![](/files/books/160/oblozhka-knigi-teurg-si-386473.jpg)
Текст книги "Теург (СИ)"
Автор книги: Ярина Колка
сообщить о нарушении
Текущая страница: 4 (всего у книги 12 страниц)
Я сидела с открытым ртом. Ну конечно! Как же не похож он со своей смуглой кожей на бледнолицых северян! Я же не просто это заметила, я даже сказала ему об этом! Теперь все понятно. И внешность, и образование, и интерес к чужим богам. Надо же. Потомок византийских императоров и скандинавский вождь, заложник двух религий и двух культур.
Старик почесал рукой бороду:
– Так что ты, дочка, погоди переживать. А мало ли, как все сложится. Не в первый раз местные конунги себе жен из чужих земель воруют. Хе – хе… Мать Теурга тоже поначалу все слезы лила, да домой просилась. А потом полюбила Рэгнвольда, ох как крепко полюбила! Жаль, что недолго им вместе пожить суждено было…
Щеки вспыхнули. Не знаю, у кого воровали дочерей местные конунги, но мой отец скорее убьет меня, чем позволит стать женой своего северного обидчика.
– Да что ж я какой негостеприимный, – засуетился старик, – надо бы сказать Аурелии, чтобы принесла чаю. Ох, какие чаи из трав знает Аурелия! – он закатил глаза и причмокнул.
– Если хотите, я сбегаю принесу, – вскочила я.
– Да я ж для тебя! – улыбнулся старик.
– Нет, нет! Лучше расскажите еще! Почему не суждено было пожить?
– Видишь? – помрачнев, старик указал корявым пальцем на коридор. Сейды. Восточные славянские племена. И кто бы ожидал от них такой прыти! Как поперли их полчища с северо-востока, так за ними одни пепелища и оставались. Злобные, жестокие. Все молились своему каменному богу-истукану, тотемы ему ставили по всему пути. Огромные такие каменные глыбы на подпорках, их и сейчас много осталось, этих глыб. Как они их устанавливали – не понятно, но снести ни у кого силищи не хватило.
– Это они разрушили замок?
– Да. Почти весь. Да богов античных побоялись видать, там, где они стояли, ничего не тронули. Много беды натворили, много пожгли да разграбили. Чудом вырвался Теург из их рук, – было заметно, что воспоминания тяжелы для старика, голос его подрагивал, густые седые брови сошлись на переносице. Он сбился и замолчал.
Что же произошло? Родители Теурга погибли? Спрашивать у учителя было неудобно, не хотелось бередить болезненные воспоминания. Поэтому я попыталась сменить тему:
– Так вы воспитывали Теурга?
– Ох нет! – снова оживился старик. – Я увидел его только через восемь лет, когда его мать отбила Лэндерхейм у сейдов. Восемь лет я жил у них в плену. Но вернувшись, она взяла воспитание сына в свои руки. Железная хватка у девки! Она привозила учителей со всех краев света, по грамоте, искусствам, военному делу, не жалела ни сил, ни средств. И ведь умудрилась же превратить двух диких волчат в настоящих королей. В истинном смысле этого слова. Жаль, родители не дожили… Гордились бы сыном.
По-моему, старик начал заговариваться, в речах его все чаще звучали несостыковки. Сколько же ему лет? Видимо, возраст не позволяет вести такие длинные разговоры. Стараясь не напрягать Зотикоса, я осторожно поинтересовалась:
– Вы все время упоминаете только Теурга, а куда подевался Агвид? Он младший из братьев, раз не наследует владения отца?
– Агвид! Он не имеет отношения к наследству Теурга! Агвид всегда сам по себе! Теург, как вошел в силу, сразу сделал его конунгом Норвегии. Но он не воин. Агвид, как бы тебе это объяснить… он не завоеватель, а созерцатель и страж. Ему не интересны земли и золото, у него своя цель. Хе – хе… Теург не повелевает им, их связывают лишь узы дружбы и братской любви. Он хитер и многолик, но верен своим привязанностям. И если ты друг Теургу, то Агвид – тот единственный человек, которому ты можешь полностью доверять.
Вот это поворот! Доверять Агвиду? Это не укладывалось у меня в голове. Даже если не брать во внимание колкие шутки и въедливый взгляд, одно его присутствие рядом вызывало у меня непонятную тревогу, заставляя мурашки толпами бегать по спине. Агвид излучал невероятно сильную энергетику, которая проникала в глубины подсознания, заставляя чувствовать себя неуверенно. Причем энергетика эта могла быть как отрицательной, так и положительной и менялась в зависимости от его пожелания.
Видимо, я совсем не разбираюсь в людях. Или старик все-таки заговаривается. Наученная горьким историческим опытом королевских династий, я знала, что где братья, там всегда борьба за власть, слабый завидует более сильному и стремится доказать свое превосходство.
Теурга на континенте знали и боялись все, а вот про Агвида я услышала впервые только здесь. А вот Зотикос уверяет, что они равны по силе, а значит, Агвид осознанно остается в тени величия брата, признавая над собой его власть. Почему? Еще один вопрос без ответа.
Теперь информация в моей голове напоминала поврежденное панно на стене византийского храма. То тут, то там, не хватало кусочков мозаики, и поэтому полная картинка никак не складывалась.
Все это замечательно, но зачем здесь я? Не жениться же он в самом деле, надумал!
Глава 8
Довольно скоро моя жизнь в плену вошла в накатанное русло. «В плену» – звучало очень грозно, на деле ко мне относились, как к королеве, если не считать того, что я продолжала жить в комнате прислуги. По сути, выбора как такового и не было. Пригодные для жизни комнаты в замке почти отсутствовали.
Обедать я предпочитала вместе с Мартой, чтобы лишний раз не провоцировать междоусобицы. Противоречивые чувства, преследующие меня по пятам, равно как воспоминания об устроенном в первый день представлении, вызывали у меня тихую ярость и желание учинить разгром. И хотя Теург прекратил свои колкие выходки, пересекались мы довольно часто. Однако теперь он благоразумно избегал оставаться со мной наедине.
Данное обстоятельство, вопреки здравому смыслу, приносило мне больше печали, нежели радости, но я отчаянно старалась уговорить себя, что это вовсе никакая не влюбленность. Просто безумно красивый мужчина. Просто поцеловал, делов-то… Ох! Эти воспоминания из раза в раз заставляли меня трепетать и алеть ушами.
Мое нынешнее положение порой представлялось мне нереальным. Глядя на ситуацию со стороны, я представляла, что читаю страницы приключенческой саги.
Молодой, голодный до подвигов рыцарь ворует под шумок дочку у одного из самых могущественных королей. Ну просто так, на всякий случай, чтобы обратить на себя его внимание. Мало ли, может пригодится.
И потом, обидно же, что тот посмел не заметить столь могущественного соперника по соседству. Возмутительно. Теперь, видимо, Лауффу ничего не остается, как сделать выводы и, посыпав голову пеплом, идти кланяться новому владыке. Мдаа… Неудивительно, что он не торопится. Что-то я не заметила, чтобы отец рвался в бой. Теург по-прежнему жил в замке, а значит, каких-либо военных действий не намечалось. Не знаю, на что он рассчитывал, возможно, ведутся переговоры, но лезть к нему с подобными вопросами я точно не собиралась.
Не знаю нормально это или не очень, но до чего же мне нравится эта ситуация! Потеряв остатки страха, я обнаглела и возомнила себя богиней из мифов! Моя неугомонная натура вовсе не скучала по отцовским пенатам, напротив, я жаждала приключений, обжигающих душу эмоций, и с радостью приветствовала этот позыв.
Вредный внутренний голос периодически одергивал меня, напоминая, что я не в сказке, а в суровой реальности. Северные племена скандинавов – вовсе не сказочные эльфы, их нравы суровы, и сейчас, почувствовав свою силу, они еще доставят много головной боли.
Международный резонанс, который последует за моим похищением, а я рассчитывала, что мой жених поимеет совесть и хоть немного возмутится, заставлял конунга данов обращаться со мной аккуратно, как с тухлым яйцом – лишь бы оно не разбилось и не воняло.
И как бы я не воображала, что он есть мой сказочный принц, на деле он оставался грозным предводителем северян и врагом моего государства. С учетом его репутации, на роль идеального героя он тем более не тянул, но мне было все равно. Теург больше не казался мне грозным, равно как и врагом. Меня безудержно влекло к нему, я не хотела ничего знать о его делах, а предпочитала любоваться тем, что видят мои глаза.
Больше всего я полюбила сидеть в библиотеке, коротая время со стариком Зотикосом. Теург любил своего учителя и неоднократно предлагал перевезти вместе с библиотекой в более комфортный замок, коих было у него необъятное количество, но тот упирался, не желая расставаться с дряхлым Лэндерхеймом. Теург уступил, предоставив все заботы о старике Аурелии и, периодически навещая их в замке.
С Зотикосом мы не на шутку поладили. Коротая уютные вечера за чашкой чая с фирменными пирожками Аурелии, мы бесконечно что-то обсуждали, спорили и смеялись. Учитель знал удивительные вещи из истории Греции, Рима и Византии, был лично знаком с некоторыми императорами. Слушая его с открытым ртом, я забывала обо всем на свете, окунаясь в неизведанный мир древних.
Он планомерно, насколько мог, ответил на все мои вопросы, избегая лишь темы родства братьев, которое вызывало у меня смутное сомнение. Зотикос вообще неохотно говорил об Агвиде, стараясь переводить разговор на другую тему.
Личность Агвида все больше покрывалась для меня туманом, что не прибавляло ему привлекательности в моих глазах. Благо, в замке он появлялся крайне редко и не напрягал меня своим обществом.
***
Вечер выдался особенно промозглым и холодным. Я сидела, подобрав ноги на диванчик, и ежилась от холода, с интересом изучая древние скандинавские мифы. Попав «в гости» к скандинавам, я посчитала правильным лучше изучить их культуру.
Теург осторожно заглянул в приоткрытую дверь библиотеки.
– Ты здесь?
Я улыбнулась. Искал что ли?
– Не шуми, – я прижала палец к губам, – старик Зотикос устал и уже спит.
Понятливо кивнув, Теург потихоньку приблизился к столу и сел напротив.
– Скучал? – искоса глядя на него, бросила я. Он нечасто навещал меня здесь.
– Похоже на то, – неопределенно вскинув бровь, признался он.
Глубокий тихий голос завораживал. На секунду я представила, как бы было здорово вот в такой холодный вечер, прижавшись друг к другу, погреться у теплого камина. Без споров и склок. С объятиями и поцелуями.
Стараясь не краснеть от приятных мыслей, я зябко поежилась:
– Как вы здесь зимуете? Этот замок насквозь дырявый.
– Я никогда не зимую в нем. – он поднялся и, сняв с себя куртку, заботливо набросил мне ее на плечи.
– А бедный старик Зотикос? Он же замерзнет!
– Не замерзнет. Ты же знаешь, что он против переезда. Он предпочитает зимовать здесь, согреваясь у теплого камина Аурелии.
– Да ладно?
– Не вру, – он улыбнулся. – Сколько знаю их, они всегда вместе, хоть и ворчат постоянно, но всегда заботятся друг о друге.
– Как это мило! – я закуталась в куртку Теурга, с удовольствием вдыхая ее аромат. – Вот так через всю жизнь пронести такую трепетную нежность и любовь.
Теург присел рядом, обхватив ладонями мои пальцы.
– Ледяные, Фел! – он сжал мои руки, пытаясь согреть.
Такое безобидное прикосновение и проявленная забота вызвали у меня шквал эмоций. Сердце беспомощно затрепыхалось, на глаза навернулись сентиментальные слезы, я с трудом удерживалась от порыва прильнуть к нему, обнять, согреться в его руках. Вот идиотка! Я отвернулась к окну. Сделала глубокий вдох, пытаясь справиться с эмоциями. Потом такой же медленный выдох.
Теург прочувствовал мои эмоции кожей рук. Надавив сильнее, он прошелся пальцами от кистей к локтям, массируя и согревая. Слегка потянул на себя и, зарывшись лицом в мои волосы, прошептал:
– Я правда скучал.
Молнии пробежали по телу, я неуверенно вдохнула и споткнулась на выдохе. Руки Теурга сомкнулись на талии. Меня накрыло водопадом его страсти и возбуждения. Я просто не успела справиться с этими неожиданными ощущениями, упустив с губ слабый чувственный стон.
По телу Теурга прокатилась волна дрожи, он обхватил меня руками и завалил на подлокотник дивана, слегка прижав сверху собой. Инстинктивно уперлась ладонями ему в грудь. Но не для того, чтобы отстраниться, а скорее, чтобы почувствовать его теплую кожу сквозь тонкую ткань рубашки, рельефные мышцы груди, ощутить под пальцами бешеное биение сердца.
Его губы приблизились, и я с готовностью подалась им навстречу. Мы слились в горячем, страстном поцелуе, совсем не похожим на тот, в ванной. Я чувствовала в нем неукротимую, животную страсть, которая вопреки силе разума, передавалась и мне и растекалась по венам колючими пульсирующими искрами.
Одной рукой придерживая мою голову, второй Теург уверенно скользнул по груди. Здесь я не носила ни корсета, ни нижнего белья и грубая, но довольно тонкая ткань платья ничего особо не скрывала, позволяя ему исследовать все, что пожелается. Он оторвался, приподнявшись на локтях, и вгляделся в мое лицо, соображая, как много я ему позволю.
– Опять играешь? – прошептала на выдохе.
– Фел, ты даже не представляешь, как это забавно – наблюдать то, что я сейчас вижу, – на его губах играла порочная улыбка. – Как мне нравится это наблюдать! Твои затуманенные страстью глаза, этот пунцовый румянец на щеках, к поцелуям зовущие губы, которые ты так страстно закусываешь. Все это твое возбуждение вкупе с наивной невинностью, которое ты совсем не умеешь выплеснуть.
– Теург!
– Тише! Не бойся! Я ничего тебе не сделаю. Просто чуть-чуть поучу…
Он снова накрыл мои губы поцелуем, сквозь жесткую кожу брюк бедром ощутила его восставшую плоть. От этого открытия кровь ударила в голову, я вспомнила его в ванной и задохнулась от нахлынувшего желания. Повинуясь зову плоти, скользнула руками по его животу, спустилась ниже, царапнула пальцами по грубой натянутой ткани, но испугавшись своих же эмоций, одернула руку.
С пониманием хмыкнув, он легким жестом ослабил ремень на брюках:
– Ну же, смелее… – он вернул мою руку на прежний маршрут. Жгучее желание, любопытство, я уже не могла бороться ни с тем, ни с другим. Повинуясь его жесту, ощутила под пальцами горячую, жесткую, пульсирующую мужскую плоть. Теург издал хрипловатый стон, от которого по телу побежали мурашки, я захлебнулась воздухом, ощущая низом живота дикие животные позывы.
Не успела осознать, когда его рука оказалась у меня под платьем, а лишь почувствовала обжигающие прикосновения на внутренней поверхности бедра. Теплые пальцы Теурга медленно и нежно поглаживали нежную кожу, поднимаясь все выше и выше. Прикусив губу, напряглась. К таким ласкам я была не готова!
– Расслабься, – шепнул он, – я оставлю тебе твою невинность, по крайней мере пока… Верь мне, Фел, или вели остановиться.
Остановиться, это значит обречь себя на бессонную ночь, ломоту в суставах и волчий вой внизу живота. Это я уже понимала. Голова гудела и не соображала, а тело просто жило своей жизнью, отказываясь подчиняться мне, моему разуму, оно реагировало только на ласки Теурга, пульсировало, горело, плавилось.
Сделав правильные выводы, он продолжил свой натиск. Вжав в диван, он уверенным жестом раздвинул мои бедра, коснувшись пальцами средоточия женского естества. Я дернулась, но он прижал меня своим телом, заставив повиноваться.
– Милая, да ты давно созрела, осталось лишь сорвать этот сочный плод, – хищно улыбнулся он.
Смысла его слов я уже не понимала. Много дней копившаяся страсть заполнила собой всю меня до краев и требовала немедленного выхода. А ведь он планомерно подводил меня к этому моменту уже довольно долго, соблазняя и дразня, распаляя своим видом, своими поцелуями, заставляя страдать по ночам, вцепившись зубами в подушку. От осознания, какой он негодяй, я почему-то распалялась еще сильнее, до боли кусая губы.
Свободной рукой Теург расправился со шнуровкой на рубашке, высвобождая мою грудь. Со знанием дела, чувственно и умело он доводил меня до крайней точки возбуждения, а я полностью и с готовностью отдавалась в его власть, наслаждаясь новым, доселе не виданным ощущением.
Подернутыми дымкой глазами, я смотрела на его лицо, упиваясь не столько плотскими удовольствием, сколько осознанием того, что это делает со мной именно он, столь желанный и обожаемый мною мужчина. Надавив пальцами на известные ему, но не мне чувствительные точки, он впился губами в мою грудь, а я провалилась в сияющую бездну. Огорошенная водопадом новых эмоций, я едва успела закрыть ладонью рот, чтобы не закричать, в последний момент вспомнив, что за стеллажами спит старик.
– Тссссс. Вот так. Теперь тебе легче будет смотреть на меня. Чего не скажешь обо мне, ну да ладно… – Теург нежно прижимал меня к груди, пока меня била крупная дрожь.
В дверь библиотеки постучали. Вовремя, ничего не скажешь.
– Хозяин, госпожа Яра приехала, – колокольчиком зазвенел голосок Марты.
Глаза Теурга засияли. Он поцеловал меня и поднялся, поправляя одежду. Оглядев себя, несколько раз прошелся от окна к двери, пару раз присел.
– Сейчас бы в море окунуться в самый раз, – подмигнул он мне. – Я оставлю тебя, Фел, уж извини. Посиди, почитай. Придешь, если позову, – бросил он уже на ходу.
Еще не оправившись от испытанных эмоций, я, тем не менее, быстро вскочила следом. Ничего себе! Почитай. Как же! И что же это за госпожа, что нашего монстра просто ветром сдуло? Любопытство настолько распирало меня, что я просто не могла усидеть на месте. Быстро поправив одежду, я рванула к лестнице, ведущей вниз в гостиную, и замерла, спрятавшись за гардинами.
Глава 9
Изящная, невероятной красоты девушка с длинными черными волосами изумила меня своим видом. Я с любопытством вперилась в нее глазами хотя бы потому, что никогда не видела, чтобы женщина носила штаны!
Яркая изящная рубашка и кожаные узкие брюки на ремнях подчеркивали изящество ее фигурки, высокие сапоги из черной кожи добавляли длины и так бесконечным ногам. Она бросилась в объятия Теурга, едва войдя в дверь.
– Теу! Солнце мое, как же я скучала! Она обхватила его лицо руками и жадно расцеловала в обе щеки.
Теу? Такого я не ожидала. Кто же она такая, что может позволить себе обращаться к нему подобным образом? Сестра? Жена? Не слышала о наличии таковых.
Расцепив крепкие объятия, Теург взял ее руки в свои и поцеловал ладони.
Сердце пропустило глухой удар и затормозило, живот предательски свело, в висках застучало. Та-ак. Я вовсе не хочу этого видеть! Ведь невооруженным взглядом видно, как он любит эту женщину. Я что, ревную? «Ну а чего ты хотела? И что тут удивительного? Ты чужая в его жизни. А вот она – своя», – противно подсказал внутренний голос.
– Как холодно стало, ты видел? Того и гляди снег пойдет! – стрекотала девица, стряхивая с плеч плащ из шкуры белого волка. Теург сам принял у нее плащ и, не сводя с нее какого-то преданно собачьего взгляда, усадил за стол.
– Почему тебя так долго не было? Ты не присылала даже вестей! – проговорил он укоризненно.
– Зато я все о тебе знаю. Теу, я сразу к делу. Зачем ты связался с Лауффом? Вернее, не так, зачем сейчас? Мы же собирались сначала заключить договор с конунгами северных земель. Ты ведь понимаешь, что этого твоего набега, а я именно так это и назову – набег, Лауфф тебе не спустит?
– Я отдаю отчет своим действиям, мама! Ему понадобится время, чтобы выступить против меня, мне хватит этого с лихвой!
Мама?! Я ухватилась за гардину, чтобы не упасть. Мама??!! Постаралась как следует разглядеть Яру. Действительно, такой же черный холодный взгляд из-под длинной густой челки, смуглая кожа. Но, святые старцы, эта женщина не может быть старше его! По крайней мере настолько, чтобы быть его матерью! Невозможно!
– Я не собираюсь тебя ни учить не спорить, что сделано, то сделано. И сделано красиво, – она улыбнулась и подмигнула Теургу. – Но это и меня касается, и я буду настаивать, чтобы впредь ты хотя бы ставил меня в известность!
Дверь распахнулась, впустив порыв холодного ветра. Стряхивая с плаща редкие снежинки, в дом вошел Агвид.
– Яра! Какой сюрприз! А я все думал, когда ты уже появишься? – Агвид сбросил плащ на пол и подскочил к Яре, целуя ее в щеку. – Привет!
– Для тебя сюрпризов не бывает, – улыбнулась Яра. – Ты давным – давно меня учуял. Итак, прекрасно, что вы оба здесь. А теперь выкладывайте, – Яра уселась за стол, окинув братьев выжидательным взглядом.
– Давайте сначала поужинаем, я голодный, как волк, – Агвид сделал страшные глаза и нацелился рвануть в кухню. – Теург, ты со мной?
– Отличная идея! – Теург потер ладони, кивнув Яре, – Пошли? Марта сегодня приготовила что-то восхитительное, с кухни так вкусно пахло!
– А ну сели за стол! Оба! – Яра грохнула кулаком по столешнице так, что увесистый серебряный подсвечник подскочил на полметра и загремел по каменному полу.
Мужчины замерли на полушаге, переглянулись и молча уселись напротив Яры, словно нашкодившие щенки.
Я просто замерла от восхищения. Вот это женщина! Тихая зависть смешивалась во мне с чувством возрастающего уважения к Яре. Как она их! Так вот как укрощают королей! Это какую же она имеет над ними власть? Вспомнились слова старика: «Железная хватка у девки», ну точно же!
– Значит так! Вы все никак не наиграетесь в игрушки, я смотрю? Я ни на минуту не допускаю, что вы могли где-то просчитаться, я знаю, что вы всегда действуете с умом и сообща, но! Сейчас нам предстоит большая война, вам ясно? Лауфф – слишком сильный враг, чтобы вот так лишний раз щекотать ему нервы! Не дергайся, Теург, я не закончила! – Теург обреченно переглянулся с братом.
– Ты притащил трофей, Теу? – продолжала Яра. – С этой целью вы влезли в пограничные замки Лауффа? Эта идея столь же хороша, сколь и плоха! Но раз уж так получилось, я надеюсь, ты понимаешь, что принцесса должна быть как минимум жива, а как максимум – цела и невредима? Заткнись, Агвид! – предвосхищая едкую шутку, Яра резко обернулась к нему, не давая раскрыть рта. Тот сделал испуганные глаза, всем своим видом показывая, что он-то ни гу-гу и показал жест, закрывающий рот на замок. – Ты понял, что я имею в виду, Теу? Цела и невредима, – повторила она по слогам.
Агвид уронил голову на стол и тихо заржал.
– Понял, не дурак, – пробубнил Теург, пнув под столом брата.
– Теург, это единственный момент, где я тебе не доверяю, – понизив голос, проговорила Яра. Поморщившись, словно от боли, она потерла пальцами виски, устало опускаясь на скамью. – Я вообще не одобряю эту затею, Теу, есть ли здесь смысл? Твоя империя огромна, здесь столько работы – объединяй, создавай, строй. Ты прославишь свое имя, создав сильное государство прямо здесь, есть ли нужда соваться на континент? Ты хоть понимаешь, насколько франки сейчас сильны? Даже, если у тебя все получится, сможешь ли ты удержать то, что добыл? Теу, эта война не во благо, а во имя разрушения.
– Да что с тобой? Мне казалось, ты поддерживаешь меня.
– Я всегда тебя поддерживаю, – Яра обессилено закрыла лицо руками. – Но не хочу потерять.
На какой-то момент в комнате повисла гнетущая тишина.
– Если тебя это утешит, Яра, то я с тобой почти солидарен, – вовремя сообразил приласкаться Агвид. Подскочив к ней, он хитрым котом примостился рядом, обняв ее за плечи.
Яра запустила пальцы в его волосы и шутливо потрепала по затылку:
– Ты, – сощурив глаза, она уперлась указательным пальцем прямо в нос Агвиду, – это все твоя затея, двуликий искуситель.
– Именно, – поддакнул Теург. – Поэтому мне вдвойне интересней знать, когда ты успел переобуться.
– Да ничего подобного! Я просто перестраховываюсь, предвосхищая некоторые события.
– Ты имеешь в виду распри в северных землях? – Яра посмотрела ему в глаза.
– Нет, а что там? – положив голову на колени Яры, Агвид вольготно развалился на скамье.
– Бонды северных свеаров недовольны. Харольд Ленивый призывает ярлов северной Норвегии присоединиться и устроить новый поход, – задумчиво проговорила Яра, ласково перебирая пальцами каштановые пряди его волос.
Теург хмыкнул:
– Знаю. Я не запрещаю им этого. Я не держу свободных воинов в узде, а просто имею долю с их добычи, эти правила устанавливались веками. А в чем дело?
– В том, что они могут не захотеть отдавать тебе твою долю. Ты же понимаешь, у тебя полно завистников и желающих занять твое место всегда найдется предостаточно. Какими силами ты собираешься бороться с Лауффом, если половина твоих воинов направится на восток?
– Ярлы северной Норвегии не пойдут на восток, они даже зада от скамьи не оторвут, если я озвучу им долю добычи от франкского похода, – насмешливо проговорил Агвид, беспечно подбрасывая в воздухе серебряную чашку. – Я знаю своих людей, Яра, они пойдут туда, где больше золота.
– Надеюсь, еще не озвучил? – стряхнув Агвида с колен, Яра поднялась и потянулась.
– Раз уж вы продолжаете мутить воду и до сих пор не ответили ни на один мой вопрос, у меня есть встречное предложение. Теу, у Харольда Ленивого подросла дочь Аделиса, очень милая особа. Взяв ее в жены, ты окажешь ему огромную честь. А став твоим тестем, он перестанет плести интриги, ты получишь сильного союзника.
– Харольд Ленивый – вдовец, – парировал Теург. – Давай лучше выдадим тебя за него замуж, пользы будет куда как больше.
– Бедный Харольд! – сочувственно присвистнул Агвид, на всякий случай отступая за стол.
– В этих землях нет мужчины, достойного стать моим мужем, – грозно зыркнув на Агвида, Яра подхватила свой плащ. Возвращайся в Нидаросу, Теу. Я приглашу туда Харольда с дочерью. Хотя бы просто посмотри на нее. И потом, нужно успокоить ярлов, они должны видеть перед собой конунга, а не заигравшегося юнца!
– Ты не останешься?
– Где? Здесь? Увольте! Долго еще ты будешь оплакивать эти руины?