Текст книги "Иголки да булавки (СИ)"
Автор книги: Ворон Эн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 12 (всего у книги 27 страниц)
А уже через секунду улыбка потухла, а лицо менеджера по оптимизации приобрело обычное сдержанно-холодное выражение.
– Все сняли? – серьезно спросил Платон.
Оператор и координатор ответили растерянным утверждением.
– Я переодеваться.
Менеджер по оптимизации сорвался с места, сдернул свой костюм с перил и поспешил обратно в уборную.
– Мы пойдем к сцене, – крикнула ему вслед Марина.
– Удивил Платон Андреевич так удивил, – поделилась с руководителем отдела Татьяна, пока они шли к месту презентации. – Может, этот ролик и отдадим?
– Давай, – согласилась Марина. – Он отработал лучше Дениса.
Запершись в отдельной кабинке, Платон первым делом попытался расстегнуть куртку – и не смог. Собачка молнии отказалась куда-либо двигаться. Не поверив в серьезность произошедшего, Платон перешел к брюкам, снял рабочие, надел свои и вернулся к молнии на спецовке, но та опять не поддалась. Не на шутку озадачившись, Платон принялся дергать застежку из стороны в сторону, вверх и вниз, но ничего не помогло, собачка застряла намертво. Отчаявшись расстегнуть, Платон предпринял попытку порвать, но ни плотная ткань, ни крепкий нижний край молнии его усилиям не поддались. Тут еще и зазвонил телефон. Это Марина обеспокоенно спрашивала, когда менеджер по оптимизации подойдет к месту презентаций, ведь их очередь выступать неумолимо приближалась.
Последней надеждой выбраться из спецовки для Платона стала попытка стянуть ее через верх, но горловина застегивалась до упора, под самым подбородком, и в оставшееся отверстие никак нельзя было протиснуться.
Марина позвонила снова и уже с несомненной тревогой в голосе предупредила, что перед их вызовом на сцену осталось всего два участника.
Выругавшись, Платон покинул уборную, так и не избавившись от злополучной куртки.
Марина и Татьяна встретили менеджера по оптимизации с хорошо разыгранным удивлением, первая даже обронила:
– Вы решили так остаться?
Платон гневно сверкнул на нее глазами, его раздражение даже попыталось вырваться словами, но он сдержался.
– А теперь прошу на сцену представителей «Альянс-Текс-Ко», – объявил ведущий.
Зрители поддержали приглашенных жидкими хлопками.
Платон всунул технологу свой пиджак с рабочими брюками и поспешил к микрофону. На сцену менеджер по оптимизации вышел вместе с Мариной. Согласно распределению ролей, вступительная речь отводилась ему, после чего шло представление мужского костюма. Как бы ни чувствовал себя Платон в примитивной спецовке, на произнесение заготовленной речи это не повлияло, стеснения и неловкости не добавило. Непосвященным зрителям казалось, что все именно так и задумывалось. Стоящая рядом с менеджером по оптимизации Марина искренне улыбалась, она была довольна, затея удалась, соперник сполна распробует ее месть.
– О втором представляемом изделии расскажет моя коллега, – объявил Платон и намеревался уйти в тень, но Марина его не отпустила.
– Еще минутку внимания к этому костюму, – заявила она, удерживая Платона за руку. – Его особым инновационным элементом является возможность трансформации, – сообщила Марина зрителям. Платон одарил ее взглядом полным возмущения и негодования, но Марина уверенно продолжала. – Герой старого фильма «Бриллиантовая рука» одним легким движением превращал брюки в элегантные шорты, а наша куртка способна превратиться в плащ, в дождевик, в удобную защиту от непогоды, которая всегда под рукой, если куртка на вас.
Легким движением фокусника Марина расстегнула молнию, идущую по нижнему краю куртки, и вытянула из ее недр водонепроницаемую прокладку. Еще несколько правильных манипуляций, и сложенное полотно превратилось в капюшон, рукава и легко узнаваемые передние полочки плаща. При этом Марина не переставала говорить, расписывая достоинства такого решения. Менеджеру по оптимизации, для которого происходящее стало неприятным сюрпризом, оставалось только делать хорошую мину при плохой игре. Он держал полуулыбку, другого зрителям видно не было, зато Марина ясно ощущала насколько Платон напряжен и взбешен. Он кипел от злости, и если бы был котом, то шерсть бы у него сейчас стояла дыбом, а во все стороны летели бы искры. Марина ликовала, хоть и не подавала вида, ее соперник в эти минуты испытывал не меньше чувства стыда, неловкости и бессилия, чем вызвал у Марины своими скабрезными посылками. Наряженный в желтую плащевку, с разведенными в стороны руками, в островерхом капюшоне, он имел смешной и совсем непрезентабельный вид. Фоторепортеры и обычные зрители с охотой принялись его снимать.
– Когда укрытие перестает быть нужным, – продолжала рассказывать Марина, – его складывают обратно в подкладку. – С этими словами она сняла с Платона подобие плащ-палатки и, быстро скомкав, засунула туда же, откуда достала. – Вот теперь можно перейти ко второму изделию.
Покидая сцену, Платон едва ли не скрипел зубами от злости. Он проявил недюжинную выдержку, все оставшееся время выступления простоял среди зрителей, прожигая гневным взглядом своего соруководителя, но это единственное проявление эмоций, которое Платон себе позволил.
– У вас полное погружение, – с улыбкой заметил появившийся рядом Кара и потрогал спецовку рукой. – Хороший материал. Надежный.
– Работаем с энтузиазмом, – отозвался Платон, не рассчитывая, что иностранец его поймет.
– Момент с одеванием был неожиданным.
– Спасибо. Удивление повышает интерес.
– Сорский передал, что вы согласны работать по нашему новому проекту, – неожиданно резко сменил тему разговора Кара.
– Да, мы возьмемся, – самым обыденным голосом сообщил Платон. – Кстати, Темникова будет его главным конструктором, – он указал на сцену, где еще выступала Марина. – Молодой амбициозный специалист, который метит в руководители. На нее стоит обратить внимание.
Кара понял это предложение по-своему.
– Непременно, – обронил он.
Поймав настоящий кураж, Марина легко, красочно и вдохновенно рассказала зрителям о женском костюме и несессере. Последняя часть выступления не вызвала такого оживления, как первая, но это уже не имело значения. Своего Марина добилась, месть настигла виновного. Провожали Марину более громкими аплодисментами, чем встречали. Покинув сцену, главный инициатор произошедшего не проявила интереса к разгневанному соруководителю и ушла в сопровождении сотрудниц к своему выставочному павильону.
После выступления Кара разыскал будку нового провинциального подразделения и опять засыпал Марину комплиментами. Татьяна и Екатерина за ее спиной выразительно переглядывались. После цветастой восточной речи турок перешел на более сдержанный тон.
– Очень рад, что на нашем предприятии появились такие молодые, талантливые сотрудницы. Приятно видеть в наших рядах целеустремленных девушек, которые знают, чего хотят, умеют работать и достигать поставленных целей. Меня впечатлила ваша презентация. Очень бы хотелось пообщаться с вами ближе, поговорить подробнее. Здесь для этого не подходящее место, слишком шумно и многолюдно. На сегодняшнем вечернем приеме обсуждать профессиональные вопросы будет удобнее.
– Я не знаю, о каком приеме идет речь, – сказала Марина.
– Вы не приглашены? Это неприятное недоразумение. Где-то у меня были гостевые билеты, – Кара принялся хлопать себя по карманам.
– Не стоит, – запротестовала Марина. – Я не рассчитывала на посещение торжественных мероприятий.
К этому моменту Кара уже нашел пригласительный и протягивал Марине.
– Вы отказываетесь идти? – удивился турок.
– Разумеется, я… – начала было Марина.
– Разумеется, не отказывается, – перебил ее неожиданно возникший рядом менеджер по оптимизации, вытянул гостевую карточку из пальцев Кара и всунул Марине в карман жакета. – Отказаться от приглашения – на востоке значит проявить неуважение.
– Разрешите взять у вас интервью! – бесцеремонно вмешался в беседу один из вездесущих журналистов. – Хотелось бы подробнее узнать о ваших рабочих костюмах. Особенно об этой куртке, – заявил представитель прессы, тыкая пальцем в менеджера по оптимизации.
Вернуться к теме приема удалось только после того, как все желающие получили ответы на вопросы. Марина опять попала под бурный поток комплиментов, топ-менеджера никто не перебивал, и он успел несколько раз уйти от хвалебных слов в адрес коллектива конструкторского отдела непосредственно к Марине и вернуться, а когда посчитал, что произвел достаточное впечатление, произнес:
– Очень жду нашей встречи, – и, наконец, ушел.
– Он просто сражен, – смеясь, заявили начальнику Екатерина и Татьяна.
– Я заберу пиджак, – напомнил о себе менеджер по оптимизации, вытягивая из рук Татьяны часть своего костюма.
Сотрудницы конструкторского отдела переглянулись, как бы спрашивая друг у друга: «Может, пора заканчивать розыгрыш?»
Менеджер по оптимизации направился в сторону уборных, видимо, надеясь избавиться там от спецовки самостоятельно.
– Так и не попросил помощи, – тихо произнесла ему вслед Екатерина.
– Я помогу, – решила главная зачинщица.
Она нагнала менеджера по оптимизации у самых дверей туалета.
– Давайте помогу, – налетела на мрачного Платона Марина.
– Поможете чем? – нахмурился тот.
Но Марина словам предпочла действия, запустила руку под горловину строптивой куртки, сняла блокировку и потянула молнию вниз. Та без всяких затруднений поддалась. Менеджер по оптимизации с досады стиснул зубы: его, несомненно, выставляли недалеким типом, который не смог справиться с элементарным.
– Признаюсь, вы меня опять удивили, – сдержанно заявил он, спешно избавляясь от раздражающей спецовки. – Но совсем не в хорошем смысле. Продвигать свою идею таким вызывающим образом недопустимо. Это риск, который ничем не оправдан. А если бы молния внизу куртки тоже заела? Если бы накидка запуталась? Застряла? Еще что-нибудь? Или вам очень хотелось и меня выставить шутом?
– Ничего страшного не произошло и не могло произойти, – спокойно ответила Марина. – И шутом вас никто не выставлял. Я продемонстрировала накидку-дождевик, спрятанную в подкладке, вот и все.
– Нет, не все. Этого элемента не было в документации, его не предусматривали выкройки. Понятно, что вы намеренно скрывали его, понимая, что он неуместен, но вам слишком хотелось похвастаться своим изобретением. Похвастались. Выставили меня пугалом. Надеюсь, довольны. Но на этом все. Ни в какое производство эта дикая идея не пойдет. Я вам уже говорил, ваша куртка-трансформер – утопия. Этот облегченный вариант с накидкой тоже недалеко ушел. Согласия на его реализацию я не дам. Я надеялся, что благоразумие в вас победит. Вам же не удалось найти покупателя для своего изобретения. Мне очень хотелось верить, что вы осознали свою ошибку и бросили эту затею. К несчастью, нет. Свет увидел это позорище, в том числе и на мне. Теперь вы успокоитесь?
– Не надо вымещать на мне злость за то, что вам показалось.
– Показалось? – гневно прищурился Платон. – Молнию на куртке заклинило, я не мог ее расстегнуть, как ни старался, а вы сделали это по щелчку пальцев. Что здесь могло показаться? Это было подстроено.
– А может, стоило просто попросить о помощи, раз вы не справились? – с невинным видом поинтересовалась Марина. – Мне, как видите, не составило труда расстегнуть. Признались бы, что не смогли, и я избавила бы вас от нее раньше. Почему вы молчали? Или стыдно было? – бросила Марина, чувствуя, как и в ней самой усиливается раздражение.
– Мне стыдно за вас. Вы как никак моя коллега, а позволяете себе такие выходки, ставя под угрозу репутацию всей организации.
– Что же за ужасную выходку я совершила? Показала новое изделие? Не предупредила вас о некоторых деталях? А может быть, вы невнимательно изучали документацию? Или из-за отсутствия квалификации не разобрались в выкройках? А на самом деле, все, что я сделала – воспользовалась ситуацией и показала наше изделие наглядно, во всей красе. Разве это нам не на пользу? Разве это не пробудило интерес к нашим изделиям?
– Не пытайтесь меня убедить, что ваш демарш – только умелая импровизация. Это продуманная акция, направленная, видимо, против меня лично. Вы так остро воспринимаете наше соперничество? Готовы ради победы пойти на многое? Пусть так, но надо знать меру. Сражайтесь, боритесь, соревнуйтесь на профессиональном поле. Задавите меня сверхвысокими результатами, невероятными конструкторскими идеями, прорывными технологиями, а не мелкими пакостями.
– И это говорите мне вы? – усмехнулась Марина, постепенно закипая от злости. – Вы, опустившийся до того, что посылали мне в офис анонимные посылки мерзкого содержания?
– Не надо мне приписывать такую очевидную глупость. Таким вам не оправдаться. Да это даже обоснованным оправданием признать нельзя. Вы же не можете всерьез считать, что я хоть как-то причастен к пошлым посылкам.
– Кому, как ни вам знать, что причастны. Вот они – действительно образец подлой конкурентной борьбы. Хотя нет, я не удивляюсь, что вы пошли на такое. Вас ведь волнует только конечный результат, как именно он достигается – значения не имеет. Подумаешь, выкинули старых работников на улицу! Мелочи! Подумаешь, ославили женщину на всю округу! Переживет! Забьется в угол от стыда и не станет мешаться под ногами. Но нет, так не будет. Я продолжаю работать в полную силу.
– Работайте. Разве я вам мешаю? Но вы же затеваете какие-то неуместные игры. Предупреждаю, таким путем вам не победить. Подобные казусы бросают тень вас саму. Лучше подумайте, зачем вам такой оборот дела? Используйте традиционные способы. Они гораздо эффективнее.
– Если вы не придерживаетесь принципов здоровой конкуренции, почему это должна делать я?
Напряженная беседа так и рвалась выйти на повышенные тона, но оба участника сдерживались изо всех сил, стараясь показать холодность и непроницаемость. Однако проходящие мимо посетители все равно косились в их сторону.
– Вы все еще о тех глупых посылках? – уточнил менеджер по оптимизации. – Повторяю, я к ним не причастен.
– Вам меня не переубедить. Доказательства вашей причастности я видела своими глазами.
– Какие доказательства?
– Разорванные вами документы от службы доставки, – выдала свой козырь Марина.
Ее оппонент нахмурился, вспоминая, где и что Марина могла увидеть, и через пару секунд его взгляд прояснился.
– Вы дошли до того, что рылись в мусорной корзине? – обронил он.
– А вы зашли гораздо дальше.
– Ваши доказательства неубедительны. Посылками я не занимался.
– А я не устраивала никаких неуместных демонстраций. Значит, мы квиты, – заявила Марина и собиралась уйти, но вспомнила еще об одном деле. Она вынула из кармана жакета карточку гостя, которую засунул ей менеджер по оптимизации, и протянула ему. – Возьмите. Верните или можете воспользоваться сами. Мне билет не нужен. Я не собираюсь никуда идти.
– Мне на прием пригласительный не нужен. Я и так в списках.
– Ах да, конечно. Вы же обо всем знали, это нам приглашения не полагались. Ну так я без моего персонала никуда не пойду. Мы в командировку приехали вместе, в выставке участвовали вместе и развлекаться после выставки пойдем вместе.
– Прекратите, – с оттенком пренебрежения произнес менеджер по оптимизации. – Неужели я вам должен объяснять принципы карьерных отношений? Профессиональные открытые соревнования – разве это женский метод? Нет, это не ваше поле, не ваша зона действий. Для вас появился совсем другой шанс. Разве вы не этого хотели? Разве не на это рассчитывали, приехав в столицу? Здесь все руководство, а значит, идеальная возможность обратить на себя внимание. Хоть чем-нибудь. Радуйтесь. Первый шаг сделан за мой счет. Вас заметили, в некотором смысле даже оценили. Пользуйтесь. Пользуйтесь, пока можете.
– То есть, вот такой поворот дела вас не удивляет? – вскинула голову Марина, чувствуя, что закипает. – Считаете, по-другому я конкурировать не смогу? Мой профессионализм ничего не значит, а на реальные результаты работы никто и смотреть не будет?
– Бизнес – это мир мужчин, и руководящие роли всегда будет у мужчин. Здесь нет места эмоциям и импульсивным решениям. Подобное женское поведение всегда ведет к краху. И если вы из-за какой-то придуманной обиды способны поставить под удар работу всего нашего подразделения, то что еще должно иметь решающее значение? Такой глобальный минус не закрыть никакими плюсами, тем более что плюсов-то у вас немного наберется.
– А вы еще и нажалуетесь о моих «выходках» руководству? Побежите докладывать Изольде Борисовне и даже кому повыше? – с откровенной неприязнью усмехнулась Марина.
– Что значит «нажалуетесь»? Мы не в детском саду. И кроме личных обид есть интересы организации, которые должны стоять на первом месте, – с каждым словом интонация менеджера по оптимизации становилась все холоднее и безэмоциональнее, он чувствовал себя на коне и даже вправе наставлять. – Давайте прекратим разговор, он никуда не ведет. Воспользуйтесь пригласительным. Он ваш единственный шанс действительно продвинуться. Не скажу, что вам удастся меня обойти даже таким способом, но, возможно, перед вами откроются другие перспективы. Не отказывайтесь ни от чего. Успех и пути к нему бывают разные.
Марина понимала, что ее оппонент за нейтральными словами прячет очень нехорошие намеки на те способы, которыми она, по его мнению, должна добиваться своих карьерных успехов. От возмущения, гнева и ядовитого презрения у Марины появилось острейшее желание разбить своему противнику лицо. Женские кулачки сжались, но силы были смехотворно неравны. Однако оставить мерзкие намеки и бессовестные утверждения в непричастности к посылкам без ответа Марина не могла, вот только тут требовалось что-то резкое, дерзкое, ошеломительное и сокрушительное.
Поддавшись жгучему импульсу, Марина схватила противника за грудки, притянула к себе и впилась в губы поцелуем. Это слияние, огненное и отчаянное, было подобно укусу. Марина вложила всю злость в искаженную страсть, вгрызлась в одну губу, потом в другую, и также резко отстранилась, как и напала.
Платон не ответил на поцелуй, а ошарашено замер.
Отшатнувшись, Марина увидела широко распахнутые глаза, полные смеси удивления и ужаса. Заносчивый самоуверенный мужчина вдруг исчез. Платон покраснел до корней волос и в эти мгновения походил на подростка, у которого коварно украли первый поцелуй.
– Вы что вытворяете? – осипшим от волнения голосом прошипел Платон.
И тут сердце у Марины как-то нехорошо екнуло, но она отмела все эмоции, кроме победной уверенности. Усмехнувшись, резко развернулась на каблуках и ушла с гордо поднятой головой.
Глава 11
– Я никуда не пойду, ни на какой прием, – заявила Марина своим сотрудницам. – Если хотите, можете идти сами.
– Пригласительный-то один, – робко напомнила Екатерина, грустно посмотрев на брошенную на стол карточку гостя.
Выставка закончилась, делегация маленького провинциального подразделения успела вернуться в свой гостиничный номер и начать обсуждение планов на вечер. Склонялись к походу в какое-нибудь уютное кафе, но позвонил Денис и прервал приятные обсуждения. Скрывая, кто звонит, Марина ушла разговаривать в коридор. Она охотно рассказала Денису о том, как прошла презентация, и о сюрпризе, который они устроили менеджеру по оптимизации.
– Придумали же! – восхитился Денис. – А он что сказал?
– Недоволен, конечно, был, но держался молодцом.
– Марина! Марина! – выскочили из комнаты ее сотрудницы. – Нас в новостях показывают!
Марине тут же предъявили на телефоне прямую трансляцию одного из местных каналов. Шел сюжет про всероссийскую выставку легкой промышленности.
– Смотрите, смотрите, это мы! – тараторили сотрудницы, когда показывали кадры съемок в фотозоне с логотипом выставки.
Делегация конструкторского отдела снималась там в полном составе, да еще и с менеджером по оптимизации во главе.
– Действительно, похожи на экипаж самолета, – улыбнулась Марина.
– Ладно, я понял, вам там не до меня, – грустно произнес в телефон Денис. – С нетерпением жду твоего возвращения.
Едва Марина отключила вызов, раздался новый звонок. В названии контакта значилось «ФС», то есть фрукт столичный.
После неоднозначного инцидента около мужской уборной Марина и менеджер по оптимизации больше не разговаривали, так что ей было очень интересно, зачем тот звонит. Извиняться или ругаться?
– Заеду за вами через десять минут, – сухо заявил тот в телефон. – Будьте готовы.
– Зачем заедете? – не поняла Марина.
– Хотите добираться на прием сами на такси? Это не очень близко.
– Вы опять об этом? Я никуда… – но в ответ уже полились бесстрастные гудки. – У Платона нашего Андреевича, как всегда, свое видение, – ответила Марина на вопросительные взгляды сотрудниц.
Однако настойчивость менеджера заронила подозрения. «Почему он так хочет, чтобы я поехала? Зачем ему это?» – теребило Марину, и чтобы разобраться, она решила рискнуть.
Платон явился исключительно пунктуально, в элегантном черном костюме, которого никто из сотрудниц конструкторского отдела до этого дня еще не видел, окинул своего соруководителя пристальным взглядом и недовольно произнес:
– Почему вы еще не одеты? Я же предупредил. Опоздания не приветствуются.
– Я готова, – ответила Марина, поправив костюм, в котором щеголяла всю выставку.
– Вы в этом собираетесь идти? – не поверил менеджер по оптимизации.
– А ничего другого у меня при себе нет. О приеме нас не предупреждали.
– Вы не можете пойти в этом. Мероприятие протокольное, дресс-код строгий: только черное платье.
– Ладно, – с легкостью согласилась Марина, – никуда не пойду. Девочки, куда мы с вами собирались?
– Бросьте, не пойти вы не можете. Вас пригласили.
– Но я не соглашалась, а билет вы мне сами всунули.
Платон раздраженно выдохнул и взялся за телефон.
– Я вызову вам такси. Мне нужно будет еще кое-куда заехать. Встретимся на месте. Будете ждать меня в холле, – заявил он тоном, не терпящим возражений, а потом отвлекся на диспетчера службы такси. – Добрый вечер. Мне нужна машина. Отель «Европа». Да, правильно. Место назначения: клуб «Копенгаген».
«Тот самый?» – с нарастающим любопытством подумала Марина.
– У вас хотя бы черные туфли есть? – спросил менеджер по оптимизации.
«Какой же он педантичный», – раздраженно подумала Марина и с вызовом бросила:
– Конечно, нет. Только телесного цвета, к костюму.
– У меня есть, – подала голос Екатерина. – Я взяла с собой на всякий случай, если одни натрут…
Платон сдержано кивнул и оставил Марину дожидаться такси.
– Что он задумал? – практически риторически произнесла Татьяна.
Марина развела руками.
Пока такси неслось по незнакомым улицам, Марина ловила себя на мысли, что стоит на пороге чего-то большого и замечательного. Она чувствовала себя, словно Золушка, которая мчится в королевский дворец в карете из тыквы, или Наташа Ростова, которая едет на свой первый бал. Волнительно, непредсказуемо и ужасно интересно. Одно омрачало радостный настрой: там будет Кара, и он вряд ли оставит ее в покое. Однако она рассчитывала спрятаться за мужественную спину менеджера по оптимизации.
Парадный фасад клуба Марину не разочаровал. Заведение расположилось в хорошо отреставрированном особняке 19 века. Здание радовало глаз множеством готических элементов: маленькими островерхими башенками, узкими окнами-бойницами, символами четырехлистника, витражными вставками, тяжелыми деревянными дверями с металлическими ручками-кольцами.
«Почти замок», – отметила про себя Марина.
Внутри тоже хватало роскоши и помпезности: золоченые зеркала и канделябры, бархатные портьеры и кресла.
При входе Марина сразу предъявила карту гостя и прошла в нарядный холл, оставила плащ в гардеробе и устроилась в одном из кресел.
Минут через пятнадцать примчался менеджер по оптимизации и с самым серьезным видом вручил Марине нечто в чехле на вешалке, и проделано это было с видом вручения важных производственных бумаг.
– Это что? – не преминула спросить Марина.
– Платье.
– Откуда? – удивилась она.
– Считайте, что взял в прокате. Дамские комнаты там, – заявил Платон, указывая вглубь холла. – Переодевайтесь, а свой костюм сдадите на время в гардероб.
Марину жутко жгло любопытство. Что же мог привезти менеджер по оптимизации, у которого нет никаких причин разбираться в женской моде и стилях? С трудом Марина дотерпела до уединения в одной из кабинок. Когда загадочный чехол открыл свои недра, там оказалось вполне обычное длинное черное платье на тонких бретельках.
– Тривиальная классика, – хмыкнула Марина. – Чего и стоило ожидать.
Они кинула взгляд на пришитую у молнии бирку, та гласила: «Мy shine».
«Буду в нем мое сиятельство», – усмехнулась про себя Марина.
Но едва она надела платье, ее первое не слишком хорошее впечатление мгновенно поменялось: то, что висело прямо и невыразительно, окутав стройную фигурку, заиграло совсем иными красками в прямом смысле слова. Глубокий черный неожиданно деликатно заблестел на изгибах. На ощупь материал был удивительно мягким, приятно льнул к телу, обволакивал и поглаживал при движении. Оказалось, что менеджер по оптимизации безошибочного угадал размер Марины.
На зоне декольте платье легло изумительно; не открывая ничего лишнего, так подчеркнуло грудь, оставленную без поддержки белья, что Марина сама залюбовалась. Конечно, образу не хватало дополнительных аксессуаров: украшения на шею, элегантного клатча, вечерних туфель, подходящей прически и маникюра, но приходилось довольствоваться тем, что есть.
Осмотрев себя со все сторон в зеркалах уборной, Марина не удержалась и сделала несколько селфи.
В холл переодетая Золушка, выплыла совсем иной походкой, неторопливой и грациозной. Ей очень хотелось увидеть, как ее преображение воспримет невыносимый менеджер по оптимизации, поэтому подходила тихо и аккуратно, чтобы раньше времени не отвлечь его от телефонной переписки. Платон так и не поднял глаз, пока Марина сама не объявила:
– Я готова.
Соруководитель окинул ее быстрым, но в целом ничего не выражающим взглядом, словно проверял схожесть реальности с предполагаемой картинкой, и обронил:
– Идемте.
«И все?!» – возмутилась про себя Марина.
У самого входа в зал гостей фотографировали на фоне логотипов «Альянс-Текс-Ко» и выставки легкой промышленности. Платон и Марина тоже встали под вспышки фотоаппаратов, чтобы отметить свое присутствие, а потом пошли туда, где играла музыка и разносили шампанское.
Здесь Марина впервые воочию увидела, что такое протокольное мероприятие: все гости без исключения были в черных одеждах, не считая непременных белых сорочек на мужчинах, и ни одна из дам не пришла в брюках. Праздничный прием, на взгляд Марины, больше походил на траурное мероприятие. К тому же все вели себя очень сдержанно, разговаривали негромко, улыбались с оглядкой, правда, танцевали, но под классическую музыку.
Вдоль одной из стен размещались столы с закусками и напитками, около противоположной – находилась основная часть гостей, кто-то стоял в одиночестве, другие беседовали группами.
Марина с интересом осматривалась по сторонам. Кроме российских гостей, она разглядела китайскую делегацию, казахскую группу участников и посетителей из Турции, но Кара среди них заметить не удалось.
– Будете шампанское? – поинтересовался менеджер по оптимизации.
– Да, – кивнула Марина и поискала глазами официанта с подносом.
– Я принесу, – галантно вызвался менеджер по оптимизации и направился к столам.
Только тут Марина взглянула на него со стороны. Он тоже был одет в черный костюм, но нисколько не затерялся среди прочих, напротив, он выигрышно выделялся. Но чем? Марина задумалась. Оказалось, недостаточно надеть костюм, чтобы стать элегантным, его еще нужно было уметь носить. Платон, несомненно, умел. Осанка, правильная пластика движений из-за ограничений одежды, сосредоточенность каждую секунду и невозмутимое выражение лица настоящего аристократа – только все вместе создавало приятный глазу образ.
– Привет, – отвлек Марину от размышлений вынырнувший откуда-то Сорский. – Не ожидал тебя здесь увидеть. Вам всем выдали приглашения?
– Нет. Меня пригласили персонально, – не без гордости заявила Марина.
– Оно и понятно, – Сорский окинул бывшую возлюбленную плотоядным взглядом, – прекрасно выглядишь. И кто же твой кавалер? Кто мог дать тебе пригласительный?
– Добрый вечер, – холодно прозвучало из-за его спины в качестве ответа.
Это Платон вернулся с двумя бокалами и тарелкой с закусками.
– Ах, ну да… – разочарованно протянул Сорский. – А я начал было подозревать что-то более интересное… Добрый вечер.
– Ваше шампанское, – больше не обращая на Сорского внимания, проговорил Платон, передавая Марине принесенное. – Из закусок выбрал самое легкое, овощное.
Марина с сомнением посмотрела на содержимое тарелки: крекер с какой-то зеленой массой, канапе с разноцветными кусочками, корзиночка с желеобразной начинкой.
«Это он так проявил чуткость к моим вкусам, которых не знает, или тонко намекает, что мне стоит похудеть?» – озадачилась Марина.
– И напрасно, – усмехнулся Сорский после изучения принесенного, – Мариночка у нас любитель мясных блюд.
– Я учту, – холодно обронил Платон.
– Вижу, эти изыски у тебя аппетита не вызывают, – улыбнулся Сорский Марине. – Пойдем лучше потанцуем. В таком красивом платье нужно только танцевать.
Платон так и остался с недооцененными закусками и шампанским, а его дама упорхнула кружиться с другим.
Но Платону было не до танцев, он внимательно всматривался в гостей, чтобы не пропустить появление того, кого ждал.
Марина кружилась со своим бывшим без особого удовольствия.
– Будь осторожнее с вашим управленцем, – как бы между прочим обронил Сорский.
– Почему? – заинтересованно спросила Марина, и это был единственный случай за весь танец, когда она хотела получить ответ.
– Он не чурается пробивать себе дорогу женскими руками. Сначала знакомит тебя с нужными людьми, а потом просит решить через них какой-нибудь вопрос, используя твое женское влияние.
Весь дальнейший танец Сорский, конечно, пытался очаровать Марину обаянием, сладкими речами и проникновенными взглядами, но она на его уловки больше не реагировала. Сорский понял, что старается зря, и исчез после первого же танца. Марина вернулась к менеджеру по оптимизации, еще ожидавшему ее с шампанским и закусками.
Платон принялся рассказывать о тех из гостей, кого знал, кратко и сухо, но Марине все равно было интересно. Среди приглашенных находились все топ-менеджеры «Альянс-Текс-Ко», а вот Изольда Борисовна в число гостей не попала; присутствовали представители партнерских фирм, в том числе и иностранных, пришли два заместителя министра легкой промышленности и прочие важные и нужные люди. Количество мужчин существенно превышало количество женщин, поэтому мало кто из представительниц прекрасного пола остался без приглашения на танец. К Марине тоже время от времени обращались с такими предложениями, но она всем отказывала. Смотреть на происходящее со стороны ей казалось интереснее. Периодически кто-то подходил к менеджеру по оптимизации обменяться приветствиями и последними новостями, а некоторые выражали свое восхищение:
