Текст книги "Халява. 90-е: весело и страшно (СИ)"

Автор книги: Виталий Держапольский

сообщить о нарушении

Текущая страница: 14 (всего у книги 15 страниц)

– Ну, и где эта ваша расчудесная студия звукозаписи? – уперев руки в боки, поинтересовалась Лена.

– Илья сказал где-то здесь, – пожал я плечами. – Подождем, он должен подойти.

Мы с Леной уселись на свободную лавку возле подъезда, еще не оккупированную вездесущими старушками, которые вот-вот должны были выползти во дворы. С вечерними сумерками на город постепенно опускалась благословенная прохлада. Пока Илья не появился, я решил закурить. Пуская в воздух клубы дыма, я бездумно наблюдал за возней мелюзги на детской площадке, а Лена достала из сумочки пилку и принялась в очередной раз полировать ногти на руках.

Наконец из-за угла дома появился запыхавшийся Илья.

– Серега, Лена! – поздоровался он с нами. – Немного запоздал – извините!

– Да ничего! – отмахнулся я. – Мы тут немного свежим воздухом подышали. После дневной жары – просто офигительно!

– Да, топит погодка не по-детски! – согласился со мной Лагутенко. – Ну, вы готовы к труду и обороне?

– Как пионеры – всегда готовы! – шуточно «салютанул» я Илье пионерским приветствием.

– Тогда вперед! К новым свершениям! – произнес он, заходя в ближайший подъезд, а после сбегая по ступенькам в какое-то полуподвальное помещение.

Первое, что негативно капнуло на мозг, вернее на обоняние – это чудовищный запах гниющих отбросов в мусоропроводе, что в условиях летней жары источали жуткое зловоние.

– Ой, что это? – Лена сморщила свой прекрасный носик и прикрыла его ладошкой. – Какой отвратный запах!

– Есть такое – издержки жаркой погоды, – согласился Илья. – «Декада» – так студия называется, – пояснил он, – не так давно организовалась, и лучшего помещения еще подыскать не удалось. Весной оно как-то попроще было – холодно…

Он распахнул дверь в подвал, приглашая нас проходить внутрь. Помещение, в котором расположилась студия, представляло собой этакую двухкомнатную камеру. В первой из комнат стояли пульт, большой бобинный магнитофон и старый продавленный диван. В другой, отделенной от первой комнаты тонким стеклом – музыкальные инструменты и микрофоны. Да, до лучших домов Лондона и Парижу, как до луны пешком! Но, будем пользоваться тем, что есть. Над столом, на котором располагался пульт и магнитофон над чем-то колдовал худощавый паренек в громадных наушниках. Наше появление он банально не заметил. Илья подошел к нему поближе и постучал ладонью по спине:

– Эгей, сова, медведь пришел!

Паренек вздрогнул и обернулся. Узнав Илью, он радостно улыбнулся и стащил наушники с голову, повесив их на шею:

– Ильюха!

– Знакомьтесь, друзья, это Женька Звиденский…

– Для своих – Сдвиг! – вставил Женя, и мы пожали друг другу руки.

– Он у нас сегодня будет за звукорежиссера, – сообщил Лагутенко. – А еще он на аккордеоне и гитаре нормально так жарит! Так что прошу любить и жаловать!

Сдвиг картинно поклонился.

– Слушай, а где «высокое начальство»?

– Какое начальство? – удивленно вскинул брови Женька.

– Ну, так как же – господин директор лучшей звукозаписывающей студии города Владивостока «Декада» господин Бурлаков?

– Тьфу, ты – Ленька что ли?

– Ну, конечно! – кивнул Илья. – Без него же не начнем?

– Без него никак, – согласно кивнул Сдвиг.

– Это без кого никак? – входная дверь распахнулась, и в студию проскочил плотный парнишка лет двадцати-двадцати трех. В руках он сжимал сумку, в которой что-то призывно тренькало и бултыхалось – не иначе бутылки с веселым пойлом.

– Конечно, без тебя никак! – ухмыльнулся Сдвиг. – Ну, и без твоего жидкого допинга…

Глава 24

Лишь с рассветом мы выбрались из пропахшей мусорными миазмами студии. Все работали, как ужаленные, время от времени повышая градус веселья винным допингом, приготовленным запасливым Бурлаковым. Я-то не пил, боясь выпустить в свет моего «пришельца-соседа». А вот остальные время от времени прикладывались, ибо только так можно было не обращать внимания на чудовищную духоту и едкую вонь мусорки – вентиляции в подвале естественно не было. Пару раз запись приходилось прерывать из-за нашествия незваных гостей – откормленных мерзких крысюков. Потом еще тратить некоторое время на уговоры – Лена никак не хотела возвращаться в подвал – она оказалась типичной представительницей женского пола, пасующего даже перед маленькой «милой» мышкой. А тут – настоящий облезлый монстр с «огромными клыками».

В общем, как бы то ни было, нам удалось записать все партии на два наших с Ильей трека. Оставалось только все это свести. За это сложное дело обещал взяться Женя Сдвиг. Но и я, в свою очередь, попросил у него копии записанных исходников – со своим-то до жути навороченным оборудованием я сведу запись куда как круче! Женька пообещал до обеда все переписать. Ну, вот и ладушки!

– Ой, Сережка, – неожиданно засуетилась Лена, когда мы вышли на утреннюю и еще немноголюдную улицу, – мне через три часа в универе надо быть! Все, баста, выходные закончились! Это тебе можно баклуши бить… Буду сегодня целый день на парах зевать! – недовольно произнесла он.

Да, не выспавшаяся женщина – то еще удовольствие!

– Так давай я тебе тоже справку соображу, – предложил я. – Отдохнешь от учебы пару недель…

– Нет, уж, спасибо! – фыркнула Лена. – А кто потом за меня сессию сдавать будет? Пушкин, что ли?

Вот, ведь, какая она у меня – ответственная! Спортсменка! Комсомолка! – Но вслух я этого произносить не стал, а просто предложил:

– Сейчас мотор поймаем и на хату. Еще пару часов поспать успеешь…

– Ну, нет! – уперлась Лена. – Мне домой надо! – Она демонстративно понюхала собственное плечо. – А то я так в этой студии мусором и сигаретами провонялась – несет как от бездомной бичихи-алкоголички! Переодеться мне надо, в душ сходить, марафет кой-какой навести – хотя бы синяки под глазами закрасить…

– Тогда заброшу тебя домой, а у меня еще пара дел есть, – согласился я с доводами подружки.

Мы вышли на дорогу и взмахнул рукой, пытаясь остановить частного извозчика. Однако, передо мной остановился стандартный таксомотор – «Волга» со светящимися «шашечками» на крыше.

– Шеф, свободен? – заглянув в открытое окно, спросил я таксиста.

– Смотря куда? – спросил плюгавенький мужичок, почесав слегка заросший пегой щетиной подбородок.

Я назвал адрес.

– Двойная такса и я весь твой! – заявил таксист после секундной паузы.

– Поехали! – Я даже раздумывать не стал – мой соседушка «наколдовал» в свое время большую сумку бабла на «текущие расходы», которую оставил Зябликову.

И Степан Филиппович регулярно и дозировано снабжал меня «карманными бабосиками». Не сказать, чтобы миллионами, но мне на жизнь хватало!

Я открыл заднюю дверь автомобиля, пропустил вперед Лену, а сам плюхнулся рядом на мягкую сидушку. Под мерное покачивание мы с Ленкой заснули: она – привалившись к моему плечу, а я к стойке салона.

– Э, ребятки, подъем! – Разбудил нас таксист, быстро домчавший нас по пустынным утренним улицам до указанного адреса.

– Шеф, пять секунд обождешь? – спросил я водилу.

– Легко, – улыбнувшись, ответил он, – счетчик щелкает!

Я проводил Лену до подъезда и поцеловал её в щечку:

– Ты сегодня ждать?

– Нет, Сереж, пару дней дома побуду, – сообщила мне подружка. – Учебу подтянуть надо…

«И выспаться нормально», – мысленно добавил я.

– Хорошо, звони. – Я еще раз поцеловал её, но уже в губы и она довольная скрылась в подъезде.

– Извини, старина, что ждать пришлось, – произнес я, залезая в салон. – До Вторяка домчим?

– Двойной счетчик и нет проблем! – Еще шире улыбнулся таксист, выскакивая на дорогу.

Я едва успел рассчитаться с таксистом у подъезда, как попал на глаза Степану Филипповичу, направляющемуся на работу. Мне пришлось выслушать небольшую нотацию от старшего товарища, по поводу моего ночного отсутствия.

– Так я ж не шлялся, где ни попадя! – возмущенно отбивался я от нападок майора. – Работал всю ночь в поте лица! Целых два трека умудрились за ночь записать!

– А позвонить уже не судьба?

– Так телефона в студии не было! – Привел я в свое оправдание убойный, с моей точки зрения, аргумент.

– А таксофонов в городе совсем нет?

– Да я подумал: чего по ночам шляться, себе на жопу приключений искать?

– Ну, это ты, допустим, правильно подумал! – одобрил ход моих мыслей Степан Филиппович.

– Вот видите, и ничего страшного со мной не произошло! Жив, здоров и невредим мальчик Вася Бородин! – продекламировал я майору известные строчки из «Дяди Степы».

– Все бы тебе смехуечки! – проворчал мент, но я видел, что он уже «отошел». – Какие планы на сегодня?

– Ну… в основном пожрать и поспать, – признался я. – Только в обед мне за записью смотаться надо, а после засяду за работу. Хочу настоящий шедевр склепать! – Нимало не смущаясь, поведал я Зябликову о своих наполеоновских планах.

– Шедевр, говоришь? – Зябликов с ехидной улыбочкой погладил ладошкой свою сверкающую на солнце лысину. – Ну-ну, стремление, конечно, похвальное, но…

– Я буду стараться, Степан Филиппович!

– Главное, башку себе не разбей, как тот полудурок, что богу молился.

– На это, надеюсь, у меня мозгов хватит!

– Бл… заболтался я с тобой! – чертыхнулся Зябликов, бросив взгляд на часы. – На службу опаздываю!

– Так начальство же никогда не опаздывает, – произнес я известную на весь мир аксиому, не требующую доказательств, – он задерживается!

– Настоящий начальник должен подавать пример своим подчиненным! – наставительно произнес майор. – А если оно первым «прибор» на правила начнет класть, то чего от других требовать?

– Остальные, по ходу, тоже на все навалят…

– Причем с самой высокой колокольни! Запомни это, студент!

На том мы и распрощались: Зябликов уехал в отдел, а я, заскочив в ближайшую булочную, затарился свежим хрустящим хлебушком. От Ленкиного вчерашнего пищевого подгона в холодильнике еще оставалась картоха и одна «ножка Буша». Для завтрака вполне прокатит!

Вывалив оставшиеся добряки на сковородку, я слегка обжарил картофан с курицей, подогрел чай и с удовольствием набил брюхо. После сытного завтрака меня слегка раскумарило и я немного подремал, предусмотрительно поставив будильник. В оговоренное время я вновь объявился у дверей студии. Женька не подвел и выкатил мне пару аудиокассет с записями всех исходников.

– Извини, – сказал он, – на бобине было бы качественнее…

– Не переживай, у меня все равно бобинника нет, а вот хороший японский кассетник – имеется. С двумя деками и функцией перезаписи! – похвалился я.

– Здорово! – обрадовался парнишка. – Интересно, а ты каким образом будешь звук сводить?

– У нас, у женщин, свои секреты! – не поддался я на «провокацию». – Сравним после, у кого круче получилось?

– А то, как же! – кивнул «Сдвиг». – Обязательно сравним!

Вернувшись на съемную квартиру, я тут же завалился спать. Жрать после плотного завтрака совершенно не хотелось, а вот глаза явно так слипались. Проснулся я уже в полной темноте. Выспавшимся, полным сил и энергии. Это здорово так совпало, что Ленка в ближайшие дни не придет – можно будет полностью посвятить себя сборке и озвучке видеоклипа. Сгорая от нетерпения, я открыл тайник с ноутбуком и погрузился в увлекательнейшее мероприятие. Как оказалось, работа не было простой – дунул-плюнул и готово. Пришлось основательно повозиться, даже имея на руках такие продвинутые технологии будущего. Но, через какое-то время, я ощутил, что у меня неплохо получается. И еще возникало такое чувство, что я делаю сборку видеоизображения не в первый раз. И у меня довольно-таки солидный опыт в этом вопросе.

Время от времени погружаясь в открывающиеся глубины памяти моего нежданного «соседа» по черепушке, я осознавал, что участвовал в сборке не только музыкальных клипов, а настоящих художественных фильмом. А самым настоящим шоком для меня было осознание, что я (вернее он) сотрудничал с настоящими голливудским монстрами-режиссерами! Одним из которых был неподражаемый Роберт Земекис, создавший настоящий шедевр всех времен и народов – «Назад в будущее». Я слышал, что в конце прошлого года в Америке вышло долгожданное продолжение этого фильма. Как же я хотел его посмотреть! Да и пересмотреть первую часть не отказался бы!

И тут меня накрыло: в ноутбуке содержалась обширная библиотека книг, фильмов, видеоклипов и просто музыки из будущего. Просто у меня не было времени, как следует прошерстить эту поистине бесценную базу. То Ленка, то хрень всякая с бандюками, то с камерой бегал, высунув от усердия язык… Дрожащей рукой я ткнул на экране стрелочкой, открывая папку с фильмами. Твою же, сука медь! Чтобы просмотреть такое количество фильмов мне, наверное, и целой жизни не хватит! А самое главное там был не только второй фильм «Назад в будущее», но и третий, к съемкам которого только-только приступили! Мама мия, ну все – я пропал! Как пропала и целая ночь!

К следующему вечеру я кое-как умудрился взять себя в руки и заняться монтажом. Но, знал бы кто-нибудь, какие усилия мне пришлось для этого приложить. Прямо, сука, наркотик какой-то! Но я, скрипя зубами, удержался от дальнейшего погружения в новый, и доселе практически не изведанный мир безостановочного просмотра фильмов. Не было у меня раньше такой возможности! А пара просмотренных фильмов из будущего с фантастическими спецэффектами вообще потрясли меня своей зрелищностью! Хорошо еще, что Ленка позвонила и предупредила, что не появится до самых выходных. Появился шанс закончить работу… если, конечно, не буду безотрывно проглатывать киношки из будущего.

К концу недели с горем пополам мне, наконец, удалось смонтировать два видеоклипа. С горем, это потому, что я до сих пор с трудом отрывал себя от просмотра киношек. Да-да, вместо перекура я продолжал смотреть фильмы. К пятнице от постоянного недосыпа и напряжения зрения у меня «шары» едва из глазниц не вываливались. Зябликов, как-то зашедший меня проведать, даже головой покачал:

– Сережка, с ума сошел? Ты совсем на ужаленного торчка смахиваешь! Не спишь по ночам что ли?

– Степан Филиппович, работы валом! Скоро закончу, вот тогда и отосплюсь вволю!

– Покажешь, что сделал? – попросил он меня. – Интересно же сравнить… Оценить уровень, так сказать…

Ну, я и показал, а что мне еще оставалось делать?

– Звучок, правда, не ахти, – предупредил я Зябликовая, включая смонтированную запись. – Техника в этой «Декаде»… В студии, не сказать, чтобы полное дерьмо, но оставляет желать лучшего. Я, как мог, вытягивал, но до уровня звучания будущего… Сами понимаете…

– А что, эти песни тоже у тебя в компьютере есть? – полюбопытствовал майор.

– Есть.

– Так чего ж ты целую неделю здоровье гробил? Просто взял бы и на кассету переписал, – предложил Степан Филиппович, не мудрствуя лукаво.

– И как вы себе это представляете? Я уже не говорю, что такого звучания добиться невозможно, так еще и видеоряд… Да там Илье Лагутенко – за полтинник! Разницу ощущаете? Я тоже поначалу думал минусовку песен использовать, хотя бы частично… Но, блин, как все это понимающим людям объяснить? Никак!

– Блин, как-то не подумавши, брякнул, – потупился Зябликов. – Ну, значит, не зря убивался! Ладно, давай, показывай свою работу! – Майор брякнулся на диван, а я включил проигрыш.

При просмотре Зябликов едва не притацовывал, подергивая на диване руками и ногами в такт мелодии. Даже беззвучно подпевал, чем несказанно меня позабавил. Когда клипы закончились, он, незатейливо, прямо по-детски, захлопал в ладоши:

– Очуметь, Сережка! Это просто улет! Действительно сам все сделал?

– А есть сомнения, Степан Филиппович? Да всю неделю почти не спал! Знаете, как сложно учесть все нюансы! И чтобы кадры накладывались нам музыку, и это не вызывало диссонанс восприятия картинки, и чтобы губы в слова попадали!

– Слушай, но если сможешь с этим пробиться в ящик… Думаю, известность тебе на весь союз – гарантирована! Хоть я и не особо ценитель, но ничего подобного на нашем телевидении не видел! Есть идеи, как это провернуть?

– Не особо, – покачал я головой. – Пока сосредотачивался только на сборке. А вот как раскрутиться… – Я сделал кислую мину.

– А может это… У Вадимыча поспрошать? Он человек в этом деле опытный… Ну, делился как-то…

Ага, делился, за рюмкой чая. Да и человеком бы я его не стал называть – о н нечто другое… Да и боязно мне опять его из небытия «доставать»! – Но опять же, этими мыслями я не стал делиться с майором.

– Степан Филиппович, давайте я все окончательно закончу, а уже потом о раскрутке подумаем, – предложил я приемлемый выход на ближайшее время. – Может, пацаны еще чего подскажут.

– Если бы твои пацаны могли, то уже давно сами бы раскрутились! – Слегка жестковато дал свою оценку моим друзьям Зябликов. – А пока они сами на уровне деревенской самодеятельности застряли. Сергей Вадимович говорил, что они только лет через десять сумеют достичь каких-то внушительных успехов. Вот ты готов столько времени ждать?

Блин, ну вот умеет Зябликов «приободрить»!

– Нет, это слишком! – Пришлось согласиться и мне с доводами майора. – Но мы что-нибудь обязательно придумаем! И… – Я неожиданно вспомнил про спасенного мною Виктора Цоя. – Есть у меня один выход на известного на всю страну певца. Не хотелось бы его использовать, но попробовать можно.

– А почему не хотелось бы? – спросил заинтригованный Степан Филиппович.

– Слишком там неоднозначная история… – Попытался отмазаться я, но не тут-то было! Степан Филиппович мгновенно взял меня в оборот. Сразу чувствуется крепкая ментовская хватка. Уж что-что, а на «гниль» давить он тоже умеет. – Срежка, ну уж мне-то… – Сострапал обиженную физиономию Зябликов. – Мы с тобой в таких переплетах побывали и такой мистики вместе нажрались, никаким экстрасенсам не расхлебать! Неужели не поделишься? – Ехидно прищурился он.

От же, падла скользкая, как извернулся! Хочешь, не хочешь, а придется ему все выложить.

– Вы о Викторе Цое что-нибудь слышали? – спросил я его для начала.

– Сереж, ну ты меня уж совсем за дремучего и старого пердуна не держи! – возмущенно произнес майор. – Кто же его в СССР не знает? И песни и темы – настоящие, мужские. На мой неискушенный взгляд немного мрачноваты, но на вкус и цвет, как говорится… И на «Ассу» с его участием, и на «Иглу» я в кино ходил. Талантливый парнишка.

– Тут такое дело, Степан Филиппович, вышло так, что я его недавно от смерти спас…

– Это где же ты с ним пересечься умудрился? Он вроде как во Владик не приезжал? Или это, у тебя на родине дело было? – Забросал меня вопросами прожженный опер.

– Да нет, вы не поняли, я с ним даже не встречался…

– Тогда как? – Вновь затупил Зябликов.

– А так – заочно, – пояснил я. – Я тогда еще не осознавал, что во мне… ну… он…

– Сергей Вадимыч? – Правильно истолковал мою заминку Степан Филиппович.

– Ну, да. А вот его память иногда мне странные «откровения» подбрасывала. Так я и «увидел», что Цой должен был разбиться на машине пятнадцатого августа этого года. В Латвии…

– Вот оно как? – глубокомысленно произнес Зябликов.

– Угу. Я думал… боялся, что у меня буденовка совсем протекает… Но… Я ему телеграмму послал… – Я собрался с духом и вывалил все на Степана Филипповича. А с кем еще можно поделиться с тем, что терзало меня до сих пор? Если не с ним, то больше и не с кем! – Предупредил, чтобы был осторожнее… Сообщил и место, и время… Похоже, что он ко мне прислушался и остался жив…

– Дела… – присвистнул Степан Филиппович, неосознанно потирая лысую голову. – И как ты на него выйти собираешься?

– Я передачу по ящику видел – «до 16-ти и старше» с его участием. Он на всю страну показал мою телеграмму и сообщил, что только благодаря ей не убился насмерть. Аварии избежать не удалось, но он был более собран, чем должен был быть… Вот и выжил. Так же он просил связаться с ним автора этой телеграммы… А через неделю у него концерт во Владике…

Глава 25

Чтобы окончательно отшлифовать свою работу мне понадобилась еще неделя. Я «обивал» все нападки пацанов из «Мумика» с просьбой показать хоть что-нибудь. Но я был непреклонен, и даже Лена не смогла уболтать меня, чтобы посмотреть на ролик «хотя бы одним глазком». Не поддался даже на провокацию «отлучения от тела», если не дам посмотреть. Но я стоял на своем – пока окончательно не доведу работу до ума – её не увидит никто. О том, что у меня уже был первый зритель в лице майора Зябликова, я тактично умалчивал. А то бы отхватил от Ленки по самое не балуйся. Обиделась бы, как пить, обиделась. Бабы они такие, это у них в крови. Но Зябликов, к счастью, меня не сдал.

И вот, наконец, этот момент наступил. Я собрал на своей съемной квартире всех участников процесса: Лену с подруженциями, Лёню, Илью и его банду, а так же парней из «Декады» – Женьку Сдвига и Леньку Бурлакова. Можно было бы еще позвать Колыванова и Петрова, но они сегодня были в наряде. Небольшая комнатка и без того оказалась забита под завязку. Гости расположились кто где: на диване, креслах и стульях. Кому не хватило предметов мебели, развалились просто на полу.

– Ну, давай уже, Серый, не томи! – озвучил общее настроение Илья. – Извелись уже все!

– Давай, врубай свое кино! – поддержал его Бурлаков. – Хочется класс заценить! А то кто-то не слишком высоко оценил нашу с Женькой работу!

– Пацаны, не в обиду было сказано, – смутившись, произнес я. – Просто с вашим оборудованием лучше не сделать.

– А на лучшее мы еще не заработали, – слегка погрустнел Бурлаков. – Вот поднимемся…

– Ребята и девчата! – неожиданно подал голос Леня. – Может быть, для начала промочим горло кружечкой пивка? – Этого добра Леня заготовил столько, что на всех должно было хватить с лихвой – два пластиковых двадцатипятилитровых куботейнера.

– А ничего другого нет, кроме пива? – протянула одна из девчонок, Оксана.

– Пару бутылочек «Мадеры» найдется, – ответил Леня.

– А! – махнула рукой Оксана. – Наливай!

К подружке присоединились и остальные девчонки. Когда все вновь заняли места в «зрительном зале» со стаканами и кружками в руках, я воткнул кассету в импортный японский видак и нажал «плей». Экран пошел небольшой рябью, как обычно в самом начале пленки, а после расцвел всеми красками солнечного Приморья.

Лето, солнце, море, пляж!

Лето, солнце, море, пляж!

Если мы летим, летим на банане,

Если нас с тобой накрывает волнами,

Если по телу льётся музыка света,

Значит добро пожаловать в лето!

Разворачивающаяся на цветном экране телевизора незатейливая история знакомства молодого человека, случайно встретившего на многолюдном пляже красивую девушку.

Бледное тело стало шоколадным.

Девушки на пляже в бикини нарядных.

Солнце ласкает их милые носики.

Мамы не дождётся дочерей и досветла.

И эта их случайная встреча, по задумке автора, то есть вашего покорного слуги, обязательно должна была перерасти в нечто большее.

Лови мелодию морского прибоя.

Услышь запах солёного моря.

Сочини духи из ароматов улыбок.

По мокрому песку пробеги без ботинок.

Собери, подари подруге венок

Из картинок цветных и радужных снов.

Откликнись на тела своего зов,

Это время поцелуев и нежных слов.

И она перерастала на глазах зрителя в настоящую любовь! Леня в роли главного героя нашего ролика был просто бесподобен: крепкое и загорелое молодое тело с рельефной мускулатурой, длинные и влажные темные волосы, ниспадающие на плечи трепал морской бриз, да и двигался он в кадре грациозно и выразительно – пригодился многолетний опыт посещения балетной студии. Единственный косяк, я задолбался ловить ракурсы, на которых не видно его уркаганских портаков. Нет, но я явно не прогадал, всучив ему эту роль! Как говориться, обожжите, когда наш ролик станет популярным, и его начнут безостановочно показывать в ящике, Леня станет настоящей звездой. Его еще будут зазывать к себе лучшие режиссеры страны…

А Лена… Тут у меня у вообще даже слов не было! Одни слюни! Как, впрочем, и у остальных участников нашей команды мужского пола. А чего вы хотите? Идеальное обнаженное женское тело (а те маленькие клочочки одежды, называемые купальниками – совсем не в счет), всегда неотразимо действует на «кобелиное сословие», заставляя их натуральным образом захлебываться слюной! Мокрый купальник плотно облегает упругую грудь, а ветер, остужающий разгоряченное тело, заставляет напрягшиеся соски эротически выпирать из-под эластичной ткани. Вона, как у всех пацанов глаза разгорелись, а я даже почувствовал сильный укол разыгравшейся вдруг ревности. А как же? Ведь это моё, сука! Не тронь! Загрызу! Блин, а не дал ли я маху с этим роликом? Ведь после у Ленки ухажеров объявиться – не отобьемся! Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления! Остальные девчонки тоже полный улет, хоть и в эпизодах! Но я-то, я? Кто молодец? Я молодец!

Когда отзвучали последние аккорды, я поставил запись на паузу и поинтересовался:

– Че скажете, братцы кролики? Как вам? Зашло?

– Это, мля, настоящая бомба! – не скупясь в выражениях, первым произнес Леня.

От увиденного он просто выпал в осадок. Ну, да, не ожидал пацан, прошедший и Крым, и Рим, что будет так охренительно смотреться на экране. Да и остальные попросту потеряли дар речи. Такого в своей жизни они еще не видели. Здесь было все: понятная любому здравомыслящему человеку коротенькая молодежная история – этакий мини-фильм, пропитанный воздушно-летней эротикой и радужно красочным, легко узнаваемым пляжно-морским колоритом приморского городка.

Пацаны резко допили пиво в кружках и одномоментно загалдели, перебивая друг друга и фонтанируя эмоциями.

– Серый, ты крут! – воскликнул Илья. – Такого я не ожидал… Это действительно бомба! По идее этот материал должны на ТВ с руками оторвать… С местного канала у меня есть человечек, но тут явно другой размах! Не побоюсь этого слова – мировой!

– Возможно, – согласился я. – Но для начала на Центральное бы попасть… На Первый.

– Блин, таких связей у меня нет, – расстроился Лагутенко. – Слушай, а твой этот, спонсор, не может помочь?

– Я спрашивал, у него тоже таких связей нет, – ответил я заранее подготовленной дезой. – Но деньгами, если нужно, поможет. – А что? Запас бабла, оставленный «соседом» у Зябликова, весьма внушительный. Как раз на развитие и продвижение сгодится!

– Это здорово! – обрадовался Илья. – Это надо отметить! Леня, наливай!

Когда кружки и стаканы вновь наполнились

– А поставьте нам эту песню еще раз! – чуть не в один голос взмолились девчонки.

Охренеть! У меня от фразы опять переклинило в мозгу и вырвалось наружу на полном автомате:

– Опа! Опа! Америка, Европа! Движется планета в ритме русского хип-хопа!

– Ты чего, Сереж? – обеспокоенно посмотрела на меня Лена.

А вот Лёня, наоборот, нормально среагировал, сдернув со стены гитару и всунув в мои руки – он уже сталкивался с такими вот «озарениями».

– Давай, зажги, Серега!

– Эй, диджей! Давай, давай!

Ты слышал, диджей? Давай, давай!

Нам диджей играет песни!

Дискотека вся в лучах.

На Ямайке, в Сан-Тропезе

В Петербурге и Сочах.

Где закаты, где восходы

В любое время года

Встречайте нас лунными ночами

Прощайте, мама – папа,

Гуд бай родимый дом.

Заботы и дела мы все оставим «на потом».

И прямо на перроне,

А после и в вагоне,

А после самолетом,

А может, кораблем,

А, может, на машине,

А, может быть на льдине,

Мы песню сочиним и вместе весело споем!

Опа! Опа! Америка, Европа!

Движется планета в ритме русского хип-хопа!

Опа! Опа! Америка, Европа!

Азия, Китай, все кричим: «Давай, давай!»

В дороге нету места для печали и тоски

И на соседних креслах едут наши рюкзаки

Там, лыжи едут, доски

Ракетки, папироски

Нам танцевать и петь легко и просто, просто, просто

Опа! Опа! Америка, Европа!

Тут все классно танцевали в ритме русского хип-хопа!

Опа! Опа! Америка, Европа!

Азия, Евразия. Что за безобразие⁈

Куба! Давай, давай!

Майами! Давай, давай!

Рига! Давай, давай!

Ялта! Давай, давай!

Пройдем дорогой длинною,

Дорогой непрямой.

Мы землю обогнем с тобой

И повернем домой.

И всех по всему Свету

Научим песне этой,

Ведь мы еще вернемся

Летом, осенью, зимой!

Опа! Опа! Америка, Европа!

Движется планета в ритме русского хип-хопа!

Опа! Опа! Америка, Европа!

Азия, Китай: «Зажигай, Зажигай!»

Двигай!

Давай, планета, зажигай! Зажигай! Двигай!

Лёня! Давай, давай!

Илья! Давай, давай!

Женька! Давай, давай!

Лена! Давай, давай! Двигай! Двигай!

Девчонки! Давай, давай!

Ну что, девчонки? Давай, давай!

Эй, диджей! Давай, давай!

Ты слышал, диджей? Давай, давай!

https://www.youtube.com/watch?v=6g0arnDiM0o

Девки визжали так, что закладывало уши. Они своими криками переполошили, наверное, весь дом. Слава богу, что никто на этот крик не прибежал, а то бы опять пришлось выслушивать нотации от Степана Филлиповича. Но еще не вечер – успею на орехи получить.

– Забойно! – высказался Илья, когда стихли «овации».

– Серега, это тоже нужно записать! – высказался и директор студии – Леня Бурлаков. – Срочно! У меня уже руки чешутся!

– Блин, ребята, – принялся отнекиваться я, – дайте перекурить хотя бы недельку! Я еще от сборки первых двух клипов не отошел… А там, клянусь, обязательно запишем и видосик соответствующий запилим!

– Как ты сказал: видосик запилим? – расхохотался Бурлаков. – Блин, Серый, ты нечто!

– Ага, – согласился с ним Илья, – он мне в прошлый раз «рокапопс» таким же Макаром впарил!

– Ну, выскакивает из меня, всякая чушь время от времени, – разведя руками, повинился я перед толпой. – Я больше не буду!

– Сдурел? – заревел Бурлаков, облапив меня за плечи. – Не вздумай завязывать! Хотел бы я, чтобы из меня такая же ерунда постоянно вываливалась! Знаешь, сколько усилий мы с Ильюхой прикладываем, чтобы новую песню написать? А тут без всякой раскачки и слова и музыка? Да такой талант не зарывать в землю надо, а холить и лелеять со всем прилежанием! Хотя… я все поверить не могу, что можно вот так – на раз…

– Блин, ну не виноватая я! – Последовала с моей стороны попытка отшутиться.

Леня, всунувший очередную наполненную пивом кружку в руки тезки, в шутку предложил:

– А вы на спор забейтесь, что Серега прямо сейчас новую песню сбацает! Ну… вот… хотя бы… – Его взгляд заметался по комнате и остановился на белой пивной шапке, стекающей из переполненной кружки на руки Лени Бурлакова. – Точно! О пиве! Я, кроме «губит людей не пиво», никаких других песен не знаю.

– Серый, действительно сможешь? – С интересом посмотрел на меня Лагутенко.

– Даешь? – Бурлаков протянул руку, которую я пожал.

– Разбивай! – произнес я, и Леня разъединил наши ладони.

– Давай, Серега, не подведи! – Леня хлопнул меня по спине и всучил гитару.

Да как два пальца! – мысленно усмехнулся я, поскольку в открывшейся мне памяти «соседа» уже нашлась подходящая случаю композиция. И, похоже, того же исполнителя, что и предыдущая – некой группы под названием «Дискотека Авария». Только одна строчка песни вызывала диссонанс – именно та самая «Авария». Хотя, не суть, тут уж я сам придумаю рифму: Авария – Бавария? Под пиво сойдет! Пацаны подвинулись, освобождая мне место на диване.