Текст книги "Халява. 90-е: весело и страшно (СИ)"

Автор книги: Виталий Держапольский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 2 (всего у книги 15 страниц)

– Слушай, Серый, а про какие-такие бананы речь? – спросил Вовка.

Хех, вот самому бы знать, но меня неожиданно выручил Илья:

– Темнота ты, старик! Ты чего в заграничных фильмах не видел, как к моторкам такие надувные штуки в виде банана цепляют и народ по морю катают?

– Не-а, – мотнул головой Луценко, – не видел.

– Ну, я и говорю – темнота!

– Вот бы на нее еще клип снять, – неожиданно выскочило из меня.

– Что снять? – переспросил Илья.

– Ролик на ТВ. Положить видеоряд на эту музыку! – Я постарался развить изначально совсем не мою мысль. – Представляешь: море, загорелые девчонки, брызги, волны, солнце – настоящий рай!

– Интересно, очень интересно! – Кивнул Илья. – Мы с пацанами тоже пробовали такой снять… Только не очень вышло – оборудование для съемок так себе. А вот где хорошее взять? – Он печально развел руками.

– Там же. – Я качнул гитарой, поскольку в уже в мою голову пришла очень интересная мысль – а может подключить к этому делу моего «соседа»? И хочется, и боязно… Но это так интересно!

– Тот самый… спонсор? – спросил Илья.

Надо же, он запомнил то, что я нес в ментовке Зябликова, когда закатывал свое первое выступление.

– Угу, тот самый…

– Слушай, давай потом обсудим… – предложил Лагутенко. – А то наши зрители волнуются.

– Точно, – я бросил взгляд на разгоряченную толпу.

Вокруг нас уже творилась настоящая демонстрация, того и гляди, телевизионщики нагрянут. Стражи порядка уже подтянулись, среди толпы нет-нет, да и просматривались люди в форме.

– Эх, – вздохнул Илья, – жаль, что это лето когда-нибудь закончиться! А так хотелось, чтобы оно длилось вечно!

– Я так хочу, чтобы лето не кончалось? – усмехнулся я.

И тут меня накрыло в очередной раз – я словно наяву услышал песню, которая однозначно была спета голосом Лагутенко. Мой симбионт сегодня явно никак не желал успокаиваться. Похоже, у Ильюхи сегодня появится новая песня. Я взял первый аккорд на гитаре:

– Илья, листочек с ручкой найди – у меня для тебя есть еще один подарочек!

До свидания, богини, до свидания, боги.

Лето, ариведерчи. Время новой дороги.

Утомленные party, утекаем лениво.

Будет сниться просекко зимним аперитивом.

Самолеты на старте. Оставляя трофеи,

Гордо к трапу шагаем – джентельмены и феи.

Океаны, рыдайте – отключается рай.

Baby, hasta la vista

Amore море, goodbye

Amore море, goodbye

Amore море, goodbye

https://www.youtube.com/watch?v=5kGG2ZfHQQM

Глава 3

Опустевшие пляжи, одинокие горы,

Больше нас не услышат

Сайонара, о море.

Здесь останется эхо полуночных героев,

Где под звездным дождем

Мы играли в ковбоев.

Под тринадцатым пирсом, где встречали рассветы,

Притворившись ракушкой, запускали кометы.

Батарея на красном. Исчезаем, прощай!

Baby, hasta la vista

Amore море, goodbye

Amore море, goodbye

Amore море, goodbye

Концерт продлился до самого позднего вечера, собравшийся народ никак не успокаивался и не хотел расходиться. И только помощь ответственных сотрудников милиции, присланных на помощь с подачи майора Зябликова, позволило нам завершить свое поистине феерическое выступление. А так, наверное, пришлось бы до утра струны дергать.

– Слушай, Серега, – отключая аппаратуру, произнес Илья, – выручил! Не хочешь с нами на постоянной основе играть?

– Илья, пацаны… – Я положил руку на грудь – предложение действительно было шикарным. – Я бы рад, но за другим во Владик приехал. Мне учиться надо…

– А тебя никто бросить учебу и не призывает, – улыбнулся Лагутенко. – Одно другому не мешает! Сам такой – вот после службы восстановился в универе. А у меня еще жена и ребенок маленький! Так что скучать некогда! В общем, ты подумай – такие люди нам нужны! Держи, – он протянул мне тетрадный листок с номером телефона, – мой домашний. Если что – всегда рады!

– Спасибо! – Я убрал номер в карман.

– Вот еще что: скоро концерт Цоя во Владике, могу пару билетов организовать, – неожиданно предложил Илья. – Сходишь со своей девушкой…

Черт побери! Как у меня из головы-то это выпало? Ведь Виктор Цой – жив! Почему-то на этой фразе мой «сосед» по голове, превратившейся для нас обоих в настоящую общагу, отчего-то пришел в несвойственное ему возбуждение. Мне показалось, что если бы он сейчас мог, то заржал бы в полный голос. Что такого в этом, вроде бы, совсем не смешном высказывании?

Неожиданно перед моим внутренним взором развернулась картинка: кирпичная стена с надписью черной краской «Сегодня погиб Виктор Цой. Мы будем уважать тебя!». А ниже кто-то в ответ приписал: «Цой жив». Стена Цоя, – прошелестело на грани моего восприятия. В этой реальности такой стены не будет, понял я. Дальше последовал калейдоскоп из обложек грампластинок и аудиокассет, газетных и журнальных статей – Цой жив! И это было настоящее и всеобъемлющее народное движение, ибо Витю действительно любили, ценили и уважали миллионы людей. Даже умерев, он оставался живым в их памяти! Прямо как дедушка Ленин, который тоже живее всех живых, – выпрыгнула странная аналогия, заставившая меня улыбнуться.

А причиной тому – моя телеграмма, отправленная известному на весь Союз певцу, композитору, поэту и актеру – Виктору Цою. И ведь дошла! И сделала свое дело, заставив певца, если и не испугаться, то уж точно заинтересовала своей мистической необычностью. Я сам, находясь еще в родном Новокачалинске, успел посмотреть по ящику передачу «До 16-ти и старше…», в которой приглашенный Цой и рассказал свою историю чудесного спасения и показал мою телеграмму. В аварию он все-таки попал, но больше из-за любопытства и неверия… До последнего Витя считал, что это чья-то абсолютно бездарная и глупая шутка. А все произошло, именно в том месте, и в то время, которое я указал. Вот тогда-то он и уверовал, что моя телеграмма – совсем не розыгрыш!

На всю страну он попросил через ящик выйти на связь с ним автора спасительной телеграммы. То есть, меня. Ха, ну на это я тоже не мог пойти. Зачем мне светиться? Да и как объяснить такое избирательное предвидение? Нет, чем тише едешь… вернее сидишь, тем целее будешь! Известности Кашпировского или Чумака мне совсем не хотелось. А ведь мог бы… Вполне. Но, как-то не хочется мне облапошивать доверчивых соотечественников. Их и без моего участия окучивают все, кому не лень! Хотя от больших денег я бы не отказался, но предпочитаю заработать их другим путем. Найти меня нереально, если только мои корефули – Патлас с Леньчиком, не вспомнят о том мимолетном разговоре в поезде и не сдадут меня с потрохами. Но, надеюсь, что этого не произойдет. Все, что удалось узнать Цою об отправителе телеграммы, это то, что она была отправлена с Главпочтамта города Владивостока. И его незапланированный концерт, о котором мне сообщил Илья – дань уважения Виктора неизвестному спасителю. Ну, и думается мне, что он, все-таки, надеется меня отыскать.

– Серега, ты чего завис? – окликнул меня Илья. – Билеты нужны?

– Лен, ты как? – Я повернулся к девушке, что терпеливо дожидалась, пока я освобожусь и не влезала в разговор. Просто красавица! Именно такое поведение мне очень нравилось! А ведь могла бы… – Пойдешь со мной на концерт?

– И ты еще спрашиваешь? – незлобно возмутилась Лена, мягко ткнув меня маленьким кулачком в бок. – Конечно пойду! Билетов на Цоя вообще не достать!

– Заметано! – улыбнулся Илья. – Будут вам билеты!

– Ура! – Лена захлопала в ладоши и бросилась мне на шею.

Ни скажу, что это было мне неприятно. Приятно! Да еще как! И с этим нужно было срочно что-то делать! А то мои гормоны попросту взорвут мне мозг, вместе с сожителем заодно!

– Ребята! Ребята! – К нашей компании подошел лощенный усатый мужичок лет тридцати. – Волошин. Сергей. – Он протянул руку для рукопожатия. – Второй секретарь городского комитета комсомола. Отвечаю за культурную жизнь молодежи в нашей Дальневосточной столице! – произнес он с этаким апломбом.

– Как-то раньше не очень отвечали… – слегка покривился Илья, памятуя о не столь уж и далеких гонения на группу.

– Так и время тогда другое было, – сразу понял, о чем речь, второй секретарь.

– А сейчас, значит, перестроились? – хмыкнул Лагутенко.

– Зря вы так, Илья, – и не подумал смущаться Волошин, – мы действительно идем в ногу со всей страной! Я тут послушал, что вы тут пели…

– И? – заинтересованно протянул Луценко.

– Я хотел обговорил с вами возможность организации настоящего, а не такого вот стихийного концерта, – произнес Волошин. – Если интересно, подходите на неделе ко мне в комитет, обсудим возможности! Песни у вас действительно замечательные!

– Надо же, не прошло и три года! – фыркнул Илья.

Однако по его глазам я видел, что предложение комсомольского вожака его заинтересовало. Конечно, с концерта известной в городе группы можно основательно состричь лавандосиков, если с умом подойти. Но и для группы профессиональный концерт – это большой шаг вперед. Во всех смыслах.

– Ребят, вы все-таки подумайте! – раскланялся с нами комсомольский бонза. – Я вас жду! – И отчалил восвояси.

– Илья, чего обо всем этом думаешь? – спросил Вовка.

– Подумать надо… – пожал плечами Лагутенко. – Нахлебался я уже от этих партийных деятелей! Но сходить, поговорить, думаю, стоит… Может, и заработаем чего… А то у меня в кармане, только вошь на аркане!

– Дело говоришь, – кивнул Вовка, продолжая сматывать шнуры и складывать оборудование.

– Пацаны, если вы не против, мы пойдем. – Я приобнял девушку за талию.

– Ты если надумаешь к нам, – произнес Илья, – Лену тоже с собой прихватывай! Грех такие данные не использовать по назначению. А так-то, да – пока!

– До встречи! – Я пожал руки пацанам, и мы с Леной в обнимку покинули центральную городскую площадь.

Едва только мы свернули с оживленной, даже в темноте, площади в первый переулок, я впился крепким, жарким и долгим поцелуем в такие манящие губы девушки.

– Как же я соскучился! – выдохнул я, с трудом оторвавшись от Лены. От этого поцелуя у меня даже голова закружилась.

– А чего же ты так долго ко мне добирался? – Ехидно показала мне Лена свой маленький и сладкий язычок. – Так спешил, что даже и не доехал совсем!

– Блин, Лен, не обижайся! – Я обнял Лену со всей страстью. – Просто я, дурак такой, про… потерял твою записку с телефоном и адресом, – честно признался я. – А фамилию свою ты мне не сообщила! Думал, как на учебу выйдем, так твоим розыском и займусь…

– Эх, ты, сыщик недоделанный! – Лена дернула меня пальцами за нос.

– Как же хорошо, что ты сама меня нашла! – Я зарылся лицом в ее шикарные волосы, которые отчего пахли свежей земляникой. – Это просто чудо какое-то!

– Да, действительно, – согласилась она, – чудо! По-другому и не скажешь… Я, когда тебя увидела и услышала, как ты поешь, и не поверила, что вообще так может быть. Ты откуда вообще ребят из «Мумий Тролля» знаешь? Ты же не местный?

– Так получилось… – Я неопределенно пожал плечами. – Мы случайно вместе за решеткой в одном отделении милиции оказались…

– Где? За решеткой в милиции? – Лена ахнула, закрыв рот изящной ладошкой. – Вместе с «Мумий Троллями»? – Она явно мне не поверила – слишком необычно для простого обывателя, а особенно для очень симпатичной девушки, все это звучало.

– Я понимаю, как все это звучит… – Развел я руками. – Но это чистая правда! Может при случае у Ильи поинтересоваться, думаю, что такой еще представится.

– Я поверить во все это не могу! – воскликнула девушка, вновь повиснув у меня на шее. – Ты очень необычный…

Знала бы ты, что твориться у меня в башке, совсем по-другому бы заговорила. Но вслух, естественно, я этого не сказал. Мне бы самому со всем этим дерьмом разобраться. Но упускать такую девчонку я тоже не собирался, поэтому будем балансировать на грани. Главное, чтобы мой сожитель не вовремя ни нарисовался б.

– Не-е, – я помотал головой, – я вполне себе обычный пацан. Только очень часто вокруг меня формируются необычные обстоятельства… И я в них влипаю с завидной периодичностью. – Так-то, вроде и не соврал почти.

– Слушай, Сережка, а мы куда сейчас, если ты не местный? – поинтересовалась подружка.

– Да, вот думал, что сегодня в Дальрыбовской общаге поселиться успею, – ответил я, тряхнув сумкой с вещами. – Я ведь только несколько часов назад с поезда слез. Но видать, не судьба поселиться – время уже не детское.

– Можно у меня переночевать, – неожиданно предложила Лена. – Только у меня родители… – Она виновато развела руками.

– Радость моя, – я вновь поцеловал девчонку, – спасибо! Но у меня тут рядом, на Лазо, приятель хороший живет. Если застанем его дома – завалимся к нему. Он вот такой пацан! – Я оттопырил большой палец в известном всем жесте. – А вот если не застанем – тогда и подумаем над твоим предложением… Кстати, – неожиданно опомнился я, – тебя-то дома не заругают? Время уже позднее.

– Я уже большая девочка, – Лена весело мне подмигнула, – могу гулять, хоть всю ночь! Только телефон найдем, и я маму предупрежу, чтобы не волновалась.

– А вот это – правильно! – поддержал я так неожиданно нашедшуюся подружку. – Родителей беречь надо!

– Сережка, ты прелесть! – Теперь уже она полезла ко мне с обнимашками.

Эх, как бы у Лени забуриться на ночку? Может, он дома, и одна из комнат, по какой-нибудь счастливой случайности, окажется свободной? Ладно, топаем пока к нему, а там видно будет!

Мы неспешно побрели в обнимочку по ночному городу. От центра до улицы Лазо пешком всего-ничего, и вскоре я уже долбился в запертую дверь Лёниного барака. Поначалу никто мне не открывал и не подавал признаков жизни. Однако, через пару-тройку минут моей настойчивой долбежки, в одном из окон Лениной квартиры загорелся свет.

– Какого лешего? – услышал я сквозь раскрытое окно знакомый недовольный голос. – Сейчас нахрен оторву кому-то шаловливые ручонки!

Раздался скрип старых рассохшихся половиц в коридоре, щелкнул отпираемый замок и в распахнувшемся дверном проеме возник растрепанный и опухший со сна мой незабываемый дружбан-приятель.

– Серый, млять, какими судьбами? – Слегка повращав зенками, наконец признал меня Леня. – Вернулся, засранец?

– От засранца слышу! – Вернул я ему ответную любезность.

– Вот это по-нашему! – хохотнул Леня, протягивая руку.

Мы скрепили встречу рукопожатием и крепко обнялись. Да, мои летние приключения, помощь друг другу в сложных ситуациях, сблизили нас. Я с чистой совестью мог назвать Леню своим другом, так же, как и он меня. Надеюсь…

– А ты, смотрю, времени даром не теряешь, – подмигнул мне приятель, оценив выдающиеся прелести моей подружки, – только с поезда и уже не один!

– Хорош подкалывать! – притворно возмутился я. – Это Лена, моя хорошая знакомая. Мы с ней случайно встретились на площади…

– Ну, что она хорошенькая, я и без тебя вижу! – Вогнал Лену в краску мой дружбан. – Могу только позавидовать и помечтать, чтобы мне такие красавицы почаще случайно встречались… – продолжал он сыпать комплиментами.

– Короче, ты нас так и будешь на пороге держать? – прервал я его затянувшиеся расшаркивания. – Или мы не вовремя?

– Друзья всегда приходят вовремя, – Леня отступил в сторону, приглашая нас пройти, – милости прошу к моему скромному шалашу!

– Ну вот, другое дело! – Я пропустил Лену вперед и следом за ней прошел в Лёнину двухкомнатную барачную берлогу. – Ты один?

– Если ты насчет Маринки, то да – мы так и не сошлись. Да и ладно – не бери в голову! Вон, у твоей Лены, наверное, есть подружки? Я-то я молодой, неженатый, со свободной жилплощадью в самом центре… – Принялся он рекламировать свои достоинства.

– Вот как раз насчет жилплощади я и хотел с тобой поговорить. На ночь приютишь, а то я засветло до общаги так и не добрался.

– О чем речь, старина! Обидеть хочешь? После всего, что с нами было, мой дом – твой дом. Только вот свободная комната у меня с одной кроватью. – Он мне незаметно подмигнул.

– Нам подойдет! – Я улыбнулся, краем глаза отмечая реакцию Лены – никакого отторжения это предложение не вызвало. Ура! – Внутри у меня разве что фанфары не звучали.

– Слушайте, а вы, наверное, проголодались? – Спохватился Леня.

Еще бы! И не только в плане еды! Хотя и перекусить я бы тоже не отказался – последний раз в поезде лопал, а уже почти весь день прошел.

– Только у меня кроме яиц и нескольких сарделек в холодильнике ничего нет, – признался он. – Я гостей не ждал.

– Так давайте я вам яичницу пожарю, – предложила Лена.

– Я – за! – Я поднял правую руку и довольно облизнулся. – Попадешь к вам в дом – научишься есть всякую гадость! – Со смехом добавил я фразу Карлсона из известного мультика.

– Я так пожарю – пальчики оближете! – рассмеялась Лена. – Я люблю готовить!

– Как здорово, что мы так удачно встретились! – произнес я. – Люблю повеселиться – особенно пожрать!

– Пойдем, Лена, я тебе кухню покажу, – предложил Леонид.

– А где рядом позвонить можно? – спросила Лена.

– Так в общем коридоре по дороге на кухню у нас и телефон найдется, – ответил Леня.

– Прямо здесь можно позвонить? – обрадовалась Лена.

– А то! – улыбнулся Леня. – У нас продвинутый барак, хоть ему и сто лет в обед!

Они, весело смеясь, вышли из комнаты. Буквально через несколько секунд Леня вернулся.

– Ты где такую соску оторвал, старик? – крепко хлопнул он меня по плечу. – Я бы от такой шмары тоже бы не отказался!

– Где взял, там уже нету, – ответил я. – Сам вот слюни пускаю…

– Ну, удачи тебе в этом нелегком деле! – заржал, словно конь, Леня. – Зачетная она! Пойдем, я тебе чистое белье выдам. – Он ушел в свою спальню и вернулся со стопкой свежего белья. – Держи, жеребец!

– Лень, спасибо! – поблагодарил я приятеля. – Сочтемся! А презервативов, случайно, не найдется?

– А может, тебе еще конец свой одолжить? – Не переставал подкалывать меня приятель.

– Только попробуй к ней подкатить! – Я делано насупил брови.

– Ага, повелся, фраерок! – Леня опять скрылся в своей спальне и вернулся с упаковкой из пяти презервативов. – Как от сердца отрываю! – Покрутил он перед моим носом «патронташем» из цветной фольги. – Индийские! Мне корефуля из загранки притащил – с совковыми гондонами не сравнить! Цени мою доброту, Серый! Тебе сколько? Двух достаточно будет?

– Блин… – Я задумался. Опыта в этом деле у меня не было. Но на два раза минимум я рассчитывал. Гормоны в моем молодом теле просто фонтанировали! Лучше перебдеть, чем недобдеть! Может, и на большее сподоблюсь. – Давай три! – Махнул я рукой. – На всякий пожарный! – И, как оказалось, запас карман не тянет…

– Держи! – Леня щедро поделился импортными резиновыми изделиями. – Танцуй, пока молодой!

– А то! Слушай, а ты не знаешь, как там у Леньчика с Кучерявым дела? А то они в деревне так и не нарисовались. Похоже, что все-таки, нашли, гдг во Владике пристроиться?

– Нашли, – кивнул Леня, – Патлас умудрился в морской колледж поступить, что на второй речке. Ну а Леньчик пролетел и туда. В ШМОньку[1] удалось пристроить. Годок там отучиться – и вперед матросом! По морям, по волнам! Есть у меня корефукля один – может помочь с загранпаспортом, посадим его на парохед – будет из-за бугра нам шмутье по-братски таскать!

– У тебя, гляжу, на все планы? – Я ехидно прищурился.

– А как вас без пригляда оставить? – Леня пожал плечами. – Своего ведь ума еще не нажили.

– Значит, пристроились пацаны? – порадовался я за друзей. – А чего домой потом не поехали?

– Так они все бабло на радостях прогудели! Андрон неделю назад в колхоз отчалил, а с Леньчиком вы вообще парой дней разминулись. Достали меня хуже горькой редьки! – признался он. – Я уже старый – столько пить не могу!

– Ага, как же! Так я и поверил…

– Ладно-ладно! Шучу! Но в колхоз сплавил – хоть отдохну немного. Ты-то надолго?

– Да нет, просто в общагу сегодня устроиться не успел. Да и Лену, вот, неожиданно встретил… – И в этот момент моя, так внезапно нашедшаяся, подружка вошла в комнату со скворчащей сковородкой в руках. – Блин, Ленка, ты обалденная! – не сдержавшись, выдохнул я, едва сдерживаясь, чтобы не наброситься на нее прямо здесь.

[1] ШМО – Школа Мореходного Обучения.

Глава 4

Черт побери! Эта ночь была просто божественной! Я о таком и мечтать не смел! После сытного ужина – яичница тоже оказалась выше всяких похвал, мы с Леной уединились в отдельной комнате…

Первая близость после долгого воздержания прошла как-то путано и сумбурно, мы даже насладиться сексом как следует не успели! Накинулись друг на друга, как обезвоженные путники, дорвавшиеся до живительного источника влаги в пустыне! На все про все – десяток минут, вряд ли больше! И вот мы уже лежим рядом, бок о бок, тяжело дыша, как вытащенные из реки рыбы.

– Н-да, – немного отдышавшись, произнес я. – Не думал, что нас так быстро размотает… Но ты была так прекрасна… – Я погладил девушку по роскошным волосам, разметавшимся по подушке. – И сдержаться… у меня не было никаких сил… Прости, если не оправдал ожиданий…

– У меня тоже, – девушка прыснула в кулачок, – быстро. Не думала… – слегка помялась Лена, но все-таки произнесла, – что сумею получить… наслаждение… с такой скоростью.

– Тогда еще не все потеряно! – радостно воскликнул я, рисуя кончиками пальцев дорожку от ложбинки меж потрясающих грудей, до поросшего темными шелковистыми волосками лобка.

– Ты чего это задумал, негодяй? – притворно возмутилась моя красавица, но я быстро накрыл её потрясающие губы своими губами.

Мои пальцы скользнули во влажную и горячую промежность и нежно прикоснулись к набухшему и вмиг затвердевшему клитору. Я легко надавил на него, и принялся ласкать мягкими и ритмичными круговыми движениями. Лена застонала от наслаждения, и страстно изогнулась. Я оторвался от ее припухших от поцелуев губ, и, ведя языком по проложенной пальцами дорожке, принялся спускаться все ниже, и ниже, и ниже…

В общем, во второй раз все произошло куда более чувственно, неспешно и продолжительно! Но не менее приятно и ошеломительно! Не знаю, как нам удалось не заорать во весь голос во время одновременно накрывшего нас с головой оргазма, но все равно нашуметь мы умудрились изрядно! Благо, что предъяв со стороны Лени не последовало. А до остальных, проживающих в этом ветхом бараке, мне было абсолютно пох!

Ну и третий фирменный индийский презерватив мы использовали уже под самое утро, когда, устав делиться друг с другом впечатлениями от проведенной ночи, Лена вдруг меня резко оседлала… Кому-то пришлось встать на работу пораньше, поскольку в этот раз Ленка вообще не сдерживались и орала так, что перебудила, наверное, весь квартал.

Минут пятнадцать спустя к нам в комнату осторожно постучал Леня:

– Можно?

Я набросил на Лену одеяло, натянул штаны и поднялся с кровати:

– Можно!

Леня просочился сквозь дверь, с трудом удерживая ехидную ухмылочку:

– Ну вы и горазды же орать, братцы кролики!

– Проблемы будут? – уточнил я.

– Все норм, не парься! Пусть только кто вякнет! Я по другой причине – тут до тебя незваный гость нарисовался…

– До меня? – Я удивленно захлопал ресницами. – Но никто не знает, что я здесь…

– А этот, похоже, знает, – качнул головой Леня. – Хороший, видать, ментяра…

– Зябликов? – запоздало догадался я.

– Он самый! – подтвердил мою догадку Леня. – Он нарисовался, когда вы тут финальный забег устроили, – хохотнул он.

– Вот мля! – выругался я.

– Да ладно, – Леня по-дружески хлопнул меня по плечу, – пусть старикан завидует! Вспомнит хоть, как это в молодости…

– Так он, вроде, и не старикан совсем.

– С ума сошел? Ему под сорокет… наверное… Натуральный старикан! Не ветхий, как оссед мой – Петрович, но все-равно, как говориться: старость – не радость!

– Ага, – кивнул я, натягивая через голову футболку, – молодость не жизнь!

– Ладно, я в комнате, – произнес Леня, скрываясь за дверью.

Лен, – позвал я прячущуюся под одеялом девушку, – мне тут поговорить надо.

– Иди, – Лена махнула рукой, и улыбнулась, – я и без тебя одеться сумею!

Я прыгнул на кровать, и мы пару минут целовались, позабыв про все на свете. Если бы меня не ждал в другой комнате майор Зябликов, я б, наверное, сподобился бы еще разок – порох в пороховницы явно не помещался! Да и презики закончились. Не судьба, видать…

Я поднялся на ноги, послал Лене воздушный поцелуй, и в самом приподнятом настроении отправился на разговор с начальником Советского райотдела милиции города Владивостока.

– Всего доброго вам, Степан Филиппыч! – с порога поприветствовал я крепкого лысого и усатого мента.

– Сережа! – Расплылся в ответной улыбке Зябликов, протягивая руку. – Не слишком побеспокоил? – Он весело прищурился, а в его глазах запрыгали безбашенные бесенята. А ведь взрослый мужик!

Я пожал крепкую мозолистую ладонь майора и бухнулся рядом с ним на диван:

– Не, Степан Филиппович, не побеспокоили. Я уже закончил… – Не подумав, что фраза звучит несколько двусмысленно, брякнул я и запнулся.

– Мы слышали! – вмешался в разговор Леня. – Тут и глухой бы расслышал.

Мое лицо резко покраснело и запылали кончики ушей – да, блин, пошумели, но неудобно-то как.

– Да ладно, не тушуйся – дело молодое! – Пришел мне на помощь Зябликов. – Я и сам в твои годы…

– Степан Филиппович, – произнес я, чтобы хоть как-то перевести тему, – а как вы узнали, что я в городе?

– Парни доложили, что тебя на площади видели, – ответил майор. – Вы там с Ильей вчера шороху навели. Даже из крайисполкома интересовались, что это там за стихийная демонстрация собралась?

– Так получилось… – Виновато пожал я плечами, хотя виновным себя ни капельки не чувствовал. – Надеюсь, что никаких проблем вам не доставили?

– Не переживай с этим я, как-нибудь и сам разберусь: куда надо позвоню, с кем нужно, переговорю…

– Я так понимаю, опять нарисовались проблемы, с которыми вы сами справиться не можете? – Я, наконец-то, начал понимать, куда клонит майор.

Ему-то, конечно, не я нужен, а мой визави. Млять, опять придется набухиваться до поросячьего визга! Как меня это напрягает! А ну, как он, тот я, который не я, не пожелает уходить? И останусь я вялиться где-нибудь на задворках собственного подсознания? Но деваться некуда – Зябликов столько для нас всех сделал… Да, вобщем-то и я для него… Ну, не совсем я, а тот у меня внутри… А, хрен с ним, гори оно все синим пламенем! Куда нам деваться с подводной лодки?

Леня с интересом наблюдал за нами с Зябликовым, до сих пор не понимая, что общего может быть между ментом и безусым парнем, только-только вырвавшемся из-под мамкиной юбки.

– Да, Сереж, мне очень нужно с тобой переговорить с глазу на глаз! – Не удивил меня майор. – Прокатишься со мной до отдела?

– Хорошо, Степан Филиппович, – кивнул я, понимая, что мне не отвертеться. – Только подбросим до дома мою девушку? – Если уж так вышло, чего бы не воспользоваться случаем?

– Конечно подброшу, Сереж. О чем речь? – Тут же заверил меня майор. – Вам долго собираться?

– Бедному собраться – только подпоясаться! Обратно вернете?

– Как скажешь, – вновь кивнул Зябликов. – Я вас на улице подожду.

Он пожал руку Лёне и вышел из барака. Я видел из окна, как он закурил на крыльце и пошел к своей Волге, припаркованной возле самого Лениного заборчика.

– Слушай, а чего этот лысый хер к тебе прицепился? – поинтересовался Леня. – Да, он нас не слабо так выручил. Верблюда удалось от каторги отмазать. Но все-равно…

– Лень, это не моя тайна… – честно ответил я. – Вернее, не только моя… Лучше не спрашивай об этом дерьме, мне тогда пи…ть не придется. Не хочу втравливать близких мне людей во всякое…

– Понял, старина! – Леня хлопнул меня по плечу. – Если решил не делиться – тяни лямку в одного, но знай, чувак, если припечет не по-децки – я всегда рад помочь!

– Заметано, чувак! – Я пожал Лене руку.

Забрал из комнаты уже умытую и причесанную Лену, погрузился с ней в ментомобиль Зябликова. Филиппыч без вопросов домчал нас по указанному девушкой адресу.

– Увидимся, красавица! – поцеловав на прощанье красотку, произнес я.

– Только ты смотри, не потеряйся, как в прошлый раз! – шуточно попеняла мне Лена. Но по её сверкнувшим глазам было видно, что, если еще раз пропаду без уважительной причины – не видать мне больше такого счастья, как своих ушей.

– Теперь точно не пропаду! – заявил я. – Где живешь – знаю, телефон есть…

– Тогда, давай до скорого! – произнесла она, и мы вновь слились в страстном поцелуе.

Зябликов в машине вежливо отвернулся, чтобы нас не смущать. Хотя, нас, после всего, произошедшего сегодняшней ночью, ничего бы не смутило. Лена убежала, хлопнув подъездной дверью, а я уселся в «Волгу» на переднее сиденье, рядом с майором, ожидающим меня за рулем.

– Я свободен, Степан Филиппович, можем ехать!

– Сережа, спасибо тебе большое, что согласился… – начал было Зябликов, но я его остановил:

– Степан Филиппович, все нормально! Не надо извинений! Я так понял, что вам опять надо…

– Да, мне бы переговорить с Сергеем Вадимовичем… Вопрос жизни и смерти!

– Опять что-то случилось? – обеспокоенно спросил я.

– Да, Сережа, случилось… – кивнул Зябликов, не отрывая глаз от дороги. – Причем, очень странное… Такого не должно было случиться… – Было видно, что майор очень сильно волнуется. Значит, действительно, произошло что-то очень серьезное. Я таким его видел только в тот момент, когда его жене грозила настоящая опасность – один маньячилла с высокой должностью грозился её по частям разрезать… Неужели опять?

– Что-то с вашей супругой? – решил я спросить, пока еще не натрескался вздрызг и немного соображал, что к чему.

Зябликов на мгновение оторвался от дороги и бросил на меня внимательный взгляд, словно решая, кто сейчас «на проводе» – я или симбионт?

– Ты прав, Сережа, моей жене грозит опасность. Как и в прошлый раз!

– Да как так-то? – воскликнул я. – В тот раз мы же все порешали. Даже время назад откатили!

– Ты это тоже помнишь?

– Смутно, словно сквозь какую-то пелену, но помню…

– Вроде и никто знать не должен был, что она излечилась… Из местных… Я её в Москву к родне отправил… – Зябликов вел машину, нервно дергая рулевым колесом.

– Неужели опять этот… как его? – Я попытался припомнить имя того отморозка, захватившего в прошлый раз супругу Зябликова.

– Митрофанушка, сука! – прорычал Степан Филиппович, залетая во дворик перед отделением милиции.

– Точно! Митрофанушка! – Я тоже вспомнил заплывшего жиром урода. – Но ведь он, если я не ошибаюсь, ни о вас, Степан Филиппович, ни о выздоровлении вашей жены, ничего не должен знать!

– Но он, сука, знает! – нервно воскликнул майор, вылезая из машины. – Все, пока молчок! – предупредил он. – Продолжим в моем кабинете – там уже все готово…

В кабинете, действительно все было готово: двухлитровая бутылка вискаря (мама, я столько не выпью!) и стол, заваленный разной закусью! Да такой, что у меня, внатуре, слюнки потекли: рыба красная – соленая и копченая, икры красной пара стеклянных литровых банок, ну и всякой консервированной всячины – в основном морепродуктов, от гребешка, до салатов с кальмаром и морской капустой. Несколько банок камчатского краба, колбаса, сыр и прочие вкусные штуки. В общем, подзатарился Зябликов для разговора с моим «сожителем» более чем основательно!