали алмазные россыпи инея.

И тут я увидела ее – голубую ель, одиноко стоящую на небольшой поляне. Она была идеальная: пушистая, высокая, с лапами, опущенными под тяжестью снега. И от нее исходил слабый, едва уловимый голубоватый свет – магический, мерцающий, как звездная пыль.

– Вот оно! – воскликнула я, указывая на дерево. – Наше дерево!

Все подошли ближе, завороженные. Даже Рикард прищурился, изучая ель.

– Оно… светится, – тихо сказала Марианна.

– Это хороший знак, – тут же подхватила я. – Значит, дерево выбрало нас само.

Король Герард подошел к ели, протянул руку, но не дотронулся.

– Красиво, – произнес он задумчиво. – И что теперь? Ее надо срубить и принести домой?

– Нет! Что вы? – отрицательно помотала головой я. – Ни в коем случае. Мы чтим и уважаем природу. И потом священное дерево неприкосновенно.

– Тогда как все будет происходить? – восхищенно глядя на ель, уточнила Фрея.

– Сначала нужно подготовить поляну для праздника, – деловито пояснила я. – Расчистить снег, поставить лавочки и столы для ярмарки. А самое главное – сделать игрушки своими руками, чтобы напитать их теплом и доброй энергией.

Король фыркнул.

– Так это решается парой щелчков, – сказал он, но в глазах у него играли искорки. – У нас во Вальдхейме для таких вещей используется магия.

– Но мы в Хельгарде, – улыбнувшись, твердо ответила я. – И для нас сделанное своими руками имеет большую ценность. Это как договор, скрепленный не только печатью, но и душой.

Жены советников переглянулись и тихо хихикнули, но в их взглядах читался интерес. Им, видимо, надоело быть просто украшением при мужьях – хотелось и самим что-то создать.

– Рикард, – обратился к мужу король, уважительно взглянув на него. – А твоя супруга знает толк в определении границ.

– За то и люблю ее, – неожиданно тепло приобняв меня, ответил Рик.

– В таком случае, – сказала я, хлопнув в ладоши, – девушки идут в замок готовить материалы для игрушек и продумывать ярмарку. А сильные мужчины, – я обвела взглядом Рикарда, короля и двух его советников, – берут лопаты и расчищают площадку вокруг ели.

Наступила пауза. Король Герард растерянно смотрел то на меня, то на Рикарда, словно ожидал, что тот возмутится. Но Рикард лишь глубоко вздохнул, так, что пар от его дыхания вырвался белым облаком и кивнул.

– Хорошо, – сказал он, соглашаясь. – Будет вам расчищенная поляна.

– И лавочки со столами! – добавила я.

– И лавочки со столами, – повторил он безропотно.

Женщины, ведомые Паулиной, уже оживленно обсуждали, из чего делать игрушки: шишки, ленты, кусочки ткани, может быть даже получится выпросить у Рика волшебные кристаллы из запасов Хельгарда.

Мужчины же, вооружившись лопатами (которые были мужественно отобраны у ничего не понимающих стражников), с видом древних героев, отправились к поляне, на ходу переговариваясь:

– А вы уверены, что оставлять наших жен с этой предприимчивой женщиной безопасно? – спросил Великий Инквизитор, поравнявшись с остальными. – Она их сейчас плохому научит, будем мы потом тоже снег дома чистить.

– Твоя Марианна сама кого угодно плохому научит, – парировал блондин со шрамом на лице.

– Парни не ссорьтесь, – включился в разговор король. – Я считаю, что нам всем безумно повезло с женами. Да, Рикард?

– Более, чем, – улыбнувшись уголком губ, ответил муж.

Дальше их разговор я уже не слышала, но осталась стоять, наблюдая, как Рик снимает тулуп, берет лопату и делает первый взмах – мощно, точно, будто рубит врага.

Король Герард, с громким возгласом:

– Никогда в жизни не чистил снег! – смеясь, последовал его примеру.

И вот уже они соревнуются, кто быстрее расчистит поляну, подбадривая друг друга шутками.

Я смотрела на эту картину и чувствовала странное теплое, почти незнакомое чувство. Будто эти стены, этот лес, эти люди – не просто декорации к моей личной драме, а что-то, что могло бы стать… домом.

От непрошенных мыслей меня отвлек мелодичный голос королевы.

– Галия, – позвала она меня и когда я повернулась к ней, увидела, что все три девушки стоят и выжидательно смотрят на меня.

– Простите, Ваше Величество, задумалась, – ответила я. – Идемте внутрь, у нас много дел.

– Да, дорогая, – беря меня под руку и мило улыбаясь, согласилась Марианна. – И начнем мы их с того, что ты расскажешь нам, откуда прибыла в этот мир.

Глава 15

Все о чем я думала, пока мы с королевой и ее свитой шли внутрь замка, было:

“Где же я так прокололась? И что теперь со всем этим делать?”

– Марта! – крикнула я, по пути заглядывая на кухню. – Чай, пожалуйста, подай! Крепкий, с медом и чем-нибудь сладким! В малую гостиную.

Кухарка озадаченно взглянула на меня, но все-таки кивнула и стала раздавать задачи подмастерьям.

– И… – я поймала взгляд одной из служанок, пробегающих мимо, – принеси, пожалуйста, все, что может пригодиться для создания украшений. Ленты, ткани, шишки, краски, бисер, проволоку… Все, что найдешь!

Служанка уставилась на меня так, будто я попросила принести ей крылья дракона.

– Для… украшений, госпожа?

– Для елки! – натянуто улыбнувшись, пояснила я. – Мы будем делать игрушки своими руками.

Она кивнула, все еще с недоумением в глазах, и удалилась. Через несколько минут в гостиную внесли огромный поднос с душистым чаем, пирогами с ягодами и медом, а следом – целую корзину всякой всячины: лоскутки бархата и шелка, блестящие камушки, сушеные ягоды, пучки разноцветных ниток и даже несколько маленьких деревянных заготовок.

Мы уселись вокруг низкого стола. Паулина сняла накидку и удобно устроилась в кресле, поправляя свои каштановые волосы. Фрея уже вовсю разбирала ленты, ее рыжие волосы отливали медью в свете камина. Марианна, та самая веселая блондинка, поджав ноги под себя и взяв пирог, с любопытством уставилась на меня.

Неловкая пауза повисла в воздухе. Я чувствовала их взгляды – изучающие, теплые, но с какой-то странной глубиной. Будто они видели не только мое лицо, но и то, что скрывалось за ним.

Паулина первой нарушила тишину. Она отхлебнула чаю, поставила чашку и, глядя на меня с легкой улыбкой, сказала:

– Ну что, Галия… или все же не Галия?

Я чуть не поперхнулась чаем. Сердце екнуло.

– Простите?

– Да ладно тебе, мы же не слепые, – хихикнула Марианна, с довольным видом уплетая пирог. – Когда ты начала про Новый год, елки и снежки – мы сразу же все поняли, потому что здесь такого не отмечают. А уж про “символ года” и “игрушки своими руками”… – она качнула головой, – это чистой воды земные традиции.

Фрея, нанизывая бисер на нитку, добавила:

– Да и вообще, ты как-то… слишком живо все это придумала. Местные тут больше в ритуалы верят, а не в самодельные гирлянды.

Я медленно поставила чашку. В голове пронеслись все возможные варианты: отрицать, притвориться, сделать вид, что не поняла. Но что-то в их взглядах – открытых, почти родственных – остановило меня.

– Вы что… тоже? – тихо спросила я.

– Ага, – улыбнулась шире Паулина. – Я, например, Саша.

У меня отвисла челюсть. Я смотрела то на одну, то на другую, пытаясь сообразить, не сплю ли я до сих пор.

– Я – Даша, – хихикнув, отозвалась рыжеволосая Фрея.

– А я Маргарита Степановна, – чуть наклонив голову вперед, запивая пирог чаем, сказала Марианна. – Ладно, так уж и быть выделываться не буду, просто Марго.

– Вот это поворот, девочки! – удивленно воскликнула я. – А я Галя.

– В таком случае, – сказала королева, поднимая чашку с чаем. – За знакомство!

Мы все дружно протянули к ней свои кружки, чокнулись (во всех смыслах этого слова) и стали обмениваться историями о том, как каждая из нас попала в этот мир.

Я слушала и меня это приводило в восторг и в ужас одновременно, но внутри разливалось теплое чувство некоего единства. Впервые за долгое время я не ощущала себя одинокой.

На земле у меня особо не было подруг. Коленька всех разогнал. По его экспертному мнению, идеальная жена должна сидеть дома, варить борщи и воспитывать детей, поэтому постепенно из моей жизни убыли все, с кем я когда-либо дружила.

Поэтому сейчас это девичье чаепитие, искренний смех, обсуждение отчасти общей истории, дало мне такой прилив сил, что я была готова сама пойти снег чистить.

– Значит, с каждой из вас что-то случилось? – решила уточнить я и этот аспект попаданства.

– Да, – немного грустно вздохнув, закивали девушки.

– Скучаете по прошлым жизням?

– Честно говоря, – начала Марго, – и да, и нет. Быть женой Верховного Инквизитора та еще забава, но с другой стороны, я снова молода и у меня есть шанс прожить эту жизнь не так, как я прожила прежнюю.

– Я не скучаю, – добравшись до пирога, заявила Даша. – Все, кого я люблю здесь. А там меня ничего не держало.

– Аналогично, – кивнув, подтвердила ее слова Александра. – Там всю свою жизнь я решала чьи-то проблемы, всех спасала, вечно за всех думала. А здесь… я жена целого короля, и могу себе позволить сказать: “Я не могу ничего делать, у меня лапки!”

– А Гер тебе в ответ так не говорит? – засмеялась Даша. – Вообще-то, лапки – у него!

Девушки хором засмеялись в голос, а я смотрела на них растерянно, потому что не поняла шутки.

– Ты разве не знаешь? – уточнила Марго, просмеявшись.

– Не знаю чего? – нахмурившись, не поняла я.

– Наши мужья – драконы и у них лапки, – пояснила Саша, хохоча. – Твой, кстати, тоже дракон. Но из какого-то другого клана, не такой, как наши.

– Значит, я правильно подумала, – слегка улыбнувшись, ответила я. – А в чем разница?

– Я точно не знаю, – пожала плечами королева. – Герард говорил, что такие, как Рикард, затворники. Живут отдельными поселениями, не особо любят контактировать с чужаками. Гер поэтому очень удивился, когда Рикард предложил ему провести переговоры, да еще и на вашей территории.

– Почему? – не удержалась я от вопроса, понимая, что любая добытая информация будет мне полезна.

– Муж говорил, что его отец много раз пытался подписать договор с Хельгардом на поставку магических кристаллов, но Рикард был непреклонен, а тут сам позвал.

Я лишь тяжело вздохнула в ответ, не решившись открыть все карты перед девушками. Не потому что я им не доверяла, нет. Мне нужно было разобраться в том, что на самом деле затевала Галия и как так получилось, что в ее теле оказалась я.

А еще мне не хотелось давить на жалость, поэтому я и перевела тему.

– А ваши мужья знают о том, что вы это не вы? – задала я новый вопрос.

Они опять дружно кивнули.

– И как они отреагировали на это? – уточнила я.

– Герард долго расспрашивал меня о жизни на земле, – ответила Саша, собирая свою игрушку из шишек.

– У нас с Аластором были напряженные отношения, – призналась Марго, – потому что мой путь в этом мире начался с того, что он обменял меня на молодую вертихвостку. Но в итоге он сам догадался, потому что…

Договорить она не успела, ее перебила Даша.

– Потому что Марго умудрилась найти себе в друзья… как ты их там называла?

– Набор князьеф “Неделька”, – ехидно улыбаясь, подсказала Марго.

– Точно!

– И Аластор понял, что здесь явно что-то не так, – закончила за нее Саша.

– А Дариан? – спросила я.

– Он был в шоке, – ответила Даша. – Но как истинный военный, конечно же, не показал мне ничего. И потом, к моменту, когда я призналась ему во всем, он уже влюбился по уши, поэтому, даже если и хотел бы, то ничего мне не сделал.

– А Рикард, я так поняла, – включилась в разговор Марго, – еще ничего не знает?

Я отрицательно покачала головой и в этот момент дверь распахнулась и в комнату вбежала запыхавшаяся служанка.

– Госпожа! Госпожа! Беда!

– Что случилось? – в голос спросили мы все, вставая со своих мест.

– Хозяин под землю провалился! – выпалила девушка, испуганно глядя на нас.

– Галя, у нас отмена! – истерично икнула Даша. – Несите другого дракона!

Глава 16

Рикард

Мы отправились расчищать поляну, как и велела моя затейница-жена. Снег летел в стороны тяжелыми пластами, земля под ним оказалась твердой, промерзшей.

Король Герард работал рядом с мальчишеским озорным упрямством – будто он доказывал себе, что может не только править, но и копать.

Мы уже почти закончили, обозначив большой ровный круг вокруг той самой светящейся ели, когда под ногой у меня что-то подозрительно хрустнуло. Не так, как хрустит лед или ветка.

Провалился я мгновенно и почти бесшумно. Под снегом и тонким настом оказалась пустота. Обрушился вниз вместе с комьями снега и земли, глухо ударившись спиной о что-то твердое. Воздух вырвался из легких, и на секунду в глазах потемнело.

“Вот, что значит, держать взаперти своего дракона!” – фыркнул внутренний голос.

Я лежал, приходя в себя в полной темноте. Сверху лился слабый серый свет из пролома и доносились встревоженные голоса. Герард звал меня, Аластор что-то кричал стражникам.

– Рик, цел? – услышал я голос короля.

– Да! – откликнулся я, и голос отозвался в пустоте непривычным гулом.

Поднялся, отряхиваясь. Тут же перешел на драконье зрение и осмотрелся. Я оказался в узком, но высоком каменном коридоре. Стены были сложены из старых, почерневших от времени плит, которых я не видел ни в одной части Хельгарда.

Пахло сыростью, секретами и слабым, едва уловимым запахом магии, приглушенной и старой.

Первым порывом было немедленно выбраться, дать команду засыпать эту дыру. Но я остановился.

Правитель не бежит от тайн под своими ногами. Я пошел по тоннелю вперед, ощупывая стены. Он шел под уклон, вглубь холма, и вскоре я понял направление. Подземный коридор вел прямо к замку.

Через время тоннель раздвоился. Одна ветвь, более узкая, уходила круто вверх. Я выбрал ее. Каменная лестница, вырубленная в скале, привела к тупику. Нащупал в темноте задвижку, нажал и часть стены бесшумно отъехала, впуская в комнату слабый свет.

Я замер, не веря своим глазам. Я стоял в спальне. В своей спальне. Тайная дверь была искусно встроена в резную панель у камина, которую я видел каждый день и никогда не замечал ничего странного.

Сердце забилось медленно и тяжко, как набат. Холодное, ядовитое понимание ползло по жилам. Вернулся в тоннель, спустился, пошел по другой ветке. Она привела к такому же механизму. На сей раз, я оказался внутри моего кабинета, за стеллажом с летописями.

Я стоял в темноте, и в голове стали всплывать воспоминания о том, как я очень часто заставал свою дорогую женушку за тем, как она с угрюмым видом ухаживала за цветком, загораживающим ту самую дверь в спальне.

– Неужели она…? – тихо спросил я у самого себя не веря в то, что это может быть правдой.

Ярость поднялась во мне черным, кипящим потоком. Я сжал кулаки так, что кости затрещали.

Мне хотелось тут же, сейчас, выйти к ней и сломать ей шею. Но я сделал глубокий вдох.

– Успокойся, Рик! – уговаривал я себя. – Не сейчас! Нужны доказательства. Нужна ясность. И нельзя показать королю скандал со смертоубийством.

Я вернулся к месту падения. Нашел в стене выступы, полез наверх. Когда голова показалась на поверхности, я увидел взволнованные лица. Герард протянул руку, я ухватился, и он, с легкостью, вытащил меня наружу.

– Живехонек! – проворчал Аластор, но в глазах его читалось облегчение.

– Естественно, – отмахнулся я, стараясь выглядеть, как можно безразличнее. – Что со мной будет!?

– Что там? – спросил Герард.

– Старая расщелина, – соврал я, отряхиваясь. – Видимо, подтаяло. Ничего интересного.

Король пристально посмотрел на меня, но кивнул. В его взгляде мелькнуло понимание. Я догадался, что он почуял ложь, но не стал настаивать. Настоящий дипломат.

– Работа сделана, – сказал я, оглядывая расчищенную поляну. Она выглядела нелепо – огромный голый круг посреди снежного леса. – Дерево выбрали, площадку подготовили. Дальше – дело за дамами.

– И слава богам, – с комическим облегчением вздохнул Дариан, опираясь на лопату. – Еще час и у меня бы отвалились лапки.

– Никогда бы не подумал, что ты такой нежный, – подколол его Аластор.

– Ты многого обо мне не знаешь, – парировал советник.

– Тогда предлагаю достойно завершить этот день, – сказал я, и в голосе моем прозвучала та самая привычная властная нота, которая не оставляла места возражениям. – Баня у нас в Хельгарде отменная. И стол там накроем. Обсудим ваши впечатления от нашего гостеприимства… и детали будущего договора.

Идея была встречена с одобрительным рокотом. Мужчины устали, замерзли и явно не прочь были расслабиться. Да и мне нужно было место, где можно говорить откровенно, без лишних ушей.

Баня в Хельгарде действительно была великолепна – просторный каменный зал с огромным бассейном, наполненным водой из горячего источника, и деревянными полками.

Пар, густой и наполненный ароматами хвойных масел, висел в воздухе. Мы сидели по грудь в воде, кубки с крепким медовым напитком стояли на краю.

Разговор поначалу был неспешным, о землях, об урожае, о зимах. Но постепенно, по мере того как пар размягчал осторожность, речь зашла о деле.

– Твой народ голодает, Рикард, – сказал Герард прямо, без предисловий. Его зеленые глаза в полумраке парной светились, как у кошки. – А у тебя под ногами – залежи магических кристаллов, за которые на юге дадут целые корабли зерна. Почему ждал до последнего?

Я отпил из кубка, чувствуя, как жар и хмель бьют в голову. Но разум оставался холодным и острым.

– Гордость, – ответил я честно. – Глупость. Надежда, что ситуация исправится сама. Мой отец и твой никогда не ладили. Я думал, смогу обойтись без сделки с Вальдхеймом. Не смог.

– Гордость – плохой советчик для правителя, – заметил Аластор, растягивая слова. Он уже изрядно захмелел.

– Как и наивность, – добавил Дариан.

– Я ценю твою честность и твое гостеприимство, – слегка кивнув, ответил король. – Мой отец любил интриги. Я же их терпеть не могу. И не считаю, что по наследству нужно перенимать не только власть, но и вражду.

– Согласен с тобой, – подтвердил я его слова, а про себя подумал, что интриг в моей жизни, за последнее пару дней, оказалось гораздо больше, чем я предполагал.

– Значит, договор будет, – заключил Герард. – Кристаллы в обмен на зерно и скот. Но пропорции… их нужно обсудить завтра, с ясной головой. А сегодня… сегодня давай просто отдыхать. И радоваться тому, что мы не похожи на наших родителей.

Отсалютовав друг другу кубками, мы продолжили разговор – о соседях, о лесных тварях, о ценах на сталь.

Напитки лились рекой, пар клубился, шутки становились все грубее и громче. Я смеялся вместе со всеми, хлопал Герарда по плечу, подшучивал над Аластором, как и он надо мной, но внутри был пуст и холоден. Мысль о тоннелях, о предательстве за стенами этой самой бани, жгла изнутри.

Поздно вечером, когда король с советниками, веселые и раскрасневшиеся, отправились по своим покоям, я вышел из бани один. Теплый пар вырывался за мной в холодный коридор клубами.

Голова гудела, но я был трезвее, чем казался. Гнев, копившийся весь вечер, теперь требовал выхода. И адресат у него был один.

Я вошел в спальню без стука. Галия сидела у камина, в ночной рубашке и теплом халате, и что-то шила.

Подняла на меня глаза и в них мелькнуло удивление. Видимо, мой вид говорил сам за себя: растрепанные волосы, запах бани, взгляд, в котором уже не осталось ни капли сегодняшнего утреннего подобия мягкости.

– Я думала, ты уже спишь сладким послебанным сном, – слегка подняв правую бровь, сказала Галия.

Я закрыл дверь на засов. Звук щелчка прозвучал в тишине оглушительно.

– Интересно знать, где бы я спал, – медленно двигаясь в сторону жены, начал я. – Если моя спальня – здесь.

– Ну, вчера же ты где-то спал, – пожав плечами, ответила Галия.

– А сегодня я хочу спать рядом со своей дорогой женушкой, – язвительно заявил я, вплотную подходя к Галии и наклонился, упираясь руками в подлокотники ее кресла, загораживая путь к отступлению.

– Этого не было прописано в нашем договоре, – абсолютно спокойно ответила она, подняв на меня глаза.

– Я этот договор придумал, – рыкнул я, теряя терпение. – Я его и отменить могу.

– Рикард, ты пьян, – попыталась усмирить меня эта несносная женщина. – Хочешь спать здесь – ложись и спи. Я найду себе место на ночь. В конце концов, за мной все еще числятся нижние покои.

– Я хочу знать правду! – прошипел я ей в лицо.

– Какую правду? – нахмурив брови, спросила Галия. – Ты там головой стукнулся, когда под землю провалился?

– Хватит играть со мной, женщина! – прорычал я, выхватывая у нее из рук поделку и кидая ее в камин. – Хватит делать из меня идиота!

– Да ты и сам прекрасно справляешься с этой задачей, – огрызнулась жена, отпрянув от меня.

Она смотрела на меня с вызовом и раздражением, но я был уверен, что это всего лишь игра. Желание получить ответы было сильнее голоса разума, который подсказывал, что выяснять подобное стоит более спокойным тоном.

Но когда бы я его слушал?

– Я знаю твою тайну, Галия! – выдохнул я ей в лицо, еле сдерживая себя, чтобы не схватить ее. – Поэтому либо ты сама признаешься во всем сейчас же, либо… хуже будет.