Текст книги "Улири (СИ)"

Автор книги: Владимир Коун

сообщить о нарушении

Текущая страница: 13 (всего у книги 20 страниц)

Так и не осознав до конца, что произошло, Ригал тяжело опустился на колени, а затем и вовсе рухнул на землю.

Еще какое-то время, его зрачки хаотично двигались в разные стороны, не видя перед собой ничего, кроме ног, стоявшего перед ними владыки Ксинхов. Они словно пытались найти хоть что-нибудь, за что мозг их хозяина смог бы зацепиться и понять произошедшее.

Так ничего и не выяснив, спустя минуту они замерли в одном положении, словно стрелки остановившихся часов и уже больше не двигались.

Переступив через мертвое тело, Мер-хан быстрым шагом направился к выходу. Нигде не задерживаясь, он миновал оба тоннеля и вышел на поверхность.

На улице было темно и шел проливной дождь. Штурмовой истребитель, ожидавший его находился в нескольких шагах от выхода. Рядом с транспортом дежурили четверо вооруженных солдат его личной охраны.

Не обращая внимания на капли воды, яростно забарабанивших по его телу, владыка Ксинхов решительно прошел к космическому судну.

– Дождешься группу зачистки, – обратился он к одному из них, – уничтожить все следы. Через два дня прибудет транспорт с новыми бурильщиками. Они продолжат работы. Останешься здесь, пока я не подыщу тебе замену.

– Слушаюсь, владыка! – поклонился воин, после чего, Мер-хан, уверенно поднялся на борт и занял предназначенное ему место.

– Тело Ригала сохранить, – добавил он позже, перекрикивая работающие двигатели, – как закончите здесь, скрытно доставишь его ко мне во дворец. Отвечаешь головой!

Получивший приказ Ксинх остался стоять под проливным дождем, в то время, как остальные солдаты последовали примеру своего господина и также заняли свои места на борту. Проследив за тем, как все устроились, он отошел на безопасное расстояние и истребитель, взревев двигателями, резко набрал мощность, отрываясь от земли.

* * *

Похороны. Никогда их не любил. И в своей прошлой жизни, всеми возможными способами старался избегать. А если не получалось, делал все возможное, чтобы сократить свое присутствие на этой мрачной церемонии до минимума.

Чувство грусти… нет… скорее ощущение пустоты, непременно витавшее в воздухе в таких случаях, пронизывало окружающую атмосферу насквозь. Тяжело воспринимаясь каждой клеткой моего организма, оно, словно черная дыра, высасывало жизненную энергию, оставляя после себя только отпечаток тоски внутри. И чем дольше это длилось, тем более опустошенным я себя чувствовал в последствии.

Но так было на Земле. А здесь, сегодня, все воспринималось иначе. Грусти не было совершенно. Печали тоже. Только злость. Ярость и обида от того, что мог и обязан был предотвратить случившееся, но, к сожалению, не справился…

Совсем недавно, несколько Митрангов погибли на моих глазах, сражаясь за свою свободу. Следствием чего, прямо сейчас осуществлялись действия, которые мы, люди, определили бы как похороны. Но, на самом деле, то, что я наблюдал, было чем-то иным.

У Митрангов, как и у нас, землян, существовала традиция прощаться с умершими. Только, в отличие от нашего понимания этого слова, они не использовали могил. Ни в земле, ни в воде, ни где бы то ни было еще они не оставляли тел своих почивших собратьев. Даже термин такой у них отсутствовал. Их раса не строила склепы и не жгла погребальных костров. Ничего такого, что для обычного человека было бы вполне естественным и, возможно, единственно верным в таком случае. У Митрангов же, наоборот, все происходило по-другому.

С момента совершеннолетия, каждый из них, обязан был иметь при себе некоторое количество особенного порошка. Где бы не находился Митранг, чтобы не делал. Наличие порошка являлось обязательным условием и неукоснительно выполнялось.

В случае смерти любого из них, ближайшие родственники и остальные желающие проводить умершего в последний путь, в кратчайший срок собирались на месте его последнего вздоха. И, уже после, вместе, вместо непосредственно похорон, посыпали его тело именно этим порошком.

Это вещество, а точнее определенная химическая смесь, вступая в реакцию с мертвыми клетками мгновенно и полностью разлагало их, превращая останки покойного в некое подобие пыли. Пыли, которая, в свою очередь, в процессе реакции, поднималась в воздух, излучая золотисто-синее свечение в течении нескольких минут. Ровно до тех пор, пока окончательно не растворялась в атмосфере, исчезая навсегда.

Провожая взглядом, тот самый, постепенно меркнущий в небе, золотисто-синий прах, Митранги прощались со своими близкими, родными, любимыми. А короткий отрезок времени, необходимый для протекания химической реакции, становился для них последней возможностью в жизни, когда еще можно было ощутить их присутствие рядом с собой.

Дальше, скорбившим оставалось лишь смириться со случившимся и хранить воспоминания о покойном в бескрайних глубинах своей памяти…

Вот и сейчас, я и еще несколько выживших, около шестидесяти пяти особей, с грустью наблюдали, как в небо поднимаются тридцать столбов того самого золотисто-синего света.

Рядом с одним из них, опустившись на колени, стоял Тарий. На нем не было лица. Стеклянные от горя глаза, смотрели куда-то перед собой, но казалось, не видели абсолютно ничего.

Позади юноши, на все происходящее с тоскою смотрела и Милина. Ее, на первый взгляд, невозмутимое выражение лица, скрывало бурю эмоций, бушевавших внутри. Она, всеми силами старалась ее погасить, но, несомненно, давалось ей это крайне непросто. Для меня, как, впрочем, и для всех остальных, это было очевидно. Глаза, в которых стояли застывшие слезы, красноречивее любых слов подтверждали наше предположение.

Некоторое время спустя, когда последний золотистый столб растворился в воздухе, на поляне не осталось и следа от погибших Митрангов.

После этого, оставшиеся в живых, мысленно проводя своих собратьев в последний путь, как по команде, сохраняя полную тишину, подошли к кронпринцессе. Выдержав короткую паузу, они склонили головы и по очереди, опустились перед ней на одно колено.

Еще до церемонии прощания, Милина пояснила мне, что погибшая на руках у Тария, девушка, являлась действующей принцессой. И в виду того, что среди них не осталось других представителей королевской семьи кроме нее, Милина обязана была взять на себя бремя правления, до тех пор, пока Высший совет не утвердит правопреемника по праву наследования. По поводу того, что из членов совета скорее всего никто не выжил, ей, как и всем остальным Митрангам думать хотелось в последнюю очередь. Тем более, что многие из них до сих пор продолжали верить, что некоторым на спасательных шаттлах все же удалось спастись…

Вспоминая ее рассказ, я предположил, что их действия, скорее всего, были направленны на демонстрацию доверия и покорности, а не желанием возложить какого-либо рода ответственность на и без того измученную девушку.

Спустя еще минуту появился и Тарий, задержавшись дольше остальных, он все – таки приблизился к кронпринцессе с аналогичными намерениями.

– Ваше Высочество. – смиренно произнес он и, опускаясь на одно колено, поцеловал ее руку.

– Поднимись, – почти шепотом попросила Милина, а затем продолжая громче, обратилась к остальным, – встаньте все, прошу вас. Не время сейчас для подобных церемоний.

Я прекрасно понимаю, как вам сейчас тяжело и страшно, вы ищете помощи и поддержки. Вы ищете покоя… Поверьте, мне они необходимы не меньше. Но, к несчастью, помочь нам некому. И спасения ждать неоткуда. Прямо сейчас, здесь, мы можем надеяться только на себя. Только на свои собственные силы. А их, к сожалению, почти не осталось. Поэтому, я и прошу вас, забыть на время наши обычаи и начинать собираться в дорогу. Оставаясь здесь, мы сильно рискуем. Поэтому, следует покинуть это место как можно скорее!

– Ваше Высочество, а есть ли смысл нам вообще продолжать куда-то бежать? – отчаявшимся голосом, прервал ее кто-то из толпы. – Нам все равно негде скрыться от проклятых Ксинхов. Их основной корабль ждет на орбите, и я почти уверен, что они до сих пор следят за нами. Очевидно, что появление на планете очередного отряда вооруженных солдат, лишь вопрос времени.

– Ты абсолютно прав. Наши враги не дремлют и в состоянии оказаться здесь в любую минуту. Это верно. Но такая ситуация не повод, чтобы опустить руки. Наоборот. Чувство опасности должно только сильнее сплотить нас. И мы будем двигаться, вперед несмотря ни на что. Двигаться из последних сил. Шаг за шагом, даже когда их совсем не останется. И делать это мы будем по одной единственной причине – мы должны выжить. Обязаны! И не только потому что элементарно не хотим умирать, мы должны сохранить нашу индивидуальность, нашу расу, память наших предков. Вот в чем смысл нашей борьбы. Не сдаваться, а продолжать противостоять тирании, сопротивляться ей! – решительно заявила кронпринцесса.

– Извините, Ваше Высочество, но вы говорите лозунгами. А на самом деле, что мы можем противопоставить вооруженным солдатам? – не унимался голос.

– Пока ничего, к сожалению. Да, у них есть оружие. А у нас нет. Да, их много, а нас мало. Это ни для кого не секрет. Но и оказались мы на этой планете не случайно. Безопасное место, к которому я веду вас, совсем рядом. До него уже практически рукой подать. И для того, чтобы добраться туда, от нас лишь требуется сделать последний рывок…

– На словах звучит просто… Каким образом его сделать и не погибнуть, вот в чем главный вопрос?

– Для начала перестать жалеть себя! – не выдержав повысила голос кронпринцесса, бросив грозный взгляд на говорившего. – Дым от горящих кораблей наверняка усложняет им наблюдение за тем, что здесь происходит. Иначе бы они давно уже были здесь. А вот нам, я уверена, он, наоборот, поможет. Мы сделаем вид, что хотим воспользоваться их шаттлом и улететь. На самом же деле, укроемся за обломками Ранийского крейсера.

Я почти уверена, Ксинхи собьют свой транспорт еще на взлете, также, как поступили с Раннийским судном. Уничтожив еще один корабль, они лишь ухудшат видимость и собственными руками сделают обзор данного участка совершенно невозможным, пусть и на совсем короткий период времени. Нам его будет достаточно, чтобы воспользоваться полученным шансом незаметно исчезнуть, укрывшись в лесу.

Когда Ксинхи сообразят, что их одурачили, мы будем далеко от этого места. И дальнейшее наше будущее будет зависит только от нас. Я верю в это и в то, что у нас все получится. Нужно лишь не отчаиваться и во всем помогать друг другу.

Впрочем, есть и другой вариант. Остаться здесь, дождаться врага и героически принять смерть от его рук. В сложившейся ситуации, выбор есть у каждого из вас, так что советую хорошо подумать, прежде чем принимать решение.

Милина сделала паузу и вопросительно посмотрела в лица Митрангов, ожидая реакции на свои слова. Только вот никто не проронил ни звука.

– Что скажите, вы со мной? – спросила она еще раз, уже более настойчиво.

Ответа все равно не последовало. Митранги, находясь в смятении, сомневались. Сомневались, потому что было страшно. И Милина понимала их чувства, не торопя с ответом. Где-то внутри она была уверенна в том, что они ей доверяют. Хотят верить, ведь на сегодняшний день, вера – это все, что у них осталось.

Выждав немного и, в итоге, приняв молчание своих собратьев за согласие, кронпринцесса распорядилась:

– Если вы соглашаетесь с моим планом, тогда не будем терять ни минуты. Мне нужно несколько добровольцев, которые помогут с шаттлом.

Трое Митрангов-мужчин охотно вызвались исполнить это поручение и направились в сторону космического корабля Ксинхов. Я решил не отставать и последовал вслед за ними, так как был уверен, что мой оцифрованный внутренний мир наверняка будет им полезен.

К моему удивлению, в шаге от нашей общей цели, Тарий остановил меня. Выставив руку напротив моей груди и, тем самым, не давая двигаться дальше, он обратился к кронпринцессе:

– Этот остается с нами?

– Я не поняла вопрос, Тарий? – встревоженно переспросила она.

– Ваше Высочество, вам не кажется, что он уже достаточно «помог» и теперь ему среди нас просто нет места? Я считаю, пора избавиться и от него лично, и от последствий его пребывания? Кучка выживших Митрангов навряд ли так сильно интересует Ксинхов. Скорее они за ним охотятся! Следовательно, пускай убирается как можно дальше и, возможно, они оставят нас в покое!

– Да что на тебя нашло?!

– Как же? Ведь это из-за него мы здесь, из-за него погибли наши друзья… из-за… из-за него погибла ОНА!

– Тарий, остановись…помолчи…ты не понимаешь, что говоришь и сейчас не самое подходящее время для истерик. – Милина решительно и в тоже время осторожно взяла его за руку, которой он удерживал меня, опустив ее вниз. – Ты обязан взять себя в руки. Поверь, мне не хватает ее также, как и тебе, как и всех остальных, кто погиб на этой войне. Всех, кого мы знали и любили. Но, искать крайних и виноватых, перекладывая на них ответственность, не позволительная роскошь для любого из нашей расы. Во всем, что происходит здесь и сейчас, виноваты только Ксинхи и развязанная ими бойня. И никто другой, слышишь?

В борьбе против них нам нужно объединиться. Всем, кто остался, с теми, кто может хоть чем-то помочь. Сплотиться и сражаться. Чтобы в первую очередь, уцелели те, кто еще жив. Тебе ясно?

Тарий все время, с уважением и покорностью смотрел на кронпринцессу, пока она говорила. Спорить смысла не было, как и времени. Перспектива оставаться в моем обществе, ему, конечно, не нравилась, но, Милина, несомненно, была права и Митранг прекрасно понимал это.

В конечном итоге, дождавшись, когда она закончит, он бросил на меня быстрый ненавидящий взгляд, а после, смиренно отошел в сторону, подчиняясь желанию кронпринцессы и давая мне пройти.

* * *

Ксинх-охранник, приближаясь к энергетической завесе, ведущей в тюремный блок корабля, отточенным движением взвел активатор на своей плазменной винтовке. Затем, уверенно прошел сквозь преграду и не спеша приблизился к водонепроницаемым дверям одной из четырех камер, расположенных в первом отсеке. Остановившись поблизости, он, первым делом, внимательно прислушался.

Со стороны такое поведение опытного воина выглядело странным. На данной палубе не существовало причин для осторожности. В большинстве случаев, сюда помещали только арестованных Ксинхов, нарушивших воинскую дисциплину. Других и тем более, опасных заключенных в этом блоке никогда не было, и вошедший только что охранник, об этом прекрасно знал. Однако сейчас, как, впрочем, и всегда, останавливаясь рядом с конкретно этой камерой, он продолжал серьезно нервничать.

Дело в том, что за преградой, находился один из самых отчаянных и в тоже время самых непредсказуемых солдат на этом космическом корабле, уже доставлявший ему кучу неприятностей в прошлом. А еще точнее – доставлявшая. Звали ее Салха.

Для представителей расы, Ксинхи заполняли тюремные камеры водой и помещали заключенного внутрь без защитных доспехов. Жидкость внутри меняли крайне редко, а чистку камер не делали в принципе. Для чистоплотных амфибий подобный подход не только серьезно влиял на условия содержания, но и максимально угнетал их как в физическом, так и моральном плане. Постепенно снижающейся по той же причине уровень кислорода, также не добавлял находящимся в заключении особям приятных ощущений и мог, со временем, даже травмировать некоторых из них.

Женщинам Ксинхов, в силу физических особенностей, переносить созданные условия было сложнее, хотя с военной точки зрения они являлись воинами не хуже, чем представители их мужской половины. Скорее наоборот. Такие же сильные и также хорошо разбирающиеся в оружии, они уступали мужским особям лишь в скорости передвижений. Но, зато, с лихвой компенсировали этот недостаток, врожденными ловкостью и гибкостью, делающих их, при необходимости, абсолютно бесшумными на поле боя. Что, порой, оказывалось куда более полезным. И уж в чем они точно превосходили Ксинхов-мужчин, так это в жестокости.

Салха и вовсе была из тех, кого сторонились даже опытные, побывавшие во многих сражениях, воины. Диверсант по призванию, она прославилась ни только подвигами на поле боя, но и буйным нравом вне его. За что регулярно попадала под арест, один из которых и длился прямо сейчас.

Причиной, как всегда, стала ее вспыльчивость. Устроив драку в лазарете, где она проходила реабилитацию после ранения пару недель назад и покалечив, при этом, троих охранников, Салха оказалась единственной, кого, в итоге, задержали и поместили в тюремный блок корабля. Подобная несправедливость нестерпимо злила ее и, следствием, служила основным источником агрессии, которую она постоянно вымещала, в первую очередь, на охране данного периметра.

В связи с этим, потоптавшись на одном месте какое-то время и, не услышав ничего подозрительного, охранник активировал визуализацию смотрового люка. Затем, сквозь мутную толщу воды, принялся внимательно изучать камеру изнутри.

Не сразу, но, он все-таки смог разглядеть в глубине силуэт того, кого искал. Салха неподвижно сидела на корточках в одном из углов камеры и, по первому впечатлению, не подавала никаких признаков жизни. Словно ничто вокруг не интересовало и не имело для нее значения. Только вот опытный воин, зная заранее непредсказуемость ее поведения, скоропалительных выводов делать не спешил.

Салху держали в камере уже шестнадцать дней и за это время, она ни раз пыталась доставить ему проблем и прочих неприятностей своим вызывающим поведением, а также нескончаемыми попытками покалечить. Из – за чего он уже давно прекратил доверять ей и ее, показному, кроткому поведению.

Сегодня он и вовсе решил для себя, что если Салха попробует в очередной раз выкинуть какой – нибудь финт, то ей точно не поздоровится. И даже тот факт, что она является любимицей генерала, ни в коей мере не повлияет на его намеренья. Субординация субординацией, а честь солдата превыше всего.

Все также держа оружие наготове и не спуская с заключенной глаз, Ксинх-охранник активировал ретранслятор.

– Салха! Двигай на выход немедленно. Тебя желает видеть генерал Халла. Твои доспехи доставят наверх через минуту, не заставляй себя ждать.

Сначала силуэт в воде никак не отреагировал на его слова, но, спустя некоторое время, медленно поднялся, выпрямившись. Затем замер, словно задумался о чем-то, а после, резко взмыл вверх, расталкивая воду вокруг, от чего волны побежали в разные стороны, всколыхнув и мусор, плавающий рядом.

Наверху девушку уже ждали два других охранника. Они помогли ей облачиться в доспехи, а после закрыли магнитные засовы на входе в ее бывшую камеру.

Довольно хмыкнув и презрительно улыбнувшись им на прощанье, Салха решительно зашагала в сторону капитанского мостика, про себя надеясь, что генерал послал за ней не из милости, а ради конкретного задания, которое, наконец, избавит ее от скучного времяпрепровождения на опостылевшем корабле. Подгоняемая приятными размышлениями, она уже спустя несколько минут прибыла на место.

Халла, в тот момент, как раз наблюдал за Митрангами, поднимающимися на борт его десантного катера. По причине чего, ни сразу отреагировал на ее появление.

– Господин! – Салха ударила себя кулаком в грудь и поклонилась. – Вы желали меня видеть?

– Да. – генерал повернулся в ее сторону. – Проходи.

Он указал рукой на место рядом с собой, и девушка-воин сделала еще несколько шагов вперед, приблизившись к нему.

– Как провела время на «отдыхе»?

– Замечательно. – не растерялась Салха. – Было время подумать и привести мысли в порядок.

– Рад, что «отпуск» пошел тебе на пользу. И то, что ты прибываешь в хорошем расположении духа, тоже весьма кстати. У меня есть особое задание для тебя, и я расчитываю, что, на этот раз, ты отнесешься к этому более серьезно.

– Жду Ваших распоряжений, генерал! – воскликнула она, предвкушая удовольствие от будущих сражений и схваток с противником, по которым уже порядком соскучилась.

Халла обошел девушку-воина и встал за ее спиной. Указывая рукой на голографическую проекцию, он поинтересовался:

– Как ты думаешь, что там происходит?

– Жалкая кучка Митрангов пытается угнать наш десантный транспорт? Отдайте приказ, и я с радостью перережу им глотки!

– Ни секунды не сомневаюсь. – зло усмехнулся генерал. – Но я спросил ни об этом.

– Тогда, мой генерал, я не понимаю Вас.

– А ты не спеши, подумай. Горстка выживших особей из расы, которую все считают изгоями, имея устройство телепортации громадной мощности, благодаря которому, они могут отправиться куда угодно и когда угодно, чтобы затаиться раз и навсегда. Но вместо этого появляются на никчемной планете с кучкой бестолковых аборигенов. Зачем?

– Их цели мне непонятны, господин, но, вполне вероятно все значительно проще, чем Вы думаете. – попыталась рассуждать Салха. – Ошибка в расчетах или неисправность техники…

– Неисправность?! Ошибка в расчетах?! – последняя фраза не только удивила, но и заставила Халлу громко расхохотаться, что с ним обычно случалось крайне редко. – Солдат, да ты совершенно не знаешь своего врага! Это же Митранги! Они в расчетах не ошибаются.

– Простите, генерал… – неожиданная радость господина не только удивила, но и оскорбила ее. От чего, солдат недовольно нахмурилась. – Я всего лишь хотела ответить на Ваш вопрос…

– Нет, пожалуй, извини ты, мне не стоило насмехаться над тобой. – Халла снова принял серьезное выражение лица. – Воин с твоими заслугами не заслуживает подобного поведения даже с стороны своего командира. Забудем об этом и вернемся к тому, зачем я тебя призвал.

– Готова исполнить все, что прикажите, генерал! – Салха снова вытянулась в струну, одновременно стукнув массивными каблуками доспехов.

– Замечательно. Вот твое задание.

Милина поручила мне и еще двум Митрангам заложить на борту истребителя взрывчатку, которую мы там же и обнаружили ранее, во время осмотра.

Таким образом кронпринцесса решила подстраховаться на случай, если Ксинхи не решатся сбивать собственный корабль. А он должен был быть уничтоженным в любом случае. Ведь его крушение – это основная часть нашего плана, от которой зависело все остальное и мы не могли рисковать.

Уже будучи на борту, я убедился в том, о чем уже подозревал заранее. Моя нано начинка запросто синхронизировалась с системой управления. Благодаря чему, я мгновенно освоился и сообразил, как запустить этот летательный аппарат в режиме автопилота.

Поколдовав еще немного с управляющим компьютером и скачав на всякий случай его базу данных, быстро закончил остальные приготовления. Следом, вместе с остальными покинул корабль и доложил о завершении Милине, которая все это время, с нетерпением ждала нас снаружи.

Теперь оставалось сделать самое сложное. Заставить Ксинхов поверить в то, что мы все, без исключения, поднялись на борт. И решение этой проблемы снова подсказало «мое второе я».

Как-то само собой, из недр моего подсознания, возникли расчеты траектории выстрела плазменной пушки, совершенного Ксинхами с орбиты. Это, конечно, было потрясающее ощущение. Знать то, чего знать, по идее, не можешь. Но, как бы там ни было, расчеты были представлены и в их точности я был уверен на сто процентов. Данная информация позволила мне определить местоположение их основного корабля и с большой долей вероятности выявить мертвую зону его обзора.

Согласно моим вычислениям, именно на этом участке контролировать с корабля наши перемещения, было бы попросту невозможно.

Инсценировав сложности с управлением, я развернул шаттл Ксинхов таким образом, что его противоположная сторона оказалась как раз в этой мертвой точке. А затем, Митранги сделали вид, будто поднимаются на борт, хотя на самом деле, пользуюсь завесой дыма, прятались за обломками Ранийского крейсера.

Как только последний из них исчез из виду, я запрограммировал автопилот на возвращение к основному кораблю, и стараясь действовать незаметно, тоже покинул судно, быстро присоединившись к остальным.

Истребитель, набрав необходимую мощность, с легкостью оторвался от земли и, развернувшись носовой частью в требуемом автопилотом направлении, уверенно лег на заданный курс.

Пока судно поднималось в небо, мы все, в ожидании взрыва, затаили дыхание, готовясь броситься в сторону леса, сразу, как только представится возможность. Одновременно надеясь, что дымовая завеса от его крушения, как и планировалось ранее, предоставит нам немного форы, скрыв наши перемещения.

Но время шло, а шаттл Ксинхов так и продолжал свое размеренное поступательное движение вверх. И, судя по всему, сбивать его никто не собирался. Мы, конечно, предполагали подобное и были готовы к такому развитию событий, но, все же, некоторое разочарование лично я, все-таки почувствовал. Было абсолютно очевидно, что наш спектакль станет гораздо эффективнее, если Ксинхи поверят в то, что разделались с нами. А самопроизвольный взрыв, почти наверняка, заставит их в этом сомневаться.

Наша мина отсчитывала три минуты и по моим оценкам, вот-вот должна была разорваться. Находившиеся рядом Митранги также почувствовали этот момент и разом напряглись, приготовившись сделать следующий шаг в осуществлении общего плана.

Только вот произошло то, к чему из нас не был готов никто. На одном из бортов шаттла открылся вход и в его темном проеме появилась фигура. Это был вооруженный солдат Ксинхов. Он выставил наружу голову и внимательно осмотрел округу. Анализируя и оценивая обстановку, а, может, просто пытался сверху обнаружить наше местоположение. В любом случае, теперь уже было неважно, наш план провалился и ничего не оставалось, как продолжить наблюдать в ожидании, что будет дальше.

С появлением нашего врага, космический истребитель перестал подниматься и замер в воздухе. А, спустя несколько секунд, и вовсе начал движение в обратном направлении, уверенно снижаясь.

За несколько метров до поверхности, солдат запросто спрыгнул вниз. Встроенные в доспехи реактивные двигатели, помогли ему плавно и безопасно приземлиться. И, как только, он коснулся земли, следом появился еще один воин, проделавший тот же самый трюк. Затем еще один и еще…

Насчитав шестерых, я наконец, догадался в чем дело. Транспондер близкого действия. Мельком видел его, когда минировал корабль. Он находился в соседнем отсеке. Идиот, как же не догадался, что, имея подобное оборудование, Ксинхам не обязательно использовать второй корабль…

Касаясь ногами поверхности планеты, солдаты сразу же запускали активаторы своих винтовок и распределялись по ближайшему периметру.

Наблюдая за происходящим, и я и Митранги продолжали напряженно отсчитывать секунды до взрыва. С каждой лишней, солдат становилось все больше и хотелось верить, что он если не остановит, то хотя бы замедлит прирост этой вражеской, пускай и небольшой пока, но армии.

– Ждать больше нельзя. Взрывчатка, видимо разминирована. – заключил я, спустя еще минуту, повернувшись к кронпринцессе. – Предупреди своих. Я ввяжусь в бой, а вы убегайте, что есть сил. Похоже, теперь это ваш единственный шанс.

– Один ты не справишься. – уже не молодой Митранг, с винтовкой Ксинхов в руках, выдвинулся вперед и обратился ко мне. Впервые, не считая Милины и Тария, кто-то из них заговорил со мной. Мелочь, но приятная. – Я останусь с тобой.

– И я! – послышался голос. Затем еще один. – И я! И я!

Набралось четверо добровольцев разных возрастов. Тарий, который ничего не сказал, но также присоединился к этой группе, молча перезарядил винтовку.

– Спасибо. – тихо прошептала Милина слегка дрогнувшим голосом и незаметным движением коснулась моей руки.

Затем резко развернулась в противоположную сторону и уже более уверенно обратилась к своим сородичам.

– Приготовьтесь! И заклинаю вас, сделайте все, что в ваших силах и даже больше!

К тому времени, я уже снова смотрел в сторону высадки десанта Ксинхов. Их отряд насчитывал уже около двух десятков солдат. Серьезная сила. С другой стороны, из истребителя перестали появляться новые особи, что немного воодушевило. Оставалось верить в то, что и дальше, эти ребята останутся такими же самоуверенными.

Их боевой расчет организовавшись, плотным строем стал приближаться к нашему укрытию. Видимо догадываясь, где мы прячемся, командир сделал особое движение рукой и отряд моментально разделился на две колонны. Каждая из которых, огибая разбитый корабль, продолжила наступление в противоположном друг другу, направлениях. Судя по всему, противник планировал зажать нас в тиски.

Я подал знак Милине, чтобы они готовились, а после указал вызвавшимся Митрангам на одну из приближающихся колонн, ближайшую к ним, подразумевая, что это их цель. Следом, когда по моему сигналу кронпринцесса с остальными бросились бежать в направлении леса, сам решительно направился навстречу второй.

Оцифрованное тело, слушаясь подсознательного приказа, покрылось металлической защитой и на пятом шаге, я уже перешел на бег.

Первых двух Ксинхов свалил с ног по инерции. Следующих проткнул клинками, в которые преобразовались мои ладони и легко повалил грузные тела на землю.

Оцепеневшие от моего неожиданного, сквозь пелену дыма горящих кораблей, появления, солдаты не сразу открыли огонь. Но, так или иначе, стрельба все же началась и, в определенный момент, вынудила меня схватить одного из них, чтобы закрыться его телом словно щитом. Ксинха затрясло от разрывающих плоть выстрелов, и он зарычал от боли. Выдержав около десятка попаданий, он притих и стал проседать. Я удерживал его в таком положении некоторое время, но после того, как воин окончательно обмяк, бросил. Не скажу, что было тяжело, но свою миссию он выполнил, а значит стал не нужен.

После я бросился к следующему ближайшему солдату. Винтовка Ксинха перестала стрелять, и он пытался добраться до оружия своего погибшего товарища. Не давая ни единого шанса, я молниеносным движением сломал ему шею.

Второе крыло вражеского отряда, среагировав на возникший шум боя, разом обернулись и ожесточенно принялись стрелять в мою сторону. Их ошибкой мгновенно воспользовались помогавшие мне Митранги и первыми выстрелами сразили сразу четверых.

Отскочив от бездыханного тела, я в прямом смысле запрыгнул на его сородича, который изо всех сил мчался ему на помощь. Что есть сил ударил того в голову и выяснил, что жизнь меня не учит. Пробить шлем с первого раза не удалось, зато сам мгновенно стал прекрасной мишенью. Следующим попаданием плазменного оружия меня отбросило на несколько метров в сторону от моей, как мне казалось за секунду до этого, жертвы и Ксинх, слегка оглушенный, остался стоять на ногах.

Мои партнеры, если, конечно, к данной ситуации подходил такой термин, уже успели к тому времени расправиться со своими визави и помогали мне из всех имеющихся стволов, без конца обстреливая уцелевших врагов. Краем глаза я успел заметить, что из четверых осталось только трое…