Текст книги "100 знаменитых харьковчан"

Автор книги: Владислав Карнацевич

сообщить о нарушении

Текущая страница: 20 (всего у книги 49 страниц) [доступный отрывок для чтения: 20 страниц]

Директору завода удалось добиться того, чтобы на Высшем военном совете в Москве были рассмотрены оба проекта – А-20 и А-32. Сталин предложил изготовить два образца и затем параллельно их испытать. Эти образцы были изготовлены в середине 1939 года, прошли испытания в Харькове. Борьба за выпуск гусеничных танков была долгой и жестокой. Против таких машин выступали видные чины в армии и многие руководители страны. Главным среди них был заместитель наркома обороны маршал Кулик, его поддерживал, например, генерал Павлов. Все новые и новые препоны ставились перед конструкторами и до и после смерти Кошкина. То увеличивались нормы необходимого испытательного пробега, то просили усилить броню, то просто давали указание работу над выпуском прекратить. По ходу подготовки танков к серийному производству в них было сделано более 200 конструктивных изменений. Многое решил личный приказ Ворошилова, положивший, по сути, конец придиркам и охаиванию боевых качеств танка, который 19 декабря 1939 года переименовали в Т-34.

Помимо новаторских идей, связанных с гусеничным ходом, конструкторы Т-34 заботились об усилении бронезащиты, совершенствовании огня, маневренности. Броня была равномерно доведена до 45 мм, установлена 76-мм пушка. Впоследствии эти параметры были изменены в модернизированном Т-34?85 до 90-мм брони и 85-мм пушки. Войсковые испытания февраля-марта 1940 года, с одной стороны, подтвердили высокие качества танка – проходимость, маневренность, с другой – выявили еще много недостатков. Главной же проблемой перед окончательной сдачей танков был малый контрольный пробег. Было принято радикальное решение – следовать на сдачу в Москву своим ходом.

5 марта 1940 года два танка Т-34 вышли с завода и направились в столицу СССР. Колонну возглавлял лично Михаил Кошкин. Он выезжал, уже будучи простуженным. В это время стояли еще сильные морозы, на дорогах были снежные заносы, танки же двигались в ночное время (все-таки секретные машины) и с открытыми люками. Болезнь Кошкина усилилась. 17 марта 1940 года два Т-34 въехали на Ивановскую площадь Кремля. Сталин одобрил «тридцатьчетверки», их испытания продолжились на подмосковном полигоне и Карельском перешейке, а в обратную дорогу они двинулись в апреле. По дороге один из танков опрокинулся в воду, весь экипаж кинулся в воду спасать машину. Михаил Ильич не пожелал наблюдать за этим со стороны. Он вообще гордился своим здоровьем, на заводе часто мог сам взять в руки кувалду. Вот и здесь, будучи уже серьезно болен, он провел часы в холодной воде, вытаскивая многотонный танк.

В Харькове Кошкин был немедленно госпитализирован с двусторонним воспалением легких и гнойным плевритом, но из больницы продолжал руководить доводкой танка. Московский хирург прооперировал конструктора, ему было удалено легкое. 26 сентября 1940 года Михаил Ильич скончался в санатории «Занки» под Харьковом. Главным конструктором был назначен А. Морозов. Он продолжил дело своего предшественника, проводя доводку поставленного на серийное производство Т-34.

Танк Т-34 прекрасно проявил себя в военные годы и был назван лучшим танком Второй мировой войны. Интересно, что по многим показателям он уступал другим машинам. Он обладал не самой большой скоростью (до 55 км/ч), не самой сильной броней, не самым сильным орудием. Был и ряд других серьезных недостатков – ужасная эргономика (в машине было тесно, плохо продумано рабочее место водителя), плохая оптика и обзор и т. д. и т. п. Но достоинства танка перекрыли его недостатки. Т-34 был исключительно прост в изготовлении, ремонтопригоден, в нем были заложены возможности для постоянных усовершенствований. Уже во время войны конструкторы смогли уменьшить количество необходимых деталей более чем на 700! В 1942 году на танк установили орудие с более длинным стволом и увеличили боеукладку с 77 до 100 снарядов. Впоследствии, в 1943 году, модернизация была более серьезной, и новой машине даже присвоили новый индекс: Т-34—85. Башню, которая была крайне трудоемка, заменили на литую. Благодаря установке командирской башенки был серьезно улучшен обзор – он стал круговым. Переход на более совершенную конструкцию главного фрикциона и замена четырехступенчатой коробки передач пятиступенчатой облегчили переключение скоростей и уменьшили износ. Важную роль играл и дизельный двигатель – остались свидетельства, как танкисты сбивали огонь с машины, в то время как противник был практически обречен при загорании танка с бензиновым двигателем.

Удивительная простота схемы и сборки позволили за войну выпустить более 34 тысяч этих боевых машин. Маневренность, простота управления, ремонтопригодность и постоянное усовершенствование без особого ущерба для производства – вот те качества Т-34, которые обеспечили ему превосходство на полях сражений.

В 1942 году Михаил Ильич Кошкин посмертно был удостоен Сталинской премии, в 1990 году ему было присвоено звание Героя Социалистического Труда.В Харькове в мае 1985 года Михаилу Кошкину был поставлен памятник недалеко от проходной Завода им. Малышева, и по всему бывшему Союзу стоят многочисленные памятники среднему танку Т-34 – одному из символов Великой Победы.

Крайнев Владимир Всеволодович

(род. в 1944 г.)

Знаменитый пианист, организатор Международного конкурса юных пианистов в Харькове.

«Любовью к театру я обязан Юрскому, любовью к балету я обязан Барышникову, любовью к классической музыке я обязан Володе Крайневу», – эти слова принадлежат Михаилу Жванецкому. Вообще, обязаны Крайневу многие – талантливые дети, которые нашли себя на его конкурсе, многочисленные ученики, наконец любители музыки едва ли не во всех странах мира. Сам Владимир Всеволодович отзывается о своей активной деятельности на благо культуры с иронией. «Мне просто трудно кому-нибудь отказать», – говорит этот непосредственный и не очень практичный человек. Он не боится показаться смешным. «Я, между прочим, «суперстар», – продолжает Крайнев, и это чистая правда.

Владимиру Крайневу самой судьбой было предназначено быть легким, веселым человеком – он родился 1 апреля. Произошло это в 1944 году в Красноярске, а вскоре он с матерью оказался в Харькове. Рахиль Моисеевна всю свою жизнь посвятила сыну. По образованию она была медиком, работала хирургом на фронте, а потом в Харькове трудилась в поте лица, чтобы одеть и накормить Володю, нашла возможность купить для него рояль. Жили Крайневы на Сумской в коммунальной квартире, где кроме них еще было добрых три десятка человек. Жили очень скромно, это было время послевоенной разрухи.

Уже в пять лет мать отдала мальчика в специализированную музыкальную школу. То, что у ребенка необычайный музыкальный талант, сомнений не вызывало. Уже в семь лет он играл концерты Гайдна и Бетховена вместе с оркестром Харьковской филармонии.

Одновременно Владимир профессионально занимался теннисом. В 1958 году даже выступал на детском чемпионате СССР за сборную города. В 1959 году Крайневы переезжают в Москву – мать делала все для сына, семья уехала для того, чтобы талантливый мальчик мог продолжить музыкальное образование у лучших педагогов страны. В Москве Владимир поступил в Центральную музыкальную школу при Московской консерватории, в класс к Анаиде Степановне Сумбатян. Эта женщина воспитала не только Крайнева, среди ее учеников был Владимир Ашкенази, Оксана Яблонская, Нелли Акопян.

Свое детство Крайнев называет обычным – веселым, драчливым, влюбчивым… Говорит, что был хулиганом, спорил с учителями, играл в футбол, дрался со шпаной, которая считала воспитанников ЦМШ «буржуями». По окончании школы Анаида Степановна привела Крайнева к знаменитому пианисту Генриху Нейгаузу. Владимир сыграл Прокофьева, сыграл неважно, но старый музыкант согласился заниматься с юношей. Уже позже, когда на приемных экзаменах в консерваторию Крайнев исполнил «Детский уголок» Дебюсси, Нейгауз пришел в восторг, и Крайнев стал его последним в жизни любимцем. Московскую консерваторию Владимир Всеволодович окончил без каких-либо проблем, потом учился в аспирантуре уже у сына старшего Нейгауза – Станислава.

Впервые Крайнев громко заявил о себе на Международном конкурсе в Лидсе в 1963 году, где он получил главную премию, затем была премия конкурса в Лиссабоне в 1964 году, пианист получил приглашение на гастроли в США. В 1970 году молодой, но уже известный пианист, Владимир Крайнев взял первую премию на самом престижном в мире классической музыки Международном конкурсе имени П. И. Чайковского в Москве. За четыре года до этого он стал солистом Московской филармонии. Началась долгая и, к счастью, продолжающаяся до сих пор активная творческая и концертная деятельность. Крайнев выступал почти во всех крупных концертных залах мира, сотрудничал с мировыми знаменитостями – Джулиани, Кремером, Светлановым, Рождественским, Мазуром, Темиркановым, Спиваковым. У него очень богатый фортепианный репертуар: Моцарт, Бетховен, Шопен, Шуберт, Прокофьев, Равель, Чайковский, Рахманинов, Шнитке (который, кстати, посвятил пианисту один из своих концертов). Владимира Всеволодовича считают прекрасным интерпретатором, достойным хранителем лучших традиций русской пианистики. В составлении программы (как и во многом другом) Крайнев, по его собственному признанию, максималист, поступает согласно своей фамилии. Например, он давал в свое время по 130 больших концертов за сезон, выступал с программой из всех концертов Моцарта. Своих учеников, как и себя, пианист тоже стремится довести до пика возможностей. Концерты Крайнева проходят с неизменным успехом. Актер Николай Караченцов, друг музыканта, говорил, что Крайневу удается захватить зал, не прибегая к шоу-эффектам, одной лишь энергией, силой игры. Владимир Всеволодович уверен, что классика и сама по себе без «вульгаризации» всегда найдет своего почитателя, переживет любые модные веяния.

Со своей супругой музыкант познакомился в 1978 году, и ее никак нельзя назвать лишь «верной подругой, соратницей, женой выдающегося пианиста Владимира Крайнева». Она и сама по себе личность примечательная и всем известная. Ведь это сама Татьяна Тарасова – выдающийся тренер многочисленных советских фигуристов – олимпийских чемпионов, чемпионов мира и прочая и прочая… Учениками ее школы является чуть ли не половина всех участников любого крупного соревнования по фигурному катанию. Татьяна Анатольевна, естественно, очень много внимания уделяет подбору музыки для своих воспитанников. Вообще, фигурное катание настолько же искусство, насколько и спорт, так что у супругов здесь полное взаимопонимание и пересечение интересов. В свое время Крайнев записал четырехминутную композицию из Рахманинова, под которую очередные медали выиграли Бестемьянова и Букин, выбирал он музыку и для олимпийского выступления другой блестящей пары – Грищук – Платов. Кстати, идея создания знаменитого театра на льду «Все звезды» принадлежит именно мужу Татьяны Тарасовой.

Владимир Всеволодович Крайнев стал в 70-80-е годы одним из любимцев московской богемы. Музыкант остроумен, всегда является душой компании, умеет весело проводить время. Среди ближайших друзей Крайнева и Тарасовой актеры Юрский и Неелова, сатирик Жванецкий [46] , журналист Юрий Рост, режиссер Галина Волчек, конечно, фигуристы и пианисты. Двери гостеприимной квартиры звездной четы были всегда открыты для друзей, знакомых, учеников… Невысокий («мэтр в кепке»), худой и подвижный Крайнев легко сходился с людьми, быстро переходил на «ты», вообще, по выражению Роста, этот доброжелательный человек «не держит дистанцию». А Юрий Башмет называет коллегу банально, но верно «вулканом эмоций». «Вулкан» до сих пор увлекается спортом, обожает кино, называет себя телевизионным маньяком – не может жить без новостей, много читает, поздно ложится спать. Долгое время Крайнев курил, но пришлось ограничить себя в этом после серьезной операции на легких.

В 1986 году Крайнев получил Государственную премию СССР, а в 1990 году стал одним из последних народных артистов СССР. Пианист утверждает, что у него, в отличие от многих коллег, никогда не было никакой «крыши», всем, что он получал, он обязан исключительно таланту. В высокие кабинеты дверь открывал ногой, но не потому, что был в фаворе или имел звание народного артиста, а просто «из природной наглости». «Я всегда шел своим «крайневым» путем, никому не делая гадости, не вступая ни в какие коалиции», – гордо заявляет музыкант.

Новые времена Владимир Всеволодович встретил неоднозначно. С одной стороны, он был убежден, что культура при коммунистах выжила, «невзирая» на идеологический пресс. С другой – пианист увидел, что идеологический пресс заменили экономическим, который так же уверенно выдавливал из России лучших людей. Крайнев рассказывает, что в начале 90-х годов ему стало просто физически страшно жить в обстановке роста бандитизма, постоянных политических кризисов. Да и финансово предложить ему могли немного. С 1987 года он был профессором Московской консерватории. Платили очень мало, а с наступлением рынка зарплата стала выглядеть вовсе ничтожной. Крайнев переводил ее в счет студенческого буфета, чтобы молодые музыканты могли хоть что-то поесть. «Если бы я остался в Москве, – шутит пианист, – вместо фонда помощи молодым музыкантам Крайнева пришлось бы создавать фонд помощи Крайневу».

Взвесив «за» и «против», Владимир Всеволодович с женой и матерью в 1994 году переехал в немецкий Ганновер. Здесь ему сразу же было предложено место профессора Высшей школы музыки и театра. Сейчас в его классе учится 29 учеников из разных стран мира. Многие из них зарекомендовали себя как прекрасные музыканты на престижных конкурсах. Еще в 1992 году Владимир Всеволодович и сам организовал Международный конкурс юных пианистов. Он проходит раз в два года в Харькове, где Крайнев делал первые шаги в музыке. Конкурс находится под патронатом Президента Украины. Владимир Всеволодович утверждает, что никогда бы не взялся за столь тяжелую работу, но увидел горящие глаза энтузиастов, да и Татьяна Анатольевна пришла в восторг от идеи.

Крайнев может справедливо гордиться этим своим детищем. Здесь дети получают довольно высокие гран-при (их платит лично Крайнев, одновременно награждая и педагогов), лучшие конкурсанты получают возможность продолжить обучение в Ганновере. Сразу после конкурса лучшие его участники дают большой концерт в Киеве, как правило, при полном аншлаге. Конкурс стал первым в СНГ, который вошел в Европейскую ассоциацию детских музыкальных конкурсов. Среди победителей есть имена, уже во весь голос заявившие о себе в современной классической музыке. Это Игорь Четуев, Илья Рашковский, Саша Романовский. Между прочим, в Ганновере лауреаты живут в доме Крайнева, едят то, что готовят жена и мать пианиста. Многие отмечают особое, родственное отношение Владимира Крайнева к своим воспитанникам.

Владимир Крайнев создал Международный фонд помощи молодым пианистам. Фонд Крайнева организует многочисленные музыкальные мероприятия: Международные музыкальные фестивали в Украине, Казахстане и Киргизии. Кроме того, на счету Фонда фестиваль «Южный берег Крыма» в Симферополе и Ялте, концерты в Санкт-Петербургской филармонии, в Днепропетровске, Киеве, Харькове, Тюмени, Перми, Ижевске, Самаре, Екатеринбурге, Ярославле, Тольятти, Бишкеке, а также в Чехии, Словакии, Словении, Турции, Австрии, Франции, Германии, Болгарии, Израиле, США, Италии. В октябре 1996 года Фонд Крайнева стал одним из создателей музыкального фестиваля детского творчества в городе Славутич. Фонд принимал участие в организации Международных конкурсов имени С. С. Прокофьева в Санкт-Петербурге. Абсолютно логично выглядело награждение пианиста в 1997 году российским орденом «За заслуги перед Отечеством IV степени». (Кстати, Крайнев собрал неплохую коллекцию наград, но еще большую коллекцию сувенирных роялей.)Владимиру Всеволодовичу, как и его супруге, не сидится на месте. Он постоянно бывает в Москве, в своем любимом Большом зале Московской консерватории проводит ежегодные концерты «Владимир Крайнев приглашает». В них кроме самого маэстро принимают участие лауреаты Харьковского конкурса, студенты Крайнева из Ганновера, именитые друзья знаменитого пианиста. Журналисты говорят об особой уютной, домашней атмосфере на этих концертах, а Сергей Юрский как-то сказал: «Крайневские концерты с учениками – уникальное явление, гармоническое равновесие двух крыльев его таланта – его исполнительского и педагогического искусства».

Крамер Даниил Борисович

(род. в 1960 г.)

Звезда мирового джаза. Виртуозный пианист, композитор, импровизатор, популяризатор джазовой музыки.

В 2004 году родившийся и учившийся в Харькове Даниил Крамер – всемирно известный музыкант совершенно необыкновенного дарования – давал свой первый сольный концерт в родном городе. В это время ему было 44 года. По окончании концерта вызванный очередной раз на «бис» Даниил Борисович сказал, что публика должна быть голодной. Странно, разве можно насытиться игрой Крамера?

Даниил Борисович Крамер родился в Харькове 21 марта 1960 года. С самого раннего детства (то ли с трех с половиной, то ли с четырех лет) он, как и положено будущим профессиональным пианистам, занимался музыкой. Учился Даниил в Харьковской средней специальной музыкальной школе, и, конечно, его учили как музыканта академического направления. В его способностях сомневаться не приходилось. В 15 лет Крамер уже был победителем республиканского конкурса как пианист и серебряным призером как композитор. О джазе Даниил знал лишь понаслышке. Как-то ему в возрасте 12 лет попалась в руки пластинка японского джаз-оркестра «Шарпс энд флэтс». На обложке диска, выпущенного фирмой «Мелодия», было написано: «Джаз-оркестр играет джазовую музыку». Действительно, там исполнялись известные джазовые мелодии типа «Воздушной кукурузы», но в эстрадированном варианте. Даниил Борисович вспоминает, что тогда подумал, что под такую музыку можно потанцевать с красивой девушкой, можно попить кофейку, но серьезно заниматься ею наравне с Чайковским, Шопеном, Бетховеном, наверное, не стоит. Это его мнение только подтвердила чуть более поздняя встреча с полуподпольными харьковскими джазистами. «Я не понимал тогда, – вспоминает музыкант, – что эти люди настоящие герои, пробивающиеся к «Голосу Америки», копирующие нотка за ноткой настоящий джаз». У подвального ансамбля, который наблюдал Крамер, были разбитые инструменты, и любительский уровень их игры настроил будущего выдающегося джазиста на скептический лад.В 1978 году Даниил Борисович уехал в Москву и поступил в Государственный музыкально-педагогический институт имени Гнесиных, в класс Евгения Либермана, ученика знаменитого пианиста Генриха Нейгауза. На вопрос, чему его научил Либерман, Крамер отвечает: «Великолепной классике! В результате я стал обладателем многих секретов фортепьянной техники и психологии игры на фортепьяно: как узнать инструмент, как договориться с ним, как завоевать его, даже когда он не хочет с тобой разговаривать… Как играть на плохих инструментах. Как играть там, где у тебя не хватает техники. Как сделать так, чтобы никто этого никогда не узнал и не заметил. Ведь у Генриха Густавовича были маленькие, слабые руки, очень плохой аппарат. И один из самых главных секретов школы Нейгауза – это секрет, как маленькими, слабыми руками играть так же, как играл Рахманинов, как играли музыканты, обладавшие гениальным, мощным аппаратом».

Здесь есть два очень важных для характеристики Даниила Борисовича момента. Первый – его уважение к классической музыке. Для него она всегда оставалась волшебным миром. А второй – истоки его потрясающего умения общаться с инструментом. На концерте Крамера ловишь себя на мысли, что пианист владеет инструментом так, как будто он сам и есть рояль, – что хочет, то и говорит, то и играет.

А на первом курсе талантливого пианиста-классика однокурсница повела на концерт его земляка, Леонида Чижика, теперь уже мэтра отечественного джаза. Спасибо этой однокурснице огромное от всех поклонников творчества Даниила Крамера. Он говорит, что этот концерт и открыл для него джаз. Друзья по институту показали ему записи мэтров мирового джаза – Кейта Джаррета, Чика Кореа, Оскара Питерсона. Больше расстаться с этим стилем Крамер уже не мог. А Леонид Аркадьевич Чижик стал его учителем. С подачи Чижика Крамер стал участником первого в своей жизни джазового фестиваля в Витебске. Эксперты тогда сказали, прослушав классико-джазовые композиции в исполнении Даниила: «Этот мальчик никогда не будет играть джаз». Впоследствии Леонид Аркадьевич уехал в Германию и, по мнению многих, уступил место первого отечественного джазиста Даниилу Крамеру.

На окончательный выбор Даниила Борисовича повлияло несколько факторов. Кроме увлеченности джазом, было и еще кое-что. Музыкант проходил отбор на Международный конкурс имени Чайковского – самый престижный для молодых классических музыкантов. Крамер с возмущением вспоминает фарс, происходивший во время этого отбора. Бесконечный пересчет баллов помогал жюри проталкивать своих людей. При первом пересчете Крамер был первым, а при третьем – тринадцатым. Багровый от стыда и возмущения, Либерман покинул комиссию, бросив на ходу своему ученику: «Я не смог тебя защитить!» А Даниил решил, что, может, оно и к лучшему, и сделал резкий разворот в сторону джаза.

В 1982 году его пригласили на Всесоюзный конкурс фортепьянных джазовых импровизаторов в Вильнюсе. И здесь не обошлось без закулисных интриг. Декан факультета отдала именное приглашение Крамера кому-то из своих людей. А Даниилу она объяснила, что его поведение не позволяет ему быть участником конкурса. Крамер плюнул и поехал самостоятельно, нарушив правила Гнесинки. А на конкурсе он занял первое место. По возвращении его вызывал к себе ректор и грозил отчислением из института (это студента пятого курса). Числились к этому времени за Крамером и другие грехи. Так, в день смерти Брежнева руководители музыкально-педагогического института потребовали от студентов и преподавателей, чтобы они сегодня «знали, что играть». Крамер сидел в классе и наигрывал ля-минорную гамму с пониженной пятой ступенью. Влетевший преподаватель не с фортепьянного отделения кричал, что завтра студент будет сидеть в тюрьме, поскольку позволил себе джаз в «такой» день. Крамер искренне удивился, поскольку эту же пониженную пятую ступень активно использовал, например, Шостакович – уж никак не джазист. Прорабатывали Крамера и за джазовые импровизации на тему «Рапсодии» Листа.

Впрочем, Крамеру дали окончить институт. Более того, в 1983 году он стал преподавать в Гнесинке, в том же году стал солистом Московской государственной филармонии. С 1986 года Крамер – солист Москонцерта. В 1984 году началась активная гастрольно-концертная деятельность музыканта. Уже с этого времени он стал постоянным участником множества джазовых фестивалей. С 1988 года его начали пускать на концерты за границу. Его сольные концерты и выступления с различными отечественными и зарубежными музыкантами проходили во многих странах – в Испании, Франции, США, Финляндии, Чехословакии, Италии, Германии, Швеции, Венгрии, Польше, Австрии, Австралии, Китае, в странах Африки и Центральной Америки. Даниил Борисович участвует во многих крупных международных джазовых фестивалях, таких как Munchner Klavier sommer (Германия), Manly Jazz Festival (Австралия), European Jazz Festival (Испания), Baltic Jazz (Финляндия), Foire de Paris (Франция) и т. д. Он становится почетным членом Сиднейского профессионального джаз-клуба (Professional Musicians Club), членом джаз-клуба г. Хаппаранда (Швеция).

Игра Крамера – это нечто совершенно невероятное. Как только не называла его пресса Франции, Германии, Англии, России: «русский корифей», «циркач на клавишах», «виртуоз классики и джаза», «колдун клавиатуры», «неистовый джазмен», «человек-оркестр», «бог импровизации». Так отражен характер исполнения музыки российским пианистом. Совмещение классики и джаза стало для Даниила Борисовича основным делом всей жизни. В исполняемых им композициях органично сочетаются хорошо всем известные темы Моцарта, Баха с джазовыми фразами. Причем сам музыкант говорит, что его интересует не форма, а содержание получающейся музыки. Ему хочется верить, что он развивает «третье течение», которое дает современной музыке новый толчок к развитию. Выступая с симфоническими оркестрами и струнными квартетами, Крамер доказывает, что музыка едина – если это хорошая музыка. Да, классических музыкантов и джазовых учат по-разному. Классические для начала узнают, как играли другие, и учатся по известным нормам, а джазовые, наоборот, сначала ощущают ритм, играют свое, а потом доходят до чьих-то произведений. Но если музыканту удастся пройти оба пути, открываются волшебные перспективы – слушая Крамера, начинаешь в это верить. Кстати, кроме классики (которую он иногда исполняет полностью академично – от начала до конца) и джаза Даниил Борисович может играть и рок, и еще много чего.

«Я занимаюсь тем, что с помощью джазовой, классической музыки, word музыки, авангарда, композиционной музыки я рисую картины с определенным сюжетом, с определенной историей. Я, в общем-то, совсем не возражаю, когда мне говорят: «Но ведь это совсем не джаз!»

Импровизация – конек Крамера. Здесь ему трудно найти равных. Вообще, склонность к импровизации и отличает, по словам музыканта, джазиста от классика. Кстати, Крамер отмечает, что в свое время и классика отличалась тем же. Послушаем самого пианиста: «Еще триста лет тому назад трудно было себе представить музыканта, который бы не импровизировал. И даже более. Собственно, до сих пор величайшие композиторы в истории классической музыки были величайшими импровизаторами, включая Листа, Шопена, Шостаковича, Прокофьева. То, что в классике это утеряно, просто связано с гигантским усложнением самой классической музыки в процессе ее развития. В джазе импровизация просто составляет на сегодняшний день суть существования джаза».

Так что понятно, почему на вопрос, не стыдно ли ему так обращаться с Моцартом, Крамер весело отвечает, что он делает только то, что делал бы и сам Моцарт – «известный хулиган».

В 1994 году в Московской государственной консерватории Крамер открыл первый в истории этого учебного заведения класс джазовой импровизации, сейчас пишет учебник по джазовой импровизации. (Методологические разработки Крамера были в свое время изданы соответствующим отделом Министерства культуры СССР.) Кроме того, Даниил Борисович преподает в Джазовом колледже на Ордынке и ведет курс джазовой эстетики для артистов в Российской академии театрального искусства.

Концерты Крамера – это настоящий праздник. Ведь Крамер не просто виртуозно играет (просто невозможно уследить за его пальцами). Он строит сюжеты, пишет истории как в рамках отдельных композиций, так и в рамках всего концерта, он рассказывает притчи, вспоминает о встречах с известными музыкантами, шутит. Шутит он и за роялем, неожиданно меняя темы, ударяя по клавишам иной раз так, с таким выражением лица, что зал начинает хохотать. Он дергает всеми частями тела, а еще не то подпевает, не то подвывает в такт своей музыке, что совершенно не портит впечатления от игры. Концерт Крамера надо не только слышать, но и видеть.

Даниил Крамер развивает сумасшедшую активность на поприще популяризации джаза и музыки в целом, воспитания талантливой молодежи. Так, например, с 1994 года он сотрудничает с Международным благотворительным фондом «Новые имена», помогающим высокоодаренным детям. Крамер является куратором классико-джазового направления этой организации, работает с талантливыми детьми, занимающимися классической музыкой, развивая в них также знание и понимание джаза, умение исполнять джаз. Цель этого сотрудничества – добиться появления в России плеяды музыкантов, которые способны будут сделать джазовую музыку составной частью своего репертуара, исполняя джаз так же профессионально, как академическую музыку. Как результат этой работы, в 2001 году совместно с «Новыми именами» создан детский квинтет «Классика и джаз». Даниил Борисович – частый гость на российских телеканалах, он вел цикл телевизионных программ «Уроки джаза». Крамер – редактор серии аудиокассет «Современный джаз России». Некоторое время пианист входил в Комитет по культуре при президенте Ельцине.

Важная составляющая популяризаторской деятельности Крамера – его концерты. Он автор таких проектов, как «Вечера джаза с Даниилом Крамером» в Концертном зале им. Чайковского, «Джазовая музыка в академических залах» в Большом зале Московской консерватории, в Малом зале Московской консерватории, в Овальном зале антрепризы Московского Союза музыкантов. Им воплощена идея создания джазовых концертных абонементов во многих филармонических залах городов России. Он организатор и артдиректор семи джазовых фестивалей. Музыкант мечтает вывести джаз из заведений общепита. Крамер посетил с концертами немало городов на периферии, зачастую даже отказываясь от гонорара. Ему нужно, чтобы джаз любили и знали все, чтобы к нему стали относиться серьезнее, а подобающая его статусу звезды мировой величины цена на билеты отпугнет массового зрителя.

С Крамером почитают за честь выступать выдающиеся музыканты – французский классический скрипач Дидье Локвуд; крупнейший российский джаз-пианист и учитель Крамера, ныне мюнхенец Леонид Чижик; гитарист Алексей Кузнецов, валторнист Аркадий Шилклопер; российский квартет имени Глинки, симфонические оркестры разных стран и многие, многие другие.

В 1997 году Крамеру было присвоено звание заслуженного артиста России. В 2000 году он стал первым среди джазовых музыкантов обладателем престижной чешской музыкальной премии имени Малера.На концерте в Харькове в 2004 году большой зал оперного театра был заполнен наполовину. В том же зале на выступлениях Киркорова и Задорнова свободных мест не остается. Ведущий перед началом концерта Крамера гордо подчеркнул, что Харьков, безусловно, город с высоко развитой музыкальной культурой. На это же надеется и сам музыкант – блистательно отыграв два часа без антракта, он выразил уверенность в том, что в следующий раз «зал обязательно будет заполнен к чертовой бабушке». А тому, кто не услышит и не увидит Даниила Крамера, остается только посочувствовать.

Крушельницкий Марьян Михайлович

(род. в 18970 г. – ум. в 1963 г.)

Актер и режиссер, многолетний руководитель Театра им. Шевченко.