Текст книги "Иголки да булавки (СИ)"
Автор книги: Ворон Эн
сообщить о нарушении
Текущая страница: 11 (всего у книги 27 страниц)
Глава 10
Перед отъездом выбранные счастливицы провели фотосессию в новых костюмах в холле предприятия. Позировали с удовольствием, примеряя то строгие, то игривые образы. Все это сопровождалось заразительным оживлением и смехом, так что проходящие мимо коллеги останавливались, чтобы понаблюдать, а кто-то рвался и поучаствовать.
Костюмы вышли отличные, каждый подгоняли точно под фигуру обладательницы, поэтому все нужные достоинства были подчеркнуты, а досадные недостатки – надежно скрыты. Сложный цвет – то ли серый с голубым отливом, то ли припыленный голубой – притягивал взгляд многогранным оттенком, а неожиданная красная вставка на ноге дразнила неким намеком.
– Когда иду, мне кажется, что алая складка похожа на показывание языка, – поделилась Екатерина.
– Вы в них прекрасно смотритесь, – заявила Антонина Ивановна, по праву гордясь своей работой.
– Вместе похожи на стюардесс с одного самолете, – заметила Анна – заместитель Марины, которая теперь оставалась в отделе за старшую.
– Точно! – подхватила Ангелина. – А если бы еще и Платона Андреевича добавить, то получится целый летный экипаж.
– Мы, кстати, еще не знаем, в чем собирается быть он, – проговорила Марина.
– За него можно не беспокоиться, – отмахнулась Антонина Ивановна. – У него все костюмы отличные.
Заразительное воодушевление расползлось по всей организации.
– Там внизу девчонки из конструкторского целую фотосессию устроили, – поделилась младший бухгалтер со своей начальницей. – Даже дают свои жакеты примерить для фото. Повезло им, и костюмы персонально для них от фирмы, и поездка в командировку в Москву.
– Ничего особенного, – отозвалась Корчук, делая вид, что занята настоящим делом, в отличие от остальных. – Костюмы оплатятся их премиями, а командировка всего на три дня. Кроме выставки они ничего там увидеть не успеют.
– На выставке тоже интересно, – на замечая настроения руководителя, мечтательно продолжала младший бухгалтер. – Модная одежда, новинки сезона, выставки-продажи!
– Это промышленная выставка, а не модный показ, – пыталась охладить ее пыл Корчук.
Сама она поехать на выставку больше не мечтала.
– На время нашего отсутствия бремя руководства ляжет на Аполлинарию Георгиевну, – объявил на планерке менеджер по оптимизации. – Приказ уже подписан.
Корчук тогда довольно усмехнулась, улыбалась она и сейчас, вспоминая об этом. Полновластное управление, пусть и временное, – это то, к чему она и стремилась.
Денис провожал Марину в командировку с грустью в глазах.
– Я буду тебе звонить, хорошо? – произнес он, поймав ее в коридоре без свидетелей. – Или хотя бы писать. Особенно, если попытаются доставить еще одну дурацкую посылку. Их что-то давно не было.
– И бутылки из-под шампанского перестали появляться, – заметила Марина. – Думаю, больше ничего такого не будет, злоумышленник догадывается, что раскрыт.
– Ты знаешь, кто он? – удивился Денис.
– Мне кажется, что знаю, и как только я догадалась, все прекратилось. Это добавляет уверенности.
– Кто же он? – заметно напрягся Денис.
– Менеджер по оптимизации, – победно объявила Марина. – Платон наш, Андреевич.
– Не может быть, – разочаровано выдохнул Денис. – Нет. Это не он. Нет.
– Почему? Все сходится. Он единственный, кому от моего позора была бы хоть какая-то польза. Он прекратил эти глупые посылки, как только я нашла выброшенные им бумаги из «Пегаса» об отправке. Бутылки перестали появляться с того же момента.
– Нет, это не он, – помотал головой Денис.
– Почему? – не понимала его уверенности Марина.
– Потому что я у него спрашивал, – неохотно сознался Денис. – Он сказал, что не имеет к этому отношения.
– Ты спрашивал? – удивленно проговорила Марина. – Просто подошел и в открытую спросил?
– Да, должен же я был положить этому конец, – воинственно ответил Денис. – А он серьезно ответил, что к этому не причастен. Я ему верю.
Марина хотела продолжить расспросы, чтобы выяснить причину такого доверия, но Дениса разыскала Тюрина и утащила в швейный цех, где забарахлила очередная машинка.
***
Для женской части делегации командировка стала невероятным событием, каждая минута была наполнена ожиданием чего-то чудесного и интересного.
Столица встретила их осенней сыростью и промозглостью, скучное серое здание «Альянс-Текс-Ко» тоже ничем не радовало глаз, но сотрудницы конструкторского отдела маленького провинциального подразделения все равно пребывали в восхищении. Они приехали в офис сразу с вокзала и попали в водоворот лихорадочной подготовки к завтрашней выставке. С этажа на этаж ходили и ездили люди, топали, хлопали дверьми, переговаривались, звонили по телефонам прямо в коридорах.
Менеджер по оптимизации довел своих спутниц до кабинета Изольды Борисовны и исчез.
– Здравствуйте! – радушно приветствовала прибывших временный руководитель. – Как я рада, что честь представлять нашу семью досталось именно нам. Как видите, ваши труды и наработки в сфере спецодежды высоко оценили, – после чего тихо произнесла, так чтобы слышала только стоящая рядом Марина. – Вы молодец, – а потом продолжила опять громко. – Теперь идите в конференц-зал. Скажете координатору из какого вы подразделения, и вам все объяснят.
Расспрашивая встречных, делегация конструкторского отдела добралась до места назначения. Здесь царил такой же хаос и суета, как и во всем здании. Люди входили и выходили, растерянные группки толпились по углам, что-то вносили и выносили, тут же что-то собирали и что-то разбирали. Найти координатора в такой кутерьме оказалось непросто. Когда же это удалось, объяснения и выяснения Марина взяла на себя. Нервный тип, назначенный руководителем выставочного процесса, слушал ее невнимательно, пытался куда-то бежать и на что-то отвлечься, в том числе и на бесконечные звонки телефона.
– Скажите, что нам делать? – едва ли не трясла Марина за грудки координатора. – Оставаться здесь ждать? Или мы не нужны и можем ехать заселяться в гостиницу? А где наши изделия? Кто их подготовит к выставке? Отпарит? Наденет на манекены? Кому отдать отснятые материалы для презентации?
Координатор долго не мог сосредоточиться и ответить на вопросы, отвлекаясь на все подряд, когда же он собрался и пересмотрел свои записи, то заявил:
– Вашу выставочную будку уже отвезли в павильон. Автобус с персоналом пойдет туда через два часа. Можете пока подождать здесь.
– А выставочные изделия? – не оставляла его в покое Марина.
– Уже там.
– А манекены?
– Все отвезли.
– А кому видеоматериалы?
– Все скажут там, – бросил координатор, вырвался из женского окружения и умчался в другой конец зала.
– Легко не будет, – констатировала Марина. – Девочки, держимся вместе, – обратилась она к своим сотрудницам, – не разбегаемся, не теряемся. Оторвемся потом, когда разберемся, что к чему.
– Тут здорово, мне нравится! Пойду изображать из себя «фирменного добро…»доброгота»? – сказала Екатерина.
– Доброхота, – поправила Татьяна.
– Да, его, – рассмеялась Екатерина и принялась с увлечением снимать окружающее на телефон и отправлять оставшимся дома коллегам.
– Интересно, а наш бывший директор тоже здесь? – протянула технолог, оглядываясь по сторонам.
– Может быть, – задумчиво откликнулась Марина, больше всего она не хотела встретить здесь своего бывшего.
Спустя час ожидания Марине позвонил Денис. Оставив сотрудниц в зале, она вышла в коридор, чтобы спокойно поговорить. Спрятавшись в угловой нише, Марина мило беседовала с Денисом, расспрашивая, как идут дела на предприятии в их отсутствие.
– Не вылезаю из швейного цеха, – шутливо пожаловался Денис. – Там постоянно что-то ломается. Вашим машинкам надо провести хорошую диагностику и общий ремонт, иначе так и будет выходить из строя то тут, то там.
– Напомни Тюриной, что ремонт машинок не входит в твои должностные обязанности, – посоветовала Марина. – Или мне самой позвонить?
– Ничего, потерплю, это же ради общего дела.
– Правильная позиция, конечно, но я подниму вопрос о работе подрядных ремонтников, когда вернусь. Так оставлять нельзя.
– А как там у вас? – Денис попытался перевести разговор в более позитивное русло. – к выставке все готово? Будете там блистать?
– Посмотрим, пока не ничего ясно.
Денис ответил что-то ободряющее, но Марина не услышала, потому что в этот момент в дальнем конце коридора появился менеджер по оптимизации. Он куда-то быстро шел, не обращая внимания на происходящее, а за ним вдогонку устремился вынырнувший из смежного коридора Сорский. Не желая попадаться им на глаза, Марина юркнула за угол и, став для них невидимой, смогла уловить обрывки разговора.
– Здравствуйте, Платон, – преувеличенно бодро бросил Сорский в спину тому, кого никак не мог догнать.
Менеджеру по оптимизации пришлось остановиться и обронить сухое: «Здравствуй», а вот с рукопожатием он промедлил, и Сорский наградил его вопросительным взглядом, продолжая держать вытянутую для приветствия руку. Словно через силу, Платон ответил на дружественный жест.
– А где же ваши… то есть наши девушки? – весело продолжил Сорский. – Ты же не один приехал?
– Готовятся к выставке, – сухо ответил тот.
– Я удивился, что вас выбрали. Что-то действительно достойное показали?
– Презентации есть в общем доступе. Можно ознакомиться, – также сдержано ответил Платон.
Разговор не клеился, и Сорский тоже стал деловито серьезным.
– Нам есть что обсудить, – заявил он. – Как насчет в девять вечера, в «Копенгагене»?
– Хорошо, – согласился Платон и продолжил свой путь.
«Так они еще и тесно общаются, – настороженно подумала Марина. – Сорский, наверное, наговорил обо мне немало гадостей. Ну ничего, наш столичный фрукт свое получит».
Марине очень хотелось узнать, что ее бывший и менеджер по оптимизации будут обсуждать на вечерней встрече, она не сомневалась, что речь в том числе пойдет и о ней. Забив запрос в Интернет, Марина нашла три подходящих заведения с названием «Копенгаген»: дорогой ресторан, скромный бар и закрытый мужской клуб.
– Проводить деловые встречи в клубах как раз в духе Сорского, – пробормотала Марина. – А вот мне туда не попасть. Очень жаль.
В экспоцентре кутерьмы и суеты только прибавилось. Обширную площадь поделили на множество секторов, каждый из которых в свою очередь делился на отдельные выставочные места – будки. Участники разрабатывали витрины и стенд каждый на свой вкус, и от этого разнообразия пестрело в глазах.
Когда избранные представители прибыли на место, в зоне «Альянс-Текс-Ко» во всю шла работа по обустройству отдельных мест. Марине и ее сотрудницам пришлось деятельно помогать, развешивать плакаты, раскладывать буклеты, одевать манекены, отпаривать свои изделия, только настройкой изображения на выставочном экране занялся выделенный для этого работник головного офиса. Точно так же трудились в своих ячейках представители других подразделений, обустраивая места. Попутно координатор объяснял, как будет проходить первый день выставки: в десять утра экспоцентр откроет двери для всех желающих, в полдень приедут официальные СМИ, обойдут все павильоны, в три часа представителям «Альянс-Текс-Ко» нужно будет выступить с короткой презентацией на сцене центра. В восемь вечера первый день выставки закончится.
– Сама выставка продлится еще две недели, – пояснил координатор, – но ваше непосредственное участие больше не понадобится.
Уставшие от массы впечатлений и эмоций представительницы маленького провинциального подразделения с трудом дождались сообщения, что на сегодня они свободны.
– Нам возвращаться в головной офис или можно в гостиницу? – забеспокоились спутницы Марины.
За весь день менеджер по оптимизации так и не объявился, поэтому Марина с вопросом о дальнейших действиях позвонила Изольде Борисовне.
– Конечно, можете ехать в гостиницу. Завтра к восьми приезжайте в офис, а в девять вас отсюда организованно повезет автобус.
– Мы свободны, девочки, – радостно объявила Марина своему персоналу.
– Давайте в гостиницу, а потом гулять! – предложила Екатерина. – Сто лет не была в Москве! Куда-нибудь в центр давайте?
Восторженным гостьям столицы не помешали ни холод, ни моросящий дождик, они с радостью окунулись в шум и блеск московских проспектов, кафе и магазинов.
Платон проводил время более сдержанно и плодотворно. Переделав массу дел и встретившись со множеством нужных людей, к восьми часам вечера он прибыл в клуб «Копенгаген» первым. Занял столик, заказал себе ужин.
Сорский опаздывал, что Платона не удивляло, трапеза была начата в одиночестве.
Только через двадцать минут после назначенного им же времени Сорский соизволил явиться. Не утруждая себя извинениями, он вальяжно развалился на стуле и заявил:
– Не будем затягивать. Времени у меня немного. Есть еще пара встреч, куда я должен успеть.
Платон уделял своему ужину гораздо больше внимания, чем собеседнику. Нож увлеченно резал стейк на аккуратные кусочки, а вилка покрывала их соусом, и для Платона это казалось важнее, чем разговор.
– Говоришь так, – обронил он, – словно это я назначил тебе встречу, а не наоборот.
– Мне казалось, что у тебя больше новостей для меня, а не наоборот, – парировал Сорский.
– Закажи что-нибудь, здесь же хорошо готовят, – посоветовал Платон, не спеша начинать обсуждение чего-либо важного.
Сорский ограничился чашкой кофе, а молчание продолжало напряженно тянуться.
– Так что скажешь? – не выдержал Сорский.
– О работе подразделения? Или о выставке? – поедание стейка все еще было для Платона интереснее беседы.
– Обо всем. О ней в первую очередь. Я оказался прав?
– Отчасти.
Сорский довольно хмыкнул и откинулся на спинку стула.
– Но мне не нравится, когда вмешиваются в мои дела, – стальным голосом произнес Платон, глядя на полосуемый ножом кусок мяса.
– Ты о чем?
– О твоей затее с посылками.
– Я не понимаю…
– Твоя сообщница мне все рассказала, – перебил Платон.
– Сообщница? – самодовольно усмехнулся Сорский, помешивая кофе. – Как-то драматично звучит.
– Повторяю, вмешательство в мои дела я терпеть не буду.
– Как бы там ни было, а я хотел только… помочь, – примирительно развел руками Сорский.
– Такая помощь мне не нужна, – не меняя ледяного тона, повторил Платон и ткнул подвяленный помидорчик ножом, сок брызнул на мясо. – Личные счеты – это очень мелко.
– Но в другом-то моя помощь оказалась полезна? Там претензий нет?
– Нет. Все идет как надо.
Сорский некоторое время молчал, пристально глядя на собеседника, но тот продолжал есть, не поднимая на него глаз.
– Что ждет мою так называемую сообщницу? – прервал паузу Сорский. – Надеюсь, не увольнение? У меня и в мыслях не было так подставлять девочку.
– О том, что было у тебя в мыслях, она мне тоже рассказала.
– Вернее, о том, что рассказывал ей я? – с усмешкой уточнил Сорский, а потом ловко подцепил ложкой из тарелки собеседника маслину и отправил себе в рот. Вот тут Сорский все же заслужил мрачный взгляд Платона.
– Не играй с моими сотрудниками, – с нажимом предупредил своего визави Платон. – Это тоже мешает работе.
– Я не понимаю, – вдруг засветился дружелюбной улыбкой Сорский, – что такой, как ты, нашел в заштатном провинциальном подразделении? Переходи в головной офис. Я с удовольствием возьму тебя в свою службу.
– Я работаю по-другому, – равнодушно обронил Платон, снова все внимание отдавая утонченному процессу еды.
– А что по поводу, – Сорский остановился, быстро осмотрелся по сторонам и даже сменил вальяжную позу на более собранную, подавшись вперед, – моего последнего предложения?
– Мы будем работать, – заверил Платон.
Сорский опять расплылся в улыбке:
– С тобой приятно иметь дело. Трудности тебя не пугают.
– Но я не люблю, когда вмешиваются без моего ведома, – повторил предупреждение Платон, – и ведут свои игры.
– Кофе здесь не впечатляющий, – заявил Сорский и отодвинул полупустую чашку.
***
Менеджер по оптимизации соизволил появиться, когда его команда уже была готова к выставке. Окинул взглядом выделенную им секцию, осмотрел одетые манекены.
– Подложите даме больше в районе живота, – распорядился он, – пока не слишком выразительно, а это ведь главная изюминка.
Екатерина и Татьяна кинулись искать что-нибудь подходящее.
– Готовы к шквалу интереса? – спросил Платон у Марины.
– Конечно.
«А вот вы не готовы», – с затаенным злорадством подумала она.
Двери для гостей открыли ровно в десять, поток любопытных хлынул, но заплутал где-то в лабиринте выставочных павильончиков, и первые посетители до сектора «Альянс-Текс-Ко» добрались только через полчаса. Сначала появились простые зрители и только через час дошли те, кто интересовался выставочными образцами всерьез. Менеджер по оптимизации предоставил Марине расхваливать продукцию и отвечать на каверзные вопросы, а сам ограничился номинальным присутствием, праздно разглядывая посетителей или переписываясь с кем-то в телефоне.
– Улыбайтесь, девушки, улыбайтесь, – напоминал он время от времени своим сотрудницам.
Мужской костюм, как и ожидалось, пользовался стабильным интересом. О нем расспрашивали, его рассматривали, трогали, что-то постоянно уточняли. Пришлось даже переставить манекен с ним в другую часть секции, чтобы привлеченные им посетители не закрывали от остальных женский костюм, и закрепить за мужским комплектом Екатерину для ответов на вопросы.
Татьяна в основном раздавала визитные карточки и рекламные буклеты всем, проходящим мимо.
В какой-то момент менеджер по оптимизации выудил из толпы зевак активную даму средних лет и представил Марине:
– Председатель профсоюза работников машиностроения. Главный защитник прав женщин в сфере производства.
Сразу поняв, что от нее требуется, Марина принялась увлеченно объяснять, как их женский спецкомплект облегчил положение беременных.
Несессер пользовался меньшим интересом, потому что не так бросался в глаза и требовал некоторых усилий со стороны посетителей, чтобы вникнуть в суть.
– Раскройте его, – посоветовал своей команде менеджер по оптимизации, – пусть висит в развернутом виде.
Не обошел вниманием бывших и в тоже время своих новых коллег Сорский.
– Приятное зрелище, – с неприятной улыбкой самодовольного ловеласа произнес он, оценивая то ли выставочные изделия, то ли самих девушек. – Заметно, что потрудились, – бросил он Платону. – Участие в выставке для вас новая высота – адресовал он Марине. – Правда, чего-то радикально нового пока не вижу. Я уж побоялся, что тут появится твоя чудо-куртка… Это же не она? – он указал на мужской манекен.
– Нет. Кажется, ты не слишком внимателен. Вот совершенно новое изделие, – и Марина указала на несессер.
– Что это? – без интереса в голосе спросил Сорский.
Марина пустилась в объяснения с демонстрацией, надеясь таким образом привлечь и тех, кто проходил мимо. Сорский потерпел ее объяснения около минуты, а потом произнес:
– Правильно, что тебе поручили перейти на малые формы. Это существенно экономит расходы и снижает всякие риски. Возможно, кто-то подобным заинтересуется. А с выпуском чудо-курток, я так понимаю, вышел облом? – с обольстительной улыбкой спросил он.
Марина гневно сверкнула глазами, но постаралась сдержаться.
– Ты ведь этому поспособствовал, не так ли?
– То, что тебе не удалось договориться с заказчиком, не моя вина.
– Неужели? А то, что он отказался от встречи внезапно, не объясняя причин, и с просьбой больше не звонить, всего-навсего случайность?
– Умение договариваться – важный навык для бизнеса. У тебя этого нет, я давно об этом говорил.
Пока бывшие возлюбленные разговаривали, сотрудницы конструкторского отдела смотрели на них с тревогой и интересом; заметив их повышенное внимание, Сорский улыбнулся дежурной улыбкой обольстителя и медовым голосом произнес:
– Вы все очаровательно выглядите в этих одинаковых костюмчиках, как бригада продавщиц в советских магазина. Ну а я пойду посмотрю стенды с настоящей одеждой, – как бы между прочим обронил он и двинулся дальше.
«В кого он превращается?» – раздраженно подумала Марина, глядя ему вслед, а когда развернулась – заметила, что стала объектом пронзительного женского внимания.
Некая красивая девушка окинула Марину выразительным взглядом, рассматривая костюм, но потом быстро прошла мимо, правда, недалеко.
– Добрый день, – обратилась она к менеджеру по оптимизации и попыталась изобразить формальный поцелуй – приветствие, но Платон не поддался, одарив ее лишь равнодушным «здравствуй». – Узнала, что ты здесь, – продолжила девушка, не смущаясь холодностью приема, – зашла глянуть, но не ожидала, что в этом отсеке. Искала тебя в брендовых отделах. Не нашла. Решила пройтись по всей выставке, на удачу, и вот ты здесь.
– По делам или из любопытства?
– Все вместе. Я умею совмещать, ты же знаешь.
Они продолжили светскую беседу, как старые знакомые.
Марина повесила несессер на место и вернулась с общению с посетителями, но взгляд ее то и дело соскальзывал к беседующей паре. Девушка явно проявляла больший интерес к беседе, чем Платон. Между ними чувствовалось неприятное напряжение. Но что менеджеру по оптимизации могло так не нравиться? Девушку любой без сомнения назвал бы красивой, а Марина чисто по-женски отметила бесспорную ухоженность и продуманность каждой детали. Неизвестная знала, что ее станут рассматривать, и была к этому готова в каждой мелочи. Каждый ее жест, улыбка, выражение лица, поза приковывали взгляд и призывали любоваться. Не засматривался, наверное, только один Платон.
Марина мысленно сравнила неизвестную с кошкой, та же грация, та же уверенность, что ею восхищаются, и то же якобы равнодушное отношение к невольным симпатиям окружающих. Неизвестная вместе с Платоном составляли эдакую идеальную пару с обложки журнала: шатен и блондинка, оба классически холеные, оба в дорогой изысканной одежде. В душе Марина позавидовала стилю и уверенности незнакомки в своей неотразимости, но на этом и остановилась сейчас стоило думать только работе.
– Интересные у вас костюмы. Хорошо смотрятся, – громко произнесла девушка, обращаясь ко всей команде подразделения, и получила в ответ дежурное: «Спасибо».
Тут сектор «Альянс-Текс-Ко» оживился и засуетился.
– Извини, руководство приехало, – произнес Платон и покинул собеседницу, та проводила его недовольным взглядом и растворилась в толпе посетителей.
Работницы конструкторского отдела с интересом принялись вглядываться туда, где виделось наибольшее оживление. Различили серый ежик Изольды Борисовны, а рядом с ней двух мужчин в костюмах, одного высокого светловолосого и второго – ростом поменьше, темноволосого, с бородой. Последний что-то горячо говорил то своим спутникам, то вышедшим их встречать сотрудникам «Альянс-Текс-Ко». В его речи слышался заметный акцент.
– Наверное, турок, – решила делегация нового провинциального подразделения.
Представители руководства компании осматривали стенды своих представителей, коротко обсуждали выставочные экземпляры, задавали несколько вопросов сотрудникам и шли дальше. Дошла очередь и до Марины с ее подопечными.
– Сотрудники нашего нового подразделения, – представила их Изольда Борисовна топ-менеджерам. – С Платоном Андреевичем вы знакомы, он сейчас курирует их работу. А это Мариночка – главный творец наших интереснейших моделей.
Изольда Борисовна указывала на манекены, но мужчина с бородой принялся рассматривать не их, а Марину. Довольно откровенно окинул ее заинтересованным взглядом с ног до головы, а потом забросал комплиментами. Марина выдержала эту атаку с дежурной улыбкой.
Второй спутник Изольды Борисовны, напротив, проявил внимание только к самим изделиям, и пока Марину обдавали волной любезностей, Платон отвечал на вопросы второго топ-менеджера, а там, где вопрос вышел в сферу чисто производственную, в разговор вступила Татьяна и как технолог дала нужные пояснения.
– Интересная идея, – одобрил топ-менеджер несессер.
Представители руководства «Альянс-Текс-Ко» двинулись дальше, и Марина облегченно выдохнула, первую проверку они прошли.
– Серкан Кара, – запоздало представил турка сотрудницам конструкторского отдела Платон. – Известный ценитель славянской красоты. Вы произвели на него сильное впечатление, – заметил он Марине.
– Это точно, – захихикали Екатерина и Татьяна.
– Лучше бы его впечатлили наши изделия, – отозвалась Марина.
В полдень выставку наводнила пресса. Со всех сторон защелкала фототехника, усиленно засверкали фотовспышки, журналисты тут и там останавливали посетителей и участников, брали интервью. Марина и ее сотрудницы тоже не избежали общения с прессой. Они мило улыбались, показывали себя сплоченной командой и даже затащили к себе для общих фотографий менеджера по оптимизации. Их делегация в полном составе выглядела очень гармонично. Костюм Платона был на несколько тонов темнее, чем облачения его спутниц, но сочетался с ними безупречно. Все казались веселыми и жизнерадостными, увлеченными своей работой и происходящим вокруг, но время от времени напряжение прорывалось во взглядах и жестах. Час «Х» неумолимо приближался. Команда конструкторского отдела посматривала на менеджера по оптимизации и заговорщически улыбалась друг другу, а тот, казалось, ничего не замечал, всматриваясь в толпу и продолжая с кем-то переписываться по телефону.
– Девочки, сходите узнайте, сколько осталось до нашего выступления и все ли там в порядке, – распорядилась Марина, направляя сотрудниц к кураторам презентаций.
Посланницы вернулись минут через десять, и Татьяна встревоженным голосом сообщила:
– У нас проблема. Системный администратор не может открыть один из наших демонстрационных роликов. Два открываются, а это нет. Что делать?
– Что именно не открывается? – спросила Марина намеренно громко, и кинула озабоченный взгляд на стоящего рядом менеджера по оптимизации.
– Ролик с мужским костюмом.
– Что же нам делать? – подлила масла в огонь встревоженная Екатерина.
– Что делать? Что делать?.. – повторила Марина, а потом якобы мгновенно нашла решение. – Конечно, немедленно снимать новый! Время еще есть, телефоны у нас с собой.
– А кто в нем будет сниматься? – задала резонный вопрос Татьяна. – Дениса здесь нет.
И тут все разом посмотрели на отстраненно наблюдающего за посетителями менеджера по оптимизации.
– Платон Андреевич, без вас мы не справимся, – серьезно заявила Марина.
– Вы наша единственная надежда! – жарко подхватила Татьяна.
– Кроме вас больше некому надевать костюм, – поддержала Екатерина.
– Мы же не можем проводить презентацию без ролика, – выдала самый серьезный аргумент Марина. – Это же будет провал.
Команда конструкторского отдела обступила Платона, всем своим видом показывая, что иного выхода, чем согласиться, у него нет.
Менеджер по оптимизации колебался, эта затея ему совершенно не нравилась, но он тоже не видел другого выхода.
– Давайте, – процедил он сквозь зубы и дернул куртку с манекена. – Сколько у нас времени до презентации?
– Еще полчаса, но когда мы в прошлые разы снимали ролики, так намучились! Это занимает очень много времени! Хотя сначала так и не кажется! – затараторили Татьяна и Екатерина, поспешно снимая с пластмассового парня брюки.
– Пойдемте в коридор у холла, – предложила Марина. – Екатерина, останешься здесь, на месте.
– А где, по-вашему, я должен переодеться? – недовольно бросил Платон. – Идем в сторону уборных.
Он помчался таким быстрым шагом, что Марина и Татьяна едва за ним поспевали. Не уменьшая скорости, Платон ворвался в мужской туалет, влетел в одну из кабинок и принялся спешно переодеваться.
Марина поручила видеосъемку Татьяне, а сама рассчитывала заняться координацией движений модели. У нее уже был опыт предыдущих роликов, и она не надеялась, что здесь выйдет что-то достойное. Сообщницы рассчитывали загонять невыносимого столичного фрукта требованиями повторить и переделать, а в итоге показать на презентации старый ролик, который якобы вдруг снова заработал. Мнимые съемки должны были занять все время, отведенное до начала презентации.
Как только Платон вышел из уборной, Марина и Татьяна невольно хихикнули. В обычном рабочем костюме менеджер по оптимизации выглядел крайне непривычно, ему и самому было очень некомфортно, он то и дело что-то поправлял на ходу, одергивал и разглаживал.
– Дайте помогу, – заявила Марина, стремительно подлетела к Платону и прежде, чем тот успел возразить, запустила руки за горловину и нажала скрытый фиксатор, заблокировав тем самым молнию.
Менеджер по оптимизации так и не понял, что произошло, а Марина и не дала ему времени на анализ ситуации.
– Начинайте отсюда, – скомандовала она, – дойдете вот сюда, повернетесь, потом еще, и пойдете обратно. Этого должно хватить. Только делайте серьезно. Идите прямо на Татьяну.
Снятый костюм Платон повесил на перила лестницы, ведущей из коридора на второй этаж.
Марина встала за плечом оператора и приготовилась насладиться конфузом невыносимого менеджера. Тот попался в коварную женскую ловушку, занял указанное место и начал позировать. Уверенно отставил правую ногу в сторону, поднял руками воротник куртки, повернул голову сначала вправо, потом влево, демонстрируя свой точеный профиль, затем развернулся через левое плечо, положил левую руку в карман и пошел на своих сотрудниц четкой, размеренной походкой.
Едва Платон начал демонстрацию, Марина и Татьяна мгновенно забыли, что собирались снимать и глумиться. Каждое его движение оказалось настолько органичным и профессиональным, что язык бы не повернулся делать какие-то замечания. Однако оператор и координатор так растерялись от неожиданности, что даже и не подумали критиковать.
– Вы снимаете? – строго спросил Платон, видя, что телефон в руках Татьяны опустился ниже приемлемого уровня.
– Ой! – спохватилась технолог. – Да! То есть… ой! Нет! Придется еще раз!
– Сосредоточьтесь, – бросил ей Платон и вернулся на исходную позицию. – Теперь снимаете? – и, получив утвердительный ответ, снова проделал тот же набор движений.
Не понадобились ни советы, ни повторы, ни замечания. Платон прекрасно знал, что делает, и выполнял все с легкостью и изяществом. Каждая поза, поворот и жест в своем завершении на мгновение фиксировались, чтобы дать зрителю поймать картинку и оценить. Не было ни одного неловкого шага, ни одного смазанного разворота. Даже лицо приобрело крайне удачное выражение спокойной положительной уверенности. Не возникало сомнений, что менеджер по оптимизации знал, как выглядит со стороны в каждом из принимаемых положений, и выбирал их сознательно, хоть и в чистой импровизации. Когда же он сделал последнюю проходку от оператора к начальной точке, то в завершении полуобернулся и одарил сотрудниц поразительно теплой улыбкой.
Татьяна и Марина на мгновение потеряли дар речи, подумав одно и тоже: «Он и улыбаться умеет?!»
