Текст книги ""Дом" под землей (СИ)"
Автор книги: Ясма Грин
Соавторы: Ирма Давыдова
сообщить о нарушении
Текущая страница: 10 (всего у книги 12 страниц)
Глава 28
– Кевин…
– Не сейчас! – парень отмахивается, почти рыча, и пытается идти всё с той же скоростью. – Сперва дойдём до безопасного места. Идти ещё минут двадцать, не больше.
– Двадцать⁈ – Эмилия ахнула, не сдержавшись. Но тут же прикрыла ладошкой рот и продолжила уже намного тише. – Это слишком долго даже если бы ты не двигался. Мне нужно оказать тебе помощь.
– Святая Чернь, Эми! – рявкнул Кен. – Если останемся здесь, то нас точно заметят. И я не смогу тебя защитить, это ты понимаешь?
– Если истечёшь кровью, никто не защитит нас обоих. Братишка, не упрямься…
Она впустила в голос мягкие нотки, вспоминая как делала это уже много раз. Помогала брату успокоиться, остыть и прийти в себя. И несколько вдохов спустя до Кевина действительно дошло, что если он упадёт в обморок от чрезмерной кровопотери, то Эми даже не сможет сама вернуться в «Дом». И никто не придёт за ней. Задание окажется выполнено, вот только какой ценой?
Они пристраиваются у ближайших же мусорных контейнеров: Кевин садится прямо на землю, а Эмили склоняется над ним. Рана – явно от колющего оружия, не выглядит опасной, да и края довольно чёткие. Такую бы промыть, забинтовать и уложить парня на несколько дней в госпиталь под бдительный присмотр госпожи Вазайски, отпаивая настойками и целебными отварами. Прошла бы неделька, не больше, и Кен был бы опять в строю. Но здесь, в пыльном проулке, нет ни больничной койки, ни отваров. Единственное, что могла сделать Эмилия, так это перебинтовать брата по всем правилам.
Аккуратным движением она подтянула вверх край пропитавшейся кровью футболки, и молодой человек слегка поморщился от этого движения. Всё верно, он ранен уже так долго, что кровь начала запекаться. Знать бы ещё, как получил эту травму, но каждое слово, каждый лишний вздох только заставят кровотечение усилиться.
Покопавшись в наплечной сумке, девушка вытащила оттуда дезинфицирующую настойку, которая вообще-то была технической и использовалась для очистки загрязнённых плат, и свёрнутую тканную ленту.
– Прости, сейчас будет немного жечь.
На самом деле, жечь должно было довольно сильно, и Эмили надеялась только на то, что Кен не рухнет в обморок, но уже из-за болевого шока. Однако нет, парень лишь морщится посильнее, стискивая зубы и сквозь них бормоча ругательства, и девушка посчитала это хорошим знаком.
Дальше в ход пошла тканная лента, которую вначале сложили втрое, сделав таким образом основу, и только после этого Эмилия начала процесс бинтования. Насколько это было возможным осторожно, она делала обороты вокруг тела брата так долго, пока не закончилась ткань. И только после этого смогла хотя бы относительно спокойно вздохнуть.
– Всё, вытекать кровь больше не будет, – прошептала она. И, заметив, что брат собрался было подняться, положила ладошку ему на плечо. – Нет-нет, пока что сиди, иначе закружится голова.
Кевин промолчал, только едва заметно кивнув, и Эми закусила губу. Технически она провела все необходимые манипуляции. Но кровь уже покинула организм Кена, притом в большом объёме. Оставшейся жидкости явно не хватает для хоть сколько-то сносной работы тела, и это понятно даже по тяжёлому дыханию и неестественной бледности кожи.
– Нам нужно дойти до укрытия, – всё-таки прошептал Кевин. – Иначе можем попасться на глаза следующей группе смотрителей.
– Как часто у них рейд?
– Кажется, – короткая пауза, ведь даже небольшая речь даётся парню с трудом. – Кажется, каждые тридцать минут.
– Значит четверть часа у нас ещё есть в запасе, – проговорила Эмили, пристраиваясь брату под бок. – А потом обязательно пойдём, хорошо? Ты – сильный, и быстро восстановишься. Но пока просто прикрой глаза.
Она говорила ласково, почти воркуя над больным братом. Успокаивала, а заодно усыпляла бдительность, но это было продиктовано не только заботой – ей очень нужно, чтобы Кевин попросту не обратил на её действия внимания.
Замерев рядом с расслабившимся братом, Эмилия также закрыла глаза, призвав внутреннее зрение. Как она и подозревала, особо сложной рана не была, и потому зеленоватых всполохов – верных признаков болезни, в чёрных лентах Кена почти не имелось. Вполне возможно, он оказался даже в лучшем состоянии, чем Грэг, который днём раньше пришёл к госпоже Вазайски, но всё равно был нестабилен. Сейчас Кевину необходим был покой, а главное – восстановить водный баланс, но никак не носиться по Среднему. Вот только брат прав. Их могут обнаружить в любой момент, и что после этого произойдёт одной Черни только известно. Поэтому девушка сделала глубокий вдох и начала ментально проводить те манипуляции, которые ей уже очень давно запретили делать.
Оставив чёрные ленты в покое, она ещё сильнее углубила внутреннее зрение и мысленно начала переплетать узор. Сейчас тот был довольно рыхлым и грозился вот-вот развалиться на части, но Эми допустить такого не могла. Пальчики в её воображении уже затягивали растрепавшиеся нити, поправляли узелки, распутывали то, что не должно было запутаться. В общем, делали всё то же, что и любой опытный врачемаг. В теории Эмилия им и была, переняв все навыки от Виты Вазайски, вот разве что давненько не практиковалась. А всё оттого, что так и не овладела самым главным навыком целителя – контролю собственной силы. Она попросту не чувствовала границ, и даже примерно не понимала, когда работает ещё с потоками энергии пациента, а в какой момент подключает уже собственный потенциал. Для врачемага это было грубейшей ошибкой, которая могла стоить даже жизни, притом обоим, и именно поэтому в своё время госпожа Вазайски прекратила уроки. У Эми была сила врачемага, навыки и талант. И всё это оказалось бесполезным просто потому, что девушка не видела границ.
Но прямо сейчас ей было плевать на все запреты. Неважно, какой ценой, но она просто обязана была восстановить потенциал старшего брата и позаботиться о нём так же, как он всегда заботился о ней. Поэтому и продолжала делать узелок за узелком, возвращая первоначальному узору силы его крепкость.
Честно говоря, за временем она и вовсе не следила, надеясь получить результат в отведённые четверть часа. Зато, как выяснилось его внутренне отсчитывал Кевин.
– Пора, – прошептал он на ухо сестре, привлекая её внимание. – Кажется, отдых действительно помог, и можем двигаться.
– Отличная новость.
Кен, ещё бледный, но уже без этой противной испарины на лбу и висках, поднялся на ноги и с удивлением отметил, какой что это движение далось ему довольно легко. А ещё, какой неловкой стала Эмили.
– Ноги затекли? – спросил он, оглядывая сестру с головы до ног.
– Наверное. Идём?
Он взял ладонь Эмилии в свою, совсем как в детстве, и они зашагали в нужном направлении.
Каждый шаг давался парню всё легче и легче, и оставалось только радоваться, как вовремя организм решил подключить какие-то свои скрытые ресурсы. Пожалуй, напрягало его только одно – сестра то ли переволновалась, то ли просто оказалась недостаточно развита физически, и прямо сейчас скорость их движения существенно замедлилась.
– Эми, не спи. До места уже рукой подать.
Девушка лишь кивнула, действительно немного ускоряя шаг. В принципе, теперь сделать это стало возможным, ведь она как раз закончила процесс восстановления сил брата, который было довольно хлопотно осуществлять находу.
Теперь настала её очередь покрываться испариной, ведь за неправильное применение силы пришёл откат в виде колоссальной слабости. Ей бы самой отправиться на три дня в госпиталь, хотя бы элементарно отлежаться, пускай и без настоев. Но о своём поступке Эмилия не сожалела, потому что, во-первых, теперь брат в безопасности, а во-вторых, если из них двоих кому-то и нужно быть полностью здоровым, то именно ему. Лидер группы, который сможет довести их сперва до убежища, а после вернуть в «Дом». А раз она не рухнула в обморок, то ничего. Дойдёт как-нибудь.
Всё, что происходило дальше, Эми воспринимала словно через дымку тумана. Дважды они прятались от отрядов смотрителей. Каждый раз Кевин брал её за руку и успокаивал, мол, всё в порядке, но она и не переживала. Эмоции, включая страх, попросту покинули это тело, ведь чтобы испытывать хоть что-то, придётся потратить немало душевных и физических сил. А это для неё пока непозволительная роскошь.
О том, как выглядело то самое убежище она вряд ли смогла бы рассказать в подробностях. Да, там было теплее, чем на улице, и остаток ночи они провели, сидя на какой-то скамье. Кевин несколько раз тормошил её, привалившуюся к стене и сидящую с закрытыми глазами, чтобы то предложить попить, то поделиться своей порцией энергетических плиток. Именно последние и позволили Эми оставаться в сознании, и это было просто замечательно. Ведь стоит мозгу отключиться, получая возможность полноценно отдохнуть, и в следующий раз проснуться она может спустя хоть сутки, хоть двое. Непозволительная роскошь для того, кто до сих пор находится на задании.
– Сдаётся мне, сестрёнка, что те твои ежеутренние тренировки вообще ни о чём, – сердито проговорил Кевин, когда они были уже на подходе к пункту перехода между слоями. – Как сумерки пришли, ты сразу принялась клевать носом. Где твоя выносливость?
Эми на это не ответила, просто опустив голову ещё ниже.
– Это не дело, – твёрдо добавил брат, который эту покорность принял как показатель стыда. – С завтрашнего дня беру тебя с собой.
– Угу, – всё же кивнула девушка, туман вокруг которой теперь сгущался.
В кабинке транспортёра, где Эми должна была находиться одна, пришлось особенно туго. Девушка чётко знала, что спать в момент перехода нельзя, и чем чётче твоё сознание, тем выше шанс, что процесс перемещения пройдёт успешно. Разумеется, уже давно те, кто желал отправиться через один слой в другой, не пропадали без вести, да и покалеченными не выходили. Для подавляющего большинства это и вовсе являлось лёгкой прогулкой. Небольшим приключением. Но техники «Дома» могли бы рассказать немало интересных вещей и про такие вот модели кабинок для перемещения в пространстве, да и вообще о разных принципах работы современной техники. Вполне возможно, что как раз из-за перенапряжения сил девушки и не хватило до самого конца. Ведь она чувствовала, что может сделать это. Может добраться до «Дома», уйти в госпиталь и отключиться уже там. Но вместо этого прошла лишь сотню метров от территории прохода, а после туман в сознании, ставший особенно плотным, поглотил её целиком.
* * *
За прошедшие два дня в кабинете директора ничего не поменялось – это Кевин мог сказать наверняка. Вот только изменилось что-то в нём самом.
– Уверен, что хочешь пойти на такую сделку? – интересуется Смит, привлекая к себе внимание молодого человека. – Ты ведь прекрасно знаешь, что я могу потребовать взамен всё, что угодно. Любую услугу, участие в любом деле.
– Разумеется, – кивает Кен. Он никогда и не питал иллюзий ни о понятии чести директора «Дома», ни о его моральных принципах. – Всё, что захотите, но Эмилия больше не должна отправляться на задания. Никогда.
– Это высокая цена. К тому же не даёт гарантии, что девчонка сама не захочет отправиться в тот же Средний в следующий раз.
– Не захочет. И цена… – на миг задумался Кевин. – Она даже и близко не та, которую мне стоило бы заплатить.
И дело не в том, что сейчас он сидит перед директором, живой и совершенно здоровый, а Эми где-то там, на койке в госпитале, и по прогнозам госпожи Вазайски проспит так ещё несколько дней. На самом деле, Кевин злился. Притом злился на самого себя, собственное незнание и бессилие.
Когда сестра рухнула на землю он первым делом подумал про обморок из-за волнения. Сердился и ворчал себе под нос всю дорогу, мол, как можно было вырасти настолько изнеженным созданием, и, не слишком-то нежно прижимая к себе хрупкое девичье тело, всё обещал себе заняться физической подготовкой Эмили всерьёз. И позже, когда при помощи других парней из дома, девушка оказалась в кабинете Вазайски, так и ответил врачемагу – мол, слишком уж слабой она выросла, раз нервная система не выдержала напряжения. Даже сомнения, что с сестрой что-то не так, закрались в его голову лишь после того, как госпожа Вита приказала ему снять с себя повязки.
'– Эмоциональное перенапряжение здесь, кажется, только у тебя, – спокойно ответила женщина, даже не взглянув на рану. Вернее, её полное отсутствие. – Я дам тебе настойку, пей по десять капель перед сном в течении недели. А хотя нет, при твоём весе лучше по двенадцать. Всё, свободен.
– Но… – парень погладил ладонью бок, в котором ещё полсуток назад зияла колотая рана. – А Эми? Когда она очнётся, и почему до сих пор спит? И почему моё ранение выглядит так, словное его и не было?
Буквально пару секунд Вазайски смотрит на него с удивлением, а после легонько стукает себя ладонью по лбу.
– Точно! – говорит она, едва заметно хмыкая. – Мы все так привыкли, что ты у нас мальчик, поцелованный силой, что я порою забываю об ограничениях. Ты же не видишь потоки энергии, как врачемаг, да? Зелёные искорки в чёрных лентах.
Нет, он не видел. Такой способности у Кевина действительно не было, как и причин для сожаления. До этого дня.
– Твоя сестра не умеет лечить правильно, и именно поэтому мы с ней прервали процесс её обучения. К сожалению, это вопрос не навыков или таланта, а природных способностей, – вздыхает женщина, с тоской вспоминая, как пришлось оставить попытки выучить себе помощницу. – Вместо того, чтобы запустить процесс восстановления за счёт твоих ресурсов, она смогла только использоваться свои собственные. Будь всё по правильному, и твой организм бы сам остановил процесс в нужный момент, оставив окончательное заживление на совесть времени. Пошатывался бы, конечно, при ходьбе, но пришёл в «Дом» своими ножками. А так – просто вытянул из неё силы, пока сам не стал окончательно здоровым.
Запоздало Кен обозвал себя идиотом. Действительно, какое к Черни второе дыхание! Он же прекрасно видел, что с каждой минутой становился здоровее, а боль и вовсе не напоминала о себе. И всё это притом, что Эмили буквально таяла на глазах, едва передвигая ноги.
– Она поправится?
Вазайски потёрла переносицу, тяжело вздыхая. Ну что за парочка! Один геройствует там, где не стоит, другая пытается врачевать, хотя ей это строго-настрого запрещено… И всё ради того, чтобы спасать друг друга. И вот что она должна теперь сказать, глядя на эту взволнованную физиономию?
– До чего же вы оба хлопотные… – всё-таки не сдерживается Вита. – Больше никаких кровных родственников! Никогда.
– То есть.?
– Ваше счастье, что она достаточно молода, а твоя рана не была слишком сложной. Проснётся через несколько дней, отлежится, а потом вернётся к своим обязанностям. Но имей ввиду, Кент будет рвать и метать, раз лишили его помощницы минимум на неделю.'
Сразу из госпиталя Кевин и направился к директору, чтобы предложить сделку. Что угодно, любая услуга от него в обмен на то, чтобы Эми больше не отправляли на задания. Она не была готова изначально, и то, что сделала… Оперативники попросту не должны так поступать. И младшие сёстры, если откровенно, тоже. Это его обязанность – заботиться об Эми. Оберегать её, устраивать лучшую жизнь. Делать всё, чтобы она просто спокойно проживала в стенах «Дома». И потому сейчас так сильно на себя злился, ведь вместо поддержки попросту не заметил, как сестра спасла его, да ещё и сердился на неё, отчитывая и ворча сверх меры.
Это был первый и последний раз. Больше такого не должно повториться.
– Ты предлагаешь много, но недостаточно, чтобы случилось это твоё «никогда», – пожимает плечами Смит. – Мне и самому не понравилось, что девчонка выбыла из строя так надолго, хотя лучше она, чем это был бы ты. Поэтому, – взмах рукой, чтобы нахальных пацан даже не вздумал пререкаться, – давай заключим договор. К примеру, – небольшая пауза, словно бы раздумывая. – На три года? До девятнадцатилетия маленькой нахлебницы она не будет работать в качестве оперативника, притом даже если сама того пожелает.
– А потом? – спросил Кен.
– Потом будем смотреть по обстоятельствам.
Парень кивнул. Три года. Разумеется, этого мало, но достаточно, чтобы ему самому найти выход из ситуации. Сделать всё, чтобы Эмилия больше так не рисковала.
Глава 29
Вообще-то делать что-то подобное категорически запрещалось согласно технике безопасности. И если бы дело касалось кого-то другого, то тут Эмилия была бы непреклонна – как следует отчитала нарушителя. Но вот самой…
Маленький паяльник хранился прямо в тумбочке девушки, и был размером с тюбик помады. Собственно, таким его сделала сама Эми в целях конспирации, потому что никогда не знаешь, когда тебя накроет вдохновением. Конечно, будь сейчас в их комнате ещё и Летисия, о работе пришлось бы забыть, однако подруга припаздывала, а вот новые идеи – нет. Мысли же о том, что после пайки обязательно останется запах и Лита за него будет ругаться, Эмилия и вовсе старалась отметать подальше.
Сама работа заняла от силы минут двадцать, и теперь дело было за малым – уйти в общую гостиную их блока и набрать полный кувшин воды. Конечно, плата может охладиться и сама, но опытным путём было обнаружено, что именно так, обработанные наперекор всем правилам, детали становятся крепче, а после служат на порядок дольше. А значит надо просто поднять свою попу с кровати и сходить за водичкой. Заодно и вытяжку включить, раз уж запах в комнате царил кошмарный.
Подхватив в руки кувшин, Эмилия открыла дверь из спальни. Но не прошла и нескольких шагов, как застыла, а после прошмыгнула назад. К немалому её удивлению, гостиная была не пуста, но голосов она не слышала исключительно потому, что Кевин и Летисия сейчас и не разговаривали.
Она не в первый раз заставала старшего брата и подругу в такой вот пикантной ситуации. Ну или сразу после неё. То, что эти двое целуются, не стало для девушки каким-то откровением, ведь с самого начала замечала, что именно в присутствии Литы Кен становится особенно вежливым и деликатным, да и сама подруга не рычит на него так, как на остальных мужчин. И даже больше – Эмилия не видела в этом ничего необычного, ведь в «Доме» пускай и не делали культа из отношений между мужчиной и женщиной, а некоторые и вовсе отрицали эту часть своей жизни, но всё это было в рамках нормы. Пожалуй единственное, что продолжало удивлять Эми – почему эта парочка скрывала свою связь, ведь то, что между ними что-то было, не подлежит сомнению. Слишком уж тесные объятия, слишком откровенный поцелуй… И девушка не соврала бы, если бы сказала, что уловила как этих двоих опутывали чёрные ленты с красными проблесками – чёткие показатели взаимной страсти. Но деликатность всё-таки была одной из черт Эми, и если её старший брат и лучшая подруга предпочитают скрытничать, то мешать им она не собиралась. Вот только как бы покорректней выйти из ситуации?..
В эту минуту Эмилия ощущала себя зеленщиком без зелени, потому что разве у толкового техника не должно работать всё идеально? Но вот уже неделю девушка никак не находила времени отремонтировать дверь. Проблема-то была пустяковой: надо было лишь смазать петли да подтянуть механизм. Но, как назло, скрипела дверь исключительно когда закрывалась, то есть уже в тот момент, когда пора уходить. И вот ты смотришь на неё, но мысленно продолжаешь откладывать ремонт ещё и ещё – не горит же. Уж лучше бы эта злосчастная дверь скрипела при открытии! Тогда эта парочка бы сразу друг от друга отодвинулась, и никакой неловкости Эмилия сейчас не испытала. А так… словно нарочно подглядывала. Вернее, подслушивала, потому что пускай закрыть дверь бесшумно она бы не смогла, однако вернулась в спальню почти сразу. Ещё бы это хоть немного помогало…
– Всё, хватит, – практически прошелестела Лита, явно прерывая поцелуй. Эмилия же прикусила губу и бросила взгляд на кровать – может, отойти ещё подальше? Там она хотя бы будет слышать хуже.
– Вот именно, может хватит уже меня отталкивать? – так же еле слышно отвечал там, в гостиной, Кевин, и настолько нежного голоса Эми уже давно не слышала от своего брата. – Мы говорили об этом уже много раз, и…
– Да, много! И, – порывистый вздох. – Больше такого не повторится.
Эмилия всё-таки бросилась к кровати с какой-то нечеловеческой скоростью, и не нашла ничего лучше, чем взять в руки книгу. Лита появилась в их спальне уже через пару секунд, и плотно захлопнула за собой дверь. Разумеется, сопровождалось это действие раздражающим скрипом.
Некоторое время Эми всё продолжала делать вид, будто бы увлечена чтением, но и сама понимала, как глупо это выглядит: книга лежала у неё вверх ногами. К тому же она очень явно ощущала на себе взгляд Летисии.
– Я ничего не видела и не слышала, – пробурчала девушка, показывая из-за корешка только свои огромные синие глаза и кончик носа.
Обиделась подруга? Злится на неё?
Но нет, Лита не злилась, а словно бы с насмешкой наблюдала за этими потугами.
– Нет, ты видела и слышала абсолютно всё. Но я не собираюсь за это извиняться, так как там не только моя вина.
Блондинка с шумом уселась на свою кровать, но просто смотрела в сторону. Словно готова была хоть к диалогу, хоть ко взаимной тишине.
Разумеется, Эми было любопытно. И если Лита вроде как не против, то, наверное, можно и спросить?
– Почему вы с Кевином прячетесь? В «Доме» никто не осудит, даже если бы вы поцеловались посреди коридора.
– Потому что между нами ничего и нет.
– Ты имеешь ввиду, что вы пока не уединялись в комнате?
– Нет, не уединялись. И этого не произойдёт.
Ответ Летисии был твёрдым и уверенным. Собственно, такой всегда и была подруга Эми, и это в некоторой степени восхищало девушку. Лита не стеснялась показывать характер и выглядеть грубой в чужих глазах. Не боялась говорить «нет», если что-то было для неё неудобным. Всем своим видом показывала, что независимость – это не отрицательная черта.
Разумеется, были и те, что считал новенькую зазнайкой, и в этом был определённый смысл: Лита являлась красной дамой. Элитой из элит. Само собою, что парни, которым отказала чётко и бесповоротно, были не слишком довольны таким раскладом, но девушку это волновало ровно в той же степени, как и всё остальное. Вполне возможно, что как раз поэтому мягкая и всегда старающаяся быть удобной Эми нашла к ней подход: они словно уравновешивали друг друга.
– Он тебе не нравится? – уточнила девушка.
– Разве Кен может хоть кому-то не нравиться? – ответила подруга, но как-то… горько, что ли.
– Но ты ему абсолютно точно дорога. Тогда в чём дело?
– Хотя бы в том, что я – красная дама, – а вот теперь горечь в голосе ощущалась очень чётко.
– А Кевин – будущий помощник директора, – Эмилия просто не понимала, в чём связь. – Он ведь не рядовой кавалер, не техник. Если тебя волнует его статус…
– Эми, да очнись ты! – а вот теперь Лита почти что вскрикнула, настолько явно прозвучало в голосе удивление. – Кто такие красные дамы?
– Оперативники женского пола самой высокой категории, – заучено пробормотала девушка, удивлённая подобной вспышкой. – Элита из элит. Те, кто может решить совершенно любую проблему.
– Детка… – протянула Лита, снова заговорив тише. – Я знала, что ты наизусть выучила всю эту чушь, но никогда не думала, что и впрямь в неё веришь. Хочешь расскажу, что же на самом деле скрывается за громким статусом «красная дама»?
