Текст книги "Выживальщик. Дилогия (СИ)"

Автор книги: Владимир Поселягин

сообщить о нарушении

Текущая страница: 16 (всего у книги 41 страниц)

Вернувшись на квартиру, на такси доехал, машина на парковке, забрал девчат, а что, время обеда подходило. Сначала в ресторан, отлично время провели, а потом в одно место, офис продажи кемперов. Я воевал, и знаю что такое комфорт. Точнее его полное отсутствие. Как иногда душ принять хочется, а не всегда есть возможность. Конечно кемпером так не воспользуешься, дронами сожгут к чёрту, но иногда, если в тылу, хорошо замаскировал, чуть цивилизации во всём получить, то можно. Так что мы изучали, именно прицепные, они по весу меньше. Вес такого длинного кемпера, всего тонна шестьсот в полной загрузке. Самый новый, две тысячи двадцать первого года, месяц ноябрь. Полная комплектация. Даже генератор был, хотя ими обычно не комплектуют, но тут докупили и установили в специальную нишу. Место для газового баллона, микроволновка, баки для воды. Впереди, где прицепное устройство, два дивана, которые можно превратить в обеденную зону, или в кровать, где вполне лягут двое, и даже трое. В центре кухонная зона, плита, духовка и гриль, ящиков полно и мойка. С другой стороны, холодильник микроволновка. Над холодильником место для готовки, столик. Также плазменный телевизор. Направлен на обеденную зону. Дальше к корме, полноценная спальная кровать, но в сложенном виде чуть больше дивана. Там окно и ещё один телевизор. Ещё дальше, к корме, полноценный санузел. Раздвижная дверь в бок, поворотный унитаз, биотуалет, к слову, потом раковина со шкафчиками для принадлежностей и хорошая кабина, не тесная. Девчат все шкафчики изучали внимательно, всё осматривали, а я уже сообщил что много жить на природе будем. Про войну те знали, что скоро начнётся, а я сообщил что буду участвовать.

Вообще без вопроса. Мужчина решил, мужчина делает. Умницы мои, я так умилился. Так что домик этот на колёсах им понравился. Комфорта в десятки раз больше чем в палатках жить, так что однозначно решили, надо бать. Только он стоит пять миллионов. Новый же. Взял я, у моего внедорожника было прицепное устройство, прицепили. Также фирма всем необходимым торговала, аксессуары. Если я газовые баллоны брал, десять штук, там запасные части, то девчата постельное бельё, да, у них были нужных размеров и множество мелочёвки. Причём сразу выбрали спальные места. Мы с Ясмин на двуспальной, а сестрицам отдельные диваны в обеденной зоне, в двуспальную разворачивать те явно не хотели. Ну и шкафчики тут же бронировали за собой и своих вещи. А домик‑то белый. Тут ни одна маскировочная сеть не спасёт, если только в несколько слоёв не наложить. Поэтому я заехал в одну мастерскую, где профессионально занимаются покрасками. И оставил кемпер там. Заказ был, нанести камуфляжную покраску, лесную. Причём, кемпер заперт. Нечего им внутри делать, работа вся снаружи. Если надо, позвонят, открою. А закатят сами в ангар. Показал где стопор и ручной тормоз. Так что делами занимался. Купил четыре бочки по двести литров с бензином, канистры с маслом. Для всей моей техники и генераторов. Да, я три генератора купил. Мощный и тяжёлый, и два переносных, слабее. Также два оборудования «Старлинк» заказал из Франции им карты доступа, дронов «Мавик» сотню. Систем управления пять. В Китае заказал дальние разведывательные дроны самолётного типа, но пока не доставили. Военное снаряжение, электронику. Одним словом, готовился.

Узнал, как там старший коллектор. Убит, ай‑яй‑яй, попадание в голову, идёт следствие. То‑то, будут ещё всякие хмыри мне жизнь портить. Не удержавшись, с девчатами скатался в Казань на «Прадо», выяснял как тут жил тёзка моего родного отца, Гена Иванов. Ничего нового не узнал. Всё тоже самое, что и в интернете. Тут он разве что завалил экзамены в Горный институт. Три дня там прожили, я снял квартиру, чтобы проблем с отсутствием документов у девчат не было в гостинице. Кстати, нанял того же адвоката, хороший специалист, и тот начал оформление девчат как беженок из Сирии, документы потеряны. В течении месяца, обещал, паспорта те получат. А девчатам тут нравилось, как и снег, мы даже на снежные горки ходили, с малышнёй катались на надувных кругах. А знаете, было весело, нахохотались от души. Когда вернулись в Москву, забрал кемпер. С ним закончили, мне позвонили. Матовая краска, всё покрашено и не бликует. Расплатился, дорого, а надо, чуть позже полностью оснастив автодом, убрал в хранилище. М‑да, со всеми последними покупками стало четыре с половленной тонны загрузки. Ещё девять тонн свободного. Также я не забывал, что скоро начнётся. Я про спецоперацию. Нет, я готовлюсь, как видите, уже выписался из дома в Мантурово, прописался в Москве. Военкомате теперь местном числюсь. К слову, матушка уже в Костроме живёт, тут без отработки, дом также подарила подруге. Я матушке миллион выдал, чтобы нужды не знала. Так вот, я про дроны, вскоре их такое количестве в небе будет, все прятаться начнут. В прошлый раз я на этой теме до жути засветился, настолько серьёзно, что мне недолго пришлось бы бегать. До сих пор не понимаю почему меня отпустили, а тут я так светиться не желаю, но и попасть под удары дронов не хочу.

У меня нет наручного искина, или мини‑искина, чёрт, даже нейросети, всё придётся делать вручную, а от этого скорость падает в десятки раз, некоторые дроны успеют до меня долететь, атаковав, прежде чем я их возьму под контроль, вот в чём проблема. Из всей электроники, достаточно скоростной, это планшет из спаснабора, именно его я и готовил к работе. Адаптировал уже имеющиеся программы под него, чтобы именно он брал дроны под контроль. Вот только дальность у того не велика, едва двести метров. Но зато с гарантией возьмёт всё под контроль, отрезав от управления операторов. Даже «Бабе‑Яге» тут противопоставить нечего. И работы шли неплохо, достаточно носить в подсумке планшет, как он будет держать в безопасности зону на двести метров вокруг меня. Отправлять дроны обратно, это палево, просто разбивать о землю. Для них зона безопасности вокруг меня, превратилась в бермудской треугольник, гарантированное место гибли, без шанса вырваться. К этому я и веду свои работы. Иногда я доставал амулеты, пытался заново провязать, особенно амулеты для перемещений, у меня их два осталось, но глухо. Нет, не забыл, все привязал. Гадство. Так время и шло, работы хватало, но и на девчат время находил, и немало. В общем, с наложницами жить оказалось здорово. Особенно если они мусульманки. Правда, те упорно надевали платки перед выходом из дома. Было двадцатое февраля, на Украине телодвижения пошли, их предупредило США, что скоро войска России вторгнуться на их земли, это был превентивный удар, в ином случае ВСУ бы напали через месяц. Они и сами не отрицают что готовились.

Матушку посетил, два дня с ней прожил, девчата мои в хранилище были, и да, за два дня до отъезда, им торжественно вручили паспорта. Я даже оплатил, вполне официально, и им выдали медицинские полисы. Медицина для них проплачена мной, не бесплатно будут за наши налоги лечиться, как это мигранты делают. Ладно сами, они же толпы своих семей привозят. В их странах лечение очень дорогое, а тут бесплатно, приходи и получай лечение. То‑то у нас медицина загибается, придёшь, лекарств нет, мигранты побывали раньше. К моим это не относиться, именно что полисы получены. Они оплачены на десять лет вперёд. Более того, я стал помогать им заводить в госуслугах личные странички, и те подали заявки на самозанятых. Оформлю их своими работницами, с заработной платой, будут налоги платить, прикрыты со всех сторон. Скоро шум по этому поводу поднимется серьёзный. А так пока осваивали язык, и это хорошо. Матушке я правду сказал, мы за столом все сидели, на квартире у Сани и Насти, те только переехали, что со дня на день начнётся война, и я буду участвовать. А чтобы подсластить такую новость, та от растерянности не знала, как реагировать, выдал ей бумагу. А тот же санаторий, оплачено двадцать дней в августе. Пусть отдыхает. В прошлом мире её копия была в восторге. Саня тоже удивлён был, уверенно заявил, что до войны не дойдёт. То, что уже завтра нападут, а было двадцать третье февраля, отмечали день защитника отечества и новоселье, говорить не стал. А утро следующего дня, со слезами на глазах, матушка и Настя провожали в меня в Москву. А точнее на войну.

Уф‑ф, всё, самое тяжёлое испытание прошёл, слёзы матушки до сих пор царапают душу, но ехал в Москву уверенно. Шанс против нацистов повоевать, такого упустить я не желал. И тут надеюсь тихо себя вести, хотя надежда и слабая. И да, решил идти воевать как обычный боец, оператор дронов. Тем более запас своих был, и надо сказать я их доработал, имея знания программиста, улучшил. Да, до гибели я успел изучить базы хакера в четвёртом ранге, в пятом «Кибернетику», начал «Программиста» в пятом, но уже не успел. Так что имею, полностью изученным только полный комплект баз пехотинца. Кстати, с момент попадания, серьёзно тренирую тело, давая нагрузки, ведь нейросети и боевых имплантатов нет, и нужно иметь хорошую боевую подготовку. Потом программиста и хакера, все в четвёртом, и одна в пятом. Ну и старший офицер. Также все в четвёртом и одна в пятом. До сих пор жалею, что нейросети нет. Восхитительная вещь. Также я приобрёл более мощные коптеры, с большой дальностью, мощными камерами и тепловизорами, как для дневной работы, но в большинстве ночной. Всё с системами сброса, но и как разведчиками пользоваться можно. Так что сто «Мавик» и десять этих, крупных. Плюя пять самолётного типа. На этом деньги закончились, я особо поисками не занимался, да и вот к матушке выехал. Осталось тысяч тридцать на кармане, и всё. Нет, сотка есть на счету в Сбербанке, но там автоплатёж настроен на квартиру. За арендованные квартиры платило агентство. Тут также сделал.

В Москве, я сразу к военкомату. А там народу хватало. Не скажу, что прям толпы, но заходили и выходили постоянно. А через полчаса я растерянно вышел из военкомата, пробормотав:

– Как это я нафиг не нужен, иди нахер⁈

Ну да, уставший уже майор, что на приёме сидел, так и сказал. Мол, добровольцы не нужны, приказа не было. На СВО, что сегодня началось, пока никого не отправляли. Тут ко мне подошёл парень примерно моих лет, и спросил, нервно куря, больно дёргал сигарету:

– Что, тоже не берут?

– Не берут.

– Во, и меня. А я в десанте служил, гранатомётчик. Говорит обычный контракт подписывай. А на СВО приказа принимать и отправлять добровольцев, нет.

– Дня через три будет, – нахмурившись, сказал я, припоминая, сам в это время в СИЗО сидел, но если такая ситуация была, то мимо меня проскочила. А тут скорее предположил, чем уверенно сообщил.

– Михаил Ковригин, – протянул тот руку.

– Гена Шевцов, – пожал её.

Тут дверь резко открылась, мы метрах в пяти стояли, на ступеньках, народу вообще вокруг хватало, с три десятка. Общались, тоже похоже отказали. А выглянул знакомый хамоватый майор, осмотревшись, тот увидел меня и ткнул пальцем.

– Ты, парень. Сказал, что оператор боевых дронов?

– Так точно, универсал. Всеми могу. Что камикадзе, что те же со сбросами. Разведка, коптеры и самолётного типа.

– Документы специальности есть?

– Откуда? Учился частным образом у разных спецов. Военник и всё.

– Заходи, – подумав, вел тот.

– Мы вместе, – быстро сказал Михаил.

Когда я удивлённо на него покосился, тот только подмигнул. Так что мы прошли в военкомат, дальше майор отвёл в один из кабинетов, там чем‑то озадаченный капитан сидел. Мы встали в комнате, вытянулись, и ожидали в стойке смирно. Майор ткнул в нас пальцем, и что‑то прошептав тому, ушёл.

– Кто из вас оператор беспилотных систем? – спросил капитан, продолжая держать трубку у уха.

– Это я, товарищ капитан, младший сержант Шевцов. Я также получил опыт корректировки ракетных установок залпового огня, включая «Ураганы». Всё точно накрыл.

– Донбасс?

– Я это буду отрицать. Два месяца под чужой фамилией. Было интересно.

– Так. Оба военные билеты на стол, а ты подойди.

Мы положили корочки, и капитан протянул трубку, говоря:

– Поговори.

Тот передал мне трубку телефона, обычный стационарный, а сам взяв оба билета, стал изучать, а потом делать записи на листке. Я же ответил:

– Алло?

– Что такое кольцевание?

– Без понятия. Может маркировка? Так операторы называют отмеченные цели. Близких аналогов больше не припомню.

– Добро. Передай трубку Дуброву.

– Вас, – я вернул я тому трубку.

Тот меньше минуты поговорил, и положив трубку на аппарат, глянул на нас колючим взглядом.

– Значит, вы вместе? Сапёр и гранатомётчик. На крыльце познакомились?

– Так точно, – хором ответили мы.

Хмыкнув, тот начал оформлять бумаги, причём на обоих. Мы весело переглянулись. Дальше нас быстро оформили. А вот тут неожиданность. К семи вечера быть наготове, самолёт вылетает на Брянск. Среди прочего и наша доставка. Мы тут же рванули к выходу. Бумаги на руках, где быть нужно известно, так что к моей машине рванули, Михаил на такси приехал.

– Ого, красава, – похлопал тот по капоту. – Хорошо жить не запретишь.

Сначала того завёз, ему ещё сообщать нужно родным о крутом изменении судьбы, потом к себе. Квартиру законсервировал, что нужно забрал. Машину в гараж, на сигнализацию. Такси там же уже ждало. И погнали на военной аэродром. Ну да, всего три часа у нас на всё про всё было. Мы оба подписали контракт на год. Такой приказ был. И да, мы в курсе куда нас, в состав Тридцать Первой десантно‑штурмовой бригады ВДВ. Мотострелком был, штрафником, теперь в десанте повоюю. Хм, а не они аэродром и Гостомель брали? На слуху эта бригада. Еле успел. Быстро проскочил КПП, с одной спортивной сумкой с вещами и к стоянке «Ил‑76». До вылета полчаса осталось, борттехник, что за пассажиров отвечал, бегал нервный, нас он усадил и дальше бегать. Михаил сразу за мной появился, но оказалось будут ещё пассажиры. А через двадцать минут вылетели. Точно в указанный срок. Один пассажир не успел. Машина грузовой была, множество ящиков и мешков. Лавки для пассажиров на бортах, пристегнули, сумки в ногах и вот так летели. Два десятка пассажиров, из них шестеро в гражданской одежде. Вроде нас с Михаилом. Общаться невозможно, шумно, так что прикрыл глаза, медитировал.

В Брянске нас сразу на склады, именно что у аэродрома, оказалось тут недалеко стояла другая десантная часть, так что нас, всех кто без обмундирования, туда. Выдавали форму зимнюю, бронежилеты, маскхалаты, каски, очки. В общем, хорошо знакомая форма «Ратник», оружие всем одинаковое, «АКС‑74», а Михаилу, «РПГ‑7». Мне ещё в нагрузку какие‑то коробки дали, похожие идут, что для дронов. Проверил поисковым сканером, дроны и есть. Вроде «Мавика», но не он. Причём не собранные. Там каждый собирать, по часу уйдёт. Зарядные устройства, пульты управления. Однако нормально принять не дали, шесть коробок велели забирать и расписываться. Сумку с одеждой сдать пришлось, брить не стали, я итак носил короткую армейскую стрижку. Десантный ранец выдали, по два пайка каждому, боеприпасы. Всё что положено. То есть, на самом деле всё. Причём, даже спальники и скатки. Точно Гостомель. И я был прав. Мы на аэродроме всего два часа пробыли, как на транспортном «Ми‑8» нас направили в сторону Киева. Навигатор показывал, что туда летим. Впрочем, телефоны вскоре приказали выключить, бортмеханик засёк. Пока летали, чистили автоматы, вскрывали цинки и снаряжали магазины. Почти всё наощупь. С дозаправкой, с заметными трассерами стрельбы, нас высадили на окраине аэродрома. Быстро выкинули все вещи, сюда ещё медикаменты и припасы доставили, те же пайки. А на борт загружали раненых. И вертолёт улетел. По счастью, ночь помогла, хотя в стороне что‑то ярко полыхало. Надеюсь благополучно ушёл. Тут расслышал окрик:

– Кто Шевцов?

– Шевцов это я! – криком привлёк внимание я.

– Лейтенант Григорьев. Меня за вами комбриг прислал, – подошёл один из бойцов. – Сколько вещей с вами?

– Вот эти коробки выдали, но что в них я не знаю. Нормально принять не дали, распишись и под зад пинком. Быстрее сюда.

– Бывает.

Мы втроём, Михаил с нами, загрузились коробками, после чего быстрым и тяжёлым шагом, иногда пригибаясь, пули свистели, поспешили в известную одному лейтенанту сторону. Почти два километра пришлось пробежать. Михаил видимо запустил свою форму, бежал запыхавшись, обливаясь потом. Я в принципе тоже устал, но тренировки помогли. Вон хорошая беговая дорожка стоит в квартире, кроме меня Ясмин там бегает. Близнецам не интересно было. Так что я каждый день, не выходя на улицу, пробегал десять километров. Там километраж был. Причём бегал не на легкой в спортивной маечке, а с гружёным ранцем. Общий вес мой почти сто десять килограмм выходил, хотя обычный мой вес, семьдесят один килограмм. Так что для меня в принципе пробежка вышла неплохо, нормально. Только вещи мешали, ранец сзади полный, слева привязан спальник, с другой автомат висел и скатка пенки. Тут постройки были из белого кирпича, слева мелькнула подстанция. Похоже обесточенная. Не заметил, чтобы вокруг свет был, только от пожаров. Подсвечивая фонариками, боец, что нас встретил, проводил в здание, в одну из закрытых комнат, то есть, та не имела окон и была достаточно большой. Тут работало два светильника на батарейках. На горючих таблетках разогревали пайки. Трое делали, всего в помещении было семеро, на штаб похоже. Один повернулся, в полной экипировке, судя по тому как снег смахивал с плеч, сам только недавно зашёл. Мы как раз положил коробки у стены, когда тот сказал:

– Я майор Иштуганов, комбат. Кто тут Шевцов?

– Младший сержант Шевцов, товарищ майор, – поправляя автомат, что сполз на грудь, когда накланялся, козырнул я.

– Рядовой Ковригин, – козырнул Михаил.

– Кто такой?

– Гранатомётчик.

– Во вторую роту его, – приказал майор лейтенанту.

Михаила увели, а майор обратился ко мне:

– Нам срочно нужны глаза в небе, всё что было у нас выбило. Операторов тоже не осталось. Комбриг договорился, прислали тебя. Итак, чем обрадуешь?

– Честно скажу, товарищ майор, я сам не знаю, что в этих коробках. Вручили, поторапливали, и сюда. Не открывал.

– Плохо, – нахмурился тот. – Давай проверим.

Я же пока снял спальник, скатку пенки, скинул ранец, но автомат вернул обратно. Всё у стенки сложил, нашёл свободное место. Дальше мы взяли одну коробку, и стали распечатывать, доставая множество других коробок. Открыл одну и достал рамку в которой вплавленные детали к коптеру. Распечатанные принтером. То есть, их ещё вырезать надо, убирая заусенцы.

– Я один прибор буду собирать час, – сообщил я тому. – Десять дронов получается. Одна модель – «Гонщик‑Три». Максимальный вес что может поднять, пару килограммов. Можно использовать для сбросов, хотя и слабоват для этого. Вести разведку только днём, камера простейшая и… Ха, судя по маркировкам, они девятнадцатого года выпуска. Старьё. Видимо с какого‑то дальнего склада привезли.

– Ночью никак?

– На этих? Точно нет. Разве что один момент, я привёз личный БПЛА самолётного типа. Полугражданская машинка. Заказал в Китае. У него камера крутая с прибором ночного виденья, и тепловизор. Время полета почти час, пятьдесят пять минут, дальность сорок километров.

– Вот, совсем другое дело, – обрадовался комбат, хлопнув меня по плечу. – А то фигню привёз. Эти позже соберёшь, днём тоже нужны. А пока свой готовь, до рассвета чуть больше часа, успеем отправить. Нужно выяснить откуда по нам два АГС бьют, никак не засечём.

Так что я стал возится с ранцем, якобы доставая из него детали БПЛА, и собирал на столе, уточнив комбату:

– Десять минут и можно запускать. Раз недалеко, антенну на крышу поднимать не будем. Кстати, средства зарядки есть? Источники энергии?

– Генераторы? Есть и не один.

– Отлично. Тогда если найдите телевизор со смарт‑системой, я подключу к нему пульт, будете видеть туже картинку, что и я.

– Сейчас займусь.

Генератор не принесли, но в помещение пробросили удлинитель, когда нужно, запустят. Я так понял, он местный, в подсобке техников нашли. Мне по очереди приносили телевизоры, все явно сняты со стен, два мимо, а третий подходил, его оставили, прислонили к стене, поставив на стол, да включив в розетку. Дальше я проверил аппарат, камера, приборы работали, зашуршал пропеллер и смолк. Тест прошёл штатно. Крепкий боец вышел наружу, я уже очки надел, пульт в руках, канал кинул к телевизору. Генератор уже пару минут как тарахтел, так что картинка с камеры шла на экран телевизора. Запустил мотор, как боец это увидел, то со всей силы швырнул машинку в небо, и я повёл ту в сторону боя. Комбат у телевизора стоял, и командовал:

– Левее возьми. Так, переключись на тепловизор… Ага… Те кто в нашу сторону ногами лежит, это наши. Ну да, вот здание что мы держим рядом. Ах ты, не успел понять, что слева мелькнуло.

– Всё под запись, потом можно просмотреть, – ответил я, управляя дроном.

– Ага, хорошо. Вот и противник. Ну это пехота. Хм, их меньше чем я думал. Так, ищем АГС, давай дальше в тыл, они вон от окраин откуда‑то работают, явно корректировщик наводит. А, вот, один, ствол горячий и два солдат расчёта меняют позицию.

Дальше майор сам стал по рации корректировать работу их миномёта. Снаряды были, включая на нашем вертолёте мины привезли. Я поднял чуть выше аппарат, так что разрыв видели. Сильно в стороне. Дальше тот вполне неплохо наводил на цель. Кстати, расчёт разбежался. Один упал, от близкого разрыва, видимо осколок поймал, но и по АГС прямое накрытие, уничтожив оружие. К тому моменту и второй был найден, отрыл огонь, так что тот же миномёт и его накрыл. Тут вторым выстрелом поразил, наглухо расчёт нарыло, одного даже разорвало. Эффектно смотрелось. После этого отработали по пехоте, накрытие красивое, и я вернул машину. Тот же боец вышел и поймал её. Специально против ветра вёл, чтобы скорость снизить. Порядок. Время вылета как раз к концу подошло. Я быстро извлёк аккумулятор, вставив запасной, но вылета пока не было, светало, так что заряжался потраченный. Мне выделили небольшое помещение, оно очищено, стол и стул, выбитые окна занавесили маскировочными сетями. В принципе видно, так что сюда принесли коробки, свои вещи сам принёс, и стал собирать «Гонщики». С один закончил, даже установил систему сброса, у меня их с полсотни, в запас, простейшая система. Дальше установил в комп дрона нужные программы для сброса. У них не было, а я запас имел. Две батареи для этих дронов на зарядке. Остальное рациями заняли, пользовались моментом, так что мне принесли, я как раз заканчивал собирать второй дрон, как зашёл боец.

– Ты Шевцов? – спросил тот. – Я оператор из первой батальона. Велели забрать птичку.

– Ага, понял. Комбат говорил, что нужно три машинки передать парням из из других батальонов. Смотри, я собрал и модернизировал пока одну. Модель простейшая, но я из неё сделал бомбер, со сбросами…

Быстро описал что и как сделано, как пользоваться, сержант Малик, тот так представился, разобрался быстро и задавал толковые вопросы, его сразу заинтересовала такая модернизация. Хотя такие бомберы уже использовались, так что забрал свой аппарат, оба запряжных аккумулятора, и ушёл. А пульт использовало его, он принёс, привязал к этому дрону. Дрон ему такой знаком, разберётся быстро. Гранаты советовал «РГД‑5» использовать. Для «Ф‑1» грузоподъёмность не та, если по одной только. Ну и описал как сбросы делать, поделился опытом. Закончил со вторым, также систему сброса сделал, его аккумуляторы на зарядке. Потом ещё два. Когда следующий оператор появился. Прошёл обучение, его пульт привязал, забрал свою птичку с заряженными батареями. Генератор постоянно тарахтел, что‑что, а с топливом на аэродроме проблем не было, пополняли бак. Так что ещё три дрона собрал, установив сбросы, и один без. Чисто разведчик. К обеду зашёл комбат. Вообще бои вокруг страшные шли, по нам работала авиации, артиллерия. Пара осколков в комнату влетели, но работал, готовя оборудование. К обеду и закончил. Одного легкораненого бойца в помощь выделили, он и заряжал аккумуляторы, включая те, что от операторов приносили. Комбат сообщил что птички гранаты скинули удачно, парням понравилось такое нововведении, так что семь бомберов я сделал. Три чисто разведчики. А пока отправил спать, видел, что я вымотался, вторые сутки на ногах. По сути не спал как Кострому обкинул. В самолёте не в счёт, там не сон был, так, забытьё.

Поспать мне не дали, грохнуло вскоре, как заснул. Всё здание сотряслось, пыль посыпалась. А вскоре, я как раз сидел, потирая глаза, судя по хронометрам, часов пять поспать успел, что уже неплохо, как раз заглянул боец, и сказал:

– Сержант, комбат вызывает. Срочно.

Даже спальник, в котором спал, только ботинки скинув, увязывать не стал, быстро натянул обувь, завязав шнурки и прихватив автомат, в соседнее помещение побежал. Кстати, в коридоре хватало раненых, тут на первом этаже организовали медпункт. Мы на втором были, если что. Генератора не слышно, видимо выключили. А тут забежав в нужное помещение, козырнул и услышал:

– Сержант, слышишь, как арта бьёт? Нужно найти орудия и передать координаты нашей авиации.

– Есть, – козырнул я.

Помимо моего комбата, я вроде в его батальон вписан, надо уточнить, с этой неразберихой ничего не понятно, был ещё один военный, вроде не и наших. Оказалось, из Сорок Пятой бригады спецназа, что первой высадились на аэродроме. Наши вторыми были. Потом Одиннадцатая бригада ВДВ. Подполковником оказался. Я начал готовить оборудование, проверил антенну, мы с бойцом утром ещё поставили на крыше, а та не отзывается. Я бегом наружу и по железной лестнице, что по стене поднималась, поднялся наверх. По крыше ударил снаряд, шифер разлетелся, антенна сбита была. Не повреждена по счастью, тут повезло, но кабель перебит, на живую починил, антенну снова привязал к металлу лестницы, обычная палка использована была, и вернулся, проверяя кабель. Он до пульта управления шёл. Дальше запуск, картинка шла на телевизор. Кстати, снова тарахтел генератор в укрытии, но это другой, первый осколком разбило. Еле потушили. Арты я быстро нашёл, работали с огоньком, комбат, да и тот офицер из бригады спецназа, зарисовывали позиции, хотя я сказал, что и тут картинка пишется, прошлую запись майор в штаб бригады отправил. Разве что этот раз в помещении журналисты военные были, снимали как мы работаем. Я в маске был, лицом не светил. Так что вылет повторным был, одиннадцать орудий нашли, из которых девять, это буксируемые гаубицы. Дальше те через представителя ВВС, он тут был, передали координаты, пусть штурмовики работают. Я же вернул разведчика, другой боец в этот раз поймал его и принёс. Сменил аккумулятор и новый поиск, мы не всех нашли, и новые находки. А когда вернул, первый аккумулятор на зарядке, второй в очереди, на телевизоре перемотал видео, и показал офицерам, их тут семеро было:

– Смотрите, боксы с техникой какой‑то военной части. Людей нет. Похоже разбежались. Видите? В отрытую створку пушку и передок танка с динамической защитой видно. Может пока никого нет, рвануть туда, взять часть, склады, технику, и сюда перегнать? Пара танков с запасом снарядов, и можно самим арту украинскую бить. Мы бы наводили.

Обоих старших офицеров это заинтересовало. Я ещё от нашего аэродрома, где разведчик летал и снимал, и до части показал запись, просмотрели маршрут, и признали его безопасным. Небольшой заслон сбить, и можно до этой части. Тут до неё, по прямой, ну километров десять от силы. Так что сами уже проматывали записи, я показал как, на планшет запись шла, планшет земной конечно, а сам сходил свою комнату. Тут на пенке раненый лежал, и на спальнике, так что забрал ранец, и перенёс дроны в штабное помещение. Тут занялся делом. Понятно я не участвовал, но сборная солянка солдат двух бригад ушла на дело, с ними два оператора дронов, мы им батареи зарядили, и рации. Дело пошло. Сам же задумался, похоже я так при штабе и останусь. Комбат меня на передовую похоже и не думал отпускать. Не сильно расстроило, но конечно надежда повоевать была. А то сутки тут почти, а ствол холодный. Заодно уточнил у комбата. Меня вообще за каким подразделением записали? Тот посмеялся, но ответил:

– Пока за штабом бригады, в взвод БЛА, откомандирован моему батальону, – пояснил майор.

Кстати, штаб бригады оказывается тоже тут, как и командир, просто в другом месте, в здании аэровокзала, мы вообще с другой стороны стоим. Там взвод БЛА, странно что ещё командир не пришёл познакомиться, и на птички не грабили, я как три отдал, остальные тут, в резерве. И как сглазил, появился старлей. Оказывается, он только сейчас узнал о пополнении своего взвода и то что мы тут используем специализированный разведчик. И дроны ему конечно нужны, сразу пять отложил, но нацелился на мой БЛА.

– Это личный аппарат, – пояснил я тому. – Может ещё смартфон отберёте?

– Ты как с офицеров разговариваешь? – сразу начал тот орать, брызгая слюнями.

Впрочем, комбат появился, быстро навёл порядок. Отправил того обратно, на пять дронов нас всё же ограбили, но мой БЛА не тронули. Впрочем, ненадолго, прибыл гонец от комбрига, меня забирают в штаб бригады. Так что собрав вещи, дроны оставил, их для батальона привезли, и разобрав БЛА, антенну снял, так что попрощался с парнями. Всего сутки тут пробыл, и бегом в сторону нужного здания. Уже слегка побитое артиллерией, но на вид ещё ничего. Кстати, пушки действительно стали слабее бить. Отработали их наши штурмовики. Вроде один потеряли, сбили зенитчики, но нам легче стало, уже хорошо. А БЛА у меня отобрали сразу, и старший лейтенант Григорян, с удовольствием отправил пополнить мной выбитый личный состав на передовую. В одну из рот другого батальона. Там ранили оператора. На замену. Выдали одного «Гонщика» с полными батареями, с системой сброса. Причём, это не временно, Григорян похоже на меня сильно обиделся, перевод окончательный, оформили его. Теперь мой комбат майор Ягидаров. Вот так посыльный меня и сопроводил на позиции батальона, познакомился с комбатом, дальше в роту, где уже ротный, мой непосредственный командир, старший лейтенант Белозёров, принял. Позиции роты были восточными, отсюда довольно серьёзное давление и обстрел шли. Сразу подняв птичку, антенну, чтобы увеличить дальность, я поднял, и с двумя гранатами «РГД», полетел на разведку. Ну а что, заодно цели отработаю. Ротный такой подход одобрил. Конечно с грузом дрон сразу теряет изрядно времени применения, но на такой шаг можно пойти. Эти дроны чисто спортивные, для гонок, однако если нет альтернативы, то и вот так можно использовать.

Мой земной планшет был в руках ротного, туда шла картинка с камеры дрона. Под запись, я как раз обнаружил группу боевиков, на заднем дворе жилого дома укрылись, с этой стороны село было, у них там перекур, курили, общались, так что я активировал включение огней. А это опция настроена на сброс первой гранаты, выключал, и тут же включил снова, активировав сброс второй. Так что с секундной задержкой и вторая граната полетела вниз. Да те ничего и не поняли, на небо особо не смотрели. Одному по незащищённому колену граната прилетела, судя по тому как тот её обнял и широко рот открыл, орал от боли. Тут первый взрыв, и сразу второй, разметав боевиков. А там ротный командовал, определив основные позиции боевиков, выстрелами из гранатомётов вынесли два пулемёта, и коротким штурмом взяли укрепления на окраине деревни. Не село, ошибся я. Я водил птичку и ротный видел, как работали бойцы. Тот по рации командовал, быстро освоившись. Удобна опция. Так что в том дворе где я гранатами отработал, из девяти боевиков что там были, трое остались лежать, остальные сбежали, некоторые явно раненые. Сейчас там наши бойцы, осматривали тела, соседние строения. В общем, улучшили позиции. Я отбежал, и вернулся с небольшим генератором из своих запасов. Птичку уже вернул, поставил аккумулятор на зарядку, мне тут же протянули шесть зарядных устройств для раций. Поставил, так что началась зарядка и раций и двух приборов ночного виденья. Со вторым аккумулятором новый вылет, также с двумя гранатами. Отработал позицию миномёта, случайно нашёл его, разметав расчёт. И сразу обратно, аккумулятор почти на нуле. Еле хватило пустому на возвращение. Поймав птичку, стал отворачивать болтики, чтобы сменить аккумуляторы. Первый зарядился, его поставил. И сразу вылет. Вот так я и летал. Всегда брал гранаты, мне целый ящик принесли, причём трофейные, их и использовал.