Текст книги "Эмиссар пустоты (СИ)"

Автор книги: Владимир Мясоедов

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 21 страниц)

– О…– Помолчав немного, хлопнул себя по лбу Давыдов. – А это случайно не в императорском дворце было? Я вроде чего-то такое краем уха слышал…

– Тама, – подтвердил архимагистр со спокойным кивком. – Да нас тада много хто слышал, я почитай чуть ли не на весь город орал, када чуть на ноль усё польское дипломатическое представительство не помножил…Император с меня, значица, даже слово взялъ, шо никого из тех дебиловъ не убью, да в ближайшие три дня не трону. Три дня, стал быть, ужо полтора часа как прошло. И я, дык, не убиваю…

С воплем, полным ужаса, испуга и обреченности, взмыл втрое выше и без того высоких стен гостиного двора какой-то мужчина, одетый в потертую, перепачканную и местами обугленную мантию волшебника, что так нравились по какой-то причине большей части европейских одаренных. Только вот он явно не взлетел, как положено нормальному опытному одаренному, а прыгнул куда-то вверх не особо контролируя вектор своего движения подобно человеку-кузнечику, поскольку ноги этого типа оказались непропорционально большими и толстыми из-за покрывающих их массивных земляных башмаков, видимо и сообщивших этому начинающему геоманту подобный толчковый импульс. Однако то ли сбежать, покинув пределы комплекса, то ли просто расшибиться об уличную брусчатку по собственной дурости у мага земли то ли первого, то ли второго ранга так и не получилось. За ним с куда большей скоростью, четкостью движений и даже каким-то изяществом прямо по воздухи рванули те, кто просто не мог быть никем иным кроме специализированным летучих штурмовиков-абордажников. Их доспехи хоть и выглядели собранными из разных комплектов, но содержали в себе даже больше магии, чем у их топчущихся по земле коллег, что было видно по яркости сверкания рун и драгоценных камней, а кроме того тела данных бойцов опоясывали многочисленные ремни с гранатами, пистолетами, запасными клинками и иным оружием, которое летучая пехота имела обыкновение разбрасывать где придется, поскольку во время настоящих схваток перезаряжаться или убирать его в ножны им, как правило, оказывалось просто некогда. Словно атакующие ястребы они накинулись на беглеца и принялись буквально играть им в футбол, отвешивая несчастному таких пинков, что тот без всякой магии мотался по небу туда-сюда, к земле особо не приближаясь.

– Да, вы не убиваете, – согласился подполковник одного из столичных отделений полиции, наблюдая за тем, какое мастерство и выучку демонстрируют подчиненные архимагистра. Лично он так не смог бы, хотя летать и умел…И в воздухе держится хуже, и удары ногами у него, если честно, слабоваты по сравнению с этими мордоворотами, иногда чуть ли не размазывающимися в небе от скорости движений. – А ваши люди тоже будут держать себя в руках? Не то, чтобы я им или тем более вам чего-то приказывал или, упаси Господи, требовал…Если бы я попробовал, то надо мной бы смеялась вся полиция, все жандармы и все стрельцы заодно, даже происходи дело на поминках…

– Даже не сумлевайтесь – будутъ! Я, стал быть, очень качественно попросил ребят своих, того, токмо по-дружески немного проучить наглецов ентих для острастки. – Покивал архимагистр, даже и не думающий вставать с обреченно булькающего поляка, который в грязи все тонул, тонул, да никак не мог захлебнуться. Одаренные вообще являлись существами очень живучими и выносливыми, не даром если их кто-то официально казнил, то обычно через сожжение на костре с последующим развешиванием пепла. В большинстве случаев – действовало… – Кстати, мне ж, того-этого, давно спросить хотелося…А нафига целых три, понимаешь, службы, шо занимаются туточки плюс-минус тем же самым? И полицая, и жандармы и даже, стал быть, стрельцы специализированные, московские, которые за пределы столицы и носу-то не кажут почитай…

– Ну, исторически так сложилось, – развел руками Мирон, которому тоже казалось, что занимающихся защитой правопорядка служб и ведомств у них в столице перебор, даже если не считать всякие специализированные подразделения вроде военной полиции, царской охранки и боевых монахов Священного Синода. Давыдов бы с большим удовольствием жандармов и городских стрельцов сократил и влил в ведомство своего прадеда…Только вот жандармы и городские стрельцы, вероятно, думали про полицейских примерно то же самое, а крышу в боярской Думе имели как бы даже не более заслуженную! – Я тут, вот честное слово, вообще не причем!

– Дык, а все-таки? – Продолжал любопытствовать одаренный седьмого ранга, покуда его люди продолжали гонять обитателей гостинного двора и в хвост, и в гриву. Неожиданно одно из зданий комплекса просто взяло и завалилось на бок, после чего звуки стрельбы резко стихли. Видимо вместо того, чтобы штурмовать укрепленную позицию, где кто-то из поляков продолжал оказывать сопротивление падающим, облаченные в тяжелую зачарованную броню личности предпочли просто взять и снести вражеское укрытие. – Может, расскажите, ежели не секрет?

– Да чего тут секретить-то? Все же знают! – Даже растерялся от такой постановки вопроса Давыдов, а только потом вспомнил, что по меркам высших магов его собеседник якобы молод, неестественно и невозможно молод для архимагистра и младше даже самого Мирона, по меркам волшебников стариком отнюдь не являюшегося, раза в четыре, если не в пять…Или же перед ним просто иностранец, а может какой-нибудь принявший человеческую форму выходец и из иного плана бытия, тихонько заменивший настоящего русоволосого здоровяка так давно и так качественно, что этого вообще никто и никогда не заметил. – Вот перешли стрелецкие полки и жандармы на сторону Союза Орденов во время революции, доведенные до ручки царским пренебрежением, так не лишать же возглавивших их заслуженных государственных деятелей должности, тем самым тяжкую обиду нанося…А уже потом, когда Российская Империя возродилась, стряхнув оковы республики, ещё и полицию добавить пришлось, поскольку существовавшие на тот момент структуры понесли высокие кадровые потери в ходе чисток и со своей работой не справлялись…

– Командир, сопротивление врага окончательно подавлено. – Сделал краткий доклад архимагистру здоровенный змеелюд, котрого ещё несколько секунд назад рядом не было. А потом облаченный в ещё больше увеличивающие его массивную фигуру доспехи, сделанные из черепов и костей и каких-то жутких тварей, просто прополз сквозь стену гостиного двора, оставляя после себя дыру, куда бы нормальные люди смогли промаршировать по трое в ряд. – Ну и сортировку пленников мы тоже провели. Нашли троих трусишек и парочку не боящихся оголить свои телеса ссыкух, котоыре пытались среди рабов спрятаться.

– Дык, с каждым таким хитрованом, вне зависимости от пола, поступить вдвое строже чем с прочими пленными, хто не руководство. Ну а с невольниками – как обычно, – коротко распорядился одаренный седьмого ранга, на миг развернувшись к своему подчиненному, прежде чем снова взглянуть на Давыдова. – Да ты, стал быть, не бойся! Тама усе равно не сдохнет никто. У меня народ понимающий да понятливый собрался, ну а целительное, того-этого, образование, почитай у каждого четвертово имеется! И они строгий наказ получили, шобы чичас без трупов обошлося и не больше дюжины переломовъ на каждого обычного супостата в итоге пришлося.

– Кхм…Ну…Дюжина переломов, это по-божески, – решил начальник полицейского участка, который, в общем-то, признал действия архимагистра вполне справедливыми. Раз он счел, что его обидели – значит его обидели, пусть расплачиваются за собственную глупость…Да, и признаться честно, не слишком-то Давыдов поляков любил. Многие из его родственников с ними воевали, и пусть некоторые с тех войн вернулись с наградами, славой и богатыми трофеями, но некоторые как раз-таки не вернулись вообще. Причем если они попадали в плен к противнику, то смерть их, как правило, не была ни быстрой, ни легкой…Ну а владелец гостиного двора? Отстроится, отмоет следы крови, может похудеет в процессе слегка, ему не вредно будет и вообще, лес рубят – щепки летят. – Только чего ж тогда ваши люди столько времени с ними возятся, а эти придурки так орут без передыха?

– Дык, я же сказал, образование целительное али курсы санитарные хотя бы продвинутые у каждого четвёртого там. – Пожал плечами новоиспеченный боярин, которого прочие бояре, а именно самые опасные, властные, могущественные и жестокие люди страны, приняли в свой круг. – А потому ребята переломы-то полякам делают, а апосля ужо енти переломы чинютъ…И снова потом кости-то берут да ломаютъ, а оно-того, дело это долгое и сложное, особливо когда без наркоза операции проводятъ и пациенты пытаются расползтися. Ломают-то им кости, значица, не поперек, а вдоль!

Пролог
Судебный

В самом центре того, что люди вот уже не одну тысячу лет называли Гипербореей, обычно добавляя к данному слову эпитет «легендарная», обычно было тихо, темно и пусто. Но – не сейчас.Зажигались под высоким потолком магические светильники, что заняли свое место в данном помещении намного раньше, чем был уложен хотя бы один камень в основание первой из Египетских Пирамид. Исчезала в никуда пыль, буквально обращенная в ничто бытовыми заклятиями такой силы и сложности, что они бы и каким-то чудом заявившегося сюда без соответствующего разрешения и документов архидемона аннигилировали, поместив одного из хозяев нижних планов в категорию «вредители». Вспыхивали пламенем на состоящих из чистого золота стенах выложенные драгоценными камнями всех цветов радуги гербы родов и царств, о которых в нынешнюю эпоху даже самые лучшие археологи мира могли банально ничего не знать. Хотя большую их часть, скорее всего, больше заинтересовала бы не историческая ценность данных символов, а сугубо материальная стоимость самоцветов, самый маленький и невзрачный из которых был размером с кулак, а также содержал в себе достаточно магической энергии, чтобы украсить собою корону практически любого из ныне живущих королей.

Несколько слоев защиты, способной выдержать даже божественный гнев, а после автоматически ответить с ничуть не меньшей мощью, окружило массивный трон, предназначенный для правителя государства. Телепортировались из хранилищ внутрь покрывающих стены ниш заклятые на нерушимость и неизменность массивные золотые пластины, изрезанные гиперборейскими рунами и представляющие собой сборники законов, прецедентов и исключений из общих правил. Ибо сердце Гипербореи было пробуждено от своей едва ли не вечной спячки не просто так, а чтобы стать залом суда! Бесспорного, ибо более высшей инстанции, нежели эта, в данном государстве не существовало, и существовать не могло. Бескомпромиссного, ведь высшей власти этого места, считающей себя также вправе решать судьбу всего мира, не имело смысла идти на какие-то сделки с обвиняемым или же потворствовать очернению невиновного и тем вставлять палки в колеса работе собственного государства. Бессмысленного, ведь трон пустовал уже давно, очень давно, так давно, что у живых людей с тех пор успело с десяток исторических эпох смениться…

Пустовали места для придворных, что могли бы давать советы своему монарху или же должны были бы выполнять какие-то дополнительные следственные мероприятия в том случае, если их царю вдруг это понадобится. Пустовали места трех летописцев, обязанных независимо друг от друга вести хронику заседания, дабы не было в нем не упущено ничего. Пустовали ряды кресел для зрителей, пусть не имеющих права голоса, но допущенных по тем или иным причинам на заседание. Пустовала отдельная кабинка, где следовало бы расположиться свидетелям со стороны обвинения и её зеркальная сестра, предназначенная для тех, кто мог бы попытаться высказаться в защиту обвиняемого. Пустовала ложа жрецов. Пустовал пост палача. Пустовало…Да все пустовало, ибо в сердце Гипербореи вот уже многие тысячи лет не было ни одного живого человека, если не считать того, кто прямо сейчас стоял в цепях на месте, предназначенном для самых опасных, знатных или известных преступников страны, не в силах ни пошевелиться, ни лишний раз вздохнуть, ни как-то использовать свою магическую мощь, которую в любом другом месте назвали бы как минимум впечатляющей, ведь одаренные шестого рангаавтоматически считались представителями высшей знати, чьи действия или бездействие будет во многом определять судьбу этого самого государства, а также его соседей. Только здесь и архимаг бы оказался столь же бессилен, как и простой смертный, если бы того вдруг решили в сей зал привести и судить. Ведь именно архимаги, числом восемь, как раз и удерживали цепи, фиксирующие пленника. Мертвые архимаги. Лиц их было не видно, поскольку те скрывались за искусно сделанными золотыми масками, однако вот пергаментно-серые кисти рук, унизанные разнообразными цепями, перстнями и браслетами, определенно принадлежали покойникам. Да, вполне себе целенаправленно двигающимся, невероятно могущественным и, вероятно, вполне себе разумным, однако ходячий труп, как ни крути, все же оставался ходячим трупом и люди, за очень редким исключением, никогда бы не пожелали себе такой судьбы.

– Пред троном Гипербореи ныне предстал благородный мятежник Олег Коробейников, что присягу свою принес наместнику города Эртеж, взявшему власть над градом тем после того как его господин, благороднейший и царственный мятежник Кащей, некогда в ходе мятежа заявивший права свои на трон Гипербореи, но не сумевший подтвердить их и позорно бежавший от неминуемо ждущей его справедливой расплаты, недоступен стал и царство свое утратил, а все вассалы, воины и старшие слуги его погибли. – Монотонно вещала на древнем и почти позабытом ныне в мире языке сфера синего света размером с крупный футбольный мяч, замершая в воздухе над первой ступенькой пустующего трона. – Обвиняется сей благродный мятежник в присвоении себе имени благороднейшего и царственнейшего мятежникаКащея, уничтожении мятежного града Эртеж, а также ряде разбойных действий, предпринятых против мятежных…

– Пред троном Гипербореи официально протестую против духа и буквы обвинений, прозвучавших сейчас! – Перебил его осужденный, который шевелиться или моргать лишний раз не мог, а вот в свою защиту, к своему собственному удивлению, высказался. Причем, даже раньше, чем хотел, буквально не сумев удержать язык за зубами. Хорошо хоть сформулировать слова, едва ли не самостоятельно вырывающиеся из его рта, смог в том духе, в котором писались предназначенные для аристократов и волшебников гиперборейские книги, которые он когда-то читал. И даже говорил на почти исчезнувшем языке он почти без акцента….Кажется. – С Кащеем меня перепуталчокнутый престарелый оборотень, у которого от возраста явно начал прогрессировать маразм! Я к появлению в его голове ошибочных представлений о действительности, бредовых теорий о моем истинном происхождении и прочих галлюцинаций никакого отношения не имею, а значити отвечать за них не должен!

– Пред троном Гипербореи с благородного мятежника Олега Коробейникова официально снимается обвинение в самозванстве и присвоении себе имени и власти благороднейшего и царственнейшегоКащея, – не стал спорить с его словами синий шар, чем изрядно удивил пленного волшебника, что уже ничего хорошего от итогов текущего судебного разбирательства не ждал. За себя он не то, чтобы совсем не боялся, но к перспективе отправиться в мир иной относился и без особого душевного трепета…Поскольку точно знал – душа есть, и свою он как минимум никому не продал! Да и привык немного к ощущению почти стопроцентной вероятности скорой собственной гибели, покуда на фронтах Четвертой Мировой Магической Войны зарабатывал свои награды, ну и просто выжить старался. Только вот в самое сердце погибшей древней цивилизации он попал далеко не один, а вместе со всем семейством. – А поскольку было оно наиболее тяжелым и определявшим использование высших церемониальных придворных протоколов Гипербореи, топервопричина сего заседания снисходит с уровня коронного преступления на уровень обычной государственной измены и благородному мятежнику Олегу Коробейникову возвращается та часть тех неотъемлемых прав, которыми он обладает как представитель сословия Бессмертных, что положена по закону.

Цепи, фиксирующие единственного живого человека на многие десятки или даже сотни километров в любую сторону, заметно ослабли, а сам он получил возможность свободно дышать, вращать глазами в любую угодную ему сторону и даже с ноги на ногу переминаться, что по сравнению с предыдущим состоянием смотрелось едва ли верхом свободы и комфорта!

– Радует, что за мной тут признают наличие хоть каких-то прав, – осторожно произнес чародей, с легким хрустом разминая шею. Не то, чтобы ему это действительно требовалось – даже без применения активной магии организм одаренного шестого ранга не испытал бы серьезных проблем от пребывания головы в неудобной позе. Собственно ему эту самую голову один раз как-то даже от тела отделить пришлось, но быстро приделанная обратно на место, причем без посторонней помощи, она потом особого дискомфорта не доставляла. – Но вместе с тем и сильно настораживает, что я не могу прекратить говорить то, что думаю.

– В зале совета, что находится перед троном Гипербореи, невозможна прямая ложь или же жонглирование искусно дозированными частицами правды. – Не без гордости сообщил ему синий шар. – Цени привилегию нахождения в нем, мятежный варвар, что получил место в рядах аристократии нашего великого царства, ибо находиться здесь для тебя – великая честь!

– Ну, это определенно тот ещё уникальный опыт, равного которому в моей жизни раньше не было. – Хмыкнул чародей, не без интереса оглядываясь по сторонам. В основном, правда, интересовали его не местные красоты и даже не трон правителя древней погибшей сверхдержавы, а мертвые архимаги, продолжавшие сжимать концы зачарованных цепей. Волшебник не питал иллюзий на счет того, что мог бы справиться со всеми из них…Уничтожить одного, вероятнее всего ценой жизни, можно было бы попробовать, но без каких-либо гарантий успеха. Однако такой командой, даже без учета всей другой нежити, големов и прочих существ, ныне «населяющих» Гиперборею и наверняка готовых защищать её сердце до последних мгновений своего существования, его бы заломали без особого труда. Интересовало же живого человека то, сколько в мертвых людях осталось от их прежних личностей, поскольку он полагал вполне вероятным свое скорое принудительное превращение в нечто подобное. И, кстати, был знаком с ходячим трупом, которому его статус покойника не то, чтобы совсем неудобств не доставлял, но все-таки и не мешал быть далеко не самым поганым в этом мире человеком, а заодно одним из лучших на планете специалистов в избранной области. – Кстати, в уничтожении Эртежа я так же свою вину признавать отказываюсь! Его взорвал сам наместникКащея, вернее то существо, которое вынужденно стало исполнять его функции после того как все Бессмертные проживавшие там превратились черт знает во что, а я о том, где находится система самоуничтожения и как она активируется, тогда попросту не имел ни малейшего представления! Да и сейчас не имею, хоть вопрос и более не акутален. Плюс куда полезней мне бы этот город оказался целым, чем в виде дымящей дыры в земле особо крупных размеров…

– Пред троном Гипербореи с благородного мятежника Олега Коробейникова официально снимается обвинение в уничтожении мятежного града Эртежа, – не замедлился со своей реакцией синий шар. – Его сопернику за лидерство в мятежном граде Эртеж из-за неоправданного использования столь презренной и расточительной тактики как самоуничтожение града, находящегося вне угрозы захвата противником или же прорыва ужасов экзестенциальных, засчитывается техническое поражение. Благородному мятежнику ОлегуКоробейникову присваивается техническая победа в восстании и звание наместника града Эртеж. Также с благородного мятежника Олега Коробейникова снимается обвинение в государственной измене, но благородному мятежнику Олегу Коробейникову предъявляется обвинение в преступной халатности государственного масштаба, повлекшей уничтожение града Эртежа!

– Эм…Ну…Ладно. – Смешался с мыслями новоявленный правитель одного из гиперборейских городов, пусть даже уже уничтоженного. В голове его судорожно крутились мысли и те обрывки законодательства Гипербореи, которые он изучал в попытке не взять обитавших в покинутых твердынях Кощея тварей под контроль, так хотя бы переброситься с ними парой фраз и тем выиграть время, прежде чем дело дойдет до использования и боевой магии. – Наместник, так наместник, вполне неплохой статус как по мне…Только вот наместник чего? Эртеж же уничтожен! И, кстати, а почему в его уничтожении вдруг становлюсь виноват я, если города нет уже давно и виновника произошедшего на этом заседании уже установили, а должность эту мне даровали только сейчас?

– Любому уничтоженному однажды граду Гипербореи должно быть отстроенным вновь, ещё более величественным и могучим, чем он стоял прежде! – Не замедлился с ответом его странноватый собеседник. – Так было, так есть и так будет впредь, поскольку таков закон! И раз ты являешься наместник Эртежа, то и отвечать за его процветание или упадок должен ты! Это – тоже закон!

– Ну если закон, то тогда конечно…Какое там значение объективная реальность может иметь, если есть законы, ей противоречащие… – Хмыкнул пленник, немного подергав свои цепи и явно проверяя границы доступной ему свободы. – Кстати, а ты вообще кто такое, раз подобной логикой пользуешься? Или что? Какие у тебя есть полномочия, чтобы выносить в этом зале судебные решения и кто тебе их даровал?

– Я – Секретарь! Секретарь трона Гипербореи и царской канцелярии, что в силу необходимости и за отсутствием иных дееспособных кандидатов исполняет также функции главы палаты летописей, верховного судьи, начальника воинского приказа, первого казначея, директора института метафизических исследований… – Перечисление должностей, иной раз звучащих весьма громко и вычурно, продолжалось долго. Очень долго. Так долго, что единственный слушатель успел основательно так заскучать, а также прийти к довольно однозначному и единственном возможному выводу. Забавная синяя светящаяся сфера может быть и не выглядела грозной, но в данный момент она, по сути, являлась хозяином всей Гипербореи или, по крайней мере, того что от неё осталось. И в самое сердце древней сверхдержавы ни одна из сверхдержав нынешних так и не смогла пробиться, хотя пытались они все, и временами даже могли в чем-то временно объединять свои усилия. – Документация, подтверждающая мои полномочия, будет предоставлена по запросу, если запрос этот будет произведен тем, кто имеет на подобные запросы право и оформлен по всем канонам придворного документооборота Гипербоери!

– Бррр! – Даже головой помотал пленник, которого извращенно-бюрократическая логика собеседника приводила в нечто среднее между ужасом и надеждой. Ужасом от того, что это он серьезно так мыслит. Надеждой на то, что это н серьезно так мыслит, а потому обладатель разума, умеющего шевелить извилинами немножечко нешаблонно, имеет перед этой штукой преимущество. Знание о наличии у него хоть какого-то преимущества, пусть и самого незначительного, немного успокаивало единственного живого человека на много-много километров вокруг, ведь преимущество в виде всех знаний Гипербореи и каждого защитного механизма древней сверхдержавы, включая тех же немертвых архиличей, находилось сейчас на стороне синего шара. – Какие жуткие канцелярские обороты ты изрекаешь…Да и думаешь, похоже, тоже ими…Уважаемый Секретарь, а вы случайно не искусственное существо? Что не нежить, не демон, даже на духа вроде бы не сильно похожи, я уже вижу…

– Случайно – нет. Специально – да! – С достоинством и некими нотками гордости откликнулся хозяин помещения, исполняющий обязанности правителя павшей сверхдержавы. Правителя столько же эффективного в своей деятельности, сколько и бессильного в чем угодно, выбивающимся за рамки доступных ему шаблонов. – И хотя на самом деле меня действительно мало чего связывает с обычными или даже совсем необычными духами, формально тем не менее я отношусь именно к данной категории существа. По запросу его величества я был создан как секретарь и советник, что в сути своей есть продолжение чар, жизнь государства проверяющих, контролирующих и направляющих, а потому может одновременно заниматься тысячью дел, помнить все обо всех и обладает нерушимой верностью Гиперборее и её законам, уложенной в основу моего бытия! Сначала были созданы цепи, что не давали будущей опоре трона в моем лице ни на шаг отойти от своего предназначения по вине внешних сил или собственных капризов, а потом, как своеобразный узор из этих цепей, была соткана и моя личность, что физически не способна помыслить о нарушении своего долга!

– Значит, искусственный дух. Слышал и даже немного читал про таких существ, обладающих развитым интеллектом, но при рождении получивших столь жесткий импринтинг на законы Гипербореи, что успехи любых известных мне менталистов на его фоне выглядят песчинками у подножия горы. – Кивнул каким-то своим мыслям пленник. – Что ж, в таком случае я принимаю ваше право выносить вердикт пред троном Гипербореи, уважаемый Советник….Там более преступная халатность государственного масштаба вроде бы звучит лучше, чем государственная измена, да и наказываться должна не так строго…. А мой статус благородного мятежника можно пересмотреть? Вернее, статус мятежника? Я ведь восстал не противГипербореи и даже не против Кащея, который как бы тоже стал мятежником, причем намного раньше, чем меня вообще угораздило появиться в этом мире, а исключительно против его наместника, а вернее даже того, кто исполнял обязанности наместника, поскольку больше никого достаточно разумного там не осталось…

– Мятежник восставший против мятежника все равно остается мятежником, и добавлением нескольких новых мятежных звеньев в эту цепочку ситуации не меняет. – Отозвался Секретарь.

– То есть, как это не меняет? – Нахмурился, возмутился и даже несколько обеспокоился собственным будущим его собеседник. – Ты же сам только что назначил меня наместником города Эртеж, и твои слова противоречат кодексу законов Гипербореи, том семнадцатый, законы для истинной знати и политические, глава тридцать четвертая! Там прямо сказано, что в соответствии с законами Гипербореи победа делает акт мятежа легитимным способам прихода к власти!

– Никакого противоречия нет. Победа,прошение вышестоящему руководству о том, чтобы она была признана заслуженной и присяга ему же! – Поправил его Секретарь, пока немертвые архимаги вновь поятнули пленника к выходу. Вернее, даже не потянули, а понесли на вновь туго натянувшихся цепях, ибо хотя тот упирался изо всех сил, у давно погибших одаренных восьмого ранга, которые вдобавок и магией пользовались без каких-либо ограничений, грубой мощи были на порядки больше. У каждого. – Да, не удовлетворить это прошение и отказать в присяге без приведения по-настоящему серьезных аргументов против сего шага нельзя, но тем не менее это не автоматическая процедура…А потому ты – наместник города Эртеж. И ты все ещё мятежник…

– Пред троном Гипербореи я приношу свою верность престолу Гипербореи! – Припомнил пленник самую известную ему официальную формулировку из древних законов, воспользовавшись тем фактом, что тронный зал по своим размерам больше соответствовал какому-то небольшому дворцу, который мог бы поместиться здесь весь, от самых глубоких подвалов до флюгера на крыше, а несущие его к выходу архиличи все-таки шли, а не бежали, летели или телепортировались напрямую в нужную место. Вряд ли они этого не могли, скорее уж какие-нибудь внутренние протоколы их от проявления непочтительной суеты удерживали. – Прошу о мудрости и справедливости, дабы теми, кто стоит выше, знает больше и может лучше,были оценены по существу мои притязания и прегрешения!

– Прошение о прощении грехов и возможности принести присягу верности трону Гипербореи благородным мятежником Олегом Коробейниковым, наместником города Эртеж зафиксировано, – тотчас же согласился синий шар, действующий и думающий согласно шаблонам, заложенным в него при создании этой штуки, ближайшим аналогом которой является искусственный интеллект. Хотя в данном случае у древних мастеров получился не столько искусственный интеллект, сколько своеобразный искусственный идиот-савант, отменно справляющий с поставленными ему задачами, но абсолютно бессильный во всем остальном. И вероятность того, что нечто подобное произошло в результате случайности, выглядело презрительно малой величиной. – Как только это прошение будет рассмотрено царем, вам сообщат. Ожидайте…

– Стоп-стоп-стоп! Как благородный мятежник и представитель сословия Бессмертных я прошу возможность выплатить виру! – Заорал преступник, которого немертвые архимаги продолжали нести к выходу из помещения, которое могло следующего своего живого посетителя дожидаться с десяток тысяч лет, не говоря уж о вынесении какого-то там вердикта царем Гипербореи, учитывая что данная должность была вакантной уже какую эпоху. – В соответствии с кодексом законов Гипербореи как представитель сословия Бессмертныхя, если мне не вынесено приговора об окончательной казни, могу искупить свою преступную халатность! И за остальные преступления, тогда уж тоже заодно штрафы выплачу, а именно за разбойное нападение на Колыбель Монстров…Больше за мной ведь ничего не числится?

– Больше – ничего, – после краткого молчания подтвердил синий шар, который ничем так и не соизволил пошевелить, но покорные ему архиличи, тем не менее, остановились. – И – да, возможность выплаты виры за преступление в виде преступной халатности, пусть даже государственного масштаба, предусмотрена законами Гипербореи. Только средств, имеющихся у вас на счетах государственных банков, будет недостаточно…Да у вас там нет вообще никаких средств! А со всякими ростовщиками из числа варварских народов закон не позволяет мне работать и отпустить обвиняемого в столь тяжком преступлении благородного мятежника я тоже не могу…

– В таком случае как насчет возможности выплатить виру работой на благо государства? – Не замедлился с ответом пленник, которому очень не хотелось в компании своей семьи ожидать в тюремной камере смерти то ли от голода, то ли от старости…С учетом того, что последняя ему, в принципе-то, даже не грозила, поскольку одаренные шестого ранга в силу одного лишь возраста тупо не умирают. – Это ведь приемлемый вариант?