![](/files/books/160/oblozhka-knigi-teurg-si-386473.jpg)
Текст книги "Теург (СИ)"
Автор книги: Ярина Колка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 8 (всего у книги 12 страниц)
Королевским жестом он раскинул руки в стороны:
– Англы? Саксы? Выбирайте! Я положу весь мир к вашим ногам! Разве я не доказал это? Во имя Одина!
Хмельной и поэтому падкий на комплименты народ расчувствовался, и, упиваясь осознанием собственной значимости, восторженно гудел.
Я же мучительно соображала, как правильно реагировать на столь блистательную речь. С одной стороны, я – представитель «поверженного» государства и даже вроде как в плену, а с другой… я облизнула пересохшие вдруг губы, другая сторона меня порочно манила и заботила куда сильнее, нежели радение за свое отечество.
Поддавшись сентиментальности, я развесила уши, и, облокотившись руками о стол, любовалась, потягивая мёд, случайно или нарочно оставленный Агвидом. Мысли витали где-то в небесах, а душа возвышенно парила вместе с ними. Хоть стихи пиши, ей богу!
Я уже даже собиралась взрыднуть от избытка нахлынувших под действием алкоголя чувств, но следующее событие отрезвило, обрушившись холодным водопадом прямо на голову.
Бессовестная Аделиса, потеряв остатки наглости, подошла к Теургу, и, задрав острый носик, подкатилась под бочок, всем своим видом показывая, что она здесь хозяйка.
К моему возмущению, он нисколько не возразил, а напротив, приобняв ее за талию, продолжил:
– Так наполните свои чаши, ибо я хочу выпить за вас! Моих друзей, соратников, братьев! За моих славных воинов, непобедимых и бесстрашных! За тех, кто был рядом с самого начала и будет до конца! За тех, кто приехал поддержать и разделить со мной эту победу, – он нежно заглянул в глаза Аделисе, а та, не скрываясь, таяла в его руках подобно льду по весне.
Все мои возвышенные чувства, только что пышно расцветавшие бутонами вдохновения, сникли и скомканным кульком рухнули под стол. Ведь знает, что я смотрю! Зачем эти показушные нежности? Или он и вправду решил жениться?
Боясь вот-вот услышать «счастливую» новость, я поспешила выскочить из-за стола. Затормозила на кухне, залпом проглотив стакан воды.
Неугомонный демон в моей голове настойчиво бузил, отчетливо давая понять, что вот никуда я не уйду! Агвид так грамотно посеял сомнения в моей душе, что она рвалась и метала. Его слова жгли сознание раскаленным железом, и теперь вкупе с выпитым мёдом, это порождало весьма взрывоопасный коктейль.
Да кто она такая против меня? В зеркало себя видела? Да что она о себе возомнила, сова хищная? А он? Еще бы целоваться к ней полез!
Я вышла на улицу. Лицо горело лихорадочным румянцем. Да он просто хочет заставить меня ревновать! Несколько минут постояла, вдыхая полной грудью холодный воздух, пытаясь успокоиться. Не помогло. Лааадно! Развернувшись, я решительно зашагала обратно.
Судя по всему, за время моего отсутствия счастливого события не случилось, поскольку никто не сыпал тостами с поздравлениями и не посыпал влюбленных цветами.
Теург непринужденно беседовал с Аделисой за общим столом, и мой боевой настрой снова сдуло ветром.
А может, тоже попробовать заставить его ревновать? Подходящих кандидатов у меня было немного, я закрутилась в поисках Агвида. Ох, нет! Агвид довольно быстро обнаружился, но был очень занят. На коленях у него фривольно восседала миловидная блондинка, которую он, не стесняясь, обжимал за пятую точку, а та тесно прижималась к нему богатым декольте. Особо не обращая ни на кого внимания, они взахлеб целовались, того и гляди готовые перейти к более откровенным ласкам. Мдаа, и этого проморгала!
На секунду представила на его месте Теурга, и в голову ударила кровь. Ну, нет! Своего я не уступлю! Почему я решила, что он мой? Не знаю! Но не уступлю!
Выдохнув пару раз, я отхлебнула мёда для храбрости и решительной походкой приблизилась к конунгу со спины.
– Уделишь мне внимание, милый? – прошептала ему в ухо, положив ладони на плечи.
Брови Аделисы медленно полезли вверх. Местные девушки, с пеленок воспитанные воительницами, не привыкли уступать или делиться. Мне в этом плане было тяжело с ней тягаться, но внутренний демон не желал отступать.
– Знай свое место, подстилка! Разве он тебя звал? – сразу вскинулась она.
Примерно такой реакции я и ожидала! Злоба бурлила, как вулканическая лава, требуя простора и выхода. По дуге обойдя Теурга, я встала между ними, уперев руки в бока:
– Ты кто такая и что о себе возомнила? Я имею право подходить к своему жениху где захочу и когда захочу!
– К кому?! – Аделиса вскочила.
– Ты плохо слышишь? Он заплатил выкуп моему отцу, это дело уже решенное!
– Неправда! Я бы знала!
– Выходит, твоя информация устарела, и ты не знаешь последних новостей! Ты зря приехала, милая!
Вокруг тут же начали собираться заинтересованные зрители. Народ обожал подобные увеселения, поэтому все здорово воодушевились.
– Ты лжешь, подлая! – в рукаве Аделисы блеснул кинжал. Ой, а вот это лишнее, мой запал на секунду схлынул. Драться я не умею и не планировала, да и нету у меня шансов против этой дикой северной валькирии.
– Ну, так спроси у него! – я отчаянно блефовала, изо всех сил стараясь не смотреть на Теурга. Что я творю, боже!
Представление вызвало большой ажиотаж у зрителей. Гости довольно потирали руки, ржали и, похоже, собирались делать ставки.
Молниеносным движением Аделиса схватила меня за волосы, приставив кинжал к шее:
– Ты лжешь, стерва, – прошипела она. Мамочки! Почему меня никто не спасает? Вывернувшись, насколько это было возможно, я застыла с ней нос к носу. Прозрачные глаза девушки опасно горели, у этой рука не дрогнет всадить мне в бок кинжал.
– Ты подвергаешь опасности его наследника! – от страха выпалила прямо ей в глаза первое, что пришло в голову.
В следующее мгновение сильная рука грубо оторвала меня от соперницы. Удерживая за шиворот, словно котенка, Теург свободной рукой сделал всем жест расходиться и грубо вытолкал меня в боковой коридор.
– Ты что творишь? – зашипел он мне в лицо, прижав своим телом к каменной стене.
– Это ты что творишь? – моя наглость уже переливалась через край. – Почему ты решил, что я должна любоваться, как ты воркуешь с этой стервой?
– Ты должна была сидеть в своей комнате! А лучше в подвале! На цепи!
– Ну, так посадил бы! Мне было бы приятней в обществе крыс, нежели твоих бесконечных пассий!
Он медленно, с легким нажимом обхватил мое горло рукой, впечатав голову в стену, ледяные глаза приблизились вплотную, прожигая раскаленным холодом. Внутри у меня что-то словно оборвалось, ком тягучего страха сконцентрировался в центре грудины, и ледяные липкие лучи разбежались по всему телу. В ужасе зажмурилась.
– Ты пила что ли? – вдруг спросил он, принюхавшись.
Я осторожно открыла глаза:
– Мёд… Но немного. Чтобы снять напряжение.
– Помогло? – почувствовав в его голосе смех, я немного приободрилась. – Ха-ха! – Теург отпустил мою шею и уже вовсю веселился. – Фел! Что за манеры? Светская леди, европейская принцесса, будучи любезно приглашенной на ужин к датскому конунгу устраивает пьяный дебош с мордобоем?! Что бы сказал твой отец? Ты совсем не заботишься о своей репутации…
У меня было много, что ему сказать, но вместо этого я подобно рыбе, выброшенной на берег, могла только возмущенно хватать воздух ртом. Не особо меня приглашали, кстати. Но так получалось еще хуже.
– Неужто ревнуешь? – продолжал смеяться он.
– А что, если и так! Я не собираюсь больше смотреть, как ты при мне тискаешь то одну, то другую! Или не прикасайся больше ко мне!
– Да я особо и не прикасался, по крайней мере так, чтобы было из-за чего лезть в драку! А тут уже и отец, и наследники! Фел, от того, что между нами было дети не рождаются!
Он еще и издевается! Мое возмущение переливалось через край. О, да! Я сегодня тут всех здорово повеселила, а его особенно.
– Мне пришлось идти на крайние меры! Разве не так у вас принято разбираться с соперницами?
– Кто тебе сказал? – Теург согнулся от нового взрыва хохота. – А впрочем, я догадываюсь!
– Ну, знаешь! – его веселье начинало раздражать, мне надоело чувствовать себя идиоткой. Попыталась рвануть по коридору, но он задержал меня, припечатав к стене с двух сторон руками.
Пригнувшись, он медленно и чувственно провел губами по моей шее и щеке:
– Так чего ты добивалась, Фел?
От этой мимолетной ласки тело вспыхнуло, словно горючая смесь от свечки. Я даже напугалась подобной реакции. Мысли спутались в клубок, я не могла выдернуть ни одной ниточки, чтобы придумать подходящий ответ.
– Чего ты хочешь? Скажи! – с нажимом повторил он, а его губы вплотную приблизились к моим.
– Тебя… – выдохнула, непроизвольно потянувшись к нему. Голос разума окончательно отключился, за меня заговорила моя плоть.
– Тогда жди. Я приду к тебе. Ночью, – он уклонился от поцелуя и выпрямился. – А пока, моя милая, мне предстоит разгребать последствия твоего буйного нрава!
Теург удалился, а я медленно сползла на пол по холодной стене. Что я наделала? Что я ему наговорила? Чего наобещала? Я прислушалась к своим мыслям. Никаких угрызений совести, никакого беспокойства о возможных последствиях, вообще ничего, кроме одного желания – лишь бы он пришел!
Глава 17
Несмотря на более чем насыщенный день и количество выпитого мёда, сон не приходил. Я стояла на балконе, и, завернувшись в одеяло, смотрела на разбушевавшееся море.
Волны с грохотом обрушивались на берег, подобно языку огромного морского змея, с шипением облизывали камни.
Мысли мои витали вокруг Теурга, чувства к нему усиливались с каждой минутой, и я уже не могла их контролировать разумом. В купе с этим неопределенность относительно его намерений и моего будущего не позволяла мне чувствовать себя спокойно.
Последний наш разговор заставлял меня дрожать всем телом, я все еще не верила, что произнесла это вслух. Валить сейчас все на выпитый мёд было бы нечестно, ибо я озвучила свои реальные желания.
Я поёжилась. Не знаю, воспринял ли он мои слова всерьез или снова шутил, но если бы сейчас пришел, я бы уже его не отпустила…
Дверь тихо скрипнула, я услышала тихие шаги. Сердце екнуло, но порыв радости быстро улетучился.
Обернувшись, увидела Яру. Я растерялась. До сих пор мы не общались, да и возможности поговорить, как таковой, не представлялось. Как мне вести себя с ней? Зная ее историю, я безмерно уважала Яру, но и побаивалась не меньше. Признаться честно, я неосознанно чувствовала ее неприязнь, что не вызывало желания общаться, но возможно, я опять ошибаюсь?
– Яра, – я склонила голову в приветствии.
Она подошла и встала рядом, скрестив руки на груди и устремив взгляд на море.
– Весьма глупый поступок, – проговорила она, – это могло быть опасно.
Я не знала, что ответить, пытаясь понять, злится она или сочувствует. Пока в ее речах сквозила пустота.
– Видишь это море? – продолжила она. – Это царство Эгира, он забирает неугодных, пожирает, скрывая в своей пучине, никогда не отпуская назад.
– Мне расценивать это как угрозу или как сказание из задушевной песни скальда? – я не собиралась ссориться с Ярой, равно как и не хотела показаться ей слабой. Она, безусловно, королева в этих землях, но и я не девочка для битья.
– Я пришла сюда не угрожать, но предупредить. Ты привезена в наши земли не для любовной услады, а в качестве вероятного орудия, чтобы манипулировать твоим отцом. Не нужно питать иных надежд.
Наставнический и холодный тон раздражали. С чего она взяла, что я питаю к нему чувства? Вот только эмоции сейчас не к месту. Надо сохранить хладнокровие.
– Не буду спорить, твой сын задел мое сердце. Но у меня было и есть понимание моей ситуации и, право, не стоило об этом напоминать.
– Беда в том, что ты задела его сердце!
А вот этого я не ожидала. Игры играми, но неужели? Сердце затрепетало, как бабочка, попавшая в паутину. Посмотрела на Яру, пытаясь понять, насколько серьезно она говорит. Наткнулась на тяжелый холодный взгляд. Как у Теурга.
– Вот как? И сломала твои планы? – меня неожиданно прорвало. – Но я не манипулирую его чувствами, он сам хозяин своему сердцу и ты, Яра, забываешь, что он давно не маленький мальчик и вполне способен самостоятельно разобраться с этим!
Яра вскинула на меня удивленные глаза:
– О! То есть его можно понять? – она оценивающе окинула меня взглядом. – Значит так! Я не привыкла церемониться и скажу прямо…
Утробный гул из глубины скалы заставил нас вздрогнуть. Стены замка заметно содрогнулись и несколько камней с перемычек балкона с грохотом обрушились вниз.
Каменный пол под ногами отчетливо задрожал, а по поверхности моря пробежала зыбкая рябь.
Похоже, на этом обмен «любезностями» закончился. Мы стояли друг напротив друга, испуганно хлопая глазами.
Мощный удар сотряс стены, заставив нас покачнуться. Перекрытия балкона покосились и медленно начали крениться набок.
– Нужно уйти с балкона! – я едва успела схватить ее за руку, поспешно затаскивая в комнату. Каменные своды дали трещину, балкон опасно покосился и частично осыпался вниз.
– Что это? – в глазах Яры читался если не страх, то сильное удивление.
Стены ходили ходуном, сопровождаясь протяжным гулом и противным скрежетом.
Почти потухший камин неожиданно озарился яркой зеленой вспышкой, и посреди комнаты образовался продолговатый овальный ореол. Внутри него полыхнула разноцветная молния. Ударив в каменный пол, она рассыпалась тысячами блестящих самоцветов и испарилась, оставив в туманной розовой дымке старинную золотую диадему. Она переливалась россыпью мелких драгоценных камней, обрамляющих большой красный рубин по центру.
Вцепившись друг в дружку мы с Ярой застыли, не в силах пошевелиться. Все прекратилось так же внезапно, как и началось. Ничего сейчас не напоминало о произошедшем, и мы с радостью готовы были списать это на усталость и выпитый мёд, если бы не сверкавшая на каменном полу драгоценность.
Никакая сила не заставила бы меня прикоснуться к ней, но Яра была не из робкого десятка.
Аккуратно подцепив диадему, она залюбовалась игрой света на ее камнях и дотронулась пальцем до рубина.
Новая вспышка озарила комнату, уже знакомый нам ореол расплылся в воздухе, образовывая внутри себя расплывчатые очертания какой-то фигуры.
– Ааааааааа! – бросив диадему, мы с Ярой вскочили на кровать и в обнимку забились подальше к стене.
Ореол разрастался, по мере разрастания очертания фигуры внутри обретали все более четкие контуры, мы отчетливо разглядели огромные выгнутые рога, сверкая золотом в свете пламени, они зловеще отбрасывали тени на стены.
– Дьявол! – в ужасе прошептала я.
– Локи! – Яра прижала ладони ко рту.
Готовые вот-вот узреть каждая своего демона, мы крепче цеплялись друг за друга, стараясь глубже вжаться в стену.
Доведенные до последней стадии ужаса, мы наблюдали, как ореол разросся до потолка, плюнул очередной молнией и внезапно растворился.
На этот раз на его месте остался некрупный белый козел, почему-то стоящий на задних ногах и держащий в передних копытах сверток папируса с золотой печатью. Глаза козла выражали неподдельную степень изумления, однако в них читалась осмысленность, а при желании можно было заподозрить некое подобие интеллекта.
Мы ошарашенно переглянулись.
Закаленная дневными событиями, я первая обрела дар речи:
– К…кто это?
Поджав к подбородку колени, Яра недоуменно пожала плечами.
Разглядев нас в полумраке, козел заметно оживился:
– Мееее… Мееня прислали верховные судьи… Что? Я что, говорю?! Прямо как человек? Вы это тоже слышали, да? – обратился он к нам певуче-противным голосом. – Нет, это же надо, Энки какой молодец! Вот умеет же правильно подобрать парламентера! Не какого-нибудь там захудалого хищника, а меня! Я вам не просто жертвенный козел, – гордо задрав бородку, он значимо погрозил копытом, – во мне же сразу чувствуется порода! Я знал, знал, что рожден для великой цели! О, мудрейший Энки, он сразу узрел во мне талант! Энки – это мой бог, страсть как любит меня, буквально вот прямо рыдал, отправляя меня с этой миссией. А, кстати, миссия, – козел на секунду перестал тараторить и начал копаться в бумагах.
Мы с Ярой смотрели на него в четыре глаза, не мигая. Спасибо Агвиду, закаленные его превращениями, мы еще могли сохранять ясность ума, иначе обе давно бы лишились рассудка. Но даже он не говорил, будучи волком, а это чудо трещит без остановки!
– Итак, дорогие дамы, моя миссия! Минуточку… Почему вас двое? – козел развернул папирус и въедливо пробежался глазами. – Хм… Странно, указано, что среди людей меня могут узреть лишь стороны по делу, то бишь сам подсудимый и дама, являющаяся объектом исполнительного судопроизводства.
Мы снова переглянулись, не находя подходящих слов. Чего он там нес, было не вполне понятно, равно как кто он вообще и как тут оказался.
– Ну да ладно! – махнул он копытом. – Итак, разрешите представиться, я – могучий посланник главы Центрального Верховного Пантеона, – козел сделал многозначительную паузу, давая нам время заценить торжественность момента. – Направлен к вам для оглашения решения по делу в отношении… Так, минуточку… А где, собственно, сам подсудимый? Нет, нет, так дело не пойдет! Я существо занятое, обличенное могуществом и властью, у меня нет времени зачитывать решение индивидуально для каждого! Я бы попросил обеспечить явку сей же момент некоего…ммм… где тут? Тот самый, на кого возложено проклятие. А! Скандинавского короля Теурга Темноглазого! Это совершенно возмутительно проявлять такое неуважение! Он что, не понимает, с кем имеет дело? Да я…
Бабах! – получив по рогам увесистой меховой подушкой, козел отлетел к камину и морской звездой распластался на каменном полу.
– Не смей упоминать имени моего сына, нечистый демон! – вторая подушка, не заставив себя долго ждать, приземлилась точно в голову, заставив обалдевшего козла коротко мекнуть.
Яра подскочила на кровати, в руках блеснули два острых кинжала.
– Мееееееее!!! Спасите меееняяяя! – заголосил козел, буксуя задними копытами по скользкому камню.
В следующий момент кинжалы кувыркнулись в воздухе и, врезавшись в невидимую преграду, гулко звякнули по каменному полу.
Зеленый ореол обрисовал напуганную морду незадачливого парламентера, сжался в маленькую зеленую точку и исчез.
– Миссия провалена, – коротко бросила Яра, спрыгивая с кровати.
Глава 18
Серебряный диск луны лениво сиял над ночным Аустмарром и тянулся тонким прозрачным лучом сквозь решетки окна, играя разноцветными бликами на драгоценных камнях диадемы. Проклятое украшение лежало перед нами на столе, являя собой причину нашего бодрствования.
Размашисто жестикулируя и перебивая друг друга, в два голоса мы с Ярой пытались донести до братьев причину полуночной истерики.
С учетом того, что именно мы рассказывали, они должны были принять нас за буйнопомешанных, но сразу вдвоем с ума не сходят. Меня они, возможно, и не принимают всерьез, но в глубине души я уповала на железный авторитет Яры, они просто не имеют право не услышать ее!
К моему великому изумлению, Теург нисколько не удивился. Более того, он болезненно морщил лоб, с отвращением взирая на диадему, и качал головой, словно что-то подобного давно ожидал. Агвид же беспрестанно зевал, с тоской взирая то на кровать, то на дверь, как мне казалось, совершенно не вдаваясь в суть разговора.
– Ты понимаешь, что это значит, Теург? – размахивала руками я. – Он говорил о проклятии! Твоем проклятии, помнишь? Весь этот камнепад, который постоянно преследует нас, этот гул, истукан, это все предвестники!
– Какой камнепад? Что происходит, объяснит мне кто-нибудь? Теу, это что, история с проклятием Сейда? Но это же не может быть правдой!?
– Ну почему же? – бросив исподлобья тяжелый взгляд на Яру, Теург устало откинулся на спинку кресла. – Это именно оно.
– Почему ты так решил?
– Потому что за свои поступки надо отвечать! Они придумали мне наказание, и я должен искупить, разве нет? Или вам каждый день мерещатся говорящие козлы? – Теург говорил медленно и спокойно. Глядя на него, я понимала, он давно обдумывает сложившуюся ситуацию и, возможно, знает об этом гораздо больше, чем мы.
– Кто – они? Это какое-то безумие! – Яра схватилась ладонями за виски. – Будь это проклятие, оно бы давно тебя убило!
– Оно не должно меня убить! – глаза Теурга блеснули яростью. – Сейд выразился яснее ясного! Он сулил мне нечто более мучительное!
– Что?
Тягостное, липучее ожидание неминуемой трагедии повисло в воздухе, создавая в комнате гнетущую атмосферу. Чувство неизвестности и страха пробирало до костей, сосало под ложечкой и мешало логически мыслить.
– Ну а чего не дослушали козла-то? – неожиданно подал голос Агвид.
Действительно. Какой-никакой, но посланник богов прибывает с визитом, чтобы все прояснить, а тут… Мы с Ярой беспомощно переглянулись.
– Яра прибила его подушкой, – глупо попыталась оправдаться я.
– Всего-то? То есть, этот бедолага еще жив?
– Агвид! Сейчас не время иронизировать! – взорвалась Яра.
– Да ни в одном глазу! Я просто предлагаю обратиться к нему за разъяснениями.
На какое-то мгновение все замолчали, размышляя.
– Бред! – взвилась Яра. – Я не собираюсь снова слушать этого козлобородого недомерка!
– А я бы послушал, – лениво зевнул Агвид.
Потянувшись к столу, Теург одним пальцем подцепил диадему:
– Как вы его вызывали? – он потряс украшением перед носом Яры.
– Вызывали? Да чтоб он провалился! Никто его не вызывал!
Я молча взяла диадему и потерла пальцем рубин.
Знакомое зеленое свечение с шипением обрисовало в воздухе продолговатый ореол, который вспыхнул и погас, представляя нашему вниманию возмущенную козлиную физиономию.
С чувством оскорбленного достоинства козел прижимал к себе свиток, возмущенно подрагивая хилой бородкой.
– Говори! – в голосе Теурга не промелькнуло и тени изумления, скорее приказ был отдан с нетерпением и раздражением.
Пожевав бородку, козел раздраженно фыркнул и демонстративно отвернулся:
– Я ожидаю ваших извинений, – гордо проговорил он, задрав нос и глядя в сторону. – Склонитесь перед великим проводником из высшего мира, вы, ничтожества! И умоляйте меня о пощаде!
– Чтоо? – Теург дернулся, но Яра остановила его легким прикосновением.
– Теперь ты меня понимаешь, да? – ехидно отозвалась она.
– Вы меня разыгрываете что ли? – Агвид непонимающе озирался по сторонам, разведя руки в стороны. – И кто придумал столь неудачную ночную забаву?
– Теург! Он не видит его! – неожиданно сообразила я. Козел перечислял тех, кто может его узреть.
Это открытие никого не порадовало. Подсознательно и осознанно мы все рассчитывали именно на четкий ум Агвида и его быстрое мышление.
– Ну а зачем тогда разбудили? – раздосадованно пробубнил тот, отступая к дверям.
Все, придется разбираться самим. Я снова обратила взор на козла:
– Прошу прощения, посланник богов! – я решила не доводить дело до нового мордобития, в конце концов, это в наших же интересах. И если тут все такие великие, то я, так и быть, готова выступить делегатом. – Согласна, наше первое знакомство не задалось, но мы сожалеем. Однако, вы, как посланник, обязаны довести свою миссию до конца, не так ли?
– Хоть один адекватный человек! – приободрился козел, раздувая ноздри от важности. Окинув нас презрительным взглядом, он распушил хвост и продолжил:
– Так уж и быть, я готов пойти на уступки, о презренные люди, и поэтому готов снизойти … Ааааааааа! – разбросав бумаги, козел вылупил глаза, развернулся и, с размаху врезавшись в каменную стену комнаты, плашмя распластался на полу.
Одним прыжком перескочив через нас, огромный черный волк хищно клацнул зубами и бросился на великого посланника. Мы даже не успели ничего понять, но Теург среагировал моментально. Быстрым движением он захватил волка поперек шеи на сгиб локтя и, прижав всем своим весом к полу, остановил нападение.
Я отчетливо услышала, как захрустели кости в суставах, а вены на его руках вздулись и, казалось, вот-вот лопнут от напряжения. Вот это силища! Я просто не представляла, как можно удержать оборотня! Впрочем, у него богатый опыт.
– Теперь видит, – сквозь зубы процедил Теург, сжимая захват. Волк захрипел и неожиданно присмирел, продолжая метать на козла плотоядные взгляды.
Тот подскочил, поскользнулся на копытах и снова распластался в жалких попытках забиться под камин.
– Это возмутительно! Просто вопиющее безобразие! – бодро проблеял козел, обнаружив, что опасность миновала. – Вы только посмотрите, сколько их развелось! Просто житья нет! Что там, что тут! И главное, все как один, неравнодушны ко мне! Хоть бы службу отлова организовали уже! Я обязательно, обязательно доложу об этом Энки! Он непременно меня послушает!
– Говори! – снова прорычал Теург. Припав на одно колено, он продолжал удерживать Агвида, который уже хоть и не рвался в бой, но утробно рычал и гулко бил хвостом по каменному полу.
Приободрившись, козел поднялся, отряхнулся и победоносно взглянул на оборотня.
– Удерживайте покрепче своего пса, витязь! Иначе у нас снова не получится диалога! – пафосно приказал он Теургу. От негодования волк аж опал с морды, а Теург громко выругался, с трудом подавляя желание тут же выпустить брата.
Количество заинтересованных зрителей явно льстило небесному посланнику. Довольный собой, козел подобрал бумаги и принял театральную позу, выдерживая торжественную паузу.
Упиваясь осознанием собственного великолепия, он прочистил горло и протяжно затянул:
– Я прибыл огласить решение Верховного Суда глав Пантеонов в отношении вас, юноша, – он тыкнул копытом в Теурга. – Которое было принято с учетом…
– А ближе к делу? – Яра нетерпеливо крутанула кинжал в руке.
Скользнув глазами по кинжалу, потом по волку, могучий посланник благоразумно решил не нарываться:
– Ну что ж, итак! Минуточку… – он развернул папирус, и, порывшись, выудил откуда-то смешные круглые очки. Нацепив их на нос, он деланно покрасовался:
– Очень полезная вещица, знаете ли! У вас такого еще не придумали, нет? Ох, ну о чем это я? Вы буквально застряли в каменном веке! Вот если бы у вас была возможность путешествовать по мирам, как у меня! Вы даже не можете себе представить, сколько там интересного, я буквально…
– К делу! – Яра крутанула в руке второй кинжал.
– Какие все нервные! Торопятся, оскорбляют, угрожают… Как работать в подобных условиях? Я сегодня же! Сегодня! Напишу докладную и потребую Энки выдать мне компенсацию за моральный вред! Ладно. Ладно! – взвизгнул он, улавливая предупреждающее движение Яры. – Верховный суд постановил – признать скандинавского короля Теурга Темноглазого виновным в доведении до забвения славянского божества и повелителя гор и камней Кретта и назначить ему следующее наказание. Верховный пантеон требует изъять и передать потерпевшей стороне ту женщину, к которой испытывает он настоящую любовь, ту, что отвечает ему взаимностью и любовь эта чиста и истинна. – Козел многозначительно взглянул поверх очков. – Пояснения требуются? То бишь возлюбленную свою ты Кретту отдать должен в жены. Сейд отобрал у тебя любовь, догоняешь?
Мы оглушенно молчали. Окрыленный произведенным фурором козел продолжил:
– Решение обжалованию не подлежит! В случае неисполнения… А такого быть не может, они все равно ее заберут, – закончил он, сворачивая свиток.
Я первая приобрела дар речи:
– О ком это он? – голос хрипел и не слушался.
– О тебе! – Яра сквозь зубы выругалась. – Я так и знала, Теург! Ты влюбился, чтоб тебя! И проклятье активизировалось!
Я застыла, словно проглотила ледяную глыбу. Внутри все похолодело, а мурашки толпами наперегонки побежали по спине. Меня отдадут в жены какому-то славянскому божеству! О, нет! Что за бред? Я вообще христианка! Как это возможно?
Но тут новая мысль обожгла сознание, разбивая молнией ледяную глыбу внутри – он любит меня! От этой мысли я задохнулась, глаза заволокло слезами, а в горле застрял ком. И вот теперь, когда я знаю это, меня вырывают из его рук и отдают другому, оставляя ему чувство потери и вины! Вот уж поистине жестокое наказание! Только мне-то за что? Я просто жертва, а для языческих богов это так естественно…
– Я хочу говорить с твоим богом! – прогромыхал Теург.
– С Энки? Ой, он очень занят и вряд ли я могу тебе помочь. Часы приема только по вторникам каждый четвертый месяц високосного года и… – засуетился козел.
– С Креттом! Ты ведь работаешь на две стороны, верно?
Посланник стушевался и смущенно засучил копытами:
– Ну вот опять! А я надеялся на твое благоразумие, что ты не будешь ничего оспаривать и обсуждать. О чем тут говорить? И вообще, я полагаю, мне пора! – воровато озираясь он покосился на диадему, явно стараясь увильнуть.
Заметив его реакцию, Яра подхватила диадему, и, осторожно приблизившись к козлу, вдруг резко вытянула руку вперед и схватила его поперек горла. Козел никуда не исчез, а защитная аура не сработала. Он душераздирающе заверещал и забился в уверенных руках Яры.
– Ага! Так вот как тебя можно достать! – зловеще протянула она, вытягивая кинжал. – Выкладывай!
– По правде сказать, Кретт … ммм… ну он не совсем, то есть совсем не одобряет это решение. Он, как бы вам это объяснить, вовсе не в восторге жениться на женщине, которую не выбирал.
– То есть, он наш союзник?
– Ннну… я бы так не сказал… Он уже пытался просто избавиться от нее и наверняка попытается снова. Но я вам ничего не говорил! – проблеял козел, с опаской косясь на кинжал. – Я рискую из-за вас своей безупречной репутацией!
Яра обвела нас опасно прищуренными глазами:
– Он нам еще нужен? Нет?
– Мееееееее! – снова заверещал козел, с ужасом скосив глаза на кинжал.
– Ладно, ладно! Пока свободен. Будешь нужен – позову! – она бросила диадему на стол. Зеленый ореол мигом обрисовал напуганную морду козла и с хлопком исчез, оставив после себя прозрачную зеленую дымку.
Устремив в никуда застекленевший взгляд, Теург тяжело молчал, продолжая удерживать уже обернувшегося человеком Агвида.
Оставив бесплодные попытки высвободить шею из железных объятий, тот обреченно закатил глаза и через плечо покосился на брата.
– Я уже не кусаюсь, – проговорил он, чеканя каждое слово.
Очнувшись от звука его голоса, Теург отпустил захват и гулко бухнувшись за стол, уронил голову на руки.
Его состояние меня буквально потрясло. Сломленный в своей безысходности, сейчас он предпочел бы принять любую смерть в качестве искупления, чем исполнить предписание Пантеона.
Поймав испуганный взгляд Яры, я поняла, что она впервые видит сына в таком состоянии. Растерянная, она смотрела на него понимая, что не в силах ему помочь. В ее чутком взгляде переплелись участие и любовь, сострадание и боль, словно она вместе с ним переживала сейчас все эти чувства. Вряд ли ей было жаль меня. Ее душа разрывалась от бессилия вместе с его душой.
– Еще ничего не решено, – потирая шею, проговорил Агвид задумчиво.