Текст книги "Королева джунглей"

Автор книги: Владимир Бобров

сообщить о нарушении

Текущая страница: 15 (всего у книги 23 страниц)

Глава десятая
Австралийские диковины

Попасть в Австралию – заветная мечта всех зоологов и просто любителей животных. Вызвано это не столько богатством, разнообразием и красочностью животного мира страны, сколько его музейной уникальностью. Когда 300 лет назад в Австралию прибыли первые поселенцы из Англии, они с изумлением обнаружили, что многие живые существа здесь совершенно не похожи на тех, что остались на родине. Гигантская птица эму не могла летать, лебеди были черные, почти все млекопитающие вынашивали детенышей в сумках на животе, а некоторые из них откладывали яйца. Своеобразие австралийской фауны объясняется прежде всего изолированным положением этого материка. Так как Австралия была отрезана морями от всего мира с начала третичного периода, здесь отсутствуют многие группы животных, но зато сохранились те, которые в других районах земли погибли из-за конкуренции с более молодыми формами, в Австралию не попавшими. Благодаря изоляции многие примитивные формы жизни сохранились в виде «живых ископаемых». Среди них откладывающие яйца млекопитающие (утконос и ехидна), сумчатые млекопитающие, двоякодышащие рыбы. Австралию можно назвать страной сумчатых, хотя опоссумы есть и в Америке. Однако здесь сумчатые заняли большинство экологических ниш, продемонстрировав тем самым результат успешной адаптивной радиации. Их в этой стране более 150 видов, начиная с гигантского кенгуру длиной 3 метра и кончая крошечной сумчатой мышью (10 см в длину). Основное отличие сумчатых от всех остальных млекопитающих – это особенности их размножения. Новорожденные у них – крошки, по сути дела, еще эмбрионы, но заползают в сумку самостоятельно, без материнской помощи. Там они накрепко присасываются к соскам молочных желез, этому способствует развитие утолщения на конце соска. Питание происходит пассивно: молоко впрыскивается в рот детеныша благодаря сокращению специальной мышцы. Дальнейшее развитие протекает в защищенной сумке, пока малыш не оказывается в состоянии временно или навсегда покинуть ее. Миллионы лет назад сумчатые населяли весь мир, включая Европу. В более позднюю эпоху сухопутный мост между Австралией и Юго-Восточной Азией ушел под воду. Острова нынешней Индонезии – его остатки. Но вот появились быстрые и проворные плацентарные млекопитающие, которым удалось вытеснить или истребить сравнительно примитивных сумчатых. В Евразии сумчатые погибли, не выдержав конкуренции, в Австралию же плацентарные млекопитающие не успели проникнуть до ее изоляции, и сумчатые, не испытывая конкуренции, образовали здесь многочисленные формы, конвергентные многим плацентарным млекопитающим.

Стоит ли говорить, с какой радостью я воспринял возможность посетить Австралию. В составе делегации российских герпетологов мне довелось участвовать во Всемирном герпетологическом конгрессе, который проходил в 1993 году в Аделаиде – столице штата Южная Австралия. Поездка эта стала реальной благодаря поддержке Фонда Джорджа Сороса, которому, я думаю, все российские ученые всегда будут очень признательны, но отнюдь не собственному правительству и парламенту, которые пальцем о палец не ударили для поддержки гибнущей отечественной науки, а в своих дебатах настойчиво требовали «урезонить финансового спекулянта».

Из всех австралийских диковин мне больше всего хотелось повидать коалу. У каждого зоолога, кроме той группы животных, которую он изучает, есть какой-то любимый зверек, который не входит в изучаемую группу, но к которому человек испытывает огромную, порой необъяснимую симпатию. Для меня таким животным с самого детства был коала.

Коалы, похожие на умилительных плюшевых мишек, нравятся всем. Это самое любимое животное австралийцев. У него очень симпатичная внешность: густая и шелковистая шерсть, крупные, закругленные, всегда настороженные уши, смешной, бульбочкой, нос. При взгляде на его вечно сонные глазки не подумаешь, что коала способен на что-то вредное. И действительно, он почти не вторгается в сферу человеческой деятельности: не травит посевов, не портит садов. При встрече с человеком эти симпатяги дружелюбны. Они прекрасно приручаются. Однако брать их в руки нужно осторожно, так как у них очень острые когти. В неволе коала очень привязывается к ухаживающим за ним и часто ведет себя как избалованный ребенок. Ручное животное не желает оставаться один и обожает ласку. За внешнее сходство с косолапым его называют сумчатым медведем. Систематики часто включают коалу в семейство лазающих сумчатых либо выделяют в отдельное семейство.

Длина тела коалы 60–82 сантиметра. Хвост снаружи не заметен. Вес взрослых особей достигает 16 килограммов. Волосяной покров густой и мягкий, светло-серого цвета с беловатым брюхом, он играет важную роль в терморегуляции и защищает от резких перемен погоды. Коала не строит себе жилища и может спать и на солнце, и под дождем. Спинка носа безволосая, черная, резко отграниченная от покрытых волосами участков. Выводковая сумка открывается назад (единственный случай среди лазящих сумчатых). Почти у всех сумчатых сумка открывается вверх, только у коалы и вомбатов открывается вниз. Это связано с тем, что в возрасте 6 месяцев детеныши коалы, после того как закончат питаться материнским молоком, переходят на очень своеобразную диету: в течение месяца они питаются полупереваренными матерью листьями эвкалипта, которые она выделяет через задний проход. Таким образом, мать снабжает малыша микроорганизмами, способствующими перевариванию целлюлозы.

Первые сообщения о коале датируются 1798 годом, когда некие Джон Прайс, принадлежавший к свите губернатора, и бывший каторжник Джеймс Уилсон отправились на рекогносцировку к юго-западу от Сиднея и повстречали коалу, написав в отчете, что в Голубых горах есть животное, называемое куллавайн, напоминающее внешне южноамериканского ленивца. Спустя четыре года французский морской офицер Барралье выменял на стрелы и топоры четыре лапы животного и, заспиртовав их в бутылках с бренди, отправил находку начальству. Вскоре он же добыл шкуру зверя, а потом и живого.

Название «коала» происходит от австралийского «kullawine» («ничего не пьет»). Коала действительно не пьет, ограничиваясь той влагой, которая содержится в листьях эвкалиптов – его единственной пище. Про эту особенность сумчатого медведя существует легенда. В давние времена одного осиротевшего мальчика Куб-Бора приютили неласковые родственники. Как и другие дети, он сам научился добывать пищу в эвкалиптовом лесу, но вот воды там было маловато. Мальчик только и думал, где бы напиться. Однажды, уходя на дальнюю охоту, родня забыла припрятать сосуды с водой. Когда жажда одолела Куб-Бора, он вдоволь напился. К полудню, в самый зной, его снова стала томить жажда. И Куб-Бор допил всю воду. Собрав опустевшие сосуды, мальчик повесил их на невысокое деревце, сам забрался на его вершину и завел длинную волшебную песню. Дерево стало расти, пока не вознесло вершину над лесом. Вернувшись с охоты, родственники не нашли запасов воды. Лишь пустые сосуды да Куб-Бор покачивались на ветвях самого высокого эвкалипта. Велико было негодование охотников – всем хотелось пить. Они кричали, звали мальчика, требовали вернуть воду, самые ловкие пытались влезть к нему на вершину. Он крикнул им, что воды больше нет. И тогда племя призвало на помощь шаманов, которые добрались до Куб-Бора и сбросили беднягу вниз. Окружившие тело мальчика родственники вдруг обнаружили, что он превратился в зверька, который направился к эвкалипту и тут же забрался на самую макушку. Вот с тех пор коала и не пьет. Во всяком случае, никто не видел его у водопоя. Миф утверждает, что коала раз и навсегда утолил жажду, еще когда был человеком, а биологи считают, что листья эвкалиптов, которых он поглощает в несметных количествах, а также роса и дожди – дают ему достаточно влаги.

Коалы обитают в эвкалиптовых лесах, где приспособились к жизни на деревьях. Они без труда влезают вверх по гладкому стволу и могут ловко перепрыгнуть с ветки на ветку, как обезьяны. Лапки у них короткие, но крепкие. Взбираясь вверх, коала ставит передние лапы под углом 45° на ствол, а задние в этот момент поджимает под себя. Так и карабкается, переступая шажками по 10–15 сантиметров. Сильные когти позволяют ему подолгу неподвижно сидеть на дереве. На землю он спускается, лишь когда нужно перебраться на другое дерево, стоящее так далеко, что не удается перескочить с одного на другое.

Коала – очень медлительное животное, питающееся листьями эвкалиптов определенных видов. Из более чем 500 видов эвкалиптов, произрастающих в Австралии, коалы едят листья всего 15–20 видов, причем каждая группа коал употребляет в пищу лишь два или три вида, притом разные. Это затрудняет их содержание в зоопарках, так как зверьков необходимо снабжать такими же листьями, как на родине, да к тому же каждый день свежими и в большом количестве. Собравшись поесть, коала захватывает ветку лапой, притягивает ее к себе и начинает перебирать листочки один за другим, изучая каждый на вид, на ощупь и на запах. Часто, тщательно обнюхав листок, зверек оставляет его на ветке и принимается за соседний. Питание листьями эвкалипта тем более удивительно, что в них иногда содержится сильный яд – синильная кислота. Установили, что, например, в побегах сахарного эвкалипта содержится достаточно яда, чтобы убить барана. Своеобразный специализированный способ питания одними лишь листьями эвкалипта стал возможен благодаря удлинению слепой кишки (до двух-трех метров). Этот абсолютный рекорд не побит никаким другим животным.

Коала ведет жизнь, соответствующую его малокалорийному питанию: этот зверек бережет энергию и очень мало двигается. Активен коала ночью. В дневную жару он дремлет, пристроившись в развилке ветвей и прислонившись спиной к стволу. Для этого природа снабдила коалу подушкой для сидения – жесткой кожистой нашлепкой на заду. Живет сумчатый медведь 11–13 лет, иногда до 20.

Кроме брачного периода, когда у взрослого самца обычно есть гарем из нескольких самок, коала живет один, и если кто-либо вздумает покуситься на его территорию, то он защищает ее очень решительно. Встреча двух самцов на одном дереве приводит к жестокой схватке – хозяин яростно атакует пришельца. Самки менее агрессивны и редко вступают в борьбу между собой.

В период размножения самец зовет самку характерным призывным брачным криком. В литературе любят повеселиться над ужасом новичка-переселенца, услышавшего ночью звук, представляющий собой «нечто среднее между храпом толстого пьяницы, скрипом двери на заржавленных петлях и ворчанием чем-то недовольной свиньи». Впрочем, «для чьих-то мохнатых ушей это прекрасная музыка, ведь это песня любви коалы».

Беременность длится 25–30 дней. В помете один детеныш. Малыши появляются на свет раз в два года, весят 5,5 грамма и имеют длину 15–18 миллиметров. В 6-месячном возрасте детеныш покрывается шерстью, достигает 20 сантиметров в длину и весит 500 граммов. После первых месяцев жизни, когда малыш питается молоком, он дней на 30 переходит на кашицу из полупереваренных листьев эвкалипта, а спустя еще месяц окончательно покидает сумку матери и переселяется ей на спину. В годовалом возрасте коала становится вполне самостоятельным. Половозрелость наступает в три-четыре года.

До появления на пятом континенте людей это животное было распространено здесь повсеместно, ведь врагов у него практически нет. Хищники отказываются от его мяса – может быть, потому, что оно чересчур пропитано эвкалиптовым маслом и отдает горечью. Только динго нападает на коалу, когда тот спускается на землю. Убивает эта дикая собака старых или больных животных. Здоровый взрослый коала способен дать отпор: прислонившись к стволу дерева, он наносит удары мощными лапами с крепкими когтями, так что динго не может близко подобраться к добыче. Сумчатые медведи настолько «пропитаны» эфирными маслами, содержащимися в эвкалиптовых листьях, что сами пахнут как ментоловая пастилка от кашля. Может быть, этот запах служит им хорошей защитой: не исключено, что именно поэтому в их шкуре не заводятся паразиты. Аборигены охотились на коал мало и старались не причинять им вреда, так как считали, что в этих зверьков переселяются души умерших детей. Испуганный коала кричит и «плачет» совсем как ребенок.

Опасны для этих животных только частые в Австралии лесные пожары, которые происходят из-за обычая фермеров ежегодно палить лес, чтобы расширить площадь пастбищ для все увеличивающихся отар овец: неповоротливые медвежата не успевают убежать от огня.

Появление в конце XVII века белого человека оказалось для коалы роковым. Белые переселенцы стали вырубать эвкалиптовые леса и тем самым положили начало его массовому вымиранию. А потом внимание торговцев привлек густой мех зверьков – толстый, теплый, чрезвычайно ноский, высоко ценившийся на мировых рынках. Лично мне кажется кощунственной сама мысль, что из такого беззащитного и очаровательного животного можно делать шубы. Что за выродки рода человеческого формировали этот чудовищный спрос, истории осталось неизвестным, но тем не менее началось настоящее истребление коалы. Только в Сиднее в 1908 году было продано 57 933 шкурки, а в 1924 году из восточных штатов было экспортировано два миллиона шкурок. Над сумчатым медведем нависла угроза полного исчезновения.

Первыми тогда опомнились Соединенные Штаты Америки и запретили ввоз шкур в свою страну. Австралия же продолжала бездумно разбазаривать ценности, которыми обладала. Так, в 1927 году, когда из-за хищнической охоты в штатах Новый Южный Уэльс и Виктория коала почти полностью исчез, штат Квинсленд, в котором он еще встречался, объявил «свободную охоту». За один только этот год охотникам было выдано 10 тысяч лицензий, 600 тысяч шкур невинных животных вывезли за границу. На защиту несчастного мишки встала местная общественность. Австралиец Эллис Трутон писал: «Кажется прямо-таки невероятным, что в цивилизованной стране такое беззащитное и к тому же редкое животное могло подвергнуться подобному безжалостному истреблению, и все только ради корыстной торговли и прибыли». В 30-х годах австралийцы наконец спохватились. Они обнаружили, что живые коала более красивы и ценны, чем снятые с них шкуры, и объявили этих животных охраняемым объектом природы. В 1927 году Н. Бернетт приступил с четырьмя молодыми коалами к созданию знаменитого Коала-парка в 20 милях от Сиднея. Через шесть лет Коала-парк насчитывал уже 65 обитателей. В настоящее время заповедник оборудован миниатюрными больницами, карантинными станциями и соляриями, где коалы обитают под наблюдением ветеринаров.

Сейчас эти зверушки распространены на востоке Австралии от северной части Квинсленда до юга Виктории и находятся под строгой защитой закона. Однако им угрожает исчезновение среды обитания – эвкалиптовых лесов. Большинство современных популяций коалы обитает в заповедниках или на крошечных лесистых островках. И если численность таких популяций возрастает, молодым коалам не хватает жизненного пространства. Тогда их отселяют в другие подходящие места.

…Наконец я в Аделаиде. Местный зоопарк впечатляет своей ухоженностью и размерами. Вот и вольера с коалами. Где-то наверху, в зеленой листве, развалился на ветках серый пушистый комочек и никак не реагирует на все попытки нетерпеливых туристов привлечь его внимание. К сожалению, ночью зоопарк закрыт, и прийти посмотреть, как коала кормится или просто разгуливает по веткам, не удастся. Но пусть мишка поспит – он и его сородичи так много вынесли, что заслужили право на свой привычный образ жизни.

Другое австралийское животное, которое произвело на меня неизгладимое впечатление своей трогательностью, – это вомбат. Внешне он несколько напоминает большого сурка или барсука. Похож вомбат на этих увальней еще и тем, что живет в норах, которые сам и выкапывает в земле при помощи острых когтей. Это одно из самых крупных в мире животных, роющих подземные ходы. Тело у вомбата плотное, широкое, голова круглая, с крошечными глазками и широким носом. На лапах длинные когти, прекрасно приспособленные для рытья. За считанные минуты вомбат может скрыться, зарывшись в землю. Его норы достигают порой 30 метров. Интересное приспособление имеет сумка вомбата: ее отверстие направлено не вперед, а назад, так что при копании земля не попадает в нее. Живет вомбат в Австралии и Тасмании. Целые дни проводит в убежище, лишь с наступлением темноты отправляется на поиски пищи. Питается травой, аккуратно срезая ее на уровне земли, как это делает газонокосилка. Также ест кору деревьев, корни. У него почти нет врагов – его грубую кожу практически невозможно прокусить.

Вомбат пуглив и осторожен, но приручить его легко. Он может жить в доме, его даже можно научить открывать дверь. У этого зверя хороший слух и нюх, но плохое зрение. Описаны случаи, когда вомбат сидел возле одежды своего хозяина, не подозревая, что самого владельца этой одежды дома нет.

Это безобидное и симпатичное животное. Тем не менее его главный враг – человек. Постоянно роя подземные ходы, вомбат иногда подкапывает ограды, за которыми прячутся овцы. В результате в загоны проникают динго и из загонов убегают овцы. Поэтому фермеры охотятся на вомбатов, травят и заманивают в ловушки в таких количествах, что во многих районах эти животные стали редкостью или истреблены.

Наши гостеприимные хозяева в свободный от заседаний день устроили поездку по окрестностям Аделаиды, где мы смогли понаблюдать за дикой природой этого уголка Австралии. От Большого Водораздельного хребта во внутренние области штатов Новый Южный Уэльс и Квинсленд, а с юга на север почти по всей длине континента простираются обширные участки редколесья и злаковники. Для тех, кто любит наблюдать за птицами, эта часть Австралии – страна чудес. Проезжая по дороге, можно увидеть, как стаи розовых какаду поднимаются с земли и, хлопая крыльями, летят в небо. С высоких приречных эвкалиптов кричат белые какаду с желтыми гребешками. Большие стаи мелких ярко-зеленых травяных попугаев взлетают с обочины, их догоняют щебечущие стайки маленьких небесно-голубых волнистых попугайчиков и желтых розелл.

Самая замечательная птица австралийских равнин – страус эму, его изображение заодно с кенгуру украшает герб страны. Эму широко распространен по кустарниковым песчаным пустыням и степям Австралии и Тасмании. Это преимущественно моногамные птицы. Перед началом кладки самец сооружает из травы, листьев и веточек платформу – гнездо. Насиживает только самец, который временами сходит с кладки в поисках пищи. В случае опасности страус убегает со скоростью скаковой лошади: по ровной местности – 50 км/час. Но и от галопа мало проку, если врагом этой птицы стал человек. Ведь эму едят траву и пьют воду, а значит, конкурируют со скотом. Вот почему годами проводилось беспощадное истребление страусов. Государственные учреждения даже выплачивали премии за удачный выстрел. Только с 1945 по 1960 год в западной части Австралии было уничтожено около 285 000 эму! Но времена меняются, и сегодня их охраняет закон.

По берегам водоемов гнездятся мириады водоплавающих птиц. Один из самых красивых представителей пернатых водоплавающих Австралии – черный лебедь. Прежде был весьма многочислен, а в настоящее время во многих местах истреблен. Живет на обширных болотах и озерах, поросших растительностью, гнездо в виде кучи болотных растений устраивает на небольших островках или на воде. Насиживает кладку из пяти – семи яиц одна самка. Гнезда строго охраняются самцами, которые встают в воинственную позу между плотно сидящей на яйцах самкой и нарушителем покоя. Самка тоже привстает с кладки и делает мощные выпады, вытягивая шею и угрожая клювом. Черный лебедь легко приручается и стал обыкновенной декоративной птицей в парках и садах Европы.

Естественно, нам довелось повидать и кенгуру, пожалуй, самых известных из всех австралийских животных. Первые европейцы, которые встретились с удивительным миром австралийской природы, были изумлены, увидев странных животных, быстро убегавших от них огромными скачками. Действительно, прыгуны кенгуру непревзойденные. Например, гигантские кенгуру, убегая, могут совершать прыжки до двенадцати метров в длину и до трех метров в высоту! Во время кормежки кенгуру передвигаются медленно, образно говоря, на трех ногах, так как мускулистый хвост подпирает тело при каждом шаге. Когда на них нападают, обычно пугливые животные становятся решительными бойцами. Опираясь на хвост, они наносят сильные удары задними ногами, пальцы которых вооружены острыми когтями.

Кенгуру очень разнообразны. В их семействе – 16 родов и 54 вида, населяют они Австралию, Тасманию и Новую Гвинею. Некоторые из особей чуть больше кролика, другие ростом более двух метров. Одни лазают по деревьям, другие населяют скалистые горы. Но большинство, питаясь степными травами, предпочитает открытые ландшафты. Несмотря на значительные различия в размерах для всех кенгуру характерно внешнее сходство. Кенгуренок значительно дольше остается в сумке матери, чем детеныши других сумчатых. Она служит ему надежным убежищем и позже, когда малыш уже проворно скачет. Порой не верится, что такой здоровяк способен поместиться в сумке. Но, поджав ноги, малыш стремительно исчезает в кармане на животе матери. К сожалению, излюбленные места обитания кенгуру с появлением поселенцев из Европы были превращены в пастбища для овец и коров. А так как растительность на жарких и сухих равнинах Австралии очень скудная, то каждый пучок травы был на счету. Поэтому фермеры стали бороться с прожорливыми прыгунами, из-за которых несли огромные убытки. Вот они и расстреливали этих животных десятками тысяч.

Почти все кенгуру, за исключением древесных, ведут наземный образ жизни и передвигаются на задних ногах прыжками. Да-да, есть и живущие на деревьях. Увидев такого на дереве, многие удивляются – уж очень непривычно. Населяют древесные кенгуру Новую Гвинею и северо-восток штата Квинсленд. По земле они бегают так же хорошо, как и обычные сородичи, – скачками. Но и ловко передвигаются по ветвям, причем с деревьев спускаются только хвостом вниз. В процессе эволюции задние ноги у них укоротились и стали лишь немного длиннее передних. На всех пальцах есть длинные когти, помогающие им крепко цепляться за сучки и ветви. Большую часть дня эти древесные кенгуру проводят на вершинах деревьев, погрузившись в сон, а вечером спускаются на землю, чтобы утолить голод и жажду.

Знакомство с животным миром Австралии, даже мимолетное, оставляет глубокий след в памяти натуралиста, и возникает желание посетить эту страну еще раз, а может, даже и не один раз.