Текст книги "Не будите медведя (СИ)"

Автор книги: Владислав Данишевский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 6 (всего у книги 14 страниц)

Глава 7. «Пилите, Шура, пилите, она золотая»

Скажи мне кто пару недель назад, что я буду изнывать от безделья в космосе, даже не улыбнулся бы, настолько дико это звучит. А вот поди ж ты – свершилось. Попеняв себе в очередной раз за непредусмотрительность – ну что мне мешало накачать себе на нейросеть или в корабельный сервер хотя бы книжек – научных, развлекательных, да хоть пропаганды религиозной? Кроссвордов там, местных анекдотов, рецептов приготовления некузявой бутявки с планеты Плюк?

Первые дни полёта были увлекательны – все дружно изучали полученные базы знаний, пилоты копались в памяти корабельного искина, новоизбранный медик потрошил медблок, а трио техников самозабвенно собирало конструктор под названием «дроиды». Из двадцати девяти шахтёрских инвалидов мы с Сержем собрали двадцать пять полноценных работяг, а Фуркан, как более опытный, единолично поставил в строй десяток разнокалиберных ремонтников. Ещё день посвятили разбору захламлённого отсека. Затем день отдыхали. А потом началось безделье.

Когда даже от клейстерно-опилочной каши начало заново отрастать брюхо, а общее моральное разложение команды незаметно подползло к зарождающимся конфликтам, положение спас многоопытный профессор Токмашев. Во времена его молодости были очень популярны шахматы, а среди тружеников умственного труда встречались и уникумы, способные играть в уме, называя друг другу лишь передвигаемые фигуры и номера клеток на виртуальной доске, откуда и куда фигура ходит.

Однако наши мозги были улучшены технологически. Быстро объяснив своим нейросетям – как это работает, взбодрившаяся команда азартно включилась в игру. Поначалу безоговорочно лидировал старейшина, но вскоре мы с капитаном, как заставшие закат советской шахматной волны, подтянулись и поколебали трон патриарха.

Наследующий день всех удивил турецкий гроссмейстер. Ещё вчера не хватавший звёзд с неба, играя на равных только с Шуриком и Серёгой, он вдруг наголову разгромил всех и продолжил победоносный марш по нашей коллективной самооценке. Загадочно ухмыляясь, Фуркан раз за разом ставил мат, вслух сожалея, что играем не на деньги.

Не чувствуя за собой особых талантов, мы с Эдиком сосредоточились на дуэлях между собой, а вот Иваныч закусил удила. Проиграв с десяток партий, он сильно задумался, а потом неожиданно выиграл раз, другой, третий…

– Да как так-то? – скрипел зубами техник, почувствовавший было себя чемпионом.

– Что, не прошёл тест Тьюринга? – невинно осведомился ехидный старикашка.

– Чего? Какого тюнинга?

– Тьюринга. Алана. Был такой британский математик на заре кибернетики и электроники, – Иваныч на глазах трансформировался из игромана в профессора, – заранее озаботился проблемой наличия разума у машины. То, что ты сегодня с места в карьер выигрывать начал, хотя ещё вечером Саньку раз через два проигрывал – само по себе подозрительно. А потом смотрю – шаблонно играешь. Очень логично, мощно, но без выдумки. Думаю: а не твоя ли нейросетка за тебя отдувается? Ну ты в первую же ловушку и ухнул с ушами!

Токмашев победно разулыбался, а посрамлённый мошенник окончательно сдулся. Чтобы не нагнетать ненужного негатива, разбавили шахматы карточными играми, кто что вспомнил. При участии фактора случайности оторвалась уже молодёжь, отыгрываясь за все «унижения».

Так с шутками и взаимным подначиванием дошкандыбали до искомой системы. Зависнув над плоскостью эклиптики, новоиспечённые старатели по-хозяйски осматривали потенциальное «эльдорадо», а мне в этот момент вдруг подумалось, что как-то мы слишком беспечно тут выставились на всеобщее обозрение.

Канюк по моей просьбе просканировал подаренным сканером окрестности и те неожиданно таки дали несколько засветок. Все напряглись. После распознавания сигнатур выяснилось, что это всего лишь чьи-то маяки, причём разного производства и давности установки, что в общем-то обыденно для любой разведанной системы. Все расслабились, но прежней беспечности уже не было, ибо нечего расслаблять булки: кругом дикий космос, в котором может шнырять кто угодно – от банальных конкурентов до экзотических архов. Для нас экзотических, естественно, как для новичков в космосе.

Не зная, как, что и куда передают эти маяки, я предложил обходить их по возможности максимально далеко. Однако, капитан, видимо, изучив соответствующие базы, заверил, что мы уже везде засветились, так как системы маскировки у нас нет вообще никакой, кроме стандартной РЭБ (система радиоэлектронной борьбы), так что трепыхаться поздно, но и маяки тут внутрисистемные, гиперсвязи не имеющие. Поэтому, пока хозяева не прилетят и показания не снимут, как со счётчика электроэнергии, можем тут хозяйничать.

«Ну, раз можем, то нефиг щёлкать клювом», решила наша дружная компания и мы двинули к цели. Барражируя над астероидным полем, просканировали на всю невеликую мощь купленных сканеров, но даже так ладошки потели от рисуемых на центральном мониторе перспектив.

Металлов было много. Очень много. Может быть для какой-нибудь добывающей корпорации это мелочь, но для нашей маленькой команды тут был клондайк. Цветные, редкоземельные, радиоактивные, металлы платиновой группы, благородные и, конечно, железо. Железом фонило всё, что неудивительно – самый распространённый металл во вселенной всё-таки. Многое из того, что предстояло добывать, было относительно равномерно размазано по всему участку и мне пока было трудно представить – как это всё перелопатить. Выделялись два участка поля, богатых ураном, а одна группа астероидов светилась прямо-таки самородным золотом.

Конечно, нас просветили, что золото в Содружестве не так ценно, как на Земле и других отсталых мирах, но мы же собираемся возвращаться домой! Так что тонну-другую захватить надо обязательно, так сказать, детишкам на молочишко. О, боги, как же приятно делить шкуру неубитого медведя! От мысли о парочке грузовых контейнеров в трюме, заполненных самородками, потеплело внутри. Да и «медведь» – вот он, допрыгнуть можно.

Отправив Шурика с Сергеем на гружёном боте распределять добывающих дроидов по делянам, мы приготовились приятно провести время в наблюдении за тем, как наши инвестиции сами себя окупают. Ага, щас. Первый сигнал о замене наконечника бура прилетел уже через двадцать минут. Следующий час прошёл в томительном ожидании, а потом началось: полный контейнер увези, пустой привези, наконечник поменяй, сервопривод на место присобач, сбитого пролетавшим камнем дроида на место верни…

К концу первой двенадцатичасовой смены мы оценили всю соль шахтёрского хлеба. Относительно бодрыми оставались только капитан, не покидавший своего поста и профессор, пока не участвовавший в работе в силу возраста и отсутствия нужных знаний, хотя, через пару дней подключился и он, благо, высшей математики в такой работе не было. Иваныч даже предлагал нам в капсуле отлежаться, но мы дружно решили, что это перебор, собственно физической нагрузки было не так много, просто усталось от постоянных мотаний взад-вперёд.

Дроиды в отличие от людей могли работать безостановчно, как конвейер, а вот нам, мясным, требовалось придавить подушку часиков по восемь-девять. Ну, хоть есть успевали в перерывах между «вызовами». Поэтому, собрав движимое имущество обратно в бот, сыграли отбой.

А на следующий день мы потеряли первого дроида. Где-то прохудилась антирадиационная защита и мозги трудолюбивого робота спеклись не то от космической радиации, не то от того, что он уран добывал. В общем, отложили бедолагу на запчасти, если новые мозги найти не получится.

К концу второй недели все попривыкли к такому режиму работы, перестав сильно уставать, зато начали уставать от однообразия. Полсуток «в поле», полсуток на корабле, и всё время в замкнутом пространстве. Немного спасали редкие выходы в скафандре «за борт», но психологическая усталость всё равно накапливалась. А к началу четвёртой подошли к концу расходники для дроидов и запас пустых контейнеров.

В обратный путь двинулись с чувством глубокого удовлетворения, но при этом в состоянии лёгкого отупения. В шахматы никто не играл, разве что в картишки с Эдиком десяток раз перекинулись. Молодёжь без энтузиазма пересматривала мордобой пополам с порнухой, вяло комментируя происходящее, и только наш престарелый аксакал был бодр и весел, обнаружив где-то в недрах медотсека заначку предыдущего доктора в виде планшета, на котором имелась неплохая библиотека арварских книг по медицине. А доктор-то, похоже, был фанатом своего дела, хоть и гнида пиратская.

Порадовавшись за Токмашева, я в очередной раз сходил в нашу «тайную комнату» – трюмовый отсек, вычищенный от хлама и теперь заполненный аккуратно принайтованными к переборкам контейнерами с золотом. Шестьдесят четыре контейнера, в каждом около тонны. Из них двадцать пять – с самородным золотом и тридцать девять с породой, имеющей высокое содержание. Лепота!

Валяясь на койке в собственной каюте, подумал, что неплохо бы конкретизировать дальнейшие планы. С момента пробуждения прошло уже около месяца, а качественно порефлексировать так и не удалось – то суета, то в голову не приходило.

Ладно, разложим по полочкам. В трюме, по нашим подсчётам, руды не менее, чем на полмиллиона кредитов, а если смотреть оптимистичнее, то и на миллион. К сожалению, более точно наши сканеры концентрацию не показывают. Если расширяться, то скромный потрёпанный грузовоз нам обойдётся минимум в сто пятьдесят тысяч, плюс ремонт и доукомплектование под наши задачи, итого – от двухсот.

Штат дроидов со всей расходкой придётся увеличивать раз в несколько, иначе мы будем грузовоз по полгода заполнять, это ещё не меньше трёхсот. Количество контейнеров в те же разы придётся увеличить.

Команду пополнять придётся тоже. Кто поведёт грузовоз? И пару ботов к нему надо, челноков комплект. Сменщиков на добычу. А это всё новые нейросети и базы. Самое интересное, что корабли тут стоят иной раз намного дешевле некоторых девайсов для улучшения мозга. Вот уже под миллион сумма подкрадывается, если не больше. Потянем? Ну, смотря как расторгуемся. Да и развлекухи надо будет запасти самой разнообразной – от книг и фильмов до какой-нибудь экзотики, о которой я сейчас даже не подозреваю.

Это всё – ближайшие планы. А что у нас по дальнейшим? Как жену искать будем? Да и других земляков там немало. Пока поиск Лиды совпадает с поиском координат Земли, никто не будет против. А дальше? Корабли, запас золота, дорога домой известна, не предложат ли мне товарищи дальше разбираться со своими проблемами самостоятельно? Ну, допустим, все согласятся. Мужики вроде все нормальные, все через похищение и криокапсулы пиратов прошли, не должны послать. И как будем действовать?

Начнём с того, что добровольно, как сказал Миша, никто нам координаты не отдаст. А это значит: во-первых, нужны быстрые и мощные корабли, не меньше трёх, как подсказывает опыт того же Михаила. Во-вторых, мощная абордажная команда, так как разносить лоханки лихоимцев на мелкий винегрет контрпродуктивно – нам от них информация нужна, а не факт их уничтожения. Ну и добришко, если стоящее попадётся. А чё, грабь награбленное – золотые слова. Ну и в-третьих – информация. Не шнырять же по всему космосу в поисках злодеев? Гораздо логичнее и рациональнее караулить на торных тропах, и уже там отлавливать и вдумчиво, без суеты обезжиривать.

Итак, корабли – это понятно: деньги и ещё раз деньги. Абордажников можно обучить, из тех же замороженных соотечественников, в крайнем случае нанять. Да и с Кергиловым поговорить стоит – его команда как раз этим и промышляла. В общем, тоже решаемо. А вот с третьим пунктом будет сложнее.

Если пираты, грабящие караваны, собственными набегами обозначают свои охотничьи угодья, то работорговцы предпочитают окольные пути, чтобы не попадаться патрулям государств Содружества. Тут уже нужен профессиональный подход к сбору информации, банальным частным детективом вряд ли отделаешься. Вот собственную контрразведку бы организовать… ну, это уже мечты. В общем, тут надо коллективно подумать.

– Товарищи, у меня к вам очень важный лично для меня вопрос, – начал я своё выступление, собрав всех за столом на следующий день, – вы все в курсе, как и почему я оказался здесь…

– Мы всё понимаем, Глеб, – недослушав мой спич выступил профессор, – ты для нас уже вон сколько всего сделал – из плена освободил, снабдил технологиями инопланетными, новые профессии дал, заработок организовал. Так что за всех не скажу, только за себя: хоть из меня воин тот ещё, но лично я тебе помогу, чем смогу.

– Да, Глеб, русские своих не бросают! – присоединился Эдик. – И про остальных наших забывать не стоит. Мы ж только одной из партий были.

– А я чё-то не въехал. Вы про что вообще? – подал голос Саня-студент, на что ему тут же всё расшифровали старшие товарищи и прозревший Шурик не стал выбиваться из коллектива: – Дык, вы же в курсе, я за любой кипеж, кроме голодовки! Куда вы, туда и я.

Серёга лишь молча кивнул, соглашаясь с остальными. А вот турок замялся, задумался. И только под вопросительными взглядами остальной команды тоже кивнул, пробормотав что-то вроде «ну, раз уж вместе начали, то можно и дальше».

– Фуркан, я же не заставляю никого, и всё понимаю – это моё личное дело. Когда получим координаты Земли, мы можем поделить всё добро, кроме корабля, и дальше ты волен делать что хочешь. Твоей доли золота хватит, чтобы дома сразу миллиардером стать, а какой-нибудь курьерский бот с гипердвигателем – не такая большая проблема, если сам не накопишь к тому времени, то поможем.

– Да ладно, чего мусолить, согласился уже. – буркнул техник, явно недовольный то ли своим решением, то ли своим конформизмом, а может просто не выспался.

– Ну вот и ладушки. Спасибо, мужики, без вас я реально не представляю как это дело вывозить. – хоть и не умею толком выражать свои чувства, но поблагодарил я товарищей от всей души и тут же, чтобы скрыть неловкость, поспешил перейти к делу, выкладывая всё, что надумал накануне.

– Кому как, а мне нравится, особенно «грабь награбленное»! – оскалился во все сорок два зуба капитан, а турок согласно закивал с уже более заинтересованным видом.

– Я так мыслю, что все три пункта вилами по воде писаны. – высказал своё авторитетное мнение Иван Иваныч, – Во-первых, как я понял, тут и территория Содружества не всегда и не везде полностью безопасна, а мы промышляем за пределами даже Фронтира, где хотя бы периодически военные патрули проходят. Так что наш удачный первый опыт – скорее дело случая, не стоит на него делать ставку. Во-вторых, каждое боестолкновение – это лотерея, особенно пока у нас нет многократного численного и технического превосходства над пиратами. И это я уже не говорю про абордаж! А про третье, Глеб, ты и сам сказал – без профессионалов в поиске такой информации не обойтись. Так что я предлагаю оставить продолжение этого разговора до тех пор, пока не продадим руду и не пригласим к обсуждению Михаила. Его опыт и связи наверняка внесут существенные коррективы в наше планирование.

– Ты смотри, как грамотно всё по фактам-то раскидал, – уважительно поджал нижнюю губу Эдуард, – сразу видно – человек наук!

Так под дружный смех, представляя облачённого в красно-синее трико профессора в затянутом паутиной медотсеке, за исключением традиционно не въезжающего в русский юмор турка, мы и закрыли тему.

– Короче, мужики, насчёт сбыта я договорился, как только маякну, подойдёт мой знакомец – оширский торгаш, – докладывал Абагай, прихлёбывая местный эрзац кофе, – просканирует товар на процентное содержание металлов и даст хорошую цену. Верить ему можно – мы давно дружим и в подставах он пока не замечен. Азиатов, ну то есть оширцев, тут мало, а он, как и я, бывший военный и спортсмен, только не по борьбе, а по какой-то своей рукопашке, на том и сошлись. Контейнеры я вам сразу отгружу, как только трюм освободите. Грузовоз подходящий есть и цена прям то что надо – всего сто двадцать косарей, но есть проблема: тихоход, плюс жилой модуль разграблен. Ну, то есть каюты, койки, даже пищевой синтезатор на поколение моложе вашего, но в остальном – голяк. Сами там глянете чё как, я-то не техник.

Едва ответив на стандартный запрос диспетчера станции, мы тут же связались с Михаилом, который безапелляционно заявил, что сначала к нему, а потом всё остальное. И чтобы не терять время, он предложил помощь в сбыте и некоторых приобретениях, пока мы преодолеваем оставшиеся до станции миллионы километров. Обозначив наши хотелки и пообещав интересный разговор, мы расслабились в ожидании прибытия.

Причалив к знакомому ангару, уже через минуту приветствовали алтайского батыра, который ещё через минуту докладывал нам о проделанной работе. Оценив грузовик, скинутый нам через нейросеть, пришли к выводу, что если комплектующие найдутся тут же и по приемлемым ценам, то приобретение стоящее.

Перейдя к отложенному в середине обратного пути разговору, мы всерьёз загрузили Мишу. Сначала он долго думал сидя за столом и цедя «кофе», потом ходил по кают-компании, разминая плечи и хрустя пальцами, после чего, наконец, усевшись обратно, заговорил.

– Насчёт кораблей всё просто: будут деньги – будут корабли, а пока можем только на пальцах прикинуть сколько чего нужно. Насчёт абордажа сложнее, но тоже решаемо. Мои наверняка согласятся – у нас и опыт есть, и большой зуб на пиратскую звездобратию, но нас мало, поэтому либо придётся из левых набирать, либо шерстите своих в заморозке на предмет профессиональных военных. На одну штурмовую команду у меня и своих запасов нейросетей и баз хватит. Но с боевыми имплантами и бронескафами придётся решать отдельно – это всё довольно дорогое железо и на каждом шагу не продаётся, особенно если не совсем рухлядь.

– Миш, по ценам на это железо хоть примерно можешь сориентировать? – прервал его я, подумав, что если отложу на потом, то могу банально забыть, а ведь это, судя по его словам – существенная статья расходов.

– Ну, только очень примерно. Чтобы иметь преимущество перед средним пиратом или работорговцем по всем статьям – защите, огневой мощи, силе и скорости реакции, нужно превосходство хотя бы на одно поколение, а это – начиная, скажем… от ста косарей на одного бойца.

«Нехило!», «Фигасе…», «Шо ж так дорого?», «Там целый корабль за сто двадцать, а тут на одного…» – послышались возгласы со всех сторон, кто-то просто присвистнул.

– Мужики, это я про снарягу не выше пятого поколения говорю, – ухмыльнулся борец, – а если брать от восьмого и выше, то там ценники минимум с шестью-семью нулями будут. Но и боец, в которого столько вложено, как правило, может в одиночку всю команду пиратов раскатать, включая абордажников, и даже не вспотеет. Ладно, с этим прояснили. Теперь по последнему вопросу. Свою контрразведку мы сейчас однозначно не потянем сразу по нескольким причинам: нам тупо не хватит ни денег, ни связей, ни времени. А вот воспользоваться услугами действующих контрразведчиков – дорого, но более реально. Один такой как раз моего вызова дожидается, чтобы руду вашу понюхать.

– Это в смысле оширец твой – контрразведчик? – спросил Эдик и, дождавшись утвердительного кивка, продолжил, – он что ли по пятницам контрразведчик, а по вторникам торгаш? Или как это тут работает?

– Да так же, как и везде: он из бывших, насколько люди его профессии вообще бывают бывшими. Но это фигня, главное, что у него могли остаться связи в его бывшей конторе, которыми мы можем воспользоваться.

– Что же это за контрразведка такая, которую можно как частного детектива нанять? – удивился Токмашев.

– Отечественную коррупцию вспомните, – скривил губы в усмешке бывший гладиатор, – а теперь умножьте на десять, или двадцать, как больше нравится. Вот примерно такая обстановка в среднем по Оширу. В военных конторах может поменьше, а может и наоборот. Ну, это вы сможете у моего знакомца сами спросить. Так что, зовём?

Получив от меня разрешающий кивок, Кергилов на полминуты расфокусировал взгляд, после чего доложил, что минут через десять можно встречать.

В означенное время из шлюза вышел странный азиат в таком же комбинезоне, как и мы все, только цвета охры, а не привычного уже серого. При ближайшем рассмотрении оказалось, что странность заключалась в очень бледном цвете кожи. Вспомнив, что в голове имеется универсальный коммуникатор, надо же привыкать к полезному устройству, спросил у земляка – чего это его друг такой блёклый. «А ты попробуй сохрани нормальный цвет лица, когда лет двадцать из космоса не вылезаешь», ответил Михаил.

Оширца звали Джау и странным в нём оказалось многое, начиная с несоответствия моложавой внешности и явно немолодой личности, заканчивая очень непривычными реакциями на многое в разговоре. Вроде ничего явного, за что можно было бы зацепиться вниманием, но в целом суммировалось какое-то ощущение чуждости. Допустим, с определением возраста у азиатов европейцы в принципе нередко затрудняются, но всё остальное… Ладно, спишем на то, что на других планетах не только языки и культуры отличаются, но даже мимические и жестовые реакции. С другой стороны, психология и физиология вроде одинаковы. Хотя, Миша вон, нормально общается, привык наверное, значит и нам надо привыкнуть.

– По итогу сканирования могу сказать, следующее: вот эти восемь контейнеров, – Джау вытянул руку в направлении одного из углов трюма, – не мусор, но близко к тому, насыщенность руды слишком мала, покупать не вижу смысла. Вот из этой группы, тридцать пять – хорошего качества сырьё, но цена на никель невелика, готов взять только из-за качества.

Пока оширец говорил, у меня понемногу портилось настроение: столько трудов и ожиданий, а на выходе полный облом? Судя по вытягивающимся лицам товарищей, у них мысли были аналогичные.

– Вот эти… не вижу сколько там, около сотни кажется, очень высокое содержание палладия и родия. Очень хороший товар. – тут наш коллективный энтузиазм дёрнулся было в обратную сторону. – Остальное здесь – смесь металлов и минералов среднего качества, зато довольно много. После взвешивания при разгрузке скажу точнее.

– Сколько это по деньгам выйдет? – не выдержал Фуркан.

– Около трёхсот тысяч кредитов. Точнее выяснится при взвешивании. – нечитаемая мимика инопланетного азиата начинала раздражать и, похоже, не только меня.

– А чё так мало-то? – на этот раз выразить общее мнение решил Санёк.

– Я же сказал, что относительно ценны здесь только вон те контейнеры с родием и палладием, они и составляют примерно восемьдесят процентов от суммы. – дружный разочарованный выдох сопровождался непонятными, но явно матерными эпитетами со стороны турка.

– А теперь перейдём к актиноидам. – на лице торговца впервые появилось что-то вполне узнаваемое, то самое выражение, когда самое вкусное приберегают напоследок и заранее смакуют обескураженность собеседника.

– К чему? – снова встрял Шурик.

– К актиноидам. – сделав морду тяпкой повторил Джау. – Вы же сложили радиоактивную руду в отдельном отсеке.

На этот раз дружный выдох был скорее облегчённым, хоть и сопровождался парой хлопков по лбу. Да, забыли про самую малочисленную, но и самую многообещающую часть добычи все, коллективно.

– И сколько же мы выручим за актиноиды? – с надеждой проговорил Иван Иваныч, а коллектив затаил дыхание, уставившись на оширца в ожидании.

– Уже сейчас могу сказать довольно точно: не менее одного миллиона ста тысяч кредитов. Очень богатая руда, такое высокое качество довольно редко в нашем секторе, поэтому цена соответствующая.

Тут все дружно заговорили, кто-то хохотнул, вроде бы Эдик, на него похоже, а Джау из подозрительного пришельца тут же превратился в дорогого гостя. Ещё бы, даже предварительная оценка оказалась почти в полтора раза выше самых смелых ожиданий. А я мельком подумал, что неплохо бы и нам такой сканер приобрести, а то наши плюс-минус сапог показывают. Ну и цены на полезные ископаемые нужно изучить подробно, чтобы не набивать трюмы дешёвым сырьём, на котором зарабатывают только горнодобывающие гиганты чисто за счёт масштабов конвейера.

Ну да ладно, первый блин пусть не комом, но как-то хаотично всё организовывали, с бухты-барахты, толком не изучив матчасть. Хорошо, что удачно попали, хоть и пальцем в небо. Но тут же сам себе поставил на вид, что впредь буду делать как привык: тщательная подготовка и только потом действия.

Прежде чем отчалить в сторону ангара оширца на выгрузку руды, пригласили его на переговоры. Поначалу напрягшийся было гость получил краткое разъяснение от нашего общего друга и уже с явной заинтересованностью двинулся в нашу «переговорную».

Узнав о цели переговоров, азиат не просто не удивился, а состроив буднично-деловое табло, выкатил буквально прайс-лист на услуги отечественной секретной службы. Слегка охренев от такого «продвинутого» капитализма мы дружно подвисли, осмысливая свалившееся на нас счастье.

Усилием воли приказав себе перестать удивляться, не на Земле всё-таки, иная цивилизация – иные нравы, я обратился к наиболее интересующим меня пунктам прайса. После чего охренел повторно. Ценник на актуальные разведданные о пиратах в секторе гордо отсвечивал семью нулями после двойки. А активное сопровождение операции по отлову злодеев кораблём разведки не ниже шестого поколения с соответствующей системой РЭБ – два с половиной миллиона в сутки. То есть на тот момент, когда мы будем технически готовы к началу охоты, в кармане необходимо иметь самое малое – двадцать пять миллионов местных цифровых пиастров. Ну и самому переговорщику тысяч сто, детишкам на молочишко.

Что ж, не астрономическая цифра, особенно на фоне результатов первой же экспедиции, но всё же, но всё же…

Договорившись, что свяжемся с ним так же, через Кергилова, когда потребуются его услуги, двинули корабль на разгрузку. И тут нарисовалась проблема. Ни у кого из нас не было личного банковского счёта, через которые обычно проводились такие суммы, и представительства банка на станции тоже не было, чтобы такой счёт открыть.

И снова выручил Миша. Со словами: «Мужики, я по любому с вами. У меня счёт есть, давайте его нашим общаком сделаем. Сгоняем на станцию или планету, где банковский филиал есть и там на нас всех его перерегистрируем».

Русские мужики восприняли его слова с пониманием и одобрением, а вот турок сощурился а-ля «собака-подозревака», на что алтаец резонно заметил, что тратить заработанное мы будем тут же и в самое ближайшее время, с его, Михаила, непосредственным участием. А на его, Михаила, личном счету денег существенно больше, чем поступит сейчас, но он готов их вложить в наше общее дело, так что нефиг рожу кривить, осман недобитый, Суворова на тебя нет.

При чём тут великий полководец, осталось только догадываться, но Фуркан пожал плечами и демонстративно отвернулся, дескать «делайте что хотите, я своё мнение лицом изобразил». А через пару минут Абагай скинул нам скрин сообщения о пополнении счёта на один миллион шестьсот двадцать тысяч кредитов. Оказалось, что контрольное взвешивание показало разницу со сканированием в нашу пользу ещё на двести с лишним килобаксов, что не могло не радовать.

Через двадцать минут, вернувшись к мишкиному ангару, ну а что, удобно и за аренду причала платить не надо, после короткого обсуждения нарезал команде задач: нашему османскому технику – составление списка покупок и подбор товаров на рынке по горнодобывающей технике и сопутствующим девайсам, профессору с Серёгой – расконсервация наших будущих шахтёров и подбор пилотов на грузовик, Эдик на посту в рубке, а мы с Шуриком и Михой на боте летим смотреть наш потенциальный второй корабль.

– Ну, что скажешь, как пилот? – спросил я Санька после осмотра, сканирования и результатов диагностики грузовоза.

– Черепаха. – ёмко отрапортовал наш второй пилот. – Такая же медленная, но крепкая.

– Так что, берём?

– Смеёшься? Берём, конечно. Состояние на четыре с плюсом, ну, если жилой модуль не считать. А трюм видел? Да в него наш корвет влезет. Если в ворота пропихнуть, конечно.

– Пропихивать ничего не будем, сам полетит. – деловито отрезал я, краем глаза наблюдая за приплясывающим от нетерпения продавцом очень характерной внешности – не то кавказской, не то арабской, – Только двигло на него сначала найдём. Что думаешь по двигателям?

– Гиперпривод у него примерно аналогичен нашему, но это нормально. А вот пространственный движок надо менять на что-то раза в три мощнее, чтобы хотя бы по прямой наравне с нами летал. Про маневренность даже не говорю – кирпич он и есть кирпич. Например, от фрегата класса пятого-шестого. Можно бы и седьмого, но тогда реактор только на него и будет работать, а нам надо бы и щиты на него навесить, и оружие хоть какое-нибудь.

Согласившись с мнением специалиста, я полез шерстить местный рынок. Вновь погрузившись в цифровое «купи-продай», отметил про себя, что для сравнительно небольшого сообщества, если можно сравнивать инопланетную космическую станцию с земным маркетплейсом, тут поразительно широкий ассортимент. Правда, следующее наблюдение расставило всё на свои места.

Во-первых, местный рынок оказался на более чем девяносто процентов вторичным. Новьё если и попадалось, то только среди мелочей, вроде баз знаний, расходников для дроидов или контейнеров, производимых прямо здесь. Всё что касалось кораблей, являлось исключительно бывшим в употреблении, причём преимущественно в долгом и отнюдь не бережном употреблении. Поэтому аналог отечественного авторазбора на станции, а скорее всего и во всём Фронтире, процветал.

А во-вторых, Содружество смогло сделать то, о чём на матушке-Земле пока только мечтают: оно создало универсальную модульную систему буквально всего – от кораблей до пистолетов. То есть теоретически двигатель от гражданской яхты аграфов последнего поколения можно присобачить к боевому хакданскому линкору поколения эдак третьего, и оно таки полетит. Правда, как, куда и надолго ли – одним ежам ведомо, да и тем вряд ли, если у них нет нейросети и соответствующих баз. У меня, кстати, тоже загруженные базы на линкоры не распространяются, поэтому и приходится апеллировать к ежам.

В общем, стало понятно, почему нужный двигатель, а точнее – система двигателей, нашлась так быстро. Приятным бонусом стало то, что продавец вызвался сам установить свой товар на нашу баржу в собственном ремонтном доке, правда, не раньше, чем послезавтра, ибо очередь.

Миша с арабом обменялись кивками, обозначив переход денег со счёта на счёт и кодов доступа от продавца к покупателю, после чего Саня, скормив бот объёмистому трюму, погнал приобретение к нашим.