Текст книги "Долгая интересная прогулка (СИ)"

Автор книги: Владимир Стрельников

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

Глава 37

Глава тридцать седьмая.

Я остановился неподалеку от торгующего всякой бижутерией и недорогой ювелиркой старика. Моё внимание привлекли несколько браслетов, которые висели на обычной тоненькой стальной арматурине. Пяток таких самодельных вешалок густо увешан браслетиками, цепочками, и прочими сережками.

Кстати, как минимум серебро, пусть старое. Но эти браслетики… тоненькие, чуть позванивают, под порывами довольно сильного ветра. И нифига это не серебро, а платина. Восемь штук, видно что два комплекта. Но не новоделы, старые. Минимум лет сто, а то и больше. В те времена платина не самая распространенная штука была.

– Как много денег просите за эти браслеты? – Я повернулся к невысокому мужичку, сидящему на невысокой скамеечке, и смолящему кальян.

– Надо же, хоть кто-то правильно задает вопросы. А то развелось англоманов, как много, как много… – отложив трубку, и весьма резво вскочил старикашка. Хотя, какой старикашка. Обычный черт.

– Хм. Только потому, что мама меня попросила сегодня не драться, позвольте задать вам вопрос – а какого вы тут делаете, уважаемый? И сколько народа вам продали то, что совершенно не собирались продавать. – я снял скрыт с перстней и атамов. Ну да, на нечисть мой скрыт действует тоже.

Черт отшатнулся, но тут же успокоился.

– Надо же, русский боевой архимаг. Давненько с вами не встречался. Давненько. С пятнадцатого года того века. – перешел на великий и могучий представитель недружелюбного инферно. – рад, что ваша матушка взяла с вас такое обещание, не хотелось бы бежать отсюда. А, так это вас показывали же по ТВ? Да, вполне может быть, что и бежать бы не пришлось, упокоить свыше пяти тысяч нежити одним ударом – вполне можете справится со старым и больным чертом. На ваш вопрос – на мне проклятие. Ангельское благословение. Я не могу обманывать людей, представляете? И в аду мне не рады, потому как оно заразно, потому меня исторгли. Вот, живу тут, торгую. Уже триста с лишним земных лет, еще почти двести осталось.

– Ого. – я с невольным уважением глянул на черта. Не врет, от него до сих пор силой света шибает. Читал я, что сильный ангел может так черта приласкать, но впервые вижу. – в таком случае, что это за платиновые браслеты? Они явно не здешние?

– Канадские. Работа индейцев-делаваров. Сделаны из платины, ты правильно сказал. Купил партию по случаю, причем продавали как серебряные. Купи, а? и вали отсюда, а то мой отворот скоро прекратит работать. – черт меня не боится совершенно. Сильнючий, зараза. Но да, драться с ним пока не за что. Реально, не за что. Наебать не пытается, просто стоим и базарим. Хотя, чего только не бывает.

– Так сколько стоит денег? – Я провел ладонью над браслетами. Нормальный фон, даже чернотой не фонит. Более того, веет какими-то старыми благословениями, песнопениями. Бубны постукивают. Шаман заклинал, что ли?

Сторговались не сказать, чтобы дешево. После чего поручкался со старым чертом, и порулил к себе домой в некотором ахуе. Чего по жизни только не бывает. Хотя, это Пакистан, Пенджаб. Тут как в Индии, триста миллионов богов. Так что чертяка самое то место для себя нашел. Никто на него особого внимания не обращает, мусульманские ассасины принимают за какого-то индуистского божка. Так и живет.

Не мое дело, в чужой монастырь со своим стаканом не лезут. Еще раз проверил браслеты – чистые. И реально, отголоски старого камлания еще звучат. Хорошо шаман тогда вложился. Спрошу Якова, если одобрит, подарю девчонкам.

Глава 38

Глава тридцать восьмая.

Дома в первую очередь пришлось делать капитальный втык девчонкам и демонам.

– Вы, головы чумные, о чем думаете? Карлыгаш, Амайя, вы же взрослые умные девушки, как вы могли повестись на идею этого хвостатого раздолбая? Пение богини вам послушать захотелось, это ладно, но для чего пытаться выложить все это в сеть? Вот хорошо, что я успел раньше, восславим за это всех богов. – Я уселся на один из шезлонгов, что стоят вдоль бассейна, неподалеку от барбекюшницы.

Поглядел на молча уткнувшихся взглядом в пол девчонок, на кота, сидящего с видом независимым, но виноватым, на Изеньку, что подкидывает в лапе скалку.

– Если бы не Изенька, то вы выложили бы это в сеть. Бинзи божественно поет, и это факт, и это необыкновенно и восхитительно. Но люди несовершенны и завистливы, для многих обгадить в сети оппоненты, написать гадкий комментарий на прекрасное исполнение и так далее отдушина, возможность безнаказанно напакостить. Кайя, вспомни, у нас в СССР в сети невозможно зарегистрироваться анонимно, и то, что творится порой. Не закрывают возможности публичного комментирования только потому, что это реальный способ сбросить пар населению, и огромное поле для очень удобных работ спецслужб, позволяет выискивать огромное количество недоумков, и просто дураков, что вполне могут попасться на удочку вражеских спецслужб.

А вы собрались слить в международную сеть запись пения богини. О чем думали? Вот если бы не Изенька – сто процентов, была бы уже куча отрицательных комментариев. Да просто из-за того, что Бинзи темнокожая, и очень красивая. Люди несовершенны, завистливы и злы. Увы нам, мы такие. И чтобы стать лучше, каждый из нас должен совершенствоваться. У человечества просто неисчерпаемый ресурс апгрейда, в любой из зон. Но это требует чего? Труда над собой, ежедневного и ежечастного. Вот вы обе, почему такие потрясающие фигурки имеете? Потому что обе спортсменки, обе занимаетесь йогой, обе занимаетесь рукопашкой, и очень серьезно. Но подумать не хотите. Марк сильный и умный, но что он, что Изенька – подростки. Тинейджеры, если говорить модно. У него нет вашего разума и опыта. – я поглядел на расстроенных девушек, на насупившегося Марка и довольную Изеньку, и махнул рукой. – Ладно, учтите на будущее. С богами вообще не шутить, не эксперементировать. Даже правительства очень осторожно относятся к работе с божественным. А тем более, здесь, на земле многобожества. Да, Пакистан уверенно движется по пути европейский стран, становясь моноконфессиональным, но произойдет это еще не скоро, и даже когда произойдет – через тысячи лет останутся следы. У нас языческие, старые боги и богини вполне себе действуют, богиня Мара, например, считается активно возрождающейся. Как Перун и Велес. Боги воинов и землепашцев-скотоводов очень популярны среди молодежи, да и среди старшего поколения им вроде как в шутку поклоняются.

А Бизни действующая богиня. Да, она речная, региональная, но богиня. Как она отреагирует на оскорбления и попытки поливания отходами жизнедеятельности? А, как думаете? И кому отольются её недовольство и гнев? А?

Помолчав, я продолжил.

– Мы обязательно выложим в сеть то, что позволила нам сохранить богиня. Я больше чем уверен, что она прекрасно понимает возможности звуко– и видеозаписывающей аппаратуры. И не удалила записи в том числе из-за желания прославиться. Но делать это будем по-умному. Покажем записи старшим товарищам, пусть они думают. В конце концов, в Коллегии магов существует специальный отдел, для работы с божественными проявлениями. Кроме того, такие вещи не делаются без одобрения светских властей. И еще – выложив эти вещи в сеть, вы обе вполне могли стать жрицами богини. Об этом подумали? Боги хитрые, идут на все, чтобы увеличить свою мощь, в том числи используют втемную людей. Короче, девушки, я бы вас отшлепал. Но это бесполезно, потому как ваши попы произведения искусства, сразу возникают другие мысли. А потому собирайтесь, поедем, погуляем. Я хочу посмотреть Сады Великих моголов. Сады Шалимар. Берите камеры, надевайте красивые платья, пойдемте, проветримся.

Девчонки усвистели как пули, а я постучал пальцем по макушке демона, и погрозил тому пальцем.

– Марк, косячишь. Хотя, ой не зря тебя Бинзи по макушке потрепала, совсем не зря. Она потрясная, но в сеть материалы уйдут только с согласия старших товарищей. Правда, не удивлюсь ни разу, если их специально по Культуре передадут. Такие записи огромная редкость, вряд ли товарищи из отдела пропаганды смогут запретить их демонстрацию. Но об этом у них самих пусть голова болит. Нам требуется отблагодарить богиню, и мы это сделаем, но сделаем тихо и умно. И да. Тебе прямой запрет на то, чтобы показывать кому бы то ни было записи с моих камер, каких бы то ни было. Балбес. – и я шутливо почухал кота. После чего поставил его к Изенька, а та стукнула его скалкой по макушке.

– Вот, и моя так же. – около бассейна приземлился ворон Аю-Аю, а на одном из шезлонгов развалилась призрачная медвежья туша. – короче, пробуешь снова и снова получать энергию из окружающего мира. Но только из окружающего, никуда больше не лезешь. Верхние и нижние миры для тебя в камлании пока закрыты, понял? В астрале ходишь как обычно, астральными проекциями, и как обычно – осторожно, не забредаешь выше третьего уровня. Рановато тебе еще. Уцелеть-то уцелеешь, но с потерями. Не стоит оно того. Пока, ученичок. Встретимся через неедльку, проверю успехи.

– Погоди, наставник. Глянь. – я протянул на ладони платиновые браслеты тотемному духу наставника.

Тот внимательно осмотрел, усмехнулся.

– Надо же, какие люди. Айки-индеец, ранняя работа. Давненько он их делал, давненько. Нормальные побрякушки, дари девчонкам спокойно. И сам за учебу. Не теряй времени.

Блин, и этот туда же. Ай, ладно, сейчас прошвырнемся с девчонками по городу. Лахор город контрастов, впрочем, как и любой капиталистический город. Нищета и блеск тут рядышком, буквально в паре метров друг от друга. Амайя знает это, она выросла в таком. А вот Карлыгаш девчонка неопытная, ей показушный блеск вполне может глаза замылить. Стоит провести экскурсии, показать, откуда миллиарды у богатеев. Почему вообще произошла у нас революция. Иногда, чтобы вырастить цветы, надо здорово повозиться с навозом. Вот я сейчас так и поступлю. Кайка девчонка из мажоров, пусть лично, своими глазами увидит изнанку капитализма. Она сама увидит, и поймет, что наши классики правы, что сама идея капитализма смертельна. Но как она заразна, как люди хотят быть выше других людей… не вместе, а выше. Да уж. Ладно, пойду умоюсь, и сейчас мои девочки выйдут, и потребуют восхвалений.

Точно, так и случилось выпорхнули мои красотки, и застыли, требуя немедленного восхищения. Правда, восхититься есть чем. Сильные, красивые, высокие. Обе просто прелесть, а не девчонки. О чем им и сообщил, после чего был аккуратно обчмокан, чтобы макияж не повредить, и я усадил девчонок в арендованную «тойоту».

По здравому размышлению, глайдеры не стал использовать. Да, их у меня три, вполне хватило бы полетать всем вместе, но Лахор не Калькутта. Весь в перетяжках, проводах, веревках. Тут такая паутина, что ангелы, наверное, перья теряют. Кстати, надо поискать будет. Редчайшие ингредиенты, просто ну очень редкие. А в таком городе вполне себе могут найтись, так что по развалам похоже.

Учеба что? Ну, сдам эти зачеты, в первый раз, что ли?

Старые, еще добританские сады, построенные последним из Великих Моголов, правящей индийской династией. Место, просто уникальное. Красиво, показушно, и ужасно запущено. Здания с облупленной штукатуркой. Которые подают как шедевры эпохи. Выщербленные каменные плиты дорожек и фонтанов. Выветренные помосты и колонны.

Очень странные ощущения в эфире. Тут древнейшая людская дорога, Великий Шелковый Путь, прямо тут проходит. Не одно тысячелетие здесь множество людей туда-сюда шарахались, погоняемые как жаждой наживы, так и просто тягой к новому и прекрасному. Потому потоки сложные, спутанные, и при этом некоторые из них чрезвычайно сильные. Власти знают это, и торгуют площадками для медитаций. Точнее, не самими площадками, а временем, что можно на них проводить. Толпы народа, я насчитал пару тысяч магов и магинь, и перестал. Не меньше семи-восьми тысяч, сидят вдоль каменных дорожек на ковриках-пенках. Сидят сутками, разгоняются. Халявная энергетика для богатеев, которые могут себе это позволить. Но да, разогнаться можно. Если пару лет так просидеть, то приподнимешься. Вот только когда работать, жить, девчонок любить?

Сила ради силы? А поднимут ли они жопу ради того, чтобы служить стране и людям? Властям Лахора стоило бы тут детвору сажать из магических школ и училищ, а не бабло стричь. Отдача была бы много выше. Потому как развитие нашего подрастающего поколения это наше будущее. Мы просто одна из ступенек для наших детей.

Это, кстати, не только у нас понимают. Власти англосаксонских стран изо всех сил работают над развитием своих магов. И да, у них это тоже получается. Учитывая, что народу с британскими корнями почти миллиард по всему миру, и они все, в принципе, организованы, то чудовищная мощь получается. Вот нам и приходится самим быть сильными. Иначе сожрут.

– Красиво здесь. – Кайка вздохнула, и косо посмотрела на меня. – Но ты ведь не только это мне хотел показать?

– Нет. Поехали, покатаемся. – и я повел девушек к автомобилю. Экскурсия сегодня длинная будет.

Лахор город древний, и мы помотались по нему часов восемь. Крутились по узким улочкам, заходили в лавки, пару раз перекусили в приличных забегаловках, где висели на вывеске мишленовские звезды. Ну да, в таких заведениях магический фон совершенно иной, сразу чувствуется. Заразу здесь не сожрешь, но и стоит в пару раз дороже, чем просто уличные забегаловки. Впрочем, мне тут не жить, отучусь и ладушки, появляться в любом случае буду набегами. Дистанционка она такая. А через пару годов и продать домик можно, или использовать как зарубежную резиденцию. О, так его в налоговую ведомость и впишу.

Уставших девчонок заносил домой на руках, те идти не захотели. Ну, поносить красивых девушек парням никогда западло не было. А уж мне своих тем более. Отнес в гостиную, уложил в кресла, снял обувь. Принес холодной минералки.

– Слушай, Амайя, у нас просто чудо, а не парень. – Кайка отпила холодной воды, поморщилась от лопающихся пузырьков. – надо бы его не упустить. Но об этом тихо, а то спугнем.

И зевнула. А когда я вернулся в гостиную, после того, как загнал машину в гараж, девчонки спали в креслах, забавно свернувшись клубочками. Как кошки. Ну и ладно. Я сам лег на ковер посреди комнаты, и уснул. Завтра будет новый день – поглядим что будет. На сегодня хватит впечатлений, эмоций и наблюдений. Завтра провожать Карлыгаш обратно, завтра мотаться по универам, получая документы и оплачивая обучение. Завтра много чего. Но то – завтра.

Мои демоны завалились у меня по бокам, и тихонько бдят. На планшет пишет Ви, просит полетать. Мол, соскучилась. Почему бы и нет? Все равно не спится.

Тихонько встал, и вышел, оставив фамилиаров охранять девушек. А сам прошел в гараж, где чуть обиходил свой глайдер, отстегнул тележку, и выгнал байк на улицу.

– Ты куда собрался? – сонная Кайка и не менее сонная Амайя вышли с парадной двери, и подозрительно на меня смотрели.

– Ну, полетать. Ночь-то какая. – я кивнул на огромную Луну. Вызвездило, небо ясное, теплынь.

– И я хочу! – Кайка встрепенулась, и ринулась в дом. – никуда без меня не улетай!

За ней следом бросилась Амайя, ну а я пожал плечами, и пошел снимать тележку с «Хускварны», и снимать с тележки «Кавасаки». Кайка летать умеет, пробовала на моем байке. Вот пусть на гоночнике и помотается за мной. А Амайя вполне себе с «хускварной» обжилась и справляется. Отдать гоночник Кайке, что ли? Спрошу, может быть, и возьмет.

Девчонки выскочили, одетые в джинсики и курточки. Ну, шлемы я им подготовил, объяснил маршруты движения, правила полета над городом, после чего я запросил у городской диспетчерской разрешения на взлет нашего звена, и мы взмыли в октябрьское ночное небо Лахора. Помотаемся, погуляем. Когда еще так удастся, просто и без забот покататься с красивыми и веселыми девчонками? Отпуска-то у меня считай все, не осталось две недели сожрет сдача зачетов в универах, надо сгонять в гости к сестрам, тоже минимум две недели, потому как они с разных краёв страны живут, одна в Находке, вторая в Константинополе. И все. Дальше служба.

Глава 39

Глава тридцать девятая.

Ночь, Луна, огромный город под нами, рядом две красивые девчонки на байках. Мечта. Если бы не одно но – интенсивность ночного движения над Лахором зашкаливает. Десять миллионов есть десять миллионов, вот доставщики на коврах-самолетах и носятся как ошпаренные, стремясь развезти как больше товаров и забашлять как можно большее. Их тут тысяч десять, не меньше. Хотя, ничего удивительного, чтобы управлять ковром-самолетом магические способности просто нужны. Видишь линии артефакта управления, можешь держать магические вожжи – все, пари. Подзарядка артефактов дело уже не твое, на семь-восемь часов лета хватит и очень немолодого ковра. А уж новенькие все двенадцать часов парят.

Основная масса небольшой грузоподъемности, килограмм по пятьсот. Но их тысячи, плюс везут просто в ключевые точки, откуда потом доставляют грузы или на грузовых мотороллерах, или на небольших машинках.

– Сколько их. – рядом зависли девчонки, и глядят на суету внизу. – Тысячи.

– Ага. Не зря персы с нами воевали из-за золотого руна. Тут половина ковров уже нашего производства, сама представь масштабы экспортных прибылей Союза только на коврах-самолетах. – Кайка согласно кивнула, а Амайя намотала на ус. Ей еще только предстоит научится жить в СССР, а это достаточно сильно отличается от той же Индии. Как для меня, так только в лучшую сторону. Да, богатеям не покуражиться, кроме как в нэпманских ресторанах, и то, после полуночи. Зато нищеты у нас нет. Вообще нет.

– Полетели на гоночный трек, погоняем. – Я встал на эшелон головным строя «клин», за мной пристроились девчонки. Байки полыхают бортовыми огнями, смотрится красиво и солидно. На коврах, кстати, сейчас тоже ставят бортовые осветители из довольно сильных светодиодных ламп. Нет бортовых огней только на метлах ведьм, но тем правила почти не писаны. Но и никто не отвечает, если влетит в ведьму на метле. Ибо каждый сам себе доктор.

Трек чуть за городом, раскинут над множеством рисовых чеков. Тоже мне придумали, утки, цапли, журавли… их тут прямо-таки тучи. Но наверное, для этого и сделали, гонщики распугивают птиц. Те же журавли могут так по полям пройтись, что людям ничего не останется. При этом журавли в международных красных книгах. Если фермеры будут в них стрелять, то могут налететь на огромный штраф. А так нормальные птицы сваливают подольше от чокнутых гонщиков.

Ну, по результатам гонки между нашими байками могу сказать, что конкурентов моей Ви нету. Нет, что «хускварна» что «кавасаки» быстрей моего байка, который я и проектировал как дальний тяжелый круизер, но тут главное, что моя Ви перехватила управление у байков девчонок, и не позволяет им гонять на полную мощность. Ну да, я коварен. Зато я победитель.

Но по одной разрешил гонять на полную мощность, благо что на треке только мы, ночные полеты на глайдерах не самое любимое развлечение среди богатой молодежи Лахора. Точнее, те гоняют ночью, по трассам города. Стрит-трейсеры, городское начальство плачет от них лютыми слезами. А сколько народу насмерть сбивают… каждый божий день хоть один бедолага, по попадет под тачку ебнутых гонщиков.

Девки налетались досыта настолько, что почти сразу после приземления уснули. Приняли душ, и вырубились. Я их пожалел, домогаться не стал. Пусть выспятся, утром домогусь. Карлыгаш улетает после полудня, завтра. То есть в понедельник послезавтра. Есть время для всяких глупостей и нежностей. И до всех, зря, что ли купил здоровенную и дорогущую иллюстрированную Кама-Сутру? Специально пару закладок вложил, чтобы не искать варианты, а потому заранее хихикаю и довольно потираю руки.

А потому взял кружку, налил в неё индийского хорошего вискаря, и уселся на крыльце, с палкой копченой колбасы в одной руке, кружкой с вискарем в другой, и парой планшетов в третьей и четвертой. Зачеты сами себя не сдадут, повторение мать учения. Да, у меня абсолютная память, но сложно вспомнить то, чего не знаешь. Вот и бегу по учетной программе универов, за первые четыре курса. Потому как тот же Инженерно-Технологический лучший в Пакистане технический гражданский ВУЗ. А биоприкладник очень хорош в химерологии и генетике, но при этом один из главных поставщиков государственных врачей для муниципальных больниц. Приходится прогонять в ускоренном режиме все те учебники, что мне скинула мама. А скинула она много. И наши, и не наши. Не поскупилась, наверное, всю свою электронку сбросила мне на почту. Правда, прямо сейчас обязательны к прочтению всего пятнадцать книг, отмеченных зеленой галочкой.

Вы составили планы на утро? Забудьте про них, у девушек найдется, чем заняться поинтереснее. Например, разбором покупок и их примеркой. Тот баул со спортивкой, что Амайя купила для Кайки, плюс трофейный баул для неё – все подверглось осмотру, оценке, примерке. Причем этим активно занимались обе девушки и демоница. Бедный котяра вышел на крыльцо, почесал своё… ну, короче, почесал.

– Ого. – я удивленно поглядел на интересный наборчик, что нашел в поисковике, совершенно случайно клипнув на рекламку магазина антикварных товаров.

Три лапоточка, и два клубка. Опять наследство беляков, прямо так и пишут. А пойду-ка я, сгоняю да куплю. Вдруг нечистики еще живые?

Предупредил девчонок, велел Марку охранять и беречь, и усвистал по адресу. На байке это недалеко.

Улочка с антикварными лавками сама заслуживает названия антикварной. Древняя, еще до британского завоевания построена. Но живая, шустрая. Толпы туристов, коллекционеров. Я на своем байке еле протолкался, да еще недовольные.

О, вот и та лавчонка, что мне нужна. Свернул к ней, подрезав пару вальяжных британцев, и завис около магазинчика. Только слез с байка, как мне по плечу прилетело тростью. Точней, попыталось прилететь. Уворачиваюсь, захват летящего с немалой скоростью древка трости, проворачиваюсь вокруг оси, продергивая тросточку на себя, локтем бью в голову благообразного джентльмена, выбивая нахуй прекрасно сделанные зубы. Джентльмен врезается в начинающего магичить партнера, вполне возможно, что и сексуального, у этих британцев пидоры через одного. Британцы врезаются в полицейский патруль, выбивая из рук сержанта рожок с фисташковым мороженным.

Полиция ото всей своей широкой пакистанской души лупит британцев деревянными палками, и забрасывает в грузовую рикшу, после чего увозят их, судя по всему, в участок. Ну а что, они что думали, я просто подставлюсь? Ни одна камера меня не покажет, полисмены меня не видели, агрессивность вызвали сами бритиша, со своей колониальной заносчивостью напав на полицию. А этого даже политики пакистанские не любят.

Покрутил в руках интереснейшую тросточку. Вытащил из нее короткую шпагу с какой-то нехорошей смазкой. Отравленный клинок, судя по всему, причем клинок-антимаг. Таким сквозь любой щит пробить можно, ничто не спасет. Кроме занятий рукопашным боем, естественно. Ну, что с боя взято, то свято, а потому убрал трофей в хольстер к пулемету.

– Мир вам, уважаемый. – вот везет мне на чертей. Снова представитель этого подвида демонов. – вот скажите, вас тоже ангел приласкал?

– Нет. Я искатель и романтик, понимаете ли. Раскручивать план, совращая людей, это уже неинтересно. Да и плохо воздействует, разве на самых примитивов. Антикварный бизнес намного интереснее, молодой мастер, знали бы вы, какие тут крутятся страсти. За некоторые экспонаты некоторые коллекционеры в пылу страстей вполне себе души закладывают. Ах какие интересные моменты, аж вспомнить приятно. Будем драться? – черт вытащил из-под прилавка трезубец, покрутил его в руках. Из-за приоткрытой двери выглянуло несколько бесов, я даже не считал.

– Знаете, вот неохота. – реально неохота. Вот не вызывает у меня желания свернуть ему рога именно этот черт. – давайте проведем несколько тренировочных спарингов, если вы не против, но попозже. Мне надо проводить свою девушку, потом беготня с поступлением на учебу, сдача зачетов. Можете быть уверены, что у меня точно появится желание свернуть вам рог-другой.

– Но-но. Знаете, сколько стоит полировка? А хорн-арт сколько стоит? Но против хорошей драки с архимагом, причем драки тренировочной, я не против. Договоримся. А сейчас, чем я могу вам помочь?– черт азартно потер руки. Ну да, рога у него блестят, расписаны какими-то сигилами, когти тоже расписные. Моднячий черт, по-другому не скажешь.

– Мой процент со ставок? – мне кажется, что черт меня разводит.

– Ой-вей, какие пошли меркантильные архимаги. Не то, что раньше, те готовы были драться за идею. – покачал башкой черт. Ну а я взял, и смахнул эту башку. Вот нечего быть слишком ехидным с боевыми советскими магами.

Одновременно поставил заглушку на вход, и принял на свои атамы трёх бесов, что кинулись на меня после гибели черта.

Пофиг, черти и бесы вне закона практически везде. Их усохшие тушки властям просто понравятся, полиция запишет их уничтожение на себя, а остатки лавки разграбят конкуренты. Ну а сейчас здесь шуршу я, проверяя товары на проклятия, распечатывая и грабя кассу, а то я прилично потратился. А тут три с небольшим миллиона рупий, пусть они в три раза дешевле индийских, но этооколо десяти тысяч долларов. Плюс те товары, что мне понравились, а тут мне понравилось много чего, пусть и по мелочи. Особенно пара сабелек, вроде той, что я купил за тридцать пять тысяч долларов у старика-некроманта в оружейных рядах, в состоянии, ничуть не худшем, нежели у Амайи. Кстати, насчет оружия. Снова «Zabala», снова десятый калибр. Только в этот раз вертикалка, новехонькая, в коробке. И MEK600, тоже новенький, под двенашку. И пара молекулярных гребенок, из Бирмингема, пятидесятых годов прошлого века, но в достаточно хорошем состоянии, плюс ювелирные лупы оттоль же. Два синусных столика, тоже бирмингемские, просто прелесть. Плюс подписки американских журналов, « Popular Mechanics» и «Scientific American». Тут подписки обоих журналов за тысяча девятьсот третий год есть, а так в основном тридцатые-сороковые. Интересно будет почитать. Но сто пудов, после отца, то пока не прочтет, не отдаст.

Загрузил все в пару неплохих дорожных саквояжей, которые соединил специальными ремнями, позволяющими перекидывать через вьючных животных. Ну, поверх своих черезседельных сумок кину, как раз будет. Нормально. Но увесистые получились баулы, увесистые.

Удачно я сюда зашел. И законы не нарушил, что особенно приятно.

Забрал то, из-за чего я сюда приезжал. Три лапоточка, два клубка. Интересно, это то, о чем я думаю?

Свинтил из антикварных рядов по-тихому, завис на пятистах метрах в скрыте, гляжу на реакцию почтенной публики. Ого, понеслось. Вопли, беготня. О, товары потащили, как шустро, будто тараканы. Все, разбежались, а к лавке подъехали SWAT, полицеские спецназеры на паре тяжелых индийских внедорожников. Ну все, я полетел.

Дома меня руки в боки встречали всей частной компанией, Кайка и Амайя. Демоны сидят, им интересно.

– И где тебя носит? – с каждым словом тональность изречений Карлыгаш меняется. Ну еще бы, я из саквояжа вытащил сабельки, и сложил их кольцом. Хмыкнул, позвал девчонок.

– Видите чего? – – я положил сабельки на небольшой столик для пикников.

Девушки переглянулись, первой приступила Карлыгаш. Воздела руки с палочками (ну, хоть какой-то прогресс, вторую палочку взяла) над оружием, сосредоточилась. Чихнула.

– Два проклятия для будущих хозяек. Противные, но очень тонкие. Просто так не заметить. – отчиталась девчонка, потирая ладошкой нос.

– Да, плюс еще одно, на этой. – кивнула Амайя, активировав свои перстеньки. Скромные относительно, из вольфрама, но качественные, арсенала в Ишапуре. Весьма приличного качества изделия, надо сказать. – снять могу, работы на пару дней.

– Тут еще пара есть, вот здесь. – я указал на место соединения гарды и рукояти. Но это самое паршивое. В момент, когда от этого удара будет зависеть ваша жизнь, сабля надломится. Но поправляемо, просто освятить нужно. Чертовщина это, она просто в любой церкви снимается. Сходим вечером, тут неподалеку католический костел есть. Кстати, семнадцатый век, если верить путеводителю.

На остальном, к моему удивлению, проклятий не было. Вообще, ничего не нашел. Ни на журналах, ни на инструментах, ни на ружье. Не, ружьё-то понятно, испанское, у них освящение со стадии отливки стали идёт. Не зря ружбай на дальней полке лежал, царапал он черту чуйствительную задницу.

– Так, торжественный момент. – Я выставил лапоточки и клубки около камина в холле, и произнес формулу вызова нечисти.

На лапоточках появились домовой, банник и овинник. А из клубочков пара кикимор.

Домовой осмотрелся, и поклонился мне в пояс. После чего девчонкам, но сразу обеим.

– Челом тебе, княжич. И вам, боярышни. Дом у вас пуст, позволите взять под свою руку?